Судья Сумин О.С. Апелляционное дело № 22-484 Судья Трихалкин С.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

21 марта 2023 года город Чебоксары

Верховный Суд Чувашской Республики в составе: 

председательствующего судьи Сумина О.С., 

при ведении протокола помощником судьи Алексеевой Н.Ф.,

с участием: прокурора отдела прокуратуры Чувашской Республики Пузыревой А.Н., 

осужденного ФИО1, его защитника - адвоката Павлова А.Н.,

представителя потерпевшего ООО «

<

данные изъяты>» - ФИО36, 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО1, поступившее по апелляционной жалобе адвоката Екатеринина А.Ю. на приговор Московского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от 15 апреля 2022 года.

Заслушав доклад судьи Сумина О.С., выступления осужденного ФИО1 и адвоката Павлова А.Н., об отмене приговора, мнение прокурора отдела прокуратуры Чувашской Республики Пузыревой А.Н. и представителя потерпевшего ООО «

<

данные изъяты>» ФИО2 №1, полагавших приговор подлежащим частичному изменению, суд апелляционной инстанции

установил:

приговором Московского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от 15 апреля 2022 года ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ года рождения в 

<

данные изъяты>, несудимый, 

осужден к лишению свободы:

- по ч.1 ст.201 УК РФ к 2 (двум) годам;

- по п.«а» ч.2 ст.173.1 УК РФ к 2 (двум) годам.

На основании ч.2 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательное наказание назначено в виде лишения свободы на срок 3 года.

В соответствии со ст.73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком на 3 года.

На ФИО1 возложены обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного; являться в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного, на регистрацию в определенные этим органом дни. 

Мера пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Арест, наложенный на имущество ФИО1, отменен.

По делу решена судьба вещественных доказательств. 

ФИО1 осужден за то, что являясь директором Общества с ограниченной ответственностью «

<

данные изъяты>» (далее по тексту - ООО«

<

данные изъяты>»), использовал свои полномочия вопреки законным интересам коммерческой организации, что повлекло причинение существенного вреда правам и законным интересам ООО «

<

данные изъяты>», его кредиторов, а также государства. 

Кроме того, он, используя свое служебное положение - директора ООО «

<

данные изъяты>», предоставил в ИФНС России по 

<

адрес> данные, повлекшие внесение в Единый государственный реестр юридических лиц сведений о подставном лице. 

Преступления совершены им 20 сентября 2016 года и в период с 1 октября 2016 года по 2 марта 2017 года в 

<

адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. 

В судебном заседании ФИО1 вину не признал.

В апелляционной жалобе его защитник - адвокат Екатеринин А.Ю. привел доводы о незаконности осуждения ФИО1 по ч.1 ст.201 УК РФ. Автор жалобы считает, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Полагает, что следствие не представило суду объективных доказательств совершения ФИО1 данного преступления, так как его действия находятся в плоскости гражданско-правовых отношений. Более того, по мнению автора жалобы, выводы следствия о том, что при продаже по заниженной цене автомобиля «

<

данные изъяты>» кредиторам ООО «

<

данные изъяты>» был причинен существенный вред не нашли своего подтверждения. Указывает, что в материалах дела имеются сведения подтверждающие, что в период с 2010 по 2015 годы для погашения кредиторской задолженности, сам ФИО1 по договорам беспроцентного займа, внес более 11000000 рублей, и ООО «

<

данные изъяты>» осталось должно ему более 4 млн.рублей. Сам факт, что автомобиль был реализован, как частичное погашение ООО задолженности перед ФИО1, суд во внимание не принял. 

Выражает несогласие с выводами эксперта по оценке стоимости автомобиля, обращая внимание на то, что судом не приняты во внимание выводы независимой экспертизы по оценке автомобиля «

<

данные изъяты>». Только поэтому ФИО1 и было предъявлено обвинение в причинении ущерба в существенно завышенном размере - 386000 рублей, тогда как автомобиль был оценен только лишь в 240000 рублей. Считает, что при этом было нарушено право ФИО1 на защиту. 

Делает вывод, что продажа автомобиля не причинила существенного вреда правам и законным интересам членам ООО «

<

данные изъяты>».

Считает, что с учетом всех доказательств, имеющихся в материалах дела, ФИО1 по ч.1 ст.201 УК РФ подлежит оправданию. 

В части осуждения ФИО1 по п.«а» ч.2 ст.173.1 УК РФ адвокат также считает, что в действиях подзащитного отсутствует состав преступления. 

Автор жалобы указывает, что по данной статье уголовная ответственность наступает за предоставление в орган, осуществляющий регистрацию юридических лиц данных, повлекших внесение в ЕГРЮЛ сведений о подставном лице, совершенных с использованием своего служебного положения.

Более того, на момент подачи документов в ИФНС 

<

адрес> ФИО4 №2, который и должен отвечать за совершенное преступление, ФИО1 руководителем уже не являлся и соответственно не мог использовать свое служебное положение. 

Считает, что поскольку согласно положениям ч.2 ст.14, ч.2 ст. 235 УПК РФ бремя доказывания лежит на стороне обвинения, а объективных доказательств причастности ФИО1 к данному преступлению следствие суду не представило, он подлежит оправданию и по п.«а» ч.2 ст.173.1 УК РФ.

Полагает, что суд не учел все смягчающие наказание обстоятельства: ФИО1 ранее не судим, имеет множество благодарностей от руководства Чувашской Республики, при осуществлении депутатских полномочий участвовал в разработке важных для Республики законов и нормативных актов, занимался благотворительностью.

Представитель потерпевшего ООО «

<

данные изъяты>» - ФИО2 №1, и представитель потерпевших ООО «

<

данные изъяты>» и ИП ФИО2 №3 - ФИО13 в письменных возражениях изложили просьбу об оставлении приговора без изменения, а апелляционной жалобы адвоката Екатеринина А.Ю.- без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы адвоката Екатеринина А.Ю., выслушав доводы сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

ФИО1 показал, что в период с 10 сентября 2009 года по 1 марта 2017 года являлся директором ООО «

<

данные изъяты>».

Летом 2012 года возглавляемое им ООО приобрело автомобиль «

<

данные изъяты>». За четыре года его эксплуатации, в соответствии с правилами бухгалтерского учета, автомобиль «

<

данные изъяты>» на 100% был амортизирован и его стоимость ничего не составляла. Принимая во внимание, что ООО «

<

данные изъяты>» имело перед ним существенную задолженность по договорам займа, он продал автомобиль бывшей супруге. Поскольку автомобиль ничего не стоил, в договоре купли-продажи от 20 сентября 2016 года была указана сумма - 50000 рублей. 

При ликвидации ООО «

<

данные изъяты>» главный инженер ФИО4 №2 всего лишь выполнял свои обязанности. Лично он никакого отношения к ликвидации ООО «

<

данные изъяты>» не имеет.

Несмотря на отрицание своей вины ФИО1, его вина подтверждается показаниями представителей потерпевших ФИО2 №2, ФИО14, ФИО16, ФИО2 №1 и ФИО2 №3, свидетелей ФИО4 №14, ФИО4 №12, ФИО4 №11, ФИО15 и других, заключениями проведенных в рамках уголовного дела экспертиз, иными письменными доказательствами, чей анализ и оценка изложены в приговоре.

Так, представитель потерпевшего ООО «

<

данные изъяты>» - конкурсный управляющий ФИО2 №2 показала, что в нарушении требований ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» фактический руководитель ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1 в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего не выполнил обязанность по передаче бухгалтерской документации должника конкурсному управляющему. ФИО1 скрыл незаконную сделку по фиктивной купле-продаже автомобиля «

<

данные изъяты>», а деньги от «продажи» автомобиля на счет ООО «

<

данные изъяты>» не перевел. Документы о купли-продажи автомобиля в бухгалтерии отсутствовали.

Кредиторами ООО «

<

данные изъяты>» являются:

- ФНС России в лице УФНС России по 

<

данные изъяты> на сумму 103409 рублей 21 копейка (вторая очередь);

- ООО «

<

данные изъяты>» на сумму 9928529 рублей 50 копеек (третья очередь);

- ООО «

<

данные изъяты>» на сумму 299801 рубль 26 копеек;

- ООО «

<

данные изъяты>» на сумму 1397960 рублей 04 копейки;

- Министерство 

<

данные изъяты>) на сумму 6775 рублей 71 копейка. 

Кроме того, ей ничего неизвестно, что ООО «

<

данные изъяты>» имело какую-либо задолженность перед ФИО1 ФИО3, подтверждающие такую задолженность ФИО1 ей не передавал. 

Представитель потерпевшего ООО «

<

данные изъяты>» ФИО2 №1 показал, что между ООО «

<

данные изъяты>» и ООО «

<

данные изъяты>» был заключен договор поставки нефтепродуктов. С ДД.ММ.ГГГГ ООО «

<

данные изъяты>» в лице директора ФИО1 прекратило оплату поставленных им нефтепродуктов. Затем ФИО1, злоупотребляя своими полномочиями, стал уклоняться от исполнения договора. Он же организовал контролируемую им самим ликвидацию ООО «

<

данные изъяты>» и его последующее банкротство. Считает, что процедура банкротства была инициирована ФИО1 для ее упрощения, чтобы не было процедуры наблюдения. В его присутствии ФИО4 №2 неоднократно высказывал свои сожаления, что поддался на уговоры ФИО1 и согласился стать ликвидатором ООО «

<

данные изъяты>». Ликвидатором ООО «

<

данные изъяты>» фактически не было передано ничего, что могло бы привести к пополнению конкурсной массы ООО. Позже стало известно, что перед началом ликвидации ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1, злоупотребляя своими полномочиями, незаконно, на основании фиктивных сделок, вывел из ООО «

<

данные изъяты>» почти все активы. 

Кроме того, от незаконных действий ФИО1 по фиктивной продаже автомобиля «

<

данные изъяты>» по заниженной цене бывшей супруге ФИО4 №1, ущерб составил 386000 рублей, что является существенным, так как ущерб на сумму свыше 300000 рублей является основанием для возбуждения в отношении лица процедуры банкротства.

Согласно показаниям свидетеля ФИО14 - сотрудника УФНС России 

<

адрес>, в период с 10 июня 2009 года по 1 марта 2017 года директором и соучредителем ООО «

<

данные изъяты>» являлся ФИО1, имевший 50% уставного капитала. Другими 50 % уставного капитала владел ФИО4 №4 21 февраля 2017 года учредителями принято решение о ликвидации ООО. С начала марта по 3 июля 2017 года ликвидатором ООО «ФИО42» являлся ФИО4 №2. По результатам финансового состояния ООО «

<

данные изъяты>» были выявлены нарушения законодательства. В том числе, что по договору между ООО «

<

данные изъяты>» и ФИО4 №1 (бывшей супруги ФИО1), последняя приобрела за 50000 рублей автомобиль «

<

данные изъяты>», а денежные средства от нее на счет ООО «

<

данные изъяты>» не поступили. В последующем сделка по купле-продаже автомобиля была признана недействительной, что позволило сделать вывод о том, что ФИО1 совершил действия, заведомо влекущие неспособность ООО «

<

данные изъяты>» удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по денежным обязательствам и исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в бюджет. Фиктивная продажа автомобиля послужила увеличению неплатежеспособности должника и причинила вред ООО и кредиторам. В период с 31 марта 2015 г. по 22 января 2016 г. по результатам выездной проверки в отношении ООО «

<

данные изъяты>» сотрудниками Инспекции Федеральной налоговой службы по 

<

адрес> установлена недоимка по налогам на сумму 10371198 рублей, о чем 24 февраля 2016 года был составлен соответствующий акт.

31 марта 2016 г. принято решение о привлечении ООО «

<

данные изъяты>» к ответственности за совершение налогового правонарушения. 20 мая 2016 года ИФНС направил в адрес ООО «

<

данные изъяты>» требование об уплате налогов на 10371198 рублей, пеней на 2136563 рубля 78 копеек и штрафов на 975302 рубля, в срок до 14 июня 2016 года.

С 22 августа 2016 года ООО «

<

данные изъяты>», в лице ФИО1, прекратило погашение кредиторской задолженности.

Из показаний потерпевшего ФИО2 №3 следует, что в разные периоды времени он был руководителем ООО «

<

данные изъяты>» и ООО «

<

данные изъяты>». Им заключались договора о поставке ООО «

<

данные изъяты>» нефтепродуктов, которые по вине директора ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1, который, злоупотребляя своими полномочиями на основании незаконных сделок выводил активы ООО «

<

данные изъяты>», не были исполнены. В результате незаконных действий ФИО1 ООО «

<

данные изъяты>» причинен ущерб только по основному долгу в размере 908377 рублей 80 копеек, всего на 1397960 рублей 4 копейки, а ООО «

<

данные изъяты>» - на общую сумму 9928529 рублей 50 копеек. Причинный незаконными действиями ФИО1 вред является существенным. 

Представитель Министерства 

<

данные изъяты> ФИО16 показала, что в результате незаконных действий ФИО1 республиканскому бюджету причинен ущерб на сумму 6775 рублей 71 копейка. 

- перед Министерством 

<

данные изъяты>, составившей 6775 рублей 71 копейка, по договору аренды земельного участка от 21 февраля 2013 года;

- с 1 сентября 2016 года перед ООО «

<

данные изъяты>» на сумму 2969801 рублей 26 копеек по договору № 14/13 от 21 октября 2013 года на поставку нефтепродуктов.

ООО «

<

данные изъяты>» имело кредиторскую задолженность на сумму 9928529 руб. перед ООО «

<

данные изъяты>» по договору № 63 от 16 февраля 2015 г. на поставку нефтепродуктов.

ООО «

<

данные изъяты>» имело кредиторскую задолженность на сумму 908377 руб. перед ООО «

<

данные изъяты>» по договору № 17 от 8 августа 2016 г. на поставку нефтепродуктов.

В ходе осмотра бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «

<

данные изъяты>» установлено, что с 31 декабря 2014 года по 31 декабря 2016 года происходит уменьшение общей валюты баланса почти в два раза с 69095 тысяч рублей до 29505 тысяч рублей за счет сокращения материальных активов, запасов, дебиторской задолженности, денежных средств. Наблюдается отрицательная динамика капиталов и резервов с (-14727 тысяч рублей) до (-37037 тысяч рублей), куда включается непокрытый убыток, что свидетельствует об ухудшении платежеспособности ООО «

<

данные изъяты>».

ФИО4 ФИО4 №14 показал, что с августа 2018 года он является генеральным директором ООО «

<

данные изъяты>» и его единственным участником. Ему известно, что с 1 сентября 2016 года ООО «

<

данные изъяты>» под руководством ФИО1 прекратило оплату поставляемых обществу нефтепродуктов. При этом ФИО1 стал уклоняться от исполнения взятых перед партнерами обязательств. Позже именно ФИО1 организовал контролируемую им ликвидацию ООО «

<

данные изъяты>» и его последующее банкротство. Кроме того, перед началом ликвидации ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1 совершал фиктивные сделки, чтобы вывести активы. ООО «

<

данные изъяты>» включен в реестр требовании ООО «

<

данные изъяты>» на сумму 2969801 рубль 26 копеек. В результате незаконных сделок совершенных ФИО1 ООО «

<

данные изъяты>» причинен существенный вред, так как по заключенным договорам им невыплаченные значительные суммы.

ФИО4 ФИО4 №2 утверждал, что в ООО «

<

данные изъяты>» работал главным инженером. По своей должности находился в непосредственном подчинении ФИО1 После того, как формально был назначен ликвидатором, фактически не имел никакого отношения к управлению либо ликвидации ООО «

<

данные изъяты>». ФИО1 не объяснил ему, что ликвидатор фактически становиться и руководителем ООО «

<

данные изъяты>». В противном случае он бы не согласился с предложением ФИО1 Он понял, что ФИО1 подставил его после того, как его стали привлекать в качестве ликвидатора ООО «

<

данные изъяты>». 

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, суд апелляционной инстанции считает правильными выводы суда, что ФИО1, зная о снижении с 2014 по 2016 годы платежеспособности ООО «

<

данные изъяты>», росте недоимки по налогам и страховым взносам, наличии непогашенной кредиторской задолженности перед контрагентами, используя свои полномочия вопреки законным интересам ООО «

<

данные изъяты>», 20 сентября 2016 года подписал «фиктивный» договор купли-продажи автомобиля. 

Согласно договору купли-продажи автомобиля за №23/16 от 20 сентября 2016 года ООО «

<

данные изъяты>» в лице ФИО1 продало автомобиль «

<

данные изъяты>» ФИО4 №1 (бывшей супруги ФИО1) за 50000 рублей.

При этом, сама ФИО4 №1 утверждала, что в сентябре 2016 года по предложению ФИО1 «купила» автомобиль «

<

данные изъяты>», не заплатив за него ни рубля. Так как она не имеет права на управление автотранспортными средствами, данным автомобилем продолжал пользоваться сам ФИО1 В 2018 году автомобиль был изъят и передан конкурсному управляющему ООО «

<

данные изъяты>».

Материалами дела установлено, что указанные по договору денежные средства по договору №23/16 от 20.09.2016 года купли-продажи автомобиль «

<

данные изъяты>» на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>» не поступили.

Установлено, что заключение сделки по автомобилю предшествовало периоду, когда ФИО1 инициировал ликвидацию ООО «

<

данные изъяты>».

Заключением эксперта от 24 июня 2021 года установлено, что стоимость автомобиля «Рено Флюенс» по состоянию на 20 сентября 2016 года составляет 386000 рублей. 

Правильность выводов эксперта о стоимости автомобиля «

<

данные изъяты>» у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает.

Определением Арбитражного суда Чувашской Республики от 11 сентября 2018 года договор купли-продажи автомобиля за №23/16 от 20 сентября 2016 года признан недействительным. В последующем автомобиль возвращен в конкурсную массу и реализован.

Вопреки доводам жалобы, суд обоснованно признал несостоятельными выводы независимой экспертизы, которой автомобиль «

<

данные изъяты>» был оценен лишь в 260000 рублей.

Несостоятельны доводы жалобы адвоката и о том, что договор купли-продажи автомобиля связан с компенсацией задолженности ООО «

<

данные изъяты>» перед ФИО1, в счет уплаты полученных им займов и внесении этих денежных средств на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>». 

По делу установлено отсутствие у ООО «

<

данные изъяты>» каких-либо обязательств перед ФИО1, о чем последовательно утверждала, в том числе конкурсный управляющий ФИО2 №2. Кроме того, решением Арбитражного суда Чувашской Республики ФИО1 отказано о включении в реестр кредиторов ООО «

<

данные изъяты>». 

Совершение ФИО1 преступления, предусмотренного ч.1 ст.201 УК РФ, суд первой инстанции должным образом мотивировал. 

Судом установлено, что являясь директором ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1 злоупотребляя своими полномочиями, используя организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, своими преступными действиями причинил существенный вред правам и законным интересам граждан, организациям и охраняемым законом интересам государства, причинив существенный вред правам и законным интересам потерпевших: ООО «

<

данные изъяты>», Министерства экономического 

<

данные изъяты>), ООО «

<

данные изъяты>» (правопреемник ООО «

<

данные изъяты>»), индивидуального предпринимателя ФИО2 №3 (правопреемник ООО «

<

данные изъяты>»), ООО «

<

данные изъяты>».

Кроме того, причинен существенный вред и законным интересам государства в лице УФНС России по Чувашской Республике.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции, что ФИО1 являясь директором ООО «

<

данные изъяты>», использовал свои полномочия вопреки законным интересам коммерческой организации, что повлекло причинение существенного вреда правам и законным интересам ООО «

<

данные изъяты>», его кредиторов, а также государству. 

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.10.2009 № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий, при оценке существенности вреда необходимо учитывать степень отрицательного влияния противоправного деяния на нормальную работу организации, характер и размер понесенного ею материального ущерба, число потерпевших граждан, тяжесть причиненного им физического, морального имущественного вреда.

Существенный вред зависит не столько от фактического размера материального вреда, сколько от значимости его для потерпевших. 

Так, представитель ООО «

<

данные изъяты>» ФИО2 №1, утверждал, что за 2016 года, в том числе из-за неисполнения своих обязательств со стороны ООО «

<

данные изъяты>», у ООО «

<

данные изъяты>» убытки составили более 700 тыс. рублей, а ООО «

<

данные изъяты>» вообще прекратило свою деятельность. Считает, что своими незаконными действиями (на сумму 386 тыс. рублей) ФИО1 причинил потерпевшим существенный вред. 

Более того, принимая во внимание, что Чувашская Республика является дотационным субъектом Российской Федерации, и не поступившие из-за незаконных действий ФИО1 в ее бюджет денежные средства, (независимо от суммы), в том числе и в виде налогов, причинили существенный вред, так как это напрямую связано с исполнением взятых на себя государством обязательств по социальным гарантиям и льготам отдельных категорий граждан. 

В обоснование признания ФИО1 виновным в совершении преступления предусмотренного п.«а» ч.2 ст.173.1 УК РФ суд сослался на показания представителя потерпевшего ФИО2 №1, свидетелей ФИО4 №2, ФИО4 №8, ФИО4 №5, ФИО4 №7 и других, на письменные доказательства, анализ и оценка которых изложены в приговоре. 

Из материалов дела явствует, что решением общего собрания участников ООО «

<

данные изъяты>» от 2 июня 2009 года ФИО1 назначен на должность директора ООО «

<

данные изъяты>», наделенный полномочиями по руководству хозяйственной деятельностью коммерческой организации, являясь лицом, выполняющим организационно - распорядительные и административно - хозяйственные функции в коммерческой организации, используя свое служебное положение, представил в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, а именно в ИФНС России по 

<

адрес>, данные о лице - ФИО4 №2, которое является органом управления юридического лица ООО «

<

данные изъяты>», что повлекло внесение в Единый государственный реестр юридических лиц (далее по тексту - ЕГРЮЛ) сведений о подставном лице.

В октябре 2016 года ФИО1 дал указание своему подчиненному - главному инженеру ООО «

<

данные изъяты>» ФИО4 №2 стать лицом, являющимся органом управления юридическим лицом, - ликвидатором ООО «

<

данные изъяты>» без цели управления указанным обществом. В последующем, имея на руках копию паспорта ФИО4 №2, ФИО1 попросил представителя ООО «Агентство 

<

данные изъяты>» ФИО4 №5, не осведомленного о преступных намерениях ФИО1, оказать ему содействие в подготовке необходимых документов для предоставления в ИФНС России по 

<

адрес> с целью внесения в ЕГРЮЛ сведений о ликвидаторе ООО «

<

данные изъяты>» - ФИО4 №2 ФИО4 №5, не осведомленный о намерениях ФИО1 подготовил проект протокола внеочередного общего собрания участников ООО «

<

данные изъяты>», уведомление о ликвидации юридического лица - ООО «

<

данные изъяты>». ФИО1 подписал указанный протокол, в котором ФИО4 №2 назначался его ликвидатором. Затем ФИО1 передал ФИО4 №2 протокол и уведомление о ликвидации юридического лица по форме №Р15001 для представления в ИФНС России по 

<

адрес>. 

21 февраля 2017 года ФИО4 №2, действуя по указанию ФИО1, представил в ИФНС России по 

<

адрес> уведомление о ликвидации юридического лица по форме № Р15001 и протокол внеочередного общего собрания участников ООО «

<

данные изъяты>» от 21 февраля 2017 года, содержащие сведения о лице, являющемся органом управления юридического лица, (ликвидаторе ООО «

<

данные изъяты>») без цели управления указанным юридическим лицом. 

2 марта 2017 г. должностными лицами ИФНС России по 

<

адрес> на основании представленных вышеуказанных документов вынесено решение №1661А о государственной регистрации внесения в ЕГРЮЛ сведений о принятии решения о ликвидации юридического лица в отношении ООО «

<

данные изъяты>» и назначении лица, которое является органом управления юридического лица, - ликвидатора ФИО4 №2, что повлекло внесение в ЕГРЮЛ сведений о подставном лице - ликвидаторе ООО «

<

данные изъяты>» ФИО4 №2, ставшем лицом, которое является органом управления юридического лица без цели управления.

Согласно уголовному закону в ст.173.1 УК РФ выделяются два альтернативных признака объективной стороны преступления, один из которых - представление в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, данных повлекших внесение в единый государственный реестр юридических лиц сведений о подставных лицах. 

Согласно примечаниям к статье 173.1 УК РФ под подставными лицами в настоящей статье и статье 173.2 УК РФ понимаются лица, которые не только являются учредителями (участниками) юридического лица или органами управления юридического лица и путем введения в заблуждение либо без ведома которых были внесены данные о них в единый государственный реестр юридических лиц, но и лица, которые являются органами управления юридического лица, у которых отсутствует цель управления юридическим лицом.

На основании показаний свидетеля ФИО4 №2, суд пришел к обоснованному выводу, что последний был введен в заблуждение ФИО1, не разъяснив ему, что ликвидатор ООО фактически становится и его руководителем. ФИО4 №2 однозначно дал понять, что после того, как он стал формальным ликвидатором ООО, никакого отношения к управлению либо ликвидации ООО он не имел, и именно ФИО1 продолжал руководить деятельностью ООО «

<

данные изъяты>». Согласившись с предложением ФИО1, он был уверен, что назначался только ликвидатором ООО без цели последующего его управления. В противном случае, он бы с предложением ФИО1 никогда не согласился. После подачи им в ИФНС по 

<

адрес> сведений о принятии решения о ликвидации юридического лица - ООО «

<

данные изъяты>», именно ФИО1 продолжал руководить деятельностью ООО «

<

данные изъяты>».

Суд первой инстанции, оценив показания ФИО4 №2 в совокупности с другими доказательствами, обоснованно признал их достоверными и допустимыми. 

Оснований сомневаться в достоверности и допустимости показаний данного свидетеля не находит и суд апелляционной инстанции. 

Суд апелляционной инстанции считает, что оценив все доказательства в их совокупности, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО1 и правильно квалифицировал его действия по п.«а» ч.2 ст.173.1 УК РФ. 

Наказание ФИО1 назначено с учетом требований ст.ст.6, 60 УК РФ. Назначая наказание, суд учел характер и степень общественной опасности совершенных ФИО1 преступлений, данные о его личности, обстоятельства смягчающие наказание.

Назначение ФИО1 наказание в виде лишения свободы, с применением положений ст.73 УК РФ, суд должным образом мотивировал.

Суд апелляционной инстанции считает, что назначенное ФИО1 наказание, как за каждое из совершенных преступлений, так и по их совокупности является соразмерным содеянном и справедливым.

Все заявленные сторонами ходатайства рассмотрены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства.

Нарушений норм УПК РФ, влекущих отмену принятого судом решения, органом предварительного следствия либо судом, в том числе право ФИО1 на защиту, не допущено.

Вместе с тем приговор подлежит изменению по следующим основаниям. 

В соответствии с п.«б» ч.1 ст.78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если после совершения преступления, в том числе истекло шесть лет после совершения преступления средней тяжести.

Согласно ч.3 ст.15 УК РФ преступлениями средней тяжести признаются умышленные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное настоящим Кодексом, не превышает пяти лет лишения свободы, и неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное настоящим Кодексом, не превышает десяти лет лишения свободы.

Максимальное наказание, предусмотренное ч.1 ст.201 УК РФ - лишение свободы на срок до четырех лет, ч.2 ст.173.1 УК РФ - лишение свободы на срок до пяти лет.

Учитывая, что срок давности за совершенное ФИО1 преступление по ч.1 ст.201 УК РФ истек 20 сентября 2022 года, а по п.«а» ч.2 ст.173.1 УК РФ – 2 марта 2023 года соответственно, и принимая во внимание, что на день постановления приговора - 15 апреля 2022 года срок давности за совершенные ФИО1 преступления не истек, суд апелляционной инстанции считает необходимым освободить ФИО1 от назначенного судом наказания, как за каждое из совершенных преступлений, так и по их совокупности.

В остальной части приговор является законным и обоснованным и для его отмены либо изменения по доводам апелляционной жалобы адвоката Екатеринина А.Н., оснований не находит. 

Руководствуясь ст.ст.389.13, 389.15, 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

постановил:

приговор Московского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от 15 апреля 2022 года в отношении ФИО1 изменить.

На основании п.«б» ч.1 ст.78 УК РФ, от назначенного по ч.1 ст.201, п.«а» ч.2 ст.173.1, ч.2 ст.69 УК РФ наказания ФИО1 освободить в связи с истечением сроков давности. 

В остальном этот же приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Екатеринина А.Ю. - без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня оглашения. Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в суде кассационной инстанции. 

Председательствующий Сумин О.С.