дело N 2-172/2019 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

16 августа 2019 года г. Тверь

Калининский районный суд Тверской области 

в составе председательствующего судьи Долгинцевой Т.Е.,

при секретаре Бахаревой А.А., 

с участием истца (ответчика по встречному иску) ФИО1, 

представителя истцов по устному ходатайству ФИО2, являющегося также представителем ответчика СНТ «Орша», 

представителя истцов (ответчиков по встречному иску) ФИО3, 

ответчика (истца по встречному иску) ФИО4, его представителей ФИО5, ФИО6,

представителя соответчика СНТ «Орша» ФИО7,

ответчика по встречному иску ФИО8, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Твери гражданское дело по иску ФИО9, ФИО1 к ФИО4 об устранении препятствий в пользовании земельным участком путем демонтажа и переноса ограждения,

встречному исковому заявлению ФИО4 к ФИО9, ФИО1, Садоводческому некоммерческому товариществу «Орша», ФИО8, ФИО10, ФИО13 Н.ичу об оспаривании результатов межевания земельных участков сторон, установлении местоположения границ земельного участка истца, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО9 и ФИО1 обратились с указанным иском к ФИО4 Мотивировали исковые требования тем, что являются собственниками земельного участка площадью 593 кв.м, расположенного по адресу: 

<

адрес> с кадастровым номером №. При установлении и закреплении на местности 02.07.2018 межевыми знаками границ своего земельного участка истцы обнаружили, что ответчиком возведено заграждение (забор), местоположение которого не соответствует юридической границе между земельными участками сторон, в связи с чем истцы лишены доступа и возможности полноценно использовать принадлежащий им на праве собственности земельный участок. 

Ссылаясь на указанные обстоятельства, с учётом уточненной редакции иска, принятого к производству суда протокольным определением от 05.02.2019, Б-вы просили суд обязать ответчика устранить препятствия в пользовании ими земельным участком с кадастровым номером №, а именно: демонтировать ограждение (забор) установленный на земельном участке истцов от точки Н3 до точки Н2 (согласно ЕГРН) длиной 31,58 м и перенести забор на свой участок №.

ФИО4 предъявил встречное исковое заявление к ФИО9 и ФИО1, которое мотивировал тем, что ему на праве собственности принадлежит земельный участок для ведения садоводства с кадастровым номером № площадью 609 кв.м 

<

адрес>. Данный участок граничит со смежными земельными участками по точкам 4-1, 1-2, 3-2 и с землями общего пользования (

<

адрес>) по точкам 4-3 межевого плана кадастрового инженера ФИО11 от 4 февраля 2019 г. С левой стороны по 

<

адрес> (точки 4-1 межевого плана) его участок граничит с земельным участком с кад.№, собственниками которого являются ФИО20 Сзади (точки 1-2 межевого плана) со смежным участком КН № собственник ФИО12 Справа по 

<

адрес> (точки 3-2 межевого плана от 4 февраля 2019 г.) со смежным участком КН № собственник ФИО13

В настоящее время у ФИО4 возник спор по границе с земельным участком с КН №, собственниками которого являются Б-вы. На момент передачи земельного участка в собственность правопредшественника ФИО4 - Д.Н.В., никаких канав, полосы земель общего пользования, каких-либо инженерных сооружений между земельными участками с кадастровыми номерами № и № не существовало, была только смежная граница. По этой границе в 1995 г. истцом ФИО4 был установлен забор из сетки-рабицы, который не переносился и не изменял своего местоположения более 15 лет. Наличие данной смежной границы нашло отражение в плане земельного участка ответчиков с КН № от 25 января 1996 г., утвержденном председателем комитета по земельным ресурсам и землеустройству 

<

адрес>, точки 3-4, длиной 31,7 м. Данный план был составлен на основе результатов межевания этого земельного участка.

При уточнении границ земельного участка с кад. № в 2018 году местоположение смежной границы между участками сторон не согласовывалось и не соответствует тому положению, которое фактически существует более 15 лет с 1992 г. Таким образом, сведения о местоположении границ в ЕГРН по земельному участку Б-вых были внесены без учета смежной границы с участком встречного истца. Наличие неверных сведений о смежной границе между спорными земельными участками в ЕГРН повлекло неверное определение местоположения границ участка ФИО4 при их уточнении межеванием 2018 года. Для изменения и уточнения местоположения границ своего участка истец ФИО4 обратился к кадастровому инженеру ФИО14 для проведения нового межевания, в результате чего в присутствии собственников ФИО9 и ФИО1 были определены координаты местонахождения смежной границы длиной 31,29 м. (точки 4-1 межевого плана от 4 февраля 2019 г.) по фактической границе, существующей в неизменном виде с 1992 года, по которой установлен забор в 1995 году. Б-вы отказались согласовать это местоположение. Поскольку возникший при уточнении границ спор о местонахождении смежной границы между земельными участками с кадастровыми номерами № и № не урегулирован, согласия о местоположении этой границы не достигнуто, встречный истец ФИО4, ссылаясь на нарушение Б-выми процедуры согласования смежной границы, просил суд в уточненной редакции иска, принятого к производству суда протокольным определением от 28.06.2019: 

- признать недействительными результаты межевания земельных участков с кад.№ и кад.№ года, признать недействительными и исключить из ЕГРН сведения о координатах границ этих участков, внесённых по результатам их межевания в 2018 году;

- установить местоположение границ земельного участка истца с кад. № в соответствии с координатами, указанными на листе 3 к чертежу земельных участков № 11 (вариант №3) заключения судебной землеустроительной экспертизы от 8 мая 2019 г., проведенной экспертом ФИО15 

Определением суда от 05.02.2019 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено СНТ «Орша». Впоследствии протокольным определением суда от 28.06.2019 СНТ «Орша» переведено в статус соответчика по встречным исковым требованиям ФИО4 об установлении границ земельного участка. Протокольным определением суда от этой же даты к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Управление Росреестра по Тверской области и ФГБУ ФКП Росреестра в лице филиала по Тверской области. 

Протокольным определением от 05.06.2019 к участию в деле в качестве соответчиков по требованиям об установлении границ земельного участка привлечены собственники смежных с участком ФИО4 земельных участков – ФИО8 (КН:№) и ФИО13 ич (КН:№). Этим же определением к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО16 – собственник земельного участка с КН:№ (смежный с участком первоначальных истцов). 

Определением, занесенным в протокол судебного заседания от 03.07.2019, к участию в деле в качестве соответчика по требованиям об установлении границ земельного участка привлечена сособственник земельного участка КН№ ФИО10. 

В судебном заседании истец (ответчик по встречному иску) ФИО9 при надлежащем извещении участия не приняла, передав полномочия по представление своих интересов доверенным лицам. Истец (ответчик по встречному иску) ФИО1, представители истцов ФИО2 и ФИО3 поддержали исковые требования по доводам, изложенным в иске. Против встречных исковых требований возражали, поддержали доводы письменных возражений на встречный иск, согласно которым между спорными участками по генплану СНТ 1968 года проходила дренажная канава, которая была засыпана и «запользована» отцом ФИО4 Ранее в ходе рассмотрения дела также поясняли, что в 1996 году забора между спорными участками не было. Забор из сетки-рабицы появился в 1999-2000 г. и был установлен произвольно. Поскольку Г-ны никак не оформляли свои наследственные права, им не с кем было спорить. Кроме того они точно и не знали где должна проходить границы их участка. Узнали о нарушении своих прав только при проведении межевания в 2018 году. Межевание 1996 года не является точным, не соответствует предъявляемым в настоящее время требованиям. Настаивали на сохранении спорных границ по межеванию 2018 года, так как у ФИО4 площадь земельного участка превышает правоустанавливающую. До 2018 года они споров никаких к соседям не предъявляли, а весной 2017 г. обнаружили установку соседями нового сплошного забора из профлиста с обоих краев спорной границы со смещением смежной границы в сторону их участка (с выплямлением прежнего забора «горбом»). При межевании их участка оказалось, что по фактическому пользованию у них не хватает метража до правоустанавливающих документов, тогда как у ответчика оказалось земли больше, чем по правоустанавливающим документам (621 кв.м по межеванию ФИО17). Затем выяснилось, что ФИО4 не является смежным землевладельцем и свою границу в ходе межевания 2018 года они согласовали с председателем СНТ «Орша», так как их участок со стороны участка № граничит с дренажной канавой СНТ. Оспаривали результаты проведенной экспертом ФИО15 землеустроительной экспертизы по доводам, изложенным в письменных возражениях. Указали на невозможность корректного восстановления границ земельного участка с КН:№ по плану 1996 года. Настаивали на том, что по документам СНТ между участками сторон находится земля общего пользования СНТ - дренажная канава с трубой, которая в настоящее время засыпана. Ссылались, что встречным истцом избран ненадлежащий способ защиты права, так как нельзя оспорить межевание земельных участков, поскольку сделкой межевание не является. Также ФИО4 не приведено ни одно из предусмотренных законом оснований для изменения местоположения реестровой границы своего участка. Предлагаемый ФИО4 вариант установления границы своего земельного участка неприемлем, поскольку порождает спор с владельцем земельного участка КН:№.

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО4, его представители ФИО5, ФИО6 возражали против удовлетворения иска Б-вых, поддержали встречные требования. При этом ФИО4 подтвердил ранее изложенные доводы о том, что забор из сетки-рабицы по смежной границе был установлен в 1995 году, забор точно стоял на момент смерти бабушки Д.Н.В., которая умерла в 1997 году. Не оспаривал, что в 2017 году забор из сетки-рабицы был заменен им по 5 метров с каждой стороны смежной границы на сплошной забор из профлиста. Однако граница при замене частей старого забора не смещалась. В 2017 году он первый начал процесс межевания своего участка, но Б-вы отказались подписать акт согласования границ по забору, сославшись на необходимость межевания своего земельного участка. Он приостановил оформление документов, ждал, когда Б-вы проведут свое межевание. Однако после проведения соседями межевания выяснилось, что появилась какая-то межа между их участками. Он вынужден был подписать в 2018 г. межевой план своего земельного участка, поскольку, как ему пояснили в БТИ, что если границы его участка не будут установлены, он не сможет защищать свои права. Представитель ФИО6, поддерживая позицию доверителя, пояснила, что план земельного участка Б-вых 1996 г. является неотъемлемой частью их правоустанавливающего документа – договора дарения. Именно в этих границах был приобретен в собственность земельный участок. Доказательств того, что указанная в данном плане граница, которая соответствует местоположению спорного забора, изменялась, истцами Б-выми не представлено. Кадастровый инженер ФИО18 имел возможность учитывать этот план при уточнении границ участка Б-вых в 2018 г., но этого не сделал. Доказательств того, что имеется дренажная труба и что она находится в месте расположения канавы по плану СНТ, нет. По документам согласно заключению эксперта такая канава находится на участке Б-вых, а не ФИО4. При межевании участка Б-вых был нарушен Закон «О кадастровой деятельности», поскольку отсутствует согласование с собственником смежного участка ФИО4. В дальнейшем эта ошибка перешла и в межевание участка ФИО4, в ходе которого ФИО4 вынужденно подписал акт согласования границ. При отсутствии специальных познаний он руководствовался фактической границей. Вариант № 3, по которому истец ФИО4 просит установить границы своего участка, не нарушает прав Б-вых, поскольку этот вариант наиболее соответствует межеванию участка Б-вых 1996 года. С фасадной части своего участка истцы, в целях приведения в соответствие площади своего участка по правоустанавливающим документам, готовы подвинуть забор от улицы согласно проекту границ по варианту № 3 эксперта ФИО15 

Представитель ответчика СНТ «Орша» ФИО7, а также представитель СНТ по доверенности ФИО2 поддержали позицию истцов Б-вых. ФИО7 пояснил, что на основании Генплана СНТ «Орша», а также инвентарного плана, между участками с КН:№ и КН:№ проходит земля общего пользования СНТ (дренажная канава). Решать судьбу такой земли вправе только общее собрание членов СНТ. 

Ответчик ФИО8 (сособственник земельного участка с КН№) в судебном заседании пояснил, что между участками КН:№ и КН:№ в настоящее время канавы нет, так как она была засыпана ещё в начале 1980-х годах. Забор между этими участками стоит с 80-90-х годов прошлого столетия. Поддержал позицию Б-вых, считает, что спорная часть земли была запользована еще отцом ФИО4. 

Ответчики ФИО10, ФИО13, при надлежащем извещении, в судебном заседании участия не приняли, возражений по существу предъявленных исковых требований не представили. 

Третье лицо ФИО16 (собственник земельного участка с КН№), извещенная о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась. Ранее в ходе рассмотрения дела поддержала позицию Б-вых. В предыдущем судебном заседании поясняла, что забор между участками КН№ и КН:№ точно уже стоял в 2000 году. Визуально его местоположение с тех пор не изменялось. У неё споров по границам со смежным участком КН:№ нет. 

Представители третьих лиц Управления Росреестра по Тверской области, ФГБУ ФКП Росреестра в лице филиала по Тверской области, при надлежащем извещении своих представителей в суд не направили, просили рассмотреть дело в свое отсутствие. 

На основании ст. 167 ГПК РФ суд счёл возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса. 

Выслушав доводы и возражения сторон, исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к следующим выводам. 

Согласно статье 11.3 Земельного кодекса РФ земельным участком является часть земной поверхности, границы которой определены в соответствии с федеральными законами.

Согласно статье 22 Федерального закона от 13 июля 2015 года N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости", действующей с 01 января 2017 года, межевой план представляет собой документ, который составлен на основе кадастрового плана соответствующей территории или выписки из Единого государственного реестра недвижимости о соответствующем земельном участке и в котором воспроизведены определенные сведения, внесенные в Единый государственный реестр недвижимости, и указаны сведения об образуемых земельном участке или земельных участках, либо о части или частях земельного участка, либо новые необходимые для внесения в Единый государственный реестр недвижимости сведения о земельном участке или земельных участках (часть 1).

В случае, если в соответствии с федеральным законом местоположение границ земельных участков подлежит обязательному согласованию, межевой план должен содержать сведения о проведении такого согласования (часть 3).

Местоположение границ земельного участка устанавливается посредством определения координат характерных точек таких границ, то есть точек изменения описания границ земельного участка и деления их на части (часть 8).

При уточнении границ земельного участка их местоположение определяется исходя из сведений, содержащихся в документе, подтверждающем право на земельный участок, или при отсутствии такого документа исходя из сведений, содержащихся в документах, определявших местоположение границ земельного участка при его образовании. В случае отсутствия в документах сведений о местоположении границ земельного участка их местоположение определяется в соответствии с утвержденным в установленном законодательством о градостроительной деятельности порядке проектом межевания территории. При отсутствии в утвержденном проекте межевания территории сведений о таком земельном участке его границами являются границы, существующие на местности пятнадцать и более лет и закрепленные с использованием природных объектов или объектов искусственного происхождения, позволяющих определить местоположение границ земельного участка (часть 10).

По смыслу приведенных выше норм права, описание границ земельного участка в установленном порядке и его постановка на кадастровый учет подтверждают существование такого земельного участка с характеристиками, позволяющими определить его в качестве индивидуально-определенной вещи.

В силу части 1, 2 статьи 39, 40 Федерального закона "О кадастровой деятельности" местоположение границ земельных участков подлежит в установленном настоящим Федеральным законом порядке обязательному согласованию с лицами, указанными в части 3 настоящей статьи, в случае, если в результате кадастровых работ уточнено местоположение границ земельного участка, в отношении которого выполнялись соответствующие кадастровые работы, или уточнено местоположение границ смежных с ним земельных участков, сведения о которых внесены в Единый государственный реестр недвижимости.

Предметом указанного в части 1 настоящей статьи согласования с заинтересованным лицом при выполнении кадастровых работ является определение местоположения границы такого земельного участка, одновременно являющейся границей другого принадлежащего этому заинтересованному лицу земельного участка.

Согласно части 3 данной статьи согласование местоположения границ проводится с лицами, обладающими смежными земельными участками на праве собственности, пожизненного наследуемого владения, постоянного (бессрочного) пользования или аренды.

Споры, не урегулированные в результате согласования местоположения границ, после оформления акта согласования границ разрешаются в установленном Земельным кодексом Российской Федерации порядке.

Согласно материалам дела ФИО9 и ФИО1 на основании договора дарения земельного участка от 26.02.1996 (даритель Ц.Н.Т.) в равных долях (по 1/2 доле каждый) приобрели право общей долевой собственности на земельный участок площадью 593 кв.м для ведения садоводства и расположенный на нём садовый дом с хозпостройками по адресу: 

<

адрес>. Неотъемлемой частью договора являлся план (чертеж) границ принимаемого в собственность земельного участка (Т.1 л.д.12-14).

Право собственности ФИО9 и ФИО1 на земельный участок зарегистрировано в ЕГРН 25.09.2018 (Т.1 л.д.23). 

Согласно данным ЕГРН земельный участок истцов Б-вых имеет кадастровый № (далее КН№), поставлен на кадастровый учет 14.05.2001.

Из приложенного к договору дарения от 26.02.1996 плана участка № следует, что перед отчуждением в пользу Б-вых указанного земельного участка № по 

<

адрес> площадью 593 кв.м были организованы кадастровые работы по определению его границ, план границ земельного участка, как результата межевания, утвержден председателем комитета по земельным ресурсам и землеустройству Калининского района 25.01.1996. 

В действующей системе координат МСК-69 границы земельного участка с КН№ определены в 2018 году в соответствии с межевым делом 2018 года (кадастровый инженер ФИО18) – (Т.1 л.д.85-92). 

Как установлено в ходе рассмотрения дела, с юго-восточной стороны земельного участка Б-вых расположен земельный участок с КН № (далее – КН:№) площадью 609 кв.м, который принадлежит на праве собственности ответчику (истцу по встречному иску) ФИО4 на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 23.03.2018 после смерти матери Г.А.И., умершей ДД.ММ.ГГГГ, принявшей, в свою очередь, наследство после своей матери Д.Н.В., умершей ДД.ММ.ГГГГ (Т.1 л.д.60,71).

Указанный земельный участок поставлен на кадастровый учет 14.05.2001, границы его установлены в действующей системе координат МСК-69 в соответствии с межевым планом 2018 г. (кадастровый инженер ФИО18). До 2018 года земельный участок с КН № не межевался. Право собственности ФИО4 зарегистрировано в ЕГРН 31.05.2018 (Т.1 оборот л.д.95).

При этом ответчик (истец по встречному иску) ФИО4 считает незаконным межевание своего земельного участка 2018 года в силу нарушения порядка согласования границ. Со своей стороны представил в материалы дела правильный, по его мнению, межевой план земельного участка, выполненный 04.02.2019 кадастровым инженером ФИО11, отражающий действительные границы земельного участка с КН№ (Т.1 л.д.115-127). 

Из указанного документа видно, что собственники ФИО21, а также председатель СНТ «Орша» ФИО7 отказались согласовывать установленные кадастровым инженером ФИО11 границы (Т.1 л.д.122). Указанные лица считают, что между спорными участками расположена земля общего пользования СНТ «Орша», в частности дренажная канава, зафиксированная в землеустроительной документации СНТ и «запользованная» ФИО4 Настаивают на верности данных ЕГРН относительно местоположения границ земельных участков сторон. 

Из представленных суду документов, а именно копии фрагмента генплана СНТ «Орша», инвентарного плана 1987 года, а также карточек учета строений и сооружений по инвентаризации 1986 года видно, что ранее между земельными участками № и № имелся метровый разрыв, обозначенный как канава (Т.1 л.д.175,176, 179-180). Однако как установлено в ходе рассмотрения дела и не оспаривалось сторонами, в настоящее время земельные участки с КН№ и КН№ имеют общую границу в виде забора, фактически являются смежными. Вопреки доводам истцов Б-вых, а также представителей СНТ «Орша», факт наличия смежества между указанными участками объективно подтвержден планом границ земельного участка с КН№ утвержденным уполномоченным лицом 25.01.1996, а также сложившимся длительное время порядком пользования спорных земельных участков. 

В настоящем деле собственниками земельных участков с КН№ и КН№ заявлен спор о местоположении указанной смежной границы. 

В силу положений ст. 11 ГК РФ и ст. 3 ГПК РФ обращаясь в суд, истец должен доказать, что его права или законные интересы нарушены, так как судебной защите подлежит только нарушенное право (ст. 4 ГПК РФ).

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Как установлено в ходе рассмотрения дела, спорная смежная граница на местности обозначена забором, установленным правопредшественником собственника ФИО4 При этом Б-вы ссылались на установку указанного забора в 1999-2000 годах. ФИО4 настаивал на том, что указанный забор был установлен в 1995 году. 

В подтверждение указанного обстоятельства стороны обеспечили в судебное заседание явку свидетелей, которые дали различные показания по поводу года установки забора из сетки-рабицы по спорной границе. 

Свидетели со стороны ответчика (истца по встречному иску) ФИО4 – К.Е.Н. (знакомая семьи) и С.А.М. (приятель), допрошенные в судебном заседании 16.08.2019, показали, что забор из сетки-рабицы на асбестоцементных столбах по спорной боковой границе был установлен в 1995 году при жизни бабушки ФИО4 При этом ссылались на логичные личные обстоятельства, по которым они помнят год установки забора и его наличие на участке. Ссылались также на то, что местоположение указанного забора не изменилось. 

Свидетель со стороны истцов (ответчиков по встречному иску) Д.В.А. (друг) указал на отсутствие каких-либо ограждений в 1996 году, указав, что в этом году он закончил ВУЗ и был в гостях у Б-вых на даче. По его мнению забор появился в начале 2000-х годов, в настоящее время забор стоит металлический с изменением местоположения прежнего. 

Оценив показания свидетелей, суд исходит из достоверности показаний свидетелей со стороны ФИО4, поскольку их показания объективно подтверждены планом земельного участка с КН№ 1996 года, который являлся предметом исследования эксперта-землеустроителя. В ходе проведения судебной землеустроительной экспертизы, оценка которой дана судом ниже, установлено, что в целом местоположение указанного ограждения, с учётом допустимой погрешности, соответствует межеванию земельного участка истцов Б-вых с КН№ 1996 года. 

Показания свидетеля Д.В.А. суд не принимает как достоверные, поскольку он не смог точно описать и существующий забор, указав, что он теперь металлический, тогда как средняя часть ограждения в действительности осталась неизменной (сетка-рабица). 

В любом случае в 2000 году забор из сетки-рабицы по спорной границе между участками КН№ и КН№ имелся, что подтверждено обеими сторонами. То есть имеющееся на момент возникновения в 2018 году спора ограждение по смежной границе существовало уже более 15 лет и должно было быть учтено при проведении межевых работ в соответствии с положениями ч.10 статьи 22 Федерального закона от 13 июля 2015 года N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости". 

Доказательств того, что при частичной замене ФИО4 забора из сетки-рабицы по краям смежной границы существенно изменилось его местоположение, суду не представлено. 

При рассмотрении настоящего дела истцы Беляевы не представили достаточных и достоверных доказательств нарушения ответчиком ФИО4 их прав. Утверждения истцов о самовольном захвате ответчиком ФИО4 части принадлежащего им земельного участка в судебном заседании не нашли своего подтверждения.

Первым межевые работы в отношении своего земельного участка, в том числе в части местоположения спорной границы, которая признавалась правопредшествениками сторон общей, проводил даритель со стороны Б-вых - Ц.Н.Т., в связи с чем смежная граница земельных участков сторон была установлена и описана инженером-геодезистом ФИО19 согласно представленному плану земельного участка в 1996 году.

Именно после составления указанного плана между Ц.Н.Т. и Б-выми был заключен договор дарения земельного участка с КН№ площадью 593 кв.м, которая была установлена по результатам определения границ и площади земельного участка №. Никаких возражений относительно площади и конфигурации принадлежащего им земельного участка, местоположения смежной границы, которая на местности была обозначена забором из сетки-рабицы, до 2018 года истцы Б-вы, принявшие в дар земельный участок в указанных в плане 1996 г. границах, не высказывали.

Доказательств того, что местоположение спорной смежной границы между земельным участками с КН№ и КН№ в период с 1996 года (с момента первоначального определения такой границы) по 2018 год было существенно изменено, в материалы дела представлено не было. 

Со стороны СНТ «Орша» с 1996 года никаких требований относительно незаконности использования собственниками земельных участков с КН№ и (или) КН№ земель общего пользования не заявлялось. Границы земель общего пользования СНТ «Орша» в установленном законом порядке не межевались. 

В целях разрешения спора по делу была проведена судебная землеустроительная экспертиза.

Согласно заключению судебной землеустроительной экспертизы № 7-27.1-16.1/2019 от 08.05.2019 ФИО15 были определены фактические границы земельного участка Б-вых с КН№, которые закреплены на местности ограждениями. В указанных границах фактическая площадь земельного участка составила 591 кв.м, то есть на 2 кв.м менее площади по правоустанавливающим документам, что не выходит за пределы допустимых значений погрешности. Земельный участок с КН№ в фактических границах имеет площадь 636 кв.м, выходит за пределы допустимых значений погрешности относительно площади, указанной в правоустанавливающих документах (609 кв.м). При этом фактические границы обоих участков не соответствуют реестровым границам. 

По результатам экспертных исследований выявлено наложение фактических и кадастровых (реестровых) границ спорных земельных участков друг на друга. Земельный участок с КН№ по фактическому пользованию накладывается на земельный участок с КН№, площадь наложения составляет 11 кв.м. При этом между земельными участками с КН№ и КН№ при межевании в 2018 году образовалась черезполосица площадью 9 кв.м (Т.2 л.д.88). В ходе проведенных исследований экспертом ФИО15 методом моделирования были определены (восстановлены) границы земельного участка Б-вых с КН№ по результатам его межевания 1996 года и приведен сравнительный анализ таких границ относительно фактических границ участка, реестровых границ (по данным ЕГРН), а также инвентаризационных данных СНТ, согласно которому видно смещение спорной смежной границы в сторону земельного участка ФИО4 с КН№. Указанное смещение местоположения границ земельного участка по межевому плану 2018 г. относительно межевания 1996 года не является допустимой погрешностью и превышает предельно допустимую погрешность на 0,51-1,05 метра.

Причиной наложения земельных участков с КН№ и КН№ согласно выводам экспертного заключения явилось то, что при проведении кадастровых работ 2018 года кадастровый инженер ФИО18 определил местоположение смежной границы указанных участков не в соответствии с фактически установленным забором и без учета данных межевания 1996 года земельного участка с КН№, границы которого были установлены на местности исполнителем ФИО19. 

В результате эксперт пришел к выводу о том, что межевание спорных земельных участков 2018 года не соответствует установленным действующим законодательством о кадастровой деятельности нормам, в том числе и в плане технического исполнения проведения кадастровых работ. Экспертом предложены три варианта установления границ спорных земельных участков, приведенных в приложении к заключению (Т.2 л.д.78-84).

Заключение судебной землеустроительной экспертизы ФИО15 соответствует требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса РФ, является допустимым доказательством, содержит ответы на вопросы, поставленные судом перед экспертом, выводы эксперта обоснованны, основаны на материалах гражданского дела; заключение экспертизы изложено полно и ясно; оснований не доверять ему не имеется.

Допустимых доказательств, опровергающих выводы экспертного заключения, истцами (ответчиками по встречному иску) Б-выми суду не представлено. 

Как следует из сравнительного экспертного анализа границ спорных земельных участков, местоположение смежной границы участков КН№ и КН:№ по плану 1996 года, с учетом погрешности, практически совпадает с местоположением имеющегося на местности более 15 лет ограждения (забора), в связи с чем суд при разрешении настоящего спора исходит из правомерности указанной границы спорных земельных участков. 

Достоверных доказательств фактического использования земельного участка в спорном месте собственниками земельного участка с КН№ суду не представлено, что самими Б-выми и не оспаривалось в ходе судебного разбирательства.

Согласно ч. 7 ст. 39 Федерального закона "О государственном кадастре недвижимости" согласование местоположения границ по выбору кадастрового инженера проводится посредством проведения собрания заинтересованных лиц или согласования в индивидуальном порядке с заинтересованным лицом. 

При проведении в 2018 году межевания земельных участков сторон кадастровым инженером ФИО18 устанавливались границы спорных земельных участков на местности, однако при очевидности фактического смежества и сложившегося порядка пользования, объективно подтвержденного правоустанавливающим документом собственников Б-вых с приложенным к нему планом земельного участка 1996 г., мер по согласованию с собственником ФИО4 смежной границы предпринято не было, что повлекло в последующем также закрепление межеванием не соответствующего действительности местоположения границ земельного участка ответчика (истца по встречному иску) ФИО4

В результате таких действий между земельными участками в нарушение положений п.6 ст. 11.9 Земельного кодекса РФ образовалась черезполосица, ширина которой по данным экспертного заключения составила от 0,21 см до 0,35 см. площадью 9 кв.м (Т.2 л.д.73).

Как установлено в ходе экспертного исследования на местности канава между участками с КН№ и КН№ отсутствует, как и функционирующая часть дренажной системы.

Земли общего пользования СНТ "Орша» не установлены по правилам действующего законодательства. Согласно генеральному плану СНТ «Орша» и другим инвентарным документам запроектированная канава между земельными участками КН№ и КН№, а также последующими участками КН№ и КН№ не отмежевана. Межевание границ земельного участка с КН№ ФИО4 2019 года (исполнитель ФИО11) произведено в соответствии с действующим законодательством по границам земельного участка, находящегося в фактическом пользовании.

При установленных обстоятельствах, отсутствие согласования границ земельного участка Б-вых с КН№ при межевании в 2018 году, в частности отсутствие согласования с собственником смежного участка с КН№, а также отсутствие согласования границ с участком КН№ при последующем межевании участка КН№, свидетельствует о недействительности таких результатов межевания. 

Однако оценку данному обстоятельству суд вправе дать при рассмотрении спора об установлении границ земельного участка, что не требует самостоятельного оспаривания результатов межевания, в связи с чем требования ФИО4 о признании незаконными результатов межевания земельных участков с КН№ и КН№ не подлежат удовлетворению по основанию избранного истцом ненадлежащего способа защиты права. 

Заявленные встречным истцом ФИО4 требования об установлении границы своего земельного участка находятся в рамках такого способа защиты, как восстановление положения, существовавшего до нарушения права на земельный участок, и пресечение действий, нарушающих право на земельный участок или создающих угрозу его нарушения (ст. 60 Земельного кодекса Российской Федерации).

С учётом признанного судом нарушения регламентированного законом порядка установления спорной смежной границы при межевании (уточнении границ) земельных участков сторон с КН№ и КН:№ в 2018 году, в рамках заявленного спора о границах земельного участка, суд полагает возможным удовлетворить требования ФИО4 об установлении границ его земельного участка с КН№ в действующей системе координат МСК-69 по третьему варианту заключения эксперта ФИО15, указанных в приложении к чертежу № 11 (Т.2 л.д.82-84), а именно:

Х У

№ 

№

№

№

№

№

№

№

По указанному варианту границы земельного участка истца по встречному иску ФИО4, с учетом допустимой погрешности, соответствует межеванию смежного земельного участка с КН:№ 1996 года, местоположению ограждения по спорной смежной границе, а также правоустанавливающим документам ФИО4 

Устанавливая спорную смежную границу между земельными участками сторон в соответствующих координатах, суд исходит из допущения при межевании земельного участка Б-вых нарушения закона, повлекшего в дальнейшем ошибку в установлении местоположения границ земельного участка ФИО4, а также ущемление прав и законных интересов последнего. Межевание земельного участка истцов ФИО20, в частности спорной смежной границы, было определено без учета интересов собственника смежного земельного участка ФИО4, а также сложившихся и существующих длительное время границ его земельного участка на местности. Ответчиками Б-выми не представлено доказательств того, что местоположение смежной границы, указанное в межевом плане, сведения о котором содержатся в Едином государственном реестре недвижимости, соответствует сложившемуся длительный период времени порядку землепользования названными земельными участками. 

Корректировка местоположения границ участка с КН№ относительно фактической границы со стороны улицы по выбранному истцом ФИО4 варианту (со смещением вглубь участка относительно имеющегося ограждения), с которым соглашается суд, чьих-либо прав и законных интересов не нарушает и закону не противоречит. В судебном заседании истец ФИО4 выразил готовность переместить забор со стороны улицы в соответствии с указанным вариантом установления границ. 

Поскольку, разрешая спор, суд исходит из законности местоположения ограждения ФИО4 по смежной (спорной) с участком истцов Б-вых границе, в исковых требованиях ФИО9 и ФИО1 к ФИО4 об устранении препятствий в пользовании земельным участком путём демонтажа и переноса ограждения следует отказать. 

Решение суда по настоящему делу после вступления в законную силу в соответствии со ст. 304 Гражданского кодекса Российской Федерации будет являться основанием для внесения органом государственной регистрации прав на недвижимое имущество в Единый государственный реестр недвижимости указанных сведений о местоположении измененных границ земельного участка с кадастровым номером №, а также соответствующих изменений местоположения (координат характерных точек) спорной межевой границы земельного участка с кадастровым номером №, устраняющих наложение спорных земельных участков, без заявления правообладателей. 

Руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО9, ФИО1 к ФИО4 об устранении препятствий в пользовании земельным участком путем демонтажа и переноса ограждения оставить без удовлетворения. 

Исковые требования ФИО4 к ФИО9, ФИО1, Садоводческому некоммерческому товариществу «Орша», ФИО8, ФИО10, ФИО13 Н.ичу об оспаривании результатов межевания земельных участков сторон, установлении местоположения границ земельного участка истца удовлетворить частично. 

Установить границы земельного участка истца ФИО4 площадью 609 кв.м с кадастровым номером с КН № из земель сельскохозяйственного назначения для ведения садоводства, расположенного по адресу: 

<

адрес>, по третьему варианту заключения эксперта ФИО15 (приложение к чертежу № 11), а именно:

Х У

№ 

№

№

№

№

№

№

№

Вступившее в законную силу решение является основанием для внесения органом государственной регистрации прав на недвижимое имущество в Единый государственный реестр недвижимости указанных сведений о местоположении измененных границ земельного участка с кадастровым номером с кадастровым номером №, а также соответствующих изменений местоположения (координат характерных точек) спорной межевой границы земельного участка с кадастровым номером №, устраняющих наложение спорных земельных участков, без заявления правообладателей. 

Исковые требования ФИО4 к ФИО9, ФИО1 о признании недействительными результатов межевания земельных участков истца и ответчиков с исключением сведений о границах из ЕГРН оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме с подачей жалобы через Калининский районный суд Тверской области. 

Судья: Т.Е. Долгинцева

Мотивированное решение, с учетом выходных дней, составлено 

23 августа 2019 г.