Судья Череушенко Е.В. Дело № 22-2626/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Барнаул 08 августа 2025 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе председательствующего Сегова А.В., 

при помощнике судьи Юдиной А.С.,

с участием прокурора Филиповского В.А.,

адвоката Вайриха Р.А.,

потерпевшего К.И.П

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1, адвоката Вайриха Р.А. на приговор Заринского городского суда Алтайского края от 11 апреля 2025 года, которым

ФИО1 ДД.ММ.ГГ, уроженец 

<

адрес>, не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к 1 году 6 месяцам ограничения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 1 год 6 месяцев. 

В соответствии со ст. 53 УК РФ установлены ограничения на период отбывания основного наказания: не менять постоянного места жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы; не выезжать за пределы муниципального образования 

<

адрес> без согласия указанного специализированного органа. Возложена обязанность являться один раз в месяц для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, в установленные этим органом дни. 

Разрешены вопросы, связанные с исчислением срока наказания, мерой пресечения.

Исковые требования К.И.П удовлетворены частично, взыскано с ФИО1 в пользу К.И.П в счет возмещения морального вреда, причиненного преступлением, 600 000 рублей. В остальной части в удовлетворении исковых требований отказано.

Сохранен до исполнения приговора в части гражданского иска арест на имущество ФИО1 – автомобиль «RENAULT ARKANA», государственный регистрационный знак ***, 2019 года выпуска, состоящий в запрете распоряжаться автомобилем. 

Определена судьба иных вещественных доказательств.

Изложив содержание приговора, доводы апелляционных жалоб, дополнений и возражений на них, выслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

приговором ФИО1 признан виновным в том, что ДД.ММ.ГГ, управляя технически исправным автомобилем «RENAULT ARKANA» государственный регистрационный знак ***, двигаясь в условиях светлого времени суток, ясной погоды, без осадков, по проезжей части ул. Металлургов в 

<

адрес> в направлении от ул. Таратынова в сторону ул. 25 Партсъезда со скоростью около 10 км/ч, при пересечении регулируемого перекрестка ул. Металлургов и просп. Строителей на разрешающий сигнал светофора в нарушение требований ПДД РФ, не убедившись в безопасности своего маневра, приступил к выполнению поворота налево, где во встречном направлении по проезжей части ул. Металлургов в 

<

адрес> в направлении от ул. 25 Партсъезда в сторону ул. Таратынова со скоростью около 50 км/час двигался мотоцикл «HONDA CBR 600 F» государственный регистрационный знак *** под управлением водителя К.И.Н., перекрыл передней частью своего автомобиля путь для движения встречного мотоцикла в прямом направлении, тем самым создал ситуацию опасности для движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия, в результате чего водитель мотоцикла К.И.Н. был вынужден применить оправданный маневр вправо, вследствие которого совершил наезд на препятствие в виде бетонного бордюра и металлического ограждения, в результате чего последнему был причинен тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Преступление совершено при обстоятельствах, установленных судом и подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в инкриминируемом преступлении не признал.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 полагает, что его вина в инкриминируемом деянии не подтверждена, собранными по делу доказательствами. Большинство из доказательств являются недопустимыми, необъективными и неполными, поэтому не могут быть положены в основу обвинения и обвинительного приговора. Считает вынесенный в отношении него приговор незаконным, основанным на недопустимых доказательствах. В связи с допущенными нарушениями уголовно-процессуального закона просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор ввиду отсутствия в его действиях состава преступления. 

В апелляционной жалобе адвокат Вайрих Р.А. выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным, основанным на неполных, недостоверных и недопустимых доказательствах, полагает, что он подлежит отмене. Указывает, что показания, данные потерпевшим и свидетелями, являются неполными, недостоверными и субъективными. Так, ссылаясь на показания, данные потерпевшим К, указывает, что он не смог пояснить ни на предварительном следствии, ни в судебном заседании, какое расстояние он проехал на мотоцикле с момента изменения им траектории движения до автомобиля «RENAULT ARKANA», какое расстояние он проехал при объезде автомобиля «RENAULT ARKANA», какое расстояние он проехал после пересечения левой габаритной линии автомобиля «RENAULT ARKANA» и до момента наезда на бордюр. Кроме того, с какой скоростью он двигался на данном участке проезжей части от автомобиля «RENAULT ARKANA» до бордюра. Свидетели также не смогли полно и детально описать механику движения мотоцикла, в том числе и расстояние, которое он преодолел с момента обнаружения опасности для движения в виде автомобиля «RENAULT ARKANA» и до момента наезда на бордюр. Их показания в части скорости движения мотоцикла, причины совершения им маневра вправо также являются субъективными. Отмечает, что сведения, которые имели значение для дела, в том числе пройденное мотоциклом расстояние от автомобиля «RENAULT ARKANA» до места наезда на бордюр ни органами следствия ни судом у потерпевшего и свидетелей не выяснялись. Показания потерпевшего и свидетелей об обстоятельствах ДТП, несмотря на наличие видеозаписи, органом следствия и судом были приняты на веру, в дальнейшем не проверялись следственным и экспертным путем. Показания же Вальдамана были следствием и судом не проверены и не приняты во внимание. Указывает на неполноту, недостоверность, необъективность и недопустимость заключения автотехнической судебной экспертизы *** от ДД.ММ.ГГ. Полагает, что органом следствия не устанавливались обстоятельства ДТП, необходимые для назначения автотехнической судебной экспертизы, эксперту не были предоставлены протоколы допросов свидетелей, обвиняемого Вальдмана, с отраженными в них обстоятельствами ДТП, а также иные материалы уголовного дела, исследуя которые эксперт мог бы дать объективное заключение. Указывает на нарушение ст.ст.ст. 8,13,16 ФЗ от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2010 года 328 «О судебной экспертизе по уголовным делам», абз. 8, 13 п. 2.4 Методических рекомендаций по производству судебных экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях системы Министерства Юстиции РФ, утвержденных Приказом Министерства Юстиции РФ от 20 декабря 2002 № 346 при производстве автотехнической судебной экспертизы. Отмечает, что в своем заключении *** эксперт допустил нарушения при оформлении экспертного заключения, а именно не выделил разделы в исследовательской части, не дал развернутую мотивировку по каждому вопросу. Понятными являются только исследования по вопросам № 1, 2, а исследование по вопросам № 3, 4 не проводилось. Кроме того, заключение составлено экспертом, не имеющим соответствующей квалификации. Указывает, что специальность эксперта 13.1 «Исследование обстоятельств дорожно-транспортного происшествия», входящая в Перечень экспертных специальностей, не дает ему право исследовать видеозапись ДТП для решения задач по вопросам, на которые имеет право отвечать только эксперт, имеющий образование по специальности 7.3. «Исследование видеоизображений, условий, средств, материалов и следов видеозаписей». Соответственно, произведенные экспертом в описательной части заключения расчеты по видеозаписи ДТП не могут быть приняты судом. Также в нарушении п. 14 Инструкции по организации производства судебных экспертизы в государственных судебно-экспертных учреждениях системы Министерства юстиции РФ от 20 декабря 2002 года № 347, эксперт не ходатайствовал перед руководителем СЭУ о привлечении к производству судебной экспертизы эксперта-видеотехника, если это необходимо для проведения исследования и дачи заключения. Считает, что в заключении экспертом не было указано методик и соответствующих методических рекомендаций, технических документов, которые использовались им при проведении экспертизы. Методические рекомендации, указанные в описательной части заключения, в графе «Список литературы», не содержат в себе методик, приименных экспертом при покадровом изучении видеозаписи ДТП для определения длительности событий происшествия; расположения участников движения на месте происшествия в произвольный момент времени; характера движения транспортных средств и определения расстояния между объектами на месте происшествия. Отмечает, что такие методики вовсе отсутствуют для экспертов-автотехников, так как у них не имеется соответствующей квалификации по исследованию видеозаписи. Отмечает, что это исключает использование этих расчетов и сделанных на их основании выводов в качестве доказательств по настоящему уголовному делу. Указывает, что экспертом в заключении были сделаны неполные и недостоверные выводы, а также отсутствовало исследование и ответы на поставленные вопросы, в том числе при ответе на вопрос № 2, 3, эксперт, вышел за пределы поставленных на разрешение вопросов. Им в нарушении п. 12 Инструкции не проведено полное исследование представленных ему объектов и материалов дела, не дано обоснованное и объективное заключение по всем поставленным перед ним вопросам. Полагает, что по делу необходимо назначить комплексную автотехническую и видеотехническую экспертизу. Отмечает, что такое ходатайство было заявлено Вальдманом на стадии предварительного следствия и в суде, однако в его удовлетворении было отказано. Следствием и судом проигнорировано, что помимо механизма движения автомобиля «RENAULT ARKANA», необходимо устанавливать механизм движения мотоцикла «HONDA», так как именно от действий К произошло ДТП. Также автор жалобы указывает на неполноту, недостоверность, необъективность и недопустимость заключения судебно-медицинской экспертизы *** от ДД.ММ.ГГ. Ссылаясь на выводы указанной экспертизы, а также выводы судебно-медицинской экспертизы *** от ДД.ММ.ГГ, отмечает, что указанные заключения экспертов противоречат друг другу, показаниям потерпевшего К. Так в обоих заключениях не описаны обнаруженные у потерпевшего телесные повреждения в виде ссадин, не даны ответы относительно тяжести причиненных повреждений в виде ссадин. В связи с этим, допущенные нарушения привели к ухудшению положения обвиняемого Вальдмана при вынесении приговора, так как судом было необоснованно вменено ему в вину причинение потерпевшему тяжких телесных повреждений в виде ссадин образовавшихся в результате ДТП, которые таковыми не являются. Кроме того, согласно показаниям потерпевшего К, он проходил лечение в Алтайской краевой больнице г. Барнаула, где ему была сделана операция, а также проходил реабилитацию вплоть то февраля 2025 года, однако медицинская карта из Алтайской краевой больницы г. Барнаула запрошена не была, для проведения экспертизы не предоставлялась, экспертами данные документы не изучались. Ссылаясь на ст.ст. 204, 207 УПК РФ, постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2010 года № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам», указывает, что в связи с допущенными экспертом Еловским нарушениями при производстве судебно-медицинской экспертизы, необходимо было проведение комиссионной судебно-медицинской экспертизы после истребования необходимых документов из Алтайской краевой больницы, в чем стороне защиты было отказано. Полагает, что таким образом по делу достоверно не установлены все телесные повреждения, причиненные К в результате ДТП, причиненный вред здоровью. Соответственно, указанные в обвинительном заключении телесные повреждения, не могут быть положены в основу приговора. В своей жалобе адвокат также указывает на иные доказательства стороны обвинения, которые, по его мнению, являются недопустимыми, а именно протокол проверки показаний на месте с участием потерпевшего от ДД.ММ.ГГ и протокол следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГ. Полагает, что данные документы составлены с нарушением ст.ст.166, 170 УПК РФ. Так, к протоколу проверки показаний на месте с участием потерпевшего была приложена схема с указанием местоположения мотоцикла «HONDA» на проезжей части, однако не из протокола, не из схемы непонятно зафиксировано место, где К увидел автомобиль «RENAULT ARKANA», место, где он начал совершать маневр или место, с которого он выехал на перекресток. Кроме того, в нарушение закона, в частности ст. 194 УПК РФ, в описательной части протокола отсутствует указание на способ произведенных измерений, а также результаты измерений с фотофиксацией, на фототаблице и схеме не отражены сведения, имеющие значение для дела. Приводя положения ст. 181 УПК РФ, указывает, что следственный эксперимент проведен следователем в нарушение закона. Так автомобиль «RENAULT ARKANA» им был выставлен на перекрестке по субъективному усмотрению, действия по масштабированию перекрестка не проводилось, не зафиксировано местоположение основных элементов перекрестка относительно «RENAULT ARKANA», размеры перекрестка, проезжей части ул. Металлургов и просп. Строителей, а также дорожной разметки. Кроме того, следователь не выставил на проезжей части мотоцикл и автомобиль марки «TОYOTA RAW 4» на проезжей части ул. Металлургов так же как на видеозаписи с моментом ДТП, не произведена фиксация положения мотоцикла на проезжей части относительно края проезжей части, относительно автомобилей «TОYOTA RAW 4» и «RENAULT ARKANA». Помимо прочего, не проведены измерения расстояния от правой передней и правой задней оси автомобиля до правого края проезжей части просп. Строителей по ходу движения автомобиля «RENAULT ARKANA»; ширина левой и правой полосы движения просп. Строителей по направлению движения «RENAULT ARKANA»; неподвижные объекты по периметру перекрестка, а именно светофорные столбы и расстояние от них до края соответствующих проезжих частей ул. Металлургов и просп. Строителей. Участвовавший в следственном эксперименте Вальдман, ни его адвокат в протокол как участники следственного действия не внесены, с протоколом ознакомлены не были, тем самым Вальдман был лишен возможности подать замечания в части несогласия с местоположением автомобиля на проезжей части и его угла относительно края проезжей части ул. Металлургов, неполноты и неправильности произведенных следователем измерений. Принимавший участие в следственном эксперименте свидетель А.А.А. и приглашенные понятые с результатами изменения не знакомились, подписали готовый протокол. Указывает, что видеозапись момента ДТП, изъятая у свидетеля А.А.А., является недопустимым доказательством в связи с тем, что в файл данной видеозаписи были внесены изменения, повлиявшие на ее качество. Кроме того, свидетель А.А.А. не смог пояснить, где, когда и как он передал видеозапись момента ДТП следователю, поэтому данный файл приобщен к материалам дела с нарушениями уголовно-процессуального законодательства, в связи с чем не может быть доказательством в суде. Отмечает, что заключение эксперта ***, сделанное на основании изучения видеозаписи ДТП, является недопустимым, так как составлено на основании недопустимых доказательств. Кроме прочего, в своей жалобе автор приводит доказательства стороны защиты о невиновности Вальдмана в совершении инкриминируемого ему деяния. Ссылаясь на показания осужденного, указывает, что его утверждение о том, что мотоцикл изначально не ехал по крайней правой полосе, а перестроился с крайней левой полосы в правую, в связи с чем был замечен не сразу и Вальдману пришлось применить резкое торможение, подтверждаются показаниями свидетеля С.А.Ю., данными в судебном заседании. Кроме того, данные обстоятельства подтверждаются видеозаписью с моментом ДТП, заключениями специалиста В.С.М. *** от ДД.ММ.ГГ, *** от ДД.ММ.ГГ, письменной консультацией от ДД.ММ.ГГ, приобщенным к материалам дела стороной защиты. Ссылаясь на выводы специалиста, приводя свою оценку обстоятельствам ДТП, автор жалобы указывает, что действия потерпевшего, управляющего мотоциклом «HONDA», привели к наезду мотоцикла на бордюр и железное ограждение, то есть явились непосредственной причиной ДТП. Приводя в жалобе положения п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», ст.ст. 87, 88 УПК РФ, полагает, что ни орган следствия, ни суд в связи с возникшими сомнениями не предпринял мер по проверке суждений специалиста путем назначения соответствующей экспертизы, о чем неоднократно ставила вопрос сторона защиты. Суд, в нарушение норм ст. 88 УПК РФ, при вынесении приговора не дал доказательствам надлежащей оценки, указав лишь общую фразу о том, что все доказательства стороны обвинения являются относимыми и допустимыми, а доказательства стороны защиты не основаны на законе. Указывает, что в ходе проведения предварительного следствия и в суде было нарушено право на защиту ФИО1, которое выразилось в отказе в проведении проверки показаний на месте с его участием; отказе в проведении следственного эксперимента с его участием; непредоставлении возможности задать свои вопросы эксперту перед проведением автотехнической судебной экспертизы; невключении его в список участвующих лиц при проведении следственного эксперимента ДД.ММ.ГГ и неознакомлении с его протоколом. Кроме того, суд немотивированно отказал в вызове на допрос несовершеннолетнего свидетеля ПОЯ, чем нарушил ч. 5 ст. 191, ч. 6 ст. 281 УПК РФ; вызове и допросе эксперта, подготовившего заключение *** о ДД.ММ.ГГ; отказал в запросе медицинских документов в отношении К из Алтайской краевой больницы и запросе сведений о произведенной К выплате страхового возмещения за вред здоровью. Также автор жалобы выражает несогласие с размером компенсации морального вреда. Полагает, что установленная судом сумма в 600 000 рублей является необоснованной, чрезмерно завышенной, не соответствует причиненному вреду и моральным страданиям потерпевшего. Просит приговор Заринского городского суда Алтайского края от 11 апреля 2025 года отменить, ФИО1, осужденного по ч. 1 ст. 264 УК РФ – оправдать. 

В дополнениях к апелляционной жалобе, защитник указывает на допущенные процессуальные нарушения, которые являются основанием для возвращения дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ. Ссылаясь на п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, п.п. 3, 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2024 года № 39 «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору», определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 12 апреля 2024 года по делу № 67-УД23-7К8, указывает, что проводимые органом следствия действия, были направлены только на установление виновности Вальдмана в ДТП, что не соответствует действительности, так как причиной ДТП стало бездействие потерпевшего К, который в нарушение ПДД с момента обнаружения опасности не применил возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Полагает, что без заключения автотехнической экспертизы с установлением траектории движения мотоцикла «HONDA» и технической возможности для водителя мотоцикла К предотвратить наезд на бордюр с момента обнаружения опасности для движения, невозможно определить виновность Вальдмана. Просит приговор отменить, возвратить уголовное дело Заринскому межрайонному прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий рассмотрения судом, в случае отказа в возвращении дела прокурору ФИО1 – оправдать. 

В возражениях на апелляционную жалобу заместитель Заринского межрайонного прокурора Баранов А.С., представитель потерпевшего ФИО2 просят приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного и защитника – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.

Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями главы 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, а также глав 37-39 УПК РФ, регламентирующих процедуру рассмотрения уголовного дела.

При рассмотрении уголовного дела судом соблюдены требования уголовно-процессуального закона, в том числе принципы состязательности сторон и презумпции невиновности. Как следует из материалов уголовного дела и протокола судебного заседания, суд в соответствии с требованиями ст. 15 УПК РФ обеспечил равные возможности представить доказательства, как стороне обвинения, так и стороне защиты, а при постановлении приговора сопоставил доказательства между собой, оценил все представленные доказательства с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения дела по существу, как того требуют ст.ст. 87, 88 УПК РФ.

Основания для направления уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ по причине необъективности предварительного следствия, проведения следственных действий лишь с целью установления вины В, как на то указывает в жалобе адвокат, у суда отсутствовали, поскольку из материалов уголовного дела усматривается, что органом предварительного следствия устанавливались все обстоятельства дорожно-транспортного происшествия. Вопреки утверждению адвоката, материалы дела содержат выводы судебных экспертиз относительно действий потерпевшего К, оценка им также дана судом с учетом особенностей рассмотрения уголовных дел о преступлениях, связанных с нарушением Правил дорожного движения, требующих исследования действий всех участников происшествия.

Содержание всех представленных сторонами доказательств в приговоре изложено, приговор в соответствии со ст. 307 УПК РФ содержит развернутый анализ доказательств и мотивированные выводы суда о том, почему одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты. Каких-либо противоречий в своих выводах суд в приговоре не допустил.

Совокупность исследованных в судебном заседании доказательств, получивших надлежащую оценку в приговоре, обоснованно признана судом достаточной для разрешения уголовного дела, установления виновности В.Р.П. в совершенном преступлении, так как приведенные в приговоре доказательства взаимосвязаны между собой, дополняют друг друга и конкретизируют обстоятельства содеянного.

Судом дана убедительная оценка доводам стороны защиты о невиновности ФИО1 в нарушении при управлении автомобилем правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью К.И.Н., на чем сторона защиты продолжает настаивать в жалобах, которые обоснованно признаны несостоятельными, поскольку противоречат фактическим обстоятельствам, установленным на основании исследованных в судебном заседании и положенных в основу приговора доказательств, с чем полностью соглашается суд апелляционной инстанции.

Указанная позиция опровергается исследованными судом доказательствами, в частности, показаниями потерпевшего К.И.Н., подтвержденными им в ходе проверки показаний на месте о том, что он двигался на своем мотоцикле «Honda CBR600F» по правой полосе со скоростью 40-50 км/ч на зеленый сигнал светофора, когда в районе пешеходного перехода перекрестка на расстоянии 5-10 метров от него с полосы встречного движения из-за попутного ему автомобиля «RAW 4», на его полосу движения резко выехал автомобиль «Рено Аркана» белого цвета, который поворачивал налево по ходу своего движения, с целью избежать столкновения он притормозил задним тормозом и одновременно наклонил мотоцикл вправо, объехал указанный автомобиль, но наехал передним колесом на бордюр, столкнулся с металлическим ограждением и его выбросило с мотоцикла;

показаниями свидетеля ПОЯ, управлявшей автомобилем «RAW 4» о том, что поворачивая налево с ул. Металлургов на просп. Строителей, находясь в левой полосе, она пропускала встречные автомобили, на перекрестке во встречном ей направлении выполнял поворот налево автомобиль «RENAULT ARKANA», который выехал на половину правой попутной ей полосы и остановился, преградив тем самым путь мотоциклу, который двигался по данной полосе, уходя от столкновения мотоциклист повернул вправо по ходу движения, после чего вылетел с дороги и упал;

показаниями свидетеля К.А.В. о том, что двигавшийся перед его автомобилем по ул. Металлургов автомобиль «Рено Аркана» поворачивая налево на просп. Строителей выехал на перекресток и остановился, перекрыв встречную левую полосу и примерно половину правой, в этот момент на правой встречной полосе мотоцикл, уходя от столкновения с автомобилем «Рено Аркана», совершил маневр вправо, проехал перед передней частью автомобиля «Рено Аркана», на углу перекрестка врезался в бордюр, вылетел на газон, перевернулся и сбил металлические ограждения, а мотоциклист отлетел на тротуар, где стояли пешеходы. До проезда перед автомобилем «Рено Аркана» мотоцикл не мог двигаться по левой полосе движения ул. Металлургов, поскольку она была занята другими автомобилями, которые стояли и поворачивали налево;

показаниями свидетеля А.А.А., управлявшего автомобилем «Тойота Камри», предоставившего видеозапись момента ДТП с видеорегистратора, участвовавшего при проведении следственного эксперимента, об обстоятельствах ДТП с участием мотоцикла, который, уходя от столкновения с автомобилем «Рено Аркана», повернул вправо, наехал на бордюр и вылетел на тротуар, снес металлическое ограждение, мотоциклист ударился об металлическое ограждение;

показаниями свидетеля Г.О.С. о нахождении в момент ДТП на тротуаре куда влетел мотоциклист после удара о бордюр и металлическое ограждение.

Кроме того, приведенные показания объективно подтверждаются письменными материалами уголовного дела, в том числе:

протоколом осмотра места происшествия с описанием перекрестка, на котором произошло ДТП, произведены замеры проезжей части, зафиксировано повреждение бордюра и изъят мотоцикл «Хонда CBR600F» с повреждениями;

заключением судебно-медицинской экспертизы об обнаруженных у К.И.Н. телесных повреждениях, причинивших тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть;

заключением автотехнической судебной экспертизы об отсутствии у водителя мотоцикла в задаваемой дорожно-транспортной ситуации при резерве расстояния 5-10 м технической возможности путем применения экстренного торможения остановить мотоцикл до линии движения автомобиля «RENAULT ARKANA»;

заключением автотехнической судебной экспертизы об отсутствии у водителя мотоцикла «HONDA CBR600F» технической возможности предотвратить столкновение с автомобилем «RENAULT ARKANA» при условии своего прямолинейного движения с торможением с заданной скоростью 50 км/ч, а также об оправданности маневра вправо, примененного водителем мотоцикла «HONDA CBR600F» для избежания столкновения с автомобилем «RENAULT ARKANA», поскольку водитель мотоцикла не располагал технической возможностью бесконтактного проезда при прямолинейном движении и не располагал технической возможностью избежать столкновение торможением с заданной скорости 50 км/ч;

протоколами выемки и осмотра диска с видеозаписью момента ДТП;

протоколом следственного эксперимента, в ходе которого с использованием кадра видеозаписи воспроизведено положение на перекрестке автомобиля «RENAULT ARKANA» в момент ДТП, чем установлено нахождение передней части данного автомобиля на полосе движения мотоцикла «HONDA CBR600F», а также другими письменными доказательствами.

Суд апелляционной инстанции считает, что при рассмотрении дела в суде были объективно установлены все значимые по делу обстоятельства на основании непосредственно исследованных в судебном заседании доказательств. 

Оснований сомневаться в достоверности использованных в качестве доказательств вины ФИО1 показаний свидетелей у суда не имелось, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, являются последовательными, детальными, не содержат существенных противоречий относительно имеющих значение для дела обстоятельств и согласуются, как между собой, так и с иными доказательствами по делу по юридически значимым обстоятельствам. 

Имевшиеся противоречия в показаниях свидетелей ПОЯ, К.А.В., А.А.А., У.А.В, С.А.Ю., К.Н.И., Г.О.С. устранены в судебном заседании путем оглашения их показаний, данных в ходе предварительного расследования, их последующего сопоставления с иными доказательствами. Объективных данных, указывающих на заинтересованность свидетелей, надлежаще предупрежденных об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в привлечении ФИО1 к уголовной ответственности, наличии у них оснований для оговора осужденного, судом первой инстанции не установлено, не приведено убедительных аргументов стороной защиты о наличии таковых и при рассмотрении дела в апелляционном порядке, в связи с чем их показания правильно положены судом в основу приговора. 

Показания потерпевшего К.И.Н. и допрошенных по делу свидетелей, явившихся прямыми очевидцами дорожно-транспортного происшествия, являются исчерпывающими и позволяют в полной мере восстановить картину происшествия, а также с учетом проведения следственного эксперимента, собрать сведения, необходимые для проведения судебных автотехнических экспертиз. Доводы адвоката Вайриха о неполноте показаний потерпевшего и свидетелей являются несостоятельными, а вопросы, которые по мнению адвоката остались невыясненными, не имеют ни фактического, ни правового значения для установления вины Вайриха в нарушении ПДД РФ, кроме того, невозможность указания скорости, с которой мотоцикл потерпевшего двигался с момента пересечения левой габаритной линии до момента столкновения с бордюром и пройденного расстояния на интересующих адвоката участках является оправданной в виду нахождения потерпевшего в экстренной ситуации с риском для жизни и здоровья, исключающей возможность отслеживать собственную скорость движения.

Протоколы следственных действий, на которые обращено внимание в доводах жалобы, в частности протокол проверки показаний на месте потерпевшего К.И.Н., протокол следственного эксперимента с участием свидетеля А.А.А. полностью соответствуют требованиям ст.ст. 194, 181 УПК РФ. Нарушения при проведении указанных следственных действий, о которых указывают в своих жалобах осужденный и адвокат, объективными данными не подтверждены. В протоколе проверки показаний на месте потерпевшего отражены все необходимые сведения, результаты замеров, осуществленных с применением технических средств. Вопреки доводам жалобы адвоката, во время проведения следственного эксперимента автомобиль «RENAULT ARKANA» выставлялся на перекрестке не по субъективному усмотрению, а с применением стопкадра видеозаписи, на котором был зафиксирован момент перед въездом мотоцикла под управлением потерпевшего на перекресток. Положение автомобиля на перекрестке в во время следственного эксперимента в соответствии с положением в момент ДТП объективно подтверждается видеозаписью, произведенной во время вышеуказанного следственного действия и приложенной к протоколу. Иные обстоятельства, о которых указывает в жалобе адвокат – отсутствие на перекрестке автомобиля «TОYOTA RAW 4», невыставление мотоцикла, на результат следственного эксперимента не повлияли, поскольку целью данного следственного действия являлось установление положения на перекрестке автомобиля «RENAULT ARKANA» непосредственно перед въездом на него мотоцикла, полученные данные занесены в протокол, оснований им не доверять не имеется.

Надлежащим образом оценив показания потерпевшего, свидетелей, осужденного ФИО1, данные им на различных этапах производства по делу, а также иным исследованным доказательствам, в том числе письменным, суд, вопреки доводам жалобы, правильно установил фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления, указал в приговоре его конкретные действия и нарушенные им требования правил дорожного движения, наличие прямой причинной связи между ними и наступившими последствиями.

Нарушений процессуальных норм при сборе доказательств следователем не допущено. Диск с видеозаписью момента ДТП изъят следователем у свидетеля А.А.А., который пояснил обстоятельства происхождения данной видеозаписи. Основания для признания данного доказательства недопустимым, о чем указывает в жалобе адвокат, отсутствуют. Доводы адвоката о внесении изменений в содержание видеозаписи по причине разных форматов и разрешения являются надуманными и материалами дела не подтверждаются. 

Положенные в основу приговора заключения экспертов в полной мере соответствуют требованиям, предусмотренным ст. 204 УПК РФ, и согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами, оснований для признания их недопустимыми доказательствами, как требует в апелляционной жалобе адвокат, не усматривается. Экспертизы проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, по форме и содержанию соответствуют этим требованиям, выводы экспертов мотивированы, противоречий не содержат, сделаны компетентными экспертами, имеющими значительный стаж работы по соответствующей специальности, с применением соответствующих методик, оснований не доверять изложенным в них выводам не имеется. Экспертные заключения исследованы в судебном заседании и обоснованно положены судом в основу приговора.

Необходимость привлечения экспертов иной специальности при проведении судебной экспертизы ***, о чем указывает в апелляционной жалобе адвокат, у эксперта автотехника отсутствовала, поскольку ему на разрешение были поставлены вопросы относительно обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, зафиксированного на видеозаписи, в обсуждение вопросов относительно технических характеристик самой видеозаписи эксперт не входил. 

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, обнаруженные у К.И.Н. телесные повреждения при определении тяжести вреда здоровью потерпевшего оценены экспертом в своей совокупности, как единый комплекс транспортной травмы и квалифицированы как причинившие тяжкий вред здоровью, в связи с чем, оснований полагать о необоснованном вменении Вальдману обнаруженных у потерпевшего ссадин, в качестве причинивших тяжкий вред здоровью, не имеется. 

Доводы в части признания доказательств недопустимыми суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, поскольку выводы суда соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, являются в должной мере мотивированными, оснований не согласиться с решением суда первой инстанции не имеется.

Совокупностью полученных доказательств установлено, что выполняя поворот налево на регулируемом перекрестке водитель ФИО1 не убедился в его безопасности, выехал на полосу встречного движения, чем создал помеху другим водителям, то есть опасность для движения, чем нарушил абзац 1 п. 1.5 и абзац 1 п. 8.1 ПДД РФ, не уступил дорогу движущемуся прямо во встречном направлении водителю мотоцикла К.И.Н. в нарушение п. 13.4 ПДД РФ, обязывающего при повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водителя безрельсового транспортного средства уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо. В виду указанных действий ФИО1 водитель К.И.Н. при обнаружении опасности для движения вынужденно и оправданно, чтобы избежать столкновения с автомобилем под управлением ФИО1, изменил свою траекторию, приняв вправо, вследствие чего совершил наезд на бордюр и металлическое ограждение тротуара. 

С учетом выводов судебной автотехнической экспертизы об отсутствии у К.И.Н. при продолжении прямолинейного движения и применения торможения возможности избежать столкновения с автомобилем под управлением Вальдмана, судом сделан верный вывод о том, что действия потерпевшего были оправданы и обусловлены сложившейся дорожно-транспортной ситуацией.

Суд первой инстанции проверил действия водителя К.И.Н. на предмет соответствия п. 10.1 ПДД РФ и с учетом заключения судебной экспертизы *** о том, что водитель мотоцикла не располагал технической возможностью путем применения экстренного торможения остановить мотоцикл до линии движения автомобиля «RENAULT ARKANA» (том 1 л.д. 114-115), обоснованно признал действия К.И.Н. соответствующими данному пункту.

Таким образом, вопреки доводам апелляционных жалоб, допущенные Вальдманом нарушения ПДД РФ состоят в прямой причинно-следственной связи с причинением тяжкого вреда здоровью К.И.Н.

Вопреки позиции адвоката, показания ФИО1 о том, что потерпевший на мотоцикле двигался по левой полосе и выехал на правую полосу непосредственно перед перекрестком, а также изменил направление движения только после пересечения левой габаритной линии его автомобиля, как и приобщенные по уголовному делу стороной защиты заключения специалиста с аналогичными выводами, судом рассмотрены и верно оценены критически, как несоответствующие действительности, противоречащие совокупности собранных по делу доказательств, в том числе показаниям потерпевшего, свидетелей, заключениям судебных экспертиз, а также содержанию видеозаписи момента дорожно-транспортного происшествия.

Кроме того, выводы специалиста В.С.М. не могут быть приняты судом во внимание по причине несоответствия требованиям допустимости, предъявляемым к доказательствам по уголовному делу, поскольку данный специалист не предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. 

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами жалоб об отсутствия в действиях ФИО1 нарушений ПДД РФ, ставших причиной дорожно-транспортного происшествия.

Какие-либо существенные противоречия в доказательствах, требующие их толкования в пользу осужденного ФИО1 и позволяющие поставить под сомнение его преступные действия, отсутствуют.

Следует отметить, что изложенная в апелляционной жалобе адвоката оценка действий участников дорожно-транспортного происшествия основана на субъективном мнении стороны защиты, которое не соответствует материалам дела, а приведенные апеллянами выдержки из материалов дела носят односторонний характер и не отражают в полной мере обстоятельств преступления и оценены авторами жалоб в отрыве от других имеющихся по делу доказательств. Тогда как, исследованные по делу доказательства необходимо рассматривать и оценивать во всей их совокупности, что и сделано судом в приговоре надлежащим образом.

Анализ приведенных в приговоре доказательств свидетельствует о том, что фактические обстоятельства дела судом установлены верно, и обоснованно постановлен обвинительный приговор.

Позиция стороны защиты о необоснованности приговора по существу сводится к переоценке доказательств, к чему оснований не имеется, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием для изменения или отмены приговора. Новых обстоятельств, позволяющих поставить под сомнение выводы суда, апеллянтами не приведено.

Оснований говорить о необъективности судебного разбирательства, обвинительном уклоне, нарушении принципов уголовного судопроизводства, не имеется, поскольку судебное разбирательство проведено в строгом соответствии с требованиями УПК РФ.

Судом разрешены в установленном порядке все заявленные сторонами ходатайства, обеспечены иные процессуальные права участников. Необоснованного отклонения ходатайств сторон, других нарушений процедуры уголовного судопроизводства, прав его участников, которые повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, судом при рассмотрении дела не допущено.

Оставление без удовлетворения некоторых ходатайств, не свидетельствует об обвинительном уклоне судебного разбирательства и нарушении права осужденного на защиту. 

Протокол судебного заседания соответствует требованиям ст.259 УПК РФ. В нем правильно зафиксирован ход судебного разбирательства, указаны заявления, возражения, ходатайства участвующих в уголовном деле лиц, достаточно подробно записаны показания и содержание выступлений, отражены принятые судом процессуальные решения и иные значимые для дела обстоятельства.

Правильно установив фактические обстоятельства по делу, суд верно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 1 ст. 264 УК РФ – как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о назначении ФИО3 в качестве основного наказания ограничения свободы, надлежаще мотивировав его в приговоре и не усмотрев оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, с чем суд апелляционной инстанции не может не согласиться.

При этом суд первой инстанции также правильно признал в качестве смягчающих наказание ФИО3 обстоятельств наличие у подсудимого несовершеннолетнего ребенка, положительную характеристику с места жительства.

Обсуждая вопрос о дополнительном наказании для ФИО3, суд первой инстанции в полной мере учел характер и степень общественной опасности содеянного, конкретные обстоятельства дела, род деятельности осужденного, данные о его личности, который неоднократно привлекался к административной ответственности за различные нарушения Правил дорожного движения. Таким образом, вывод суда первой инстанции о наличии оснований для назначения ФИО3 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, в порядке, предусмотренном ч. 3 ст. 47 УК РФ, является обоснованным.

Согласно ч. 4 ст. 42 УПК РФ размер возмещения в денежном выражении причиненного потерпевшему морального вреда размер определяется судом при рассмотрении уголовного дела.

Размер компенсации морального вреда, причиненного осужденным, определяется в соответствии со ст.ст. 151, 1099-1101 ГК РФ с учетом характера и степени причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, при соблюдении требований разумности и справедливости.

При этом, по смыслу ст. 151 ГК РФ в случае, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Указанные положения закона, вопреки доводам апелляционных жалоб адвоката и осужденного, судом первой инстанции соблюдены в полной мере.

По мнению суда апелляционной инстанции, размер компенсации морального вреда определен в соответствии с вышеприведенными положениями закона, с должным учетом перенесенных потерпевшим физических и нравственных страданий, связанных с получением травмы и ее последствиями в виде ограничения в подвижности.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для уменьшения размера подлежащего взысканию с осужденного в пользу потерпевшего К морального вреда.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, суд апелляционной инстанции не находит.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Заринского городского суда Алтайского края от 11 апреля 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы адвоката и осужденного – без удовлетворения.

Апелляционное постановление и приговор вступают в законную силу со дня вынесения апелляционного постановления и могут быть обжалованы в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления их в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в указанный суд кассационный инстанции.

Председательствующий А.В. Сегов