4RS0№-65

Дело №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

(дата) (адрес)

Калининский районный суд (адрес) в составе

председательствующего судьи Виденеевой О.В.

при секретаре ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ПАО СК «Росгосстрах» к ФИО1 о признании договора страхования недействительным,

УСТАНОВИЛ:

Истец ПАО СК «Росгосстрах» обратился в суд с иском к ответчику ФИО1 о признании недействительным договора страхования «Росгосстрах Авто «Защита» серии № № от (дата), заключенного между сторонами; взыскании расходов по оплате государственной пошлины.

В обоснование иска указано, что (дата) между истцом и ответчиком заключен договор добровольного страхованиятранспортного средства Вольво, принадлежащего ответчику, период страхования с (дата) по (дата).

(дата) произошло ДТП с участием указанного автомобиля.

Ответчик обратился к истцу с заявлением о выплате страхового возмещения, истцом произведен осмотр транспортногосредства, на основании которого истцом ответчику отказано в выплате в связи с не соответствием повреждений на транспортном средстве, обстоятельствам ДТП.

Досудебная претензияответчика также осталась без удовлетворения.

Ответчик обратился в суд с требованиями о взыскании страхового возмещения, решением суда требованияудовлетворены частично.

Истец полагает, что договор страхования, заключенный между сторонами, являетсянедействительным, поскольку ответчик сообщил страховщику недостоверную информацию о стоимости транспортного средства путем намеренного ведения в заблуждение.

В судебном заседании представитель истца ПАО СК «Росгосстрах» поддержал требования по основаниям, изложенным в иске. Также заявил ходатайство о проведении судебной экспертизы об определении действительной стоимости транспортного средства.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании при надлежащем извещении участия не принимал.

Представители третьих лиц АО «МАКС», Управления ГИБДД по (адрес) в судебном заседании при надлежащем извещении участия не принимали.

В соответствие со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие не явившихся участников процесса, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Материалами дела подтверждается, что (дата) между истцом и ответчиком заключен договор добровольного страхования транспортного средства Вольво «Росгосстрах Авто «Защита» серии № №, период страхования с (дата) по (дата). Страховая премия в сумме 166066 рублей оплачена ответчиком полностью.

Из договора страхования следует, что осмотр транспортного средства не производился (п. 7).

(дата) произошло ДТП с участием указанного автомобиля, то есть в период действия оспариваемогодоговора страхования, данный автомобиль получил механические повреждения.

(дата) ответчик обратился к истцу с заявлением о выплате страхового возмещения.

(дата) страховой организациейпроизведен осмотр транспортного средства ответчика.

(дата) истец отказалответчику в выплате страхового возмещения, ввиду не соответствия повреждений автомобиля,обстоятельствам ДТП.

Ответчик обратился с соответствующей претензией к истцу, которая осталась без удовлетворения.

ФИО1 обратился с иском к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании ущерба.

РешениемЦентральногорайонного суда (адрес) от (дата) с страховой компании в пользу В. взыскано страховое возмещение в сумме 1650000 рублей, расходы по оплате услуг эксперта 12000 рублей, компенсация морального вреда 10000 рублей, расходы по оплате услуг представителя 25000 рублей, штраф в размере 8250000 рублей. Также с страховой компании взыскана в доход местного бюджета государственная пошлина 16450 рублей.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от (дата) решение районного суда от (дата) изменено. Взыскано с ПАО СК «Росгосстрах» в пользу ФИО1 страховое возмещение 1361000 рублей, расходы на оценку 12000 рублей, компенсация морального вреда 10000 рублей, штраф 691500 рублей, судебные расходы 20652,50 рублей. В доход местного бюджета взыскана государственная пошлина 15365 рублей.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции орт (дата) решение районного суда в неизмененной части и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от (дата) оставлены без изменения.

В соответствии с частями 2, 4 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Согласно ч. 2 ст. 209 ГПК РФ после вступления в законную силу решения суда стороны, другие лица, участвующие в деле, их правопреемники не могут вновь заявлять в суде те же исковые требования, на том же основании, а также оспаривать в другом гражданском процессе установленные судом факты и правоотношения.

Согласно правовой позиции, содержащейся в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от (дата) №-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности. Таким образом, не допускается оспаривание установленных вступившим в законную силу судебным постановлением обстоятельств, равно как и повторное определение прав и обязанностей стороны спора, путем предъявления новых исков.

Проанализировав доводы настоящего иска, доводы, приведенные при рассмотрении апелляционнойжалобы на решение Центрального районного суда (адрес) от (дата), содержание принятого по делу и вступившего в законную силу судебного акта, суд приходит к выводу, что практически все доводы, приведенные в настоящем исковом заявлении, являлись предметом исследования и оценки судов первой, апелляционной и кассационной инстанций, направлены на переоценку установленных судами фактических обстоятельств дела и принятых доказательств, что недопустимо в силу требований, предусмотренных ст. 61 ГПК РФ.

В частности, судами установлено, что договор страхования между истцом и ответчиком является заключенным, объект страхования сторонами определен и отвечает установленным требованиям. Сторонами договора страхования согласована лишь страховая сумма, страховая стоимость застрахованного имущества не определена.

Обращаясь в суд с настоящим исковым заявлением, истец в обоснование оснований о недействительности сделки ссылался на положения п. 2 ст. 179, п. 3 ст. 951 ГК РФ, так как договор страхования был заключен под влиянием обмана со стороны ответчика, который умышленно ввел в заблуждение страховщика относительно стоимости застрахованного имущества.

В силу п. 1 ст. 944 ГК РФ при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

Пунктом 3 ст. 944 ГК РФ предусмотрено, что, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных п. 2 ст. 179 настоящего Кодекса.

По смыслу приведенных норм не использование страховщиком права на осмотр страхуемого помещения и не проверка правоустанавливающих документов в порядке ст. 945 ГК РФ не лишает его возможности требовать признания договора страхования недействительным по основаниям, предусмотренным п. 3 ст. 944 ГК РФ.

В силу п. 2 ст. 947 ГК РФ при страховании имущества, если договором страхования не предусмотрено иное, страховая сумма не должна превышать его действительную стоимость (страховую стоимость), которой для имущества считается его действительная стоимость в месте его нахождения в день заключения договора страхования.

Если страховая сумма, указанная в договоре страхования имущества или предпринимательского риска, превышает страховую стоимость, договор является ничтожным в той части страховой суммы, которая превышает страховую стоимость (пункт 1 статьи 951 ГК РФ).

Из пункта 3 статьи 951 ГК РФ следует, что, если завышение страховой суммы в договоре страхования явилось следствием обмана со стороны страхователя, страховщик вправе требовать признания договора недействительным и возмещения причиненных ему этим убытков в размере, превышающем сумму полученной им от страхователя страховой премии.

Истец полагает, что договор страхования заключен под влиянием обмана со стороны ФИО1, который умышленно ввел в заблуждение страховщика, не только исказил факты, но и намеренно умолчал об обстоятельствах, о которых он должен был сообщить.

В силу п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Данное положение закона при оспаривании договора страхования подлежит применению во взаимосвязи с приведенной выше нормой п. 1 ст. 944 ГК РФ, которой определены обязанности страхователя, связанные с предоставлением страховщику информации, влияющей на определение вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), а также с нормой п. 3 той же статьи, которая является специальной по отношению к п. 2 ст. 179 ГК РФ и по смыслу которой обманом со стороны страхователя признается только сообщение страховщику заведомо ложных сведений об обстоятельствах, указанных в п. 1.

Под обманом подразумевается умышленное введение стороны в заблуждение с целью склонить другую сторону к совершению сделки.Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у потерпевшего не соответствующее действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки.

Таким образом, в предмет доказывания по спору о признании сделки недействительной как совершенной под влиянием обмана входит, в том числе, факт умышленного введения недобросовестной стороной другой стороны в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки. Обязанность доказывания наличия умысла страхователя при сообщении страховщику заведомо ложных сведений лежит на страховщике (истце), обратившемся в суд с иском о признании сделки недействительной.

Для признания недействительности по п. 3 ст. 951 ГК РФ необходимо, чтобы со стороны страхователя был осуществлен обман. При этом под обманом необходимо понимать осознанное сообщение информации именно с целью создать ошибочное представление о стоимости застрахованного имущества, это преднамеренное поведение, направленное на формирование ложного представления о юридически значимом показателе - цене страхуемого имущества, как характеристике, предопределяющей страховую сумму, то есть наличие прямого умысла в действиях страхователя, обязанность доказывания которого лежит на страховщике.

Вместе с тем, истец в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представил суду безусловных доказательств, свидетельствующих о том, что спорный договор был заключен под влиянием обмана, то есть при его заключении страхователь действовал умышленно и сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

Материалами дела подтверждается, что при заключении договора страхования стороны не устанавливали стоимость страхового имущества, указав лишь страховую сумму по страховым рискам.

Как следует из договора страхования от (дата), между сторонами был заключен коробочный договор страхования, в соответствии с которым страхование осуществляется без осмотра имущества и заполнения документов, оформление осуществляется путем выдачи страхователю Правил страхования, полиса в упаковке с общей информацией по продукту страхования, и формированием в страховом приложении полиса с условиями страхования, заявления на оплату. Исходя из чего, указание стоимости страхуемого имущества при заключении договора не требуется. Такой способ заключения договора страхования, исключает формирование ложного представления о стоимости имущества у страховщика как результат активного поведения ФИО1

Согласно п. 2 ст. 944 ГК РФ, если договор страхования заключен при отсутствии ответов страхователя на какие-либо вопросы страховщика, страховщик не может впоследствии требовать расторжения договора либо признания его недействительным на том основании, что соответствующие обстоятельства не были сообщены страхователем.

Таким образом, в случае недостаточности сообщенных страхователем существенных обстоятельств либо сомнений в их достоверности страховщик, являясь лицом, осуществляющим профессиональную деятельность на рынке страховых услуг, не лишен был возможности при заключении договора выяснить обстоятельства, влияющие на степень риска. Бремя истребования и сбора информации о риске лежит на страховщике, который должен нести риск последствий заключения договора без соответствующей проверки сведений.

Вручение страхового полиса страховщиком, получение соответствующей страховой премии из расчета страховой суммы, а также отсутствие претензий по существу представленных страхователем во время заключения договора сведений до предъявления ФИО1 исковых требований к истцу о взыскании страхового возмещения, фактически подтверждает согласие страховщика с достаточностью и достоверностью предоставленных ответчиком сведений, и достижение соглашения об отсутствии дополнительных факторов риска.

Обращаясь в суд с настоящим иском к ответчику, истец указывает о введении страхователем в заблуждение страховщика относительно стоимости объекта страхования, поскольку из договора купли-продажи от (дата), заключенного с ФИО1 следует, что стоимость автомобиля составляет 1 750000 рублей, при этом из договора, представленного в ГИБДД, следует, что стоимость автомобиля составляет 100000 рублей. При этом, истец не учитывает всю совокупность исследованных доказательств, в том числе по указанному выше ранее рассмотренному делу, а также данные о наличии условий коробочного страхованияимущества, то есть без осмотра и определения страховой стоимости имущества.

Указание страховой суммы в договоре не соответствующей по величине рыночной, не свидетельствует о совершении обмана со стороны страхователя, таковых доказательств, в материалы настоящего дела, как и при рассмотрении гражданского дела по иску ФИО1 к ПАО СК «Росгосстрах» представлено не было. Констатации указанного несоответствия, при отсутствии иных объективных доказательств умышленного активного поведения страхователя завышения страховой суммы в договоре страхования путем обмана, недостаточно для удовлетворения требований страховщика о признании договора страхования недействительным.

Доводы истца об участи транспортного средства ранее в ДТП, в котором произошла его конструктивная гибель, не являются основанием для признания договора страхования недействительным в соответствии с положениями ст. 951 ч. 3 ГК РФ, а, кроме того, материалы дела не содержат доказательств, устанавливающих указанные выше обстоятельства.

Также суд не находит оснований для удовлетворения ходатайства о назначении судебный экспертизы для определения действительной стоимости транспортного средства, поскольку согласно ч. 1 ст. 79 ГПК РФ экспертиза назначается судом при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла. Исходя из предмета и оснований заявленных исковых требований, для правильного рассмотрения дела по существу специальные познания не требуются, при этом, при разрешении требований условием для применения нормы о недействительности сделки является именно наличие умысла страхователя.

Также суд не находит оснований для восстановления пропущенного истцом срока исковой давности.

Поскольку договор страхования, заключенный с ответчиком, по основаниям, заявленным истцом (введение в заблуждение), является оспоримой сделкой, срок исковой давности по которой согласно пункту 2 статьи 181 ГК РФ составляет один год и является пропущенным.

Так, в соответствии со статьей 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Разрешая заявление представителя истца о пропуске срока исковой давности, суд исходит из того, что установленный положениями пункта 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности истцом пропущен. Договор страхования заключен (дата), однако в суд с исковым заявлением о признании сделки недействительной истец обратился лишь в рамках настоящего дела (дата), то есть за пределами годичного срока исковой давности, что в силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в заявленных требованиях.

Правовых оснований для восстановления указанного срока, с учетом того, что истец является профессиональным участником рынка, не имеется.

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований о признании договора страхования недействительным.

Поскольку в удовлетворении основного требования отказано, оснований для взыскания государственной пошлины в пользу истца не имеется.

руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Отказать представителю ПАО СК «Росгосстрах» в удовлетворении ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы.

Исковые требования ПАО СК «Росгосстрах» к ФИО1 о признании договора страхования недействительным,- оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Калининский районный суд (адрес) в апелляционном порядке в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения.

Председательствующий:

Мотивированное решение изготовлено (дата)

Судья: