Дело № 2-1093/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 ноября 2017 года г. Северобайкальск 

Северобайкальский городской суд Республики Бурятия в составе судьи Атрашкевич В.В., при секретаре Дашидондуковой Э.Д. рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании недействительным соглашения о расторжении договора купли-продажи, применении последствий недействительности ничтожной сделки, истребовании имущества из чужого незаконного владения, включении имущества в наследственную массу

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 в лице представителя по доверенности ФИО6 обратилась в суд с иском к ФИО3, ФИО4 с данными исковыми требованиями, указывая в их обоснование, что 30.04.2014 года умерла её мать - К. ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являвшаяся вдовой ветерана Великой Отечественной войны - К.. 29.10.2014 года она заявила о вступлении в наследство умершей ФИО1, нотариусом Северобайкальского районного нотариального округа открыто наследственное дело. После смерти К. она, как одна из наследников, попыталась установить объём наследственной массы, в которую должна была войти квартира, расположенная по 

<

адрес>. Вышеуказанное имущество образовалось после получения К. единовременной денежной выплаты, предоставленной ей как вдове ветерана ВОВ Министерством социальной защиты населения Республики Бурятия в размере 982 800,00 руб.

Ею было установлено, что указанная единовременная денежная выплата была реализована путем оформления договора купли-продажи от 04.06.2012 года квартиры, расположенной по 

<

адрес>, и принадлежащей (оформленной на имя) ФИО4- дочери ФИО3, который является зятем К. и который зарегистрирован по данному адресу. Денежные средства в размере 982 800,00 руб., на основании разрешения Министерства социальной защиты населения Республики Бурятия на перечисление денежных средств от 29.06.2012 г. №, получила ФИО4 как продавец. Договор купли-продажи от имени К. подписал ФИО3, действующий по нотариально заверенной доверенности от 03.05.2012 года.

05.09.2012 года договор купли-продажи от 04.06.2012 года был расторгнут сторонами. Соглашение о расторжении договора купли-продажи было подписано ФИО4 от своего имени и ФИО3 от имени К.

Соответственно, денежные средства в размере 982 800,00 руб. в полном объеме (может быть, за вычетом расходов на оформление сделки) подлежали возврату К. либо путем перечисления на счет в банке, либо наличными на руки. Насколько ей известно, у матери не было счетов в банках, и также нет расписки от матери, что она получила от ФИО4 какие-либо денежные средства.

Летом 2013 года ФИО3 обналичил денежные средства и, якобы действуя в интересах К., приобрел за 300 000 руб. жилой дом, расположенный по 

<

адрес>. При этом указанный дом ФИО3 оформил 08.07.2013 г. на свое имя, а не на имя К. Затем он 01.08.2014 года выдал доверенность на имя ФИО7 (её сестры, а также сестры жены ФИО3) с правом оформления дома на имя Т. 

ФИО3 не имел права оформлять дом по 

<

адрес>, на свое имя. Таким образом, ФИО3, оформив дом на свое имя, вывел имущество, которое подлежало и подлежит включению в наследственную массу после смерти К. тем самым нарушил права наследников, злоупотребил гражданскими правами в своих корыстных интересах. Также он нарушил права наследников путем не перечисления не передачи) К. денежных средств в размере 682 800,00 руб., которые оставались после приобретения им дома за 300 000 руб. Никаких установленных законом доказательств перечисления либо передачи ФИО3 денежных средств К. не имеется, не установлено. К моменту смерти матери имущество в полном объеме находилось в собственности ФИО3, денежными средствами в размере 682 800,00 руб., оставшимися после приобретения дома, ФИО3 распорядился по собственному усмотрению. Хотя сама единовременная денежная выплата, выданная К. за счет средств федерального бюджета, как мера социальной поддержки ветеранов ВОВ, их вдов и иных лиц данной категории, должна быть направлена именно на улучшение жилищных условий этих лиц.

Так как фактически жилищные условия К. при жизни не были улучшены, а выгоду от единовременной денежной выплаты получил ФИО3, истребованию с него подлежит имущество, приобретенное по договору купли-продажи недвижимого имущества от 04.06.2012 года, то есть квартира, расположенная по 

<

адрес>, путем признания недействительным соглашения о расторжении договора купли-продажи как ничтожной сделки.

Мать, которая до самой смерти находилась в полном здравии и трезвом уме, в период совершения ФИО3 вышеуказанных действий неоднократно жаловалась другим родственникам, а также односельчанам, что она ничего не получила из того, что ей причитается. Она категорически отрицала факт получения от ФИО3 каких-либо денег в 2012-2014 г.г.

В течение длительного времени ею предпринимаются попытки привлечения ФИО3 к уголовной ответственности за совершение хищения имущества, принадлежавшего матери - К. До настоящего времени соответствующего решения правоохранительными органами не принято. В МО МВД РФ «Северобайкальский» рассматриваются материалы доследственной проверки по моему заявлению (КУСП № от 12.11.2015 года). По результатам проверки сотрудниками полиции неоднократно (более 20 раз) вынесено постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 ввиду отсутствия события преступления. В порядке Уголовно-процессуального кодекса РФ она пытается добиться объективного и всестороннего рассмотрения материалов, хотя не преследует цели обязательного привлечения ФИО3 к уголовной ответственности. Для неё главное, чтобы ФИО3 вернул то, что по закону принадлежало матери - К., а в настоящее время должно быть распределено между её наследниками.

Считает, что в рассматриваемом случае имеет место несовпадение сделанного волеизъявления сторон с действительной волей сторон, которая была направлена на обновление сторонами сделки иных гражданско-правовых отношений по сравнению с выраженными в волеизъявлении сторон. К. выдавая доверенность на имя ФИО3, выражала свою волю на осуществление им действий, направленных на реализацию её права как вдовы ветерана ВОВ на приобретение либо строительство жилого смещения, т.е. на улучшение её жилищных условий. ФИО3 же, в свою очередь, предпринял действия, направленные на улучшение своих личных жилищных условий, на личное обогащение путем присвоения принадлежащих К. как доверителю денежных средств.

Поскольку квартира, расположенная по 

<

адрес>, была отчуждена ответчиком ФИО3 на основании соглашения о расторжении договора купли-продажи, т.е. по возмездной сделке, и ответчик не имел права отчуждать спорную квартиру, так как действовал в нарушение интересов доверителя, имеются основания для истребования спорной квартиры из чужого незаконного владения ФИО4 Соответственно, подлежит применению правило односторонней реституции, закрепленное в ст. 167 ГК РФ. Факт заключения договора купли-продажи квартиры ФИО3 с собственной : дочерью и последующее в скором времени его расторжение свидетельствует о мнимости сделки её несоответствии действительному волеизъявлению доверителя - К.

О том, что квартира по 

<

адрес>, принадлежит -на праве собственности ФИО4, а дом по 

<

адрес>, принадлежит на праве собственности ФИО3, ей достоверно стало известно в ноябре 2016 года, когда она запросила выписки из ЕГРП. С материалами доследственной проверки, в том числе копиями доверенности, соглашения о расторжении договора купли-продажи, объяснениями ФИО3 и др., она получила возможность ознакомиться только 15.09.2017 года. Поэтому в течение длительного времени я не могла принять решение о подаче иска в порядке гражданского судопроизводства. Кроме того, не обладая достаточными юридическими познаниями, не могла разобраться во всех тонкостях закона, надеялась на добросовестное исполнение своих полномочий сотрудниками полиции.

На основании ст. ст. 166, 167, 182, 301, 302 ГК РФ просила суд

- признать недействительным соглашение о расторжении договора купли-продажи квартиры, расположенной по 

<

адрес>, заключенное 05.09.2012 года между ФИО3 и ФИО4, как ничтожную сделку.

- истребовать имущество - квартиру, расположенную по 

<

адрес>, из чужого незаконного владения ФИО4, и включить его в наследственную массу.

- обязать Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра икартографии по Республике Бурятия исключить из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним запись регистрации от 24.09.2012 года права собственности ФИО4 на квартиру, расположенную по 

<

адрес> 

В судебное заседание представитель третьего лица Управления федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Бурятия нотариус Северобайкальского нотариального округа ФИО8 не явились. В соответствии со ст. 167 ГПК РФ, с учетом мнения участвующих лиц суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса

В судебном заседании истец ФИО2 исковые требования поддержала в полоном объеме, суду пояснила, что она обращалась к нотариусу ФИО8 дважды она ввела её в заблуждение, поясняла что все сделано законно, никаких нарушений со стороны ФИО9 нет. Сначала она обратилась к нотариусу в июле 2014 года, затем второй раз до истечения полугода после смерти матери. Нотариус предлагала ей представить документы по списку, свидетельство о рождении осталось у матери и для неё было недоступно. 04 апреля 2014 года когда у младшей дочери было день рождения её мать сказала, что Б-вы никак не везут документы, говорила чтобы они сняли деньги, но они вводили её в заблуждение, просила чтобы ей был предоставлен остаток суммы. Она обращалась к сестре ФИО9 чтобы та отдала документы на дом, но та ей поясняла, что не имеет никакого отношения к этому. Её мать по телефону говорила ей о том, что она обращалась к ФИО3 о предоставлении документов на дом, ФИО9 предложил ей приехать для оформления, но мама не могла поехать, ФИО9 сказал ей «Баба с возу кобыле легче». Часа через два позвонил ей племянник сообщил, что у матери случился инсульт. Незадолго до смерти мама ей поясняла, что Б-вы купили дом по 

<

адрес>, затем отозвали купчую и собрались приобретать ей дом в п. Кумора. О том, что составлено соглашение о расторжении договора ей сообщила мама, когда приезжала младшая дочь ФИО3 в целях обналичивания сертификата. Мама изначально не желала проживать с ФИО3, и также не желала, чтобы все ей наследство оставалось внуку. Документов, подтверждающих сделки с домом она не видела, о том, что квартира по 

<

адрес> принадлежит ФИО9, ей говорила мама, документы она увидела только в ноябре 2016 года. Когда она ездила на обследование в г. Красноярск в 2013 году мама сама изъявила желание помочь ей материально, сказала что попросит ФИО9 чтобы та сняла деньги в сумме 20 000 руб. и передала ей. Мама поясняла что эти деньги остались от покупки дома и они находились у Б-вых которые положили их под проценты. Мама проживала со старшей дочерью ФИО7 и они совместно распоряжались пенсией матери.

Представитель истца по доверенности ФИО6 в судебном заседании исковые требования и изложенные в иске доводы поддержал в полном объеме, просил учесть, что денежные средства, выделенные К. как вдове ветерана ВОВ носят целевой характер и предназначены именно на улучшение жилищных условий. Исходя из договора купли продажи жилого помещения по 

<

адрес> денежные средства ФИО4 получила в полном объеме, оснований для его расторжения не было, между тем в соглашении о расторжении договора указано, что договор расторгается по основаниям отсутствия оплаты, при этом договор был реально исполнен. В связи с тем. что договор был расторгнут незаконно, подлежит положению правила ст. 167 ГК РФ о двусторонней реституции. Денежные средства подлежали возврату К., однако это не имело места, фактически средствами распоряжался ФИО3, который купил дом в 

<

адрес>, и оформил его на свое имя. Денежные средства, которые составляли разницу в размере 682 000 руб. подлежали возврату, доказательств, подтверждающих, что эти средства были возвращены не имеется. В объяснениях, данных ФИО9 и ФИО10, Т. имеющихся в отказном материале имеются существенные разногласия по размеру денежных средств, переданных К. Полагает, что срок исковой давности по заявленным требованиям у ФИО2 не пропущен, поскольку о сделке-соглашении о расторжении договора купли-продажи ей стало известно только в ноябре 2016 года.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признала, суду пояснила, что с бабушкой у неё были доверительные отношения, также как и с ФИО5 Изначально бабушку уговаривали переехать в п. Новый уоян, в связи с этим был заключен договор купли-продажи на квартиру по 

<

адрес>, но затем она отказалась переезжать, в связи с чем сделка по купле-продаже была расторгнута.Она не помнит чтобы ФИО3 говорил о необходимости заключения сделок в целях обналичивания денежных средств по сертификату. Денежные средства по продаже квартиры действительно поступили на её счет в ПАО «Байкал-Банк», расчет был произведен в полном объеме. После расторжения договора она находилась в г. Красноярске, карточка ПАО «БайкалБанк» находилась в пользовании у её родителей, с неё снимались денежные средства по просьбе бабушки для других родственников. В декабре 2012 г. сумма 755 000 руб. была переведена на её счет в Райфайзенбанке для того, чтобы при снятии денег не снимались проценты. Эти деньги находились на её счету, пока не был найден дом в с. Кумора, когда бабушке были необходимы денежные средства она по просьбе бабушки снимала их и передавала, в том числе и для ФИО2 10 000 руб. Когда нашли дом в п. Кумора для бабушки денежные средства в сумме 300 000 руб. были сняты, оставшиеся денежные средства в сумме 398 000 руб. она в августе 2013 г. сняла и передала их своей матери. Также в 2013 году она брала кредит в сумме 400 000 руб. эти деньги также находились на её счете в Райфайзенбанке, в дальнейшем эти деньги она положила на счет в Сбербанк под проценты. По 

<

адрес> проживают её родители и еще одна сестра. 300 000 руб. для покупки дома были переведены на её счет в Сбербанке который был открыт сестрой по доверенности.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, суду пояснил, что два с половиной года он собирал документы, чтобы оформить К. как для вдовы ветерана войны. На семейном совете был решен вопрос о том, что он будет заниматься вопросом поиска квартиры для К. в п. Новый Уоян в связи чем, на него была выдана доверенность. Договор между ним и дочерью на покупку квартиры по 

<

адрес> был составлен в связи с тем, что изначально он хотел забрать К. для проживания с ними в п. Новый уоян. К. было известно о том, что такой договор заключается. В дальнейшем договор был расторгнут, поскольку К. отказалась переезжать к ним, при расторжении договора юрист допустил ошибку и указала, что договор расторгается только в связи с неполучением денежных средств. В дальнейшем ФИО2 нашла для К. дом в п. Кумора. При расторжении договора вопрос о возврате денежных средств с К. не разрешался, она была согласна на все, что он предлагал. Денежные средства находились на счету у дочери, он этих денег не видел. Денежными средствами распоряжалась К. она звонила по телефону, деньги снимались и передавались тому, кому она назначала. Он сам никакой большой суммы не передавал, ранее говорил о том, что передавал, поскольку деньги были у жены и они вместе приезжали передавать деньги К. В августе 2013 года К. были переданы деньги в сумме около 400 000 руб. Для покупки дома в с. Кумора денежные средства в сумме 300 000 снимались со счета дочери по доверенности её сестрой Б. в Сбербанке. Денежные средства под проценты в банк он не вкладывал, какой либо корыстной цели не имел. Денежными средствами полученными по договору купли-продажи квартиры распоряжалась его дочь ФИО4 по просьбе бабушки К. Им был приобретен дом в с. Кумора тем самым он улучшил жилищные условия К. с ней он находился в хороших отношениях. Дом в с. Кумора был оформлен на него поскольку продавцам были срочно нужны деньги, без личного участия в учреждении юстиции оформить сделку было невозможно. Конкретные суммы, которые были сняты по просьбе К. он сообщить не может, поскольку деньгами не распоряжался.

Представитель ФИО3 по доверенности ФИО11 в судебном заседании просила суд отказать в удовлетворении иска, просила применить срок исковой давности по заявленным требованиям.

Третье лицо ФИО12 в судебном заседании считала заявленные требования не обоснованными, пояснила, что в 2012 году она и ФИО2 искали дом в п. Новый уоян для К. остановились на своем доме, поскольку собирались переезжать в г. Красноярск. В дальнейшем К. отказалась переезжать в п. Новый уоян. Деньги полученные от продажи дома лежали на счете, частично снимались, в дальнейшем 755 000 руб. были переведены на счет дочери, это ей известно поскольку фактически деньгами распоряжалась она, карточка дочери была у неё. Деньги частично были сняты в общей сумме 200 000 руб. и потрачены для приобретения холодильника сестре К. которая проживала с мамой, на сено, деньги снимались по просьбе К. В дальнейшем поскольку мама отказалась переезжать, занялись поиском дома в с. Кумора. В 2013 году совместно с ФИО2 был найден дом по 

<

адрес>, и в дальнейшем со счета дочери были переведены деньги в сумме 300 000 руб. 5 августа 2013 года оставшиеся деньги в сумме 398 000 руб. были сняты со счета дочери и переданы ей наличными, поскольку она находилась в г. Красноярск. Она эти деньги привезла матери и передала ей в присутствии сестры ФИО7 в августе 2013 года, каких либо расписок не составлялось. 

Третье лицо ФИО13 в судебном заседании считал заявленные исковые требования не обоснованными, суду пояснил, что ему было известно о договорах купли-продажи, тратах денежных средств, ему какие-либо деньги не выделялись. До смерти о К. проживала с дочерью ФИО7, каких-либо претензий по вопросу траты денежных средств ФИО9 с её стороны не было.

Третье лицо ФИО7 в судебном заседании считала заявленные исковые требования не обоснованными, пояснила, что проживала с мамой К. с 1985 года и до её смерти. Ей и матери было известно о сделках, которые совершаются по выплате на приобретение жилья, в том числе и о расторжении договора, все решалось в семье совместно. Доверенность была оформлена на ФИО3 по просьбе мамы, поскольку никто не мог больше заниматься этими вопросами. Денежные средства после расторжения договора расходовались на сено, дров, распоряжалась деньгами ФИО14, решения о распоряжении денежными средствами принимались совместно, К. было известно о том, как распоряжаются деньгами. К. никогда не говорила, что её обманули. Деньги переводились также и дочерям ФИО2 по их просьбе ФИО15 звонила, говорила, что необходимы деньги для обследования дочери. Дом в с. Кумора приобретался с согласия ФИО16 после покупки дома делал ремонт, переделал отопление, после проведения ремонта ФИО1 и она переехали в дом по 

<

адрес>. При даче объяснения участковому она поясняла, что ФИО9 передал сумму 680 000 руб. при этом имелось в виду, что деньги переданы за два раза 200 000 руб. передавались в первый раз и 398 000 руб. во второй раз.

Изучив материалы дела, выслушав участников процесса, суд приходит к выводу, что заявленные исковые требования не подлежат удовлетворению.

В силу положений пункта 1 статьи 11 Гражданского Кодекса Российской Федерации, статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебной защите подлежат нарушенные либо оспариваемые права.

Обращение в суд с иском о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности ничтожной сделки является в соответствии с положениями статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов защиты гражданских прав.

В соответствии с пунктом 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами. Сделки должны совершаться в простой письменной форме.

В соответствии со статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В силу ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу п. 3 ст. 154 ГК РФ, для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

Согласно ч. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки по отчуждению этого имущества.

В соответствии с ч.1 ст. 549, ст. 550 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130). Договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434). Несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность.

Согласно ч.1 ст. 450, ч.1 ст. 452 ГК РФ, изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором. Соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное.

В силу ч.ч.2-4 ст. 453 ГК РФ при расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства.

В случае изменения или расторжения договора обязательства считаются измененными или прекращенными с момента заключения соглашения сторон об изменении или о расторжении договора, если иное не вытекает из соглашения или характера изменения договора, а при изменении или расторжении договора в судебном порядке - с момента вступления в законную силу решения суда об изменении или о расторжении договора.

Стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон.

В случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

В соответствии с ч.1 ст. 182 ГК РФ сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого. Полномочие может также явствовать из обстановки, в которой действует представитель (продавец в розничной торговле, кассир и т.п.).

В силу ч.3 ст.182 ГК РФ представитель не может совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично. Он не может также совершать такие сделки в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является, за исключением случаев коммерческого представительства.

Из материалов дела, пояснений сторон установлено, что истец ФИО2 является дочерью К., ДД.ММ.ГГГГ г.р., умершей 17 сентября 2014 года.

Ответчик ФИО3 являлся зятем К. ответчик ФИО4 являлась внучкой К.

В соответствии с Федеральным законом от 12.01.1995 г. № 5-ФЗ «О ветеранах», указом Президента РФ от 07.05.2008 г. № 714 «Об обеспечении жильем Ветеранов Великой Отечественной войны 1941-1945 годов», Законом Республики Бурятия от 04.05.2006 г. № 1639-III «Об определении порядка и формы предоставления жилых помещений отдельным категориям граждан, имеющим право на обеспечение жильем за счет федерального бюджета в соответствии с Федеральными законами «О ветеранах» и «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» постановлением Правительства Республики Бурятия от 22.05.2006 г. № 138 «Об утверждении Порядка предоставления единовременных денежных выплат и жилищных субсидий на приобретение или строительство жилья ветеранам, инвалидам и семьям, имеющим детей-инвалидов» 24 апреля 2012 года К. было выдано свидетельство № от 24.04.201 2г. о предоставлении единовременной денежной выплаты на приобретение или строительство жилья ветеранам за счет средств федерального бюджета в размере 982 800 руб.

В целях использования указанной денежной выплаты К. 03 мая 2012 года была выдана нотариально заверенная доверенность в соответствии с которой К. уполномочивала ФИО3 купить на её имя согласно Свидетельства о предоставлении единовременной денежной выплаты на строительство (приобретение) жилья № за цену и на условиях по своему усмотрению любую квартиру, комнату жилое помещение, в том числе, жилой дом и земельный участок на территории Республики Бурятия, подписать от её имени договор купли-продажи, передаточный акт. 

В том числе ФИО3 было предоставлено право на управление и распоряжение приобретенным жилым помещением, получение денежных средств за проданное жилое помещение, в том числе расторгать заключенные договоры, подписывать соглашения о расторжении договоров

Действия на основании указанной доверенности от имени К. 04 июня 2012 г. ФИО9 как покупатель заключил с ФИО4 договор купли-продажи жилого помещении и земельного участка, находящихся по 

<

адрес>, стоимость квартиры была оценена в размере 982 800 руб. стоимость земельного участка в 1000 руб.

Также согласно условий договора было предусмотрено, что расчет между сторонами производится после государственной регистрации договора купли-продажи путем перечисления с расчетного счета покупателя К. денежных средств в качестве субсидии за счет средств федерального бюджета в срок с 04.06.2012 г. по 04.08.2012 г., оплата за земельный участок производится из собственных средств покупателя в срок с 04.06.2012 г. по 04.08.2012 г.

Прево собственности К. на квартиру и земельный участок по 

<

адрес> было зарегистрировано 06 июня 2012 г. с одновременной регистрацией обременения в виде ипотеки на недвижимое имущество.

На основании разрешения Министерства социальной защиты населения РБ № 2584 от 29.06.2012 г. денежные средства ЕДВ в размере 982 800 руб. были переведены с блокированного лицевого счета продавца К. на счет покупателя ФИО4 в ОАО АК «БайкалБанк» и поступили к ней на счет 09 июля 2012 года.

В период с 17 июля 2017 г. по август 2012 г. матерью ФИО4 – ФИО14 производились снятия денежных средств со счета (карточки) ФИО4 в ОАО АК «БайкалБанк» в общей сумме 109 514 руб. 25 коп. 

05 сентября 2012 года между ФИО3 действующим по доверенности за К. и ФИО4 было составлено соглашение о расторжении ранее заключенного договора от 04 июня 2012 г. купли-продажи квартиры с земельным участком по 

<

адрес> в связи с тем, что не произведен окончательный расчет в срок, предусмотренный договором. 

Пунктом 7 Соглашения предусмотрено, что право собственности ФИО4 на квартиру и земельный участок возникает с момента государственной регистрации соглашения, при этом соглашением каким либо образом вопрос о возврате К. ранее оплаченных денежных средств в сумме 982 800 руб. предусмотрен не был.

27 декабря 2012 г. со счета ФИО4 было произведено списание денежных средств ЕДВ в сумме 755 000 руб. путем перевода на её счет в другом банке.

С декабря 2012 г. по 2014 г. со счета (карточки) ФИО4 было произведено снятие денежных средств наличными в общей сумме 146 200 руб.

02 июля 2013 года ФИО3 по договору купли-продажи с У. было приобретено жилое помещение и земельный участок, находящиеся по адресу по 

<

адрес>, денежные средства в сумме 300 000 руб. в счет оплаты за приобретение указанного недвижимого имущества были перечислены с расчетного счета ФИО4, в ПАО «Сбербанк России» 01 июля 2013 г.

Право собственности на жилое помещение и земельный участок по 

<

адрес> было зарегистрировано за ФИО3 на основании указанного договора.

С 12 ноября 2016 года собственником жилого дома и земельного участка по адресу является Т. (внук К. право собственности за ним зарегистрировано на основании договора купли-продажи от 21.09.2016 г. заключенным между ним и ФИО3 

29.10.2014 г. ФИО2 обратилась к нотариусу северобайкальского районного нотариального округа ФИО8 с заявлением о принятии наследства, оставшегося после смерти К. в качестве наследников указала также ФИО13, ФИО7, ФИО14 До настоящего времени наследственное дело не закрыто.

Согласно п. 69 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» положения ГК РФ об основаниях и последствиях недействительности сделок в редакции Закона N 100-ФЗ применяются к сделкам, совершенным после дня вступления его в силу, то есть после 1 сентября 2013 года (пункт 6 статьи 3 Закона N 100-ФЗ). Для целей применения этого положения под совершением двусторонней сделки (договора) понимается момент получения одной стороной акцепта от другой стороны (пункт 1 статьи 432, пункт 1 статьи 433 ГК РФ). 

Учитывая, что оспариваемая истцом сделка, а именно соглашение о расторжении договора купли-продажи недвижимого имущества была совершена до 01 сентября 2013 г. к рассматриваемым правоотношениям применимы нормы Гражданского кодекса РФ, действующие на момент её совершения

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

В силу ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Из положений изложенной статьи также следует, что по мнимой сделке обе стороны преследуют иные цели, чем предусмотрены договором, и совершают сделку лишь для вида, заранее зная, что она не будет исполнена. Мнимая сделка заключается для создания у третьих лиц ложного представления о намерениях участников сделки.

Для признания сделки мнимой суд должен установить, что ее стороны не намеревались создать соответствующие ей правовые последствия, сделку фактически не исполняли и исполнять не желали, и правовые последствия, предусмотренные заключенной сделкой, не возникли.

В подтверждение мнимости сделки заинтересованной стороне необходимо представить суду доказательства, которые бы подтверждали отсутствие направленности подлинной воли сторон при совершении оспариваемой сделки на создание правовых последствий, присущих данному виду сделки.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со статьей 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Заявляя требования о признании сделки – соглашения о расторжении договора купли-продажи квартиры с земельным участком по 

<

адрес>, заключенной между К. в лице ФИО3 и ФИО4, недействительной истец ФИО2 ссылается на то, что К. выдавая доверенность на имя ФИО3, выражала свою волю на осуществление им действий, направленных на реализацию её права как вдовы ветерана ВОВ на улучшение её жилищных условий. ФИО3 же, в свою очередь, предпринял действия, направленные на улучшение своих личных жилищных условий, на личное обогащение путем присвоения принадлежащих К. как доверителю денежных средств. Указывает при этом на то, что факт заключения договора купли-продажи квартиры ФИО3 с собственной дочерью и последующее в скором времени его расторжение свидетельствует о мнимости сделки её несоответствии действительному волеизъявлению доверителя - К.

Вместе с тем указанные обстоятельства не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства. Так из материалов дела, пояснений сторон установлено, что фактически действия ФИО3 как лица представляющего интересы К. на основании доверенности по расторжению с ФИО4 договора купли-продажи квартиры с земельным участком по 

<

адрес> и на основании соглашения от 04.09.2012 г. были направлены на то, чтобы использовать денежные средства единовременной выплаты, полагающееся К. как вдове ветерана ВОВ на приобретение иного жилого помещения для проживания К. а также на распоряжение денежными средствами на нужды родственников К. и с её ведома.

Так установлено, что еще до расторжения договора кули-продажи недвижимого имущества, приобретенными на средства ЕДВ данные денежные средства были частично израсходованы на приобретение сена, холодильника, дров для нужд К. и проживающей вместе с ней дочери ФИО7 Частично денежные средства были переданы истцу ФИО17 и её родственникам, что не отрицалось истцом. В 2013 году на денежные средства ЕДВ было осуществлено приобретение жилого помещения по 

<

адрес>. Несмотря на то, что собственником дома являлся ФИО3 фактически пользование им осуществлялось К., которая проживала в нем до своей смерти в 2014 году. До смерти К. ей были переданы денежные средства, оставшиеся от приобретения указанного жилого помещения.

Данные обстоятельства подтверждаются пояснениями третьих лиц ФИО7, ФИО14, оснований не доверять указанным пояснениям у суда не имеется.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу что цель сделки и правовой результат сторонами был достигнут, право собственности на жилое помещение и земельный участок по 

<

адрес>, на основании заключенного 04.09.2012 г. соглашения перешло к прежнему собственнику жилья ФИО4, а денежные средства ЕДВ в сумме 982 800 руб. были потрачены частично на приобретение иного жилого помещения, частично на нужды родственников ФИО18, частично получены самой К. При таком положении, доводы истца о совершении мнимой сделки не нашли своего подтверждения.

То обстоятельство, что ответчик ФИО3 произвел приобретение и регистрацию жилого помещения по 

<

адрес> на свое имя не свидетельствует само по себе не является свидетельством мнимости оспариваемой сделки, поскольку в судебном заседании установлено, что пользование фактически указанным жилым помещением осуществлялось ФИО10 

Заявляя о том, что ФИО3, действуя от имени ФИО10 и распоряжаясь суммой ЕДВ на основании доверенности от её имени предпринял действия, направленные на улучшение своих личных жилищных условий, на личное обогащение путем присвоения принадлежащих К. как доверителю денежных средств стороной истца каких либо доказательств, подтверждающих это не представлено.

Учитывая изложенные нормы права и установленные по делу обстоятельства, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований о признании соглашения о расторжении договора купли-продажи от 04.09.2012 г недействительной сделкой, применении последствий недействительности сделки. 

Требования об истребовании имущества - квартиры, по 

<

адрес>, из чужого незаконного владения ФИО4 и включении его в наследственную массу также удовлетворению не подлежат, поскольку правовых оснований для этого не установлено. 

Также суд считает, что истцом ФИО2 был пропущен срок исковой давности по заявленным исковым требованиям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемого договора) срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Федеральным законом от 07.05.2013 N 100-ФЗ (далее - Закон N 100-ФЗ) в подразделы 4 и 5 раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс) внесены изменения, вступившие в силу 01.09.2013, касающиеся, в том числе, порядка исчисления сроков исковой давности по требованиям о признании ничтожных сделок недействительными и применении последствий их недействительности (пункт 1 статьи 181 Гражданского кодекса).

Переходными положениями (пунктом 9 статьи 3 Закона N 100-ФЗ) предусмотрено, что новые сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума N 25) положения пункта 9 статьи 3 Закона N 100-ФЗ распространяются, в том числе, на правила, установленные статьей 181 Гражданского кодекса.

Из разъяснений, изложенных в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", также следует, что положения Гражданского кодекса о сроках исковой давности и правилах их исчисления в редакции Закона N 100-ФЗ, в том числе закрепленных в статьях 181, 181.4, п. 2 ст. 196 и п. 2 ст. 200 Гражданского кодекса, применяются к требованиям, возникшим после вступления в силу указанного закона, а также к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли 01.09.2013 (пункт 9 статьи 3 Закона N 100-ФЗ).

Ранее действовавшая редакция пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса связывала начало течения срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и по требованиям о признании ее недействительной, не с субъективным фактором - осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав, - а с объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения такой сделки вне зависимости от субъекта оспаривания.

Поскольку оспариваемое соглашение о недействительности которого заявил истец заключен и начал исполняться 04.09.2012 г., то на 01.09.2013 трехлетний срок исковой давности, исчисляемый по правилам, предусмотренным ранее действовавшим законодательством, не истек, в связи с чем к спорным правоотношениям применяются положения пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса в редакции, действовавшей на момент внесения в неё изменений.

Согласно ч.1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае, не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки. 

Как следует из пояснений истца ФИО2 о том, что ответчиками был расторгнут ранее заключенный договор на приобретение квартиры по 

<

адрес> ей стало известно со слов матери К. еще до её смерти в апреле 2014 года, с исковыми требованиями о признании сделки недействительной истец обратилась в суд только в 20 сентября 2017 г., то есть с пропуском установленного законом трехлетнего срока исковой давности.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании недействительным соглашения о расторжении договора купли-продажи, применении последствий недействительности ничтожной сделки, истребовании имущества из чужого незаконного владения, включении имущества в наследственную массу - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Верховный суд Республики Бурятия через Северобайкальский городской суд Республики Бурятия в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 07 ноября 2017 года. 

Судья: В.В. Атрашкевич