Судья: Халкина Е.Н. Дело № УК-22-2/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Калуга 09 января 2020 года

Калужский областной суд в составе:

председательствующего - судьи ХОХЛОВА А.Н.,

с участием прокурора Маркушева Е.С., 

осужденных ФИО1 и ФИО2, 

защитников: адвоката Рожкова Г.Г., представившего удостоверение № 796 и ордер № 037292 от 27.12.2019, в защиту осужденного ФИО1, адвоката Володина О.П., представившего удостоверение № 785 и ордер № 7145 от 27.12.2019, в защиту осужденного ФИО2, 

при секретаре Макаровой Э.А., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденных ФИО1 и ФИО2 на приговор Дзержинского районного суда Калужской области от 23 октября 2019 года, по которому 

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, судимый:

- 22 октября 2014 года по пп. «а», «в» ч.2 ст.158, пп. «а», «б», «в» ч.2 ст.158, ч.2 ст.68, ч.2 ст.69 УК РФ к 3 годам лишения свободы, 22 февраля 2017 года освобожден по отбытии срока наказания;

- 13 ноября 2018 года по п. «а» ч.3 ст.158, ч.3 ст.68 УК РФ к 1 году лишения свободы;

- 16 июля 2019 года по ч.1 ст.158, ч.1 ст.166, ч.3 ст.68, чч. 2 и 5 ст.69 УК РФ к 1 году 8 месяцам лишения свободы, наказание не отбыто,

осужден:

по пп. «а», «б», «в» ч.2 ст.158 УК РФ (по эпизоду хищения 05 сентября 2017 года) к 1 году 6 месяцам лишения свободы,

по пп. «а», «б», «в» ч.2 ст.158 УК РФ (по эпизоду хищения 04 июля 2018 года) к 1 году 6 месяцам лишения свободы,

по пп. «а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ (по эпизоду хищения 05 июля 2018 года) к 1 году 6 месяцам лишения свободы. 

На основании ч.2 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний ФИО1 назначено наказание в виде 3 лет лишения свободы.

В соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, назначенных по настоящему приговору и приговору Малоярославецкого районного суда Калужской области от 16 июля 2019 года, окончательно ФИО1 назначено наказание в виде 4 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. 

ФИО2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, судимый: 

- 29 апреля 2010 года по пп. «а», «б» ч.2 ст.158, ч.2 ст.68 УК РФ к 1 году 8 месяцам лишения свободы; 

- 27 мая 2010 года по пп. «а», «в» ч.2 ст.158, пп. «а», «б» ч.2 ст.158, пп. «а», «б», «в» ч.2 ст.158, п. «а» ч.3 ст.158, ч.2 ст.68, чч. 3 и 5 ст.69 УК РФ к 2 годам 8 месяцам лишения свободы;

- 11 июня 2010 года по п. «а» ч.3 ст.158, ч.2 ст.68, чч. 3 и 5 ст.69 УК РФ к 2 годам 10 месяцам лишения свободы; 

- 27 июля 2010 года по п. «а» ч.3 ст.158, ч.2 ст.68, чч. 3 и 5 ст.69 УК РФ с последующими изменениями к 2 годам 7 месяцам лишения свободы, 19 ноября 2012 года освобожден по отбытии наказания;

- 17 февраля 2014 года по п. «в» ч.2 ст.158, ч.2 ст.68 УК РФ к 3 годам лишения свободы, 16 февраля 2017 года освобожден по отбытии наказания;

- 20 марта 2019 года по пп. «а», «в» ч.2 ст.158, ч.2 ст.68 УК РФ к 2 годам лишения свободы, наказание не отбыто, 

осужден:

по пп. «а», «б», «в» ч.2 ст.158 УК РФ (по эпизоду хищения 04 июля 2018 года) к 2 годам лишения свободы,

по пп. «а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ (по эпизоду хищения 05 июля 2018 года) к 2 годам лишения свободы. 

На основании ч.2 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний ФИО2 назначено наказание в виде 3 лет лишения свободы.

В соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, назначенных по настоящему приговору и приговору Солнцевского районного суда города Москвы от 20 марта 2019 года, окончательно ФИО2 назначено наказание в виде 4 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Срок отбывания ФИО1 и ФИО2 наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу, в него зачтено время содержания ФИО1 под стражей в период с 23 октября 2019 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, а также наказание, отбытое по приговору Малоярославецкого районного суда Калужской области от 16 июля 2019 года, а именно период с 16 июля по 22 октября 2019 года, ФИО2 - время содержания под стражей в период с 04 декабря 2018 года по 22 апреля 2019 года включительно и с 23 октября 2019 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, а также наказание, отбытое по приговору Солнцевского районного суда города Москвы от 20 марта 2019 года, а именно период с 20 марта по 22 октября 2019 года включительно.

До вступления приговора в законную силу в отношении ФИО1 и ФИО2 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, они взяты под стражу в зале суда. 

Приговором разрешены предъявленные потерпевшими гражданские иски о возмещении имущественного ущерба и вопрос о судьбе вещественных доказательств. 

Заслушав выступление осужденных ФИО1 и ФИО2, их защитников: адвокатов Рожкова Г.Г. и Володина О.П., поддержавших доводы апелляционных жалоб, а также мнение прокурора Маркушева Е.С., возражавшего против удовлетворения апелляционных жалоб и полагавшего необходимым отменить приговор суда в части гражданского иска, суд 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 и ФИО2 признаны виновными в краже, совершенной группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение, с причинением значительного ущерба гражданину, а также в краже, совершенной группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба гражданину, ФИО1, кроме того, - в краже, совершенной группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение, с причинением значительного ущерба гражданину.

Преступления совершены ФИО1 в период времени с 05 по 06 сентября 2017 года, ФИО1 совместно с ФИО2 04 и 05 июля 2018 года в 

<

адрес> и 

<

адрес> при установленных судом и изложенных в приговоре обстоятельствах.

В судебном заседании ФИО1 и ФИО2 свою вину в совершении преступлений признали полностью. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит отменить приговор в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, а также вследствие нарушения судом требований закона о полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, и возвратить уголовное дело прокурору. В обоснование доводов жалобы указывает, что при ознакомлении с материалами уголовного дела следователем ему не было в полном объеме разъяснено право ходатайствовать о проведении предварительного слушания, где он намеревался заявить ходатайство о применении особого порядка судебного разбирательства, а в последующем суд при назначении судебного заседания незаконно отказал ему в удовлетворении названного ходатайства и заявленного им в судебном заседании ходатайства о рассмотрении дела в особом порядке. Утверждает, что приговор является точной копией обвинительного заключения и в нарушение требований закона в нем не указано, какие конкретно преступные действия совершены каждым из соучастников преступлений, их мотивы и цель. При этом полагает, что установление судом такого смягчающего обстоятельства, как совершение преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств исключает наличие в его действиях корыстного мотива. Апеллянт обращает внимание, что данные им в судебном заседании показания в приговоре отражены кратко и в общей форме, судом не дана оценка всем его показаниям, а также тому обстоятельству, что он не знал о краже соучастником преступления денежных средств из терминала по эпизоду хищения в период 05-06 сентября 2017 года, в приговоре не приведены в полном объеме оглашенные в судебном заседании показания свидетелей ФИО8 и ФИО9 Считает, что судом не правильно установлен размер причиненного преступлением ущерба по эпизодам хищения 04 и 05 июля 2018 года, поскольку бывшие в использовании похищенные запасные части автомобиля и аккумуляторные батареи оценены по стоимости новых. Осужденный полагает чрезмерно суровым назначенное ему наказание и просит снизить его размер, указывая, что суд не учел, что он страдает хроническим расстройством психики, не исключающим его вменяемости, при назначении наказания за каждое из преступлений суд не принял во внимание разный размер причиненного ущерба, а также нарушил требования закона о назначении наказания при рецидиве преступлений по правилам ч.3 ст.68 УК РФ. Кроме того, апеллянт находит незаконным решение суда о взыскании с него одного всей суммы причиненного имущественного ущерба по эпизоду хищения 05-06 сентября 2017 года. Далее автор апелляционной жалобы указывает на неясности при разрешении судом вопроса о зачете в окончательно назначенное ему наказание срока отбытого наказания по приговору Малоярославецкого районного суда Калужской области от 16 июля 2019 года и обращает внимание, что в нарушение ст.312 УПК РФ приговор вручен ему по истечении 5 суток со дня провозглашения.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 находит приговор незаконным, указывая, что судом необоснованно отказано в удовлетворении его ходатайства о проведении предварительного слушания по делу, где он намеревался ходатайствовать о применении особого порядка судебного разбирательства. Обращает внимание, что приговор является копией обвинительного заключения и в нарушение требований закона в нем не указано, какие конкретно преступные действия совершены каждым из соучастников преступлений, их мотивы и цель. Считает, что при назначении наказания суд не учел наличие у него такого заболевания, как наркотическая зависимость, а также указывает на неясности при разрешении судом вопроса о зачете в окончательно назначенное ему наказание срока отбытого наказания по приговору Солнцевского районного суда города Москвы от 20 марта 2019 года. С учетом изложенного, просит возвратить уголовное дело прокурору и снизить размер наказания ввиду его чрезмерной суровости. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

Выводы суда о виновности ФИО1 и ФИО2 в совершении преступлений основаны на совокупности всесторонне, полно и объективно исследованных судом доказательств, проверенных в судебном заседании, подробный анализ которых содержится в приговоре и, вопреки доводам апелляционных жалоб, соответствуют фактическим обстоятельствам дела. 

Так, из анализа показаний осужденных, полностью признавших свою вину в совершении преступлений и согласившихся с объемом и оценкой стоимости похищенного имущества, перечень которого содержится в предъявленном им обвинении, следует, что в июле 2018 года они совместно проникли в помещение гаража, откуда похитили металл, в том числе детали от двигателя автомобиля, а на следующий день вместе совершили хищение аккумуляторов из автомобилей. 

Осужденный ФИО1, кроме того, не оспаривал, что в сентябре 2017 года, согласившись на предложение другого лица на совершение кражи, совместно с ним проник в помещение магазина, где сложил похищенное имущество в сумку, а его соучастник в это время забрал деньги, впоследствии последний распорядился похищенным по собственному усмотрению. 

Виновность осужденных ФИО1 и ФИО2 в совершении преступлений, кроме их собственных показаний, подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами, подробно приведенными в приговоре: показаниями потерпевших (представителей потерпевших) ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 и ФИО14, которые подтвердили факты совершения хищений принадлежащего им и представляемым им лицам имущества по эпизодам краж 05-06 сентября 2017 года, 04 и 05 июля 2018 года, а также показали об объеме и стоимости похищенного имущества; показаниями свидетелей ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18 и ФИО19 об обстоятельствах, при которых им стало известно о фактах совершения краж; показаниями свидетеля ФИО20 о том, что летом 2018 года осужденный ФИО2 сдал на пункт приема металла детали от двигателя автомобиля; протоколами осмотров мест происшествий, в ходе которых зафиксирована обстановка на местах совершения преступлений, а также заключениями экспертов, согласно которым: на бутылке и апельсине, изъятых в ходе осмотра места происшествия (по эпизоду кражи 05-06 сентября 2017 года), обнаружена слюна, произошедшая от ФИО1; на перчатках, изъятых в ходе осмотра места происшествия (по эпизоду кражи 04 июля 2018 года), обнаружен пот, произошедший от ФИО1; на бутылке, изъятой в ходе осмотра места происшествия (по эпизоду кражи 05 июля 2018 года), обнаружен след ладонной поверхности руки, который оставлен ладонью левой руки ФИО1; следы низа подошвы обуви, изъятые в ходе осмотров места происшествия, проведенных по эпизодам краж 04 и 05 июля 2018 года, оставлены обувью, которая имеет аналогичную форму, размеры и строение отдельных элементов рисунка, то есть могли быть оставлены одной обувью, и другими доказательствами по делу, анализ которых дан в приговоре.

Доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности осужденных, правильно оценены как допустимые и достоверные, а в своей совокупности – достаточные для разрешения уголовного дела. Все они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, каких-либо нарушений при проведении следственных и процессуальных действий на стадии досудебного производства не установлено. 

Суд в приговоре дал надлежащую оценку показаниям осужденных ФИО1 и ФИО2, в которых они признали вину в кражах и сообщили об обстоятельствах совершения этих преступлений, и мотивированно признал их достоверными, поскольку они подтверждаются совокупностью других собранных и исследованных в судебном заседании доказательств. 

Вопреки доводам жалобы осужденного ФИО1, содержание приведенных в приговоре доказательств, в том числе его показаний и показаний свидетеля ФИО8, изложено полно и достоверно, в объеме, достаточном для принятия судом решения по уголовному делу и правильной квалификации содеянного. Неприведение судом в приговоре показаний свидетеля ФИО3 не нарушает положений ст.307 УПК РФ, содержащей требования к описательно-мотивировочной части обвинительного приговора, поскольку показания названного свидетеля не имеют значения для разрешения уголовного дела, так как не подтверждают и не опровергают виновность осужденных в совершении инкриминируемых им преступлений. 

Форма вины, цели и мотивы совершения осужденными преступлений судом установлены правильно в соответствии с приведенными в приговоре доказательствами. Признание судом смягчающим ФИО1 наказание обстоятельством совершение им преступлений в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств, вопреки его доводам, не исключает квалификацию его действий по ст.158 УК РФ и не противоречит выводу суда о корыстном мотиве, обусловившем его действия при совершении хищений чужого имущества. Судом правильно установлено, что преступления ФИО1 совершались с целью незаконного завладения чужим имуществом, а соответственно он действовал из корыстных побуждений. 

О том, что умысел и договоренность на совершение краж у осужденных ФИО1 и ФИО2, а также у ФИО1 с другим лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, сформировались до начала осуществления ими объективной стороны преступлений, свидетельствуют как показания самих осужденных, так и совместный и согласованный характер их действий, направленный на достижение единого преступного результата. 

Доводы осужденного ФИО1, приведенные в обоснование незаконности осуждения за хищение денежных средств из терминала по эпизоду хищения в период 05-06 сентября 2017 года, которые сводятся к тому, что он не знал о краже соучастником преступления этих денежных средств, суд апелляционной инстанции признает необоснованными. 

По смыслу закона и в соответствии с п.10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» уголовная ответственность за кражу, совершенную группой лиц по предварительному сговору, наступает и в тех случаях, когда согласно предварительной договоренности между соучастниками непосредственное изъятие имущества осуществляет один из них. При этом, если другие участники в соответствии с распределением ролей совершали согласованные действия, направленные на оказание непосредственного содействия исполнителю в совершении преступления, содеянное ими является соисполнительством. 

Как верно установлено судом, ФИО1 совместно с другим лицом, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, вступили в сговор на совершение кражи из магазина, совместно прибыли на место преступления, путем взлома входной двери незаконно проникли в помещение магазина, где каждый из них непосредственно совершил хищение находящегося там чужого имущества, в том числе денежных средств из терминала, а затем совместно покинули место происшествия. Кроме того, из показаний самого осужденного, данных в судебном заседании, видно, что ему было известно о том, что при совершении кражи соучастник преступления сломал терминал и забрал из него деньги. 

При таких обстоятельствах суд пришел к правильному выводу о том, что ФИО1 реализовывал совместный с другим лицом преступный умысел, направленный на хищение чужого имущества, и его действия надлежит квалифицировать как соисполнителя преступления. 

Принимая во внимание представленные стороной обвинения и исследованные в судебном заседании доказательства, в том числе показания потерпевших и представителей потерпевших, а также иные документы – справки, акт ревизии и товарные накладные о количестве похищенного имущества и размере причиненного ущерба в результате преступлений, суд, вопреки доводам осужденного ФИО1, полагает, что оснований сомневаться в достоверности названных доказательств относительно размера причиненного каждому из потерпевших ущерба не имеется и находит необоснованными доводы жалобы об отсутствии в деле доказательств, подтверждающих хищение вмененного ему объема похищенного имущества. 

Суд апелляционной инстанции также не может согласиться с доводами апелляционных жалоб осужденных, которые сводятся к утверждению о допущенных нарушениях при производстве предварительного расследования, рассмотрении уголовного дела в суде и постановлении приговора. 

Вопреки доводам жалоб, по окончании ознакомления обвиняемых и их защитников с материалами уголовного дела следователем в полном объеме выполнены возложенные на него частью 5 статьи 217 УПК РФ обязанности по разъяснению обвиняемым их права ходатайствовать о проведении предварительного слушания в случаях, предусмотренных ст.229 УПК РФ, о чем сделана запись в протоколе ознакомления с материалами уголовного дела, составленном в соответствии со ст.166-167 УПК РФ. 

Из протокола ознакомления обвиняемых и их защитников с материалами дела в порядке ст.217 УПК РФ видно, что обвиняемыми заявлялись ходатайства о проведении предварительного слушания. Однако каких-либо оснований и мотивов для его проведения стороной защиты ни в протоколе, ни в отдельном ходатайстве не приведено. 

Согласно разъяснениям, изложенным в п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2009 № 28 «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству» в случае, когда обвиняемый при ознакомлении с материалами уголовного дела по окончании предварительного расследования воспользовался правом, предусмотренным п.3 ч.5 ст.217 УПК РФ, и выразил желание о проведении предварительного слушания, такое ходатайство должно быть рассмотрено судьей в соответствии с п.4 ч.1 ст.228 УПК РФ. Если в ходатайстве стороны не содержится мотивов и оснований для проведения предварительного слушания, судья при отсутствии таких оснований принимает решение об отказе в удовлетворении ходатайства и назначает судебное заседание.

Таким образом, судья в связи с невыполнением вышеуказанных положений уголовно-процессуального законодательства стороной защиты обоснованно отказал в удовлетворении ходатайств обвиняемых о проведении предварительного слушания и назначил судебное разбирательство без его проведения.

Постановление о назначении судебного заседания соответствует требованиям ст.231 УПК РФ.

В соответствии со ст.315 УПК РФ и п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.12.2006 № 60 «О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел» обвиняемый вправе заявить ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в связи с согласием с предъявленным обвинением в момент ознакомления с материалами уголовного дела либо на предварительном слушании, когда оно является обязательным в соответствии со ст.229 УПК РФ, то есть ходатайство о применении особого порядка судебного разбирательства может быть удовлетворено лишь в том случае, если оно заявлено до назначения судебного заседания.

Как видно из материалов уголовного дела, обвиняемые в момент ознакомления с материалами уголовного дела ходатайств о применении особого порядка судебного разбирательства не заявляли, указав в протоколе ознакомления с материалами дела о своем нежелании подавать такие ходатайства, а у суда отсутствовали основания для обязательного проведения предварительного слушания, предусмотренные ст.229 УПК РФ. 

В связи с этим суд апелляционной инстанции находит, что суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии предусмотренных законом оснований для удовлетворения их ходатайств о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в связи с согласием с предъявленным обвинением, верно сославшись на то обстоятельство, что ходатайства о применении особого порядка судебного разбирательства подсудимые заявили после назначения судебного заседания в общем порядке.

Утверждение осужденных о том, что приговор представляет собой точную копию обвинительного заключения, является голословным и не основано на материалах дела. В приговоре приведено описание совершенных осужденными преступных деяний так, как они установлены и признаны судом доказанными, указано место, время, способы их совершения, мотивы и последствия преступлений, а также, вопреки доводам их апелляционных жалоб, какие конкретно действия совершены каждым из соучастников преступлений. 

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для возвращения уголовного дела прокурору, о чем просят осужденные в апелляционных жалобах. Обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями ст.220 УПК РФ, иных оснований, указанных в ст.237 УПК РФ, также не имеется.

Невручение копии приговора в установленные уголовно-процессуальным законом сроки, на что осужденный ФИО1 ссылается в апелляционной жалобе, не влияет на законность, обоснованность и справедливость принятого судом решения о его виновности в совершении преступлений и не является основанием для изменения либо отмены приговора. Согласно сопроводительному документу копия приговора осужденному ФИО1 направлена по истечении 2 суток со дня его провозглашения. 

Действиям ФИО1 и ФИО2 на основе установленных в судебном заседании фактических обстоятельств дела дана правильная юридическая квалификация, выводы суда относительно юридической оценки их действий, в том числе о наличии квалифицирующих признаков преступлений, основаны на исследованных доказательствах и подробно мотивированы в приговоре, оснований не согласиться с которыми суд апелляционной инстанции не находит. 

Наказание осужденным назначено в соответствии с требованиями ст.60 УК РФ об общих началах назначения наказания в пределах санкции ч.2 ст.158 УК РФ с учетом положений Общей части УК РФ, соразмерно содеянному.

При назначении осужденным наказания суд, наряду с характером и степенью общественной опасности совершенных преступлений, учел обстоятельства их совершения, данные о личности осужденных, в том числе указанные в апелляционных жалобах, наличие смягчающих наказание обстоятельств (ФИО1 – наличие малолетних детей и совершение преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств ребенка по всем эпизодам преступлений и явку с повинной по эпизоду от 05-06 сентября 2017 года; ФИО2 - наличие малолетних детей и явку с повинной по всем эпизодам преступлений) и отягчающего обстоятельства (рецидив преступлений), а также влияние назначенного наказания на их исправление и на условия жизни их семей. 

Иных обстоятельств, подлежащих в силу ст.61 УК РФ учету в качестве смягчающих наказание, по делу не установлено. При этом суд располагал сведениями о наличии у осужденных заболеваний и учитывал их при назначении им наказания. 

При наличии совокупности перечисленных обстоятельств, суд пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения наказания осужденным ФИО1 и ФИО2 в виде реального лишения свободы и правильно не нашел оснований для применения принудительных работ как альтернативы лишению свободы, условного осуждения и изменения категории преступления на менее тяжкую, а также для назначения им более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление, а в отношении ФИО2 и применения положений ч.3 ст.68 УК РФ, подробно мотивировав свои выводы по этим вопросам в приговоре. 

Каких-либо нарушений требований при назначении наказания осужденному ФИО1, вопреки доводам его апелляционной жалобы, судом не допущено. Определенный ему срок наказания в виде лишения свободы не превышает пределов, установленных положениями ч.3 ст.68 УК РФ, применительно к санкции ч.2 ст.158 УК РФ, предусматривающей возможность назначения наказания в виде лишения свободы на срок до 5 лет. 

С учетом изложенных обстоятельств суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что данные о личности осужденных, влияющие на их наказание, судом учтены всесторонне, объективно и в полном объеме, а при определении вида и размера наказания в полной мере учтены положения уголовного закона о его индивидуализации и справедливости. 

Оснований для признания назначенного осужденным ФИО1 и ФИО2 наказания несправедливым вследствие чрезмерной суровости, а также для его смягчения, о чем содержится просьба в апелляционных жалобах, суд апелляционной инстанции не усматривает. Выводы суда о виде и размере назначенного осужденным наказания мотивированы и отвечают принципам справедливости, содержащимся в ст.6 УК РФ. 

Вид исправительного учреждения осужденным назначен в соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции находит приговор суда в отношении ФИО1 и ФИО2 подлежащим изменению в части, касающейся исчисления срока отбывания наказания, и отмене в части разрешения гражданского части потерпевшей (гражданского истца) ФИО10 

В соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ в окончательное наказание засчитывается наказание, отбытое по первому приговору.

Как видно из материалов дела, ФИО1 ранее осужден по приговору от 13 ноября 2018 года за преступление, совершенное 24 июля 2018 года. Срок наказания исчислен с 13 ноября 2018 года. Зачтено в срок отбывания наказания время содержания ФИО1 под стражей с 25 июля 2018 года по день вступления приговора в законную силу 26 ноября 2018 года.

Он же по приговору от 16 июля 2019 года осужден за преступления, совершенные в период с 27 по 29 августа 2017 года. Наказание назначено на основании ч.5 ст.69 УК РФ путем частичного сложения наказания с наказанием, назначенным по приговору от 13 ноября 2018 года. Срок отбывания наказания исчислен с 16 июля 2019 года. Зачтено в срок отбывания наказания время содержания под стражей по этому делу с 16 июля 2019 года по день вступления приговора в законную силу 29 июля 2019 года и наказание, отбытое по приговору от 13 ноября 2018 года, с 25 июля 2018 года по 15 июля 2019 года. 

По настоящему приговору от 23 октября 2019 года ФИО1 осужден за преступления, совершенные 05-06 сентября 2017 года, 04 и 05 июля 2018 года. Наказание назначено на основании ч.5 ст.69 УК РФ путем частичного сложения наказания с наказанием, назначенным по приговору от 16 июля 2019 года. Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления настоящего приговора в законную силу, в него зачтено время содержания ФИО1 под стражей по делу в период с 23 октября 2019 года по день вступления приговора в законную силу, а также наказание, отбытое по приговору от 16 июля 2019 года, с 16 июля по 22 октября 2019 года. 

ФИО2 ранее осужден по приговору от 20 марта 2019 года за преступление, совершенное 18 октября 2017 года. Срок наказания исчислен с 20 марта 2019 года. Зачтено в срок отбывания наказания время содержания ФИО2 под стражей с 19 октября 2017 года по 16 апреля 2018 года. 

По настоящему приговору от 23 октября 2019 года ФИО2 осужден за преступления, совершенные 04 и 05 июля 2018 года. Наказание назначено на основании ч.5 ст.69 УК РФ путем частичного сложения наказания с наказанием, назначенным по приговору от 20 марта 2019 года. Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления настоящего приговора в законную силу, в него зачтено время содержания ФИО2 под стражей в период с 04 декабря 2018 года по 22 апреля 2019 года и с 23 октября 2019 года по день вступления приговора в законную силу, а также наказание, отбытое по приговору от 20 марта 2019 года, с 20 марта по 22 октября 2019 года. 

Таким образом, из приведенного анализа материалов дела следует, что в окончательное наказание, назначенное ФИО1 и ФИО2 по настоящему приговору, судом не полностью зачтено наказание, отбытое ими по предыдущим приговорам, которое ФИО1 следует определять с 25 июля 2018 года по день вступления настоящего приговора в законную силу, а ФИО2 - с 19 октября 2017 года по 16 апреля 2018 года и с 20 марта 2019 года по день вступления настоящего приговора в законную силу.

Кроме того, суд апелляционной инстанции находит, что зачет осужденным ФИО1 и ФИО2 времени содержания под стражей в срок лишения свободы судом произведен без учета особенностей применения положений ч.3.1 ст.72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 03.07.2018 №186-ФЗ) при назначении наказания по правилам ч.5 ст.69 УК РФ. 

По смыслу закона, если лицо осуждается за совершение нескольких преступлений, то с учетом положений ч.5 ст.69 УК РФ в срок окончательного наказания следует засчитывать срок содержания под стражей не только по последнему, но и по предыдущим приговорам до дня их вступления в законную силу с указанием коэффициентов кратности, предусмотренных уголовным законом, чего не было сделано судом первой инстанции. 

При таких обстоятельствах в соответствии с п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ в срок лишения свободы ФИО1 подлежит зачету время его содержания под стражей по приговору от 13 ноября 2018 года с 25 июля 2018 года по день его вступления в законную силу 26 ноября 2018 года и по приговору от 16 июля 2019 года с 16 июля 2019 года по день его вступления в законную силу 29 июля 2019 года, а также по настоящему приговору с 23 октября 2019 года по день его вступления в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, а ФИО2 - время его содержания под стражей по приговору от 20 марта 2019 года с 19 октября 2017 года по 16 апреля 2018 года, по настоящему приговору с 04 декабря 2018 года по 23 апреля 2019 года и с 23 октября 2019 года по день его вступления в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Вышеприведенные нарушения в части, касающейся исчисления срока отбывания осужденными наказания, являются основанием для изменения приговора в указанной части. 

Помимо этого, судом первой инстанции допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона при разрешении гражданского иска, предъявленного потерпевшей (гражданским истцом) ФИО10 

В соответствии со ст.42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением. 

Как следует из положений ст.44 УПК РФ по уголовному делу может быть предъявлен гражданский иск о возмещении имущественного вреда, при наличии оснований полагать, что этот вред причинен потерпевшему непосредственно преступлением. 

Согласно п.10 ч.1 ст.299 УПК РФ при постановлении приговора суд разрешает и вопрос о том, подлежит ли удовлетворению гражданский иск, в чью пользу и в каком размере. 

В силу п.5 ст.307 УПК РФ, п.7 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 23.03.1979 № 1 «О практике применения судами законодательства о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением» описательно-мотивировочная часть приговора должна содержать обоснование решения, принятого судом по гражданскому иску. Суд должен мотивировать в приговоре вывод о возмещении материального ущерба и указать, каким действием или бездействием причинен ущерб, какими доказательствами это подтверждается, а также привести соответствующие расчеты размера ущерба, указать закон, на основании которого разрешен гражданский иск. 

По смыслу закона гражданский иск подлежит удовлетворению в размере, равном сумме причиненного потерпевшему ущерба в результате совершенного в отношении него преступления, который подтвержден собранными по делу в установленном уголовно-процессуальным законом порядке доказательствами.

Вышеуказанные требования закона судом не выполнены. 

Как видно из материалов уголовного дела, потерпевшей (гражданским истцом) ФИО10 заявлен гражданский иск к ответчику ФИО1 о возмещении имущественного вреда, причиненного в результате совершенного им преступления по эпизоду от 05-06 сентября 2017 года. 

Суд при постановлении приговора принял решение о полном удовлетворении данных исковых требований и взыскал с осужденного (гражданского ответчика) ФИО1 в пользу ФИО10 в счет возмещения причиненного ей материального ущерба 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек.

Вместе с тем в приговоре суд не указал основания, по которым пришел к выводу о взыскании в пользу потерпевшей (гражданского истца) ФИО10 материального ущерба в указанном размере, не привел мотивы, на основании которых удовлетворил гражданский иск ФИО10 в части взыскания в ее пользу имущественного вреда, причиненного по этому эпизоду преступления другому лицу, также признанному потерпевшим по делу (ООО «

<

данные изъяты>»).

Принимая решение по иску ФИО10, суд, кроме того, не выяснил, кому из потерпевших причинен материальный ущерб в результате повреждения входной двери и дверных запоров магазина, из помещения которого была совершена кража, и в чью пользу он подлежал взысканию. 

При таких обстоятельствах приговор в части разрешения гражданского иска потерпевшей (гражданского истца) ФИО10 подлежит отмене с направлением дела в этой части на новое судебное рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства. 

Доводы осужденного ФИО1, касающиеся вопроса о законности взыскания с него суммы причиненного имущественного ущерба по эпизоду хищения 05-06 сентября 2017 года, суд апелляционной инстанции оставляет без рассмотрения, поскольку приговор в части разрешения гражданского иска потерпевшей (гражданского истца) ФИО10 отменен. 

Иных существенных нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции, влекущих отмену или изменение приговора суда, не допущено, а потому в остальной части приговор в отношении ФИО1 и ФИО2 подлежит оставлению без изменения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Дзержинского районного суда Калужской области от 23 октября 2019 года в отношении ФИО1 и ФИО2 изменить. 

В соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ зачесть ФИО1 в срок окончательного наказания наказание, отбытое по приговору Малоярославецкого районного суда Калужской области от 16 июля 2019 года, с 25 июля 2018 года по день вступления настоящего приговора в законную силу 09 января 2020 года включительно.

На основании п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачесть в срок лишения свободы ФИО1 время его содержания под стражей с 25 июля 2018 года по 26 ноября 2018 года включительно, с 16 июля 2019 года по 29 июля 2019 года включительно и с 23 октября 2019 года по день вступления настоящего приговора в законную силу 09 января 2020 года включительно из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ зачесть ФИО2 в срок окончательного наказания наказание, отбытое по приговору Солнцевского районного суда города Москвы от 20 марта 2019 года, с 19 октября 2017 года по 16 апреля 2018 года включительно и с 20 марта 2019 года по день вступления настоящего приговора в законную силу 09 января 2020 года включительно. 

На основании п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачесть в срок лишения свободы ФИО2 время его содержания под стражей с 19 октября 2017 года по 16 апреля 2018 года включительно, с 04 декабря 2018 года по 23 апреля 2019 года включительно и с 23 октября 2019 года по день вступления настоящего приговора в законную силу 09 января 2020 года включительно из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Этот же приговор в части разрешения гражданского иска потерпевшей (гражданского истца) ФИО10 отменить, дело в этой части передать на новое судебное рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства. 

В остальном приговор о них оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Настоящее апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ. 

Председательствующий: