Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

21 мая 2019 года г. Одинцово

Одинцовский городской суд Московской области в составе: 

председательствующего судьи Кузьминой А.В.

при секретаре Тагирове Ю.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов РФ о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, 

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился с иском в суд и просит взыскать с ответчика за счет средств казны РФ компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования в размере 2 000 000 руб. 

В обосновании заявленных требований указал на то, что 30.05.2018г. постановлением заместителя начальника 2 отдела СЧ по РОПД СУ УВД по ТиНАО ГУ МВД России по г. Москве А,М,С, прекращено уголовное преследование по уголовному делу №207209 по обвинению ФИО1 в связи с непричастностью и отсутствием состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УПК РФ, при расследуемых событиях – по основаниям, предусмотренным п.2 ч. 1 ст. 24 и п.1 ч.1 ст. 27 УПК РФ. Мера пресечения, в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избранную по вышеуказанному уголовному делу в отношении истца – отменена, а также за истцом признано право на реабилитацию в связи с вынесенным постановлением о прекращении уголовного преследования. Также в связи с возбуждением уголовного дела, и предъявленным истцу незаконного обвинения, избранием меры пресечения в виде подписки о невыезде и оглаской, о данном уголовном деле в профессиональной среде, в течение 35 месяцев истец не мог устроиться на работу по специальности, а также иной другой смежной профессии. В течение всего времени расследования уголовного дела, которое длилось более трех лет, истец испытывал глубокие нравственные страдания, связанные с незаконным уголовным преследованием, потерей на длительное время работы и заработка, невозможностью устроится на работу и содержать семью, распространением в профессиональной среде, а также среди родственников и знакомых сведений о его якобы преступной деятельности, умоляло его честь и достоинство. В связи с указанными обстоятельствами, полагая свои права нарушенными органами предварительного следствия, истец обратился в суд.

Истец ФИО1 – в судебное заседание явился, исковые требования поддержал, просил удовлетворить в полном объеме.

Представитель истца – адвокат Ширялин М.Е. – в судебное заседание явился, требования поддержал, пояснил, что уголовное дело в отношении истца прекращено, в связи с непричастностью, также указал, что не было состава преступления, нет потерпевших, в связи, с чем истец был вынужден испытывать длительные моральные страдания на протяжении трех лет. Исковые требования просил удовлетворить. 

Представитель ответчика Министерства финансов РФ – ФИО2 - в судебное заседание явилась, против удовлетворения исковых требований возражала, полагая, что понесенные нравственные и моральные страдания истца не доказаны и не соответствуют предъявленной ко взысканию суммы в размере 2 000 000 руб. 

Представитель ответчика УВД по ТиНАО ГУ МВД России по г. Москве (Новомосковский и ФИО3) – ФИО4 – в судебное заседание явился, в удовлетворении иска просил отказать, по доводам, изложенным в ранее поданных возражениях.

Ответчик Отдел №12 УФК по Москве – представителя в судебное заседание не направили, о рассмотрении дела извещены надлежаще, о причинах неявки суду не известно. 

Третье лицо Прокурор Новомосковского административного округа г. Москвы – в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела извещались надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил. 

Суд в силу ст. ст. 12, 167 ГПК РФ, с учетом мнения явившихся лиц, счел возможным рассмотреть дело при данной явке.

Суд принял меры к извещению сторон, и, исходя из того, что реализация участниками гражданского оборота своих прав не должна нарушать права и законные интересы других лиц, а также сроки рассмотрения гражданских дел, установленных п.1 ст. 154 ГПК РФ.

Изучив и проанализировав материалы дела, заслушав лиц участвующих в деле, суд приходит к следующему. 

На основании ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Необходимо учитывать, что Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод (заключена в г. Риме 04 ноября 1950 года, с изменениями от 13 мая 2004 года) признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации.

Из положений статьи 46 Конвенции, статьи 1 Федерального закона от 30 марта 1998 года N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" следует, что правовые позиции Европейского Суда по правам человека, которые содержатся в его окончательных постановлениях, принятых в отношении Российской Федерации, являются обязательными для судов.

Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", применение судами Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей, как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками. Понятие "семейная жизнь" не относится исключительно к основанным на браке отношениям и может включать другие семейные связи, в том числе связь между родителями и совершеннолетними детьми.

По общему правилу, установленному п. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

Таким образом, указанные выше положения устанавливают общий принцип наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред только при наличии вины причинителя, исключения из которого при строго определенных случаях должны быть прямо закреплены в законе.

В соответствии со ст. 1100 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконном применении в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде.

Положениями ст. 1101 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, 23.04.2015г. старшим следователем 2 отдела по расследованию организационной преступной деятельности СУ УВД по Троицкому и Новомосковскому АО ГУ МВД России по г. Москве З,А,В, в отношении Г,А,А,, по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, по факту хищения по подложным документам с территории ООО «Рольф», в составе преступной группы, совместно с неустановленными лицами, запасных частей и аксессуаров к автомобилям на сумму 1 175 903, 64 руб., возбуждено уголовное дело №207209 (л.д. 20).

Согласно постановлению от 30.12.2015г. о привлечении в качестве обвиняемого, ФИО1 был привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу №207209 и предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ (л.д.21), также в отношении истца, на основании постановления от 30.12.2015г., избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (л.д. 22-24). 

16.02.2016г. уголовное дело №207209 с обвинительным заключением направлено в прокуратуру Новомосковского АО г. Москвы.

Прокурором Новомосковского АО г. Москвы 26.02.2016г. уголовное дело №207209 возвращено для организации дополнительного расследования. 

10.05.2016г. истцу предъявлено обвинение в том, что он с К,А,А. и Г,Д,В,, действуя в составе организованной преступной группы, используя свое служебное положение, путем обмана похитил имущество, принадлежащее ООО «РОЛЬФ» филиал «ЯЛР - Ясенево», на общую сумму 164 339 руб. 

20.05.2016г. указанное уголовное дело вместо с обвинительным заключением, составленным начальником 2 отдела СЧ по РОПД СУ УВД по ТиНАО ГУ МВД России по г. Москве К,А,Р,, повторно направлено прокурору Новомосковского АО г. Москвы для утверждения обвинительного заключения. 

20.06.2016г. обвинительное заключение утверждено заместителем прокурора Новомосковского административного округа г. Москвы Х.И,В,, и уголовное дело направлено в Щербинский районный суд г. Москвы для рассмотрения по существу.

На основании постановления Щербинского районного суда г. Москвы, уголовное дело на основании п.1 ч.1 ст. 237, 256 УПК РФ, возвращено прокурору Новомосковского административного округа г. Москвы для устранения допущенных нарушений закона (л.д. 25-27).

29.12.2017г. заместителем начальника 2 отдела СЧ по РОПД СУ УВД по ТиНАО ГУ МВД России по г. Москве А,М,С, уголовное дело и уголовное преследование в отношении истца, а также Г,Д,В, и К,А,А. прекращено в связи с отсутствием в действиях каждого состава преступления, и признано право на реабилитацию, а также отменена мера пресечения, избранная 30.12.2015г., в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. 

15.01.2018г. прокуратурой Новомосковского АО г. Москвы постановление о прекращении уголовного дела отменено и дело возвращено в следственный отдел для организации дополнительного расследования. 

14.04.2018г. уголовное дело в отношении обвиняемых ФИО1, Г,Д,В, и К,А,А. прекращено, в связи с непричастностью и отсутствием в действиях состава преступления, - по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 24 и п.1 ч.1 ст. 27 УПК РФ. 

30.04.2018г. постановление о прекращении уголовного дела от 14.04.2018г. отменено и дело направлено на дополнительное расследование. 

30.05.2018г. постановлением заместителя начальника 2 отдела СЧ по РОПД СУ УВД по ТиНАО ГУ МВД России по г. Москве А,М,С, прекращено уголовное преследование по уголовному делу №207209 по обвинению ФИО1 в связи с непричастностью и отсутствием состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УПК РФ, при расследуемых событиях – по основаниям, предусмотренным п.2 ч. 1 ст. 24 и п.1 ч.1 ст. 27 УПК РФ. Мера пресечения, в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избранную по вышеуказанному уголовному делу в отношении истца – отменена, а также за истцом признано право на реабилитацию в связи с вынесенным постановлением о прекращении уголовного преследования (л.д. 9-19). 

В соответствии с п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен УПК РФ (статья 133 - 139, 397 и 399).

Исходя из содержания данных статей право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования по реабилитирующим основаниям). 

При этом установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (статья 136 УПК РФ).

В силу ч. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Судом, довод представителя ответчика УВД по ТиНАО ГУ МВД России по г. Москве о том, что истцом не доказана причинно – следственная связь, а также не представлено доказательств причинения морального вреда, то есть несения нравственных страданий, которые определяются как совокупность отрицательных эмоций, отклоняется, поскольку, в силу прямого указания закона предусмотрено, что вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, в том числе устранение последствий морального вреда, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда, что закреплено в ч. 1 ст. 133 УПК РФ. Соответственно, сам факт незаконного привлечения к уголовной ответственности является основанием для взыскания в пользу лица компенсации морального вреда.

В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом. Например, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию.» (Пункт 3 Постановления Пленума).

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных истцом требований и о применении последствий реабилитации в виде компенсации морального вреда истцу в связи с прекращением в отношении него уголовного преследования по реабилитирующим основаниям.

При этом суд соглашается с доводами представителей ответчиков, о том, что отсутствует причинно – следственная связь между заболеванием супруги истца в период расследования уголовного дела. Поскольку из представленных в материалы дела выписных эпикризов на родственные отношения истца – Г,Л,И, за разный период времени, указано, что у Г,Л,И, в конце августа 2015г., при плановой диспансеризации в поликлинике по месту жительства по данным наименование специализации исследования выявлена описание заболевания. В указанных медицинских документах не указано о наличии причинно – следственной связи между заболеванием Г,Л,И, и уголовным преследованием истца ФИО1 (л.д. 28-32). 

При этом, тяжесть заболевания, имеющаяся у супруги истца, не может быть напрямую связанна с уголовным делом в отношении ФИО1

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (с изменениями от 25 октября 1996 г., 15 января 1998 г.) разъяснено: «Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Так же суд соглашается с представителем ответчика УВД по ТиНАО ГУ МВД России по г. Москве о том, что отсутствует причинно – следственная вязь между привлечением истца в качестве обвиняемого и прекращением трудовых отношений, поскольку доказательств, подтверждающих причинение истцу морального вреда в результате действий ответчика, выраженных в предъявления обвинения, и увольнения по собственному желанию, равно как и нарушение ответчиком трудовых прав истца с учетом положений ст. 237 ТК РФ, суду представлено не было. Кроме того, как следует из материалов дела и пояснений стороны истца, данных в ходе судебного заседания, истцу предъявлено обвинение 30.12.2015г. (л.д. 21), в то время, как соглашение о прекращении трудового договора № от 01.04.2013г., было заключено между ООО «РОЛЬФ МОТОРОС» и ФИО1 добровольно – 28.04.2015г. (л.д.33). 

В силу положений пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

При определении суммы компенсации морального вреда, суд учитывает личность истца, который ранее никогда не привлекался к уголовной ответственности, является добропорядочным гражданином, работал, имеет на иждивении малолетнего ребенка, являющегося ветераном военной службы, полковника запаса, не раз награжденного медалями, в том числе «за отличие в военной службе» первой и второй степени (л.д. 52-59). 

При этом, согласно ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Из указанной нормы следует, что при возмещении вреда за счет казны Российской Федерации выступает Министерство финансов РФ.

При таких обстоятельствах, оценив собранные по делу доказательства, применительно к положениям вышеназванных норм закона, с учетом установленных судом конкретных обстоятельств дела, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда в размере 400 000 руб. с Министерства финансов РФ за счет средств казны РФ.

Руководствуясь ст. ст. 12, 194-199 ГПК РФ суд 

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1, - удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 400 000 (четыреста тысяч) рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Одинцовский городской суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме. 

Председательствующий: 

Мотивированное решение изготовлено 27 мая 2019 года