Судья ФИО2 Дело №22К-1954/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Иваново «15» октября 2024 года

Судья Ивановского областного суда Веденеев И.В.

с участием прокурора Грачева Д.А.,

обвиняемого ФИО1/с использованием системы видео-конференц-связи/, его защитника - адвоката Колбашева А.А., представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, выданный 

<

адрес> коллегией адвокатов «Ваше Право», 

при ведении протокола судебного заседания секретарём Аристовой А.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника Колбашева А.А., поданную в интересах 

ФИО1, 

<

данные изъяты>, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.1 ст.105 УК РФ, 

на постановление Советского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым обвиняемому избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Доложив содержание обжалуемого судебного решения и существо апелляционной жалобы защитника, выслушав мнения участников судебного разбирательства, суд

у с т а н о в и л:

ДД.ММ.ГГГГ СО ОМВД России по 

<

адрес> возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п.«з» ч.2 ст.111 УК РФ.

В тот же день по подозрению в совершении данного преступления, в порядке ст.ст.91,92 УПК РФ, задержан ФИО1.

ДД.ММ.ГГГГ указанное уголовное дело передано для производства предварительного следствия в СО по 

<

адрес> СУ СК РФ по 

<

адрес>, и в тот же день ФИО1 предъявлено обвинение по ч.3 ст.30, ч.1 ст.105 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением Советского районного суда 

<

адрес> обвиняемому ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, то есть по ДД.ММ.ГГГГ включительно. Мотивы принятому решению в вынесенном постановлении приведены. 

В поданной в интересах обвиняемого апелляционной жалобе защитник Колбашев А.А. просит об отмене состоявшегося ДД.ММ.ГГГГ судебного решения и избрании обвиняемому меры пресечения в виде домашнего ареста, ссылаясь в обоснование своей позиции на следующее:

-оспариваемое постановление вынесено без учёта разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, содержащихся в постановлении от 19 декабря 2013 года №41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определённых действий»; выводы о том, что обвиняемый может скрыться от следствия, а также может оказать давление на потерпевшего либо уничтожить следы преступления, являются необоснованными и исследованными в судебном заседании доказательствами не подтверждены; обвиняемый ранее к уголовной ответственности не привлекался, женат, имеет - устойчивые социальные связи, малолетнего ребёнка на иждивении, постоянный и устойчивый легальный источник дохода; на протяжении длительного времени постоянно проживает в 

<

адрес>, добровольно и самостоятельно явился в отдел полиции после случившегося; сведений о каких-либо попытках оказания обвиняемым давления на потерпевшего представленные материалы не содержат; сам потерпевший решение вопроса о мере пресечения оставил на усмотрение суда, не высказав мнения о необходимости избрания обвиняемому самой строгой меры пресечения; по месту жительства ФИО1 сотрудниками полиции проведён обыск, все интересующие следствие предметы были выданы обвиняемым добровольно; при таких обстоятельствах, находясь под домашним арестом в указанном жилом помещении, в условиях изоляции от общества, каким-либо образом уничтожить следы преступления ФИО1 не может; допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО5 пояснила о своей готовности обеспечивать обвиняемого всем необходимым для исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста; установленные в судебном заседании обстоятельства свидетельствуют о возможности избрания обвиняемому более мягкой, нежели заключение под стражу, меры пресечения, в частности, в виде домашнего ареста, который также обеспечит изоляцию ФИО1 и его надлежащее поведение на стадии предварительного расследования. 

В судебном заседании обвиняемый ФИО1, его защитник Колбашев А.А. апелляционную жалобу поддержали. Обвиняемый также отметил, что проживает на территории РФ уже более десяти лет, ему 58 лет, закон соблюдает, работает и проживает по одному и тому же адресу, является законопослушным, имеет не очень хорошее состояние здоровья, характеризуется положительно, никогда и ничего плохого никому не хотел. Защитник обратил внимание на отсутствие предусмотренных ч.1 ст.97 УПК РФ оснований в отношении обвиняемого; последний сам явился в полицию и был отпущен, а на следующий день был задержан у себя дома; никуда не скрывался, попыток покинуть РФ не предпринял; в ходе проведённого по месту жительства обвиняемого обыска были изъяты все интересующие следствие предметы; также обвиняемый имеет устойчивые социальные связи; помимо этого, защитник пояснил, что в соответствие с согласованной с обвиняемым позицией он просит об изменении последнему меры пресечения на более мягкую. 

Прокурор Грачев Д.А., находя доводы стороны защиты необоснованными, просил оставить апелляционную жалобу защитника без удовлетворения, а судебное решение о заключении обвиняемого под стражу - без изменения. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, выслушав участвующих в деле лиц, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Оснований полагать, что оспариваемое судебное решение принято без учёта требований действующего уголовно-процессуального законодательства РФ, а равно позиций Пленума Верховного Суда РФ, как об этом утверждает в своей жалобе защитник, не имеется. 

Принимая в рамках предоставленных ему полномочий оспариваемое в настоящее время стороной защиты решение, суд первой инстанции исследовал все представленные в судебное заседание сведения о юридически значимых обстоятельствах по делу, учёл положения уголовно-процессуального закона, регламентирующие условия и порядок избрания обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу, дал исследованным сведениям в целом соответствующую фактическим обстоятельствам дела и мотивированную оценку, обоснованно при этом исключив возможность применения в отношении ФИО1 более мягкой, нежели заключение под стражу, меры пресечения. 

Доводы стороны защиты, сводящиеся к утверждению об отсутствии конкретных фактических данных и подтверждающих эти данные доказательств, которые бы позволяли избрание обвиняемому меры пресечения, в том числе и самой строгой, носят исключительно субъективный характер, опровергаются установленными судом фактическими обстоятельствами дела и представленными следователем материалами. 

Следует отметить, что, исходя из сформулированных в ч.1 ст.97 УПК РФ положений, юридическая техника изложения оснований для избрания меры пресечения связывает их наличие с обоснованной возможностью нежелательного поведения обвиняемого, а не с категоричным выводом о таком поведении. Применительно же к ФИО1 такая возможность подтверждается приведёнными как ниже, так и в обжалуемом постановлении конкретными фактическими обстоятельствами. 

Предъявление ФИО1 обвинения в совершении особо тяжкого преступления против жизни, за которое уголовным законом предусмотрено наказание исключительно в виде лишения свободы и на срок, существенно превышающий три года,

наличие у обвиняемого иностранного гражданства,

фактическое отсутствие у обвиняемого на территории РФ близких ему лиц, за исключением генерального директора ООО «

<

данные изъяты>», учредителем которого он является, что следует из содержания протокола судебного заседания суда первой инстанции/

<

данные изъяты>/, 

первоначальный этап предварительного следствия, в рамках которого проводятся мероприятия, направленные на сбор по уголовному делу доказательств, перечень которых к настоящему времени в его исчерпывающем варианте стороной обвинения не определён, 

в своей совокупности позволяют согласиться с выводом суда первой инстанции о наличии обоснованных опасений в том, что, находясь на свободе, вне условий содержания в следственном изоляторе, ФИО1 может как скрыться от предварительного следствия, так и воспрепятствовать производству по уголовному делу указанными в обжалуемом постановлении способами. В связи с этим вывод суда первой инстанции об отсутствии в настоящее время оснований для избрания обвиняемому более мягкой меры пресечения является правильным. При имеющихся фактических обстоятельствах дела оснований для иного вывода не находит и суд апелляционной инстанции, поскольку беспрепятственное осуществление на настоящем этапе уголовного судопроизводства в отношении ФИО1 посредством применения к нему более мягкой, нежели содержание под стражей, меры пресечения невозможно. Присущие мерам пресечения, не связанным с реальной изоляцией от общества в условиях содержания в следственном изоляторе, ограничения, механизм контроля за их соблюдением, не обеспечат необходимый уровень последнего в отношении ФИО1, к выводу о чём позволяют прийти вышеизложенные сведения. Более мягкие, нежели заключение под стражу, меры пресечения, в том числе и домашний арест, предполагают в связи с их избранием механизм контроля за соблюдением возложенных на лицо ограничений, фактически не предусматривающий объективных препятствий для их нарушения. 

Приведённые в рамках апелляционного производства положительно характеризующие личность обвиняемого данные, отсутствие компрометирующих его ранее сведений, его возраст, длительное проживание на территории РФ, трудоустройство, наличие легального источника дохода, равно как и наличие у него малолетнего ребёнка, изложенные в обжалуемом постановлении выводы суда первой инстанции не опровергают и не исключают актуальность вышеуказанных опасений, свидетельствующих о необходимости избрания в настоящее время ФИО1 самой строгой меры пресечения. 

Следует отметить, что в силу ст.99 УПК РФ при решении вопроса о мере пресечения подлежит учёту совокупность всех, а не отдельно взятых обстоятельств по делу. Нарушений требований данной нормы закона применительно к состоявшемуся ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 решению суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Входит в перечень указанной статьи УПК РФ и тяжесть инкриминируемого обвиняемому преступления, которая обоснованно учитывалась судом в совокупности с другими юридически значимыми сведениями, вместе с тем, не являясь единственным основанием для избрания ФИО1 самой строгой меры пресечения.

Мнение потерпевшего о мере пресечения обвиняемого учитывается судом при разрешении указанного вопроса, но не является по нему определяющим. 

Само по себе наличие у обвиняемого материальных и жилищных условий, позволяющих его содержание под домашним арестом, применение данной меры пресечения не обуславливает. 

Доводы жалобы защитника, сводящиеся к утверждению о наличии у обвиняемого на территории РФ устойчивых социальных связей, суд апелляционной инстанции находит необоснованными. Как следовало из показаний в суде первой инстанции свидетеля ФИО5, являющейся генеральным директором учреждённого ФИО1 ООО, она является единственным близким ему лицом на территории РФ; близких родственников на территории России обвиняемый не имеет. К выводу о наличии у него на территории РФ устойчивых социальных связей не позволяет прийти и содержание данных ФИО1 показаний в качестве подозреваемого и обвиняемого. 

Доводы защитника, сводящиеся к утверждению об изъятии в ходе проведённого по месту жительства обвиняемого обыска всех интересующих следствие предметов, не опровергают вывод о наличии обоснованных опасений в том, что, находясь вне условий содержания в следственном изоляторе, обвиняемый может предпринять меры по уничтожению предметов, потенциально способных стать доказательствами по уголовному делу и ещё не изъятых органами предварительного следствия. На данное обстоятельство в своём ходатайстве обращает внимание и следователь.

Доводы защитника о том, что обвиняемый первоначально сам явился в полицию, но был отпущен и задержан только на следующий день по своему месту жительства, не предпринимая попыток покинуть территорию РФ, не опровергают вывод о возможности его скрыться от предварительного следствия. В связи с этим суд апелляционной инстанции отмечает, что с места инкриминируемого ему преступления обвиняемый ушел, а уголовное преследование именно в отношении ФИО1 стало осуществляться фактически только с момента его задержания в качестве подозреваемого, после чего в его отношении действовала избранная ему мера пресечения в виде заключения под стражу, объективно исключающая саму возможность совершения им предусмотренных ч.1 ст.97 УПК РФ действий. 

Помимо этого, суд апелляционной инстанции также полагает необходимым обратить внимание, что в соответствии с позицией Пленума Верховного Суда РФ, изложенной в п.5 постановления от 19 декабря 2013 года №41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определённых действий»/в действующей редакции/, о том, что лицо может скрыться от предварительного следствия на первоначальных этапах производства по уголовному делу могут свидетельствовать тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок. Производство предварительного следствия по уголовному делу в отношении ФИО1 находится на своём первоначальном этапе, а инкриминируемое обвиняемому преступление относится к категории особо тяжких, наказание в виде лишения свободы за которое предусмотрено на длительный срок.

Достаточные данные, указывающие на обоснованность подозрения обвиняемого в причастности к совершению инкриминируемого ему преступления, имеются, к выводу о чём позволяет прийти содержание показаний потерпевшего Потерпевший №1/

<

данные изъяты>/, справки ОБУЗ «Ивановская ОКБ»/

<

данные изъяты>/, протокола осмотра видеозаписи с камеры видеонаблюдения/

<

данные изъяты>/ а также показаний непосредственно самого ФИО1 в качестве подозреваемого/

<

данные изъяты>/. 

Между тем, вопросы о доказанности события инкриминируемого ФИО1 преступления и виновности его в последнем подлежат разрешению судом только при рассмотрении уголовного дела по существу, по результатам оценки и проверки в всех собранных по уголовному делу доказательств. Иное противоречило бы требованиям ст.87, ч.1 ст.88 УПК РФ. Предоставление же собранных доказательств в полном объёме на настоящей стадии производства по делу и в рамках настоящего судебного разбирательства исключено.

Нарушений требований ст.ст.91,92 УПК РФ при задержании ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в качестве подозреваемого, равно как и нарушений требований главы 23 УПК РФ при предъявлении ему ДД.ММ.ГГГГ обвинения, которые бы влекли отмену оспариваемого стороной защиты постановления и освобождение обвиняемого из-под стражи, суд апелляционной инстанции при имеющихся обстоятельствах дела не усматривает. 

Само по себе неудовлетворительное состояние здоровья обвиняемого не исключает возможности избрания такому обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу. Сведений о наличии у ФИО1 тяжёлых заболеваний, перечень которых утверждён постановлением Правительства РФ, и которые препятствуют его содержанию в условиях содержания под стражей, в материалах дела не имеется. О наличии у обвиняемого таких заболеваний ничего не сообщала и сторона защиты

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л:

Постановление Советского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении обвиняемого ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника Колбашева А.А. – без удовлетворения. 

Судебное решение может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке главы 47.1 УПК РФ. 

Судья: И.В.Веденеев