Судья Толмачева И.И. № 44-г-2/2018

Судебная коллегия:

ФИО1

ФИО2 - докладчик 

ФИО3

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

президиума Пермского краевого суда

г.Пермь 02 февраля 2018 года

Президиум Пермского краевого суда в составе:

председательствующего Рудакова Е.В., 

членов президиума Бузмаковой О.В., Гилевой М.Б., Заляева М.С., Нечаевой Н.А.

при секретаре Лепихиной Н.В.

рассмотрел гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО5 и ФИО6 о признании недействительными договоров купли-продажи, возложении обязанности по возврату квартиры и признании права собственности 

по кассационной жалобе ФИО4 на решение Свердловского районного суда г.Перми от 13 июля 2017 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Пермского краевого суда от 04 октября 2017 года.

Заслушав доклад судьи Киселевой Н.В., объяснения представителя ФИО4 – ФИО7, поддержавшей доводы кассационной жалобы, представителя ФИО6 – ФИО8, возражавшей против удовлетворения кассационной жалобы, заключение заместителя прокурора Пермского края Малышевой Л.Н. об удовлетворении кассационной жалобы, президиум 

у с т а н о в и л :

ФИО4, уточнив в последующем в порядке, предусмотренном статьей 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, свои требования, обратилась в суд с иском к ФИО5 и ФИО6 о признании недействительными договоров купли-продажи квартиры, возложении обязанности по возврату квартиры и признании за ней права собственности. 

Требования мотивировала тем, что она являлась собственником трехкомнатной квартиры, расположенной по ул.**** в г.Перми, в которой проживает вместе с двумя несовершеннолетними детьми. Нуждаясь в денежных средствах, она 14.08.2015 заключила договор купли-продажи квартиры с ФИО5, получив от него 194000 руб. в качестве займа, с условием возврата квартиры в ее собственность после выполнения долговых обязательств. Для возврата долга ФИО5 она взяла 194000 руб. взаймы у ФИО6, которая поставила условие о необходимости оформления спорной квартиры на нее, как нового кредитора, в качестве гарантии возврата суммы долга. Получив 194000 руб., ФИО5 вернул квартиру путем заключения 24.08.2015 договора купли-продажи с ФИО6 В дальнейшем она, ФИО4, вернула ФИО6 денежные средства, однако последняя отказалась переоформить на нее квартиру. Считает, что оба договора купли-продажи квартиры являются недействительными в соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку фактически прикрывали договоры займа с залогом спорной квартиры (л.д.79-80,112). 

Решением Свердловского районного суда г.Перми от 13.07.2017 постановлено:

«Отказать ФИО4 в удовлетворении исковых требований к ФИО6, ФИО5 о признании сделок - договоров купли-продажи жилого помещения, расположенного по адресу: ****, заключенных между ФИО4 и ФИО5, между ФИО5 и ФИО6 14.08.2015, 24.08.2015, соответственно, недействительными, притворными; признании недействительными и аннулировании записей государственной регистрации о праве собственности ответчиков, возложении на ФИО6 обязанности возвратить ФИО4 квартиру в полном объеме».

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Пермского краевого суда от 04.10.2017 апелляционная жалоба ФИО4 на решение Свердловского районного суда г.Перми от 13.07.2017 оставлена без удовлетворения.

В кассационной жалобе ФИО4 ставит вопрос об отмене состоявшихся судебных постановлений ввиду нарушения норм материального и процессуального права. Указывает, что фактически между ней и ФИО5, а в дальнейшем - между ФИО5 и ФИО6 были заключены договоры займа денежных средств с обеспечением в виде залога квартиры. Воля сторон договоров купли-продажи квартиры от 14.08.2015 и от 24.08.2015 не была направлена на отчуждение и приобретение спорной квартиры, совершенные сделки являлись притворными. Поскольку она своевременно не смогла вернуть ФИО5 долг в сумме 194000 руб., его оплатила ФИО6, после чего ФИО5, выполняя свое обещание о возврате квартиры, переоформил квартиру по ее, ФИО4, просьбе на нового кредитора - ФИО6 Сумма, указанная в договорах купли-продажи в качестве стоимости квартиры, в размере 2500000 руб. в действительности сторонами не передавалась, а передавалась лишь сумм займа (долга) 194000 руб. Из спорной квартиры она не выезжала, с регистрационного учета не снималась, вносит коммунальные платежи, намерения продать квартиру не имела. Судом не запрошен и не оценен материал проверки КУСП по ее обращению по поводу возбуждения уголовного дела, в котором имеются объяснения ответчицы и свидетелей. Также суд неправомерно не принял признание иска ответчиком ФИО5

Для проверки доводов, изложенных в кассационной жалобе, 07.11.2017 истребовано гражданское дело, которое поступило в Пермский краевой суд 13.11.2017.

Кроме того, истребован отказной материал КУСП №** от 19.08.2016 по обращению ФИО4 в отдел полиции, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по которому было исследовано судом.

Определением судьи Пермского краевого суда Красноперовой Г.В. от 09.01.2018 года кассационная жалоба ФИО4 с делом передана для рассмотрения в судебном заседании президиума Пермского краевого суда.

В возражениях на кассационную жалобу ФИО6 просит оставить без изменения судебные акты, ссылаясь от отсутствие доказательств наличия заемных отношений между сторонами.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможно восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Проверив материалы дела, президиум полагает, что районным судом и судом апелляционной инстанции при рассмотрении настоящего дела были допущены существенные нарушения норм материального и процессуального права.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО4 являлась собственником трехкомнатной квартиры общей площадью 53,2 кв.м, расположенной по ул.**** в г.Перми.

14.08.2015 между ФИО4 (продавец), с одной стороны, и ФИО5 (покупатель), с другой стороны, заключен договор купли-продажи вышеуказанного жилого помещения за 2500000 рублей (л.д.34).

24.08.2015 заключен договор купли-продажи, по которому ФИО5 продал, а ФИО6 купила квартиру по ул.**** в г.Перми стоимостью 2500000 руб. (л.д.51).

Истцом была представлена копия дополнительного соглашения к договору купли-продажи квартиры от 24.08.2015, заключенному между ФИО5 и ФИО6, согласно которому покупатель передает продавцу в качестве оплаты квартиры денежную сумму в размере 194000 руб. Согласно пункту 2 дополнительного соглашения цена указанной квартиры в договоре купли-продажи определена сторонами в размере 2500000 руб. Действительный размер денежных средств переданных по договору купли-продажи составляет 194000 руб. Условия по договору сторонами выполнены полностью, каких-либо претензий у сторон друг к другу не имеется (п.3). Сто девяносто четыре тысячи рублей ФИО5 получил полностью (л.д.14).

Постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 14.09.2016 ФИО4 отказано в возбуждении уголовного дела по ст.159 ч.1, ст.330 ч.1 УК РФ за отсутствием в действиях ФИО6 состава преступления (л.д.16).

Отказывая ФИО4 в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что воля сторон оспариваемых договоров была направлена на отчуждение и приобретение спорной квартиры (на заключение договоров купли-продажи), а не на получение денежных средств в сумме 194000 рублей в заем. Письменных доказательств заключения договоров займа между сторонами не представлено. 

Суд апелляционной инстанции согласился с указанными выводами районного суда, указав, что стороны согласовали все существенные условия договоров, и их волеизъявление было направлено именно на осуществление передачи указанного в договорах недвижимого имущества от продавцов к покупателям и перехода права собственности данного имущества. Действия сторон при заключении договоров свидетельствуют об их намерении совершить именно сделку по купле-продаже указанного имущества и не говорят об иных намерениях.

Президиум считает ошибочными выводы обеих судебных инстанций.

Согласно части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 2 и 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении», решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, и обоснованным, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Частями 3 и 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что суд оценивает относимость, допустимость каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

В нарушение приведенных положений норм материального и процессуального права, разъяснений, данных в указанных Постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, суд исходил из формального соблюдения сторонами требований к заключению (оформлению) договоров купли-продажи, определению существенных условий договора, регистрации перехода права собственности на объект недвижимости и отсутствия письменного договора займа.

Однако положения пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации обязывают суд устанавливать обстоятельства в соответствии с предметом и основанием заявленных требований с учетом оценки доказательств, предусмотренной статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. 

Согласно части первой статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказателств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Из судебных постановлений следует, что об юридических обстоятельствах рассматриваемого спора и иной воле участников сделки поясняли не только истец ФИО4, но и ответчик ФИО5, а также свидетели К. и А.

Показания свидетелей были отвергнуты судом ввиду того, что договор займа не подтвержден письменными доказательствами и письменная форма договора займа не соблюдена. Признание ответчиком ФИО5 иска не принято судом со ссылкой на то, что оно нарушает права и законные интересы ФИО6 

Вместе с тем, если суд не принимает признание иска ответчиком, его показания в силу статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не перестают быть доказательствами и подлежат оценке в соответствии с требованиями статьи 67 названного Кодекса. При том, учитывая положения части 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд обязан привести доводы, по которым он отвергает те или иные доказательства.

Ответчик ФИО6 лично в судебном заседании не присутствовала. Ее представитель исковые требования не признала, указывая, что приобретение квартиры у ФИО4 являлось вложением средств ФИО6, и воля сторон была направлена на заключение договора купли-продажи квартиры. 

В качестве доказательства в опровержение этой позиции ФИО4 просила исследовать материал об отказе в возбуждении уголовного дела, где стороны договоров давали пояснения относительно мотивов заключения сделок.

Оценивая только постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 14.09.2016, суд первой инстанции указал, что оно противоречит установленным по делу обстоятельствам и из его содержания не следует, что ответчики ФИО5 и ФИО6 давали пояснения в рамках проверочных мероприятий. 

Оспаривая вывод суда первой инстанции, в апелляционной жалобе ФИО4 указывала на неверную оценку судом постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, ссылаясь на то, что в ходе проводимой проверки все участники сделок давали объяснения. При этом истец приобщила к апелляционной жалобе копию объяснений ФИО6 от 10.09.2016 и просила истребовать из ОП №7 УМВД РФ по г.Перми материал КУСП ** от 19.08 2016. 

Однако довод апелляционной жалобы ФИО4 о противоречии позиции ФИО6, данной в судебном заседании ее представителем, и объяснений самой ФИО6 в ходе проверочных мероприятий фактического исследования и правового обоснования не получил. Суд апелляционной инстанции ограничился указанием на отсутствие доказательств того, что материалы проверки имеют какое-либо правовое значение для разрешения возникшего спора. 

Таким образом, в нарушение требований статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судами обеих инстанций не дана оценка всех имеющихся доказательств и, кроме того, необоснованно отказано в истребовании и исследовании других доказательств. 

Выводы суда об отказе в иске основаны на формальном соблюдении сторонами требований, предъявляемых к оформлению договора купли-продажи, и несоблюдении требований, предъявляемых к оформлению договора займа, в то время как юридически значимым обстоятельством для разрешения возникшего спора являлась проверка того, совершена ли оспариваемая сделка с целью прикрыть другую сделку, при том, что законодатель не связывает установление этих обстоятельств с обязательным представлением текста договора займа.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции и апелляционное определение нельзя признать законными.

Допущенные судами при рассмотрении дела нарушения норм материального и процессуального права при оценке и исследовании дорказательств являются существенными, они повлияли на исход дела, и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов заявителя, в связи с чем решение суда и апелляционное определение подлежат отмене, а дело - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, установить обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения требований, и вынести решение в строгом соответствии с нормами материального и процессуального права.

Руководствуясь пунктом 2 части 1 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум 

п о с т а н о в и л:

Решение Свердловского районного суда г.Перми от 13 июля 2017 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Пермского краевого суда от 04 октября 2017 года отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Свердловский районный суд г.Перми.

Председательствующий: