Дело № 2-919/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Междуреченский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Чирцовой Е.А., при секретаре Малоедовой И. В., рассмотрев в открытом судебном заседании 13 октября 2017 года в г. Междуреченске Кемеровской области гражданское дело по иску ФИО1 к Государственной инспекции труда в Кемеровской области Федеральной службы по труду и занятости, Публичному акционерному обществу Угольная компания «Южный Кузбасс» о признании недействительным акта о несчастном случае на производстве и внесении изменений в акт о несчастном случае на производстве,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Государственной инспекции труда в Кемеровской области Федеральной службы по труду и занятости (далее ГТИ), Публичному акционерному обществу Угольная компания «Южный Кузбасс» (далее ПАО Южный Кузбасс) о признании недействительным акта о несчастном случае на производстве и внесении изменений в акт. 

Требования мотивированы тем, что с ФИО1 (ранее С.) А.В. 30 декабря 1986 года, в период работы на шахте 

<

данные изъяты>, правопреемником которой является ПАО «Южный Кузбасс», при исполнении трудовых обязанностей горного мастера подземного произошёл несчастный случай на производстве, при следующих обстоятельствах: работая в ночную, 4-ю смену, с 29 декабря на 30 декабря 1986 года, около 02 часов ночи, ему позвонила дежурная по шахте К. с тем, чтобы он пошел на ЛКУ проверить загруженность конусов. Он шел по галерее ЛКУ. Из-за сильного мороза в галерее был туман, и плохая видимость. В тумане он не увидел, что ляда открыта, и упал в нее. Высота ляды около 6 метров. Он упал 

<

данные изъяты> После полученной травмы он обратился за медицинской помощью в здравпункт шахты. Фельдшером был направлен в травмпункт города, 

<

данные изъяты> и был выдан листок нетрудоспособности. Несчастный случай был расследован работодателем и оформлен актом по форме Н-1 от 30.12.1986. В графе «диагноз пострадавшего» указано, 

<

данные изъяты> 

После полученной травмы он ежегодно проходил лечение. В декабре 2013 года ФИО1, 

<

данные изъяты> 

Истец обратился с заявление в трудовую инспекцию о проведении дополнительного расследования несчастного случая, произошедшего с ним в 1986 году, в том числе и для уточнения диагноза пострадавшего в акте. Инспектором работодателю было выдано предписание о составление нового акта о несчастном случае на производстве, но в графе 8.2 акта указан диагноз

<

данные изъяты> то есть диагноз тот же, что и в акте о несчастном случае на производстве от 1986 года. 

Истец не согласен с актом расследования производственной травмы в части указания последствий несчастного случая, так как считает, что в результате травмы от 30 декабря 1986 года ему были причинены: 

<

данные изъяты> Указанное обстоятельство послужило поводом к обращению в суд. 

В ходе рассмотрения дела истец отказался от требований к ПАО «Южный Кузбасс», ГТИ об указании в акте последствий травмы в виде 

<

данные изъяты> 

Отказ от иска в данной части принят судом, о чем судом вынесено определение. 

Истец в судебном заседании настаивал на исковых требованиях, дал пояснения аналогичные тем, что изложены в исковом заявлении. Просил признать недействительным акт о несчастном случае на производстве № от 31 марта 2016 года, составленный на основании предписания № от 31.03.2016 и заключения начальника отдела надзора и контроля в г. Междуреченске Государственной инспекции труда Кемеровской области Е. от 28.03.2016. 

Просил обязать ПАО Южный Кузбасс составить новый акт о несчастном случае на производстве, который произошел с ним 30.12.1986 при исполнении трудовых обязанностей подземного горного матера на шаште 

<

данные изъяты>, где в разделе 8.2 Характер полученных повреждений и орган подвергшийся повреждению указать

<

данные изъяты> 

Представитель истца адвокат Кунгурова Т.А., действующая на основании ордера № от 24.04.2017 года (л.д. 25), исковые требования подержала и просила их удовлетворить. Дала пояснения, аналогичные доводам, изложенным в иске, кроме того просила суд учесть заключение судебно-медицинской экспертизы, выполненное КГБУЗ «Алтайской краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» от 14.08.2017 и сведения о дате выпуска 

<

данные изъяты> 

Представитель ответчика ПАО «Южный Кузбасс» ФИО2, действующая на основании доверенности от 01 ноября 2016 года исковые требования не признал и пояснил, что законодательством не предусмотрена обязанность работодателя вносить изменения в акт о несчастном случае на производстве в случае уточнения диагноза, тем более акт в отношении ФИО1 был составлен на основании предписания начальника отдела надзора в городе Междуреченске Государственной инспекции труда в Кемеровской области Е. Статьей 229.3 Трудового кодекса РФ предусмотрены основания, при которых акт Н-1 признается утратившим силу, и составляется новый акт. Это возможно в случае, если имеющийся акт оформлен с нарушениями или не соответствует материалам расследования несчастного случая. На момент составления акта Н-1 в п. 8.2. вносятся данные, содержащиеся в медицинском заключении о характере полученных работником повреждений (форма (N 315/у) утверждена Приказом Минздравсоцразвития России. Впоследствии медицинское заключение приобщается к материалам расследования несчастного случая (абз. 8 ч. 3 ст. 229.2 ТК РФ). На основании заключения работодатель заполняет документы, которые необходимо оформить при несчастном случае. Указанный в п. 8.2. акта Н-1 диагноз соответствует степени тяжести повреждения здоровья, установленной справкой учетной формы 315-у, поэтому оснований для внесения изменений в данный пункт акта не имеется. Кроме того, «новый» диагноз установлен уже за пределами окончания лечения непосредственно после получения истцом травмы. Заключением медицинских экспертов однозначно не установлено, что травмы 

<

данные изъяты> была получена ФИО1 именно в момент производственной травмы. Просит суд в удовлетворении исковых требований отказать.

Начальник отдела федерального государственного надзора Государственной инспекции труда в городе Междуреченске Е. в судебное заседание не явилась. О месте времени рассмотрения дела извещена надлежащим образом. Ранее в судебных заседаниях не возражала против удовлетворения требований ФИО1 при условии установления возможности причинения травмы 

<

данные изъяты> в момент производственной травмы 30.12.1986. Кроме того, поясняла, что ранее ФИО1 обращался к ней заявлением о проведении дополнительного расследования несчастного случая. Она сделала запрос в МБУЗ ЦГБ о предоставлении справки учетной формы № 315-у. Ей в этом было отказано, ввиду отсутствия медицинских документов, поэтому выдавая работодателю предписания о приведении акта формы Н-1 соответствию закону, она последствиями производственной травмы указала 

<

данные изъяты> так как было указано в акте 1986 года. 

Суд с учетом мнения лиц участвующих в судебном заседании на основании ст. 167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика начальника отдела федерального государственного надзора Государственной инспекции труда в городе Междуреченске Е. 

Представитель третьего лица ГУ КРОФСС ФИО3, действующая на основании доверенности № от 01 января 2017 года (.д. 27), поддержала позицию ПАО «Южный Кузбасс» и просила отказать ФИО1 в удовлетворении требований. 

Заслушав истца, представителей сторон, представителя третьего лица, исследовав представленные письменные доказательства, показания свидетелей, суд считает, что требований ФИО1 подлежат удовлетворению.

В соответствие с абз. 1,2 ст.229 ТК РФ, для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. В состав комиссии включаются специалист по охране труда или лицо, назначенное ответственным за организацию работы по охране труда приказом (распоряжением) работодателя, представители работодателя, представители выборного органа первичной профсоюзной организации или иного представительного органа работников, уполномоченный по охране труда. Комиссию возглавляет работодатель (его представитель), а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом - должностное лицо соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности.

Согласно ст. 229.2 ТК РФ, материалы расследования несчастного случая включают:

приказ (распоряжение) о создании комиссии по расследованию несчастного случая;

планы, эскизы, схемы, протокол осмотра места происшествия, а при необходимости - фото- и видеоматериалы;

документы, характеризующие состояние рабочего места, наличие опасных и вредных производственных факторов;

выписки из журналов регистрации инструктажей по охране труда и протоколов проверки знания пострадавшими требований охраны труда;

протоколы опросов очевидцев несчастного случая и должностных лиц, объяснения пострадавших;

экспертные заключения специалистов, результаты технических расчетов, лабораторных исследований и испытаний;

медицинское заключение о характере и степени тяжести повреждения, причиненного здоровью пострадавшего, или причине его смерти, нахождении пострадавшего в момент несчастного случая в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.

В соответствии с Приложением Приказу Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 15.04.2005г. справка учетная форма № 315-у «медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести» выдается по запросу организации –работодателя медицинской организацией, куда впервые обратился за медицинской помощью пострадавший в результате несчастного случая на производстве.

Согласно ч. 1 и 2 ст. 229.3 ТК РФ следует, что государственный инспектор труда при выявлении сокрытого несчастного случая, поступлении жалобы, заявления, иного обращения пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), лица, состоявшего на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лица, состоявшего с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), о несогласии их с выводами комиссии по расследованию несчастного случая, а также при получении сведений, объективно свидетельствующих о нарушении порядка расследования, проводит дополнительное расследование несчастного случая в соответствии с требованиями настоящей главы независимо от срока давности несчастного случая. Дополнительное расследование проводится, как правило, с привлечением профсоюзного инспектора труда, а при необходимости - представителей соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности, и исполнительного органа страховщика (по месту регистрации работодателя в качестве страхователя). По результатам дополнительного расследования государственный инспектор труда составляет заключение о несчастном случае на производстве и выдает предписание, обязательное для выполнения работодателем (его представителем).

Государственный инспектор труда имеет право обязать работодателя (его представителя) составить новый акт о несчастном случае на производстве, если имеющийся акт оформлен с нарушениями или не соответствует материалам расследования несчастного случая. В этом случае прежний акт о несчастном случае на производстве признается утратившим силу на основании решения работодателя (его представителя) или государственного инспектора труда.

Согласно ст.231 ТК РФ, разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, непризнания работодателем (его представителем) факта несчастного случая, отказа в проведении расследования несчастного случая и составлении соответствующего акта несогласия пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), а при несчастных случаях со смертельным исходом - лиц, состоявших на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лиц, состоявших с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами, решения которых могут быть обжалованы в суд. В этих случаях подача жалобы не является основанием для невыполнения работодателем (его представителем) решений государственного инспектора труда.

Судом установлено, что С. 

<

данные изъяты> (л.д. 6).

30 декабря 1986 года, в период работы на шахте 

<

данные изъяты> правопреемником которой является ПАО «Южный Кузбасс» (л.д. 54), при исполнении трудовых обязанностей горного мастера подземного ФИО1 (ранее С. ) А. В. произошёл несчастный случай на производстве при следующих обстоятельствах: работая в ночную, 4-ю смену, с 29 декабря на 30 декабря 1986 года, около 02 часов ночи, истцу позвонила дежурная по шахте К. с тем, чтобы он пошел на ЛКУ проверить загруженность конусов. Истец шел по галерее ЛКУ. Из-за сильного мороза в галерее был туман, и плохая видимость. В тумане он не увидел, что ляда открыта, и упал в нее. Высота ляды около 6 метров. Истец упал 

<

данные изъяты> После полученной травмы он обратился за медицинской помощью в здравпункт шахты. Фельдшером был направлен в травмпункт города, 

<

данные изъяты> Несчастный случай был расследован работодателем и оформлен актом по форме Н-1 от 30.12.1986 года. (л.д. 9)

Обстоятельства несчастного случая ответчиками не оспариваются и подтверждаются:

- показаниями свидетелей З. и М., которые были непосредственными очевидцами несчастного случая, и подтвердили в судебном заседании обстоятельства, при которых травмировался ФИО1. Кроме того, свидетели подтвердили, что у истца после несчастного случая 

<

данные изъяты>, и что он жаловался на это (л.д. 59-60),

- трудовыми книжками свидетелей (л.д. 49-53), из которых следует, что в 1986 свидетели и истец работали на одном предприятии,

- актом № от 30.12.1986 года о несчастном случае на производстве (л.д. 9-10), заключением государственного инспектора труда Е. от 28.03.2016 год (л.д. 11-12), предписанием государственного инспектора труда Е. от 31.03.2016 года (л.д. 63-65), в которых приведены обстоятельства травмирования истца, аналогичные тем, что указаны в иске. 

Сведения из журнала регистрации несчастных случаев на производстве по шахте 

<

данные изъяты> с 1984 по 1988 годы, где указано, что 30.12.1986 года в 02-05 травмировался горный мастер С. (ФИО1) А.В. (л.д. 13). 

Факт временной нетрудоспособности, в связи с последствиями производственной травмы подтверждается карточкой-справкой о начислении заработной платы в 1986-1987 годах, где указано, что в январе 1987 истец был нетрудоспособен до ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 14). 

Таким образом, суд считает установленными обстоятельства травмирования истца, при обстоятельства, изложенных в исковом заявлении. Доказательства, которые бы опровергали факты травмирования истца 30.12.1986 при выполнении им трудовых обязанностей и установленные в судебном заседании, ответчики в силу положений ст. 56 ГПК РФ не представили. 

26 февраля 2016 года истец обратился в Государственную инспекцию труда в Кемеровской области, с просьбой провести дополнительное расследование несчастного случая произошедшего с ним 30.12.1986. 

На основании заключения государственного инспектора труда 28.03.2016 года и предписания № от 31.03.2016 (л.д. 33-34), акт № от 30.12.1986 был признан утратившим силу, и работодатель был обязан составит новый акт.. 

31 марта 2016 года ПАО «Южный Кузбасс» был составлен новый акт №, и в п. 8.2 «характер полученных повреждений» было указано, 

<

данные изъяты> (л.д. 7-8). 

Истец был не согласен с диагнозом, указанным в акте, но как пояснила, государственный инспектор труда Е., иной диагноз она не могла указать, так как МБУЗ ЦГБ, в виду отсутствия медицинских документов не выдало ей справку учетной формы № 315-у. 

Истец не согласен в этой части со сведениями изложенными в акте и в соответствии со ст. 231 ТК РФ обратился в суд. 

В судебном заседании были исследованы медицинская карта амбулаторного больного №, 

<

данные изъяты> 

Судом были сделаны запросы в медицинское организации города Междуреченска, к работодателям истца после 1986 года. Из полученных ответов следует, что ни в медицинских организациях города Междуреченска, ни по всем местам работы истца, отсутствуют сведения после декабря 1986 года о возможных травмах 

<

данные изъяты>, что подтверждает довод истца о том, что 30 декабря 1986 года на шахте 

<

данные изъяты> была травма 

<

данные изъяты> 

На основании определения суда с учетом пояснения лиц, участвующих в деле и представленных медицинских документов от 29 июня 2017 года по ходатайству истца была назначена судебно-медицинская экспертиза.

Из заключения экспертизы № от 14.08.2017 года, которая была проведена КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы», следует, у ФИО1 

<

данные изъяты> 

Однако, эксперты не исключают возможность получения 

<

данные изъяты> при обстоятельствах указанных истцом и свидетелями. 

Кроме того, в заключении имеется примечание: 

<

данные изъяты> 

Данная экспертиза проведена в рамках гражданского дела, в соответствии с ФЗ от 31.05.2001г. №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», эксперты были предупреждены об ответственности по ст. 307 УК РФ. Результаты исследования подробно описаны в исследовательской части заключения. При таких обстоятельствах, у суда не имеется оснований сомневаться в достоверности выводов экспертов.

Эксперты в заключении подробно описывают 

<

данные изъяты>, идентичен тому, что описывает истец и свидетели. 

В выводах экспертов о том, что не исключается возможность поучения 

<

данные изъяты> при обстоятельствах описанных истцом и свидетелями, что согласуется с другими доказательствами по делу, с медицинскими документами, исследованными в судебном заседании. 

При визуальном исследовании судом 

<

данные изъяты> которая была исследована экспертами и поименована экспертами в примечании к заключению, суд установил, что на ней чернилами написана фамилия «С.», по краю кромки имеется дата выпуска 

<

данные изъяты> июль 1986 года.

Дата выпуска 

<

данные изъяты> июль 1986 года, то есть в период, относящийся к рассмотрению настоящего дела. 

На снимке отображен на 1986 год 

<

данные изъяты> аналогичный, что имеется у истца. 

Таким образом, данный 

<

данные изъяты> также подтверждает получение истцом 

<

данные изъяты> в декабре 1986 года. 

Согласно ч. 2 и 3 ст. 67 ГПК РФ следует, что никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы, суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Учитывая вышеизложенное, суд считает необходимым удовлетворить требования истца, в части уточнении характера полученных в результате несчастного случая повреждений, так как в ходе рассмотрения дела установлено, что на 30 декабря 1986 года у ФИО1 (ранее С.) А.В. имели место травмы 

<

данные изъяты>. Доказательств иного суду не представлено.

Доводы представителя ответчиков и третьего лица, положенные в основу возражений против иска, суд считает несостоятельными, поскольку они опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, заключением судебно-медицинских экспертов, свидетельскими показаниями. 

На основании вышеизложенного требования истца к ПАО «Южный Кузбасс», Государственной инспекции труда в Кемеровской области Федеральной службы по труду и занятости о признании недействительным акта о несчастном случае на производстве и внесении изменений в акт о несчастном случае на производстве подлежат удовлетворению.

На основании ст. 333.36 Налогового кодекса РФ истец освобожден от уплаты госпошлины, с ответчика ПАО «Южный Кузбасс» подлежит взысканию государственная пошлина на основании ст. 103 ГП КРФ, 333.19 Налогового кодекса РФ в сумме300 руб. в доход местного бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Требования ФИО1 к Государственной инспекции труда в Кемеровской области Федеральной службы по труду и занятости, Публичному акционерному обществу Угольная компания «Южный Кузбасс» о признании недействительным акта о несчастном случае на производстве и внесении изменений в акт о несчастном случае на производстве, удовлетворить.

Признать недействительным акт о несчастном случае на производстве № от 31 марта 2016 года, составленный на основании предписания № от 31 марта 2016 года и заключения начальника отдела надзора и контроля в г. Междуреченске Государственной инспекции труда в Кемеровской области Е. от 28 марта 2016 года.

Обязать Публичное акционерное общество Угольная компания «Южный Кузбасс» составить акт о несчастном случае на производстве, который произошёл с ФИО1 30 декабря 1986 года при исполнении трудовых обязанностей подземного горного мастера на шахте 

<

данные изъяты>, где в разделе «8.2. Характер полученных повреждений и орган, подвергшийся повреждению» указать: 

<

данные изъяты> 

Взыскать с Публичного акционерного общества Угольная компания «Южный Кузбасс» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Междуреченский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 17 октября 2017 года. 

Судья Е. А. Чирцова 

Копия верна

Судья Е. А. Чирцова