Судья Марголин А.В.

Дело № 5-12/2020

РЕШЕНИЕ

 

№ 12-96/2020

26 августа 2020 года

г. Ростов-на-Дону

Судья Южного окружного военного суда Заря Андрей Иванович (

<

...>), при помощнике судьи Сидоренкове К.Ю., рассмотрев дело об административном правонарушении по жалобе лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении и ее защитника Скибина М.А. на постановление судьи Майкопского гарнизонного военного суда от 9 июня 2020 г. в отношении бывшей военнослужащей войсковой части № 

<

данные изъяты> 

ФИО1, родившейся ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, ранее не привлекавшейся к административной ответственности за совершение правонарушений в области дорожного движения, проживающей по адресу: 

<

адрес>

о назначении административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного частью 1 ст. 12.8 КоАП РФ

установил:

согласно судебному постановлению ФИО1 около 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ в районе дома 

<

адрес>, в нарушение требований п. 2.7 Правил дорожного движения, управляла транспортным средством 

<

данные изъяты> (государственный регистрационный знак №) в состоянии опьянения, чем совершила административное правонарушение, предусмотренное частью 1 ст. 12.8 КоАП РФ. В связи с этим ФИО1 назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 руб. с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 8 месяцев.

В жалобе, поданной в порядке пересмотра, ФИО1 и ее защитник Скибин М.А. просят постановление судьи отменить, а производство по делу прекратить в связи с отсутствием состава административного правонарушения. В обоснование авторы жалобы, анализируя положения норм действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения, и излагая обстоятельства дела указывают, что у должностного лица ДПС ГИБДД не имелось достаточных оснований полагать, что ФИО1 находилась в состоянии опьянения, а потому и отстранять ее от управления транспортным средством до составления в отношении нее акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения и протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Присутствовавшие при процессуальном действии понятые в своих объяснениях не указывали на наличие у ФИО1 признаков опьянения. Из изложенного в жалобе сделан вывод о нарушении должностным лицом порядка отстранения водителя от управления транспортным средством, его освидетельствования на месте и направления на медицинское освидетельствование. По мнению авторов жалобы, составленный в отношении ФИО1 протокол об административном правонарушении является недопустимым доказательством, которое в силу п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» не могло быть положено в основу постановления судьи. Поэтому представленных по делу доказательств недостаточно для установления в действиях ФИО1 состава административного правонарушения и ее вины, в связи с чем в силу положений ст. 1.5 КоАП РФ, согласно которым лицо подлежит привлечению к административной ответственности только за те нарушения, в которых установлена его вина, а любые сомнения толкуются в пользу этого лица, дело подлежит прекращению.

Кроме того, авторы жалобы полагают, что судьей существенно нарушены предусмотренные КоАП РФ процессуальные нормы, поскольку судья разрешил заявленные ходатайства без ухода в совещательную комнату с вынесением протокольных определений. Более того, судьей было необоснованно отказано в удовлетворении ходатайств защитника о ведении аудиопротоколирования судебного заседания, а также вызове в суд для допроса в качестве свидетелей понятых, присутствовавших при производстве процессуальных действий, а также должностных лиц, составивших в отношении ФИО1 административный материал.

Рассмотрев материалы дела и доводы жалобы, нахожу, что выводы, изложенные в обжалуемом судебном постановлении, соответствуют фактическим обстоятельствам содеянного ФИО1 и основаны на исследованных судом доказательствах, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывает. Нормы материального и процессуального права при разрешении дела, применены правильно.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 июня 2019 года № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 12.8 КоАП РФ, определение факта нахождения лица в состоянии опьянения при управлении транспортным средством осуществляется посредством его освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и (или) медицинского освидетельствования на состояние опьянения, проводимых в установленном порядке. Доказательством наличия у водителя состояния опьянения является составленный уполномоченным должностным лицом в установленном законом порядке акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, а также акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Факт совершения ФИО1 административного правонарушения при вышеуказанных обстоятельствах подтверждается составленными 23 февраля 2020 года протоколами об административном правонарушении серии 23 АП № 119887, об отстранении от управления транспортным средством серии 23 ВА № 600255 и о задержании транспортного средства серии 23 БЮ № 038669, о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения серии 23 ГО № 119188, актом освидетельствования на состояние опьянения серии 23 ОЕ № 216428, а также актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения с положительными результатами двукратного исследования, свидетельствующими о наличии абсолютного этилового спирта в выдыхаемом ФИО1 воздухе в размере 

<

данные изъяты> и

<

данные изъяты> соответственно.

Все собранные по делу доказательства получили оценку в судебном постановлении в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ.

Протоколы процессуальных действий составлены последовательно согласно процедуре их оформления, установленной КоАП РФ, достоверность и объективность их содержания сомнений не вызывает.

В силу части 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения признается законным при наличии достаточных оснований полагать, что водитель находится в состоянии опьянения. Поводом для направления этого водителя на медицинское освидетельствование на состояние опьянения является его отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо его несогласие с результатами освидетельствования, а равно наличие достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, при отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Согласно пункту 6 Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 18 декабря 2015 года № 933н «О порядке проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического)» достаточными основаниями полагать, что водитель находится в состоянии опьянения является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица, а также поведение, не соответствующее обстановке.

Как видно из составленного в отношении ФИО1 протокола об отстранении от управления транспортными средствами у нее имелись три из названных признаков, а именно: запах алкоголя изо рта, нарушение речи и резкое изменение окраски кожных покровов лица.

В соответствии с частью 1 ст. 27.1 и частью 1 ст. 27.12 КоАП РФ отстранение от управления транспортным средством является мерой обеспечения производства по делу об административном правонарушении, которая применяется при наличии достаточных оснований полагать, что лицо, управлявшее транспортным средством, находится в состоянии алкогольного опьянения.

Следовательно, вопреки мнению защитника, обеспечительные меры в виде отстранения водителя от управления транспортным средством производятся до проведения медицинского освидетельствования при наличии лишь указанных выше признаков. 

Поэтому при отстранении ФИО1 от управления транспортными средствами требования КоАП РФ нарушены не были.

Доводы жалобы о том, что понятые в своих объяснениях указывали лишь на отказ ФИО1 от освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, не указывая признаки такого опьянения, следует признать необоснованными ввиду того, что положениями части 2 ст. 25.7 КоАП РФ на понятого возлагается обязанность удостоверить в протоколах своей подписью лишь факты совершения в его присутствии процессуальных действий. Поэтому в обязанности понятых не входит оценка состояния лица при удостоверении процессуальных действий.

Установленный вышеназванным приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации Порядок проведения медицинского освидетельствования ФИО1 на состояние опьянения нарушен не был. На соблюдение данного Порядка она указала и в судебном заседании суда первой инстанции.

Что же касается мнения защитника о необходимости присутствия двух понятых при медицинском освидетельствовании водителя, то оно является ошибочным, поскольку таких требований в указанном приказе Министерства здравоохранения Российской Федерации не содержится.

Таким образом, обстоятельства, подлежащие доказыванию по делу об административном правонарушении, установлены в достаточном объеме и получили должную оценку в соответствии с требованиями статьи 26.11 КоАП РФ, а изложенный в обжалуемом постановлении вывод о наличии в действиях ФИО1 события и состава административного правонарушения, предусмотренного частью 1 ст.12.8 КоАП РФ, вопреки доводам жалобы, является обоснованным и мотивированным.

Более того, в суде апелляционной инстанции ФИО1 настаивала на своих показаниях, данных в суде первой инстанции. При этом из протокола судебного заседания гарнизонного военного суда видно, что она дважды утвердительно пояснила, что при управлении автомобилем она находилась в состоянии опьянения (л.д. 11 и 12). 

Административное наказание назначено ФИО1 в пределах установленных сроков привлечения к административной ответственности, соответствует тяжести содеянного, данным о личности виновного и определено в размере, предусмотренном санкцией части 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Поскольку в материалах дела имелось достаточно допустимых доказательств для вывода о наличии в действиях ФИО1 события и состава административного правонарушения, необходимости в вызове в суд для допроса в качестве свидетелей понятых и сотрудников полиции не имелось. Не имелось надобности у судьи и в ведении в ходе рассмотрения дела и аудиопротоколирования, поскольку положения КоАП РФ не предъявляют таких требований к порядку рассмотрения дела в суде. Поэтому отказы в удовлетворении перечисленных в жалобе ходатайств, которые, как усматривается из материалов дела, разрешены судьей первой инстанции с соблюдением норм процессуального права в форме мотивированного протокольного определения, являются законными и обоснованными. 

Таким образом, жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.6 и 30.7 КоАП РФ, 

решил:

постановление судьи Майкопского гарнизонного военного суда от 9 июня 2020 г. о назначении ФИО1 административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, оставить без изменения, а жалобу лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, и ее защитника Скибина М.А. - без удовлетворения.

Судья А.И. Заря