Дело 2-34/2017 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

«24» января 2017 года с. Октябрьское

Октябрьский районный суд Челябинской области 

в составе председательствующего судьи Грачёва М.А.,

при секретаре Агафоновой В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании с участием истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, гражданское дело по иску МХА к ГУ Управлению Пенсионного фонда РФ в Октябрьском районе о признании незаконным решения об отказе в назначении страховой пенсии по старости и возложении обязанности о назначении пенсии с даты обращения за пенсией,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 Х.А.К. обратился в суд с вышеназванным иском к Государственному Учреждению Управлению Пенсионного фонда РФ в Октябрьском районе о признании незаконным решения комиссии ГУ Управления пенсионного фонда РФ в Октябрьском районе, в обоснование иска указывает, что в назначении пенсии 21 октября 2016 года ей было отказано незаконно, так как ей не была разъяснена обязанность предоставить свидетельство о заключении брака, после разъяснения данной обязанности она привезла из Грузии соответствующий документ, после чего ей сразу была назначена пенсия. 

В судебном заседании ФИО1 Х.А.К. просил иск удовлетворить в полном объеме, указав на то, что не располагала сведениями о предоставлении соответствующих документов, я связи с чем по независящим от нее обстоятельствам ей была назначена пенсия не с даты ее наступления по закону. Просит решение отменить обязать ответчика назначить пенсию с 22 июля 2016 года.

Представитель ГУ Управления Пенсионного фонда РФ в Октябрьском районе ФИО2, в судебном заседании с заявленными требованиями не согласилась по основаниям, изложенным в решении комиссии ГУ Управления пенсионного фонда РФ по Октябрьскому району. 

Выслушав объяснения сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ « О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет.

Пункт 2 статьи 7 данного закона гласит, что страховая пенсия по старости назначается при наличии не менее 15 лет страхового стажа.

Согласно ч.ч. 3, 4 ст. 22 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", в случае, если к заявлению о назначении страховой пенсии приложены не все необходимые документы, подлежащие представлению заявителем с учетом положений части 7 статьи 21 настоящего Федерального закона, орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, дает лицу, обратившемуся за страховой пенсией, разъяснение, какие документы он должен представить дополнительно.

Таким образом, по смыслу указанных правовых норм назначение трудовой пенсии возможно при одновременном наличии двух условий: заявления о назначении пенсии и соответствующего права на пенсию.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ за 2 кв. 2006 года, утвержденном Постановлением Президиума ВС РФ от 27 сентября 2006 года, содержится указание на то, что если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что на момент первоначального обращения за трудовой пенсией в пенсионный орган гражданин имел право на указанную пенсию, однако не располагал необходимыми сведениями и (или) документами, подтверждающими право на пенсию, и не смог представить их в установленный трехмесячный срок по независящим от него причинам (например, тождественность выполняемых истцом функций тем работам, которые дают право на пенсию, была установлена в ходе судебного разбирательства), то суд вправе удовлетворить требование истца о назначении ему трудовой пенсии по старости с момента первоначального обращения за указанной пенсией.

В обоснование иска истцом ФИО1 представлена копия трудовой книжки, выданной ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 47-48), в которой имеются записи о приеме ДД.ММ.ГГГГ года на должность 

<

данные изъяты> и сведения об её увольнении по собственному желанию ДД.ММ.ГГГГ с вышеуказанного предприятия, переименованного в 

<

данные изъяты>». Из копии паспорта ФИО1 (л.д 4) следует, что она родилась ДД.ММ.ГГГГ, что согласуется с копией свидетельства о ее рождении (л.д. 55).

Как установлено в судебном заседании по заявлению ФИО1 от 18 августа 2015 года (л.д. 109) в рамках заблаговременной работы по вопросу назначения пенсии ответчиком был сделан ряд запросов для истребования необходимых сведений о стаже заявителя (л.д. 108-114).

18 марта 2016 года в адрес ответчика поступила архивная справка, подтверждающая сведения о трудовом стаже истицы, однако при совпадении имени и отчества, должности, периода работы, наименования организации в документе указана фамилия Б (л.д. 38).

ДД.ММ.ГГГГ года ФИО1 обратилась к ответчику с заявлением о назначении пенсии (л.д. 30-32).

Сведений, указывающих на дачу истице разъяснений о том какие, в трех месячный срок, документы она должна представить дополнительно в отношении спорного периода, материалы пенсионного дела не содержат (л.д. 22-54), не имеется данных сведений и в расписке-уведомлении, выдаваемой в подтверждение факта и даты приема заявления о назначении пенсии (л.д. 33).

Решением ГУ Управления Пенсионного фонда РФ № от 21 октября 2016 года (л.д. 22), на основании протокола комиссии № (л.д. 23-24) ФИО1 К. в установлении страховой пенсии отказано, в связи с отсутствием необходимого страхового стажа, поскольку заявителем не представлен документ об изменении фамилии.

16 декабря 2016 года ФИО1 повторно обратилась к ответчику, ей была представлена справка из отдела ЗАГС Дманисского муниципалитета Грузии, согласно которой ДД.ММ.ГГГГ года был зарегистрирован брак между МИМ. и БХАК., после заключения брака ей присвоена фамилия ФИО1 (л.д. 56, 76-78, 96).

На основании решения от 21 декабря 2016 года ФИО1 К. с 16 декабря 2016 года была назначена пенсия по старости (л.д. 67).

Вышеприведенные доказательства у суда сомнений не вызывают и принимаются во внимание при вынесении решения.

В пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11 декабря 2012 № 30 "О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии" указано, что необходимо иметь в виду, что, если истец в установленном законом порядке обращался в орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, за назначением пенсии, однако в этом ему было необоснованно отказано, суд вправе обязать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, назначить истцу пенсию со дня обращения с заявлением в такой орган либо с более раннего срока.

Таким образом, назначение трудовой пенсии обусловлено наличием права на указанную пенсию, реализация которого зависит от волеизъявления обладателя этого права.

В ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что на момент первоначального обращения за страховой пенсией по старости в пенсионный орган 21 июля 2016 года ФИО1 Х.А.К. имела право на указанную пенсию, однако не располагала необходимыми документами, подтверждающими право на пенсию, и не смогла представить их в установленный трехмесячный срок по не зависящим от нее причинам.

В судебном заседании не добыто доказательств о том, что ФИО1 было достоверно известно о необходимости предоставления сведений о смене фамилии для назначения пенсии, достоверных и допустимых доказательств этому не представлено, не свидетельствуют в подтверждение и доводы представителя ответчика, указавшего на то, что в адрес истицы направлялось письмо о необходимости представления свидетельства о браке, поскольку сведений о получении данного письма ФИО1 не имеется. Не свидетельствует об этом предоставленная копия письма (л.д. 115) и копия журнала учета исходящей корреспонденции (л.д. 124-125), представленная ответчиком, поскольку он не содержит сведений и вручении данного письма истице. Кроме того суд учитывает, что данное письмо было направлено простой корреспонденцией, представитель не исключил возможности о не получении данного письма истицей. Не подтверждает доводы ответчика и контрольная карточка, где в графе результат проверки (л.д. 110) указана на необходимость предоставления свидетельства о браке, поскольку подписи ФИО1 об ознакомлении с данной записи не имеется, не представлены суду доказательства о том, что данный документ был вручен ФИО1.

Оценивая доводы представителя ответчика о том, что ФИО1 направлялись сведения о недостающих документах в личный кабинет, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 не было достоверно известно, что оформление документов происходила таким способ, поскольку документы она оформляла при личном присутствии в территориальном органе ПФР, достоверных сведений о том, что она была ознакомлена с оформлением пенсии путем электронного документооборота материалы дела не содержат, таких сведений суду не представлено. Суд полагает заслуживающими внимание доводы истицы об отсутствии навыков у последней в использовании персонального компьютера и сети Интернет, о чем свидетельствует ее поведение в ходе судебного заседания, наличие начального образования.

Из материалов дела видно, что запрос ФИО1 в органы ЗАГС Грузии был направлен 14 января 2016 года, ответ не получен (л.д. 7, 64), то есть до получения ответчиком архивной справки из Республики Казахстан, датированной 18 марта 2016 года, таким образом, суд полагает нелогичными доводы ответчика о том, что после получения справки указывающей на разночтения в фамилии истице была разъяснена обязанность предоставления свидетельства о браке и невозможность назначения пенсии по этим основаниям, поскольку она обратилась в органы ЗАГСа заранее по иным основаниям.

Как установлено в судебном заседании ФИО1 не было разъяснено, что не представление вышеуказанных сведений напрямую повлияет на назначении пенсии, указано лишь необходимость представления для подтверждение наличия детей, при этом суд учитывает, что 21 декабря 2016 года при принятии решения о назначении пенсии, ответчиком сделан вывод о принадлежности документа при наличии совокупности документов и при первичном обращении ФИО1 в УПФР, что согласуется с данными протокола, где указано, что в имени матери (заявительницы) в свидетельствах о рождении детей была допущена орфографическая ошибка (л.д. 91-92).

Таким образом суд приходит к выводу, что ФИО1 по независящим от нее причинам, отсутствие разъяснений со стороны ответчика о предоставлении дополнительных документов, рассмотрение ее запроса Министерством Юстиции РФ, а также Грузией в общеизвестной сложившейся непростой обстановке между двумя государствами, не смогла своевременно в течение установленного ответчиком трехмесячного срока представить документ подтверждающий заключение брака. В подтверждение данных доводов свидетельствует и то обстоятельство, что после отказа в назначении пенсии и надлежащих разъяснений причин отказа ФИО1 незамедлительно самостоятельно получила необходимый документ.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии с пунктом 2 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел, что является необходимым для достижения задач гражданского судопроизводства. Это правомочие суда, будучи следствием принципа судейского руководства процессом, выступает процессуальной гарантией закрепленного в ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации права граждан на судебную защиту.

Таким образом, суд приходит к твердому убеждению, что не представление ФИО1 дополнительных документов до получения сведений из Грузии, не является виной заявителя, в связи с чем, она не может быть лишена права на назначение пенсии с момента первоначального обращения.

При таких обстоятельствах исковое заявление подлежит полному удовлетворению, в связи с чем, решение УПФР в Октябрьском районе от 21 октября 2016 года № является незаконным. Иное решение данного вопроса приведет к несоразмерному ограничению конституционного права истца на социальное обеспечение и тем самым нарушит предписания ст. 2, ч. 2, 3 ст. 55 Конституции РФ. 

Поскольку право на назначение пенсии в соответствии с ч. 1 ст. 22 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" возникает со дня обращения за указанной пенсией, но не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию, суд приходит к выводу об удовлетворении заявления и назначении пенсии с ДД.ММ.ГГГГ, когда ФИО1 исполнилось 

<

данные изъяты> лет.

Руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Признать незаконным решение ГУ Управления Пенсионного фонда РФ в Октябрьском районе Челябинской области от 21 октября 2016 года № об отказе МХА в назначении страховой пенсии по старости.

Возложить обязанность на ГУ УПФР в Октябрьском районе Челябинской области назначить МХА страховую пенсию по старости со дня возникновения права на указанную пенсию- ДД.ММ.ГГГГ

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда, путем подачи жалобы в Октябрьский районный суд в течение месяца со дня вынесения мотивированного решения.

Председательствующий: подпись

Копия верна

Судья М.А. Грачёв