№ 12-11/2019

РЕШЕНИЕ

14 февраля 2019 года г. Краснослободск

Среднеахтубинского района

Волгоградской области

Судья Краснослободского районного суда Волгоградской области Гудкова Е.С. (

<

...> ВИР, д 30), с участием защитника лица, в отношении которого ведётся производство по делу об административном правонарушении – ФИО3, рассмотрев дело об административном правонарушении по жалобе ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес>, неработающего, на постановление мирового судьи судебного участка № 29 Волгоградской области от 25 декабря 2018 года о назначении ФИО1 административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ,

установил:

Согласно постановлению мирового судьи судебного участка № 29 Волгоградской области от 25 декабря 2018 года по делу об административном правонарушении ФИО1 признан виновным в том, что 18 ноября 2018 года в 23 часа 20 минут водитель ФИО1, двигаясь по 

<

адрес>, управлял автотранспортным средством Хендай Акцент государственный регистрационный знак №, и, при наличии признаков опьянения – запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, отказался от выполнения законного требования уполномоченного должностного лица – сотрудника полиции – о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, т.е. совершил правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ. В связи с этим ФИО1 назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 руб. с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

В жалобе на судебное постановление ФИО1, считая постановление мирового судьи незаконным и необоснованным, просит его отменить, указал, что с данным правонарушением он не согласен. Пояснил, что он действительно управлял транспортным средством Хендай Акцент, государственный регистрационный знак №, при этом находился в состоянии алкогольного опьянения, на требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования отказался, поскольку его супруге, находящейся с ним, стало плохо. Таким образом, в связи с крайней необходимостью, он был вынужден управлять своим транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения. Кроме того пояснил, что административный материал был составлен инспекторами ГИБДД с грубыми нарушениями законодательства, которое выразилось в том, что при остановке транспортного средства сотрудниками ГИБДД он сразу сообщил последним о том, что его супруге плохо и ей необходима помощь, однако данный факт был проигнорирован инспекторами.

В обоснование жалобы ее автор, ссылаясь на нормы КоАП РФ, регламентирующие основание и порядок проведения освидетельствования на состояние опьянения, порядок направления водителей на освидетельствование, а также регламентирующие содержание протокола о направлении на медицинское освидетельствование, полагает о том, что при вынесении обжалуемого постановления мировым судьей были положены в основу лишь обстоятельства, изложенные в протоколе об административном правонарушении, без исследования и оценки пояснений его защитника ФИО3, а также других обстоятельств, имеющих существенное значение для дела.

Рассмотрев и оценив материалы дела, в совокупности с доводами жалобы, заслушав выступление защитника, нахожу, что обжалуемое судебное постановление соответствует фактическим обстоятельствам содеянного, вопреки мнению ФИО1, постановление основано на исследованных мировым судьей доказательствах, получивших надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ, достоверность и допустимость представленных в суд доказательств сомнений не вызывает. Нормы материального и процессуального права применены правильно. 

В соответствии с ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния, влечет наложение административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

Как следует из материалов дела, 18 ноября 2018 года в 23 часа 20 минут водитель ФИО1 двигаясь по 

<

адрес> управлял автотранспортным средством Хендай Акцент государственный регистрационный знак №, и, при наличии признаков опьянения – запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, отказался от выполнения законного требования уполномоченного должностного лица – сотрудника полиции – о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, чем нарушил п. 2.3.2 Правил дорожного движения, за что предусмотрена административная ответственность по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Данные обстоятельства подтверждаются следующими доказательствами: протоколом об административном правонарушении серии 

<

адрес> от 18 ноября 2018 года, в котором содержится запись, сделанная ФИО1: "ехал домой за лекарством выпил 0,5 пива" (л.д. 3); протоколом об отстранении от управления транспортным средством от 18 ноября 2018 года, (л.д. 4); протоколом о направлении на медицинское освидетельствование от 18 ноября 2018 года (л.д. 5), в котором содержится собственноручно сделанная ФИО1 подпись об отказе пройти медицинское освидетельствование; объяснениями понятых, которые указали, что все действия проходили в их присутствии (л.д. 4,5).

Протоколы об административном правонарушении, об отстранении от управления транспортным средством и направлении на медицинское освидетельствование составлены в соответствии с правилами ст. 28.2, ст. 27.12 КоАП РФ, уполномоченным должностным лицом, в присутствии понятых, которые своими подписями удостоверили правильность оформления и достоверность содержания протоколов.

В соответствии с п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью дорожного движения и эксплуатации транспортного средства, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения. В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» разъяснено, что основанием привлечения к административной ответственности по ст. 12.26 КоАП РФ является зафиксированный в протоколе об административном правонарушении отказ лица от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, заявленный как непосредственно должностному лицу Государственной инспекции безопасности дорожного движения, так и медицинскому работнику. При рассмотрении этих дел необходимо проверять наличие законных оснований для направления водителя на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, а также соблюдение установленного порядка направления на медицинское освидетельствование. О законности таких оснований свидетельствуют, в том числе, отказ водителя от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения при наличии одного или нескольких признаков, перечисленных в пункте 3 Правил, утвержденных постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №; несогласие водителя с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения; наличие одного или нескольких признаков, перечисленных в пункте 3 названных Правил, при отрицательном результате освидетельствования на состояние опьянения.

Перечисленные выше разъяснения соблюдены при рассмотрении в суде дела об административном правонарушении в отношении ФИО1 и в обжалуемом постановлении приведен обоснованный анализ всех обстоятельств и доказательств по данному делу. Материалами дела подтверждается, что направление ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществлено должностным лицом Госавтоинспекции в пределах его компетенции, установленной ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ. В силу ч. 11 ст. 27.12 КоАП РФ требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения признаётся законным при наличии достаточных оснований полагать, что водитель находится в состоянии опьянения. Поводом для направления этого водителя на медицинское освидетельствование на состояние опьянения является его отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения при наличии достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения. 

Согласно п. 3 Правил освидетельствования лицо, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утверждённых постановлением Правительства РФ от 26 июня 2008 г. № 475, достаточными основаниями полагать, что водитель находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица, а также поведение, не соответствующее обстановке. 

Как видно из протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, составленного в отношении водителя ФИО1, у которого были признаки опьянения- запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, что явилось обстоятельством, послужившим законным основанием для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование, его отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения заявлен сотруднику полиции в присутствии двух понятых. 

Каких-либо существенных нарушений закона при составлении протоколов об административном правонарушении, об отстранении от управления транспортным средством и направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, которые являлись бы основанием для признания их недопустимыми доказательствами, допущено не было.

Оснований сомневаться в достоверности представленных доказательств не имеется.

Приведенные в жалобе доводы не являются основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Согласно п. 2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, водитель обязан по требованию должностных лиц, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью дорожного движения и эксплуатации транспортного средства, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Данная обязанность не только обеспечивает выполнение соответствующими должностными лицами полномочий по надзору и контролю за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства, но и является дополнительной гарантией прав водителя от необоснованного установления у него состояния опьянения.

Инспектор ГИБДД не является лицом, уполномоченным на проведение медицинского освидетельствования, в связи с чем положения пункта 10 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, закрепляют случаи, когда должностное лицо ГИБДД обязано направить водителя на медицинское освидетельствование. При этом сомнения должностного лица относительно наличия у водителя состояния опьянения или наличия согласия водителя с результатами освидетельствования подлежат устранению путем направления водителя на медицинское освидетельствование. Иное толкование указанного пункта Правил приведет к невозможности обнаружения правонарушения и сбора доказательств по делу об административном правонарушении либо к ограничению прав лица, привлекаемого к административной ответственности на представление доказательств его невиновности.

Судом не установлено каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о заинтересованности инспектора ДПС ГИБДД, доказательств этого суду не представлено.

При таких обстоятельствах, в качестве дополнительной гарантии соблюдения прав и законных интересов ФИО1, в целях объективного и полного установления обстоятельств, сотрудниками ГИБДД было принято правомерное решение о направлении последнего в специализированное учреждение для прохождения медицинского освидетельствования.

Состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, является формальным, поскольку объективная сторона данного правонарушения выражается в отказе выполнить законное требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения при наличии признаков опьянения у водителя транспортного средства независимо от его трезвого или нетрезвого состояния.

По смыслу пункта 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 N 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" судья, в производстве которого находится дело об административном правонарушении, оценивает собранные по делу доказательства в соответствии со ст. 26.11 КоАП РФ, а также с позиции соблюдения требований закона при их получении (ч. 3 ст. 26.2 КоАП РФ).

В протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения содержится запись ФИО1 об отказе от прохождения медицинского освидетельствования. В ходе рассмотрения дела мировым судьей защитник ФИО1-ФИО4 так же подтвердил, что от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения ФИО1 отказался.

Таким образом, ФИО1 не выполнил законное требование сотрудника ГИБДД о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Утверждение автора жалобы о том, что он отказался от прохождения медицинского освидетельствования, поскольку его супруга страдает сахарным диабетом 2 типа, является инсулинозависимой, у нее возникли симптомы гипергликемии, в результате чего ФИО1 вез ФИО2 домой самостоятельно, не имея другой возможности оказать ей помощь, нельзя признать убедительным, поскольку данное обстоятельство не освобождало ФИО1 от выполнения законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Более того, довод ФИО1 о том, что административное правонарушение им было совершено в состоянии крайней необходимости, является несостоятельным на основании следующего.

В силу ст. 2.7 КоАП РФ не является административным правонарушением причинение лицом вреда охраняемым законом интересам в состоянии крайней необходимости.

Законодатель, раскрывая понятие крайней необходимости, перечисляет условия, при наличии которых действия лица, образующие состав административного правонарушения, не могут служить основанием для привлечения его к административной ответственности в связи с отсутствием признака вины. Такими условиями являются, в числе прочего, наличие реальной опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или других лиц, а также невозможность устранения опасности иными средствами, чем причинение вреда правоохраняемым интересам.

Между тем, доводы ФИО1 о том, что на момент совершения правонарушения здоровью его супруги ФИО2 угрожала реальная опасность, объективно ничем не подтверждаются, не свидетельствуют об этом представленные суду справки из лечебных учреждений от 12 сентября 2017 года, 26 ноября 2018 года и 17 декабря 2018 года, 

Кроме того, нельзя согласиться и с утверждением автора жалобы о том, что совершение данного административного правонарушения являлось единственно возможным действием для устранения такой опасности.

Таким образом, обстоятельства совершения административного правонарушения не отвечают тем условиям, при наличии которых возникает состояние крайней необходимости и, соответственно, не могут расцениваться в качестве основания для прекращения производства по делу.

Доводы жалобы не опровергают факта отказа ФИО1 от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, кроме того были исследованы в суде первой инстанции.

Иных доводов, которые могли бы повлечь отмену или изменение судебного постановления, в настоящей жалобе не приведено, и оснований для отмены постановления мирового судьи при проверке законности обжалуемого судебного постановления не установлено.

Принцип презумпции невиновности в ходе рассмотрения настоящего дела судьей не нарушен.

Наказание назначено в пределах санкции ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ с соблюдением положений ст. 3.8-4.1 КоАП РФ и в пределах срока давности привлечения к административной ответственности. 

Таким образом, подлежащие доказыванию обстоятельства установлены мировым судьей в достаточном объёме и получили должную оценку в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ, а изложенный в обжалуемом постановлении вывод о наличии в действиях ФИО1 события и состава правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, является обоснованным и мотивированным. 

Нарушений, которые могли бы дать основания для вывода о необходимости отмены судебного постановления, из дела не усматривается. 

Назначенное ФИО1 административное наказание в виде лишения права управления транспортными средствами соответствует характеру совершенного административного правонарушения, объектом которого является безопасность дорожного движения, в виде лишения права управления транспортным средством, назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 3.1, 3.8 и 4.1 КоАП РФ в минимальном размере санкции ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.6 и 30.7 КоАП РФ, судья

РЕШИЛ:

Постановление мирового судьи судебного участка №29 Волгоградской области от 18 ноября 2018 года о назначении ФИО1 административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, оставить без изменения, а жалобу ФИО1 – без удовлетворения. 

Судья Гудкова Е.С.