№ 2-23/2026; УИД 77RS0004-02-2025-001855-57

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 января 2026 года

г. Октябрьский

Республики Башкортостан

Октябрьский городской суд Республики Башкортостан в составе

председательствующего судьи

ФИО1

при секретаре

ФИО2

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском о взыскании неосновательного обогащения.

Заявленные требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 перевела ФИО4 денежные средства в общей сумме 218 000 руб. путем безналичного перечисления со своей карты, выпущенной АО «Т-банк», по номеру телефона ответчика на счет последнего в ПАО «Сбербанк» и через систему быстрых платежей.

Данные денежные средства были переведены истцом ошибочно. Обязательственные правоотношения между сторонами отсутствуют.

Добровольно ответчик отказывается возвращать денежные средства.

В этой связи, ФИО3 обратилась в Гагаринский районный суд г. Москвы с иском к ПАО «Сбербанк», в котором просила взыскать с последнего в свою пользу денежные средства в размере 218 000 руб. судебные расходы на оплату государственной пошлины в размере 7 975 руб.

На основании заявления истца определением Гагаринского районного суда г. Москвы от ДД.ММ.ГГГГ произведена замена ненадлежащего ответчика ПАО «Сбербанк» надлежащим ФИО4

Этим же определением суда гражданское дело по подсудности передано в Октябрьский городской суд Республики Башкортостан.

Определениями Октябрьского городского суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ АО «Т-банк», ФИО5 привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора.

В возражении на исковое заявлении представитель ответчика ФИО4 - ФИО6 ссылается на то, что перевод денежных средств осуществлялся ФИО4 ввиду продажи им криптовалюты.

Истец ФИО3, ответчик ФИО4, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, в связи с чем, на основании части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд находит возможным рассмотреть настоящее дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Пунктом 4 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон.

В случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса.

Исходя из приведенных положений закона, неосновательное обогащение имеет место в случае приобретения или сбережения имущества в отсутствие на то правовых оснований.

При этом, в соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказать факт получения ответчиком денег или имущества за счет истца должна быть возложена на истца, а обязанность доказать наличие обстоятельств, в силу которых неосновательное обогащение не подлежит возврату, либо то, что денежные средства или иное имущество получены обоснованно и неосновательным обогащением не являются, должна быть возложена на ответчика.

Судом в ходе судебного разбирательства выяснялась правовая природа возникших между сторонами правоотношений, неоднократно разъяснялось бремя доказывания каждой стороной возложенных на него юридически значимых обстоятельств дела.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 14:43:00 час. была проведена банковская операция, а именно со счета ФИО3, открытого в АО «Т-Банк» (реквизиты счета №, реквизиты карты №, л.д. 102) на счет ФИО4, открытый в ПАО «Сбербанк» (реквизиты счета №, номер карты №, л.д. 22), были перечислены денежные средства в размере 218 000 руб. путем использования номера телефона получателя через систему быстрых платежей (л.д. 63).

Данный факт подтверждается истребованными судом выписками АО «Т-Банк», ПАО «Сбербанк».

ФИО4 факт получения названных денежных средств в безналичном порядке не отрицал.

Как указывает представитель ответчика ФИО6, ФИО4 приобрел спорные денежные средства в качестве платы за проданную им криптовалюту в процессе совершения сделки купли-продажи криптовалюты.

Согласно представленных ответчиком сведений, он через сервис мониторинга обменных пунктов «

<

данные изъяты>» нашел обменник с названием «

<

данные изъяты>» (адрес сайта 

<

адрес>) с приемлемым для него курсом обмена криптовалюты (USDT) на рубли.

ДД.ММ.ГГГГ в 16:28 час. (по местному времени, то есть мск.время 14:28 час.) ФИО4 на сайте «

<

данные изъяты>» (адрес сайта 

<

адрес>) создал заявку № о продаже/обмена криптовалюты 

<

данные изъяты> USDT в обмен на 595 189,21 руб., указав свой счет для перевода рублевого эквивалента №. Данный факт подтверждается представленным суду скриншотом оформления USDT на рубли на сайте платформы.

Далее, на платформе «

<

данные изъяты>» ФИО4 направляется адрес электронного кошелька, на который он должен перечислить криптовалюту (USDT).

ФИО4 путем использования приложения набрал адрес электронного кошелька и направил криптовалюту 5950 USDT.

Факт перевода криптовалюты в размере 5950 USDT с кошелька ФИО4 

<

данные изъяты> подтверждается хэшем транзакции 

<

данные изъяты> (скриншоты суду представлены).

После поступления криптовалюты оператор платформы «

<

данные изъяты>» сообщил посредством сообщения (дальнейшей переписки) в приложении 

<

данные изъяты> (принадлежит организации Meta, запрещенной на территории Российской Федерации) о способах перевода ФИО4 денежных средств в рублевой валюте.

Согласно скриншоту переписки ФИО4 с оператором платформы «

<

данные изъяты>», ДД.ММ.ГГГГ в 16:46 час. по местному времени (то есть в 14:46 по московскому времени) ФИО4 сообщили о переводе денежных средств в размере 218 000 руб. (спорный перевод по настоящему гражданскому делу).

ДД.ММ.ГГГГ в 18:46 час. по местному времени (16:46 час. по московскому времени), то есть спустя 2 часа после перевода, ФИО3 предъявила требования к ФИО4 о возврате денежных средств ввиду ошибочного перевода, о чем ФИО4 сообщил оператору платформы «

<

данные изъяты>».

Ввиду требования ФИО3 о возврате денежных средств ФИО4 обратился в ОМВД России по г. Октябрьскому с заявлением о мошенничестве (л.д. 68-70).

Суд обращает внимание на то, что оснований полагать, что ФИО3 подверглась мошенническим действиям не имеется, поскольку в правоохранительные органы она не обращалась, доказательств обратному не представлено.

Проверяя источник происхождения денежных средств ФИО3, суд установил, что данные средства являются личными денежными средствами истца и не являются кредитными, о чем свидетельствует ответ АО «Т-Банк» от ДД.ММ.ГГГГ исх. №.

Также судом установлено, что именно в день осуществления спорного перевода, то есть ДД.ММ.ГГГГ между АО «Т-банк» и ФИО3 был заключен договор расчетной карты №, в соответствии с которым ФИО3 выпущена расчетная карта № и открыт текущий счет №.

Дополнительно суд отмечает, что ФИО3, получив данную расчетную карту, активно ею пользуется по настоящее время, с заявлением о расторжении договора она не обращалась.

Данные факты, в свою очередь, дают основание полагать, что ФИО3 не подвергалась мошенническим действиям, связанным с открытием на ее имя банковской карты посторонними лицами.

Проанализировав обстоятельства дела, дав оценку имеющимся в деле доказательствам, суд приходит к выводу о том, что передав свое имущество (криптовалюту) взамен полученных денежных средств, ФИО4 преследовал определенную экономическую цель, заключив сделку по продаже криптовалюты, в связи с чем правовые основания для получения денежных средств от ФИО3 у него имелись.

Судом установлено, что ответчик ФИО4 получил денежные средства истца в сумме 218 000 руб. в процессе совершения сделки купли-продажи криптовалюты, а ущерб истцу причинен действиями неустановленного лица, по указанию которого она возможна и совершила перевод денежных средств для оплаты этой покупки.

Доказательств того, что ответчик получил спорную сумму от истца без оснований, сберег их за его счет и незаконно удерживает, в дело не представлено. Доказательств ошибочного перевода денежных средств истцом на счет ответчика не представлено.

Оснований полагать, что истец не имела намерений приобретать криптовалюту, не имеется, поскольку позиция относительно возражений ответчика истцом суду не выражена; то факт, что истец не состоит с ответчиком в договорных отношениях, не является основанием для признания полученной ответчиком суммы в качестве неосновательного обогащения.

По смыслу положений п. п. 1 и 2 ст. 313 Гражданского кодекса Российской Федерации денежное обязательство по договору купли-продажи может быть исполнено третьим лицом.

В п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 года № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» разъяснено, что кредитор по денежному обязательству не обязан проверять наличие возложения, на основании которого третье лицо исполняет обязательство за должника, и вправе принять исполнение при отсутствии такого возложения. Денежная сумма, полученная кредитором от третьего лица в качестве исполнения, не может быть истребована у кредитора в качестве неосновательного обогащения, за исключением случаев, когда должник также исполнил это денежное обязательство либо когда исполнение третьим лицом и переход к нему прав кредитора признаны судом несостоявшимися (ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что отсутствие между ФИО3 и ФИО4 обязательственных правоотношений относительно перечисления ответчику ФИО4 денежных средств не свидетельствует об обязанности их возврата как неосновательного обогащения.

Согласно ст. 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям: 1) о возврате исполненного по недействительной сделке; 2) об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения; 3) одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством; 4) о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

По смыслу указанной нормы неосновательное обогащение как способ защиты может субсидиарно применяться наряду с другими перечисленными в указанной статье требованиями.

Однако в тех случаях, когда имеются основания для предъявления, например, виндикационного либо деликтного иска, имущество должно истребоваться посредством такого иска независимо от того, возникло ли при этом неосновательное обогащение ответчика за счет истца.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Истец, обратившись в суд с требованием о возврате неосновательного обогащения, в качестве такого обогащения ФИО4 полагает сумму денежных средств, переведенных ею ошибочно в отсутствие возмездной выгоды.

Вместе с тем, каких-либо объективных данных, свидетельствующих о неправомерных действиях ответчика в результате совершения им сделки по продаже криптовалюты, не имеется.

Со стороны истца не представлены доказательства, указывающие на то, что ответчик без установленных законом или договором оснований приобрел или сберег денежные средства, принадлежащие ей, не доказано наличие совокупности обстоятельств, образующих предмет неосновательного обогащения.

Только лишь сам факт перечисления денежных средств на счет ФИО4 не подтверждает их безосновательное перечисление и получение ответчиком.

Требований о взыскании с ответчика в пользу истца расходов по оплате государственной пошлины в иске не заявлено.

На основании изложенного и руководствуясь статьей 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО3 (паспорт №) к ФИО4 (паспорт №) о взыскании неосновательного обогащения, отказать.

Апелляционная жалоба может быть подана в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан через суд первой инстанции в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий судья п/п ФИО1

Мотивированное решение суда составлено 21 января 2026 года

Подлинный судебный акт подшит в деле (материале) № 2-23/2026 (УИД 77RS0004-02-2025-001855-57)

Октябрьского городского суда Республики Башкортостан