...

Дело № 2-95/2025 (2-9177/2024)

УИД 56RS0018-01-2024-013678-04

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Оренбург 06 марта 2025 года

Ленинский районный суд г. Оренбурга в составе председательствующего судьи Даниловой С.М., 

при секретаре Иванове А.А., 

с участием представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к индивидуальному предпринимателю ФИО4 об установлении факта трудовых отношений, взыскании задолженности по заработной плате, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 обратилась в суд с настоящим исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Милый дом» в лице индивидуального предпринимателя ФИО4 об установлении факта трудовых отношений, взыскании задолженности по заработной плате. В обоснование заявленных требований указала, что осуществляла трудовую деятельность в должности оператора 1С у ИП ФИО4 с 18 июня 2020 года. При этом, ей не предлагали оформить официальное трудоустройство, записи в трудовую книжку не вносились, договора ГПХ не подписывались, приказ о приеме на работу не издавался.

Директор магазина ФИО6 пояснила, что налоговые отчисления за официально оформленного работника слишком большие, поэтому заключение официальных трудовых отношений для работодателя не выгодно.

18 июня 2020 года в первый рабочий день в магазине «Милый дом» по адресу: ... ей выделили рабочее место, отдельный кабинет с личным компьютером (сетевой номер компьютера 172.22.40.4) и доступом в рабочие программы 1С, EJUS, добавили в рабочие чаты Telegram, Viber и дали пароли от почты.

Рабочее время было фиксированное, с 09.00 час. до 18.00 час., с перерывом на обед с 13.00 час. до 14.00 час., выходные – суббота и воскресенье.

Заработная плата выплачивалась в конверте в размере 50000 рублей. При этом, в ведомостях она не расписывалась, конверт получала от директора магазина ФИО6, иногда на выдачу заработной платы приезжала супервайзер ФИО7

На протяжении более трех лет, с 18 июня 2020 года по 22 февраля 2024 года она систематически осуществляла трудовую деятельность у ответчика, что подтверждается перепиской с директором филиала ФИО6, графиками работы сотрудников, документами сверок с поставщиком ФИО8 (подписанными ответственными лицами, истцом ФИО5 и директором ФИО6), фотографиями с корпоратива, фотографиями с рабочего места (с камеры видеонаблюдения).

Она подчинялась правилам внутреннего трудового распорядка, правоотношения носили длительный и систематический характер.

В феврале истец была оштрафована работодателем на 500 рублей за то, что сотрудники магазина не внесли одну из позиций товара в список товаров. Она высказала недовольство по этому поводу супервайзеру ФИО7, полагая, что ее вины в этом нет.

22 февраля 2024 года она находилась на рабочем месте, к ней в кабинет пришли ФИО7 (супервайзер сети) и ФИО9 (заместитель начальника службы безопасности), которые стали заставлять ее написать заявление на увольнение. На данное предложение истец ответила отказом, так как увольняться в ее планы не входило, более того, она не была трудоустроена официально. 

После этого вышеуказанные лица начали выкидывать ее вещи с рабочих полок, выдергивать шнуры из рабочего телефона и компьютера, отбирать личный телефон (чтобы она не смогла позвать на помощь), выставили охрану около ее кабинета в лице двух человек и службы безопасности сети, выкручивали ей руки, стали принудительно удалять ее с рабочего места.

Она вызвала наряд полиции и зафиксировала данный инцидент, сняла побои.

Полагала, что по состоянию на 22 февраля 2024 года задолженность ответчика по выплате ей заработной платы оставляет 1900000 рублей.

Действия, направленные на примирение, сторонами не предпринимались, поскольку на момент подачи искового заявления об установлении факта трудовых отношений мировым судьей судебного участка №7 Ленинского района г. Оренбурга вынесено постановление по административному делу в отношении ФИО7 по факту нанесения ей телесных повреждений. В судебных заседаниях по рассмотрению данного дела ФИО7, ФИО6 подтверждали факт трудовых отношений истца с ответчиком, а также срок выполнения трудовых обязанностей, график рабочего времени и т.д.

Полагал, что действиями ответчика ей причинены моральные и физические страдания. 

На основании изложенного, просила установить факт трудовых отношений между ней и ИП ФИО4 с 18 июня 2020 года по 22 февраля 2024 года в должности оператора 1С предприятия.

Обязать ответчика внести запись в трудовую книжку о приеме на работу и увольнении по собственному желанию у ИП ФИО4

Взыскать с ИП ФИО4 заработную плату за весь период трудовых отношений в размере 1900 000 рублей. Взыскать компенсацию за неиспользованный отпуск за весь период работы.

Обязать ИП ФИО4 оплатить за работника взносы на обязательные виды страхования. Компенсировать моральный вред в размере 350000 рублей. Возместить судебные расходы в размере 70000 рублей. Возместить почтовые расходы в размере 500 рублей. Взыскать с работодателя средний заработок за время вынужденного прогула – с момента незаконного увольнения, с 22 февраля 2024 года до даты вступления в силу решения суда.

Определением суда к участию в деле в порядке ст. 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации привлечен прокурор Ленинского района г. Оренбурга, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, в порядке ст. 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации – ОСФР по Оренбургской области, УФНС по Калужской области.

В судебное заседание истец ФИО3, ИП ФИО4, прокурор, представители третьих лиц ОСФР по Оренбургской области, УФНС по Калужской области не явились, извещены судом надлежащим образом по правилам главы 10 ГПК Российской Федерации.

На основании ст.167 Гражданского процессуального кодекса РФ суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, при имеющихся сведениях об извещении.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 предъявленные исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просила их удовлетворить. 

Представитель ответчика ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, указав, что между истцом и ответчиком 22 ноября 2023 года заключен договор возмездного оказания услуг сроком на 3 месяца, то есть по 22 февраля 2024 года. По данному договору исполнитель по заданию заказчика обязался оказать услуги специалиста по документальному сопровождению. Поскольку архив ИП ФИО4 был полностью затоплен в результате весеннего паводка 2024 года, то представить данный договор суду не представляется возможным. Намерения заключать трудовой договор с ФИО5 у ответчика не имелось. Согласно штатному расписанию в магазине, расположенном по адресу: ... имеется одна штатная единица оператора, при этом в спорный период она была занята другим работником. Отношения с ФИО5 носили гражданско-правовой характер. Средняя заработная плата оператора у ИП ФИО4 в 2024 году составила 22128,30 рублей. Однако, ФИО5 отсутствует в расчетных ведомостях за период с 18 июня 2020 года по 22 февраля 2024 года. Причинение ей морального вреда на сумму 350000 рублей в исковом заявлении никак не обоснованно. С требованиями истца о взыскании расходов на оплату услуг представителя в размере 70000 рублей также не согласилась. Кроме того, полагала, что по заявленным требованиям истек срок исковой давности, предусмотренный ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации. Просила в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме. 

Заслушав мнение участников процесса, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы. Работающему по трудовому договору гарантируются установленные федеральным законом продолжительность рабочего времени, выходные и праздничные дни, оплачиваемый ежегодный отпуск.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией РФ статья 2 ТК РФ относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Согласно ст. 1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

В соответствии со ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Аналогичный смысл законодатель вкладывает в содержание трудовых отношений, давая определение трудового договора в ст. 56 ТК Российской Федерации. Это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовые отношения возникают между работником и работодателем не только на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с ТКРоссийской Федерации, но также и на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (ст.16 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, – не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

В силу ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2.2 определения от 19 мая 2009года № 597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в ч.4 ст.11 ТК РФ возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Данная норма Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (ч.1 ст.1 ТК РФ, статьи 2 и 7 Конституции РФ).

Таким образом, по смыслу статей 11, 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положением части второй статьи 67 названного кодекса, согласно которому трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя, отсутствие в штатном расписании должности само по себе не исключает возможности признания в каждом конкретном случае отношений между работником, заключившим договор и исполняющим трудовые обязанности с ведома или по поручению работодателя или его представителя, трудовыми - при наличии в этих отношениях признаков трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз.3 п.8 и в абз.2 п.12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу ч.4 ст.11 ТК РФ должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч.2 ст.67 ТК РФ).

В соответствии со ст.19.1 Трудового кодекса Российской Федерации неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений. 

Судом установлено, что между работником ФИО5 и работодателем ИП ФИО4 трудовой договор в письменной форме заключен не был, в отношении нее ответчик не предоставлял в пенсионный орган сведений, как о лице, осуществляющем какую-либо деятельность у ИП ФИО4

В связи с вступлением в законный брак истец ФИО5 сменила фамилию на ФИО10, что подтверждается копией свидетельства о заключении брака.

В обоснование своих доводов о наличии между ней и ответчиком ИП ФИО4 трудовых отношений истец ссылается на тот факт, что она при поступлении на работу на должность оператора 1С 18 июня 2020 года устно договорилась о приеме на работу с директором одного из магазинов ИП ФИО4 «Милый дом» - ФИО6, она же ее допустила к работе. Ей был предоставлен свой логин и пароль для входа в программу 1С. В ее должностные обязанности входила работа с поставщиками, выверка товара, возврат брака поставщику, составление актов по браку, внесение данных в программу 1С, отпуск товара клиентам, осуществляющим оплату безналичным способом. График работы был следующий: 5 рабочих дней, выходные плавающие, с 09.00 часов до 18.00 часов. Перерыв на отдых был два раза в день по 30 минут. Ей для работы предоставили отдельный кабинет в магазине по адресу: .... Оплата труда производилась в размере от 28000 рублей до 36000 рублей, в зависимости от выполнения плана магазином. Заработную плату получала по табелю наличными купюрами. За январь и февраль 2024 года заработную плату не получила. В работе подчинялась правилам трудового распорядка в организации, характер ее работы был длящимся, имели место постоянно повторяющиеся действия согласно должностной инструкции, определенный график работы. Она выполняла работу не по своему усмотрению, а по усмотрению работодателя и в определенные часы. Никаких договоров, в том числе гражданско-правовой договор, с ней работодателем не заключался. Отсутствие официально оформленных трудовых отношений представитель работодателя объяснила невыгодностью для индивидуального предпринимателя, высокими налогами, получала обещания оформления в будущем. В феврале 2024 года у истца с представителями работодателя случился конфликт, ввиду чего ее силой удалили с рабочего места. 

Представитель ответчика в судебном заседании оспаривала наличие между истцом и ответчиком трудовых отношений. Указала на то, что между сторонами был заключен гражданско-правовой договор возмездного оказания услуг 22 ноября 2023 года сроком на 3 месяца, то есть по 22 февраля 2024 года. По данному договору исполнитель по заданию заказчика обязался оказать услуги специалиста по документальному сопровождению. Вместе с тем, письменный договор, подписанный сторонами, либо иные доказательства прямо или косвенно подтверждающие заключение данного договора ИП ФИО4 суду не представлено. Ссылка представителя ответчика на невозможность предоставления текста договора ввиду того, что архив документов пострадал в период паводка 2024 года, при доступности иных способов предоставления доказательств (сведения из ИФНС, ОСФР и т.д.) судом признается необоснованной. Потому такое обоснованием ответчика не может быть принято судом во внимание.

Из представленных истцом актов сверки взаимных расчетов между поставщиком ИП ФИО8 и ИП ФИО4, заверенных печатью ответчика, и подписанных директором ФИО6 и оператором ФИО5, (акт сверки за период с 01.07.2022 года по 31.07.2022 года, акт сверки за период с 01.08.2022 года по 31.08.2022 года, акт сверки за период с 01.02.2023 года по 28.02.2023 года), табелей учета рабочего времени за период с 01.12.2022 года по 31.12.2022 года, с 01.07.2023 года по 31.07.2023 года, с 01.01.2024 года по 31.01.2024 года, ведомости выплаты заработной платы за октябрь 2022 года, фотографий, скриншотов переписки из рабочего чата, в который истец была добавлена 01.07.2020 года и иных документов следует, что истец выполняла у ИП ФИО4 в спорный период трудовую функцию по должности оператора. 

Из представленного истцом скриншота, сделанного из установленной на ее рабочем компьютере программы EMS 04 марта 2024 года, усматривается, что в ней ведется учет всех принятых сотрудников с указанием должности, даты принятия на работу, загружены фотографии работников. В данной программе имеется информация о ФИО5 как об операторе, место работы - магазин на ..., дата принятия на работу – 18 июня 2020 года, также прикреплена ее фотография. 

Также истцом в материалы дела представлены фотографии, на которых она совместно с коллегами магазина «Милый дом» на ... на корпоративе, посвященном празднованию Нового года в 2021 году. 

В судебном заседании по ходатайству истца допрошена в качестве свидетеля ФИО11, подтвердившая доводы истца о выполнении ею работы в качестве оператора у ответчика. Так, ФИО11 суду пояснила, что является бывшей коллегой истца. Сама ФИО11 работала в магазине «Милый дом» на ... у ИП ФИО4 с мая 2023 года в должности продавца-консультанта, затем с ноября 2023 года – старшим кассиром, начисляла и выдавала работникам заработную плату. Л. также работала в данном магазине в должности оператора, ее кабинет находился на цокольном этаже здания, по соседству с ее кабинетом. 

У суда отсутствуют основания сомневаться в достоверности показаний свидетеля, который был предупрежден судом об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, доказательств его личной заинтересованности в исходе дела не имеется.

В п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2018 года N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" разъяснено, что при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 ТК Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Обосновывая свою позицию, ответчик ссылается на то, что между истцом ФИО12 и ИП ФИО4 возникли отношения по гражданско-правовому договору.

Вместе с тем, сам договор в материалы дела ответчиком не представлен. Указанные в качестве невозможности предоставления копии договора причины судом признаны неуважительными. 

По ходатайству представителя ответчика в судебном заседании в качестве свидетелей допрошены ФИО6, ФИО13, Писанная В.И.

ФИО6 суду пояснила, что с 2019 года по 2024 год работала директором магазина «Милый дом» по ... у ИП ФИО4 ФИО5 работала у них по гражданско-правовому договору, работу выполняла удаленно, готовила накладные, акты сверки. Для этого ей предоставили доступ в программу 1С. График работы ей не определялся. Заработную плату она ей выдавала наличными, сумму не помнит. Она проверяла факт выполнения ею порученной работы. 22 февраля 2024 года у ФИО5 и ФИО7 (региональный директор) случился конфликт по поводу увольнения ФИО5

Свидетели ФИО13 и Писаная В.И. суду пояснили, что работатют у ответчика в магазине «Милый дом» по ... продавцами-кассирами, Писаная В.И. с января 2020 года, ФИО13 с сентября 2023 года. Истца ФИО5 не знают и никогда не видели ее в качестве работника магазина. 

Кроме того, судом в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела обозревались материалы дела об административном правонарушении в отношении ФИО7 по ст. 6.1.1 КоАП РФ.

Постановлением мирового судьи судебного участка №2 Центрального района г. Оренбурга от 19 июля 2024 года ФИО14 признана виновной в совершении правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ и ей назначено наказание в виде штрафа в доход государства в размере 5000 рублей.

При рассмотрении указанного дела мировой судья установил, что 22 февраля 2024 года в 13.00 часов ФИО7, находясь по адресу: ... правой рукой схватила правую руку ФИО5 и стала ее выкручивать, в результате чего последняя испытала физическую боль. 

При рассмотрении дела об административном правонарушении мировым судьей также в качестве свидетелей были допрошены ФИО6, Писаная В.А., которые давали пояснения отличные от тех, которые они дали суду в рамках рассмотрения гражданского дела.

Так, ФИО6 мировому судье поясняла, что ФИО5 работала в должности оператора в магазине «Милый дом», где она была директором. Последние 6 месяцев она стала плохо исполнять свои трудовые обязанности, ввиду чего она попросила директора филиала ФИО7 поговорить с ней. Когда последняя приехала в магазин 22 февраля 2024 года, между ней и ФИО5 произошел конфликт.

Из показаний свидетеля ФИО15 также усматривается, что с ФИО5 она была знакома как с сотрудником магазина и слышала, что между ней и ФИО7 22 февраля 2024 года произошел конфликт.

Сама ФИО7 в своих пояснениях мировому судье ссылается на ФИО5 как на работника магазина «Милый дом» по адресу: ....

При таких обстоятельствах, к показаниям свидетелей, допрошенных судом по ходатайству стороны ответчика, суд относится критически. Их показания противоречат другим представленным в материалы дела доказательствам и не согласуются с их же пояснениями, которые они давали мировому судье в рамках рассмотрения дела об административном правонарушении. 

По представленным в материалы дела штатным расписаниям ИП ФИО4 за период с 2020 года по 2024 год следует, что по штату имелась должность оператора в количестве в 2020-2021 году 25 единиц, в 2022-2024 году в количестве 31 единиц.

У суда не имеется оснований для критической оценки представленных истцом доказательств, подтверждающих соблюдение истцом трудового распорядка и выполнение работы у ответчика, то есть возникновение между истцом и ответчиком фактических трудовых отношений, поскольку они согласуются с иными доказательствами по делу. 

Вопреки требованиям Трудового кодекса Российской Федерации, возлагающим бремя доказывания отсутствия нарушения трудовых прав на работодателя, ответчик не представил суду доказательств того, что работник ФИО16 оказывала ему услуги на основании гражданско-правового договора.

Напротив, исследованные судом доказательства в их взаимной связи в совокупности подтверждают доводы истца о фактическом допущении ее к работе от имени и по поручению ИП ФИО4 в рассматриваемый период с 20 июня 2020 года по 22 февраля 2024 года. 

Поскольку судом установлено, что при отсутствии оформленного трудового договора между ФИО5 и ИП ФИО4 имели место трудовые отношения, то к указанным отношениям подлежат применению нормы трудового законодательства, а спорные правоотношения следует признать трудовыми по периоду с 18 июня 2020 года по 22 февраля 2024 года.

Оценивая доводы истца о неполной выплате заработной платы в размере 1900 000 рублей, суд не может руководствоваться расчетом, представленным истцом, поскольку в своем расчете истец указывает на наличие задолженности за период с июня 2020 года, в то время как в своих пояснениях в судебном заседании ФИО5 указала, что заработную плату за весь период работы она получила, не выплаченной осталась заработная плата за январь и февраль 2024 года, в связи с чем, требования о взыскании заработной платы за весь период ее трудовой деятельности у ответчика нельзя признать обоснованными.

Согласно штатному расписанию ИП ФИО4 оклад оператора составляет 19300 рублей + 15% районный коэффициент. Следовательно, месячный заработок истца составил 22195 рублей, а недоплаченная часть заработной платы - 44390 рублей (22195 рублей х 2 мес).

В соответствии со статьей 66 Трудового кодекса РФ трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.

Форма, порядок ведения и хранения трудовых книжек, а также порядок изготовления бланков трудовых книжек и обеспечения ими работодателей устанавливаются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Абзацем 3 ст. 66 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что работодатель (за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями) ведет трудовые книжки на каждого работника, проработавшего у него свыше пяти дней, в случае, когда работа у данного работодателя является для работника основной (за исключением случаев, если в соответствии с настоящим Кодексом, иным федеральным законом трудовая книжка на работника не ведется).

Судом установлено, что трудовые отношения между сторонами сложились, а решение об увольнении являлось добровольным волеизъявлением истца, основания увольнения ответчик не оспаривал.

В соответствии с пунктом 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 2 от 17 марта 2004 года «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ» при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части первой статьи 77, статья 80 ТК РФ) судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Добровольное волеизъявление работников на увольнение стороны не оспаривают.

Учитывая отсутствие в трудовой книжке истца записей о приеме на работу и об увольнении с работы, суд приходит к выводу об удовлетворении требований о внесении в трудовую книжкузаписей о приеме на работу ФИО16 на должность оператора с 18 июня 2020 года и запись об увольнении с 22 февраля 2024 года по пункту 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ - расторжение трудового договора по инициативе работника.

Положениями ст.22 Трудового кодекса Российской Федерации установлена обязанность работодателя, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном Федеральными законами.

Разрешая требование истца о возложении обязанности оплатить взносы на обязательные виды страхования в отношении ФИО16, суд по причине установленного законодателем разделения сбора сведений и администрирования взносов, рассматривает данную просьбу как требование о направлении сведений для индивидуального (персонифицированного) учета в налоговый орган и в Пенсионный фонд и об отчислениях в налоговый орган и Фонд социального страхования, исходя из действующих правовых норм, поскольку иное не повлечет восстановление прав истца, которые он полагает нарушенными.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 5 Федерального закона от 24 июля 2009 года №212-ФЗ «О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования» плательщиками страховых взносов являются страхователи, определяемые в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования, к которым относятся организации.

Согласно пункту 1 части 2 статьи 28 Федерального закона «О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования» плательщики страховых взносов обязаны правильно исчислять и своевременно уплачивать (перечислять) страховые взносы.

Согласно статье 10 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» суммы страховых взносов, поступившие за застрахованное лицо в Пенсионный фонд Российской Федерации, учитываются на его индивидуальном лицевом счете по нормативам, предусмотренным настоящим Федеральным законом и Федеральным законом «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования».

В соответствии со статьей 8 Федерального закона от 1 апреля 1996 г. №27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» страхователь представляет в соответствующий орган Пенсионного фонда РФ сведения о всех лицах, работающих у него по трудовому договору, а также заключивших договоры гражданско-правового характера, на вознаграждения по которым в соответствии с законодательством Российской Федерации начисляются страховые взносы, за которых он уплачивает страховые взносы.

В силу статьи 14 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ страхователи обязаны своевременно и в полном объеме уплачивать страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации и вести учет, связанный с начислением и перечислением страховых взносов в указанный Фонд; представлять в территориальные органы страховщика документы, необходимые для ведения индивидуального (персонифицированного) учета, а также для назначения (перерасчета) и выплаты обязательного страхового обеспечения.

В связи с принятием Федерального закона от 3 июля 2016 года № 250-ФЗ вопросы исчисления и уплаты страховых взносов на обязательное пенсионное и медицинское страхование с 1 января 2017 года регулируются главой 34 НК РФ.

ИП ФИО4 за период с 18 июня 2020 года по 22 февраля 2024 года не были представлены в Пенсионный фонд индивидуальные сведения в отношении ФИО5 за отработанный период времени, страховые взносы также не перечислялись, что подтверждено материалами дела и не оспаривалось ответчиком. Расчеты по форме 6-НДФЛ за спорный период в отношении ФИО5 не предоставлялись.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 419 Налогового кодекса РФ плательщиками страховых взносов являются страхователи, определяемые в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования, лица, производящие выплаты и иные вознаграждения физическим лицам, в том числе организации. 

Статьей 19 Налогового Кодекса РФ предусмотрено, что налогоплательщиками и плательщиками сборов признаются организации и физические лица, на которых в соответствии с НК РФ возложена обязанность уплачивать соответственно налоги и (или) сборы.

Требованиями п. 1 ст. 23 Налогового Кодекса РФ на налогоплательщиков возложена обязанность уплачивать законно установленные налоги.

В соответствии с требованиями п. 6 ст. 226 Налогового Кодекса РФ налоговые агенты обязаны перечислять суммы исчисленного и удержанного налога не позднее дня, следующего за днем выплаты налогоплательщику дохода.

Совокупная сумма налога, исчисленная и удержанная налоговым агентом у налогоплательщика, в отношении которого он признается источником дохода, уплачивается в бюджет по месту учета (месту жительства) налогового агента в налоговом органе (пункт 7 ст.226 НК РФ).

Таким образом, суд полагает необходимым возложить на ответчика обязанность произвести соответствующие отчисления за спорный период работы истца с 18 июня 2020 года по 22 февраля 2024 года в МИФНС № 13 по Оренбургской области и предоставить в ОПФР по Оренбургской области индивидуальные сведения индивидуального персонифицированного учета по начисленным и уплаченным страховым взносам в отношении ФИО16

Разрешая требования истца в части компенсации за неиспользованный отпуск, суд приходит к следующему.

Согласно части первой статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

В соответствии с частью 1 статьи 139 Трудового кодекса Российской Федерации для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных названным кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления.

Заявляя вышеуказанные требования, истец ФИО5 просила взыскать с ответчика компенсацию за неиспользованный отпуск за весь период работы. Вместе с тем, участвуя в судебном заседании истец пояснила, что ходила в отпуск в 2021 году, в 2022 году получила денежную компенсацию за отпуск. За 2023 и 2024 годы в отпуске не была, денежную компенсацию не получала. В связи с этим, при расчете подлежащей взысканию в пользу истца компенсации судом в расчет берется отпускной период с 18 июня 2022 года по 18 июня 2023 года, и с 18 июня 2023 года по 22 февраля 2024 года (день увольнения).

Исходя из установленного истцу оклада, районной надбавки ее заработок за период с 21 февраля 2023 года по 22 февраля 2024 года составил 266340 рублей. Следовательно, средний заработок истца составил 1073,9 рублей (266340 рублей : 248 рабочих дней в указанный период= 1073,9 рублей).

Денежная компенсация за все неиспользованные отпуска, подлежащая взысканию с ответчика ИП ФИО4 в пользу ФИО16 составит 60858 рублей (средний дневной заработок * количество дней отпуска, за которые положена компенсация + выходное пособие: 1 073,9 руб. * 56.67 дн. + 0 руб. = 60857.9 рублей)

Разрешая требования истца в части компенсации морального вреда, суд исходит из следующего. 

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Исходя из ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации в случае нарушения работодателем прав работника, причинение ему нравственных страданий презюмируется, т.е. не требует доказывания.

В соответствии с ч. 9 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

В абз. 4 п. а 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" даны разъяснения по вопросу определения размера компенсации морального вреда в трудовых отношениях, так, размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, суд исходит из того, что материалами дела подтвержден факт неправомерных действий со стороны ответчика ИП ФИО4, выразившиеся в длительном не оформлении с работником трудовых отношений, учитывает конкретные обстоятельства дела, требования соразмерности, разумности и справедливости, характер и длительность нарушения трудовых прав истца. При этом, заявленный истцом ФИО16 размер такой компенсации в сумме 350 000 рублей суд полагает несоразмерным степени и характеру допущенных работодателем нарушений трудовых прав работника. В связи с этим, суд взыскивает с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей. 

Правовых оснований для удовлетворения остальной части исковых требований ФИО3 суд не усматривает.

В соответствии с частью первой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

При рассмотрении настоящего спора ответчик указал на истечение срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Действительно, с момента прекращения трудовых отношений между сторонами такой срок истек. Вместе с тем, разрешая требования истцов, суд приходит к выводу о восстановлении предусмотренного ст. 392 ТК Российской Федерации срока для подачи иска в суд.

При этом суд исходит из того обстоятельства, что истцом заявлено о его восстановлении и имеются уважительные причины пропуска срока, поскольку она полагала, что таким правом воспользовалась, обратившись с заявлением в правоохранительные органы и прокуратуру, трудовую инспекцию, что соответствует нормам, изложенным в ч. 5 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации и обеспечивает соблюдение баланса интересов сторон. Кроме того, первичное обращение в суд с настоящим иском состоялось 20 июля 2024 года, однако, иск определением суда от 04 сентября 2024 года был возвращен заявителю ввиду не устранения указанных судьей недостатков. 

В соответствии со ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально удовлетворенным исковым требованиям. 

Согласно ст.88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

Представленными в материалы дела доказательства подтверждены расходы истца по оплате услуг АО «Почта России» в связи с подачей иска, направлением копий лицам участвующим деле в общем размере 268 рублей.

Требование о возмещении ответчиком указанных судебных расходов истца на сумму 268 рублей является правомерным и подлежит удовлетворению.

В соответствие со ст.100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В ходе рассмотрения дела истцом были понесены расходы на оплату юридических услуг в сумме 70000 рублей, что подтверждено договором на оказание юридических услуг от 17 июля 2024 года, квитанцией на сумму 70000 рублей, доверенностью представителя.

Принимая во внимание, что полномочия представителя оформлены в соответствии с ч.1 ст.53 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая требования ст.100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, конкретные обстоятельства дела, объем собранных по делу доказательств, категорию и сложность дела, время оказания помощи, продолжительность судебных заседаний, суд находит подлежащими удовлетворению исковые требования о взыскании с ответчика в счет возмещения судебных расходов по оплате юридических услуг в разумных пределах в сумме 50000 рублей.

В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В связи с тем, что при подаче иска истец не оплачивал государственную пошлину, поскольку от её уплаты освобожден, принимая во внимание, что исковые требования истца удовлетворены частично, с ответчика в доход бюджета муниципального образования «город Оренбург» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 4000 рублей.

Руководствуясь ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО3 удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между индивидуальным предпринимателем ФИО4 и ФИО3 в период с 18 июня 2020 года по 22 февраля 2024 года.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО4 в пользу ФИО17 задолженность по заработной плате за период январь, февраль 2024 года в размере 44390 рублей, компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 20000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 20000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 50000 рублей, почтовые расходы в размере 268 рублей.

Возложить обязанность на индивидуального предпринимателя ФИО4 внести запись в трудовую книжку ФИО3 о приеме на работу 18 июня 2020 года на должность оператора, а также увольнении 22 февраля 2024 года по основаниям, предусмотренным пунктом 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации по инициативе работника). 

Возложить обязанность на индивидуального предпринимателя ФИО4 предоставить в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации в Оренбургской области сведения индивидуального персонифицированного учета за период работы ФИО3 с 18 июня 2020 года по 22 февраля 2024 года.

Возложить обязанность на индивидуального предпринимателя ФИО4 произвести уплату страховых взносов на обязательное медицинское, социальное и пенсионное страхование за период работы ФИО3 с 18 июня 2020 года по 22 февраля 2024 года.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО3 отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО4 в доход бюджета муниципального образования «город Оренбург» государственную пошлину в размере 4000 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Ленинский районный суд г.Оренбурга в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья: подпись Данилова С.М. 

Решение судом в окончательной форме принято 28 марта 2025 года.

Судья: подпись Данилова С.М. 

Копия верна

Судья:

Секретарь:

Оригинал подшит в деле № 2-951/2025, находящемся в производстве Ленинского районного суда г. Оренбурга