Судья 1-й инстанции Шовкомуд С.П. № 22-3335/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10 октября 2024 года г. Иркутск

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Морозова С.Л., при помощнике судьи Гаськовой А.В., с участием прокурора Винокуровой Н.Л., обвиняемого ФИО1, защитника – адвоката Кондратьева А.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе защитника – адвоката Кондратьева А.Ю. на постановление Свердловского районного суда г. Иркутска от 24 сентября 2024 года, которым в отношении

ФИО1, родившегося Дата изъята в 

<

адрес изъят>, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. п. «а», «в» ч. 2 ст. 126, п. п. «а», «г» ч. 2 ст. 163 УК РФ, 

продлен срок содержания под стражей на 3 месяца, а всего 4 месяца 24 суток, то есть по 30 декабря 2024 года включительно,

УСТАНОВИЛ:

уголовное дело возбуждено 30 июля 2024 года по признакам преступления, предусмотренного п. п. «а», «в» ч. 2 ст. 126 УК РФ.

Кроме того, 1 августа 2024 года возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. п. «а», «г» ч. 2 ст. 163 УК РФ, в этот же день уголовные дела соединены в одно производство.

6 августа 2024 года ФИО1 задержан в качестве подозреваемого и ему предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных п. п. «а», «в» ч. 2 ст. 126 УК РФ – похищение человека, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, а также п. п. «а», «г» ч. 2 ст. 163 УК РФ – вымогательство, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

8 августа 2024 года постановлением Кировского районного суда г. Иркутска в отношении обвиняемого ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 1 месяц 24 суток, то есть до 30 сентября 2024 года, включительно.

Срок предварительного следствия по уголовному делу продлен и. о. руководителя следственного управления СК РФ по Иркутской области на основании постановления следователя от 16 сентября 2024 года до 5 месяцев, то есть до 30 декабря 2024 года включительно.

24 сентября 2024 года постановлением Свердловского районного суда г. Иркутска удовлетворено ходатайство следователя в производстве которого находится уголовное дело, обвиняемому ФИО1 продлен срок содержания под стражей на 3 месяца, а всего 4 месяца 24 суток, то есть по 30 декабря 2024 года включительно.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Кондратьев А.Ю. просит данное постановление суда отменить, как незаконное и необоснованное, избрать в отношении ФИО1 более мягкую меру пресечения. В обоснование жалобы указывает следующее. Судом проигнорированы и не отражены в обжалуемом постановлении доводы защиты, формально разрешен вопроса о мере пресечения. Следователь не предусмотрел следственных мероприятий по установлению причастности ФИО1 к иным преступлениям или получению вещественных доказательств. Вопреки разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» судом не проанализирована возможность избрания более мягкой меры пресечения. С учетом оспаривания ФИО1 причастности к совершению преступлений, судом не отражены и не проанализированы в судебном решении представленные следователем материалы. Выводы о возможности ФИО1 скрыться, продолжить заниматься преступной деятельностью ничем не подтверждены, являются предположениями суда. При оценке риска побега, не исследован вопрос о семейном положении, наличии иждивенцев и иных личных обязательств. Судом не учтено, что ФИО1 проживает с семьей, имеет постоянный источник дохода, работает барменом, ухаживает за пожилым родственником, не исследован вопрос негативного воздействия меры пресечения на условия жизни его семьи. Не принято во внимание его поведение до задержания. Данных, свидетельствующих о подготовке обвиняемого к побегу, не установлено. Суд не дал оценку причастности ФИО1 к преступлению, его опознание проведено без участия защитника. Возможность ФИО1 повлиять на ход следствия отсутствует, нет риска вмешательства. Нахождение ФИО1 в СИЗО усложняет защиту, поскольку требуется длительная работа защитника с подзащитным.

В возражениях помощника прокурора Свердловского района г. Иркутска ФИО5 на апелляционную жалобу содержится просьба оставить судебное решение без изменения.

В суде апелляционной инстанции защитник – адвокат Кондратьев А.Ю., обвиняемый ФИО1 поддержали доводы апелляционной жалобы. 

Прокурор Винокурова Н.Л. полагала апелляционную жалобу необоснованной и подлежащей оставлению без удовлетворения.

Изучив материалы, заслушав стороны, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного решения и для изменения меры пресечения. 

Выводы суда о наличии предусмотренных законом оснований для продления срока содержания под стражей обвиняемого ФИО1, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтверждаются исследованными в судебном заседании доказательствами. 

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлечь отмену постановления суда о мере пресечения в отношении ФИО1, не допущено.

Требования ст. 109 УПК РФ о возможности продления срока содержания под стражей в отношении обвиняемого на срок свыше 2 месяцев при соблюдении, указанных в данной норме закона условий, соблюдены. 

В частности, суд убедился, что предварительное следствие не окончено в двухмесячный срок по объективным причинам; ходатайство в суд внесено компетентным должностным лицом, в производстве которого находится уголовное дело, с согласия руководителя соответствующего следственного органа; уголовное преследование ФИО1 связано с обвинением в совершении умышленных преступлений, относящихся соответственно к категории особо тяжких и тяжких преступлений; проверено наличие оснований для избрания меры пресечения, предусмотренных ст. 97 УПК РФ и их актуальность на момент разрешения ходатайства следователя.

В силу ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. 97 и 99 УПК РФ.

Однако сведений о том, что эти основания отпали или изменились в такой степени, что мера пресечения подлежит отмене или изменению суд апелляционной инстанции по доводам жалобы защитника и материалам судебного разбирательства не усматривает. 

Как следует из представленных доказательств ходатайство о продлении срока содержания под стражей возбуждается перед судом впервые, отсутствуют данные о чрезмерной длительности расследования и применения меры пресечения. 

Вопреки жалобе суд первой инстанции проверил доводы следователя о невозможности закончить производство расследования в установленный срок ввиду необходимости проведения конкретных следственных и процессуальных действий, обсудил их в судебном решении, неэффективности организации следствия не выявил, не усматривает таковой и суд апелляционной инстанции.

Ссылку защитника на отсутствие сведений о проведении следственных мероприятий по установлению причастности ФИО1 к иным преступлениям, выявлению и получению вещественных доказательств, нельзя признать свидетельствующей о недостаточности материалов для вышеуказанного вывода суда.

Обоснованность подозрения ФИО1 в причастности к совершению инкриминируемых преступных деяний сомнений не вызывает, поскольку подтверждается исследованными в судебном заседании материалами, в том числе протоколами допроса потерпевших Потерпевший №1 и Потерпевший №2, протоколом предъявления лица для опознания. При этом суд правомерно не входил в обсуждение вопросов о доказанности либо недоказанности вины лица в инкриминируемом ему деянии.

Вопреки доводам жалобы защитника нарушений уголовно-процессуального закона при рассмотрении ходатайства следователя, в том числе и формального подхода, не допущено, поскольку суд исследовал и оценил все обстоятельства, учитываемые при решении вопроса о мере пресечения, в том числе данные о личности ФИО1, его возраст, семейное положение, состояние здоровья, исследовались соответствующие характеристики, сведения информационного центра о привлечении к уголовной ответственности и иные поступившие в суд данные на этот счет.

Материалы, представленные следствием в обоснование заявленного ходатайства, в ходе судебного заседания исследованы, о чем свидетельствует протокол судебного заседания. Содержание этого протокола свидетельствует, что позиции сторон о вопросе продления срока меры пресечения в отношении ФИО1 приведены в судебном решении без искажения, при этом уголовно-процессуальный закон не содержит требования дословного приведения доводов сторон. В судебном решении имеются суждения по всем вопросам затронутым стороной защиты, не согласной с доводами обвинения. 

Выводы суда о наличии рисков ненадлежащего поведения ФИО1, заключающихся в возможности продолжить заниматься преступной деятельностью, скрыться от органов следствия и суда, угрожать участникам уголовного судопроизводства или иным путем воспрепятствовать производству по делу, сделаны судом обоснованно.

По смыслу закона, исходя из разъяснений, содержащихся в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» вывод о том, что лицо может скрыться от предварительного следствия или суда на первоначальных этапах производства по уголовному делу могут свидетельствовать тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок. Вывод суда о том, что лицо может продолжать заниматься преступной деятельностью, может быть сделан с учетом, в частности, совершения им ранее умышленного преступления, судимость за которое не снята и не погашена.

Поскольку ФИО1 обвиняется в совершении в период испытательного срока преступлений, относящихся к категории тяжких и особо тяжких, за которые предусмотрено наказание исключительно в виде лишения свободы на длительный срок, направленных против свободы, чести и достоинства личности и против собственности, ранее он привлекался к уголовной ответственности, судим за умышленные преступления, и с учетом иных указанных судом данных о личности, семейном положении и о поведении обвиняемого, отсутствии постоянного источника дохода, вывод о возможности обвиняемого скрыться от следствия и суда, находясь на свободе продолжить заниматься преступной деятельностью, нельзя признать необоснованным.

Кроме того, судом принято во внимание, что по характеру обвинение связано с совершением преступлений группой лиц по предварительному сговору, органами предварительного следствия не установлены все лица, причастные к совершению преступлений. Как следует из представленных материалов и доводов следователя получение доказательств по уголовному делу не завершено.

Вывод суда о том, что обвиняемый может оказать воздействие на участников судопроизводства не является формальным, а сделан обоснованно, поскольку подтверждается протоколами допросов потерпевших, высказывающих опасения за свою жизнь и здоровье, ввиду давления со стороны обвиняемых в том числе ФИО1

Суд первой инстанции вправе был учитывать данные сведения об опасениях воздействия со стороны обвиняемого. Каких-либо оснований, свидетельствующих о необходимости отвергнуть эти сведения, суд апелляционной инстанции по доводам апелляционной жалобы не усматривает.

Сам по себе вывод о возможном ненадлежащем поведении обвиняемого, не свидетельствует о нарушении судом уголовно-процессуального закона, с учетом того, что сущность любой меры пресечения заключается в предотвращении или минимизации негативного поведения в будущем времени. Реальность рисков ненадлежащего поведения обвиняемого сомнений не вызывает, поскольку подтверждается исследованными сведениями.

При этом тяжесть обвинения учтена правильно, в соответствии со ст. 99 УПК РФ в совокупности с иными сведениями.

Так, указанные в судебном постановлении данные о личности ФИО1, включая данные о состоянии здоровья и отсутствии заболеваний, препятствующих изоляции в условиях следственного изолятора, о наличии судимости, отрицательной характеристики с места жительства, нахождение на учете в ОИН ФКУ УИИ ГУФСИН России по Иркутской области, об отсутствии постоянного легального источника дохода, лиц, находящихся на его иждивении, учтены правильно, поскольку соответствуют представленным суду первой инстанции материалам. Данные обстоятельства учитывались в совокупности со сведениями о стадии судопроизводства.

Все полученные судом сведения в их совокупности свидетельствуют о необходимости оставления ранее избранной в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу, поскольку в соответствии со ст. 110 УПК РФ основания, учитываемые судом при избрании указанной меры пресечения, не отпали и существенным образом не изменились.

В обжалуемом постановлении приведена позиция стороны защиты о необходимости иной меры пресечения и обсуждена возможность альтернативных заключению под стражу мер пресечения.

Вывод о том, что в настоящее время более мягкая мера пресечения не сможет обеспечить надлежащего поведения обвиняемого, суд апелляционной инстанции полагает достаточно убедительным, что не предрешает выводов органов следствия и суда о мере пресечения в дальнейшем при производстве по уголовному делу с учетом требований ст. 110 УПК РФ.

Позиция стороны защиты об отсутствии у обвиняемого намерений скрыться и иным образом воспрепятствовать производству по делу, не влечет избрание меры пресечения не связанной с изоляцией в условиях следственного изолятора. Фактически эти доводы связаны с иной оценкой материалов, однако, нарушений закона при оценке представленных доказательств судом не допущено, выводы сделаны в соответствии с требованиями ст. 17 УПК РФ.

Состояние здоровья ФИО1 правильно оценено судом. Сведений о заболеваниях, входящих в Перечень препятствующих нахождению под стражей в соответствии с Постановлением Правительства РФ от 14 января 2011 года № 3 «О медицинском освидетельствовании подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в материале не имеется и не представлено суду апелляционной инстанции. Существенных нарушений процедуры рассмотрения ходатайства о продлении срока меры пресечения не допущено. 

Вместе с тем, постановление суда подлежит изменению, так как при продлении срока действия меры пресечения в виде заключения под стражу, суду следует определять не только продолжительность периода содержания обвиняемого под стражей, но и правильно указывать дату его окончания. Для правильного исчисления этой даты необходимо учитывать положения ч. 10 ст. 109 УПК РФ, в соответствии с которыми в срок содержания под стражей засчитывается время, на которое лицо было задержано в качестве подозреваемого.

Суд первой инстанции, продлевая срок меры пресечения на 3 месяца, то есть всего до 4 месяцев 24 суток, указал на дату окончания этого срока – 30 декабря 2024 года. Однако с учетом задержания ФИО1 6 августа 2024 года, датой окончания 4 месяцев 24 суток содержания под стражей является 29 декабря 2024 года включительно. 

Таким образом, дату окончания периода содержания под стражей следует уточнить, что улучшит положение ФИО1

Помимо вышеизложенного, суд апелляционной инстанции не находит иных оснований для изменения обжалуемого судебного решения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Свердловского районного суда г. Иркутска от 24 сентября 2024 года в отношении обвиняемого ФИО1 изменить, считать, что срок содержания под стражей продлен на 3 месяца, а всего до 4 месяцев 24 суток, то есть по 29 декабря 2024 года включительно.

В остальном постановление суда оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Кондратьева А.Ю. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Кемерово). В случае обжалования обвиняемый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий С.Л. Морозов