Дело № 22-1730/2021 Судья Антонова Е.Л.

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Тверь 25 августа 2021 года

Тверской областной суд в составе председательствующего судьи Воронцова В.А., 

при секретаре Скородумовой Ю.В.,

с участием прокурора Жоховой Ю.Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционному представлению государственного обвинителя Швайкова Д.В. на постановление Западнодвинского межрайонного суда Тверской области от 23 июня 2021 года, которым

уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ, возвращено прокурору Западнодвинского района Тверской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Мера пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения.

Заслушав доклад председательствующего изложившего обстоятельства дела, выступление прокурора Жоховой Ю.Н. просившую удовлетворить апелляционное представление, постановление суда отменить, уголовное дело направить в суд для рассмотрения по существу 

У С Т А Н О В И Л:

В Западнодвинский межрайонный суд Тверской области для рассмотрения по существу поступило уголовное дело в отношении ФИО1 обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ. Суд в порядке ст. 237 УПК РФ возвратил уголовное дело прокурору Западнодвинского района Тверской области для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель Швайков Д.В. просит постановление отменить, уголовное дело направить в суд на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в ином составе, поскольку считает постановление суда незаконным, принятым по формальным основаниям, не препятствующим рассмотрению дела в суде, в связи с чем оно подлежит отмене.

В обоснование своих доводов прокурор указывает следующее.

В обжалуемом постановлении суда указано, что органы предварительного расследования в предъявленном ФИО1 обвинении сослались лишь на нормативные акты, регламентирующие правила исчисления ущерба вследствие нарушения лесного законодательства. Между тем, конкретные нормативные акты и нормы лесного законодательства Российской Федерации, которые были нарушены ФИО1, в предъявленном обвинении не указаны. Таким образом, обвинение, предъявленное ФИО1, исключает возможность оценки доводов обвинительного заключения о наличии у него прямого умысла на рубку лесных насаждений в связи с отсутствием для этого необходимой и достаточной конкретизации описания преступления, в котором он обвиняется. В связи с изложенным, имеет место нарушение права обвиняемого на защиту, в том числе права знать, в чем он обвиняется, что не допускается. Имеются противоречия в части установления потерпевшего по уголовному делу. При описании времени и способа незаконной рубки, а также фактических обстоятельств преступления, существенные противоречия, вследствие чего время указанное в обвинительном заключении, противоречит времени, установленному в судебном заседании, что выходит за рамки предъявленного ФИО1 обвинения.

С данными выводами суда прокурор не согласен, по следующим основаниям. 

В соответствии с положениями уголовно-процессуального закона, если в ходе судебного разбирательства выявлены существенные нарушения закона, допущенные при составлении обвинительного заключения, и эти нарушения препятствуют постановлению судом приговора или вынесения иного итогового решения, суд обязан, в том числе при отсутствии соответствующих ходатайств сторон - по собственной инициативе, возвратить уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом. При этом судам надлежит выяснять, какими нормативными правовыми актами регулируются соответствующие экологические правоотношения, и указывать в судебном решении, в чем непосредственно выразились их нарушения со ссылкой на конкретные нормы (пункт, часть, статья).

Вместе с тем считает прокурор, в постановлении о возвращении уголовного дела прокурору, суд, сославшись на указанное постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации, не указал, что восполнить недостающие сведения в судебном заседании не представляется возможным, не указав причины этого.

Далее прокурор указывает, что судом не принято во внимание Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 13.06.2019 N 307-ЭС19-2293 по делу N А05-1395/2018 в соответствии с которым, пользователи участков земель сельскохозяйственного назначения, на которых произрастают столетние лесные насаждения, не вправе осуществлять их рубку без оформления необходимых документов, поскольку наличие на участке таких насаждений не позволяет отнести участок к сельскохозяйственным угодьям, а их рубка не может рассматриваться в качестве мелиорации земель и расчистки для сельскохозяйственного использования.

Так же прокурор указывает, что в соответствии с ч. 1 ст. 6, ч. 1 ст. 123 Лесного кодекса РФ от 04.12.2006 леса расположенные на землях сельскохозяйственного назначения и иных землях, подлежат освоению с соблюдением целевого назначения таких земель. В статье 1 Лесного кодекса РФ от ДД.ММ.ГГГГ, законодатель определил в качестве преобладающих функций леса экологическую и социальную. В соответствии с этой статьей лесное законодательство и иные регулирующие лесные отношения нормативные правовые акты основываются на принципах: устойчивого управления лесами, сохранения биологического разнообразия лесов, повышения их потенциала; сохранения средообразующих, водоохранных, защитных, санитарно-гигиенических, оздоровительных и иных полезных функций лесов в интересах обеспечения права каждого на благоприятную окружающую среду; использования лесов с учетом их глобального экологического значения, а также с учетом длительности их выращивания и иных природных свойств лесов и др. Данные положения Лесного кодекса РФ судом во внимание не приняты.

Прокурор считает, что судом установлено, что ФИО1 был осведомлен о том, что на землях сельскохозяйственного назначения произрастают столетние лесные насаждения, вместе с тем, ФИО1 умышленно, заключил договор подряда № от ДД.ММ.ГГГГ на проведение работ по расчистке земель сельскохозяйственного назначения от мелколесья, деревьев, не входящих в лесной фонд, с индивидуальным предпринимателем ФИО6, не намереваясь в дальнейшем осуществлять культивирование земельного участка в целях осуществления сельскохозяйственной деятельности, из корыстных побуждений совершил незаконную рубку лесных насаждений. Данные факты судом во внимание также не приняты.

Прокурор указывает, что когда по поступившему в суд уголовному делу будет установлено, что лицо признано потерпевшим без достаточных к тому оснований, предусмотренных статьей 42 УПК РФ, суд выносит постановление (определение) о том, что такое лицо ошибочно признано потерпевшим по данному делу, и разъясняет ему право на обжалование принятого судом решения в апелляционном порядке. При этом решение суда может быть обжаловано безотлагательно до постановления приговора, поскольку решением суда затрагивается конституционное право на доступ к правосудию. Обжалование решения в этой части не является основанием для приостановления судебного разбирательства. При таких обстоятельствах суд вправе самостоятельно установить и признать потерпевшего по делу.

Прокурор указывает, что при рассмотрении уголовного дела по существу суд установил, что заготовка и сбыт древесины производились, в том числе после 17 июля 2019 г. В связи с этим, суд пришел к убеждению о том, что при описании времени и способа незаконной рубки, а также фактических обстоятельств преступления, обвинением допущены существенные противоречия, вследствие чего время незаконной рубки, указанное в обвинительном заключении, противоречит времени, установленному в судебном заседании, что выходит за рамки предъявленного ФИО1 обвинения. По мнению суда вышеуказанные обстоятельства имеют существенное значение и не могут быть устранены судом самостоятельно, поскольку при рассмотрении дела в соответствии со статьей 252 Уголовно процессуального кодекса Российской Федерации, определяющей пределы судебного разбирательства, суд не вправе выйти за рамки сформулированного в обвинительном заключении обвинения.

Прокурор считает, что данные выводы суда ошибочны, так как из обвинительного заключения и постановления о привлечении в качестве обвиняемого усматривается, что ФИО1 органами предварительного следствия обвиняется в том, что в период с 22 июня 2019 г. по 17 июля 2019 г., совершил незаконную рубку лесных насаждений расположенных на участках на расстоянии 20 км западнее 

<

адрес> на площади 5,7 га, на площади 0,4 га, а также на площади 2,1 га вблизи бывшей 

<

адрес> причинив администрации Западнодвинского района Тверской области материальный ущерб в сумме 45 342 901 руб., а также на землях лесного фонда в квартале 25, выдел 7 и 15 Велесского участкового лесничества ГКУ «Западнодвинское лесничество Тверской области», причинив Министерству лесного хозяйства Тверской области материальный ущерб на сумму 1 220 292 руб., иной период рубки, объем незаконно заготовленной древесины и ущерб от незаконно заготовленной древесины, ФИО1 не вменяется.

Прокурор указывает, что возвращение уголовного дела прокурору в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ влечет нарушение прав участников уголовного судопроизводства, предусмотренных ст. 6.1 УПК РФ, а именно на уголовное преследование, назначение наказания и прекращение уголовного преследования в разумный срок.

В возражении на апелляционное представление обвиняемый ФИО1 просит суд удовлетворить ходатайство прокурора в части отмены обжалуемого постановления и принять новое решение, которым уголовное дело прекратить и прекратить его уголовное преследование.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы представления, заслушав прокурора, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. Согласно ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным. В соответствии с ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении указываются, в том числе существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела. Органами предварительного расследования ФИО1 обвиняется в незаконной рубке лесных насаждений с использованием своего служебного положения в особо крупном размере.

Возвращая уголовное дело прокурору суд первой инстанции указал, что органы предварительного расследования в предъявленном ФИО1обвинении сослались лишь на нормативные акты, регламентирующие правила исчисления ущерба вследствие нарушения лесного законодательства. Между тем, конкретные нормативные акты и нормы лесного законодательства Российской Федерации, которые были нарушены ФИО1, в предъявленном обвинении не указаны.

Таким образом, считает суд обвинение предъявленное ФИО1, исключает возможность оценки доводов обвинительного заключения о наличии у него прямого умысла на рубку лесных насаждений в связи с отсутствием для этого необходимой и достаточной конкретизации описания преступления, в котором он обвиняется.

В связи с изложенным, считает суд имеет место нарушение права обвиняемого на защиту, в том числе права знать, в чем он обвиняется, что не допускается (пункт 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 июня 2015 г. № 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве»).

Кроме того, объектом преступного посягательства органом следствия определены сырорастущие деревья, в том числе, на землях фонда перераспределения земель.

Однако следствием не принято во внимание, что согласно статье 80 Земельного кодекса Российской Федерации фонд перераспределения земель формируется за счет земельных участков из земель сельскохозяйственного назначения, поступающих в этот фонд в случае приобретения Российской Федерацией, субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием права собственности на земельный участок по основаниям, установленным федеральными законами, за исключением случаев приобретения права собственности на земельный участок, изъятый для государственных или муниципальных нужд. Использование земель фонда перераспределения земель осуществляется в соответствии со статьей 78 настоящего Кодекса в порядке, установленном законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу статьи 17 Земельного кодекса Российской Федерации в федеральной собственности находятся земельные участки, которые признаны таковыми федеральными законами; право собственности Российской Федерации на которые возникло при разграничении государственной собственности на землю; которые приобретены Российской Федерацией по основаниям, предусмотренным гражданским законодательством.

Статья 8 Лесного кодекса Российской Федерации устанавливает, что лесные участки в составе земель лесного фонда находятся в федеральной собственности.

Таким образом, право собственности Российской Федерации на земли лесного фонда признано в силу закона.

Как следует из распоряжения администрации Тверской области от 27 ноября 2006 г. № 540-ра « О переводе земель из одной категории в другую», земли сельскохозяйственного назначения производственного сельскохозяйственного кооператива «Родина» общей площадью 3 729 га переведены из земель сельскохозяйственного назначения в категорию земель лесного фонда (т. 1 л.д. 94-95).

Представитель потерпевшей стороны - администрации Западнодвинского района Тверской области ФИО7, действующая по доверенности, в судебном заседании показала, что земли, на которых была произведена рубка, относятся к землям фонда перераспределения земель Западнодвинского района, землям сельскохозяйственного назначения, государственная собственность на которые не разграничена. В настоящее время администрацией района составлен список, что должны перевести в лесфонд, земельный участок, на котором произведена рубка в нем также значится, как подлежащий переводу в лесной фонд в первую очередь. 

Установленные в судебном заседании обстоятельства, указывают, по мнению суда, что земельные участки, покрытые лесом, на которых органы предварительного следствия вменяют подсудимому незаконную рубку лесных насаждений в период с 22 июня 2019 г. по 17 июля 2019 г., находящиеся на землях фонда перераспределения земель, на площади 5,7 га на расстоянии 20 км западнее 

<

адрес>; на площади 0,4 га на расстоянии 20 км западнее от 

<

адрес>; на площади 2,1 га вблизи бывшей 

<

адрес>, всегда относились к лесам, были предназначены для ведения лесного хозяйства, не относились к землям сельскохозяйственных угодий с произрастающей на них древесно-кустарниковой растительностью и фактически не использовались как земли сельскохозяйственного назначения. Отнесение данных земельных участков, покрытых лесом, в фонд перераспределения администрации Западнодвинского района Тверской области не изменили их целевое назначение – ведение лесного хозяйства и об ином целевом значении не свидетельствует.

Эти фактические обстоятельства, установленные судом в судебном заседании, не учтены органом предварительного следствия в обвинении ФИО1 при определении потерпевшей стороны.

Так, согласно содержащемуся в обвинительном заключении описанию преступного деяния, совершенного в период с 22 июня 2019 г. по 17 июля 2019 г., в результате незаконной рубки лесных насаждений администрации Западнодвинского района Тверской области причинен материальный ущерб в сумме 45342901 руб. 

При таких обстоятельствах имеются противоречия в части установления потерпевшего, кому причинен ущерб: государству или муниципальному образованию.

Суд так же отмечает, что из обвинительного заключения и постановления о привлечении в качестве обвиняемого усматривается, что ФИО1 органами предварительного следствия обвиняется в том, что совершил незаконную рубку лесных насаждений с использованием своего служебного положения в особо крупном размере в период с 22 июня 2019 г. по 17 июля 2019 г. путем заключения от имени колхоза 

<

данные изъяты> договора подряда № от ДД.ММ.ГГГГ на проведение работ по расчистке земель сельскохозяйственного назначения от мелколесья, деревьев, не входящих в лесной фонд, с индивидуальным предпринимателем ФИО6 

Исходя из материалов дела суд пришел к убеждению в том, что при описании времени и способа незаконной рубки, а также фактических обстоятельств преступления, обвинением допущены существенные противоречия, вследствие чего время незаконной рубки, указанное в обвинительном заключении, противоречит времени, установленному в судебном заседании, что выходит за рамки предъявленного ФИО1 обвинения.

По мнению суда, вышеуказанные обстоятельства имеют существенное значение и не могут быть устранены судом самостоятельно, поскольку при рассмотрении дела в соответствии со ст. 252 УПК РФ, определяющей пределы судебного разбирательства, суд не вправе выйти за рамки сформулированного в обвинительном заключении обвинения.

В связи с изложенным суд первой инстанции посчитал, что приведенные нарушения создают неопределенность в обвинении, которое носит неконкретный характер, грубо нарушают гарантированное Конституцией Российской Федерации право ФИО1 на судебную защиту, в связи с чем имеющееся в материалах дела обвинительное заключение препятствует постановлению судом приговора или вынесению иного решения, отвечающего принципу законности и справедливости, то есть составлено с нарушениями требований уголовно-процессуального закона, которые могут быть исправлены лишь органом предварительного расследования, к исключительной компетенции которого относится установление обстоятельств совершения преступления, что в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий рассмотрения дела судом.

Суд апелляционной инстанции не соглашается с выводами суда первой инстанции по тем основаниям, что в постановлении о возвращении уголовного дела прокурору, суд, сославшись на постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации, не указал, что восполнить недостающие сведения в судебном заседании не представляется возможным, не указав причины этого.

Так же судом не принято во внимание определение судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 13.06.2019 № 307-ЭС19-2293 по делу № А05-1395/2018 в соответствии с которым, пользователи участков земель сельскохозяйственного назначения, на которых произрастают столетние лесные насаждения, не вправе осуществлять их рубку без оформления необходимых документов, поскольку наличие на участке таких насаждений не позволяет отнести участок к сельскохозяйственным угодьям, а их рубка не может рассматриваться в качестве мелиорации земель и расчистки для сельскохозяйственного использования. Кроме того судом во внимание не приняты положения ч. 1 ст. 6, ч. 1 ст. 123 Лесного кодекса РФ, согласно которых, леса расположенные на землях сельскохозяйственного назначения и иных землях, подлежат освоению с соблюдением целевого назначения таких земель. Кроме того, судом было установлено, но во внимание не принято, что ФИО1 был осведомлен о том, что на землях сельскохозяйственного назначения произрастают столетние лесные насаждения, вместе с тем, ФИО1 умышленно, заключил договор подряда № от ДД.ММ.ГГГГ на проведение работ по расчистке земель сельскохозяйственного назначения от мелколесья, деревьев, не входящих в лесной фонд, с индивидуальным предпринимателем ФИО6, не намереваясь в дальнейшем осуществлять культивирование земельного участка в целях осуществления сельскохозяйственной деятельности, из корыстных побуждений совершил незаконную рубку лесных насаждений.

Суд апелляционной инстанции критически относится к доводам суда о том, что имеются противоречия в части установления потерпевшего, кому причинен ущерб государству или муниципальному образованию и соглашается с доводами жалобы прокурора о том, что суд в праве на основании ст. 42 УПК РФ, когда по поступившему уголовному делу установлено, что лицо признано потерпевшим без достаточных к тому оснований, вынести постановление о том, что такое лицо ошибочно признано потерпевшим по данному делу, и разъясняет ему право на обжалование принятого судом решения в апелляционном порядке. После чего суд вправе самостоятельно установить и признать потерпевшего по делу.

Так же суд апелляционной инстанции соглашается с доводами жалобы прокурора об ошибочности выводов суда первой инстанции о том, что раз при рассмотрении уголовного дела по существу установлено, что заготовка и сбыт древесины производились, в том числе после 17 июля 2019 г, в связи с чем при описании времени и способа незаконной рубки, а также фактических обстоятельств преступления, обвинением допущены существенные противоречия, вследствие чего время незаконной рубки, указанное в обвинительном заключении, противоречит времени, установленному в судебном заседании, что выходит за рамки предъявленного ФИО1 обвинения. Так как, по мнению суда, вышеуказанные обстоятельства имеют существенное значение и не могут быть устранены судом самостоятельно, поскольку при рассмотрении дела в соответствии со статьей 252 УПК РФ, определяющей пределы судебного разбирательства, суд не вправе выйти за рамки сформулированного в обвинительном заключении обвинения.

Однако из обвинительного заключения и постановления о привлечении в качестве обвиняемого усматривается, что ФИО1 органами предварительного следствия обвиняется в том, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, совершил незаконную рубку лесных насаждений расположенных на участках на расстоянии 20 км западнее 

<

адрес> на площади 5,7 га, на площади 0,4 га, а также на площади 2,1 га вблизи бывшей 

<

адрес> причинив администрации Западнодвинского района Тверской области материальный ущерб в сумме 45 342 901 руб., а также на землях лесного фонда в квартале 25, выдел 7 и 15 Велесского участкового лесничества ГКУ «Западнодвинское лесничество Тверской области», причинив Министерству лесного хозяйства Тверской области материальный ущерб на сумму 1 220 292 руб., иной период рубки, объем незаконно заготовленной древесины и ущерб от незаконно заготовленной древесины, ФИО1 не вменялся.

Исходя из изложенного выводы суда первой инстанции о допущенных на досудебной стадии производства по уголовному делу нарушениях норм УПК РФ, которые с учетом предъявленного подсудимому ФИО1 обвинения в силу положений ст. 252 УПК РФ не могут быть устранены в судебном разбирательстве являются несостоятельными и не основанными на законе. 

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии законных оснований для возвращения настоящего уголовного дела прокурору, в связи с чем обжалуемое постановление подлежит отмене, а дело направлению в тот же суд для рассмотрения по существу.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.15, 389.20, 389.22, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Западнодвинского межрайонного суда Тверской области от 23 июня 2021 года о возвращении прокурору Западнодвинского района Тверской области уголовного дела в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ - отменить, уголовное дело направить в тот же суд для рассмотрения по существу, в ином составе.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий