Дело №2-1282/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 июня 2018 года г. Старый Оскол 

Старооскольский городской суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Черных Н.Н.,

при секретаре судебного заседания Бобриковой М.А.,

с участием истца ФИО1 и ее представителя ФИО2 (доверенность от 06.02.2018 года), поддержавшей заявленные требования, представителя ответчика ФИО3 (доверенность от 07.04.2017 года), возражавшей против удовлетворения иска, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Тандер» об оспаривании пункта акта №1 от 11.08.2017 года о несчастном случае на производстве, обязании внесения изменений в него, взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 работала в ОАО «Тандер» с 03.04.2015 года по 15.12.2015 года продавцом, с 16.12.2015 года по 24.01.2016 года – товароведом-стажером, а с 25.01.2016 года по 13.02.2018 года – товароведом в магазине «Магнит».

15.07.2017 года с ФИО1 произошел несчастный случай на производстве, в результате которого ей причинен вред здоровью.

11.08.2017 года ответчиком утвержден акт №1 о несчастном случае на производстве, содержащий данные о расследовании несчастного случая и выводы к которым пришла комиссия.

Дело инициировано иском ФИО1, которая с учетом увеличения размера исковых требований просила признать сведения, содержащиеся в п.10 акта №1 о несчастном случае на производстве от 11.08.2017 года, не соответствующими действительности; обязать ответчика внести изменения в вышеуказанный акт путем исключения из п.10 указания на ФИО1 как лицо, допустившее нарушение требований охраны труда; взыскать с ответчика в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 30000 рублей.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, суд признает иск ФИО1 необоснованным и не подлежащим удовлетворению.

ФИО1 состояла в трудовых отношениях с ООО «Тандер» с 03.04.2015 года, что подтверждается приказом о приеме на работу №58/5-лс от 03.04.2015 года и трудовым договором №BLFBL 66/15-ст от 03.04.2015 года, согласно которым она была принята на работу на должность продавца.

Как следует из приказов №№236/24-лс и 11/24-лс от 16.12.2015 года и 25.01.2016 года, истец была переведена с 16.12.2015 года на должность товароведа-стажера в отдел продаж, а с 25.01.2016 года на должность товароведа магазина «Магнит».

Актом №1 от 11.08.2017 года о несчастном случае на производстве установлено, что 15.07.2017 года произошел несчастный случай с товароведом магазина «Магнит» с внутренним обозначением «Циклограмма» АО «Тандер», расположенного по адресу: 

<

адрес>. В 13 часов 00 минут водитель-экспедитор ФИО5 на автомобиле MAN TGA доставил товар в магазин. Площадка гидроборта была установлена устойчиво, без зазоров между пандусом и бортом. На площадке для приема товара товаровед ФИО1 была вместе с продавцом ФИО9 В этот день поступило две корзины и один термобокс, в связи с чем ФИО1 приняла решение принимать товар одна. Убедившись с водителем в безопасности проведения работ по приему товара начали приемку. Водитель ФИО5 приступил к перемещению первой многофункциональной корзины с гидроборта автомобиля в направлении «от себя» неуправляемыми колесами вперед. ФИО4 в этот момент находилась на направлении перемещения корзины, продавец ФИО7 пошла на выход в подсобное помещение. Когда передние колеса опустились на эстакаду, водитель ФИО5 держал корзину за стойки постоянно, не отпуская. Съехав передними колесами с гиброборта на эстакаду, в процессе перемещения многофункциональной корзины центр тяжести груза сместился и корзина стала наклоняться вперед. ФИО5 пытался удерживать корзину, так как предполагал, что ФИО1 находится впереди корзины. ФИО1 пыталась ее удерживать спереди. Корзину водитель не удержал, в результате ФИО1 не успела выйти из зоны падения, так как с ее слов ей помешали рядом стоящие корзины, падение которой произошло на левую ногу.

В п.10 данного акта указано, что ФИО1 не выполнила требования Инструкции №6 по охране труда при проведении работ по приему товара, утвержденной директором Белгородского филиала АО «Тандер» ФИО8 01.12.2015 года, нарушив п.1.17, а именно в нарушение данного пункта, который гласит о запрещении «пытаться удерживать падающую тележку с грузом», пыталась удерживать падающую корзину; нарушив п.3.4, а именно, в нарушение данного пункта, который гласит о том, что «путь перемещения тяжеловесного груза должен быть освобожден от мешающих предметов», приступила к работе не освободив путь для перемещения многофункциональной корзины.

В обоснование заявленных требований сторона истца ссылалась на то, что 15.07.2017 года ФИО1 принимала товар в 13 часов 00 минут с продавцом ФИО9 Водитель выкатывал корзину управляемыми колесами вперед. Когда корзина пересекла гидроборт данными колесами, то центр тяжести корзины сместился, и она стала заваливаться на истца. При этом заявитель с ФИО9 находились по бокам от этой корзины. Она стала ее придерживать, чтобы притормозить скорость падения корзины и отходить, но корзина упала на ее левую ногу.

Заявитель полагала, что у членов комиссии, проводивших расследование произошедшего с ней несчастного случая, не было никаких законных и объективных оснований сделать вывод о нарушении ею каких-либо требований Инструкции №6 по охране труда при проведении работ по приему товара.

Согласно п.1.17 Инструкции по охране труда при проведении работ по приему товара №6, утвержденной 01.12.2015 года, при выполнении работ по приему товара запрещается пытаться удерживать падающую тележку с грузом.

Пункт 3.4 данной Инструкции содержит требование безопасности во время работы, что путь перемещения тяжеловесного груза должен быть освобожден от мешающих предметов.

Возражая против удовлетворения иска, представитель ответчика ссылалась на то, что материалами расследования несчастного случая достоверно установлено нарушение ФИО1 требований охраны труда. Так, комиссией были приняты во внимание пояснения самой ФИО1, данные ею члену комиссии по расследованию несчастного случая, где она сообщала, что в момент передачи корзины ФИО9 стояла справа от нее, а она – ФИО1 перед корзиной, так как слева стояли корзины с товаром. Когда корзина стала наваливаться на нее, придерживала корзину и стала отходить назад.

Суд принимает во внимание, что давая пояснения в судебном заседании, истец четко поясняла, что когда корзина стала заваливаться на нее, она держала корзину какое-то время, как и ФИО9, и водитель. Только после вопроса ее представителя, что может быть она пыталась придерживать корзину, истец изменила свою позицию и стала пояснять, что она не держала корзину. При этом, утверждала, что прием товара производила совместно с продавцом ФИО9

Однако, в ходе проводившегося расследования несчастного случая, ФИО9 поясняла комиссии, что в приеме товара 15.07.2017 года в 13 часов 00 минут она не принимала участия, так как ФИО1 сказала, что справится сама. 

В судебном заседании допрошенная в качестве свидетеля ФИО9, пояснила, что ФИО1 отказалась от ее помощи в приеме товара. Момента падения корзины на истца она не видела, так как прошла в подсобное помещение, откуда немедленно вышла, услышав крик о помощи. В это время из туалета вышла ФИО10 Свидетель участвовала в поднятии корзины и освобождении ФИО1 из под корзины.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО10 пояснила, что она в 13 часов 00 минут 15.07.2017 года видела, что привезли товар и возле эстакады находились ФИО1 и ФИО9 Кто именно из них принимал товар, она не видела. Когда она находилась в туалете, услышала крик, после чего сразу вышла оттуда. Она увидела лежавшую на спине ФИО1, а на ее ноге лежала корзина. Свидетель, ФИО9, водитель и пришедший покупатель совместно поднимали корзину и освобождали ногу ФИО1 На вопрос представителя истца, могла ли за такой короткий промежуток времени вернуться ФИО9 на крик из подсудного помещения, свидетель ответила, что могла, поскольку оно находилось от эстакады на небольшом расстоянии. Кроме того, пояснила, что упавшая корзина находилась практически прямолинейно по отношению к гидроборту, а ФИО1 немного сбоку.

У суда нет оснований не доверять показаниям данных свидетелей, они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их показания последовательны и не опровергаются другими доказательствами по делу.

Согласно пояснениям ФИО5, данным 07.08.2017 года члену комиссии, при приеме корзины с охлажденным товаром товаровед ФИО1 принимала корзину «на себя». Съехав передними колесами с гидроборта на эстакаду, корзина начала клониться и падать вперед. Он пытался удерживать ее, так как предполагал, что ФИО1 находится впереди корзины.

Составленная схема места происшествия несчастного случая согласуется с пояснениями всех опрошенных комиссией лиц.

Таким образом, пояснения истца в судебном заседании отличаются от данных ею пояснений 02.08.2017 года в ходе расследования несчастного случая и противоречат пояснениям ФИО9, ФИО5 и схеме места происшествия. Так, истец утверждала, что находилась сбоку от корзины и она падала в ее сторону, в то время как корзина расположена прямолинейно гиброборту, что согласуется с показаниями свидетеля ФИО10 и пояснениями ФИО5, и зафиксировано в схеме.

Изменение истицей своих пояснений, расценивается судом как способ защиты своих интересов при рассмотрении настоящего иска.

Ознакомление заявителя с Инструкцией по охране труда при проведении работ по приему товара №6, утвержденной 01.12.2015 года, подтверждается журналом учета выдачи инструкций по охране труда для работников подразделений (служб) предприятия, в котором имеется подпись ФИО1 об ознакомлении с перечнем инструкции по охране труда с пп.1-42 в феврале 2016 года. Под №42 в данном перечне обозначена названная инструкция. 

Как следует из пояснений представителя ответчика, в последующем работник был также несколько раз ознакомлен с указанной инструкцией, что усматривается из журналов регистрации инструктажа на рабочем месте. 

Кроме того, ФИО1 имеет удостоверение, подтверждающее проверку ее знаний требований охраны труда. Истец поясняла, что данное удостоверение ей выдали по итогам проведенного обучения, где ее учили как правильно принимать товар.

Представитель ответчика ссылалась на то, что работодателем установлены были многочисленные нарушения ФИО1 охраны труда при проведении работ по приему товара, а именно, что тележку необходимо перемещать в направлении «от себя», что не было сделано истцом. Данное обстоятельство подтверждено очевидцами несчастного случая, в связи с чем, истицей допущены нарушения п.3.5 Инструкции. Истцом не был освобожден путь перемещения тяжеловесного груза от мешающих предметов, что подтверждено самой истицей в письменных объяснениях от 02.08.2017 года, то есть допущено нарушение п.3.4 Инструкции. ФИО1 также пыталась удерживать падающую тележку с грузом, что следует из ее пояснений и противоречит требованиям п.1.17 Инструкции. А также заявителем допущено нарушение требования п.3.7 Инструкции, допустившей выгрузку контейнеров единолично. Однако, комиссия в акте акцентировала только внимание на двух нарушениях пунктов Инструкции.

Основываясь на вышеизложенных обстоятельствах и исследованных доказательствах, суд приходит к выводу об обоснованности сделанных выводов комиссией в п.10 акта №1 от 11.08.2017 года относительно лиц, допустивших нарушение требований охраны труда и не находит оснований для признания изложенных в нем сведений не соответствующим действительности и исключении их.

В соответствии со ст.229.1 ТК РФ, расследование несчастного случая (в том числе группового), в результате которого один или несколько пострадавших получили легкие повреждения здоровья, проводится комиссией в течение трех дней. Расследование несчастного случая (в том числе группового), в результате которого один или несколько пострадавших получили тяжелые повреждения здоровья, либо несчастного случая (в том числе группового) со смертельным исходом проводится комиссией в течение 15 дней.

Несчастный случай, о котором не было своевременно сообщено работодателю или в результате которого нетрудоспособность у пострадавшего наступила не сразу, расследуется в порядке, установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, по заявлению пострадавшего или его доверенного лица в течение одного месяца со дня поступления указанного заявления.

Как пояснила ФИО1 и свидетель ФИО10, последняя по просьбе истца сообщила о произошедшем супервайзеру, каждая из которых затруднилась назвать какого именно. При этом каждая из них пояснила, что их непосредственным руководителем являлся директор магазина, а в его отсутствие ответственным по магазину являлся один из присутствующих товароведов. В день произошедшего несчастного случая в магазине ответственным являлась ФИО1, что подтверждалось ею и свидетелями. 

В должностной инструкции товароведа магазина «Магнит», с которой истица была ознакомлена 19.07.2016 года, закреплено в разделе №4, что товаровед в отсутствие руководителя управляет персоналом, ставит задачи и контролирует их выполнение, ведет кассовую дисциплину в магазине «Магнит», организовывает правильный учет товаров. Непосредственной обязанностью истца являлся прием товара по количеству, качеству и срокам реализации.

В п.1.1 должностной инструкции закреплено, что работник подчиняется руководителю подразделения.

Пунктом 4.2.7 закреплена обязанность работника своевременно сообщать руководству о несчастных случаях на производстве.

Таким образом, истцом не предоставлено доказательств того, что она своевременно сообщила руководству о произошедшем с ней несчастном случае, в должностной инструкции ничего не указано про супервайзера и представитель ответчика отрицала наличие подчиненности товароведа супревайзеру.

Как усматривается из письменных обращений истца на имя директора Белгородского филиала АО «Тандер», ей достоверно известно, к какому руководителю и по какому адресу необходимо обращаться.

В связи с чем, необоснованным является довод стороны истца, что работодателем допущено бездействие относительно проведения расследования произошедшего с ней несчастного случая.

После направления истицей 01.08.2017 года ответчику обращения об организации проведения расследования несчастного случая, последним приказом №131 от 01.08.2017 года была создана комиссия, получено медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, из которого следует, что степень тяжести повреждения здоровья ФИО1 определена как легкая. 

Расследование несчастного случая произошло 11.08.2017 года согласно акту №1. Один экземпляр данного акта 14.08.2017 года выдан ФИО1 в соответствии с требованиями абз.6 ст.230 ТК РФ.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу, что сроки расследования несчастного случая, произошедшего с ФИО1, и вручения экземпляра акта №1 от 11.08.2017 года, установленные трудовым законодательством, ответчиком не нарушены.

Утверждения истца о том, что акт №1 о несчастном случае на производстве от 11.08.2017 года не выдан ей в полном объеме, поскольку не были выданы протокол осмотра места происшествия и схема места происшествия, не основана на законе.

Так, согласно абз.6 ст.230 ТК РФ работодатель обязан выдать один экземпляр утвержденного им акта о несчастном случае на производстве пострадавшему, что было выполнено ответчиком.

В соответствии со ст.229.2 ТК РФ указанные истцом протокол осмотра места происшествия и схема места происшествия отнесены к материалам расследования несчастного случая. Трудовым законодательством и Положением об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденных Постановлением Минтруда России от 24.10.2002 года №73, не закреплена обязанность работодателя ознакомления пострадавшего с материалами расследования и выдавать их копии.

Пунктом 21 указанного Положения установлено, что члены комиссии знакомят пострадавших с результатами расследования. Результаты расследования оформляются актом формы Н-1, который и был лично вручен пострадавшей в установленный законом срок.

После поступления обращения истца 18.08.2017 года о намерении ознакомления с материалами расследования, ответчик 23.08.2017 года в адрес ФИО1 направил сообщение о необходимости времени для истребования материалов расследования, уточнении времени и места ознакомления ее с документами. Данное обстоятельство подтверждается письменным сообщением от 22.08.2017 года и почтовым конвертом, вернувшимся отправителю по истечении срока хранения, журналом регистрации исходящих документов, списком внутренних почтовых отправлений.

В связи с чем, ответчиком предприняты все меры в разумные сроки для предоставления истцу возможности ознакомления с материалами расследования несчастного случая, произошедшего с ней 15.07.2017 года.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований истца о признании сведений, содержащихся в п.10 акта №1 о несчастном случае на производстве от 11.08.2017 года, не соответствующими действительности; обязании ответчика внести изменения в вышеуказанный акт путем исключения из п.10 указания на ФИО1 как лицо, допустившее нарушение требований охраны труда.

В соответствии с требованиями ст.237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В обоснование требования о взыскании компенсации морального вреда истец ссылалась на виновные действия работодателя в несвоевременном проведении расследования произошедшего с ней несчастного случая на производстве, в непредставлении ей в полном объеме акта №1 о несчастном случае на производстве, в нарушении ее прав на ознакомление с материалами расследования произошедшего несчастного случая, в признании ее лицом, допустившим нарушение требований охраны труда.

Судом при рассмотрении настоящего дела не установлено совершение ответчиком неправомерных действий или бездействия по указанным истцом основаниям, в связи с чем, в удовлетворении требования истца, являющегося также производным от остальных исковых требований, о взыскании компенсации морального вреда с ответчика в ее пользу в размере 30000 рублей надлежит отказать.

Представителем ответчика представлено заявление о применении процессуального срока, предусмотренного ст.392 ТК РФ, поскольку трехмесячный срок для обращения в суд с рассматриваемым иском истек на момент подачи иска 20.02.2018 года. 

Как следует из материалов дела, ФИО1 получила копию частично оспариваемого акта №1 от 11.08.2017 года – 14.08.2017 года.

Истец просила восстановить пропущенный месячный срок для предъявления настоящего иска, указав, что со дня произошедшего несчастного случая 15.07.2017 года и по 12.02.2018 года она находилась в состоянии нетрудоспособности, что подтверждено предоставленными листками нетрудоспособности и копией листов медицинской карты на имя истца. С учетом полученной травмы была ограничена в передвижении, имея в этот период времени гипс на ноге, затем бандаж и в последующем передвигалась на костылях.

Таким образом, на протяжении установленного ст.392 ТК РФ срока, истец находилась в состоянии нетрудоспособности, что препятствовало ей самостоятельному обращению в суд. 

Ссылалась также на то, что фактически проживает с матерью супруга, которая является инвалидом по зрению и в связи с характером работы супруга, вынуждена осуществлять уход за ФИО15 Однако, доказательств нахождения истца в браке, и наличия родственных отношений между ФИО12 и ФИО11 суду не предоставлено.

Суд принимает во внимание, что истец не имеет юридического образования и в судебном заседании ее интересы представляла представитель, в связи с чем нахождение в состоянии нетрудоспособности ей также препятствовало в получении юридической квалифицированной помощи.

13.02.2018 года истица была признана способной приступить к работе и через 7 дней ею был подан в суд рассматриваемый иск.

Суд признает изложенные обстоятельства как уважительные причины пропуска ФИО1 срока, в связи с чем, срок для обращения в суд с рассматриваемым иском подлежит восстановлению.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО1 к акционерному обществу «Тандер» об оспаривании пункта акта №1 от 11.08.2017 года о несчастном случае на производстве, обязании внесения изменений в него, взыскании компенсации морального вреда отказать. 

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Старооскольский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Судья Н.Н. Черных

Решение в окончательной форме принято 19.06.2018 года