Дело № 2-2734/2017

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Киров 20 сентября 2017 года

Октябрьский районный суд города Кирова в составе:

судьи Жолобовой Т.А., с участием зам. Прокурора Октябрьского района г. Кирова Зайцевой Т.В., при секретаре Новоселовой М.Б.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ИП ФИО2 о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, оплате вынужденного прогула, компенсации морального вреда 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ИП ФИО2 о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, оплате вынужденного прогула, компенсации морального вреда, мотивируя свои требования тем, что 22.11.2016 г. была принята в ООО «Капитель» на должность продавца-консультанта на период отпуска по уходу за ребенком основного работника ФИО3 31.12.2016 г. данный трудовой договор прекратил свое действие в связи с переводом на работу к работодателю ИП ФИО2 При этом, у истца нет трудовых договоров.

В феврале 2017 г. истец предоставила ответчику справку о том, что беременна. 30.05.2017 г. истец получила уведомление о том, что 06.06.2017 трудовой договор от 01.01.2017 будет прекращен по п. 2 ч. 1 ст. 77 ТКРФ.

При увольнении ответчик заверил, что декретные истец может получить от соцстраха, однако 04.07.2017 г. истец узнала, что такого пособия она лишена. При этом, истцу достоверно известно, что работник, на время которого она трудоустраивалась, на работу не вышла.

Истец является матерью одиночкой, воспитывает сына 2006 год рождения. 17.07.2017 г. истец должна была выйти в декрет. В нарушение п. 3 ст. 261 ТКРФ истцу при увольнении не было предложено никаких должностей, работник на работу не вышла, тем самым ответчик лишила истца права на получение декретного пособия.

Истец просит признать увольнение незаконным; восстановить ее на работе с 06.06.2017 г. и продлить срок окончания срочного договора до окончания отпуска по беременности и родам; произвести оплату вынужденного прогула за период с 07.06.2017 г. по 17.07.2017 г. в сумме 28898,52 руб.; взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 50000 руб.

В ходе рассмотрения дела истец исковые требования в части восстановления на работе не поддерживала, впоследствии заявила вновь, таким образом, исковые требования поддерживала в заявленном объеме, с учетом уточнения – изменить дату увольнения с 04.12.2017 г..

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, по состоянию здоровья не может присутствовать в судебном заседании в связи с нахождением на стационарном лечении в родильном отделении с диагнозом: роды 19.09.2017 г. вторые срочные, о чем имеется справка КОГБУЗ «Северная клиническая больница скорой медицинской помощи». Ранее, в судебных заседаниях иск поддерживала, суду поясняла, что не писала заявление о продлении срока срочного трудового договора в связи с незнанием закона. Справку о состоянии беременности предоставляла только один раз, в феврале 2017 года. Уведомление об увольнении она действительно получила 30.05.2017 г., но расписаться за него отказалась. Уведомление об отсутствии вакансий почтой не получала. Специального образования, позволяющего ей работать продавцом-кассиром, она не имеет.

Представитель истца ФИО4 в судебном заседании исковые требования с учетом их уточнения поддержала, просила удовлетворить. 

Представитель ответчика по доверенности ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признала по доводам письменного отзыва, согласно которого ФИО6 была принята на работу к ИП ФИО2 по трудовому договору № 47/14 на период отпуска продавца-консультанта ФИО3 по уходу за ребенком, на период с 01.01.2017 г. до 06.06.2017 г. Трудовой договор был прекращен 06.06.2017 г. в связи с истечением его срока действия и отсутствие вакансий, о чем ФИО1 была уведомлена. 06.06.2017 г. ФИО3 написала заявление о выходе из декрета. Полагают увольнение истца законным, поскольку трудовой договор истек, заявления о продлении срока действия трудового договора истец не писала, вакантных должностей, на которые могла быть переведена истец, не имелось. Дополнительно пояснила, что при увольнении 06.06.2017 г. и получении трудовой книжки, истец не высказывала намерения продлить срок трудового договора. О том, что ФИО1 является матерью одиночкой, было известно. Действительно, копия трудового договора не выдавалась ФИО1 на руки, что нашло подтверждение в ходе проверки трудовой инспекцией. 

Представитель третьего лица ООО «Капитель» в судебное заседание не явился, уведомлялся судом по юридическому адресу.

Представитель третьего лица Государственной инспекции труда в Кировской области в судебное заседание не явился, уведомлен о рассмотрении дела, ходатайствовали о рассмотрении дела в отсутствие представителя, направив письменный отзыв.

Представитель третьего лица Кировского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации, привлеченный к участию в деле определением суда с занесением в протокол судебного заседания, в судебное заседание не явился, в письменном отзыве указывают, что временная нетрудоспособность застрахованного лица вследствие беременности и родов является страховым случаем согласно ст. 1.3 Федерального закона от 29.12.2006 г. № 255-ФЗ. Пособие по беременности и родам выплачивается застрахованным лицам при наступлении страхового случая в период работы по трудовому договору, в течение которого они подлежат обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством. 

Суд определил рассматривать дело при данной явке.

Заслушав представителей истца и ответчика, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению частично, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации как социальном государстве обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов, пожилых граждан, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7); материнство и детство, семья находятся под защитой государства (статья 38, часть 1); каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, предусмотренных законом (статья 39, часть 1).

Судом установлено, что ФИО1 работала у индивидуального предпринимателя ФИО2 в должности продавца-консультанта с 01.01.2017 г., на основании приказа от 01.01.2017 г. № ПТЛ00000047 принята на период с 01.01.2017 г. по 06.06.2017 г., отсутствия основного работника ФИО7, с приказом была ознакомлена. С истцом заключен трудовой договор № 47/17 от 01.01.2017 г. на период декретного отпуска ФИО3 

30.05.2017 г. истцу вручено уведомление о расторжении 06.06.2017 г. срочного трудового договора и уведомления об отсутствии вакансий, в связи с выходом из отпуска по уходу за ребенком ФИО8, что подтверждается актом от 30.05.2017 г. об отказе работника от получения под роспись уведомления о предстоящем увольнении.

Приказом № ПТЛ 00000008 от 06.06.2017 г. ФИО9 была уволена по п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ по истечении срока трудового договора, запись об увольнении в трудовую книжку внесена, с работником произведен окончательный расчет.

Листком нетрудоспособности 

<

данные изъяты> выданным КОГБУЗ «Северная клиническая больница скорой медицинской помощи» ФИО1, подтверждается период больничного листа в связи с беременностью и родами в период с 18.07.2017 г. по 04.12.2017 г.

Согласно справке КОГБУЗ «Северная клиническая больница скорой медицинской помощи» от 20.09.2017 г., ФИО1 находится на стационарном лечении с диагнозом 19.09.2017 г. роды вторые срочные. 

Разрешая спор, суд приходит к следующему.

Граждане Российской Федерации, работающие по трудовым договорам, в силу ст. 2 Федерального закона от 29.12.2006 N 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством" подлежат обязательному социальному страхованию в связи с материнством. В силу п. 1 ст. 9 Федерального закона от 16.07.1999 N 165-ФЗ "Об основах обязательного социального страхования" отношения по обязательному социальному страхованию возникают у страхователя (работодателя) - по всем видам обязательного социального страхования с момента заключения с работником трудового договора.

Согласно под. 7 п. 2 ст. 8 Федерального закона от 16.07.1999 N 165-ФЗ пособие по беременности и родам является видом страхового обеспечения.

В силу ч. 1 ст. 13 Федерального закона от 29.12.2006 N 255-ФЗ назначение и выплата пособий по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, ежемесячного пособия по уходу за ребенком осуществляются страхователем по месту работы (службы, иной деятельности) застрахованного лица (за исключением случаев, указанных в частях 3 и 4 настоящей статьи). Исходя из ст. 22 Федерального закона от 16.07.1999 N 165-ФЗ следует, что основанием для назначения и выплаты страхового обеспечения застрахованному лицу является наступление документально подтвержденного страхового случая.

Размер пособия по беременности и родам определяется согласно ст. 14 Федерального закона N 255-ФЗ.

В соответствии с положениями ст. 261 ТК РФ расторжение трудового договора по инициативе работодателя с беременной женщиной не допускается, за исключением случаев ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем.

В случае истечения срочного трудового договора в период беременности женщины работодатель обязан по ее письменному заявлению и при предоставлении медицинской справки, подтверждающей состояние беременности, продлить срок действия трудового договора до окончания беременности, а при предоставлении ей в установленном порядке отпуска по беременности и родам - до окончания такого отпуска. Женщина, срок действия трудового договора с которой был продлен до окончания беременности, обязана по запросу работодателя, но не чаще чем один раз в три месяца, предоставлять медицинскую справку, подтверждающую состояние беременности. Если при этом женщина фактически продолжает работать после окончания беременности, то работодатель имеет право расторгнуть трудовой договор с ней в связи с истечением срока его действия в течение недели со дня, когда работодатель узнал или должен был узнать о факте окончания беременности.

Допускается увольнение женщины в связи с истечением срока трудового договора в период ее беременности, если трудовой договор был заключен на время исполнения обязанностей отсутствующего работника и невозможно с письменного согласия женщины перевести ее до окончания беременности на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации женщины, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую женщина может выполнять с учетом ее состояния здоровья. При этом, работодатель обязан предлагать ей все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

Расторжение трудового договора с женщиной, имеющей ребенка в возрасте до трех лет, с одинокой матерью, воспитывающей ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет или малолетнего ребенка - ребенка в возрасте до четырнадцати лет, с другим лицом, воспитывающим указанных детей без матери, с родителем (иным законным представителем ребенка), являющимся единственным кормильцем ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет либо единственным кормильцем ребенка в возрасте до трех лет в семье, воспитывающей трех и более малолетних детей, если другой родитель (иной законный представитель ребенка) не состоит в трудовых отношениях, по инициативе работодателя не допускается (за исключением увольнения по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 5 - 8, 10 или 11 части первой статьи 81 или пунктом 2 статьи 336 настоящего Кодекса).

Согласно разъяснениям, данным в п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.01.2014 г. N 1 "О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних", в силу части второй статьи 261 ТК РФ срочный трудовой договор не может быть расторгнут до окончания беременности. Состояние беременности подтверждается медицинской справкой, предоставляемой женщиной по запросу работодателя, но не чаще чем один раз в три месяца.

Срочный трудовой договор с беременной женщиной может быть расторгнут в случае его заключения на время исполнения обязанностей отсутствующего работника и невозможности ее перевода до окончания беременности на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации женщины, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую она может выполнять с учетом состояния здоровья (часть третья статьи 261 ТК РФ). Срочный трудовой договор продлевается до окончания беременности женщины независимо от причины окончания беременности (рождение ребенка, самопроизвольный выкидыш, аборт по медицинским показаниям и др.). В случае рождения ребенка увольнение женщины в связи с окончанием срочного трудового договора производится в день окончания отпуска по беременности и родам.

В иных случаях женщина может быть уволена в течение недели со дня, когда работодатель узнал или должен был узнать о факте окончания беременности.

Таким образом, обязанность работодателя по продлению срока действия трудового договора до окончания беременности прямо предусмотрена трудовым законодательством.

Защита беременности, в том числе путем установления гарантий для беременных женщин в сфере труда, является согласно Конвенции Международной организации труда N 183 "О пересмотре Конвенции (пересмотренной) 1952 года об охране материнства" (заключена в г. Женеве 15 июня 2000 г.) общей обязанностью правительств и общества (преамбула).

По своей сути положения ч. 2 ст. 261 ТК РФ являются трудовой льготой, направленной на обеспечение поддержки материнства и детства в соответствии со статьями 7 (часть 2) и 38 (часть 1) Конституции Российской Федерации. Соответственно реализация положений ст. 261 ТК РФ не зависит от осведомленности работодателя о факте беременности на момент принятия решения об увольнении.

Согласно справке от 20.09.2017 г., 19.09.2017 г. беременность ФИО1 окончилась родами.

Таким образом, на период издания приказа об увольнении ФИО1, она находилась в состоянии беременности, что сторонами не оспаривалось, как и то, что в феврале 2017 года истец представила ответчику справку о состоянии беременности.

Также суд учитывает, что ФИО3, на период которой истец была принята на работу по срочному трудовому договору, к исполнению обязанностей не приступила, с 07.06.2017 г. находилась в отпуске без сохранения заработной платы и 11.07.2017 г. была уволена по собственному желанию.

Учитывая указанные обстоятельства, принимая во внимание юридическую неграмотность истца, положения ст. 261 ТК РФ, то обстоятельство, что по окончании срока действия трудового договора беременность истца закончилась рождением ребенка, не смотря на то, что заявление о продлении срока трудового договора истец не писала, суд приходит к выводу, что увольнение истца в период беременности является незаконным.

При этом, применительно к положениям ст. 261 ТК РФ, восстановление прав ФИО1 в данном случае подлежит путем продления срока действия трудового договора № 47/17 от 01.01.2017 г. до 19.09.2017 г. - даты окончания беременности истца, с изменением даты увольнения истца на 19.09.2017 г. и внесением соответствующей записи в трудовую книжку истца.

Учитывая изложенное, исковые требования подлежат частичному удовлетворению. 

Суд принимает во внимание, что восстановление на работе подлежит немедленному исполнению, а при нахождении истца в настоящее время в состоянии нетрудоспособности в связи с беременностью и родами, невозможно. В связи с чем суд отказывает в удовлетворении иска в части восстановления на работе.

Кроме этого, в связи с признанием увольнения истца незаконным, подтверждением факта нарушения ответчиком ст. 67 ТКРФ в части невыдачи экземпляра трудового договора, что стороной ответчика признавалось и подтверждается актом проверки от 07.09.2017 г. Инспекцией труда в Кировской области, частичному удовлетворению подлежат требования о компенсации морального вреда на основании ст. 237 Трудового кодекса РФ, а также взыскание согласно ст. 394 Трудового кодекса РФ оплаты вынужденного прогула за период с 07.06.2017 г. по 17.07.2017 г. в размере 28898,52 руб., рассчитанного исходя из среднего заработка ФИО1, который судом проверен, признан верным и ответчиком не опровергнут.

Учитывая конкретные обстоятельства по делу, принципы справедливости и соразмерности, судебная коллегия полагает, что ко взысканию в пользу истца в счет компенсации морального вреда подлежит сумма 2 000 руб.

На основании ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход муниципального образования «Город Киров» подлежит взысканию госпошлина в сумме 1366,95 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199, 235 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ИП ФИО2 о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, оплате вынужденного прогула, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать незаконным увольнение ФИО1, оформленное приказом ИП ФИО2 №ПТЛ00000008 от 06.06.2017 г.

Изменить дату увольнения ФИО1 с должности продавца-консультанта ИП ФИО2 по п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (в связи с истечением срока трудового договора) с 06.06.2017 г. на 19.09.2017 г. с внесением соответствующей записи в трудовую книжку.

Взыскать с ИП ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 2 000 руб., оплату вынужденного прогула в размере 28898,52 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать с ИП ФИО2 в доход муниципального образования «город Киров» государственную пошлину в размере 1366,95 руб. 

Решение может быть обжаловано в Кировский областной суд через Октябрьский районный суд г. Кирова путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца после изготовления решения суда в окончательной форме. 

Мотивированное решение составляется 25.09.2017 г.

Судья Т.А. Жолобова