Судья Сподынюк Л.В. дело № 22-1318/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Ставрополь 24 апреля 2025 года

Ставропольский краевой суд в составе: 

председательствующей судьи Кудашкиной М.А.,

при секретаре судебного заседания Батчаевой Д.Н.,

с участием: 

прокурора Поминова С.В.,

потерпевшей Потерпевший №1,

представителя потерпевших Потерпевший №2, Потерпевший №1 и несовершеннолетнего Потерпевший №3 - адвоката Карловой Л.М.,

осужденного ФИО1, 

защитника осужденного ФИО1 - адвоката Хачатряна В.В.

осужденного ФИО2,

защитника осужденного ФИО2- адвоката Бабаяна А.Б., 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление с дополнением государственного обвинителя Уракчиевой З.Х., апелляционную жалобу потерпевших Потерпевший №2, Потерпевший №1, несовершеннолетнего Потерпевший №3 и его законного представителя Н.Т.А., апелляционную жалобу адвоката Бабаяна А.Б. в интересах осужденного ФИО2 на приговор Промышленного районного суда города Ставрополя от 5 февраля 2025 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженец 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, несудимый,

осужден по ч. 2 ст. 216 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы,

в соответствии со ст. 73 УК РФ условно с установлением испытательного срока на 1 год 6 месяцев и возложением на него обязанностей;

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженец 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, несудимый,

осужден по ч. 2 ст. 216 УК РФ к 2 годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с руководством, контролем и обеспечением охраны труда и техники безопасности при производстве строительных работ сроком на 1 год;

в соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное основное наказание признано условным с установлением осужденному испытательного срока на 2 года и возложением на него обязанностей.

Мера пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Мера пресечения в отношении ФИО2 в виде подписки о невыезде до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Гражданские иски удовлетворены частично, постановлено взыскать в равных долях с осужденных ФИО1 и ФИО2 в пользу потерпевших Потерпевший №1, Потерпевший №2 и несовершеннолетнего потерпевшего Потерпевший №3 по СУММА руб. каждому в счет компенсации морального вреда;

постановлено:

-компенсировать законному представителю несовершеннолетнего потерпевшего Потерпевший №3 – Н.Т.А. расходы на вознаграждение адвоката Карловой Л.М. на стадии судебного разбирательства в размере СУММА руб. за счет средств федерального бюджета с возложением оплаты на Управление Судебного департамента в Ставропольском крае;

-взыскать в равных долях с ФИО1 и ФИО2 в доход бюджета РФ расходы на вознаграждение адвоката Карловой Л.М. в размере СУММА руб.;

-компенсировать потерпевшему Потерпевший №2 расходы на вознаграждение адвоката Карловой Л.М. на стадии досудебной проверки рапорта (заявления) и предварительного расследования в размере СУММА руб. за счет средств федерального бюджета с возложением оплаты на УФК по Ставропольскому краю – следственное управление СК РФ по Ставропольскому краю;

-взыскать в равных долях с ФИО1 и ФИО2 в доход бюджета РФ расходы на вознаграждение адвоката Карловой Л.М. в размере СУММА руб.;

-компенсировать потерпевшему Потерпевший №2 расходы на вознаграждение адвоката Карловой Л.М. на стадии судебного разбирательства в размере СУММА руб. за счет средств федерального бюджета с возложением оплаты на Управление Судебного департамента в Ставропольском крае;

-взыскать в равных долях с ФИО1 и ФИО2 в доход бюджета РФ расходы на вознаграждение адвоката Карловой Л.М. в размере СУММА руб.;

-компенсировать потерпевшей Потерпевший №1 расходы на вознаграждение адвоката Карловой Л.М. на стадии досудебной проверки рапорта (заявления) и предварительного расследования в размере СУММА руб. за счет средств федерального бюджета с возложением оплаты на УФК по Ставропольскому краю – следственное управление СК РФ по Ставропольскому краю;

- взыскать в равных долях с ФИО1 и ФИО2 в доход бюджета РФ расходы на вознаграждение адвоката Карловой Л.М. в размере СУММА руб.;

-компенсировать потерпевшей Потерпевший №1 расходы на вознаграждение адвоката Карловой Л.М. на стадии судебного разбирательства в размере СУММА руб. за счет средств федерального бюджета с возложением оплаты на Управление Судебного департамента в Ставропольском крае;

-взыскать в равных долях с ФИО1 и ФИО2 в доход бюджета РФ расходы на вознаграждение адвоката Карловой Л.М. в размере СУММА руб.;

разрешены вопросы о вещественных доказательствах. 

Изложив кратко содержание приговора, существо апелляционных представления с дополнением и жалоб, возражений на первичное апелляционное представление и апелляционные жалобы, выступления сторон по доводам представления и жалоб, суд апелляционной инстанции

установил:

при обстоятельствах, изложенных в приговоре, ФИО1 и ФИО2 признаны виновными в нарушении правил безопасности при ведении строительных работ, повлекшем по неосторожности смерть человека.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Уракчиева З.Х., не соглашаясь с приговором, приводит доводы о том, что при назначении осужденным наказания с применением положений ст. 73 УК РФ суд указал на учет совокупности обстоятельств, смягчающих наказание осужденных, акцентировав на них внимание указал на возможность достижения целей наказания и исправление осужденных без изоляции от общества. Однако приведенные в приговоре смягчающие обстоятельства сами по себе не влекут безусловное применение положений ст. 73 УК РФ.

Обращает внимание, что ФИО1 и ФИО2 при допросах фактически не признавали свою вину в совершении преступления, излагая такую версию событий, которая бы правдоподобно уменьшала степень вины и общественной опасности совершенного преступления, повлекшего смерть потерпевшего.

Полагает, что суд оставил без должной оценки характер и степень общественной опасности преступления, которое направлено против здоровья человека и общественной безопасности при ведении строительных работ. В приговоре отсутствует убедительное и надлежащее мотивированное обоснование назначения осужденным лишения свободы без его реального отбывания. Применив к осужденным положения ст. 73 УК РФ в отсутствие к тому оснований, суд назначил каждому из осужденных несправедливое наказание вследствие его чрезмерной мягкости, которое несоразмерно общественной опасности деяния. 

Считает, что суд при назначении наказания ФИО1у как ответственному лицу, ненадлежащим образом исполнявшему свои служебные обязанности, не применил дополнительное наказание. Это обстоятельство позволяет ФИО1у и дальше заниматься деятельностью в сфере производства строительных и иных работ, что противоречит целям уголовного наказания (ч. 2 ст. 43 УК РФ).

Приводит доводы о том, что суд нарушил требования закона при разрешении гражданского иска, не учел положения п.п. 28, 40 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре». Разрешая гражданский иск о компенсации морального вреда, суд удовлетворил его частично и постановил взыскать с осужденных в равных долях в пользу каждого истца СУММА руб. При этом суд формально сослался на требования разумности и справедливости, не приведя в судебном решении ни одного конкретного обоснования вывода о снижении суммы компенсации морального вреда, не дал оценку доводам истцов о том, что погибший Д.И.Г. являлся единственным кормильцем для потерпевших, проживал с теми, а после его гибели семья испытывала сильные нравственные переживания;

В нарушение действующего законодательства и положений п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 октября 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» судом не решался вопрос о привлечении в качестве гражданского соответчика ООО «НАЗВАНИЕ».

Просит приговор изменить: исключить применение положений ст. 73 УК РФ об условном осуждении; назначить ФИО1у и ФИО2у реальное лишение свободы; назначить ФИО1у дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с обеспечением охраны труда и техники безопасности при производстве строительных работ, на срок 1 год; в части разрешения гражданского иска потерпевших просит приговор отменить, дело в этой части направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд первой инстанции в порядке гражданского судопроизводства.

В дополнении к представлению государственный обвинитель указывает, что судом нарушены требования ст. 307 УПК РФ при описании преступного деяния, поскольку всякое изменение обвинения в суде должно быть обосновано в описательно-мотивировочной части приговора. В обвинительном заключении в обвинении ФИО2 указано: «Легкомысленное бездействие ФИО2 привело к тому, что…» «…Д.И.Г., выполняющий штукатурные работы на строительном объекте по адресу: 

<

адрес>, в нерабочее время, т.е., являясь посторонним лицом, находясь на 4 этаже строительного объекта по адресу: 

<

адрес>, упал в проем между лестничными маршами, в результате чего получил телесные повреждения...». Суд в приговоре установил: «Легкомысленное бездействие ФИО1 и ФИО2 привело к тому, что…» «…Д.И.Г., находясь на 4 этаже строительного объекта по адресу: 

<

адрес>, упал в проем между лестничными маршами, в результате чего получил телесные повреждения…». Однако изменение фабулы обвинения судом не мотивировано и не нашло отражения в начале описательно-мотивировочной части приговора. Просит приговор отменить, дело направить на новое рассмотрение в ином составе суда. 

В совместной апелляционной жалобе потерпевшие Потерпевший №2, Потерпевший №1, несовершеннолетний Потерпевший №3 и его законный представитель Н.Т.А. считают, что приговор подлежит изменению в части назначения осужденным несправедливого наказания и несоразмерного размера компенсации морального вреда, взысканного в пользу каждому из потерпевших, поскольку судом допущены нарушения норм материального и процессуального права. Полагают, что приговор является несправедливым вследствие чрезмерной мягкости назначенных наказаний, которые несоразмерны действиям (бездействиям) ФИО1 и ФИО2, поведению тех в рамках уголовного дела на всех стадиях производства по делу, а также наступившим последствиям преступления. Суд немотивированно, необоснованно и без учета установленных в суде фактических обстоятельств признал смягчающие вину осужденных обстоятельства, которые учел при назначении наказаний. Признание П-вым вины и раскаяние того формальны, рассчитаны на установление смягчающих обстоятельств. В ходе рассмотрения дела ФИО2 постоянно вводил потерпевших в заблуждение относительно выплаченных им СУММА руб. в качестве помощи потерпевшим. В результате Нейжмак создавал только искусственную видимость возмещения ущерба. Вместе с тем установленный судом размер взысканий по СУММА руб. каждому потерпевшему не компенсирует их физические и нравственные страдания, в приговоре отсутствуют обоснованные выводы суда при определении и уменьшении размера компенсации морального вреда, причиненного потерпевшим. ФИО1 не предпринимал действия по заглаживанию морального вреда, причиненного потерпевшим вследствие потери сына и отца. 

Просят приговор изменить, увеличить срок назначенного наказания в виде лишения свободы, а гражданские иски потерпевших удовлетворить полностью. 

В апелляционной жалобе адвокат Бабаян А.Б. в защиту ФИО2 считает приговор незаконным и необоснованным, судом нарушены требования ст. ст. 297, 299 и 307 УПК РФ при постановлении приговора. Считает, что суд фактически не дал оценку доказательствам сторон, а просто одни доказательства признал допустимыми (стороны обвинения), а другие несостоятельными (стороны защиты). Данное обстоятельство свидетельствует о формальном подходе суда к рассмотрению уголовного дела и об игнорировании требований закона.

Приводит доводы о том, что суд по-своему интерпретировал обвинение ФИО2, предъявленное органом следствия и изложенное государственным обвинителем в суде. Суд в приговоре установил: «Легкомысленное бездействие ФИО1 и ФИО2 привело к тому, что…» «…Д.И.Г., находясь на 4 этаже строительного объекта по адресу: 

<

адрес>, упал в проем между лестничными маршами, в результате чего получил телесные повреждения…». В обвинительном заключении в обвинении ФИО2 указано: «Легкомысленное бездействие ФИО2 привело к тому, что…» «…Д.И.Г., выполняющий штукатурные работы на строительном объекте по адресу: 

<

адрес>, в нерабочее время, т.е., являясь посторонним лицом, находясь на 4 этаже строительного объекта по адресу: 

<

адрес>, упал в проем между лестничными маршами, в результате чего получил телесные повреждения...». При этом обвинение государственным обвинителем не уточнялось. 

Таким образом полагает, что суд неправомерно ухудшил позицию подсудимых, фактически удалив из обвинения факт нахождения на объекте Д.И.Г. в нерабочее время, а также то, что Д.И.Г. являлся «посторонним человеком». Обращает внимание, что этот факт напрямую влияет на квалификацию, на наличие состава преступления в действиях ФИО2, влечет безусловное нарушение права подсудимого на защиту. Считает, что именно по причине искажения обвинения суд не дал оценку показаниям свидетелей, противоречащим предъявленному обвинению.

Суд отверг довод стороны защиты о том, что Д.И.Г. находился на строительном объекте в состоянии алкогольного опьянения, обосновав свое решение тем, что свидетель Свидетель №8 не знает, исходил ли от Д.И.Г. запах алкоголя, поскольку близко к тому не подходил. Кроме того, суд сослался на заключение эксперта К.А.В., который на основании результата судебно-химического исследования крови № от ДД.ММ.ГГГГ пришел к выводу о том, что на момент смерти Д.И.Г. в состоянии алкогольного опьянения не находился. Из выводов заключения эксперта следует, что Д.И.Г. во время нахождения с ДД.ММ.ГГГГ в лечебном учреждении не употреблял спиртные напитки. Вместе с тем, сторона защиты не оспаривает, что во время лечения Д.И.Г. не употреблял алкоголь. Однако вопреки показаниям Свидетель №8, который близко к Д.И.Г. не подходил и не чувствовал алкоголь, есть свидетели, которые в ходе допроса по уголовному делу давали показания о том, что распивали спиртные напитки с Д.И.Г.

Указывает на то, что ООО «НАЗВАНИЕ», генеральным директором которого был ФИО2, было заказчиком строительного объекта, а не генеральным подрядчиком. ФИО2 как генеральный директор заключил с ФИО1 договор на проведение работ по охране труда. Таким образом, ФИО1 не был в штате ООО «НАЗВАНИЕ», а потому не должен был проводить инструктаж с работниками ООО «НАЗВАНИЕ».

Несмотря на недоказанность вины ФИО2 и необоснованный приговор, сторона защиты обращает внимание также на то, что суд, устанавливая наличие у ФИО2 смягчающих наказание обстоятельств, необоснованно отнес частичное возмещение морального вреда в сумме СУММА руб. к смягчающим наказание обстоятельствам на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ. Между тем для такого признания предусмотрены положения п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ. Кроме того, суд не учел противоправность поведения потерпевшего в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Полагает, что судом допущены нарушения требований действующего законодательства при удовлетворении гражданских исков потерпевших и взыскании процессуальных издержек с осужденных. По гражданским искам потерпевших о возмещении морального вреда с ФИО2 в равных долях с ФИО1 взысканы денежные средства в сумме СУММА руб., что является чрезмерно завышенной суммой, а судом указано, но фактически не учтено, что ФИО2 трудовую деятельность не осуществляет, на иждивении имеет троих малолетних детей. В то же время потерпевшими должным образом не мотивированы суммы, указанные в исках. Считает, что судом не учтено, что ранее по судебному решению, копия которого имеется в уголовном деле, потерпевшим выплачивались денежные средства в сумме СУММА руб. в качестве страховой выплаты. 

Обращает внимание, что суд в полном объеме удовлетворил требования представителя потерпевших о возмещении расходов потерпевших на представителя. При этом непонятно, каким образом представитель трех потерпевших по одному уголовному делу совершал различные действия по трем своим доверителям. В суде не исследованы доказательства, обосновывающие эти расходы.

Полагает, что допущенные судом нарушения носят фундаментальный характер и ограничили права ФИО2 на защиту. Отсутствие доказательств виновности ФИО2 в инкриминируемом преступлении является явным нарушением презумпции невиновности, предусмотренной ст. 49 Конституции РФ и ст. 14 УПК РФ, так как никаких объективных данных в обоснование приговора судом не приведено.

Просит приговор отменить, вынести по делу новое решение, оправдать ФИО2 в связи с непричастностью к совершению преступления. 

В возражениях на первичное апелляционное представление и апелляционную жалобу адвоката Бабаяна А.Б. потерпевшие и гражданские истцы Потерпевший №2, Потерпевший №1, несовершеннолетний Потерпевший №3 и его законный представитель Н.Т.А. поддерживают доводы представления о незаконности применения в отношении осужденных положений ст. 73 УК РФ и снижения судом заявленных потерпевшими сумм гражданского иска. В то же время с доводами представления об отмене приговора в части разрешения гражданского иска по мотивам того, что суд не разрешил вопрос о привлечении соответчиков, они не согласны. В рамках уголовного дела гражданский иск рассматривается по правилам уголовного судопроизводства в соответствии со ст. ст. 44, 54 УПК РФ, которые предусматривают, что, как физическое, так и юридическое лицо несет ответственность за вред, причиненный потерпевшим непосредственно преступлением. Полагают, что доводы представления в этой части противоречат обстоятельствам дела и требованиям закона, а также тому, что в суде первой инстанции государственный обвинитель поддержал исковые требования. При этом государственный обвинитель как равноправный участник уголовного судопроизводства не заявлял ходатайство о привлечении иных участников судопроизводства, в том числе ООО «НАЗВАНИЕ» по гражданскому иску.

По доводам жалобы адвоката Бабаяна А.Б. относительно обстоятельств дела и квалификации действий ФИО2 подробно высказалась в суде первой инстанции адвокат Карлова Л.M., а судом дана соответствующая оценка указанным доводам стороны защиты и представителя потерпевших. При этом в жалобе адвоката не приведены обоснования нарушений, допущенных судом первой инстанции при оценке доводов стороны защиты.

Доводы адвоката Бабаяна А.Б. о завышенной сумме, взысканной с осужденных в бюджет РФ в возмещение расходов потерпевших на своего представителя, не состоятельны и противоречат обстоятельствам дела.

Просят учесть возражения и доводы их совместной апелляционной жалобы, удовлетворить их жалобу, отказать в удовлетворении апелляционной жалобы адвоката Бабаяна А.Б., а также апелляционного представления в части, касающейся направления гражданского иска на новое рассмотрение. 

В возражениях на первичное апелляционное представление и совместную апелляционную жалобу потерпевшей стороны адвокат Хачатрян В.В. отмечает, что жалоба и представление являются необоснованными, не содержат мотивированные обоснования нарушений, которые повлияли на вынесение незаконного и необоснованного приговора. При назначении наказания ФИО1 суд в совокупности оценил доказательства, представленные сторонами, которые были исследованы в судебном заседании по принципу состязательности и равноправия сторон. Суд в полной мере учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, в соответствии с законом признал в качестве смягчающего обстоятельства активное способствование раскрытию и расследованию преступления. Просит жалобу и представление оставить без удовлетворения.

Проверив представленные материалы дела, обсудив доводы апелляционных представления с дополнением, жалоб, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 389.15, ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ, основаниями отмены судебного решения в апелляционном порядке, в том числе являются существенное нарушение уголовно-процессуального закона, которые повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Согласно положениям ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Данное требование закона судом первой инстанции при постановлении приговора в отношении ФИО1 и ФИО2 в полном объеме не выполнено.

В соответствии с положениями ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», всякое изменение обвинения в суде должно быть обосновано в описательно-мотивировочной части приговора.

В силу указанных норм закона именно предъявленное подсудимому обвинение, сформулированное стороной обвинения в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении и поддержанное государственным обвинителем, является предметом судебного разбирательства и определяет его пределы. Суд в приговоре оценивает, доказано или не доказано предъявленное обвинение и дает этому мотивированную оценку. Суд не может произвольно, без приведения мотивов исключить из обвинения какие-либо юридически значимые обстоятельства.

Приведенные требования уголовно-процессуального закона судом не соблюдены.

Как следует из обвинительного заключения в отношении ФИО2, «легкомысленное бездействие ФИО2 привело к тому, что в период времени с ** часов ** минут ДД.ММ.ГГГГ по ** часов ** минут ДД.ММ.ГГГГ, более точное время предварительным следствием не установлено, Д.И.Г., выполняющий штукатурные работы на строительном объекте по адресу: 

<

адрес>, в нерабочее время, то есть, являясь посторонним лицом, находясь на 4 этаже строительного объекта по адресу: 

<

адрес>, упал в проем между лестничными маршами, в результате чего получил телесные повреждения, которые повлекли смерть Д.И.Г., наступившую ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ СК «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи» по адресу: 

<

адрес>.»

Согласно протоколу судебного заседания именно это обвинение поддержано государственным обвинителем.

Суд в приговоре в данной части указал, что «…Д.И.Г., находясь на 4 этаже строительного объекта по адресу: 

<

адрес>, упал в проем между лестничными маршами, в результате чего получил телесные повреждения, которые повлекли смерть Д.И.Г.…»

Какого-либо решения об изменении предъявленного обвинения ФИО2 материалы уголовного дела не содержат.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что сторона защиты, приводя доводы о невиновности ФИО2, указала, что в период времени с ** часов ** минут ДД.ММ.ГГГГ по * часов ** минут ДД.ММ.ГГГГ Д.И.Г. находился на объекте строительства по адресу: 

<

адрес> вне рабочего времени, несанкционированно, в состоянии алкогольного опьянения и строительные работы не выполнял. Вместе с тем судом доводы стороны защиты подсудимого ФИО2 именно в указанный период не проверены.

Согласно п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2018 года № 41 «О судебной практике по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных или иных работ либо требований промышленной безопасности опасных производственных объектов», в ходе рассмотрения каждого дела о преступлении, предусмотренном статьями 143, 216 или 217 УК РФ, подлежит установлению и доказыванию не только факт нарушения специальных правил, но и наличие или отсутствие причинной связи между этим нарушением и наступившими последствиями, что должно быть обосновано в судебном решении. Кроме того, суд, установив в своем решении наличие такой связи, обязан сослаться не только на нормативные правовые акты, которыми предусмотрены соответствующие требования и правила, но и на конкретные нормы (пункт, часть, статья) этих актов, нарушение которых повлекло предусмотренные уголовным законом последствия, а также указать, в чем именно выразилось данное нарушение.

При исследовании причинной связи между нарушением специальных правил, допущенным лицом, на которое возложены обязанности по обеспечению соблюдения и (или) соблюдению таких правил, и наступившими последствиями суду следует выяснять в том числе роль лица, пострадавшего в происшествии. Если будет установлено, что несчастный случай на производстве произошел только вследствие небрежного поведения самого пострадавшего, суд должен, при наличии к тому оснований, решить вопрос о вынесении оправдательного приговора.

В том случае, когда последствия наступили в результате как действий (бездействия) подсудимого, вина которого в нарушении специальных правил установлена судом, так и небрежности, допущенной потерпевшим, суду следует учитывать такое поведение потерпевшего при назначении наказания.

Вместе с тем, в ходе судебного разбирательства судом не в полной мере выяснена роль лица, пострадавшего в происшествии, не дана оценка имеющимся существенным противоречиям относительно наличия или отсутствия алкогольного опьянения у Д.И.Г., в том числе тому, что: согласно медицинской карте ГБУЗ СК «ГКП СМП» города Ставрополя № стационарного больного при поступлении Д.И.Г. в больницу зафиксирован выраженный запах алкоголя изо рта; согласно показаниям свидетеля Свидетель №6 они совместно с Д.И.Г. после окончания трудового дня распивали спиртные напитки до ** часов вечера ДД.ММ.ГГГГ; согласно результату судебно-химического исследования крови № от ДД.ММ.ГГГГ «этиловый алкоголь не обнаружен»; согласно Заключению государственного инспектора труда от ДД.ММ.ГГГГ несчастный случай квалифицирован как несчастный случай на производстве, так как действия пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем и участием в его производственной деятельности, исполняемых в интересах работодателя.

Указанные нарушения уголовно-процессуального закона является существенным, повлиявшим на исход дела, поэтому приговор нельзя признать законным и обоснованным, он подлежит отмене, а уголовное дело - передаче на новое судебное рассмотрение.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции лишен возможности высказаться по доводам апелляционных представления и жалоб, поскольку затрагиваемые ими вопросы могут быть в дальнейшем предметом нового судебного разбирательства.

Меру пресечения в отношении ФИО1 и ФИО2 в виде подписки о невыезде надлежит оставить без изменения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

постановил:

приговор Промышленного районного суда города Ставрополя от 5 февраля 2025 года в отношении ФИО1 и ФИО2 отменить, передать уголовное дело на новое судебное рассмотрение в тот же суд первой инстанции со стадии судебного разбирательства в ином составе суда.

Апелляционное представление с дополнением удовлетворить, апелляционную жалобу адвоката Бабаяна А.Б. удовлетворить частично, апелляционную жалобу потерпевших оставить без удовлетворения.

Меру пресечения в отношении ФИО1 и ФИО2 в виде подписки о невыезде оставить без изменения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10-401.12 УПК РФ, непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции. 

При этом подсудимые вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья М.А.Кудашкина