Дело № 2-969/2024 УИД: 47RS0007-01-2024-001461-21 

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

28 октября 2024 года г. Кингисепп

Кингисеппский городской суд Ленинградской области в составе:

председательствующего судьи Улыбиной Н.А.,

при секретаре Инягиной Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании с участием ответчика ФИО1, 

представителя третьего лица ОМВД России по Кингисеппскому району Ленинградской области – ФИО3, действующей по доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной сроком до ДД.ММ.ГГГГ,

гражданское дело по иску Министерства внутренних дел Российской Федерации в защиту интересов Российской Федерации к ФИО1 о взыскании ущерба в порядке регресса, 

У С Т А Н О В И Л:

24 мая 2024 года истец Министерство внутренних дел Российской Федерации (далее МВД России), действуя в интересах Российской Федерации, обратилось в Кингисеппский городской суд Ленинградской области с иском к ответчику ФИО1 о возмещении ущерба в порядке регресса в сумме 20 000 рублей. 

В обоснование исковых требований истец указал, что решением Кингисеппского городского суда Ленинградской области от 10 марта 2022 года, оставленным без изменения апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда от 16 июня 2022 года, признано незаконным бездействие Отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по Кингисеппскому району Ленинградской области, выразившееся в ненадлежащих санитарных условиях содержания под стражей ФИО2 в изоляторе временного содержания Отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по Кингисеппскому району Ленинградской области в период с 01 сентября 2018 года по 07 сентября 2018 года, с 25 октября 2018 года по 02 ноября 2018 года, в период с 06 ноября 2018 года по 15 ноября 2018 года в части обеспеченности менее санитарной нормы на человека по квадратным метрам в камерах № 7 и № 8 и непринятия мер к надлежащему освещению камер № 6 и № 8. С Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в размере 20 000 (двадцати тысяч) рублей.

В ходе проведения служебной проверки ОМВД России было установлено, что в соответствии с актом комиссионного обследования ИВС ОМВД России от 21.02.2019, проведенного комиссионно ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области с ОМВД России и утвержденными начальником ОМВД России, камеры ИВС ОМВД России, в том числе камеры №7,8 соответствуют установленным нормативам. Однако, протокол результатов измерения освещенности от 21.02.2019 свидетельствует о том, что в камерах №6,8 освещение ниже нормы, вместо 150 лм, в камере №6 освещенность составляла 120 лм, а в камере №8 освещенность составляла 115 лм. 

В период с 1 сентября 2018 года по 7 сентября 2018 года, с 25 октября 2018 года по 2 ноября 2018 года, в период с 6 ноября 2018 года по 15 ноября 2018 года ФИО2 содержался в камерах № 7, 8. Согласно акту, в ИВС ОМВД России всего 10 камер с лимитом мест на 21 человека. Площадь камеры № 7 без санузла - 6,93 кв.м, с санузлом - 8,13 кв.м. № 8 без санузла -6,63 кв.м, с санузлом - 7,83 кв.м. Площадь камеры № 7 и камеры № 8 ИВС ОМВД России составляет 6,63 кв.м и 6,93 кв.м., соответственно. В то время, как согласно требованиям, установленным абз. 5 ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» норма санитарной площади камеры на одного человека определена в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 настоящего Федерального закона, то есть при содержании двух человек в одной камере ее площадь должна быть не менее восьми квадратных метров. Поскольку ФИО2 содержался в камерах № 7,8 в количестве двух человек, то их площадь должна была составлять не менее восьми квадратных метров, в связи с чем, ОМВД России нарушило требование статьей 23 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», а именно нормы санитарной площади в камере на одного человека в размере четырех квадратных метров.

Министерством финансов РФ решение суда исполнено, за счет средств казны РФ денежные средства в размере 20 000 рублей перечислены ФИО2 по платежному поручению от 20.04.2023 года. 

Поскольку согласно Положению об ИВС ОМВД России, ИВС ОМВД России возглавляет начальник, назначаемый на должность и освобождаемый от должности в порядке, установленном нормативными правовыми актами МВД России, ГУ МВД России, начальником ИВС ОМВД России было нарушено требование статей 23 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», а также требования Положения ИВС ОМВД России, выразившееся в ненадлежащей организации работы ИВС в части ненадлежащих санитарных условий содержания под стражей ФИО2, в связи с чем истец, со ссылкой на положения ст. 1069, 1070, 1081 Гражданского кодекса РФ, просит взыскать с ФИО1, замещающей в тот период должность начальника ИВС ОМВД РФ по Кингисеппскому району Ленинградской области в порядке регресса суммы понесенных Российской Федерацией убытков в размере 20 000 рублей (л.д. 48-51).

Представитель истца МВД России ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом, просил рассмотреть дело без своего участия, заявленные требования поддерживает в полном объеме (л.д. 104). 

Ответчик ФИО1 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, поддерживала представленные письменные возражения (л.д. 70-75), указав, что с 2002 года являлась сотрудником ОМВД России, с 2017 года занимала должность начальника ИВС ОМВД РФ по Кингисеппскому району Ленинградской области, уволена со службы по выслуге лет 16 ноября 2020 года. На момент судебного разбирательства и вынесения решения суда по иску ФИО2 находилась на пенсии, не была привлечена к участию в деле, не имела возможности предоставления своих возражений. В ходе проведения служебной проверки 30 декабря 2022 года с нее также не были взяты объяснения. Полагает, что факт признания заключением служебной проверки ОМВД России нарушение ею положений Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», не свидетельствуют о наличии в её действиях прямой причинно-следственной связи между ненадлежащим исполнением служебных обязанностей и наступившими последствиями. Считает, решение Кингисеппского городского суда по иску ФИО2 не имеет преюдициального значения. Ссылается, что обследование камер ИВС ОМВД России по Кингисеппскому району проводилось комиссионно с участием представителей ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. После получения актов, ею направлялись Планы устранения недостатков, выявленных в ходе комиссионного обследования ИВС, утвержденные начальником ОМВД в службу Тыла ОМВД России для проведения работ по их устранению, в том числе, в части несоответствия искусственного освещения нормам СанПин. Помещение ИВС находится в здании ОМВД России по Кингисеппскому району 1949 года постройки и не соответствует современным требованиям. Ею неоднократно направлялись письма в ГУ МВД России по СПб и ЛО с просьбой о выделении финансирования для проведения ремонтных работ. Капитальный ремонт ИВС был произведен в период с 26.11.2018 по 18.02.2019 года с устранением выявленных ранее недостатков. В период осуществления ею деятельности начальника ИВС жалоб от ФИО2 на условия его содержания в ИВС не поступало. Кроме того указывает, что исходя из положений трудового законодательства, работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба. Поскольку ФИО2 получил компенсацию 20 апреля 2023 года, то полагает, что МВД России пропустил срок для обращения в суд с настоящими требованиями, просила в иске отказать (л.д. 70-75).

Представитель третьего лица ОМВД России по Кингисеппскому району Ленинградской области ФИО3 в судебном заседании поддержала доводы искового заявления, полагая о наличии оснований для удовлетворения требований. 

Определив в порядке ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть дело в отсутствие не явившегося в судебное заседание представителя истца, оценив собранные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В силу пункта 1 статьи 1081 ГК РФ лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Согласно частям 1 и статьи 3 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - Федеральный закон от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ) регулирование правоотношений, связанных со службой в органах внутренних дел, осуществляется в соответствии с Конституцией Российской Федерации, настоящим Федеральным законом, Федеральным законом от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ "О полиции" (далее - Федеральный закон от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ), Федеральным законом от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - Федеральный закон от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ) и другими федеральными законами, регламентирующими правоотношения, связанные со службой в органах внутренних дел; нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации; нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации; нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел.

В случаях, не урегулированных нормативными правовыми актами Российской Федерации, указанными в части 1 настоящей статьи, к правоотношениям, связанным со службой в органах внутренних дел, применяются нормы трудового законодательства.

В соответствии с частью 5 статьи 15 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ вред, причиненный гражданам и организациям противоправными действиями (бездействием) сотрудника органов внутренних дел при выполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. В случае возмещения Российской Федерацией вреда, причиненного противоправными действиями (бездействием) сотрудника, федеральный орган исполнительной власти в сфере внутренних дел имеет право обратного требования (регресса) к сотруднику в размере выплаченного возмещения, для чего федеральный орган исполнительной власти в сфере внутренних дел может обратиться в суд от имени Российской Федерации с соответствующим исковым заявлением.

Согласно части 6 статьи 15 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ за ущерб, причиненный федеральному органу исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориальному органу, сотрудник органов внутренних дел несет материальную ответственность в порядке и в случаях, которые установлены трудовым законодательством.

Аналогичная норма содержится в части 4 статьи 33 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ.

Частью 3 статьи 33 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ предусмотрено, что вред, причиненный гражданам и организациям противоправными действиями (бездействием) сотрудника полиции при выполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Согласно позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 28 июня 2022 N 1536-О, положения ГК РФ о регрессе применительно к службе в органах внутренних дел развивает часть 5 статьи 15 Федерального закона "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", предусматривающая, что вред, причиненный гражданам и организациям противоправными действиями (бездействием) сотрудника органов внутренних дел при выполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации; в случае возмещения Российской Федерацией вреда, причиненного противоправными действиями (бездействием) сотрудника, федеральный орган исполнительной власти в сфере внутренних дел имеет право обратного требования (регресса) к сотруднику в размере выплаченного возмещения, для чего федеральный орган исполнительной власти в сфере внутренних дел может обратиться в суд от имени Российской Федерации с соответствующим исковым заявлением.

Данная норма, обеспечивая реализацию в деятельности органов внутренних дел отраженных в гражданском законодательстве целей, связанных с защитой прав лица, возместившего вред, и обеспечиваемых установлением права регресса, является элементом правового механизма защиты имущественных прав участников общественных отношений и применяется лишь в том случае, если причинение вреда связано с противоправным поведением сотрудника органов внутренних дел.

Служба в органах внутренних дел, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, является особым видом государственной службы и направлена на реализацию публичных интересов, что предопределяет наличие у сотрудников, проходящих службу в этих органах, специального правового статуса, обусловленного выполнением конституционно значимых функций по обеспечению правопорядка и общественной безопасности (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 6 июня 1995 г. N 7-П, от 21 марта 2014 г. N 7-П, от 11 ноября 2014 г. N 29-П и др.).

Сотрудник органов внутренних дел в силу закона обязан при выполнении служебных обязанностей соблюдать права и законные интересы граждан, общественных объединений и организаций, к его личным и деловым качествам предъявляются особые требования, а противоправное поведение с его стороны недопустимо.

В соответствии со статьей 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Такое регулирование соответствует задачам трудового законодательства по созданию необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений (статья 1 данного Кодекса) и, допуская привлечение работника к материальной ответственности, обеспечивает сохранение имущества работодателя, необходимого для осуществления его деятельности.

Отнесение к прямому действительному ущербу, предполагающему привлечение работника к материальной ответственности, затрат либо излишних выплат работодателя на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам, имеет целью обеспечение баланса интересов работодателя и работника, стимулируя последнего к добросовестному исполнению возложенных на него трудовых обязанностей.

Привлечение работника к материальной ответственности допускается только при наличии обязательных условий, а именно: вины работника в совершении деяния, повлекшего причинение ущерба, противоправности такого деяния и причинной связи между деянием и возникшим ущербом.

В силу части 1 статьи 247 ТК РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Согласно части 2 статьи 247 ТК РФ истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности. Для установления указанных обстоятельств необходимо проведение служебной проверки и получение от работника, привлекаемого к материальной ответственности, объяснений.

При определении суммы, подлежащей взысканию, судам следует учитывать, что в силу статьи 238 ТК РФ работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам (пункт 15).

Таким образом, по смыслу действующего гражданского законодательства Российской Федерации, вред, причиненный незаконными действиями сотрудников органов внутренних дел при выполнении ими служебных обязанностей, подлежит возмещению только в случае, если судом будет установлено наличие состава правонарушения, включающего в себя, наступление вреда, противоправность (незаконность) действий причинителя вреда, прямую причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступлением вреда, а также размер причиненного вреда.

Проанализировав вышеназванные положения закона, суд приходит к выводу о том, что для возложения на сотрудника органа внутренних дел в порядке регресса ответственности за вред, причиненный казне Российской Федерации при исполнении служебных обязанностей, необходимо установление фактов наступления вреда, его размера, противоправности поведения причинителя вреда, его вины (в форме умысла или неосторожности), а также причинно-следственной связи между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями. Бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на истца.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что решением Кингисеппского городского суда Ленинградской области от 10 марта 2022 года по административному делу №2а-372/2022 по административному иску ФИО2 к Отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации по Кингисеппскому району Ленинградской области, Министерству внутренних дел Российской Федерации о признании условий содержания и этапирования ненадлежащими, взыскании компенсации морального вреда, признано незаконным бездействие Отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по Кингисеппскому району Ленинградской области, выразившееся в ненадлежащих санитарных условиях содержания под стражей ФИО2 в Изоляторе временного содержания Отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по Кингисеппскому району Ленинградской области в период с 01 сентября 2018 года по 07 сентября 2018 года, с 25 октября 2018 года по 02 ноября 2018 года, в период с 06 ноября 2018 года по 15 ноября 2018 года в части обеспеченности менее санитарной нормы на человека по квадратным метрам в камерах № 7 и № 8 и непринятия мер к надлежащему освещению камер № 6 и № 8.

С Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в размере 20 000 (двадцати тысяч) рублей. Решение суда вступило в законную силу 16 июня 2022 года (л.д. 8-29, 30-34).

При рассмотрении указанного административного дела судом было установлено, что ФИО2 находился в ИВС ОМВД России по Кингисеппскому району Ленинградской области в период с 01 сентября 2018 года по 07 сентября 2018 года, с 25 октября 2018 года по 02 ноября 2018 года, с 06 ноября 2018 года по 15 ноября 2018 года, с 25 марта 2019 года по 05 апреля 2019 года, а всего 37 суток. При этом в период с 01 сентября 2018 года по 07 сентября 2018 года ФИО2 содержался в камере № 7 площадью 6,93 кв.м в количестве 2 человек; в период с 25 октября 2018 года по 02 ноября 2018 года содержался в камере № 8 площадью 6,63 кв.м в количестве 2 человек; в период с 06 ноября 2018 года по 15 ноября 2018 года содержался в камере № 6 площадью 10,03 кв.м в количестве 2 человек; в период с 25 марта 2019 года по 05 апреля 2019 года содержался в камере № 4 площадью 8,63 кв.м в количестве 2 человек. В то время как согласно требованиям, установленным абз. 5 ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», норма санитарной площади камеры на одного человека определена в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 настоящего Федерального закона, то есть при содержании двух человек в одной камере ее площадь должна быть не менее восьми квадратных метров. А поскольку ФИО2 содержался в камерах № 7 и № 8 в количестве двух человек, то их площадь должна была составлять не менее восьми квадратных метров. В то время как площадь камеры № 7 составляет 6,93 кв.м, что на 1,07 кв.м меньше вышеуказанной нормы; площадь камеры № 8 составляет 6,63 кв.м, что на 1,37 кв.м меньше установленной норы. Протокол результатов измерения освещенности от 21 февраля 2019 года свидетельствует о том, что в камерах № 8 и № 6 освещение ниже нормы, вместо 150 Лк, в камере № 6 освещенность составляла 120 Лк, а в камере № 8 – 115 Лк.

В связи с чем, суд пришел к выводу о наличии правовых оснований для частичного удовлетворения иска ФИО2, поскольку камеры ИВС, в которых находился административный истец не в полной мере отвечали санитарным нормам, а именно: площадь камер № 7 и № 8 не соответствовала санитарной норме при нахождении двух человек; освещенность камер № 6 и № 8 также не соответствовала норме, признав бездействие административного ответчика ОМВД по Кингисеппскому району Ленинградской области, выразившееся в ненадлежащих санитарных условиях содержания административного истца ФИО2 в ИВС в период с 01 сентября 2018 года по 07 сентября 2018 года, с 25 октября 2018 года по 02 ноября 2018 года и в период с 06 ноября 2018 года по 15 ноября 2018 года в части обеспеченности менее санитарной нормы на человека по квадратным метрам в камерах № 7 и № 8 и непринятия мер к надлежащему освещению камеры № 6 и № 8, в которых находился ФИО5 незаконным, поскольку при освещение менее установленной норме затрудняло работу административного истца с документами по уголовному делу, тем самым являлось препятствием для подготовки к судебному заседанию и нарушалось его право на защиту, и пришел к выводу о наличии совокупности необходимых условий для наступления гражданско-правовой ответственности Министерства внутренних дел Российской Федерации, что явилось основанием для частичного удовлетворения требований о компенсации морального вреда. 

Решение суда в части возмещения морального вреда в пользу ФИО2 исполнено в полном объеме, что подтверждается платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 20 000 рублей (л.д. 35).

Из материалов дела также следует, что ОМВД России по Кингисеппскому району была проведена служебная проверка по факту удовлетворения административного искового заявления ФИО2 в связи с ненадлежащими условиями содержания в ИВС ОМВД России в отношении майора полиции в отставке ФИО1, бывшего начальника ИВС ОМВД России, замещавшей указанную должность в период с 08.06.2017 по 16.11.2020 года. Приказом ГУ МВД России по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 12.11.2020 года № 1500 уволенной из органов внутренних дел РФ по выслуге лет. 

Как следует из заключения по результатам служебной проверки от 30 декабря 2022 года, утвержденного начальником ОМВД России по Кингисеппскому району, администрацией ИВС ОМВД России принимались меры к тому, чтобы различные категории подозреваемых и обвиняемых содержались отдельно от других. Размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах ИВС производилось с учетом их личности и психологической совместимости, в связи с чем, нахождение ФИО5 в камерах №7, 8 ИВС ОМВД России соответствовало лимиту мест в ИВС ОМВД России.

Однако, руководством ИВС ОМВД России было нарушено требование ст. 23 Федерального закона №103-ФЗ от 15 июля 1995 года «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», а именно нормы санитарной площади в камере на одного человека в размере четырех квадратных метров. 

Получить объяснение с бывшего начальника ИВС ОМВД России майора полиции в отставке ФИО1 не представляется возможным, в связи с ее увольнением из органов внутренних дел РФ.

Таким образом, в действиях бывшего начальника ИВС ОМВД России майора полиции в отставке ФИО1 усматриваются нарушения ст.23 Федерального закона №103-ФЗ от 15 июля 1995 года «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», выразившиеся в несоблюдении нормы санитарной площади в камере на одного человека в размере четырех квадратных метров. 

В соответствии с ч.7 ст.51 Федерального закона от 30.11.2011 N 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", дисциплинарное взыскание не может быть наложено на сотрудника органов внутренних дел по истечении шести месяцев со дня совершения дисциплинарного проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - по истечении двух лет со дня совершения дисциплинарного проступка. В указанные сроки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, нахождения его в отпуске или в командировке, а также время производства по уголовному делу, в связи с чем, служебная проверка в отношении ФИО1 была прекращена в связи с истечением срока, в течение которого на сотрудника полиции может быть наложено дисциплинарное взыскание, ФИО1 не была привлечена к дисциплинарной ответственности (л.д. 36-39).

Вместе с тем, сам факт признания заключением служебной проверки действий ФИО1 не соответствующими указанным нормам, не свидетельствуют о наличии прямой причинно-следственной связи между ненадлежащим исполнением ответчиком служебных обязанностей и наступившими последствиями.

Так, в соответствии с частью 3 статьи 9 Федерального законом от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" изоляторы временного содержания органов внутренних дел являются подразделениями полиции и финансируются за счет средств федерального бюджета по смете федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел.

В силу части 1 статьи 4 Федерального закона от 7 февраля 2011 года N 3-ФЗ "О полиции" (далее - Закон о полиции) полиция является составной частью единой централизованной системы федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел.

Специальные подразделения полиции созданы для реализации такого направления деятельности полиции, как содержание, охрана и конвоирование задержанных, подвергнутых административному аресту и (или) заключенных под стражу лиц, находящихся в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел Российской Федерации (подпункт "п" пункта 1 Указа Президента РФ от 1 марта 2011 года N 250 "Вопросы организации полиции").

Согласно пункту 14 части 1 статьи 12 Закона о полиции на полицию возлагаются обязанности содержать, охранять, конвоировать задержанных и (или) заключенных под стражу лиц, находящихся в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел.

Порядок реализации данной обязанности урегулирован Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденными Приказом МВД России от 22 ноября 2005 года N 950 (далее - Правила).

Из пункта 2 Правил следует, что в изоляторах временного содержания устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, их изоляцию, исполнение ими своих обязанностей, а также решение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Режим представляет собой регламентируемые Федеральным законом, настоящими Правилами и другими нормативными правовыми актами Российской Федерации порядок и условия содержания под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.

Организация и обеспечение режима в ИВС, поддержание в нем внутреннего распорядка возлагается на соответствующего начальника территориального органа Министерства внутренних дел Российской Федерации, его заместителя - начальника полиции, заместителя начальника полиции (по охране общественного порядка), начальника ИВС (пункт 3 Правил).

В соответствии с пунктом 1 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 21 декабря 2016 года № 699, Министерство внутренних дел Российской Федерации является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, в сфере контроля за оборотом наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, в сфере миграции, а также правоприменительные функции по федеральному государственному контролю (надзору) в сфере внутренних дел.

ОМВД России по Кингисеппскому району Ленинградской области является территориальным органом Министерства внутренних дел Российской Федерации на районном уровне.

Согласно Типового положения о территориальном органе Министерства внутренних дел Российской Федерации на районном уровне, утвержденного Приказом МВД России от 05.06.2017 N 355 (далее - Типовое положение), территориальный орган является получателем бюджетных ассигнований федерального бюджета; осуществляет бюджетные полномочия администратора доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, ведение бюджетного учета, предоставление бюджетной отчетности в соответствующие инстанции и иные полномочия в соответствии с бюджетным законодательством Российской Федерации (пункт 20); за территориальным органом в целях обеспечения его деятельности закрепляются в установленном порядке на праве оперативного управления здания (строения, сооружения), помещения, оборудование, техника, инвентарь и другое имущество (пункт 21); имущество, приобретенное территориальным органом по договору или иным основаниям, поступает в его оперативное управление в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. Земельные участки предоставляются территориальному органу в постоянное (бессрочное) пользование в соответствии с законодательством Российской Федерации (пункт 22); финансовое и материально-техническое обеспечение деятельности территориального органа осуществляется в порядке, установленном законодательством Российской Федерации и нормативными правовыми актами МВД России (пункт 23).

Помимо изложенного, в Типовом положении содержится нормы согласно которым начальник территориального органа распределяет и перераспределяет в пределах компетенции материально-технические средства между структурными подразделениями территориального органа (пункт 28); обеспечивает представление государственной статистической отчетности о деятельности территориального органа(пункт 23); осуществляет в пределах своей компетенции управление имуществом, закрепленным за территориальным органом на праве оперативного управления; обеспечивает эффективное использование транспортных, оперативно-технических средств, иных материальных ценностей, а также бюджетных ассигнований федерального бюджета(пункт 23).

Исходя из положений п. 4 Типового положения ОМВД России по Кингисеппскому району Ленинградской области входит в состав органов внутренних дел и подчиняется ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области. 

Согласно подпункту 52 пункта 13 Типового положения о территориальном органе Министерства внутренних дел Российской Федерации по субъекту Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 21 декабря 2016 года № 699 территориальный орган наделен функциями получателя и распорядителя бюджетных средств (получателя, распорядителя средств федерального бюджета), а также бюджетными полномочиями администратора доходов федерального бюджета, главного администратора (администратора) доходов бюджета субъекта Российской Федерации и местных бюджетов в соответствии с правовым актом главного администратора доходов бюджета о наделении соответствующими полномочиями.

Подпунктом 30 пункта 19 данного Типового положения предусмотрено, что руководитель территориального органа утверждает подчиненным органам и организациям сметы доходов и расходов; распределяет и перераспределяет в пределах своей компетенции бюджетные ассигнования и материально-технические средства между структурными подразделениями территориального органа, подчиненными органами и организациями.

Таким образом, административное здание ОМВД России по Кингисеппскому району Ленинградской области, куда входит изолятор временного содержания, находятся в собственности Российской Федерации и принадлежит ОМВД России по Кингисеппскому району Ленинградской области на праве оперативного управления.

Актом комиссионного обследования ИВС ОМВД по Кингисеппскому району от 21.02.2019 года установлено, что здание ОМВД 1949 года постройки, эксплуатируется с 159 года, в ИВС неоднократно проводился капитальный и косметический ремонт. Текущий ремонт в ИВС был проведен в период с 26 ноября 2018 года по 18 февраля 2019 года, искусственное освещение в камерах № 6 и № 8 недостаточно. Акт содержит рекомендации о проведении ревизии освещения в камере № 6 и № 8 (л.д.78-92). Площадь камеры № 7 и камеры № 8 ИВС ОМВД России по Кингисеппскому району Ленинградской области составляет 6,93 кв.м и 6,63 кв.м, соответственно. В то время как согласно требованиям, установленным абз. 5 ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», норма санитарной площади камеры на одного человека определена в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 настоящего Федерального закона, то есть при содержании двух человек в одной камере ее площадь должна быть не менее восьми квадратных метров. А поскольку ФИО2 содержался в камерах № 7 и № 8 в количестве двух человек, то их площадь должна была составлять не менее восьми квадратных метров. В то время как площадь камеры № 7 составляет 6,93 кв.м, что на 1,07 кв.м меньше вышеуказанной нормы; площадь камеры № 8 составляет 6,63 кв.м, что на 1,37 кв.м меньше установленной нормы.

При этом, акт комиссионного обследования проводился с участием должностных лиц ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области и о наличии несоответствия нормы площади камеры и количества мест в ней было достоверно известно, но не было отражено в комиссионном акте как недостаток. 

Более ранние акты обследования ИВС ОМВД Кингисеппского района суду не представлены. 

На Министерство внутренних дел Российской Федерации в рамкам реализации государственной политики возложены функции главного распорядителя бюджетных средств. Изоляторы временного содержания финансируются за счет средств федерального бюджета по смете федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел.

Из материалов дела следует, что ОМВД по Кингисеппскому району в адрес УОТО тыла ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области направлялось ходатайство о выделении денежных средств с целью реконструкции здания ИВС ОМВД, так как здание было построено задолго до принятия современной нормативно-правовой базы, регламентирующей условия и порядок содержания лиц, находящихся в ИВС, в том числе, для приведения искусственного освещения в соответствии с нормами СанПин (л.д. 76,77, 95,-97). ОМВД России по Кингисеппскому району является бюджетным учреждением и выполняет функции, исходя из целевого характера и объема ассигнований, предусмотренных сметой.

В связи с изложенным, ОМВД по Кингисеппскому району Ленинградской области как структурное звено системы МВД, лишено возможности приведения изолятора временного содержания к условиям современной нормативно-правовой базы, регламентирующей условия и порядок содержания лиц, находящихся в ИВС, без соответствующего финансирования вышестоящих структур. Соответственно, не принятие территориальным органом МВД мер к организации условий содержания в ИВС в соответствий в нормами действующего законодательства, в том числе и по норме площади на одного человека, нельзя поставить в вину конкретному должностному лицу – начальнику ИВС ответчику ФИО1

Изучив результаты служебной проверки о наличии в действиях ФИО1 нарушения ст. 23 Федерального Закона № 103-ФЗ от 15 июля 1995 года, выразившихся в несоблюдении нормы санитарной площади в камере на одного человека и непринятии мер к выполнению задач, возложенных на начальника ИВС в части обеспечения условий содержания в ИВС ОМВД России по Кингисеппскому району, судом установлено, что по факту указанных нарушений ФИО1 в период ее работы к дисциплинарной ответственности не привлекалась, служебная проверка проведена после увольнения ответчика, участником процесса при рассмотрении судом административного дела №2а-372/2022 она также не являлась, ее действия (бездействие) как должностного лица незаконными не признавались. 

Наличие у истца регрессного права на взыскание материального ущерба, предусмотренного пунктом 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации, не порождает обязанность сотрудников органов внутренних дел возместить такой ущерб при отсутствии вины этих сотрудников.

В соответствии с ч. 3 ст. 33 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ "О полиции", вред, причиненный гражданам и организациям противоправными действиями (бездействием) сотрудника полиции при выполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В силу п. 3.1 ст. 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование в случае возмещения ими вреда по основаниям, предусмотренным статьями 1069 и 1070 данного Кодекса, а также по решениям Европейского Суда по правам человека имеют право регресса к лицу, в связи с незаконными действиями (бездействием) которого произведено указанное возмещение.

Согласно ч. 5 ст. 15 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" вред, причиненный гражданам и организациям противоправными действиями (бездействием) сотрудника органов внутренних дел при выполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В случае возмещения Российской Федерацией вреда, причиненного противоправными действиями (бездействием) сотрудника, федеральный орган исполнительной власти в сфере внутренних дел имеет право обратного требования (регресса) к сотруднику в размере выплаченного возмещения, для чего федеральный орган исполнительной власти в сфере внутренних дел может обратиться в суд от имени Российской Федерации с соответствующим исковым заявлением.

В силу приведенных выше норм права обязательными условиями привлечения должностного лица к материальной ответственности в порядке п. 3.1 ст. 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации является противоправность поведения последнего и его вина в причинении ущерба гражданину или юридическому лицу.

Между тем, достоверных и достаточных доказательств в подтверждение противоправности поведения ответчика и его вины в причинении ущерба, сумму которого в порядке регресса просит взыскать истец, последний суду не представил в нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Кроме того, ФИО1 в своих возражениях ссылается на пропуск истцом срока исковой давности (л.д. 70-75).

В соответствии с абзацем 4 статьи 392 Трудового кодекса РФ, работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

В силу правил статьи 7 Конституции Российской Федерации, Российская Федерация - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека; в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты.

Вышеназванное, применительно к праву регресса государства к лицам, проходящим гражданскую либо иную специализированную службу, в результате незаконный действий (бездействия) которых с государства взысканы убытки в пользу потерпевших - физических и юридических лиц, выражается в необходимости учета имущественного положения непосредственного причинителя вреда, вследствие чего регрессное требование к нему не может привести к существенному снижению социальных гарантий достойной жизни как причинителя вреда, так и лиц, находящихся на его иждивении.

Применительно к делам данной категории, применение специальных положений статьи 15 Закона о службе в органах внутренних дел, не исключает применение по делу норм Трудового кодекса Российской Федерации.

Указанная правовая позиция является общепризнанной и закреплена в пункте 9 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с прохождением службы федеральными государственными служащими (сотрудниками органов внутренних дел, сотрудниками органов уголовно-исполнительной системы, сотрудниками Следственного комитета Российской Федерации, сотрудниками иных органов, в которых предусмотрена федеральная государственная служба), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15 ноября 2017 года.

Исходя из характера спорных отношений по возмещению ущерба - затрат федерального бюджета на возмещение вреда, причиненного федеральному органу исполнительной власти в сфере внутренних дел к настоящим требованиям подлежит применению годичный срок обращения в суд, установленный частью 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

При этом годичный срок обращения в суд федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел к сотруднику с требованиями о взыскании денежных средств, следует исчислять со дня обнаружения причиненного ущерба.

Днем обнаружения ущерба в данном случае следует считать тот день, когда ФИО2 было выплачено возмещение вреда по административному делу №2а-372/2022. Как следует из платежного поручения №30743, возмещение было произведено 20 апреля 2023 года (л.д. 35).

С настоящим иском истец обратился в суд 24 мая 2024 года, о чем свидетельствует штамп почтовой организации на конверте (л.д. 45), в связи с чем, истцом пропущен срок исковой давности, установленный статьей 392 Трудового кодекса РФ.

Оценив собранные доказательства в их совокупности, с учетом пропуска истцом срока исковой давности по заявленным требования, отсутствия достоверных и достаточных доказательств в подтверждение противоправности поведения ответчика и его вины в причинении ущерба, сумму которого в порядке регресса просит взыскать истец, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 56, 67, 194-198 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований Министерства внутренних дел Российской Федерации в защиту интересов Российской Федерации к ФИО1 о взыскании ущерба в порядке регресса – отказать. 

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Кингисеппский городской суд.

Мотивированное решение составлено 12 ноября 2024 года

Судья: Улыбина Н.А.