Апелляционное определение

 изготовлено в окончательной форме: 26 декабря 2025 г.

Судья Березина Ю.А.

Дело № 33-6761/2025УИД 76RS0024-01-2024-004383-08

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Ярославского областного суда в составе: председательствующего судьи Сеземова А.А.,

судей Виноградовой Т.И., Ваниной Е.Н.

при секретаре Подколзиной О.В.

с участием прокурора Королевой А.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Ярославле

25 декабря 2025 года

гражданское дело по апелляционной жалобе ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ярославской области, ФСИН России, УФСИН России по Ярославской области, апелляционной жалобе ФИО3 на решение Фрунзенского районного суда г. Ярославля от 22 августа 2025 года, которым постановлено:

«Исковые требования ФИО3 (

<

данные изъяты>) удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице главного распорядителя средств федерального бюджета – Федеральной службы исполнения наказаний России (

<

данные изъяты>) за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей.

В удовлетворении требований в остальной части отказать».

Заслушав доклад судьи Виноградовой Т.И., судебная коллегия

установила:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО4, УФСИН России, ФСИН России, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ярославской области (далее также СИЗО-1), ФКУЗ МСЧ-76 ФСИН России о компенсации морального вреда, расходов на погребение.

В обоснование заявленных исковых требований указано, что приговором Фрунзенского районного суда г. Ярославля от 

<

данные изъяты> г. ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 293 Уголовного кодекса Российской Федерации. Из материалов уголовного дела следует, что с 23 час. 00 мин. 26 февраля 2022 г. до 12 час.00 мин. 27 февраля 2022 г. ФИО5, находясь в помещении камеры № 128 корпуса № 6 СИЗО-1, умышленно нанес ФИО2. множественные удары руками и ногами в область головы, туловища и конечностям. 27 февраля 2022 г. в период времени с 03 час. 45 мин. до 05 час. 32 мин. другой подследственный стал стучать в дверь камеры с целью привлечения внимания сотрудников. В период времени с 05 час. 32 мин. до 05 час. 44 мин. о случившимся было доложено ФИО4, который сообщил о происшествии медицинской сестре ФИО1 ФИО4, осознавая, что лежавший на полу ФИО2 находится в бессознательном состоянии, обусловленном причинением ему травмы, имея возможность организовать оказание медицинской помощи, и, будучи в соответствии со своими должностными инструкциями обязанным организовать оказание медицинской помощи, заведомо понимая, что существует реальная опасность для жизни потерпевшего, что отсрочка может повлечь ухудшение состояния здоровья, недобросовестно отнесся к службе, не принял каких-либо мер к организации медицинской помощи ФИО2 покинул помещении камеры. ФИО4 не сообщил о случившемся вышестоящему руководству и заступившей смене, а ФИО2 все это время продолжал испытывать физическую боль и страдания от причиненных ему телесных повреждений и продолжал находиться в опасном для его жизни и здоровья состоянии. Несмотря на оказанную впоследствии медицинскую помощь ДД.ММ.ГГГГ. от полученных телесных повреждений ФИО2 умер в больнице. С момента нанесения ударов ФИО2 находился в опасном для жизни состоянии, вызванном причинением ему телесных повреждений, и был в бессознательном состоянии. Отсрочка в оказании медицинской помощи ФИО2 неизбежно повлекла за собой ухудшение его состояния здоровья, а также создавала непосредственную и явную угрозу его жизни и здоровью.

В результате неисполнения ФИО4 своих должностных обязанностей по организации медицинской помощи ФИО2 и вызову скорой медицинской помощи для оказания неотложной помощи и транспортировки в медицинское учреждение были существенно нарушены права ФИО2. на охрану здоровья и медицинскую помощь. Наступившие общественно-опасные последствия, выразившиеся в существенном нарушении прав и законных интересов ФИО2 состоят в прямой причинно-следственной связи с преступными действиями ФИО4

ФИО2 страдал психическим заболеванием и был временно этапирован в СИЗО-1 для последующей отправки в лечебное учреждение. На протяжении последних двух лет истец боролась за психическое состояние отца, поскольку в силу имеющегося у него расстройства он не мог содержаться в колонии. Истец смогла организовать проведение отцу обследование на базе ФКУ ЛИУ-9 УФСИН России по Ярославской области в г. Рыбинске, однако, проделав путь от г. 

<

адрес> до г. Ярославля, ФИО2 по вине ФИО4, не доехал до места назначения 70 км. На протяжении всего пути ФИО2 из колонии № 2 г. 

<

адрес> истец контролировала его путь, связывалась с ним и переживала. Смерть ФИО2 серьезно пошатнула психологическое здоровье ФИО3 В частности на фоне испытанного стресса, вызванного невыносимой болью от потери отца, истец перестала нормально спать. Раньше ФИО3 надеялась, что ей удастся перевести отца из колонии в больницу.

ФИО3 постоянно проживает в г. 

<

адрес>, в срочном порядке ей пришлось арендовать автомобиль и проехать 2000 км, организовать похороны ФИО2 Истцом были потрачены денежные средства на погребение отца 78 983 руб., а также проживание в гостинице, на аренду транспортного средства в размере 79 167,18 руб.

Истец, с учетом уточнения требований, просит взыскать солидарно с ФИО4 и ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ярославской области расходы в связи с похоронами в размере 78 983 руб., в связи с проездом в размере 79 167,18 руб., компенсацию морального вреда в размере 8 000 000 руб.

В судебное заседание истец ФИО3 не явилась, извещена надлежащим образом. Ранее в судебных заседаниях, проведенных с использованием ВКС, требования поддерживала. Представитель истца ФИО3 по ордеру адвокат Казаков С.А. в судебном заседании требования поддержал. Дополнительно пояснил, что ФИО3 испытывала нравственные страдания, связанные с длительным неоказанием медицинской помощи отцу и самим фактом допущения причинения вреда его здоровью. ФИО4, придя в камеру и видя то состояние здоровья, в котором находился отец истца, не предпринял должных мер по оказанию медицинской помощи. Когда истец узнала о смерти отца, она переживала, и не только о том, что наступила смерть отца, но и о том, что потрачено много сил впустую, поскольку она добивалась освобождения от наказания отца, и освобождение от наказания наступило только тогда, когда отцу причинили телесные повреждения и он находился в реанимации. Истец не винила отца за смерть матери, поскольку он причинил ей смерть в состоянии психического расстройства. Пояснил, что вопрос о том, что в результате неоказания своевременной медицинской помощи наступила смерть ФИО2 не ставят. Моральный вред вызван переживаниями за мучения отца. Полагал, что ответчик допустил незаконное содержание ФИО2 с ФИО5 в одной камере.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований. При вынесении решения суда просил учесть материальное положение. Полагал, что его вины в неоказании медицинской помощи ФИО2 не имеется, поскольку им приглашался медицинский сотрудник, который осмотрел ФИО2 и не принял решение о госпитализации.

Представители ответчиков ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ярославской области, УФСИН России по Ярославской области, ФКУЗ МСЧ-76 ФСИН России, ФСИН России в судебное заседание не явились.

ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ярославской области представлен отзыв, в котором ответчик просит в удовлетворении исковых требований отказать. Ссылается на то, что надлежащим ответчиком является ФИО4, который в результате неисполнения своих должностных обязанностей нарушил права и законные интересы ФИО2 Работодатель не отвечает за неправомерные действия своих работников. ФИО4 действовал вне рамок исполнения своих должностных обязанностей и полномочий, используя при этом служебное положение, действовал вопреки служебному долгу, единолично, не ставя в известность руководителя и не под его контролем.

Ранее в судебных заседаниях представитель ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ярославской области, ФКУЗ МСЧ-76 ФСИН России, УФСИН России по Ярославской области, ФСИН России по доверенностям ФИО6 возражала против удовлетворения исковых требований. Дополнительно поясняла, что лицом, причинившим телесные повреждения, является ФИО5, в отношении которого вынесен обвинительный приговор. Приговором суда с ФИО5 в пользу ФИО3 взыскана компенсация морального вреда в размере 500 000 руб. Полагала, что в случае удовлетворения исковых требований размер компенсации морального вреда не может быть оценен выше, чем за смерть ФИО2

Судом постановлено вышеуказанное решение, с которым не согласились ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ярославской области, ФСИН России, УФСИН России по Ярославской области, а также ФИО3

В апелляционной жалобе ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ярославской области, ФСИН России, УФСИН России по Ярославской области ставится вопрос об отмене решения суда, принятии по делу нового решения об отказе в удовлетворении требований к указанным ответчикам. Доводы жалобы сводятся к нарушению норм материального и процессуального права. В жалобе указывается, что права и законные интересы истца были нарушены в результате неисполнения ФИО4 своих должностных обязанностей в соответствии с должностной инструкцией, согласно которой ФИО4 организует и обеспечивает надзор и изоляцию подозреваемых, обвиняемых, осужденных; обеспечивает соблюдение установленного порядка содержания под стражей; принимает меры по выявлению, предупреждению и пресечению нарушений установленного порядка содержания под стражей; обеспечивает вызов медицинских работников для оказания неотложной помощи больным и транспортировку заболевших в медицинские учреждения. Действия ФИО4 нарушали установленный порядок и причиняли ущерб не только ФИО2 но и интересам ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ярославской области. Указывается, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих основания компенсации морального вреда: какие именно физические и нравственные страдания претерпел истец, чем это подтверждается, не доказано наличие причинно-следственной связи между действиями должностных лиц и наступившим вредом.

В апелляционной жалобе ФИО3 ставится вопрос об изменении решения суда в части размера компенсации морального вреда. Доводы жалобы сводятся к нарушению норм материального и процессуального права, несоответствию выводов суда обстоятельствам дела. Автор жалобы полагает, что судом не учтена в должной степени тяжесть перенесенных истцом страданий.

Проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционных жалоб, заслушав представителя ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ярославской области по доверенности ФИО7, представителя ФСИН России, УФСИН России по Ярославской области по доверенностям ФИО6, представителя ФИО3 по ордеру адвоката Казакова С.А., ФИО4, прокурора Королеву А.А., полагавшую решение законным и обоснованным, исследовав материалы дела, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно статье 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний.

На основании части 6 статьи 12 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные имеют право на охрану здоровья, включая получение первичной медико-санитарной и специализированной медицинской помощи в амбулаторно-поликлинических или стационарных условиях в зависимости от медицинского заключения.

В соответствии с частью 1 статьи 13 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные имеют право на личную безопасность, что означает защищенность их жизни и здоровья от неправомерно причиненного вреда во время отбывания наказания в виде лишения свободы.

Пунктом 4 статьи 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. N 5473-1 "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" установлено, что учреждения, исполняющие наказания, обязаны обеспечивать охрану здоровья осужденных.

Согласно частям 1, 3 статьи 26 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" лица, задержанные, заключенные под стражу, отбывающие наказание в виде ограничения свободы, ареста, лишения свободы либо административного ареста, имеют право на оказание медицинской помощи, в том числе в необходимых случаях в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, в соответствии с законодательством Российской Федерации. При невозможности оказания медицинской помощи в учреждениях уголовно-исполнительной системы лица, заключенные под стражу или отбывающие наказание в виде лишения свободы, имеют право на оказание медицинской помощи в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, а также на приглашение для проведения консультаций врачей-специалистов указанных медицинских организаций в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета, предусмотренных на эти цели федеральному органу исполнительной власти, осуществляющему правоприменительные функции, функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО3 является дочерью ФИО2

Приговором Заволжского районного суда г. Ульяновска ФИО2 осужден по части 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации к 8 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима.

ФИО2 был этапирован в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ярославской области для последующего направления в лечебное учреждение на базе ФКУ ЛИУ -9 УФСИН России по Ярославской области.

В период содержания ФИО2 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ярославской области в ночь с 26 февраля 2022 г. по 27 февраля 2022 г. в камере ему были причинены тяжкие телесные повреждения другим осужденным ФИО5, от которых отец истца умер ДД.ММ.ГГГГ г.

Приговором Фрунзенского районного суда г. Ярославля от 14 ноября 2023 г., с учетом апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Ярославского областного суда от 26 февраля 2024 г., ФИО5 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 132 Уголовного кодекса Российской Федерации, частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации (в отношении ФИО2.), удовлетворены исковые требования потерпевшей ФИО3, с ФИО5 в пользу ФИО3 взыскано в счет компенсации морального вреда 500 000 руб. (т. 2 л.д. 14).

ФИО4 как должностное лицо ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ярославской области признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 293 Уголовного кодекса Российской Федерации (халатность, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе либо обязанностей по должности) приговором Фрунзенского районного суда г. Ярославля от 19 февраля 2024 г. (т. 1 л.д. 75-85).

Из приговора Фрунзенского районного суда г. Ярославля от 19 февраля 2024 г. следует, что ФИО4 по состоянию на 26 февраля 2022 г. и на 27 февраля 2022 г. являлся должностным лицом правоохранительного (правоприменительного) органа, осуществлял функции представителя власти, был наделен организационно-распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости и, кроме того, осуществлял организационно-распорядительные полномочия в отношении лиц, находящихся от него в служебной зависимости, – в отношении всех сотрудников ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ярославской области, а также в силу своего должностного положения был обязан организовывать оказание медицинской помощи содержащимся ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ярославской области лицам.

27 февраля 2022 г. в период времени с 03 часов 45 минут до 05 часов 32 минут у ФИО5, отбывающего наказание в СИЗО-1, находящегося в состоянии алкогольного опьянения, в помещении камеры № 128 режимного корпуса № 6 на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений возник умысел на причинение ФИО2 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

Реализуя свой умысел, ФИО5 на почве личных неприязненных отношений умышленно нанес ФИО2 не менее 18 ударов руками и ногами в жизненно-важные части тела – по голове и туловищу, и конечностям.

Своими умышленными действиями ФИО5 причинил потерпевшему ФИО2 физическую боль, а также следующие телесные повреждения:

- 

<

данные изъяты> Указанная сочетанная травма в своем течении осложнилась развитием 

<

данные изъяты> совокупность которых явилась непосредственной причиной смерти ФИО2 Указанная сочетанная травма в соответствии с п.п. 6.1.3., 6.1.10. «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008 № 194н, относится к тяжкому вреду здоровью, опасному для жизни человека, создающему непосредственно угрозу для жизни. Наступление смерти ФИО2 состоит в прямой причинно-следственной связи с указанной сочетанной травмой 

<

данные изъяты>;

- 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты>, в соответствии с п. 9 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008 № 194н, относятся к повреждениям, не вызывающим кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и не причиняющим вреда здоровью. Наступление смерти ФИО2 с указанными повреждениями в причинно-следственной связи не состоит.

Как установлено приговором суда, неотложная медицинская помощь ФИО2 была оказана в период с 10 часов 47 минут по 11 часов 34 минуты (то есть спустя более 5-7 часов от нанесения телесных повреждений), далее вызвана бригада скорой медицинской помощи, после чего 27 февраля 2022 г. в период с 11 часов 34 минуты по 12 часов 20 минут бригадой скорой медицинской помощи ФИО2 доставлен в ГАУЗ ЯО «КБ СМП им. Н.В. Соловьева».

С момента причинения ФИО5 повреждений ФИО2 находился в опасном для жизни и здоровья состоянии, обусловленном причинением ему сочетанной тупой травмы груди и головы, был лишен возможности принять меры к самосохранению вследствие своей беспомощности, вызванной причинением ему телесных повреждений, опасных для жизни и здоровья человека, а также тем, что он находился в бессознательном состоянии.

Халатность ФИО4 выразилась в том, что он, находясь в помещении камеры № 128 режимного корпуса № 6 СИЗО-1, осознавая, что лежавший на полу ФИО2 находившийся в бессознательном состоянии, был лишен возможности принять меры к самосохранению вследствие своей беспомощности, при этом имея возможность организовать оказание медицинской помощи ФИО2 и будучи в соответствии со своими должностными инструкциями обязан организовать оказание ФИО2 медицинской помощи, наблюдая у потерпевшего телесные повреждения (в том числе сопровождавшиеся наружным кровотечением), которые для него были визуально заметны и очевидны, осознавая, что нахождение ФИО2 в бессознательном состоянии безусловно является основанием для оказания ему медицинской помощи, заведомо понимая, что существует реальная опасность для жизни и здоровья потерпевшего, что отсрочка в оказании медицинской помощи ФИО2 может повлечь за собой ухудшение его состояния, а также угрозу его жизни и здоровью, недобросовестно относясь к службе, видя то, что ФИО1 не оказала какую-либо медицинскую помощью ФИО2 со своей стороны не принял каких-либо мер к организации оказания медицинской помощи ФИО2 рассчитывая при этом на благоприятный исход развития повреждений, причиненных ФИО2 не вызвал скорую медицинскую помощь, не принял мер к его транспортировке в медицинское учреждение, а покинул помещение камеры.

Таким образом, приговором Фрунзенского районного суда г. Ярославля от 19 февраля 2024 г. установлено, что ФИО4 как должностное лицо не принял каких-либо мер к организации оказания медицинской помощи ФИО2., своевременно не вызвал скорую медицинскую помощь, не принял мер к транспортировке ФИО2 в медицинское учреждение, а также не сообщил о случившемся с ФИО2 вышестоящему руководству СИЗО-1 и заступившей в 08 часов 00 минут 27 февраля 2022 г. новой дежурной смене СИЗО-1.

Приговорами Фрунзенского районного суда г. Ярославля от 19 февраля 2024 г., 14 ноября 2023 г. установлено, что в СИЗО-1 в день причинении телесных повреждений ФИО2 допущено употребление лицами, отбывающими наказание, алкогольного напитка (самодельной браги). Также приговором Фрунзенского районного суда г. Ярославля от 19 февраля 2024 г. установлено, что видеокамера в камере, где содержался ФИО2 в период причинения ему телесных повреждений была заклеена.

Учитывая вышеизложенное, суд пришел к правильному выводу о том, что в период содержания ФИО2 в СИЗО-1 УФСИН России по Ярославской области ответчиками не были обеспечены личная безопасность, защищенность жизни и здоровья ФИО2 не обеспечена в должной мере охрана его здоровья.

Судом обоснованно указано на то, что несвоевременное оказание медицинской помощи ФИО2 допущение нарушения его прав на личную безопасность влекут вывод о том, что истцу как дочери пострадавшего причинены нравственные страдания, которые выразились в переживаниях о случившемся, о состоянии здоровья отца, о той физической боли, которую ему необходимо было претерпеть и которой можно было избежать при должном содержании ФИО2 в учреждении.

При этом судом, вопреки доводам апелляционной жалобы ответчиков, сделан обоснованный вывод о том, что вред, причиненный в результате незаконных действий работника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ярославской области ФИО4, подлежит возмещению в порядке, установленном статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно статье 24 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" в случае получения подозреваемым или обвиняемым телесных повреждений его медицинское освидетельствование проводится безотлагательно медицинскими работниками медицинских организаций, оказывающих медицинскую помощь в месте содержания под стражей. Результаты медицинского освидетельствования фиксируются в установленном порядке и сообщаются подозреваемому или обвиняемому. По просьбе подозреваемых или обвиняемых либо их защитников им выдается копия заключения о медицинском освидетельствовании. По решению начальника места содержания под стражей либо лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, или по ходатайству подозреваемого или обвиняемого либо его защитника медицинское освидетельствование проводится медицинскими работниками иных медицинских организаций. При ухудшении состояния здоровья подозреваемого или обвиняемого сотрудники мест содержания под стражей безотлагательно принимают меры для организации оказания подозреваемому или обвиняемому медицинской помощи.

В силу пунктов 3, 5 Правил оказания лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, медицинской помощи в медицинских организациях государственной и муниципальной систем здравоохранения, а также приглашения для проведения консультаций врачей-специалистов указанных медицинских организаций при невозможности оказания медицинской помощи в учреждениях уголовно-исполнительной системы", утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 28 декабря 2012 г. № 1466, под невозможностью оказания медицинской помощи в учреждениях уголовно-исполнительной системы понимаются: а) отсутствие в учреждении уголовно-исполнительной системы врача-специалиста соответствующего профиля или квалификации, оборудования или условий для оказания необходимого объема медицинской помощи; б) ситуация, при которой отсрочка на определенное время в оказании медицинской помощи, в том числе связанная с ожиданием транспортировки больного в другое учреждение уголовно-исполнительной системы, может повлечь за собой ухудшение его состояния, угрозу жизни и здоровью. Скорая, в том числе скорая специализированная, медицинская помощь оказывается лицам, лишенным свободы, в экстренной и неотложной форме как в медицинских организациях, так и вне медицинских организаций с учетом соблюдения установленных требований к срокам ее оказания. Решение о вызове бригады скорой медицинской помощи принимает медицинский работник учреждения уголовно-исполнительной системы, осуществляющий в соответствии с должностными обязанностями организацию и оказание медицинской помощи лицам, лишенным свободы, а в его отсутствие - руководитель этого учреждения или уполномоченное им должностное лицо.

Согласно пунктам 2, 8 Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, утвержденного Приказом Минюста России от 28 декабря 2017 г. № 285, оказание медицинской помощи лицам, заключенным под стражу, или осужденным осуществляется структурными подразделениями (филиалами) медицинских организаций, подведомственных ФСИН России, и СИЗО УИС, подчиненных непосредственно ФСИН России (далее - медицинские организации УИС), а при невозможности оказания медицинской помощи в медицинских организациях УИС - в иных медицинских организациях государственной и муниципальной системы здравоохранения. Лицам, заключенным под стражу, или осужденным первичная медико-санитарная помощь в амбулаторных условиях оказывается в медицинской части (здравпункте) или в процедурных кабинетах медицинской части, расположенных в режимных корпусах СИЗО и тюрем, в штрафном изоляторе (далее - ШИЗО), дисциплинарном изоляторе (далее - ДИЗО), в помещении, функционирующем в режиме СИЗО (далее - ПФРСИ), в помещении камерного типа (далее - ПКТ), едином помещении камерного типа (далее - ЕПКТ), в запираемых помещениях строгих условий отбывания наказания (далее - медицинские кабинеты), при их наличии, в соответствии с режимом работы медицинской части (здравпункта). Вызов в учреждение УИС медицинского работника или бригады скорой медицинской помощи, организация медицинской эвакуации лиц, заключенных под стражу, или осужденных в часы, когда режимом работы медицинской части (здравпункта) не предусмотрено нахождение в ней медицинских работников, осуществляются дежурным помощником начальника учреждения УИС.

ФИО4 в момент причинения травм ФИО2 являлся должностным лицом правоохранительного органа, был наделен организационно-распорядительными полномочиями действовать от имени органа, работником которого являлся. Следовательно, именно ФКУ СИЗО-1 УФСИН России в лице своего сотрудника не организовало оказание должной помощи ФИО2 и не организовало его должное содержание, которое бы обеспечило безопасность ФИО8 от действий третьих лиц, содержащихся в этом же учреждении.

Доводы апелляционной жалобы ответчиков о недоказанности причинения морального вреда истцу, недоказанности наличия причинно-следственной связи между действиями должностных лиц и наступившим вредом судебной коллегией отклоняются.

Как разъяснено в пункте 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г, № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.

Приговором суда в отношении ФИО4, работника ответчика, установлено, что он как должностное лицо не организовал оказание медицинской помощи ФИО2 не принял мер к транспортировке в медицинское учреждение, не сообщил о случившемся вышестоящему руководству и новой дежурной смене. Отсрочка оказания медицинской помощи привела к ухудшению состояния ФИО2 исключила возможность благоприятного исхода лечения полученных им травм.

Также из дела следует, что граждане содержались в камере с допущением в результате бездействия сотрудников ответчика распития спиртных напитков, отключения контроля за происходящим в камере (заклеена видеокамера), вследствие чего и стало возможным причинение телесных повреждений ФИО2 Таким образом должного контроля за содержанием граждан исправительное учреждение не обеспечило, в результате причинен вред здоровью ФИО2 и нравственные страдания его дочери.

Верным является и размер компенсации морального вреда, установленный судом ко взысканию.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г, № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации). Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также - ГК РФ). Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу пункта 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учел все фактические обстоятельства причинения морального вреда, обстоятельства, свидетельствующие о тяжести перенесенных истцом страданий. Судом верно указано, что осознание того, что близкий человек по вине ФКУ СИЗО-1 остался без надлежащей медицинской помощи, что учреждение не обеспечило личную безопасность ФИО2 допустило причинение травм ФИО8 в отсутствие должного контроля за содержащимися в учреждении лицами, на обеспечение которого мог рассчитывать как сам ФИО2 так и его родственники, причинило истцу нравственные страдания. Оснований для изменения суммы компенсации морального вреда по доводам апелляционных жалоб судебная коллегия не усмаривает.

Нарушений норм процессуального права, которые в силу части 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации влекли бы безусловную отмену постановленного решения, судом первой инстанции не допущено.

По изложенным мотивам судебная коллегия оставляет апелляционные жалобы без удовлетворения.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

Оставить решение Фрунзенского районного суда г. Ярославля от 22 августа 2025 года без изменения, апелляционную жалобу ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ярославской области, ФСИН России, УФСИН России по Ярославской области, апелляционную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи