РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

№ 2а-93/2017

31 июля 2017 года

город Тверь

Тверской гарнизонный военный суд в составе: председательствующего Хараборкина А.А., при секретаре судебного заседания Разделкиной А.В., в открытом судебном заседании, в помещении военного суда, рассмотрев административное дело по административному исковому заявлению военнослужащего майора ФИО2 об оспаривании действий начальника отделения (территориальное, г. Тверь) федерального государственного казенного учреждения «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации (далее – Отделение), связанных с истребованием сведений и документов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с вышеназванным заявлением, в котором, сославшись на п. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации и п. 5 ст. 3 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», отметил, что 29 июня 2017 года он в войсковой части 53956 получил сообщение начальника Отделения от 27 июня 2017 года № 69-13/252/17, из смысла которого следует, что ФИО2 во исполнение указаний военной прокуратуры Тверского гарнизона, а также в соответствии с п. 9 Инструкции № 1, утвержденной приказом Министра обороны Российской Федерации (далее – МО РФ) от 30 сентября 2010 года № 1280, обязан в кратчайшие сроки представить документальные сведения об изменении состава семьи, заверенную копию свидетельства о смерти ФИО1. При этом решением административного соответчика от 21 июня 2017 года № 69-24/085/17 ФИО1 снят с учета нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых для постоянного проживания, в связи со смертью.

Административный истец полагает, что действия начальника Отделения, выразившиеся в истребовании от него сведений об изменении состава семьи и заверенной копии свидетельства о смерти ФИО1, являются незаконными и необоснованными, причиняют ему морально-нравственные переживания, подлежат проверке на соответствие нормативно-правовым актам. 

В этой связи ФИО2 просит признать действия начальника Отделения, связанные с истребованием от него документальных сведений об изменении состава семьи, заверенной копии свидетельства о смерти ФИО1 незаконными и необоснованными, обязать это должностное лицо отозвать свое сообщение от 27 июня 2017 года № 69-13/252/17, уничтожить его в порядке уничтожения служебных документов, а также взыскать с федерального государственного казенного учреждения «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации (далее – ЗРУЖО) компенсацию морального вреда, причиненного вышеуказанными действиями начальника Отделения, в размере 5000 руб. 00 коп.

Определением суда от 17 июля 2017 года к участию в деле в качестве административного соответчика и заинтересованного лица привлечены соответственно Отделение и федеральное казенное учреждение «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по г. Санкт-Петербургу, Ленинградской области и Республике Карелия» (далее – УФО).

Будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте судебного заседания, лица, участвующие в деле, в суд не прибыли, своих представителей не направили.

Начальник Отделения в письменных объяснениях отметил, что сведения об изменении состава семьи ФИО2 были запрошены в соответствии с п. 9 Инструкции № 1, утвержденной приказом МО РФ от 30 сентября 2010 года № 1280, в связи с чем названное должностное лицо полагает, что эти действия никаким образом не смогли бы нанести ФИО2 моральный вред, поскольку он самостоятельно и без запроса обязан был представить их в Отделение.

Представитель ЗРУЖО, в свою очередь, в письменных возражениях указал, что согласно ст. 3 Федерального закона от 15 ноября 1997 года № 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния» таковыми называются действия граждан или события, влияющие на возникновение, изменение или прекращение прав и обязанностей, а также характеризующие правовое состояние граждан. Государственная регистрация актов гражданского состояния производится органами ЗАГСа, образованными органами государственной власти субъектов Российской Федерации. К данным актам относится и государственная регистрация, в том числе, и смерти граждан.

Ссылаясь на п. 5 ст. 2 Федерального закона «О статусе военнослужащих», ч. 1 ст. 31 и ч. 1 ст. 69 Жилищного кодекса Российской Федерации, а также разъяснения, приведенные в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 года № 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих», представитель ЗРУЖО отмечает, что умершие лица не отнесены ни к одной из категорий граждан, подлежащих обеспечению жилыми помещениями.

В соответствии же с требованиями п. 9 Инструкции о предоставлении военнослужащим-гражданам Российской Федерации, проходящим военную службу по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации, жилых помещений по договору социального найма, утвержденной приказом МО РФ от 30 сентября 2010 года № 1280 (далее – Инструкция), на военнослужащего, принятого на учет нуждающихся в жилых помещениях, возложена обязанность в течение тридцати дней сообщать в структурные подразделения уполномоченного органа об изменении сведений в ранее представленных ими документах, подтверждающих право быть принятыми на учет нуждающихся в жилых помещениях, с предоставлением соответствующих документов.

ФИО2, отмечает представитель ЗРУЖО, длительное время скрывает от сотрудников Отделения значимые обстоятельства, а именно – смерть ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ и более того, до настоящего времени сведения об изменении состава семьи в уполномоченный орган не представил.

Кроме того, представитель указанного административного ответчика, ссылаясь на п. 9 ст. 2 Федерального закона «О статусе военнослужащих», указывает, что доказательств в представленных документах о нарушении прав и законных интересов заявителя не усматривается, тогда как обязанность доказать нарушение своих прав и законных интересов законом возлагается на лицо, обратившееся за судебной защитой.

Приводя положения ст. 46 Конституции Российской Федерации, п. 1 ст. 11 ГК РФ и ст. 3 КАС РФ, представитель ЗРУЖО полагает, что обязательным условием для обращения за судебной защитой и удовлетворения заявленных требований является наличие нарушенного права, которое может быть восстановлено посредством гражданского судопроизводства.

Статьей 10 ГК РФ, в свою очередь, определено, что не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается. В случае несоблюдения таковых суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

В свою очередь основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 ГК РФ. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

С учетом того, что административным истцом не указано, в чем заключаются нравственные страдания, и в чем они выражаются, не приведены степень физических и нравственных страданий, не доказана причинно-следственная связь нравственных страданий истца и действий должностного лица территориального отделения, то оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется.

В связи с изложенным, приходит к общему выводу представитель ЗРУЖО, в удовлетворении требований ФИО2 надлежит отказать. 

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Как усматривается из пп. 1, 3, 5, 6, 7, 9, 11, 12, 13 и 16 Инструкции, решение вопросов в сфере обеспечения прав военнослужащих на жилище отнесено МО РФ к ведению уполномоченного органа.

Как следует из пп. 1 и 2 приказа МО РФ от 3 ноября 2010 года № 1455 «Об уполномоченном органе Министерства обороны Российской Федерации и специализированных организациях Министерства обороны Российской Федерации по вопросам жилищного обеспечения в Вооруженных Силах Российской Федерации», уполномоченным органом Министерства обороны Российской Федерации по решению вопросов в сфере жилищного обеспечения военнослужащих и реализации требований Инструкции определен Департамент жилищного обеспечения Министерства обороны Российской Федерации, который осуществляет свои функции через специализированные организации, в том числе ЗРУЖО, одним из структурных подразделений которого является Отделение.

В силу пп. 7 и 9 Инструкции уполномоченный орган ведет единый реестр военнослужащих, принятых на учет нуждающихся в жилых помещениях.

Военнослужащие, принятые на учет нуждающихся в жилых помещениях, обязаны в течение тридцати дней сообщать в структурные подразделения уполномоченного органа об изменении сведений в ранее представленных ими документах, подтверждающих право быть принятыми на учет нуждающихся в жилых помещениях, с предоставлением соответствующих документов.

При этом положения Инструкции, регламентирующие порядок организации деятельности уполномоченного органа по реализации права военнослужащих на жилище, не содержат какого-либо запрета на направление состоящим на соответствующем учете военнослужащим запросов, напрямую касающихся их нахождения на таковом, притом что на самих военнослужащих, в свою очередь, согласно п. 9 Инструкции возложена прямая обязанность сообщать обо всех изменениях сведений в ранее представленных ими документах, подтверждающих право быть принятыми на учет нуждающихся в жилых помещениях, с предоставлением соответствующих документов.

Как следует из копии личной карточки очередника, ФИО2 состоит на учете нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма.

Достоверных данных о том, произошли ли какие-либо изменения в ранее представленных Ершовым документах, касающиеся его нахождения на жилищном учете, и которые бы в соответствии с п. 9 Инструкции повлеки за собой необходимость сообщения о таковых уполномоченному органу, материалы дела не содержат, однако как усматривается из копии решения начальника Отделения № 69-24/085/17, 21 июня 2017 года названным должностным лицом принято решение о снятии ФИО1 как бывшего члена семьи ФИО2 с учета нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых для постоянного проживания, в связи со смертью.

Вместе с тем обстоятельства, связанные с наличием или отсутствием таких изменений, в данном случае какого-либо принципиального значения для дела не имеют в силу следующего.

Согласно ч. 1 ст. 4 КАС РФ каждому заинтересованному лицу гарантируется право на обращение в суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, в том числе в случае, если, по мнению этого лица, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов либо на него незаконно возложена какая-либо обязанность, а также право на обращение в суд в защиту прав других лиц или в защиту публичных интересов в случаях, предусмотренных КАС РФ и другими федеральными законами.

В силу ч. 2 ст. 62 КАС РФ обязанность доказывания законности оспариваемых решений, действий (бездействия) органов, организаций и должностных лиц, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, возлагается на соответствующие орган, организацию и должностное лицо. По таким административным делам административный истец не обязан доказывать незаконность оспариваемых ими нормативных правовых актов, решений, действий (бездействия), но обязан подтверждать сведения о том, что оспариваемым нормативным правовым актом, решением, действием (бездействием) нарушены или могут быть нарушены его права, свободы и законные интересы либо возникла реальная угроза их нарушения.

Одновременно с этим согласно ч. 1 ст. 218, п. 1 ч. 9 и ч. 11 ст. 226 КАС РФ 

гражданин может обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагает, что нарушены или оспорены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов или на него незаконно возложены какие-либо обязанности. 

Обязанность по доказыванию факта нарушения прав, свобод и законных интересов истца при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями возлагается на лицо, обратившееся в суд.

Как усматривается из содержания обжалуемого Ершовым сообщения начальника Отделения от 27 июня 2017 года № 69-13/252/17, данное должностное лицо просит его в кратчайшие сроки представить документальные сведения об изменении состава семьи, а именно – заверенную копию свидетельства о смерти ФИО1.

При этом каких-либо требований обязывающего характера либо угроз создания негативных последствий в случае непредставления истребуемой информации запрос начальника Отделения объективно не содержит.

Сведений о том, какие именно права ФИО2 нарушены в результате направления ему оспариваемого сообщения, и в чем выражается такое нарушение, административным истцом не приведено, при этом несоответствий действий начальника Отделения, связанных с направлением ФИО2 сообщения от 27 июня 2017 года № 69-13/252/17, положениям п. 5 ст. 3 Федерального закона «О статусе военнослужащих», на которые он ссылается в административном исковом заявлении, судом не установлено.

Таким образом суд приходит к выводу, что административным истцом не представлено убедительных доказательств того, что сообщение должностного лица уполномоченного органа – начальника Отделения – нарушает или оспаривает его права, свободы и законные интересы, создает препятствия к осуществлению им прав, свобод и реализации законных интересов или незаконно возлагает на него какие-либо обязанности, в связи с чем административный истец надлежащим образом не доказал обоснованность своих требований в этой части, а поэтому в их удовлетворении надлежит отказать.

Учитывая же, что какой-либо неправомерности в вышеуказанных действиях начальника Отделения судом не установлено, то оснований для удовлетворения требований о взыскании с ЗРУЖО компенсации морального вреда, якобы причиненного Ершовым таковыми, также не имеется.

При этом суд также не оставляет без внимания и то, что доказательств, подтверждающих наличие нравственных и физических страданий от обжалуемых действий начальника Отделения и сведения, обосновывающие заявленный размер денежной компенсации морального вреда, административным истцом не представлено. 

В силу изложенного суд полагает необходимым отказать в удовлетворении административного искового заявления.

Отказ в удовлетворении административного искового заявления в соответствии с ч. 4 ст. 2 и ч. 1 ст. 111 КАС РФ влечет и отказ в возмещении ФИО2 понесенных по делу судебных расходов в виде уплаченной государственной пошлины.

На основании изложенного и руководствуясь чч. 1-3 ст. 175, ст. 176, ч. 1 ст. 177, чч. 1-3 ст. 178, ст. 179, ст. 180, ч. 1, п. 2 ч. 2 ст. 227 КАС РФ, военный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении административного искового заявления ФИО2 об оспаривании действий начальника отделения (территориальное, г. Тверь) федерального государственного казенного учреждения «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации, связанных с истребованием сведений и документов, отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Московский окружной военный суд через Тверской гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий: