Дело № 2а-78/17 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

31 марта 2017 года г. Хабаровск

Хабаровский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего - судьи Брыкина А.Ю., при секретаре Романовой Ю.И., с участием помощника военного прокурора Хабаровского гарнизона лейтенанта юстиции ФИО1, административного истца и его представителя ФИО2, а также представителя административного ответчика ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении военного суда административное дело по заявлению военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО4 об оспаривании бездействия командира указанной воинской части, выразившегося в непринятии решения о досрочном увольнении с военной службы в связи с существенным нарушением в отношении него условий контракта, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО4 обратился в суд с заявлением, в котором просит обязать командира войсковой части № досрочно расторгнуть с ним контракт о прохождении военной службы, обеспечить денежным довольствием за ДД.ММ.ГГГГ года и производить ему после исключения из списков личного состава воинской части выплату ежемесячного содержания до его трудоустройства. Истец просит суд взыскать в его пользу с воинской части 11 500 рублей, которые он должен возвратить кредитной организации на основании договора займа, вынужденно заключенного им по причине невыплаты денежного довольствия за ДД.ММ.ГГГГ года. В обоснование требований истец отметил, что командованием войсковой части № были допущены существенные нарушения условий контракта, выразившиеся в необеспечении его в установленный законом трехмесячный срок со дня прибытия в расположение воинской части служебным жилым помещением. Его устные обращения о предоставлении жилья должностные лица войсковой части №, в частности 

<

данные изъяты> ФИО5, к которому он лично обращался с просьбой о выделении квартиры либо комнаты в общежитии, игнорируют, в казарме, где предусмотрена возможность временного размещения, проживать не разрешают. В результате этого бездействия он лишен возможности воспользоваться гарантированной военнослужащим социальной льготой в виде получения служебного жилья, что на взгляд его, свидетельствует о невыполнении командиром воинской частью взятых на себя обязательств, определенных контрактом, и поэтому он по собственной инициативе вправе прекратить служебные отношения. Ссылаясь на положения ст. 178 Трудового кодекса РФ истец полагает, что в соответствии с данной нормой после расторжения контракта за ним должен быть сохранен средний месячный заработок на период трудоустройства. Кроме того, он указал, что по непонятным причинам денежное довольствие за ДД.ММ.ГГГГ года ему невыплачено, в то время как обязанности военной службы в этом месяце он исполнял в полном объеме. Так как денежные средства ему перечислены не были, он прибегнул к услугам кредитной организации и взял заем на сумму 8 500 на основании кредитного договора, по условиям которого с учетом процентов должен возвратить 11 500 рублей. Поскольку без средств к существованию он остался по вине командования, то эта сумма, по мнению ФИО4, должна быть взыскана с воинской части.

На заседании суда истец поддержал заявленные требования и пояснил, что в установленном порядке в уполномоченный жилищный орган с заявлением о предоставлении ему служебного жилого помещения он в период службы не обращался, рапорт на имя командира воинской части об оказании содействия в разрешении жилищной проблемы не подавал. 

Представитель истца ФИО2 в ходе слушания дела заявленные требования и доводы, изложенные в обоснование иска, также поддержал, отметив, что ФИО4 не должен обращаться ни к командиру воинской части, ни к руководителю ФГКУ «Востокрегионжилье» с заявлениями о предоставлении служебного жилого помещения. Обязанность по обеспечению истца жильем возложена законом на командование воинской части, которое призвало его на военную службу, и, следовательно, безо всяких обращений должно выделить ему жилое помещение в установленный законом срок и зарегистрировать его по адресу расположения квартиры. По мнению ФИО2, предварительное обращение военнослужащих в жилищные органы для получения служебного жилого помещения является обязательным только в том случае, если ими ставится вопрос об обеспечении их жильем совместно с членами семьи, ФИО4 же прибыл к новому месту службы один.

Представитель командира войсковой части № ФИО3 с требованиями ФИО4 не согласился, счел их необоснованными, поскольку вопрос обеспечения его жильем до настоящего времени не разрешен не по вине воинских должностных лиц, а вследствие бездействия истца, который в учреждение, осуществляющее деятельность по распределению военнослужащим жилых помещений, не обращался. К своим сослуживцам, которые включены в список на предоставление служебных квартир и получают денежную компенсацию за наем жилья, за разъяснениями о порядке реализации данного права не подходил, непосредственно командиру воинской части рапорты о выделении жилого помещения не подавал. Так как нарушения условий контракта со стороны командира ФИО4 усматривает только в непредоставлении ему служебного жилого помещения, то оснований для удовлетворения его требований о досрочном увольнении с военной службы не имеется. Невыплата истцу денежного довольствия за ДД.ММ.ГГГГ года обусловлена совершением им неявки в срок без уважительных причин в расположение части. По причине самовольного отсутствия истца на службе, ДД.ММ.ГГГГ года данная выплата была приостановлена, однако на сегодняшний день она возобновлена в связи с его прибытием в часть и будет произведена вместе с выплатой денежного довольствия за март. ФИО3 отметил, что ФИО4 намеренно поставил вопрос о прекращении служебных отношений по собственной инициативе, желая таким образом исключить для себя возможные негативные последствия самовольного отсутствия на службе в виде увольнения в связи с невыполнением условий контракта.

Янкович, представляющий интересы привлеченного к участию в деле в качестве заинтересованного лица командующего № 

<

данные изъяты>, в письменных возражениях на требования истца указал, что обязанность по предоставлению военнослужащим социальной поддержки в виде выделения жилья возникает в порядке, установленном законом, а именно с момента их принятия на учет нуждающихся в таковом. ФИО4 о своем желании реализовать данное право не заявлял.

Исследовав представленные участвующими в деле лицами доказательства, оценив их доводы, выслушав заключение военного прокурора, полагавшего, что ответчиком не допущено нарушений закона, которые бы свидетельствовали о невыполнении в отношении истца условий контракта, суд приходит к следующим выводам.

Федеральный закон «О воинской обязанности и военной службе» предоставляет военнослужащему право на досрочное увольнение с военной службы в связи с нарушением в отношении него условий контракта (подпункт «а» пункта 3 статьи 51).

Закрепленное в указанной норме положение о праве военнослужащих на досрочное увольнение с военной службы может быть реализовано в случае не любого, а только существенного и (или) систематического нарушения в отношении них условий контракта. Оно направлено на достижение баланса между интересами военнослужащих, с одной стороны, и государства, заинтересованного в стабильности военно-служебных отношений в обеспечении обороны и безопасности - с другой (Определение Конституционного Суда РФ от 19 марта 2009 года № 231-О-О).

Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 29 мая 2014 года № 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих» разъяснил, что следует понимать под существенными нарушениями условий контракта в отношении военнослужащего. В пункте 44 указано, что существенным нарушением условий контракта со стороны федерального органа исполнительной власти, в котором федеральным законом предусмотрена военная служба, может быть признано такое нарушение, из-за которого военнослужащий лишился возможности осуществлять свои конституционные права. К таким нарушениям относятся и те, которые лишают военнослужащего или членов его семьи возможности воспользоваться наиболее значимыми для них правами, социальными гарантиями и компенсациями, предусмотренными законодательством о порядке прохождения военной службы и статусе военнослужащих.

Статья 40 Конституции Российской Федерации, провозглашая право каждого на жилище и указывая на недопустимость его произвольного лишения, вместе с тем не определяет условия и порядок предоставления жилых помещений. Согласно статье 72 (пункт «к» части 1) Конституции Российской Федерации такие условия и порядок регламентируются жилищным законодательством.

Жилищное обеспечение военнослужащих регулируется как Жилищным кодексом Российской Федерации, так и специальными нормами, содержащимися в Федеральном законе от 27 мая 1998 года N 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», других федеральных законах, а также издаваемых в соответствии с ними нормативных правовых актах Российской Федерации. 

В соответствии с п. 1 ст. 15 ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащим и совместно проживающим с ними членам их семей предоставляются не позднее трехмесячного срока со дня прибытия на новое место службы служебные жилые помещения. 

При этом условия и порядок предоставления служебных жилых помещений в силу указанной выше нормы Закона устанавливаются федеральным органом исполнительной власти или федеральным государственным органом, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба.

На основании п. № 

<

данные изъяты>, утвержденной приказом 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ г. №, для получения служебного жилого помещения военнослужащие подают заявление по рекомендуемому образцу согласно приложению к названной Инструкции в структурное подразделение уполномоченного Министром обороны Российской Федерации органа и прикладывают к нему определенные данным ведомственным актом документы. 

Согласно приказу Министра обороны РФ от ДД.ММ.ГГГГ года № уполномоченным органом военного ведомства по вопросам жилищного обеспечения в Вооруженных Силах РФ является Департамент жилищного обеспечения, который в силу п№ этого приказа осуществляет свои функции в Дальневосточном регионе через ФГКУ «Восточное региональное управление жилищного обеспечения» МО РФ. 

Таким образом, военнослужащие, проходящие военную службу по контракту, в частности на территории Хабаровского края, для получения служебного жилого помещения должны обратиться с соответствующим заявлением в ФГКУ «Восточное региональное управление жилищного обеспечения» МО РФ, сообщив о своей нуждаемости в жилье и представив свидетельствующие о том документы. 

Из материалов дела усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 заключил контракт о прохождении военной службы с Министерством обороны РФ в лице командира войсковой части № сроком на три года. В соответствии с приказом командующего № 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ года № истец зачислен в списки личного состава войсковой части № и поставлен на все виды обеспечения. Согласно сообщению ФГКУ «Восточное региональное управление жилищного обеспечения» МО РФ от ДД.ММ.ГГГГ года ФИО4 за время службы с заявлением о включении в список на предоставление служебного жилого помещения не обращался. 

При таких данных, поскольку ФИО4 сам не предпринимает никаких волевых действий, направленных на получение служебного жилого помещения в установленном законом порядке, его доводы о том, что бездействие командира воинской части, выразившееся в непринятии решения о предоставлении жилья из специализированного жилищного фонда, существенно нарушает условия заключенного с ним контракта, несостоятельны. 

Не основанными на законе суд находит суждения представителя истца о том, что реализация права ФИО4 на получение служебного жилого помещения возможна без его обращения в учреждение, ведающее вопросами жилищного обеспечения военнослужащих. Согласно приведенным выше нормам, а также в соответствии с положениями Жилищного кодекса РФ (ч. 2 ст. 1) право на получение жилого помещения носит заявительный характер. Следовательно, с момента заявления гражданином о реализации своего права у государственных органов, в рассматриваемом случае у Министерства обороны РФ в лице ФГКУ «Востокрегионжилье» МО РФ, возникает обязанность по предоставлению данному гражданину социальной поддержки в виде выделения жилого помещения при соблюдении определенных законом условий. При этом командир воинской части, по справедливому мнению ФИО2, действительно должен знать нужды и запросы подчиненных, добиваться их удовлетворения, однако основанием для оказания помощи военнослужащему в предоставлении социальных гарантий и льгот является обращение военнослужащего. 

Сведений о том, что ФИО4 в порядке, определенном главой 6 Дисциплинарного устава ВС РФ, обращался к командиру с рапортом об оказании содействия в получении служебного жилого помещения, материалы дела не содержат. 

Не нашли своего подтверждения утверждения истца о том, что он подавал рапорт о предоставлении служебного жилого помещения 

<

данные изъяты> ФИО5, который, будучи допрошенным в суде, опроверг эти пояснения ФИО4, а также пояснил, что возможность его проживания в казарме до обеспечения жильем сохраняется, никаких препятствий для этого ему никто не создает. Оснований не доверять этим показаниям суд не усматривает, какой-либо заинтересованности свидетеля в неблагоприятном для истца исходе дела не выявлено, никаких рапортов о предоставлении жилья, составленных на имя командиров (начальников), истец в суд не представил. 

Кроме того, согласно наличествующим в деле документам, поступившим из военного следственного отдела по Хабаровскому гарнизону, ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ совершил неявку в срок без уважительных причин на службу и до ДД.ММ.ГГГГ года самовольно отсутствовал в расположении воинской части. Эти обстоятельства, как следует из приказа командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ года № №, явились основанием для приостановления ему выплаты денежного довольствия. 

Принимая во внимание положения п. № приказа 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ № №, предусматривающие необходимость приостановления выплаты денежного довольствия военнослужащим, самовольно оставившим часть, а также пояснения истца, не отрицающего факт его временного отсутствия на службе, суд не находит оснований для признания действий ответчика, связанных с приостановлением выплат, незаконными. 

Таким образом, в невыплате истцу денежного довольствия за ДД.ММ.ГГГГ года суд также не видит существенных нарушений в отношении него условий контракта.

Более того, на основании обозначенного выше приказа командира войсковой части №, приостановленная с ДД.ММ.ГГГГ денежного довольствия ФИО4, со ДД.ММ.ГГГГ года возобновлена. 

При таких обстоятельствах дела не подлежит удовлетворению требование истца о взыскании с воинской части 11 500 рублей, которые составляют сумму долга по кредитному договору, а также его требование о выплате денежного довольствия после исключения из списков личного состава воинской части до трудоустройства. К тому же, в силу ст. 11 Трудового кодекса РФ, на положения которого в обоснование этих требований ссылается представитель истца, трудовое законодательство и иные акты, содержащие нормы трудового права, на военнослужащих не распространяются. 

Проанализировав обстоятельства рассматриваемого дела, принимая во внимание изложенные выше нормы права, суд приходит к выводу о том, что административное исковое заявление ФИО4 удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 175-180, 227 КАС РФ, военный суд

Р Е Ш И Л:

Заявление военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО4 об оспаривании бездействия командира указанной воинской части, выразившегося в непринятии решения о досрочном увольнении с военной службы в связи с существенным нарушением в отношении него условий контракта, оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Дальневосточный окружной военный суд через Хабаровский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме – 4 апреля 2017 года.

Судья Хабаровского гарнизонного военного суда А.Ю. Брыкин