Гражданское дело № 2-437/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

пос. Оричи 30 октября 2018 года

Оричевский районный суд Кировской области в составе:

председательствующего судьи Земцова Н.В.,

при секретаре Королёвой Н.А.,

с участием представителя ответчика ( истца по встречному иску ) – ФИО1 – ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО1 о возмещении вреда, причинённого в результате продажи квартиры, материального ущерба и компенсации морального вреда, встречному иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании денежных средств по коммунальным платежам,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО1 о возмещении вреда, причинённого в результате продажи квартиры, мотивируя свои требования тем, что он был зарегистрирован и проживал по адресу: 

<

адрес>. Собственником квартиры являлся его отец – ФИО1 Он ( ФИО3) имел регистрацию в данной квартире, а также равное право пользования данным жилым помещением с собственником, как член семьи. В 2016 году ответчик решил его выселить без предоставления другого жилого помещения и снять с регистрационного учета. Данные требования заочным решением Октябрьского районного суда г. Кирова от 02 ноября 2016 года были удовлетворены и с регистрационного учёта он был снят. В дальнейшем по его заявлению заочное решение было отменено и решением суда от 05 июня 2017 года в иске ФИО1 было отказано. Его отец – ФИО1 на данное решение подал апелляционную жалобу, и в момент рассмотрения жалобы квартиру продал Ч. за 1 000 000 рублей, которому было известно о том, что на момент продажи квартира является спорным объектом. Несмотря на этот факт Ч. также воспользовался тем, что ФИО3 снят с регистрационного учёта, ввёл в заблуждение С. относительно того, что квартира не является предметом судебных разбирательств, что в ней никто не зарегистрирован и продал её 31 июля 2017 года ФИО4, при этом ФИО4 для покупки квартиры воспользовалась ипотекой в ПАО Сбербанк, и квартира находится в залоге у банка. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Кировского областного суда от 17 августа 2017 года решение Октябрьского районного суда г. Кирова от 05 июня 2017 года оставлено без изменения. Истец вновь восстановил регистрационный учёт в квартире, однако, в связи с продажей квартиры, его право пользования квартирой нарушено. 

Указывает, что в связи со снятием с регистрационного учёта и последующей продажей квартиры третьим лицам, он с 23 апреля 2017 года вынужден арендовать жилье в 

<

адрес> Ч.1, ежемесячная арендная плата составляет 7 000 рублей. 

Считает, что из-за действий ответчика, несёт убытки в виде понесённых расходов на оплату арендуемого жилья за период с 23 апреля 2017 года по 18 июля 2018 года, в сумме 98 000 рублей ( 7000 рублей * 14 месяцев ).

Также истцу был причинён моральный вред, выразившийся в моральных, нравственных страданиях, так как своё право ему приходится получать в судебном порядке, который оценивает в 50 000 рублей.

Для представления интересов в суде он вынужден обратиться к услугам представителя, стоимость которых составила 35 000 рублей.

Просит суд взыскать с ответчика разницу от проданной квартиры по адресу: 

<

адрес>, в размере 500 000 рублей, материальный ущерб в размере 98 000 рублей, расходы на услуги представителя в размере 35 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО3, а также его представитель ФИО5, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, не явились, дело просят рассмотреть дело без их участия ( л.д. 93 ).

Ответчик ФИО1, надлежащим образом уведомленный о времени и месте судебного разбирательства, в суд также не явился, направил ходатайство, в котором просил рассмотреть дело без его участия, с участием представителя – ФИО2.

Представитель ответчика ФИО2 суду пояснила, что в соответствии с частью 1 статьи 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. На момент продажи квартиры по адресу: 

<

адрес> ответчик являлся единоличным собственником данной квартиры и, продав её, правомерно реализовал свое право.

В соответствии с пунктом 2 статьи 292 ГК РФ переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом. Таким образом, пользование квартирой истцом производно от права собственности ответчика и это право было утрачено истцом после продажи квартиры. Отсюда следует, что довод о незаконном лишении права пользования истца является несостоятельным. Действующим законодательством обязанность собственника при продаже выплатить часть стоимости квартиры в пользу лиц, зарегистрированных в квартире, не предусмотрена, истцом не указано правовое обоснование своего притязания.

Кроме того, истец способен обеспечить себя жильем самостоятельно, о чем свидетельствует факт аренды им жилого помещения. Смена замков в квартире была обусловлена заочным решением Октябрьского районного суда г. Кирова от 02 ноября 2016 года о выселении истца из квартиры, которое вступило в силу 14 декабря 2016 года и действовало до вступления в силу апелляционного определения Кировского областного суда от 17 августа 2017 года.

Просит суд отказать истцу в удовлетворении требований в полном объёме, взыскать с ФИО3 стоимость услуг представителя в размере 3 000 рублей.

Заслушав представителя ответчика, исследовав письменные доказательства, суд полагает исковые требования ФИО3 подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям. 

В соответствии с частью 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ( далее ГПК РФ ), обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

07 сентября 2016 года ФИО1 обратился в Октябрьский районный суд г. Кирова с иском к ФИО3 о признании прекратившим права пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учёта, выселении из жилого помещения – квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>.

Заочным решением Октябрьского районного суда г. Кирова от 02 ноября 2016 года, ФИО3 признан прекратившим право пользования квартирой, расположенной по адресу: 

<

адрес>, и выселен без предоставления другого жилого помещения. 

14 декабря 2016 года решение суда вступило в законную силу и ФИО3 был выселен из квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> ( л.д. 97-100 ).

Определением Октябрьского районного суда г. Кирова от 03 мая 2017 года заочное решение Октябрьского районного суда г. Кирова от 02 ноября 2016 года отменено по заявлению ФИО3 ( л.д. 101-102 ).

Решением Октябрьского районного суда г. Кирова от 05 июня 2017 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о прекращении права пользования жилым помещением – квартирой, расположенной по адресу: 

<

адрес>, выселении без предоставления другого жилого помещения и снятии с регистрационного учёта, отказано ( л.д. 23-28 ).

Решением суда установлено, что квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, принадлежит на праве собственности ФИО1, в связи с выплатой паевого взноса за строительство квартиры членом ЖСК «Металлург – 3» 30 декабря 1981 года. 

На основании справки ЖСК «Металлург-3» от 15 февраля 2010 года зарегистрировано право собственности ФИО1 на квартиру по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 07 июня 2010 года.

Установлено, что с момента рождения ФИО3 проживал в спорном жилом помещении, и отец – ФИО1 никогда не возражал против этого. Указанное подтверждал и сам истец ФИО1.

Судом также было установлено, что ответчик проживал в спорном жилом помещении пока истец сменил в квартире замки, вынужден снимать другое жильё, иного жилого помещения в собственности не имеет. В спорном жилом помещении ответчик был зарегистрирован добровольным решением истца.

При этом, ответчик проживал в спорной квартире без заключения какого-либо соглашения с собственником, определяющего его право иначе, чем это предусмотрено ЖК РФ, что с учётом положений части 1 статьи 31 ЖК РФ свидетельствует о том, что он вселён в принадлежащую истцу ( отцу ответчика ) квартиру как член семьи собственника жилого помещения и как вселенный собственником жилого помещения член его семьи согласно части 2 статьи 31 ЖК РФ имел право пользования данным жилым помещением наравне с собственником. 

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Кировского областного суда от 17 августа 2017 года решение Октябрьского районного суда г. Кирова от 05 июня 2017 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО1 – без удовлетворения 

( л.д. 29-32 ).

02 октября 2017 года ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО1, Ч. о признании договора купли-продажи недействительным, о восстановлении права пользования квартирой.

Решением Октябрьского районного суда г. Кирова от 29 ноября 2017 года в удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО1, Ч. о признании договора купли-продажи недействительным, о восстановлении нарушенного права пользования квартирой отказано ( л.д. 15-22 ).

Решением суда установлено, что квартира по адресу: 

<

адрес>, была зарегистрирована на праве собственности за ФИО1 07 июня 2010 года на основании справки жилищно-строительного кооператива «Металлург-3» от 15 февраля 2010 года.

Право собственности ФИО1 было прекращено 28 июня 2017 года в связи с регистрацией права собственности Ч. на основании договора купли-продажи от 19 июня 2017 года. На момент заключения указанного договора купли-продажи спорной квартиры, именно ФИО1 являлся единоличным собственником данного недвижимого имущества, что подтверждается свидетельством о праве собственности на его имя. Таким образом, ФИО1 был вправе распорядиться принадлежащим ему на праве личной собственности недвижимым имуществом.

Сделки купли-продажи от 24 июля 2017 года, так и от 19 июня 2017 года сторонами исполнены, в настоящее время право собственности покупателей С. и С.1, как право залогодержателя ПАО «Сбербанк России» зарегистрировано в установленном законом порядке 31 июля 2017 года.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Кировского областного суда от 27 февраля 2018 года решение Октябрьского районного суда г. Кирова от 29 ноября 2017 года оставлено без изменения, жалоба ФИО3 – без удовлетворения ( л.д. 103-108 ).

В соответствии с частью 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации ( далее ГК РФ ), собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В силу части 2 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации ( далее ЖК РФ ), собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и ( или ) в пользование, принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании. Согласно статье 31 ЖК РФ, к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Члены семьи собственника жилого помещения имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником, если иное не установлено соглашением между собственником и членами его семьи. Члены семьи собственника жилого помещения обязаны использовать данное жилое помещение по назначению, обеспечивать его сохранность.

Согласно части 1 статьи 35 ЖК РФ в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение ( прекратить пользоваться им ). Если данный гражданин в срок, установленный собственником соответствующего жилого помещения, не освобождает указанное жилое помещение, он подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда.

Согласно статье 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его прав, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Поскольку судом установлено, что на момент заключения договора купли-продажи от 19 июня 2017 года между ФИО1 и Ч., ответчик ФИО1 являлся единственным собственником спорного жилого помещения, он вправе был единолично распорядиться своей собственностью.

Поэтому оснований для удовлетворения требований ФИО3 в части взыскания с ответчика в его пользу разницы от проданной квартиры по адресу: 

<

адрес>, в размере 500 000 рублей, суд не находит.

Разрешая требования ФИО1 в части взыскания с ответчика в его пользу материального ущерба в размере 98 000 рублей, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьёй 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества ( реальный ущерб ), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено ( упущенная выгода ).

Из смысла указанного положения закона следует, что истец, обращаясь с иском о возмещении убытков, обязан доказать наличие совокупности необходимых для возложения ответственности за причинённый вред условий, таких как противоправность действий ( бездействия ), наличие вреда в доказанном размере, причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими у потерпевшего неблагоприятными последствиями. Недоказанность одного из названных условий влечёт за собой отказ в удовлетворении требования о взыскании убытков. 

Поэтому, суд исходит из того, что поскольку с момента заключения договора аренды жилого помещения – 23 апреля 2017 года, до момента продажи ФИО1 спорной квартиры – 19 июня 2017 года, либо прекращения права собственности ФИО1 на квартиру 28 июня 2017 года в связи с регистрацией права собственности Ч., ФИО3 был лишён возможности проживать в спорном жилом помещении, доступ в которую ему ограничил ФИО1, суд взыскивает со ФИО1 в пользу ФИО3 денежные средства в размере 14 000 рублей по актам приёма-передачи денежных средств от 23 апреля и 23 мая 2017 года 

( л.д. 7 ).

В дальнейшем, после 19 июня 2017 года, ФИО1 перестал быть собственником спорной квартиры, поэтому не мог препятствовать ФИО3 в ней проживать, то есть уже не причинял ФИО3 убытки.

Разрешая требования ФИО3 в части компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

Конституция РФ провозглашает право гражданина защищать свои права и законные интересы всеми способами, не запрещёнными законом ( часть 2 статьи 45 Конституции РФ ).

В силу статьи 151 далее ГК РФ, если гражданину причинён моральный вред ( физические или нравственные страдания ) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред.

Как следует из статьи 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями ( бездействием ) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

При этом в силу положений статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, исходя из указанных норм права, по общим правилам, для возложения на ответчика обязанности компенсации морального вреда необходимо наличие его вины и причинно-следственной связи между наступившим вредом и действиями ответчика, при этом обязанность по доказыванию указанных обстоятельств, возлагается на истца.

Однако, в нарушение требований действующего законодательства, ФИО3 не подтверждён факт совершения ответчиком каких-либо действий, нарушающих его личные неимущественные права, либо посягающих на принадлежащие ему другие нематериальные блага, а также факт причинения ему морального вреда и факт наступления каких-либо конкретных неблагоприятных последствий от действий ответчика.

При этом, доводы истца, озвученные в суде его представителем, не могут быть приняты во внимание как основание для взыскания компенсации морального вреда, поскольку не подтверждены какими-либо доказательствами, и, кроме того, они не свидетельствуют о том, что истцу были причинены какие-либо физические и нравственные страдания в результате действий ответчика.

Поскольку обстоятельства, которые истец приводит, как обоснование факта причинения морального вреда и заявленного размера денежной компенсации, не подтверждены какими-либо достоверными, относимыми и допустимыми доказательствами, оснований для удовлетворения требований истца в части компенсации морального вреда, суд не усматривает. 

Разрешая требования ФИО3 в части взыскания расходов на оплату услуг представителя, суд исходит из следующего. 

Согласно части 1 статьи 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии со статьёй 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу статьи 94 ГПК РФ, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей и другие признанные судом необходимыми расходы.

Расходы по оплате услуг представителя ФИО3 – ФИО5 на сумму 35 000 рублей подтверждены договором оказания услуг от 17 августа 2018 года ( л.д. 66 ) и актом оплаты услуг от 17 августа 2018 года 

( л.д. 67 ).

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 20 октября 2005 года № 355-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесённые лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах, является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым – на реализацию требования статьи 17 ( часть 3 ) Конституции Российской Федерации.

При этом, разумные пределы расходов являются оценочным понятием, чёткие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел, законом не предусматриваются. Размер подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя суд определяет в каждом конкретном случае с учётом характера заявленного спора, степени сложности дела, рыночной стоимости оказанных услуг, затраченного представителем на ведение дела времени, квалификации представителя, соразмерности защищаемого права и суммы вознаграждения, а также иных факторов и обстоятельств дела.

Таким образом, основным критерием размера оплаты труда представителя, согласно статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, является разумность суммы оплаты, которая предполагает, что размер возмещения стороне расходов должен быть соотносим с объёмом защищаемого права.

Согласно пункту 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с неё расходов.

Представителем ответчика – ( истца по встречному иску ) – ФИО1 – ФИО2 в суде заявлено о неразумности и чрезмерности размера судебных расходов. 

В целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный ( чрезмерный ) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объём заявленных требований, цена иска, сложность дела, объём оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства ( пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 21 января 2016 года ).

Определяя размер суммы, подлежащей взысканию в пользу заявителя, суд учитывает все значимые для разрешения этого вопроса обстоятельства: объём совершённых представителем действий в рамках рассматриваемого дела, конкретные обстоятельства рассмотренного гражданского дела, его категорию, объём и сложность выполненной представителем работы, время, затраченное представителем на подготовку.

На основании изложенного, принимая во внимание то, что представитель ФИО3 – ФИО5 принимал участие в двух судебных заседаниях 17 сентября 2018 года, длившемся 30 минут ( л.д. 50-52) и 05 октября 2018 года, длившемся 15 минут ( л.д. 86 ), учитывая объём выполненной им работы, с учётом принципа разумности и справедливости, суд полагает возможным снизить подлежащую взысканию с ФИО1 в пользу ФИО3 сумму судебных расходов, состоящих из расходов на оплату услуг представителя с 35 000 рублей до 5 000 рублей, находя указанную сумму разумной и справедливой.

Разрешая встречные исковые требования ФИО1 к ФИО3 о взыскании задолженности по коммунальным платежам, суд приходит к следующему.

В силу статьи 210 ГК РФ, собственник несёт бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно части 3 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации ( далее ЖК РФ ), собственник жилого помещения несёт бремя содержания данного помещения и, если данное помещение является квартирой, общего имущества собственников помещений в соответствующем многоквартирном доме, а собственник комнаты в коммунальной квартире несёт также бремя содержания общего имущества собственников комнат в такой квартире, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором.

В соответствии с частью 1 статьи 153 ЖК РФ граждане и организации обязаны своевременно и полностью вносить плату за жилое помещение и коммунальные услуги.

Согласно пункту 5 части 2 статьи 153 ЖК РФ обязанность по внесению платы за жилое помещение и коммунальные услуги возникает у собственника жилого помещения с момента возникновения права собственности на жилое помещение с учётом правила, установленного частью 3 статьи 169 настоящего Кодекса.

Как следует из части 1 статьи 155 ЖК РФ плата за жилое помещение и коммунальные услуги вносится ежемесячно до десятого числа месяца, следующего за истекшим месяцем, если иной срок не установлен договором управления многоквартирным домом, либо решением общего собрания членов товарищества собственников жилья, жилищного кооператива или иного специализированного потребительского кооператива, созданного в целях удовлетворения потребностей граждан в жилье в соответствии с федеральным законом о таком кооперативе.

В соответствии с частью 14 статьи 155 ЖК РФ лица, несвоевременно и ( или ) не полностью внёсшие плату за жилое помещение и коммунальные услуги, обязаны уплатить кредитору пени в размере одной трёхсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день фактической оплаты, от не выплаченной в срок суммы за каждый день просрочки начиная с тридцать первого дня, следующего за днём наступления установленного срока оплаты, по день фактической оплаты, произведённой в течение девяноста календарных дней со дня наступления установленного срока оплаты, либо до истечения девяноста календарных дней после дня наступления установленного срока оплаты, если в девяностодневный срок оплата не произведена. Начиная с девяносто первого дня, следующего за днём наступления установленного срока оплаты, по день фактической оплаты пени уплачиваются в размере одной стотридцатой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день фактической оплаты, от не выплаченной в срок суммы за каждый день просрочки. Увеличение установленных настоящей частью размеров пеней не допускается.

Из частей 1 и 2 статьи 69 ЖК РФ следует, что к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя. Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности. Дееспособные и ограниченные судом в дееспособности члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма несут солидарную с нанимателем ответственность по обязательствам, вытекающим из договора социального найма.

Как следует из справки Общества с ограниченной ответственностью «Ваш Единый Расчётный Центр» от 19 сентября 2016 года ( л.д. 94 ), в квартире по адресу: 

<

адрес>, были зарегистрированы и проживали ФИО1 (собственник) и ФИО3 ( сын ). Задолженность по оплате коммунальных услуг с 01 июля 2014 года по 01 июля 2016 года составляла 49 982 рубля 70 копеек. Данная задолженность была погашена ФИО1. 

Оценивая представленные стороной истца по делу доказательства, суд приходит к выводу о том, что факт потребления коммунальных услуг в спорный период времени ФИО3 не оспорен, как и размер задолженности, иной его расчёт суду не представлен, какие-либо требования к ФИО3 в данной части в связи с этим не заявлялись.

Поэтому, суд полагает установленным, что ФИО3 и ФИО1 соответствующими организациями были оказаны коммунальные услуги на указанную сумму в жилом помещении по адресу: 

<

адрес>, ответчик ФИО1 оплатил всю задолженность, что подтверждается справкой, а ФИО3 в оплате задолженности участия не принимал, хотя в указанный период проживал в ней и пользовался всеми коммунальными услугами. В связи с изложенным, суд удовлетворяет требования ФИО1 по взысканию с ФИО3 половины погашенной им задолженности в размере заявленной суммы 24 991 рубль 35 копеек за период с 01 июля 2014 года по 01 июля 2016 года.

При установленных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что сумма задолженности, подлежащая взысканию со ФИО3 в пользу ФИО1, определена истцом верно, поскольку доли в оплате коммунальных платежей между ними не определены, не представлено соглашения о порядке оплаты жилищно-коммунальных услуг при условии неравнозначного использования ими жилого помещения.

В соответствии со статьёй 98 ГПК РФ суд взыскивает с ответчика ФИО1 в пользу МО Оричевский муниципальный район расходы, связанные с оплатой государственной пошлины в сумме 560 рублей 00 копеек.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-197 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Требования ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 расходы, понесённые на оплату аренды квартиры за период с 23 апреля по 23 июня 2017 года в размере 14 000 рублей, а также расходы на оплату услуг представителя в сумме 5 000 рублей. 

В остальной части требования ФИО3 оставить без удовлетворения.

Требования ФИО1 удовлетворить частично. Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 расходы, понесённые на оплату коммунальных платежей за период с 01 июля 2014 года по 01 июля 2016 года в размере 24 991 рубль 35 копеек.

В остальной части требования ФИО1 оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в доход бюджета муниципального образования Оричевский муниципальный район в размере 560 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кировский областной суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме через Оричевский районный суд.

Председательствующий Земцов Н.В.

Решение в окончательной форме изготовлено 05 ноября 2018 года