Копия.

Судья Каримов Э.А. Дело №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<

адрес> 26 августа 2021 года

Верховный Суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Муллануровой Э.З., 

с участием прокурора Полевой И.Л., ФИО1, 

подсудимого БСА.,

при помощниках судьей в качестве секретарей судебного заседания Зелениной Т.С., Кудрявцевой О.В., 

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционному представлению старшего помощника Можгинского межрайонного прокурора УР Баранова Д.Г, апелляционным жалобам представителей потерпевших ЯСА, ЛАВ, ФОА., потерпевшего ХАХ на постановление Можгинского районного суда Удмуртской Республики от 27 мая 2021 года о возвращении прокурору уголовного дела в отношении БСА, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обвиняемого в совершении 27 эпизодов преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 187 УК РФ, 5 эпизодов преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 159 УК РФ, преступлений предусмотренных ч. 3 ст. 159, ч. 1 ст. 174.1 УК РФ. 

Изучив доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб, заслушав выступления участников процесса, прокурора, поддержавшего доводы апелляционного представления, подсудимого, не усматривающего оснований для отмены решения суда, суд 

у с т а н о в и л:

постановлением Можгинского районного суда УР от 27 мая 2021 года уголовное дело в отношении БСА. возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В апелляционном представлении старший помощник Можгинского межрайонного прокурора УР Баранов Д.Г. выражает несогласие с постановлением Можгинского районного суда УР от 27 мая 2021 года ввиду его незаконности, существенного нарушения уголовно-процессуального закона. Ссылается на п. 14 постановления Пленума ВС РФ от 5 марта 2004 года №1 «О применении судами норм уголовно-процессуального кодекса РФ». При этом указывает, что из текста обвинительного заключения по делу в отношении обвиняемого, следует, что в данном процессуальном документе содержатся достаточно конкретные описания инкриминируемых ему деяний с указанием времени, места, конкретных действий, способа их совершения и всех других необходимых обстоятельств. Поясняет, что одним из составов преступлений, вменяемых БСА. является хищение денежных средств у ООО «

<

данные изъяты>» (ч. 1 ст. 159 УК РФ); в эпизодах 2-5 обвинительного заключения описаны факты изготовления БСА. поддельных платежных поручений с целью снятия со счета денежных средств, похищенных у ООО «

<

данные изъяты> сумма денежных средств, фигурирующая в данных платежных поручениях, превышает сумму похищенных средств у ООО «

<

данные изъяты>» по причине того, что на счете ИП Б находились денежные средства, полученные не только от ООО «

<

данные изъяты>», но и от ООО «

<

данные изъяты>» - юридического лица, которое не заявляло в правоохранительные органы о совершении БСА. преступных действий; разграничить денежные средства данных организаций на счете ИП БСА не представляется возможным. 

Также указывает на аналогичность ситуации в эпизодах 12-16 по фактам изготовления БСА. поддельных платежных поручений для снятия денежных средств, полученных от ООО «

<

данные изъяты>», так как на момент изготовления и направления платежных поручений на счете ИП Б находились также денежные средства, полученные от ООО «

<

данные изъяты>», ООО «

<

данные изъяты>», ООО «

<

данные изъяты>» и ИП «

<

данные изъяты>.».; в эпизоде 16 обвинительного заключения указано, что денежные средства поступили от ООО «

<

данные изъяты>», ИП «

<

данные изъяты>». Обращает внимание на то, что для квалификации действий лица по ч. 1 ст. 187 УК РФ важен не источник получения денежных средств, а сам факт подделки платежного распоряжения и уже на этой стадии преступление является оконченным; в случает исключения из обвинения источника получения БСА денежных средств это не повлияет на квалификацию преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 187 УК РФ. Считает, что указание в обвинении на источник получения денежных средств не влияет на квалификацию преступления и не является основанием для возвращения уголовного дела.

Кроме того, указывает, что в постановлении суда верно указано, что платежные поручения из эпизодов 4 и 5 не вошли в объем обвинения в отношении БСА по ч. 1 ст. 174.1 УК РФ. Уточняет, что при изготовлении и направлении платежных поручений, отраженных в эпизодах 4 и 5 обвинения, на счете ИП БСА находились не только денежные средства, полученные преступным путем, но и денежные средства, полученные от ООО «СК «Лидер», которое не заявило о преступных действиях БСА следовательно включение данных сумм в обвинение по ч. 1 ст. 174.1 УК РФ является необоснованным.

Полагает, что указание в эпизоде 25 обвинения доказательств из иных эпизодов, является технической ошибкой, допущенной следователем, которую возможно устранить в ходе судебного заседания, поскольку фактически в материалах уголовного дела содержатся доказательства причастности БСА к инкриминируемому преступлению и указанное обстоятельство не может быть основанием для возвращения уголовного дела.

Заявляет, что место совершения БСА преступлений установлено следователем исходя из данных, полученных от мобильного оператора ООО «

<

данные изъяты>» и является местом нахождения приемопередающей базовой станции; доказательств более точного места нахождения БСА в момент совершения им преступлений не получено. Считает, что в обвинении по ст. 159 УК РФ местом совершения преступлений верно определено место нахождения БСА в момент совершения преступлений, так как в указанном месте БСА фактически совершена объективная сторона преступлений, по указанному в обвинении месту находились технические средства, с помощью которых БСА. совершены преступления. Ссылаясь на то, что по фактам совершения БСА мошеннических действий потерпевшие находятся в различных субъектах РФ, счета которых открыты в различных отделениях банков, считает закономерно обоснованным определение подсудности уголовного дела по месту нахождения БСА в момент совершения преступления и выполнения объективной стороны преступления. Также, ссылаясь на ч. 3 ст. 32 УПК РФ, отмечает, что согласно обвинению БСА совершено 27 тяжких преступлений на территории 

<

адрес>, следовательно уголовное дело подсудно Можгинскому районному суду.

Помимо изложенного указывает, что по фактам совершения БСА мошенничества его действия верно квалифицированы по ч. 3 ст. 159 УК РФ, так как статус индивидуального предпринимателя использовался БСА. лишь для придания вида законности действиям при заключении гражданско-правовых договоров; фактически же БСА предпринимательскую деятельность не осуществлял, подтверждением чего являются многочисленные факты неисполнения своих обязательств по договорам, в ходе судебного заседания установлен лишь единичный факт частичного исполнения заключенного договора, который отражен в постановлении суда и может свидетельствовать лишь о намерении БСА придать видимость законности своей противоправной деятельности; при изучении выписок с банковских счетов БСА не усматривается характерного для ведения предпринимательской деятельности движения денежных средств, что также подтверждается налоговыми декларациями ИП БСА

По его мнению, возвращение уголовного дела по прошествии 8 месяцев с начала его рассмотрения влечет нарушение прав потерпевших в части требований, предусмотренных ст. 6.1 УПК РФ, в соответствии с которыми уголовное судопроизводство осуществляется в разумный срок. Полагает, что отмеченные судом недочеты фактически устранимы при рассмотрении уголовного дела по существу и не влекут нарушения прав участников уголовного судопроизводства; обвинительное заключение содержит все необходимые сведения для вынесения решения по делу, в нем содержатся все предусмотренные ст. 220 УПК РФ сведения. Просит постановление Можгинского районного суда УР от ДД.ММ.ГГГГ отменить, передать уголовное дело на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

В апелляционных жалобах представители потерпевших ЯСА, ЛАВ, ФОА потерпевший ХАХ приводят аналогичные друг другу доводы. Полагают, что постановление суда о возвращении уголовного дела прокурору подлежит отмене в соответствии с положениями ст. 389.15 – 389.17 УПК РФ, поскольку выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам и суд нарушил уголовно-процессуальный закон. Указывают, что судом усматриваются взаимные противоречия в эпизодах 1-5 в обвинительном заключении, однако, суд не учитывает, что после того, как обвиняемый БСА получает денежные средства у ООО «

<

данные изъяты> он создает 2 платежных поручения на общую сумму 

<

данные изъяты> рублей. При этом ссылаются на выписки по счету АО КБ «

<

данные изъяты>», открытый на БСА По их мнению, в эпизодах 2-5 расписаны составы по созданию платежных поручений по денежным средствам, полученных от потерпевшего ООО «

<

данные изъяты>» и ООО «

<

данные изъяты>», по которому решение о возбуждении уголовного дела принято не было, ввиду отсутствия заявления последнего.

Кроме того указывают, что судом выявлены и иные противоречия по другим составам преступлений, а именно в эпизодах 12-16 обвинительного заключения, однако, суд вновь не обращает внимания на то, что после того, как обвиняемый БСА получает денежные средства от ООО «

<

данные изъяты>» в общей сумме 

<

данные изъяты> рублей, он создает 4 платежных поручения на общую сумму 

<

данные изъяты> рублей; данная сумма в размере 

<

данные изъяты> рублей принадлежит не только ООО «

<

данные изъяты>», а организациям в том числе ООО «

<

данные изъяты>», ООО «

<

данные изъяты>», ООО «

<

данные изъяты>», ИП «

<

данные изъяты>.», которые ранее переводили обвиняемому БСА. денежные средства, о чем свидетельствует выписка по движению денежных средств по счету, открытому в банке АО КБ «

<

данные изъяты>» обвиняемым БСА

Также указывают, что суд считает необходимым увеличение общей суммы денежных средств, легализацию которых совершил обвиняемый БСА на суммы в размере 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> рублей, однако суд не учитывает, что суммы в размере 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> рублей не входят в состав ч. 1 ст. 174.1 УК РФ, так как уголовное дело, потерпевшим которого предполагался быть контрагент ООО СК «

<

данные изъяты>», возбуждено не было, в связи с чем суммы в размере 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> рублей не предшествовали денежным средствам, полученным в результате совершенного обвиняемым БСА преступления. Также ссылаются на выписку по движению денежных средств по счету, открытому в банке АО КБ «

<

данные изъяты>» обвиняемым БСА

Оспаривают выводы суда о том, что 

<

данные изъяты>, указанные в 16 эпизоде обвинительного заключения, являются денежными средствами «других организаций», которые в ходе предварительного следствия не установлены. Считают, что суд поспешно сделал выводы, не обращая внимания на то, что согласно выписки по движению денежных средств по счету, открытому в банке АО КБ «

<

данные изъяты>» обвиняемым БСА доподлинно установить кому именно принадлежат денежные средства в сумме 

<

данные изъяты> рублей, не представляется возможным, однако, с уверенностью можно сказать, что данная сумма могла сложиться в совокупности от транзакций не только от ООО «Интерфейс», но и от транзакций других организаций, в т.ч. ООО«

<

данные изъяты>», ООО «

<

данные изъяты>», ИП «

<

данные изъяты>.», которые признаны и допрошены в ходе предварительного следствия в качестве потерпевших. Обращает внимание на то, что суд не разъяснил почему признает неубедительными доводы государственного обвинителя о том, что для квалификации действий лица по ч. 1 ст. 187 УК РФ важен сам факт подделки платежного поручения, а не источник получения денежных средств.

Ссылаются на то, что доказательствами по 27 эпизодам в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 187 УК РФ, являются одни и те же доказательства, в них входят: рапорт об обнаружении признаков преступления, показания свидетеля ААМ протокол выемки, проведенной в АО КБ «

<

данные изъяты>» 

<

адрес>, протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, декларация о доходах БТА справка помощника начальника СУ – начальника ГРЛС, показания свидетеля ГНМ. от ДД.ММ.ГГГГ, показания обвиняемого БСА Считают, что обвинительное заключение составлено без нарушений требований УПК РФ.

У них отсутствуют какие-либо сомнения в рассмотрении материалов уголовного дела по территориальности (подсудности) в Можгинском районном суде УР.

Кроме этого, указывают, что суд сделал вывод о необходимости квалификации действий обвиняемого БСА в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 159 (5 эпизодов), ч. 3 ст. 159 УК РФ по-иному, более тяжкому преступлению по ч. 5 ст. 159 УК РФ, при этом суд описал это деяние в точности с диспозиции нормы УК РФ, по которой предполагает его переквалификацию, тем самым суд нарушил принцип состязательности, а также положения ч. 1.3 ст. 237 УПК РФ. Уточняют, что суд потребовал провести дополнительное расследование для вменения более тяжкого преступления, а именно ч. 5 ст. 159 УК РФ, между тем суд не вправе возвращать уголовное дело прокурору для восполнения неполноты предварительного следствия. По их мнению суд ссылается на обстоятельства, описанные в иных документах, чем постановление о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительное заключение, в том числе непосредственно на доказательства по делу, а исследование доказательств по существу возможно только в стадии судебного следствия, но никак не в предварительном судебном заседании.

Считают, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам. При этом поясняют, что суд не учел, что обстоятельства, описанные свидетелем АРК имели место быть в 2017 году, когда обвиняемому БСА. инкриминируются преступления, предусмотренные ст. 159 УК РФ (6 эпизодов), совершенные им не ранее июня 2019 года. Обращает внимание, что ООО ПК «

<

данные изъяты> было направлено исковое заявление в Арбитражный суд Республики Татарстан в отношении БСА на общую сумму 

<

данные изъяты> рублей; ДД.ММ.ГГГГ Арбитражный суд РТ удовлетворил иск ООО ПК «

<

данные изъяты>» в отношении БСА. на сумму в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Помимо этого обращают внимание на то, что обвиняемый БСА умышленно вводя суд в заблуждение относительно совершенных им преступлений, и затягивании срока рассмотрения дела в суде, может избежать уголовной ответственности за совершения им преступлений небольшой тяжести, предусмотренных ч. 1 ст. 159 (5 эпизодов), ч. 1 ст. 174.1 УК РФ по истечению сроков давности, чем будут нарушены права всех потерпевших по данному уголовному делу, в соответствии с ч. 3 ст. 42 УПК РФ на возмещение имущественного вреда.

Заявляют о нарушении разумных сроков уголовного судопроизводства, так как уголовное дело находится в Можгинском районном суде УР с июля 2020 года, однако только 27 мая 2021 года, по мнению суда, усматриваются нарушения, которые подлежат устранению для принятия законного решения.

Просят обжалуемое постановление суда отменить.

Суд апелляционной инстанции, полагает возможным, с согласия сторон, рассмотреть апелляционное представление, апелляционные жалобы в отсутствии потерпевших и их представителей, надлежащим образом извещенных о дате, месте и времени судебного заседания, не заявивших ходатайств о необходимости их участия и не явившихся в судебное заседание.

Проверив представленные материалы, обсудив и проверив доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб, выслушав стороны, прокурора, поддержавшего доводы апелляционного представления, обвиняемого, не усматривающего оснований для отмены решения суда и полагавшего необходимым оставить постановление суда без изменений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с ч.4 ст.7 УПК РФ постановление судьи должно быть законным, обоснованным и мотивированным. По смыслу закона, таким признается судебное решение, если суд при его вынесении исходил из материалов, рассмотренных в судебном заседании, сделал вывод на установленных им фактах, правильно применил закон.

Однако данные требования закона судом первой инстанции не выполнены.

Согласно п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления.

Как следует из п.19 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 19.12.2017года № 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)», если в ходе судебного разбирательства выявлены существенные нарушения закона, указанные в п.1-6 части 1 ст.237 УПК РФ, допущенные в досудебном производстве по уголовному делу и являющиеся препятствием к постановлению судом приговора или вынесения иного итогового решения, не устранимые судом, то суд по ходатайству стороны или по своей инициативе возвращает дело прокурору при условии, что их устранение не будет связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 27.02.2018года №274-О, возвращение уголовного дела прокурору для устранения препятствий к его судебному рассмотрению может иметь место лишь в случае, если допущенное органами предварительного расследования процессуальное нарушение является таким препятствием для рассмотрения дела, которое суд не может устранить самостоятельно и которое исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора.

Основанием для возвращения дела прокурору, таким образом, являются существенные нарушения норм уголовно-процессуального закона, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям законности и справедливости. Такие процессуальные нарушения не касаются ни фактических обстоятельств, ни вопросов квалификации действий и доказанности вины обвиняемого, а их устранение не предполагает дополнительного расследования, включая собирание доказательств, то есть восполнение неполноты предварительного следствия недопустимо.

Если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления, то уголовное дело может быть возвращено прокурору на основании п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ. 

В обоснование принятого решения о необходимости возврата уголовного дела, в отношении БСА. прокурору, суд сослался на то, что в обвинении имеются противоречия в описании вменяемых БСА. фактов мошенничества, подделки платежных поручений и легализации денежных средств, полученных преступным путем (не совпадают суммы, часть эпизодов подделки платежных поручений не включена в легализацию), по одному из эпизодов по ч.1 ст.187 УК РФ не конкретизировано обвинение ( указано, что денежные средства получены от ООО «Интерфейс». ИП «Сущенко» и «других организаций»), имеются противоречия в предъявленном обвинении и в перечне доказательств по одному из эпизодов по ч.1 ст.187 УК РФ (доказательства перечислены из других эпизодов преступлений по ч.1 ст.187 УК РФ), не конкретизировано место совершения преступления, по преступлениям, предусмотренным ст.159 УК РФ не верно определено место совершения преступления и подсудность дела, не проанализированы доводы подсудимого о необходимости квалификации его действий по ст.159 ч.5 УК РФ.

Между тем приведенные судом основания принятого решения о возвращении уголовного дела прокурору не отвечают требованиям ч.1 ст.237 УПК РФ. Как следует из материалов уголовного дела, существенных нарушений при составлении обвинительного заключения, влекущих возвращение уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, по данному делу не имеется. 

Соглашаясь с доводами апелляционного представления, суд апелляционной инстанции считает, что обвинительное заключение соответствует требованиям ст.220 УПК РФ, и препятствий для рассмотрения уголовного дела в отношении БСА по существу не имеется.

Как следует из обвинительного заключения, предъявленное БСА обвинение содержит в себе все необходимые, предусмотренные ст.220 УПК РФ, сведения.

В обвинительном заключении указаны существо обвинения, место и время совершения преступлений, его способы, мотивы, последствия, формулировка предъявленного обвинения с указанием части, статьи УК РФ, предусматривающих ответственность за данные преступления, перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и краткое изложение их содержания, данные о потерпевших.

В соответствии с ч.1 ст.32 УПК РФ, уголовное дело подлежит рассмотрению в суде по месту совершения преступления, за исключением случаев, предусмотренных частями 4, 5 и 5.1 ст.32 УПК РФ, а также ст.35УПК РФ. Согласно ч.3 ст.32 УПК РФ, если преступления совершены в разных местах, то уголовное дело рассматривается судом, юрисдикция которого распространяется на то место, где совершено большинство расследованных по данному уголовному делу преступлений или совершено наиболее тяжкое из них. 

Согласно обвинительному заключению БСА обвиняется в совершении 33 эпизодов преступлений, из которых 27 преступлений, предусмотренных ч.1 ст.187 УК РФ, относятся к категории тяжких преступлений и совершены на территории 

<

адрес> УР. Суд, при вынесении постановления о назначении судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ, установил, что поступившее уголовное дело подсудно Можгинскому районному суду УР и приступил к его рассмотрению в судебном заседании. 

Остальные доводы, приведенные в постановлении суда, также не свидетельствуют о том, что на основе данного обвинения суд лишен возможности принять решение по делу.

Выводы суда о том, обвинение содержит взаимные противоречия, выражающиеся в том, что суммы денежных средств указанных в поддельных платежных поручениях (по эпизодам 2-5, 12-16 по обвинению по ч.1 ст.187 УК РФ), превышают суммы похищенных денежных средств у потерпевших (ООО «Промгражданэнергосервис», ООО «Интерфейс», по ч.1 ст.159 УК РФ), что препятствует рассмотрению дела по существу, противоречит требованиям закона. Указание в обвинении на источник поступления денежных средств на счет, не влияет на квалификацию действий лица по ч.1 ст.187 УК РФ, поскольку, в данном случае, важен не источник получения денежных средств, а сам факт изготовления, в целях использования, поддельного платежного распоряжения о переводе денежных средств.

Вопреки выводам суда о том, что в обвинении имеются противоречия в описании вменяемых БСА фактов мошенничества, подделки платежных поручений и легализации денежных средств, полученных преступным путем (не совпадают суммы, часть эпизодов подделки платежных поручений не включена в легализацию), не исключает возможности квалификации действий лица по ст.174.1 УК РФ, поскольку на счете ИП БСА. находились не только денежные средства, полученные преступным путем. Исходя из разъяснений, содержащихся в п.3 Постановления Пленума Верховного суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ «О судебной практике по делам по делам о легализации (отмывании) денежных средств и иного имущества, приобретенных преступных путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем» при смешении не имеющих индивидуально-определенных признаков денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем (в результате совершения преступления), с однородным правомерно приобретенным имуществом последующее совершение финансовых операций или сделок с таким имуществом подлежит квалификации по ст.174.1 УК РФ в размере, соответствующем сумме денежных средств либо стоимости иного имущества, приобретенных преступным путем (в результате совершения преступления).

Кроме того, фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, не свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий подсудимого как более тяжкого преступления.

Таким образом, изложенные в постановлении суда первой инстанции выводы не подтверждаются материалами уголовного дела и не свидетельствуют о том, что обвинительное заключение составлено с нарушением УПК РФ, исключающими возможность постановления судом приговора, который может быть как обвинительным, так и оправдательным, либо иного решения.

Предусмотренных ст.237 УПК РФ оснований для возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, в постановлении суда первой инстанции, не содержится.

При таких обстоятельствах принятое судом первой инстанции решение о возвращении уголовного дела прокурору не соответствует приведенным нормам уголовно-процессуального закона, в связи с чем, обжалуемое постановление подлежит отмене, а уголовное дело – направлению на новое судебное разбирательство, в тот же суд в ином составе суда.

Оснований для изменения БСА меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.14, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Можгинского районного суда Удмуртской Республики от 27 мая 2021 года о возвращении прокурору уголовного дела в отношении БСА, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, - отменить.

Уголовное дело в отношении БСА направить на новое судебное разбирательство в тот же суд, в ином составе суда. 

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, в отношении БСА., оставить без изменений. 

Апелляционное представление старшего помощника Можгинского межрайонного прокурора УР Баранова Д.Г, апелляционные жалобы представителей потерпевших ЯСА ЛАВ., ФОА потерпевшего ХАХ - удовлетворить.

Настоящее апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения, может быть обжаловано в суд кассационной инстанции – судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ. 

Председательствующий

Копия вена. Судья :