Дело № 1-52/2018

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 июля 2018 года г. Фурманов

Фурмановский городской суд Ивановской области

в составе председательствующего судьи Гнедина Ю.А.,

при секретаре Чапыгиной Е.В.,

с участием: государственного обвинителя – 

помощника Фурмановского межрайонного прокурора Аминевой К.М., 

подсудимого ФИО15,

защитника – адвоката Вороновой О.А.,

представившей удостоверение 

<

№> и ордер 

<

№>,

подсудимого ФИО16,

защитника – адвоката Лемеховой Н.В.,

представившей удостоверение 

<

№> и ордер 

<

№>

потерпевших ФИО1,

ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по обвинению 

ФИО15, родившегося 

<

ДД.ММ.ГГГГ> в 

<

данные изъяты>, гражданина Российской Федерации, со средним специальным образованием, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, несовершеннолетних детей и иждивенцев не имеющего, работающего без официального оформления трудоустройства, не военнообязанного, судимого: 

- 03 февраля 2012 года Фурмановским городским судом Ивановской области по п.п. «в», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 3 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, освободился по отбытии срока наказания 05 сентября 2014 года, 

в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 119 УК РФ, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, 

ФИО16, родившегося 

<

ДД.ММ.ГГГГ> в 

<

данные изъяты>, гражданина Российской Федерации, со средним специальным образованием, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, проживающего в том же населённом пункте на 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, несовершеннолетних детей и иных иждивенцев не имеющего, работающего без оформления трудоустройства, невоеннообязанного, не судимого, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО15 совершил угрозу убийством, когда имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

ФИО15 и ФИО16 совершили кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище.

Преступления совершены при следующих обстоятельствах:

1. По факту угрозы убийством. 

В период времени с 17 часов до 17 часов 30 минут 28 октября 2017 года, у ФИО15, пребывавшего в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, находившегося на кухне кв. 

<

№> д. 

<

№> по 

<

адрес>, в связи с внезапно возникшими личными неприязненными отношениями, обусловленными сделанным ему сестрой – ФИО1 замечанием по поводу его поведения, возник преступный умысел на совершение в отношении неё угрозы убийством. Реализуя задуманное, ФИО15 в вышеуказанное время взял со стола кухонный нож, и, находясь в непосредственной близости от ФИО1, направив клинок ножа в область её живота, высказал слова угрозы убийством: «Тебе не жить, я тебя сейчас «завалю»!». С учётом характера и обстоятельств действий ФИО15, в совокупности с его агрессивным поведением и физическим превосходством, ФИО1 восприняла угрозу убийством реально, опасалась её осуществления, при этом, в сложившихся обстоятельствах, у неё имелись основания опасаться её осуществления.

Подсудимый ФИО15 вину в совершении преступления признал полностью, показал, что 28 октября 2017 года находился дома в состоянии алкогольного опьянения, сидел на кухне, когда туда пришла сестра – ФИО1, которая стала ему высказывать претензии относительно его образа жизни, на предложения оставить его в покое, она не реагировала. Он решил напугать ФИО1, взял со стола нож, продемонстрировал ей, держал его на уровне живота, сам в это время находился от ФИО1 на расстоянии метра, также он сказал ей: «Уйди, а то завалю!». ФИО1 испугалась, в это время на кухню зашла их мать и успокоила его. В последующем он обратился в отдел полиции с явкой с повинной, извинился перед сестрой, они помирились. Считает, что преступление было обусловлено нахождением в состоянии опьянения.

В судебном заседании исследован протокол явки ФИО15 с повинной от 22 ноября 2017 года, в котором тот сообщил о совершении в отношении ФИО1 преступления. Сведения, содержащиеся в данном протоколе, по своему содержанию аналогичны показаниям подсудимого, данным в ходе судебного следствия /Т. 1, л.д. 105/.

В ходе проверки показаний на месте ФИО15 дал пояснения, аналогичные вышеприведённым показаниям, при этом указал в кв. 

<

№> д. 

<

№> по 

<

адрес>, что взял кухонный нож со стола в кухне, а также указал местонахождение в момент совершения преступления ФИО1 /Т. 1, л.д. 137-143/.

Виновность подсудимого в совершении данного преступления подтверждается совокупностью собранных и исследованных доказательств по делу.

Потерпевшая ФИО1 пояснила, что ФИО15 – её брат, от дачи показаний отказалась, воспользовалась положениями ст. 51 Конституции РФ.

Из оглашённых судом показаний потерпевшей, полученных в предварительном расследовании, видно, что 28 октября 2017 года примерно в 17 часов она пришла в гости к матери – ФИО3 по адресу: 

<

адрес>, где в это же время на кухне находился ФИО15 По внешнему виду она определила, что ФИО15 находится в нетрезвом виде, в связи с чем она стала ругать его за аморальный образ жизни, отсутствие работы. Её слова брату не понравились, он стал агрессивным, взял с кухонного стола нож, встал и приблизился к ней на расстояние менее метра, направил острие ножа в её сторону, держал его на уровне её живота, и сказал: «Тебе не жить, я тебя завалю сейчас». Слова брата она восприняла как угрозу убийством, испугалась за свою жизнь, поскольку ФИО15 вёл себя очень агрессивно, был в состоянии алкогольного опьянения, мог ударить её ножом и убить. В это время в конфликт вмешалась мать, которая сумела успокоить ФИО15 и тот ушёл в комнату /Т. 1, л.д. 113-115/. Данные показания потерпевшая подтвердила, пояснила, что давала их добровольно, после разъяснения ей положений ст. 51 Конституции РФ. Дополнительно сообщила, что брат перед ней извинился, но она полагает, что он должен отвечать за свои поступки, в вопросах наказания полагается на усмотрение суда.

В соответствии с показаниями свидетеля ФИО3, ФИО15 приходится ей сыном, ФИО1 – дочерью. 28 октября 2017 года примерно в 17 часов сын находился у неё дома по адресу: 

<

адрес> на кухне в нетрезвом виде, пришедшая в это время ФИО1 стала ругать ФИО15 за его образ жизни, высказывала претензии об отсутствии работы и употреблении алкоголя. Она, ФИО3, прошла на кухню и увидела, что сын взял с кухонного стола нож, встал, направил острие ножа в сторону ФИО1 на уровне живота и сказал: «Тебе не жить, я тебя завалю сейчас». Дочь испугалась этих слов и действий, ей, ФИО3, удалось успокоить сына /Т. 1, л.д. 121/.

Судом исследованы материалы уголовного дела:

Из заявления ФИО1 от 22 ноября 2017 года следует, что она обратилась в органы полиции по поводу того, что ФИО15 28 октября 2017 года в 17 часов 10 минут в кухне кв. 

<

№> д. 

<

№> по 

<

адрес> угрожал ей убийством при помощи ножа /Т. 1, л.д. 102/.

Место происшествия – квартира 

<

№> д. 

<

№> по 

<

адрес>, было осмотрено, соответствующим протоколом и фототаблицей к нему зафиксирована обстановка в кухне данного жилища, установлено, что по левой от входа в кухню стене расположены шкаф с посудой и стол с табуретами, в противоположной входу стене имеется оконный проём, на правой стене размещена газовая колонка, а также вдоль стены имеются шкафы с кухонными принадлежностями, газовая плита и кухонный гарнитур, справа от входа расположена тумба. Порядок в кухне не нарушен, со слов участвующей в осмотре потерпевшей ФИО1, нож, которым ей угрожал ФИО15, находится на кухонном столе. Данный нож с рукояткой и пластмассы чёрного цвета и клинком из белого металла, изъят в ходе этого следственного действия /Т. 1, л.д. 108-110/.

Изъятый в ходе осмотра места происшествия нож осмотрен, зафиксировано, что он имеет рукоять из полимерного материала чёрного цвета, длиной 11,5 см, а также клинок длиной 11,8 см, шириной 22 мм, толщиной 1 мм. Участвующая в осмотре ФИО1 пояснила, что данный нож направлял в её сторону ФИО15, высказывая угрозу убийством 28 октября 2017 года в кухне кв. 

<

№> д. 

<

№> по 

<

адрес> /Т. 1, л.д. 122-125/. Нож признан вещественным доказательством и приобщён к уголовному делу /Т. 1, л.д. 126, 127/.

Все исследованные в судебном заседании доказательства суд находит относящимися к предъявленному подсудимому обвинению, допустимыми, достоверными и в своей совокупности достаточными для разрешения уголовного дела.

Оснований для признания исследованных доказательств недостоверными, суду не представлено, они соотносятся между собой, не обнаруживают противоречий, в своей совокупности воссоздают картину совершённого ФИО15 преступления. 

На основании совокупности допустимых, относимых и достоверных доказательств суд приходит к выводу о доказанности виновности ФИО15 в совершении инкриминируемого преступления.

Действия ФИО15 суд квалифицирует по ч. 1 ст. 119 УК РФ, как угрозу убийством, когда имелись основания опасаться осуществления данной угрозы. 

При квалификации действий подсудимого суд учитывает, что он, в период с 17 часов до 17 часов 30 минут 28 октября 2017 года, пребывая в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, на почве личных неприязненных отношений, умышленно совершил угрозу убийством в адрес своей сестры – ФИО1 – приблизился к ней, высказал слова угрозы: «Тебе не жить, я тебя сейчас «завалю», подкрепив их демонстрацией кухонного ножа, направив острие его клинка в сторону потерпевшей. Исходя из сложившейся обстановки, нахождения в ограниченном пространстве кухни, агрессивного поведения ФИО15, нахождения его в состоянии алкогольного опьянения, физического превосходства, описанные действия подсудимого были обоснованно восприняты потерпевшей как угроза своей жизни и у неё имелись основания опасаться её осуществления.

2. По факту кражи.

В период с 10 часов 00 минут по 14 часов 00 минут 01 декабря 2017 года ФИО15 в неустановленном месте встретил ФИО16 с которым употребил спиртное, затем они решили собрать и сдать в пункт приёма лом металла и с этой целью проследовали в 

<

адрес>, где обнаружили дом 

<

№>, в заборе которого имелся пролом. ФИО15 и ФИО16, из корыстных побуждений совместно решили незаконно проникнуть в указанный дом с целью поиска и хищения изделий из металла, вступили в предварительный сговор на совершение тайного хищения чужого имущества, не распределяя при этом преступных ролей. С целью совершения преступления, пребывающие в состоянии алкогольного опьянения ФИО16 и ФИО15 в вышеуказанный период времени проследовали к дому, действуя группой лиц в рамках предварительного сговора, с целью тайного хищения чужого имущества, убедившись, что за их противоправными действиями никто не наблюдает, через имеющийся в заборе проём незаконно проникли на придомовую территорию дома, а затем, нарушая право ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО6 на неприкосновенность жилища, охраняемое ст. 25 Конституции РФ, согласно которой никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в ним лиц, иначе как в случаях, установленных Федеральным законом или на основании судебного решения, через оконным проём незаконно проникли в помещение данного дома, где обнаружили и тайно похитили принадлежащие ФИО2: холодильник марки «Саратов» стоимостью 2000 рублей, газовую плиту марки «Гефест» стоимостью 2000 рублей; тележку стоимостью 1000 рублей, а всего имущества на общую сумму 5000 рублей. После завладения указанным имуществом, ФИО16, с места преступления удалился, забрав с собой холодильник, завершив тем самым свои действия по совершению хищения, а ФИО15, действуя за рамками предварительного с ФИО16 сговора, не посвящая его в свои преступные намерения, продолжил совершать тайное хищение чужого имущества в данном жилище, а именно: обнаружил и похитил принадлежащие ФИО2: две металлические сковороды стоимостью по 200 рублей каждая, на общую сумму 400 рублей; две металлических кастрюли стоимостью 200 рублей каждая, на общую сумму 400 рублей; два металлических чайника стоимостью 200 рублей каждый, на общую сумму 400 рублей; металлический чайник со свистком стоимостью 300 рублей; металлическую борону, не представляющую материальной ценности, а также не представляющие материальной ценности 5 печных заслонок; а всего, отдельно от ФИО16 завладел имуществом на общую сумму 1500 рублей. Сложив упомянутую посуду в мешок, ФИО15 вынес его из дома через окно, переместил его вместе с бороной за пределы придомовой территории, спрятал у забора, а сам скрылся с места преступления с тележкой, газовой плитой и печными заслонками. Похищенными холодильником, тележкой и газовой плитой ФИО16 и ФИО15 распорядились по своему усмотрению, обратили их в свою пользу, чем причинили потерпевшей ФИО2 своими совместными противоправными действиями имущественный ущерб на сумму 5000 рублей. Кроме того, ФИО15, в дальнейшем вернулся за похищенной посудой и бороной, и также распорядился ими в своих интересах, обратив в свою пользу, чем причинил своими непосредственными противоправными действиями имущественный ущерб потерпевшей ФИО2 на сумму 1500 рублей.

Подсудимый ФИО15 вину в совершении данного преступления признал и пояснил, что 01 декабря 2017 года он пребывал в состоянии запоя, в 

<

адрес> встретил ФИО16, которого знал под именем 

<

данные изъяты>, вместе они выпили спиртного, и он, ФИО15, предложил сходить в коллективные сады, набрать лома металла. Вместе с ФИО16 они пришли в 

<

адрес>, подошли к первому попавшемуся дому, он был не заброшенный, калитка в заборе была заперта. Вместе с ФИО16 в боковой стене забора они обнаружили проём – там были выломаны доски, имелась тропа. На территорию домовладения он проник первым, ФИО16 проследовал за ним. На крыльце дома они увидели разбитое окно, через него он залез в дом, ФИО16 вновь последовал за ним. Когда они попали в жилые помещения дома, то обнаружили газовую плиту и холодильник, располагавшиеся на кухне, похитили их, вытащив из дома через окно, при этом оторвали дверцу холодильника, т.к. с ней он в проём не проходил, кроме того, он отыскал в придомовой пристройке тележку, и также вытащил её из дома. ФИО16 с места преступления ушёл, волоча холодильник, а он сложил в обнаруженный мешок найденную в доме посуду – 2 кастрюли, 2-3 чайника, 2 сковороды; кроме того, выломал заслонки из печи и сложил их в газовую плиту, также похитил и ещё какое-то металлическое изделие, возможно борону. Мешок с посудой он вытащил из дома за забор и спрятал возле него в ельнике. ФИО16, пока он собирал посуду, уже был на улице, а когда он вытащил мешок с ней, то обнаружил, что ФИО16 уже ушёл с холодильником. В дальнейшем они с ФИО16 сдали холодильник, газовую плиту с печными заслонками и тележку ФИО7, вырученные деньги поделили поровну. Преступление они совершили по его, ФИО15, предложению. Расставшись с ФИО16, он в тот же день встретил ФИО8, с которым решил принести мешок с посудой и борону, оставленные возле указанного дома, он ФИО8 в происхождение вещей не посвящал, тот согласился ему помочь. Они забрали мешок, более в дом не проникали, в этом не было необходимости, т.к. вещи находились за забором; вместе они примерно в 16 часов принесли мешок с посудой к ФИО7, вырученные деньги потратили на спиртное. С оценкой похищенного имущества, приведённой в обвинительном заключении – холодильника в 2000 рублей, газовой плиты – в 2000 рублей, тележки – в размере 1000 рублей, посуды – двух сковород, двух кастрюль, двух чайников – по 200 рублей за каждый предмет, а также одного чайника – в 300 рублей, он согласен.

Согласно протоколу явки с повинной, ФИО15 06 декабря 2017 года обратился в органы полиции с заявлением о совершённом им преступлении. При этом сообщил, что 01 декабря 2017 года на 

<

адрес> он встретился со своим знакомым, которого знает по имени 

<

данные изъяты> и по прозвищу 

<

данные изъяты>. Вместе они выпили спиртного, решили раздобыть денег, чтобы приобрести ещё алкоголь, ФИО16 предложил сходить в район коллективных огородов, поискать в домах предметы, которые можно похитить и сдать в качестве лома, с данным предложением он согласился. Вместе они прошли вдоль железнодорожных путей, свернули в какую-то деревню, решили проникнуть в первый дом, расположенный слева, обошли его, проникли на придомовую территорию через забор, обнаружили, что в одном из окон нет стекла, и через него попали в «предбанник» дома, а затем прошли в жилые помещения, дверь куда была уже открыта. Из жилых помещений дома они похитили холодильник, при этом сломали дверцу и бросили её, т.к. с ней он не пролезал в окно, также похитили газовую плиту, затем в принесённый ФИО16 мешок они сложили сковородки, кастрюли, чайники, печные дверцы и задвижки, часть похищенного они сложили в газовую плиту. Кроме того, ФИО16 похитил двухколёсную тележку, на которую они погрузили часть похищенного, другую часть ФИО16 тащил волоком по снегу. Изделия из металла они сдали ФИО7, на вырученные деньги приобрели спиртное. В указанной деревне он, ФИО15, был впервые /Т. 1, л.д. 158/. Сведения, приведённые в протоколе явки с повинной, подсудимый подтвердил, но пояснил при этом, что суду дал более точные показания относительно совершённых действий.

При проверке показаний на месте ФИО15 указал на крайний слева дом в 

<

адрес>, пояснив, что совместно с 

<

данные изъяты> 01 декабря 2017 года, по его, ФИО15, предложению они совершили из данного дома кражу плиты, предметов посуды и тележки. В дом он проникал один раз, вещи выбросил в окно. Спустя некоторое время он вновь приходил к дому совместно с ФИО8 и, не проникая в дом, забрал оставленные ранее вещи, которые в последующем сдал в пункт приёма. На вопрос следователя о причинах расхождения данных показаний с показаниями от 07 декабря и со сведениями в явке с повинной от 18 декабря 2017 года, ФИО15 пояснил, что ранее не мог собраться с мыслями по причине длительного употребления алкоголя /Т. 2, л.д. 87-92/. Содержание данного протокола подсудимый подтвердил. 

Подсудимый ФИО16 вину в совершении данного преступления признал, показал, что с ФИО15 он встретился около 10 или 11 часов 01 декабря 2017 года в 

<

адрес>, они употребили спиртное, после чего ФИО15 предложил сходить поискать металл в домиках, вместе они прошли по железной дороге в сторону 

<

адрес>, пришли в 

<

адрес>, где проследовали к жилому дому зелёного цвета. У дома они видели следы, ведущие к забору, в самом заборе не было части досок, они решили проникнуть в дом, чтобы добыть изделия из металла, прошли по следам, проникли на территорию домовладения через отверстие в заборе, первым проследовал ФИО15. Они увидели, что сбоку дома разбито окно, через данный проём они проникли в дом, где взяли газовую плиту и холодильник, кроме того, ФИО15 где-то обнаружил тележку. У холодильника они оторвали дверцу, т.к. иначе он не пролезал в проём окна. Затем он, ФИО16, волоком потащил холодильник по полю в сторону железной дороги, а ФИО15 остался в доме, чем тот занимался – он не видел. Потом ФИО15 догнал его, вместе они пришли к ФИО7 и сдали ему добытое, было ли что-то в газовой плите – ему не известно, полученные деньги разделили, потратили их на спиртное, затем с ФИО15 они расстались. Совершить преступление он согласился, поскольку был в состоянии алкогольного опьянения. Стоимость похищенных вещей – холодильника – 2000 рублей, газовой плиты – 2000 рублей, тележки – 1 000 рублей, приведённую в обвинительном заключении, не оспаривает.

Судом исследован протокол явки с повинной ФИО16 от 09 декабря 2017 года, в котором тот сообщал, сведения, аналогичные, в целом его показаниям, данным в судебном заседании, но при этом, указывал, что к дому в деревне его привёл ФИО15, пояснив, что в этот дом он уже неоднократно проникал и совершал из него хищение, также ФИО15 пояснял, что сломал в заборе доски. С ФИО15 они из дома похитили газовую плиту, холодильник и тележку /Т. 2, л.д. 19/. Суду ФИО16 пояснил, что ФИО15 не сообщал ему о том, что ранее он проникал в этот дом и совершал из него хищение, в остальной части, сведения, изложенные в явке с повинной подтверждает. Протокол он подписывал, не дочитав.

В ходе проверки показаний на месте ФИО16 указал, что преступление совместно с ФИО15 он совершил в 

<

адрес>, в данной деревне указал на дом 

<

№>, пояснив, что на придомовую территорию они с ФИО15 проникли через пролом в заборе с левой боковой стороны, сами доски в заборе они не выламывали, также указал окно, через которое они проникли в дом где похитили газовую четырёхконфорочную плиту, холодильник без дверцы, а также из пристройки похитили тележку, более с ФИО15 ничего не выносили. Кроме того, в ходе следственного действия ФИО16 пояснял, что по словам ФИО15 выходило, что тот ранее был в этом доме /Т. 2, л.д. 23-26/. Сведения, изложенные в данном протоколе подсудимый ФИО16 подтвердил.

В ходе очной ставки между ФИО15 и ФИО16 последний указывал, что дорогу к д. 

<

№> в 

<

адрес> ему указывал ФИО15, он же указал ему на разбитое окно, предложив проникнуть в дом через него, говорил, что в доме он уже был, с кем – не сообщал. ФИО15 пояснил, что не согласен с показаниями ФИО16 относительно того, что он ему рассказывал о том, что ранее проникал в дом /Т. 2, л.д. 37-39/. Подсудимый ФИО16 в судебном заседании пояснил, что придерживается показаний, данных суду, поскольку ФИО15 не рассказывал ему, что проникал в дом, вопрос об этом задавался, он ответил на него также, как суду; протокол прочитал неполно, торопился.

Виновность подсудимых в совершении преступления подтверждается совокупностью собранных и исследованных судом доказательств.

Потерпевшая ФИО2 показала, что в 

<

адрес> у её семьи имеется жилой дом, в котором они проживают в тёплое время года, данный дом является угловым, в нём имеется комната и кухня. Из данного дома в интервале с 25 ноября по 01 декабря 2017 года было похищено принадлежащее ей имущество: газовая плита «Гефест» стоимостью 2000 рублей; холодильник «Саратов» стоимостью 2000 рублей, две сковороды стоимостью по 200 рублей каждая, два эмалированных чайника стоимостью по 200 рублей каждый, один чайник со свистком стоимостью 300 рублей, две кастрюли стоимостью по 200 рублей каждая, борона ценности не представлявшая, тележка стоимостью 1000 рублей, печные заслонки и вытяжки ценности не представляющие. Оценку вещей она назвала следователю сама, средние цены на аналогичные вещи ею не изучались, документы на похищенное не сохранились. О краже ей сообщили соседи. Сама она по прибытии к месту происшествия увидела, что в доме был беспорядок, погром, выбиты два окна – одно из которых на крыльце, другое – в помещении дома, в заборе, ограждающем придомовую территорию, сбоку выломаны доски. Из дома было похищено указанное имущество, за исключением тележки, которая ранее хранилась во дворе, и бороны, находившейся на придомовой территории; в доме осталась отломанная дверь от холодильника. Помимо перечисленного имущества в доме отсутствовали столовые приборы. По завершении предварительного следствия ей была возвращена только тележка, плиту она забирать не стала, т.к. она была сильно повреждена.

В соответствии с распиской ФИО2 ею от ФИО16 В счёт возмещения ущерба принято 2000 рублей /Т. 1, л.д. 170/. Достоверность данной расписки потерпевшая суду подтвердила.

Свидетель ФИО4 дал суду показания, в целом аналогичные показаниям потерпевшей ФИО2, дополнительно пояснив, что помимо указанного имущества с крыши дома были похищены сливные желоба, печь имела следы топки. 

Свидетель ФИО7 показал, что осуществляет деятельность по приёму металла. В период с 25 ноября по 01 декабря 2017 года к нему обратились ФИО16 и ФИО15, которые принесли и сдали ему в пункт приёма газовую плиту, тележку, борону, холодильник и какие-то предметы в мешках, получив за это 500 рублей. Впоследствии сотрудники полиции ему сообщили, что данные вещи были похищены, они просмотрели нужные им видеозаписи с камеры наблюдения, установленной в пункте приёма; жёсткий диск ресивера-регистратора он им не передавал, как он понял, сотрудники полиции пересняли видео с экрана на камеру телефона, записи на регистраторе хранятся примерно три недели, потом они перезаписываются, за какие именно дни были просмотрены сотрудниками полиции записи – ему не известно. ФИО15 приходил к нему и ранее, сдавал металл примерно 1-2 раза в неделю. С ФИО8 он знаком не был, но видел его один раз в компании ФИО15, когда тот приносил металл для сдачи, что именно сдавали в тот раз ФИО15 и ФИО8 – не помнит; равно как не помнит, был ли данный факт до прихода в пункт приёма ФИО15 с ФИО16 Обстоятельств выдачи компакт-диска следствию он не помнит, но сам записи на компакт-диск не делал, т.к. для этого у него нет оборудования и он не обладает соответствующими навыками, таких обязанностей на него сотрудники полиции не возлагали. Текст соответствующего протокола был выполнен при нём следователем в отделе полиции.

В судебном заседании оглашены показания свидетеля ФИО7 от 07 декабря 2017 года, в которых тот сообщал, что 01 декабря к нему с целью сдачи лома металла обратились двое мужчин – он их знал под именами 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>. Они сдали ему плиту, тележку, предметы посуды – чайники, кастрюли, сковородки /каждого предмета посуды было не менее двух штук/. Плита и тележка у него сохранились, были выданы при осмотре места происшествия. /Т. 1, л.д. 220/. Данные показания свидетель подтвердил, пояснив, что предметы посуды были в мешках, данные события имели место более полугода назад, он не помнит деталей произошедшего, в т.ч. в силу того, что в его пункт приёма обращается довольно большое количество людей.

Будучи допрошенным 20 апреля 2018 года свидетель ФИО7 на вопросы следователя сообщал, что 01 декабря 2017 года к нему приходили ФИО15 и ФИО16, они сдали ему плиту, холодильник и тележку, несколькими днями ранее, в конце ноября 2017 года – числа 29 или 30, в пункт приёма обращался ФИО15 и ФИО9, которые сдали в пункт приёма чайники – не менее 2-х, кастрюли – не менее 2-х, сковородки – не менее 2-х, печные заслонки – не менее 2-х и борону. На вопрос следователя: «… почему в при первоначальном допросе Вы говорите о том, что предметы посуды в пункт приёма металла, наряду с холодильником, плитой и тележкой Вам сдали ФИО15 и ФИО16. В настоящее время говорите о том, что: ФИО15, совместно с ФИО8 сдавали в пункт приёма металла различные металлические предметы: чайники, не менее 2-х, кастрюли, не менее 2-х, сковородки, не менее 2-х, печные заслонки, не менее 2-х штук, металлическую борону? Почему при первоначальном допросе Вы этого не говорили?», допрашиваемый ФИО7 пояснил, что об этом его не спрашивали, он акцентировал внимание на ФИО15, особого значения тому, с кем и когда он сдавал лом металла не придавал. На самом деле ФИО15 и ФИО8 сначала сдавали металлические предметы посуды, а затем 01 декабря 2017 года ФИО15 и ФИО16 сдали холодильник, плиту и тележку. Видеозапись прихода ФИО15 и ФИО8 у него не сохранилась, видеозапись сдачи металла ФИО15 и ФИО16 у него имеется, видео он сохранил, т.к. к нему обращались сотрудники полиции, записал его на телефон, затем – на диск, полагая, что оно может понадобиться, в настоящее время диск у него находится дома, он может его выдать /Т. 1, л.д. 221-222/. Относительно данных показаний свидетель суду пояснил, что сам он видеозапись с телефона на диск не переписывал, просто дал просмотреть запись оперативным сотрудникам полиции; деталей описанных событий не помнит, данный протокол подписал не читая и не вникая в его суть. В настоящее время, относительно производства видеозаписи, придерживается показаний, данных суду.

Допрошенный судом в качестве свидетеля сотрудник службы участковых ОМВД России по Фурмановскому району ФИО10 показал, что подсудимый ФИО15 ему известен, поскольку ранее он находился под административным надзором, жалоб на его поведение не было, проверки в отношении него проводились регулярно, ФИО15 проживал с сожительницей, работал в г. Москва, в просьбах о какой-либо помощи он не отказывал, на данный момент охарактеризовать ФИО15 не может, т.к. тот проживает вне границ вверенного ему участка.

Допрошенный в качестве свидетеля оперативный уполномоченный ОМВД России по Фурмановскому району ФИО11, показал, что 06 декабря 2017 года принимал у подсудимого ФИО15 явку с повинной по факту кражи имущества из одного из домов в 

<

адрес>. ФИО15 был доставлен в ОМВД и в ходе беседы с ним пожелал сообщить о содеянном. ФИО15 были разъяснены положения ст. 51 Конституции РФ, а также его права, ходатайств от него не поступило, явку с повинной он дал добровольно. Кроме того, в последующем – 18 декабря 2017 года он ездил к ФИО15 в СИЗО, беседовал с ним, уточняя детали совершения преступлений совместно с ФИО16 и ФИО8, при этом также был оформлен протокол, замечаний к которому у ФИО15 не было.

После предъявления свидетелю на обозрение протокола явки с повинной ФИО15, датированного 18 декабря 2017 года /Т. 2, л.д. 78/, ФИО11 пояснил, что текст протокола был составлен накануне, в ходе предыдущей беседы с ФИО15 и исключительно с его слов, но в силу того, что они торопились, он не был незамедлительно подписан и зарегистрирован, в связи с чем он и приехал 18 декабря 2017 года в СИЗО, чтобы подписать протокол у ФИО15, тот ознакомился с протоколом и подписал его, замечаний не высказал, сам он не имел оснований оклеветать ФИО15, подробности преступления ему известны не были.

Судом исследованы материалы уголовного дела:

Из заявления потерпевшей ФИО2, следует, что она обратилась в органы полиции 06 декабря 2017 года с просьбой о привлечении неизвестных ей лиц к уголовной ответственности, в связи с совершённой в период с 12 часов 27 ноября 2017 года по 12 часов 02 декабря 2017 года кражей имущества на сумму 6500 рублей из дома по адресу: 

<

адрес> /Т. 1, л.д. 144/.

Осмотром места происшествия – д. 

<

№> в 

<

адрес>, проведённого с участием ФИО2, установлено, что объект осмотра – жилой дом огорожен забором с входной калиткой. Входная дверь расположена с боковой стороны, слева, повреждений на ней и имеющихся на ней запорных устройствах не обнаружено. При входе в дом расположено крыльцо с окном, которое на момент осмотра забито деревянными брусками. Дверь, ведущая с крыльца в следующее помещение имеет повреждения в виде отщепов древесины в районе расположения навесного замка. В помещении за указанной дверью расположены предметы быта, имеются лестница на чердак, а также дверь, ведущая в жилые помещения дома, на которой расположен навесной замок без видимых повреждений. При осмотре жилой части дома установлено, что она состоит из двух помещений, условно обозначенных №№ 1 и 2. В помещении № 1 обнаружены вешалка с предметами одежды, диван, два стола, три стула, раковина, печь, также в данном помещении имеется два окна. В помещении № 2 имеются четыре окна, одно из которых – центральное, выходящее на фасад дома, заколочено деревянными брусками /Т. 1, л.д. 145-151/.

В ходе осмотра места происшествия – участка местности по адресу: 

<

адрес>, участвовал ФИО7 В ходе осмотра установлено, что данный участок местности не ограждён, на нём расположены предметы из чёрного металла, среди них обнаружена плита /газовая/ в корпусе белого цвета, с повреждениями дверцы и корпуса, переключатели отсутствуют; кроме того, обнаружена металлическая тележка и борона. Указанные предметы изъяты с места происшествия /Т. 1, л.д. 152-155/.

Согласно свидетельствам о государственной регистрации права, жилой дом 

<

№>, расположенный в 

<

адрес>, а также земельный участок, принадлежат ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО6 в равных долях – по 1/4 /Т. 1, л.д. 178-192/.

Из распечаток данных с интернет-сайта объявлений «avito.ru», следует, что стоимость холодильника «Саратов» в различных объявлениях о продаже подержанных вещей колеблется в пределах от 1490 до 6500 рублей; стоимость газовой плиты «Гефест» - в пределах от 1000 до 2500 рублей; сковород – от 200 до 1500 рублей; кастрюль – от 180 до 1000 рублей; чайников – от 215 до 1000 рублей; тележек – от 400 до 2000 рублей /Т. 1, л.д. 193-203/. 

Из справок ИП ФИО12 следует, что стоимость холодильника «Саратов» составляет от 8700 до 15400 рублей; плиты «Gefest» – от 3800 до 8600 рублей; металлических сковородок с краем 8-10 см – 270 рублей, с краем 2-3 см – 180 рублей; кастрюли ёмкостью 3 л – 320 рублей, кастрюли ёмкостью 4 л – 380 рублей, чайника ёмкостью 3 л 600 и 650 рублей, чайника со свистком ёмкостью 2 л – 550 рублей /Т. 1, л.д. 205, 207, 209/. 

Согласно справкам ИП ФИО13 м-н «Хоздвор» стоимость садовой тележки составляет от 1350 до 2500 рублей, печных заслонок – от 450 до 800 рублей, бороны – 350 рублей /Т. 1, л.д. 211, 213/.

Согласно соответствующим постановлениям, тележка, газовая плита и борона были признаны вещественными доказательствами, приобщены к уголовному делу /Т. 1, л.д. 227/.

Проанализировав и оценив в совокупности собранные и исследованные доказательства по делу, суд приходит к следующим выводам.

Все исследованные доказательства суд находит относящимися к предъявленному подсудимым обвинению, за исключением заключения 

<

данные изъяты> 

<

№> от 

<

ДД.ММ.ГГГГ> /Т. 2, л.д. 125-132/ в отношении ФИО8, учитывая, что по смыслу положений ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, а ФИО8 в рамках рассматриваемого уголовного дела таким статусом не обладает, учитывая, что уголовное дело в отношении него по факту хищения имущества ФИО2 из 

<

адрес>, выделено в отдельное производство /Т. 2, л.д. 141-144/.

Анализируя исследованные доказательства с точки зрения допустимости, на основании положений ст. 75 УПК РФ суд приходит к следующим выводам:

Признаются судом недопустимым доказательством и исключаются из системы доказательств показания свидетеля ФИО3 от 07 декабря 2017 года, изложенные в протоколе допроса /Т. 1, л.д. 216/, поскольку они получены с нарушением требований ст. 51 Конституции РФ и п. 1 ч. 4 ст. 56 УПК РФ, т.к. исходя из содержания протокола допрошенная ФИО3, являющаяся матерью подсудимого ФИО15, была предупреждена об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний.

Разделяет суд позицию государственного обвинителя и защитника Вороновой О.А. и отвергает как недопустимое доказательство явку ФИО15 с повинной, датированную 18 декабря 2017 года /Т. 2, л.д. 78/, поскольку, как установлено в судебном заседании, она была получена с существенными нарушениями закона. Как установлено из содержания протокола принятия явки с повинной, она якобы была принята от ФИО15 18 декабря 2017 года в служебном кабинете ОМВД России по Фурмановскому району оперуполномоченным ФИО11, однако, по сведениями, представленным ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области, в данный день, содержащийся в этом учреждении ФИО15, его пределов не покидал, сотрудниками полиции не посещался; учитываются судом и пояснения самого подсудимого об обстоятельствах подписания данного протокола, согласно которым, он подписал готовый протокол, находясь в СИЗО-1 при встрече с ФИО11, при этом был лишён возможности пригласить защитника, и детально ознакомиться с содержанием протокола, в силу отсутствия очков и плохого самочувствия; оснований сомневаться в данных пояснениях подсудимого нет, учитывая, что они соотносятся с пояснениями свидетеля ФИО11 о том, что данный протокол был им изготовлен заранее и с ним он приезжал к ФИО15 в СИЗО, где тот его и подписал. Утверждения ФИО11 о том, что протокол был составлен со слов ФИО15, однако не был своевременно оформлен, надуманы, опровергаются его же словами о том, что сведения о преступлениях подлежат немедленному учёту в специальной книге, учитываются судом и пояснения данного свидетеля, о том, что содержание пояснений ФИО15 им корректировалось. Принимается судом во внимание и то обстоятельство, что протокол не содержит разъяснения права пользоваться услугами защитника /гарантированного по смыслу п. 5 ч. 3 ст. 49 УПК РФ/, а также отсутствие признака добровольности при якобы имевшем место сообщении ФИО15 о преступлении, учитывая не его самостоятельное обращение в правоохранительные структуры, а обращение сотрудника полиции к ФИО15 с изготовленным заранее протоколом. При изложенных обстоятельствах, у суда не имеется оснований для признания данного протокола допустимым доказательством, соответствующим требованиям ст. 142, ч.ч. 1, 3, 4, 10 ст. 166 УПК РФ.

Соглашается суд с мнением государственного обвинителя о необходимости признания недопустимым доказательством протокола осмотра предметов от 06 апреля 2018 года, проведённого якобы с участием потерпевшей ФИО2 /Т. 1, л.д. 224-226/. Как установлено в судебном заседании на основании показаний потерпевшей, она не принимала участия в осмотре газовой плиты, тележки и бороны при обстоятельствах, изложенных в соответствующем протоколе, в отдел полиции не приезжала, имущество ей не предъявлялось, а протокол был привезён ей следователем ФИО14 на дом, она в нём только расписалась, в последующем осмотренные вещи она не получала, также лишь расписалась в документах о их возвращении. Оснований не доверять этим пояснениям потерпевшей, которая изложила их суду будучи предупреждённой об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, не имеется. Учитывается судом и то обстоятельство, что следственное действие по решению следователя выполнялось в отсутствие понятых, согласно ст. 170 УПК РФ, однако, в нарушение требований ч. 1.1 ст. 170 УПК РФ, несмотря на применение технического средства, фотоаппарата /о чём в протоколе имеется отдельное указание/, ход следственного действия при его помощи зафиксирован не был. Принимается судом во внимание и то обстоятельство, что приобщённые к протоколу фотографические снимки предметов – газовой плиты и тележки, якобы сделанные в момент выполнения данного следственного действия совпадают до степени полной идентичности с аналогичными фотографическими изображениями данных предметов, но выполненными 06 декабря 2017 года в ходе осмотра места происшествия по адресу: 

<

адрес> /Т. 1, л.д. 152-155/, что позволяет усомниться в достоверности сведений, изложенных в протоколе. Отсутствие замечаний со стороны ФИО2 к содержанию протокола не свидетельствует о его законности и соответствии изложенных в нём сведений обстоятельствам, имевшим место в действительности, суд связывает отсутствие таких замечаний с правовой малограмотностью потерпевшей, не обладающей познаниями в области юриспруденции. С учётом данных обстоятельств, учитывая выявленные нарушения положений ч.ч. 1, 2, 4, 8 ст. 166, ч. 1.1 ст. 170, ст. 177 УПК РФ, суд, руководствуясь положениями ч. 1 и п. 3 ч. 2 ст. 75 УПК РФ, признаёт данный протокол осмотра предметов недопустимым доказательством и исключает его из системы доказательств. 

Принимается судом как обоснованная позиция государственного обвинителя о необходимости признания недопустимым доказательством протокола выемки у свидетеля ФИО7 компакт-диска с записями камер видеонаблюдения /Т. 1, л.д. 239-241/. Как установлено в судебном заседании, ФИО7 категорически отрицал причастность к копированию видеозаписей на компакт-диск, стабильно пояснял суду, что данное следственное действие производилось не у него по месту жительства, а в отделе полиции. Оснований не доверять показаниям данного свидетеля, у суда нет, учитывая, что они стабильны, и при их изложении он был предупреждён о возможной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Суд также учитывает, что и это следственное действие по решению следователя выполнялось в отсутствие понятых, согласно ст. 170 УПК РФ, однако, аналогично вышеизложенному, в нарушение требований ч. 1.1 ст. 170 УПК РФ, несмотря на применение технического средства, фотоаппарата /о чём в протоколе сделана отметка/, ход следственного действия при его помощи зафиксирован не был. Имеющиеся фотографические снимки внешнего вида компакт-диска явно недостаточны для вывода о выполнении соответствующего следственного действия в конкретном месте и с участием конкретных лиц. Отсутствие замечаний к протоколу со стороны свидетеля ФИО7 суд связывает с его субъективным подходом к участию в следственных действиях, о котором он сообщил суду – невнимательное отношение к деталям, доверие следственным органам, запамятование обстоятельств. С учётом данных обстоятельств, учитывая выявленные нарушения положений ч.ч. 1, 2, 4, 8 ст. 166, ч. 1.1 ст. 170, ст. 177 УПК РФ, суд, руководствуясь положениями ч. 1 и п. 3 ч. 2 ст. 75 УПК РФ, признаёт данный протокол выемки компакт-диска недопустимым доказательством и исключает его из системы доказательств.

Учитывая данное обстоятельство, суд соглашается с позицией защитника Вороновой О.А. и исключает из системы доказательств протоколы осмотра содержимого компакт диска /Т. 1, л.д. 242-245, 246-249/, а также сам компакт-диск, приобщавшийся к делу в качестве вещественного доказательства /Т. 1, л.д. 250/, как недопустимые, в силу производности от недопустимого доказательства – протокола выемки компакт-диска.

Соглашается суд с позицией защитника Вороновой О.А. о необходимости признания недопустимым доказательством протокола допроса ФИО15 от 06 марта 2018 года /Т. 2, л.д. 81/. Из текста протокола видно, что он содержит неоговорённые исправления и не устранённые противоречия относительно процессуального статуса ФИО15, относительно объёма разъяснявшихся ему прав. Сделанная на первой странице до изложения текста протокола запись «Испр. верить» за подписью следователя ФИО14 не свидетельствует о легальности каждого из имеющихся в протоколе исправлений, кроме того, подписи участвующих лиц – допрашиваемого и его защитника по данной записью отсутствуют, равно как не удостоверены ими и иные обнаруженные в тексте протокола исправления, указанное противоречит положениям ч. 6 ст. 166 УПК РФ. Принимается судом во внимание и то обстоятельство, что рукописные записи следователя содержат указание на отказ ФИО15 от подписания протокола в статусе подозреваемого, о наличии данного статуса свидетельствует и содержание протокола, однако, дальнейшие исправления направлены на придание ему статуса обвиняемого, хотя по инкриминируемому преступлению /совершение кражи совместно с ФИО8/ отдельное обвинение на момент 06 марта 2018 года ФИО15 предъявлено не было и допросу в качестве обвиняемого по нему он не подлежал по смыслу положений ст. 171, 172, 173 УПК РФ. Принимается судом во внимание и то обстоятельство, что содержание данного протокола подсудимый в суде не подтвердил, пояснив, что следователь неоднократно пыталась «навязать» ему свою версию событий, о двукратном проникновении в дом, он же это отрицал, на почве чего между ними даже произошёл конфликт. Подписывать данный протокол и давать показания он отказался, поскольку следователь пыталась исказить данные им показания. Данные пояснения ФИО15 суд находит заслуживающими внимания, учитывая, содержание протокола и отражённые действия ФИО15 в процессе допроса – отказ от дальнейшей дачи показаний и от подписания протокола. При подобных обстоятельствах суд признаёт данный протокол допроса ФИО15 недопустимым доказательством, в соответствии с ч. 1 и п. 3 ч. 2 ст. 75 УПК РФ, и исключает его из системы доказательств. 

Иные исследованные доказательства суд относит к допустимым.

Оценивая представленные доказательства с точки зрения их достоверности, суд приходит к следующему:

Оснований сомневаться в достоверности показаний потерпевшей ФИО2, свидетелей ФИО4, ФИО10, свидетеля ФИО11 /относительно принятия у ФИО15 явки с повинной 06 декабря 2017 года/, показаний свидетеля ФИО7 в судебном заседании и в протоколе допроса от 07 декабря 2017 года, а также заявления потерпевшей о преступлении, результатов осмотров мест происшествия – д. 

<

№> в 

<

адрес> и участка местности у д. 

<

№> по 

<

адрес>, сведений о государственной регистрации права, вещественных доказательств – тележки, бороны и газовой плиты, суду не представлено. Данные доказательства ни в отдельности, ни в совокупности, в т.ч. с иными исследованными доказательствами, не свидетельствуют о непричастности ФИО15 и ФИО16 к совершению данного преступления.

Суд признаёт достоверными показания подсудимых ФИО15 и ФИО16 относительно совершённого хищения, данные в ходе судебного разбирательства, поскольку они соотносимы между собой, согласуются с показаниями потерпевшей и свидетеля ФИО4, а также с показаниями свидетеля ФИО7, логичны, стабильны, соответствуют сведениям, сообщённым подсудимыми при обращениях с явками с повинной и при проверке показаний на месте. Учитывается судом и то обстоятельство, что показания ФИО15 относительно завладения им частью имущества ФИО2 на сумму 1500 рублей вне рамок предварительного сговора с ФИО16 не опровергнуты, соотносятся они с показаниями свидетеля ФИО7 и результатами осмотра пункта приёма металла, в ходе которого была обнаружена борона. Принимаются судом во внимание и пояснения ФИО16, отрицавшего достоверность приведённых в протоколах его допросов и явки с повинной сведений о том, что к месту преступления его привёл ФИО15, учитывая, что подсудимый эти сведения не подтвердил и они не подкреплены иными доказательствами; отсутствие в соответствующих протоколах следственных действий замечаний по данным поводам ФИО16 объяснено невнимательностью, торопливостью, данные пояснения суд принимает как убедительные, учитывая при этом, что подсудимый не обладает глубокими познаниями в области юриспруденции и привлекается к уголовной ответственности впервые.

К показаниям свидетеля ФИО7, изложенным в протоколе допроса 20 апреля 2018 года относительно последовательностей прихода ФИО15 в пункт приёма в компании ФИО8 и ФИО16, а также относительно сдававшихся ими предметов, суд относится критически, по следующим причинам: фактически данные показания свидетель не подтвердил, неоднократно пояснив, что деталей произошедших событий он не помнит и никогда не придавал им особого значения, учитывая сравнительно большое количество обращений в пункт приёма разных людей, а также истечение сравнительно значительного периода времен. Указанное даёт суду основания усомниться в столь детальном восстановлении данным свидетелем событий, относящихся к ноябрю-декабрю 2017 года, к моменту его допроса в конце апреля 2018 года. Учитывается судом и указание в протоколе на то, что предметы посуды были сданы ФИО15 в компании некоего ФИО9, а не ФИО8. Принимает суд во внимание и то, что данные показания опровергаются более актуальными показаниями самого ФИО7 от 07 декабря 2017 года, которые наиболее приближены к дате инкриминируемого подсудимым преступления, соотносимы с показаниями самих подсудимых и оценены судом, как достоверные.

Содержащиеся в протоколе явки с повинной ФИО16, протоколе его проверки показаний на месте и в очной ставке с ФИО15 сведения о том, что последний ранее проникал в д. 

<

№> в 

<

адрес> носят довольно абстрактный характер и не свидетельствуют о совершении ФИО15 хищения части имущества ФИО2 /предметов посуды, печных заслонок и бороны/ на сумму 1500 рублей совместно с ФИО8 при обстоятельствах, которые были изложены в обвинительном заключении, а также не опровергают соответствующих показаний ФИО15 об обстоятельствах хищения этого имущества.

Исследованные судом сведения о стоимости аналогов похищенного у ФИО2 имущества, в т.ч. полученные в торговых заведениях – ИП ФИО12 и ИП ФИО13, а также из общедоступного источника – сайта avito.ru сети «Интернет», оцениваются судом как достоверные, при этом, суд принимает оценку похищенного имущества, сделанную потерпевшей и отражённую в обвинительном заключении, учитывая, что она не является завышенной, относительно указанных сведений, признана подсудимыми и не оспаривается ими.

Исследованные судом вышеприведённые достоверные и допустимые доказательства, суд находит достаточными в своей совокупности для разрешения уголовного дела.

В соответствии с положениями ч. 2 ст. 252 УПК РФ, суд находит необходимым уточнить формулировку предъявленного подсудимым обвинения, исходя из установленных и подтверждённых исследованными доказательствами обстоятельств:

- суд уточняет период совершения подсудимыми преступления указанием на совершение его в интервале времени с 10 часов 00 минут до 14 часов 00 минут 01 декабря 2017 года, что следует из неопровергнутых в судебном заседании показаний подсудимых ФИО16 и ФИО15;

- подлежит уточнению момент возникновения у подсудимых умысла на совершение хищения и вступления в предварительный сговор, исходя из неопровергнутых пояснений ФИО15 и ФИО16 о том, что соответствующие обстоятельства имели место при подходе к д. 

<

№> в 

<

адрес>; 

- исключаются судом из фабулы обвинения, как не нашедшие своего подтверждения исследованными доказательствами, указания на то, что к месту совершения преступления ФИО16 привёл ФИО15, с также сведения о том, что последний, в результате ранее совершённого преступления, был достоверно осведомлён о наличии в жилом доме ФИО2 имущества, пригодного к хищению.

В судебном заседании представленными доказательствами не подтверждён факт завладения ФИО15 имуществом ФИО2 – бороной, печными заслонками и предметами посуды на сумму 1500 рублей, при обстоятельствах, изложенных в обвинительном заключении, однако, на основании показаний подсудимого ФИО15, в совокупности с показаниями подсудимого ФИО16, свидетеля ФИО7, результатами осмотра места происшествия – пункта приёма металла, установлено, что данные действия были совершены ФИО15 самостоятельно, вне рамок предварительного сговора с ФИО16 и непосредственно после ухода того с места преступления с частью похищенного имущества. С учётом изложенного, выделение данных действий ФИО15 в отдельный эпизод преступной деятельности с самостоятельной квалификацией суд находит явно ошибочным и излишним, учитывая охваченность этих действий единым преступным умыслом самого ФИО15 Таким образом, в соответствии с ч. 2 ст. 252 УПК РФ, суд уточняет формулировку предъявленного обвинения указанием на индивидуальные действия ФИО15 по хищению с незаконным проникновением в жилище имущества ФИО2 – двух кастрюль, двух сковород, трёх чайников, на общую сумму 1500 рублей, а также не представляющих ценности бороны и 5-ти печных заслонок.

На основании совокупности допустимых, относимых и признанных достоверными доказательств суд приходит к выводу о доказанности виновности ФИО15 и ФИО16 в совершении инкриминируемого преступления.

Действия подсудимых суд квалифицирует по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как кражу, т.е. как тайное хищение чужого имущества, совершённое группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище.

При квалификации действий ФИО15 и ФИО16 суд учитывает, что 01 декабря 2017 года непосредственному совершению преступления, предшествовал предварительный сговор подсудимых на совместное тайное хищение чужого имущества из жилища – д. 

<

№> в 

<

адрес>, достигнутый при обнаружении указанного дома и проёма в заборе, ограждающем его территорию. Действия подсудимых носили умышленный, тайный характер, преследовали корыстную цель безвозмездного незаконного изъятия чужого имущества и обращения его в свою пользу. Для достижения преступного результата подсудимые незаконно проникли в жилище – упомянутый дом, нарушив тем самым право ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО6 на неприкосновенность жилища, охраняемое ст. 25 Конституции РФ. В результате совместных и согласованных преступных действий подсудимые ФИО15 и ФИО16 незаконно завладели и впоследствии распорядились по своему усмотрению имуществом потерпевшей – холодильником, тележкой и газовой плитой, чем причинили ей имущественный ущерб на общую сумму 5000 рублей, а ФИО15, кроме того, не остановившись на достигнутом, после завершения ФИО16 совместной преступной деятельности, действуя за пределами предварительного сговора, в корыстных личных интересах тайно похитил в данном жилище имущество ФИО2 – две сковороды, две кастрюли, три чайника на общую сумму 1500 рублей, а также 5-ть печных заслонок, не представляющих ценности, а кроме того, с придомовой территории похитил не представляющую ценности борону, в дальнейшем распорядился похищенным по своему усмотрению, причинив потерпевшей ущерб на указанную сумму.

При назначении вида и размера наказания подсудимым суд, в соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершённых ими преступлений, личности виновных, в том числе наличие у них обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, а также влияние назначаемого наказания на их исправление.

ФИО15 при наличии неснятой и непогашенной судимости за умышленное тяжкое преступление против собственности, за которое отбывал наказание в виде реального лишения свободы, в период установленного ему административного надзора совершил по совокупности тяжкое преступление против собственности и преступление небольшой тяжести против личности /Т. 2, л.д. 188-189, 201-210, 211-213, 214-215, 220/. 

<

данные изъяты> /Т. 2, л.д. 183-187, 246/. 

<

данные изъяты> /Т. 2, л.д. 221/. 

<

данные изъяты> /Т. 2, л.д. 222, 224/. 

<

данные изъяты> /Т. 2, л.д. 227, 228, 229, 230, 231, 232, 233, 234, 235, 238, 240, 241, 242, 243, 244/. 

<

данные изъяты> /Т. 2, л.д. 248/. Согласно сведениям из ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области и материалам уголовного дела 

<

№>, подсудимый страдает заболеваниями, в т.ч. хроническими.

Из показаний свидетеля ФИО3, которые не опровергнуты, следует, что ФИО15 – её сын, 

<

данные изъяты> /Т. 1, л.д. 217-218/.

<

данные изъяты> /Т. 2, л.д. 250/.

Оснований для игнорирования сведений, изложенных в характеристике подсудимого службой участковых, как об этом просила сторона защиты, у суда не имеется, учитывая, что данный документ отвечает требованиям относимости, допустимости, а содержащаяся в нём информация, в целом, нашла своё подтверждение в рамках расследования и рассмотрения судом уголовного дела.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимому ФИО15 по обоим фактам преступлений, суд, в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, признаёт его явки с повинной и активное способствование раскрытию и расследованию преступлений /Т. 1, л.д. 105, 137-143, 158, Т. 2, л.д. 87-92/; в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, суд также признаёт смягчающими наказание обстоятельствами по каждому из эпизодов преступной деятельности, признание подсудимым своей вины, раскаяние в содеянном, принесение потерпевшим извинений, состояние здоровья /в силу наличия хронических заболеваний/.

Отягчающим наказание подсудимому ФИО15 по каждому из преступлений обстоятельством суд, в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ и ч. 1 ст. 18 УК РФ, признаёт рецидив преступлений, учитывая наличие у ФИО15 судимости по приговору Фурмановского городского суда Ивановской области от 03 февраля 2012 года по которому он отбывал наказание в виде реального лишения свободы за умышленное тяжкое преступление. При этом рецидив по факту преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, является опасным, исходя из положений п. «б» ч. 1 ст. 18 УК РФ.

Кроме того, исходя из характера и степени общественной опасности каждого из инкриминированных ФИО15 преступлений, обстоятельств их совершения и личности подсудимого, отягчающим наказание обстоятельством за каждое из преступлений судом, в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, признаётся их совершение ФИО15 в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. О том, что данное состояние явилось одним из фактором совершения рассматриваемых преступлений пояснил суду и сам ФИО15

Учитывая изложенное, а также влияние назначаемого наказания на исправление ФИО15 и условия жизни его семьи, в целях восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого и предупреждения совершения новых преступлений, суд считает необходимым назначить ему за каждое из преступлений наказание только в виде реального лишения свободы, поскольку менее строгое наказание не сможет обеспечить достижение указанных целей. При этом, принимая во внимание фактические обстоятельства совершённого преступления, личность подсудимого, суд назначает ему дополнительное наказание в виде ограничения свободы за преступление, предусмотренное п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ. 

При назначении наказаний суд применяет положения ч. 1, 2 ст. 68 УК РФ. Положения ч. 3 ст. 68 и ст. 64 УК РФ судом применению не подлежат, учитывая, что обстоятельства, связанные с целями, мотивами преступлений, ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступлений, а также иные обстоятельства, установленные судом, в т.ч. смягчающие наказание, исключительными и существенно снижающими степень общественной опасности преступлений не являются. Оснований для применения положений ч. 1 ст. 62 и ч. 6 ст. 15 УК РФ, не имеется, учитывая наличие у ФИО15 отягчающих наказание обстоятельств по каждому из преступлений.

Окончательное наказание за совершённые по совокупности преступления суд назначает по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ применяя принцип частичного сложения назначенных наказаний. В период назначаемого ФИО15 дополнительного наказания в виде ограничения свободы суд, в соответствии со ст. 53 УК РФ, находит необходимым установить ему следующие ограничения: не изменять постоянного места жительства или пребывания, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждённым наказания в виде ограничения свободы; не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осуждённый будет проживать после отбывания лишения свободы, без согласия специализированного органа; а также суд находит необходимым обязать осуждённого один раз в месяц в дни, установленные органом, осуществляющим надзор за отбыванием осуждённым наказания в виде ограничения свободы, являться в этот орган на регистрацию.

Применение условного осуждения к ФИО15 невозможно в силу прямого запрета, установленного п. «в» ч. 1 ст. 73 УК РФ. 

Назначенное ФИО15 окончательное наказание в виде лишения свободы, в соответствии с положениям п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, подлежит отбытию им в исправительной колонии строгого режима.

Учитывая назначение ФИО15 наказания в виде реального лишения свободы, а также обстоятельства совершения преступлений, суд, в целях обеспечения исполнения приговора и предупреждения продолжения подсудимым преступной деятельности, находит необходимым сохранить избранную ему меру пресечения в виде заключения под стражу, с содержанием в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области до вступления приговора в законную силу.

Несудимый ФИО16, совершил умышленное тяжкое преступление против собственности /Т. 3, л.д. 5, 7/. 

<

данные изъяты> /Т. 3, л.д. 3-4/. 

<

данные изъяты> /Т. 3, л.д. 8, 10/. 

<

данные изъяты> /Т. 3, л.д. 12, 13, 15, 16, 17, 20, 22, 23, 24/. 

<

данные изъяты> /Т. 3, л.д. 27/. 

<

данные изъяты> /Т. 3, л.д. 29/.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимому ФИО16, суд, в соответствии с п.п. «и», «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, признаёт его явку с повинной и активное способствование раскрытию и расследованию преступления, а также добровольное частичное возмещение причинённого потерпевшей имущественного ущерба /Т. 1, л.д. 170, Т. 2, л.д. 19, 23-26/, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, суд также признаёт смягчающими наказание обстоятельствами признание подсудимым своей вины, раскаяние в содеянном, принесение извинений потерпевшей.

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого, судом, в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, с учётом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности ФИО16, признаётся совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, при этом принимаются во внимание и пояснения подсудимого о том, что данное состояние явилось побуждающим фактором к совершению преступления.

Учитывая изложенное, а также влияние назначаемого наказания на исправление ФИО16, в целях восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого и предупреждения совершения новых преступлений, суд считает необходимым назначить ему наказание исключительно в виде лишения свободы, поскольку менее строгое наказание не сможет обеспечить достижение указанных целей.

При этом, принимая во внимание наличие у подсудимого смягчающих наказание обстоятельств, суд находит возможным не назначать ему дополнительное наказание в виде ограничения свободы, предусмотренное санкцией ч. 3 ст. 158 УК РФ. 

При назначении наказания положения ст. 64 УК РФ судом применению не подлежат, учитывая, что обстоятельства, связанные с целями, мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время и после его совершения, а также иные обстоятельства, установленные судом, в т.ч. смягчающие наказание, исключительными и существенно снижающими степень общественной опасности содеянного не являются. Оснований для применения положений ч. 1 ст. 62 и ч. 6 ст. 15 УК РФ, не имеется, учитывая наличие у ФИО16 отягчающего наказание обстоятельства. 

Вместе с тем, характер смягчающих наказание обстоятельств, имеющихся у подсудимого, которые суд соотносит с характером и степенью общественной опасности преступления и личностью ФИО16, даёт основания для вывода о возможности исправления подсудимого без реального отбывания назначенного ему наказания в виде лишения свободы, мерами, предусмотренными ст. 73 УК РФ. Т.о. суд применяет к нему условное осуждение с возложением обязанностей, способствующих исправлению. Оснований для применения положений ст. 53.1 УК РФ и замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами суд не усматривает, поскольку подобное решение не позволит достичь вышеприведённых целей наказания.

Оснований для отмены или изменения избранной ФИО16 меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении суд не усматривает.

Решая вопрос о вещественных доказательствах по делу, суд, руководствуясь положениями п.п. 4 и 6 ч. 3 ст. 81 УПК РФ, находит необходимым выдать нож свидетелю ФИО3 – по принадлежности, а тележку, плиту и борону – оставить во владении потерпевшей ФИО2 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд 

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО15 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 119 УК РФ и п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, и назначить ему наказание: 

- по ч.1 ст. 119 УК РФ – в виде лишения свободы на срок 1 /один/ год;

- по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ – в виде лишения свободы на срок 2 /два/ года 6 /шесть/ месяцев, с дополнительным наказанием в виде ограничения свободы на срок 1 год.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путём частичного сложения назначенных наказаний окончательное наказание ФИО15 назначить в виде лишения свободы на срок 3 /три/ года 3 /три/ месяца, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы сроком 1 /один/ год. 

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ, на период срока ограничения свободы установить ФИО15 следующие ограничения: не изменять постоянного места жительства или пребывания, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждённым наказания в виде ограничения свободы; не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осуждённый будет проживать после отбывания лишения свободы, без согласия специализированного органа; а также возложить на осуждённого обязанность один раз в месяц являться в данный орган на регистрацию.

Срок отбытия наказания в виде лишения свободы исчислять с 06 июля 2018 года.

Зачесть в срок отбытия наказания время задержания и содержания ФИО15 под стражей – с 06 декабря 2017 года по 06 июля 2018 года.

До вступления приговора в законную силу сохранить ФИО15 меру пресечения в виде заключения под стражу, с содержанием в ФКУ СИЗО – 1 УФСИН России по Ивановской области.

ФИО16 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 2 /два/ года.

В соответствии со ст. 73 УК РФ, назначенное ФИО16 наказание считать условным с испытательным сроком 2 /два/ года 6 /шесть/ месяцев, в течение которого осуждённый должен своим поведением доказать своё исправление. 

Возложить на ФИО16 обязанности, способствующие исправлению:

- не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осуждённого;

- 1 раз в месяц являться на регистрацию в орган, осуществляющий контроль за поведением условно осуждённого, в дни и время, установленные этим органом;

- не допускать административных правонарушений.

На период до вступления приговора в законную силу сохранить избранную ФИО16 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства:

- кухонный нож – выдать по принадлежности свидетелю ФИО3;

- плиту, тележку, борону – оставить во владении потерпевшей ФИО2

Приговор суда может быть обжалован в Ивановский областной суд через Фурмановский городской суд Ивановской области в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осуждённым, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

Осуждённые в течение 10 суток со дня вручения копии приговора и в тот же срок со дня вручения копий апелляционных представлений или апелляционных жалоб, затрагивающих их интересы, вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, указав об этом в своей апелляционной жалобе, возражениях на апелляционные жалобы или представления, а также в отдельном ходатайстве.

Судья Ю.А. Гнедин