Председательствующий: Назаретян К.В. Дело № 33-285/2026

33-7912/2025

2-4059/2025

55RS0003-01-2025-003942-75

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

Судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда в составе

Председательствующего Пшиготского А.И.

судей областного суда Петерса А.Н., Черноморец Т.В.

при секретаре Аверкиной Д.А.

рассмотрела в судебном заседании в г. Омске 21 января 2026 года

дело по апелляционной жалобе ответчика ФИО1 на решение Ленинского районного суда г. Омска от 07 октября 2025 года, которым с учетом определения об исправлении описки от 24 октября 2025 года постановлено:

«Исковые требования ФИО2, ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1, 

<

...> г.р., паспорт № 

<

...>, в пользу ФИО2, 

<

...> г.р., паспорт № 

<

...>, компенсацию морального вреда в размере 30000 рублей.

Взыскать с ФИО1, 

<

...> г.р., паспорт № 

<

...>, в пользу ФИО3, 

<

...> г.р., паспорт № 

<

...>, компенсацию морального вреда в размере 30000 рублей.

Взыскать с ФИО1, 

<

...> г.р., паспорт № 

<

...>, в пользу ФИО2, 

<

...> г.р., паспорт № 

<

...>, государственную пошлину в размере 3000 рублей, расходы на совершение нотариальных действий в размере 38420 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований - отказать.».

Заслушав доклад судьи областного суда Пшиготского А.И., судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО2, ФИО3 обратились с иском к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, в обоснование требований указав, что в 

<

...> года решением мирового судьи судебного участка № 

<

...> в Ленинском судебном районе г. Омска расторгнут брак между ФИО2 и ФИО1, при этом фактически брачные отношения прекращены с октября 2021 года. После прекращения семейных отношений ответчик многократно направляла SMS-сообщения со своего мобильного телефона, на номер мобильного телефона, принадлежащий ФИО2, а также сообщения в мессенджере WhatsApp и на электронную почту истца, в которых негативно высказывалась не только в адрес бывшего мужа, но и в адрес его супруги – ФИО3 Направленные ответчиком сообщения в большинстве случаев носили оскорбительный характер, несли негативный смысл и отрицательно характеризовали личности ФИО2 и ФИО3, их моральный облик, унижая их честь и достоинство. Просили взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2, ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 60000 руб. каждому.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен судом надлежащим образом.

Представитель истца по доверенности ФИО4 исковые требования поддержал.

ФИО3 в судебном заседании участия не принимала, извещена надлежащим образом, в письменных пояснениях подтвердила факты, изложенные в исковом заявлении, просила требования удовлетворить.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании участия не принимала, о времени и месте судебного заседания уведомлена надлежащим образом.

Представитель ответчика ФИО5 по доверенности ФИО6 возражала против удовлетворения требований.

Судом постановлено вышеизложенное решение.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО1 считает решение суда незаконным и необоснованным, подлежащим отмене. Указывает, что отправленные ею сообщения на номер мобильного телефона, принадлежащий ФИО2, были адресованы лично ему, а не ФИО3, без какого-либо умысла на оскорбление последней. Ответчик, отправляя данные сообщения преследовала цель прекратить вмешательство бывшего супруга в личную жизнь ответчика и ее детей. Обращает внимание, что доказательств, обосновывающих размер нравственных страданий истцы в материалы дела не представили, как и доказательства передачи сообщений от ФИО2 ФИО3, в связи с чем, оснований для удовлетворения требований не имелось. Просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Лица, участвующие в деле, о рассмотрении дела извещены надлежащим образом.

Проверив материалы дела, законность и обоснованность судебного постановления, исходя из доводов апелляционной жалобы, заслушав представителя ответчика ФИО5 по доверенности ФИО6, поддержавшую доводы жалобы, представителя истца ФИО2 по доверенности ФИО4, просившего отказать в удовлетворении апелляционной жалобы, судебная коллегия оснований для отмены или изменения решения суда не находит.

Согласно п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу п. 2 ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце шестом пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» (далее – постановление Пленума № 3), на ответчика, допустившего высказывание в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 48 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2021) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30 июня 2021 года) оскорбления, совершенные путем направления СМС-сообщений либо личных сообщений, в том числе голосовых, в мессенджерах или социальных сетях, подлежат квалификации по части 1 статьи 5.61 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 25 постановления Пленума № 33, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом, соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Как установлено судом и следует из материалов дела, ответчик ФИО1 с момента фактического прекращения брачных отношений с истцом ФИО2, используя различные средства связи (электронная почта, мессенджеры, СМС-сообщения) направляла последнему сообщения нецензурного характера, содержащие оскорбления как в отношении ФИО2, так и в отношении его супруги ФИО3

В подтверждение своих доводов истцом представлен протокол осмотра письменных доказательств (информации в сети Интернет) от 02.05.2024, составленный ФИО7 временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа г. Омска ФИО8 на основании заявления ФИО2, в присутствии ФИО2, ФИО1, из которого следует, что 11.04.2024; 26.02.2023; 16.06.2022; 15.07.2023; 08.07.2023; 04.07.2023; 27.06.2023; 12.05.2023; 12.03.2025; 19.02.2023; 15.11.2022; 03.09.2022; 09.07.2022; 18.03.2022; 21.02.2022; 20.02.2022; 02.01.2022; 08.12.2021; 07.12.2021; 01.12.2021; 30.11.2021; 26.11.2021; 24.11.2021 просматриваются сообщения от пользователя «Я. Резина», содержащие ненормативную лексику, нецензурную брань, а также оскорбления с унижением чести, достоинства и деловой репутации, с целью унизить и оскорбить истцов.

Согласно анализу указанных сообщений, часть из них относятся к личности ФИО2, другая часть высказаны в адрес истца ФИО3, данные сообщения высказаны в грубой, неприличной, нецензурной форме.

Разрешая спор и частично удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. ст. 150, 151, 1099, 1101 ГК РФ, разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан», постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, установив факт высказывания ответчиком в адрес истцов оскорблений, выраженных в неприличной форме, порочащих их честь и достоинство, являющихся оскорбительными и бранными, противоречащими нравственным нормам поведения, содержащими негативную, унизительную оценку личности истцов, пришел к выводу о правомерности заявленных требований, взыскав с ответчика денежную компенсацию в счет возмещения морального вреда в размере 30 000 руб. в пользу каждого из истцов.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм права, соответствуют обстоятельствам дела и подтверждены исследованными доказательствами.

Доводы апелляционной жалобы о том, что истцами не представлено доказательств, пережитых ими нравственных страданий и не обоснован их размер, судебной коллегией отклоняются, поскольку вина ответчика и причинение моральных и нравственных страданий истцам при их оскорблении и нарушение личных неимущественных прав, предусмотренных ст. 150 ГК РФ презюмируется. При этом доказательств отсутствия своей вины ответчиком в материалы дела не представлено. Напротив, в своей жалобе ФИО1 не отрицала факт отправки сообщений, зафиксированных в протоколе осмотра доказательств врио нотариуса ФИО7, адресованных истцу ФИО2, содержащих также высказывания в отношении его супруги ФИО3, что фактически свидетельствует о признании ею исковых требований и обоснованности выводов суда.

То обстоятельство, что сообщения, содержащие оскорбительную информацию в отношении ФИО3, не были адресованы ей лично, направлены на электронную почту ее супруга ФИО2, вопреки доводов жалобы ответчика, не опровергает установленного судом факта нарушения личных неимущественных прав ФИО3, причинении ей моральных и нравственных страданий, посредством направления сообщений, содержащих оскорбительную информацию о ее личности, ее личной жизни, носящих явно дискредитирующий ее характер.

При этом, ссылки ответчика в жалобе на отсутствие доказательств передачи указанных сообщений от ФИО2 ФИО3, отклоняются судом апелляционной инстанции как несостоятельные, сам факт нахождения истцов в зарегистрированном браке, их совместное проживание и обращение в суд с настоящим иском уже свидетельствуют об осведомленности ФИО3 относительно содержания сообщений ФИО1

Доводы жалобы о том, что у ответчика не было умысла на оскорбление ФИО3, причинение ей нравственных страданий, и действия ответчика по направлению сообщений негативного характера в отношении истцов имели цель прекратить вмешательство ФИО2 в личную жизнь ФИО1 и их детей, не могут быть приняты во внимание, поскольку моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность) (п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

К тому же, доказательств того, что истцы своими действиями спровоцировали ответчика на совершение ею действий по отправке сообщений негативного содержания о них, ответчиком в материалы дела не представлено. Вместе с тем, данные обстоятельства не имеют существенного значения для существа настоящего спора, поскольку вины ФИО1 в содеянном не опровергает, факт высказывания ответчиком в адрес истцов нецензурных слов и выражений, оскорбительного характера, подтвержден представленными в материалы дела доказательствами и ответчиком не оспаривался.

Ссылки в жалобе на непредставление доказательств в обоснование объема нравственных страданий не могут служить основанием к отмене обжалуемого судебного акта, поскольку при определении размера компенсации морального вреда судом учтены фактические обстоятельства дела, характер и степень нравственных страданий, обусловленные длительностью нарушения прав истцов, характеристиками каждой из сторон, принципами разумности и справедливости.

Исходя из обстоятельств дела, которыми установлен факт причинения истцам нравственных страданий, за неимением других доказательств, руководствуясь требованием разумности и справедливости, суд обоснованно определил истцам компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб. в пользу каждого.

Компенсация в присужденном размере отвечает принципу соразмерности, соответствует конкретным обстоятельствам дела, характеру, причиненных истцам нравственных страданий, а также требованиям разумности и справедливости, в связи с чем вопреки доводам жалобы уменьшению не подлежит.

Доводы апелляционной жалобы о несогласии с размером компенсации морального вреда по существу выражают субъективное отношение к категории морального вреда и обстоятельствам, влияющим на его размер, при этом выводов суда первой инстанции не опровергают, о существенном нарушении норм материального или процессуального права не свидетельствуют.

Судебная коллегия считает, что определенный судом размер компенсации морального вреда в полной мере согласуется с принципами конституционной ценности чести и достоинства личности, а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, а с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые привели или могли привести к неправильному разрешению данного дела (в том числе и тех, на которые имеются ссылки в апелляционной жалобе), судом не допущено.

Само по себе несогласие ответчика с выводами суда не может служить основанием для отмены обжалуемого судебного постановления. Выводы суда основаны на собранных по делу доказательствах, которые оценены судом по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, что предусмотрено положениями ст. 67 ГПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Ленинского районного суда г. Омска от 07 октября 2025 года оставить без изменения; апелляционную жалобу оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции через Ленинский районный суд г. Омска в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 22 января 2026 года.