Дело № 2-203/2017 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 июля 2017 года село Чурапча

Чурапчинский районный суд Республики Саха (Якутия) в составе председательствующего судьи Мучина Д.М. единолично,

при секретаре Платоновой Л.Г.,

с участием истца ФИО1,

её представителя по доверенности ФИО2,

ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

Гр-ка ФИО1 обратилась в суд с иском к гр-ке ФИО3 о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда.

В иске указано, что ответчик ФИО3 в своих обращениях к Министру культуры РФ и в Генеральную прокуратуру РФ указала сведения, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию истца ФИО1, обвиняя её в угрозах увольнением и расправой в адрес ответчика, в нарушении прав и законных интересов несовершеннолетней *К2*, из-за желания снизить заработную плату ответчика, в составлении заведомо подложных актов о не сдаче ответчиком годового отчета, в не выдаче ответчику табеля учета отработанных часов и командировочных выплат, в отобрании фортепиано из класса фортепиано, в котором преподает ответчик и в незаконной выплате заработной платы и иных выплат *С*, что указанные сведения, распространенные ответчиком ФИО3 являются недостоверными. Истцом указывается, что в результате их распространения ей был причинен моральный вред, выразившийся в душевных страданиях, из-за которых она заболела, постоянно находится в состоянии тревоги, у неё участились случаи повышения давления, нарушен её привычный образ жизни. В связи с чем, истец ФИО1 просит признать указанные сведения, изложенные ответчиком в её обращениях к Министру культуры РФ и в Генеральную прокуратуру РФ, не соответствующими действительности, порочащими честь и достоинство, подрывающими деловую репутацию и взыскать с ответчика ФИО3 в пользу истца ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100 000,0 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 и её представитель по доверенности ФИО2 доводы искового заявления полностью поддержали, пояснили, что ФИО1 работает 

<

данные изъяты> МБУ ДО «Чурапчинская детская школа искусств им. А.П. Гоголева» (также далее по тексту – «Школа» и «Школа искусств») только два года и за это время ФИО3 злоупотребляя своим правом дважды написала на неё жалобу в вышестоящие органы, с момента назначения ФИО1 ответчик следит за ней, постоянно записывает её на камеру сотового телефона, ведет запись на каждом совещании и планерках, из-за этого в Школе возникла очень сложная рабочая атмосфера, у ФИО1 ухудшилось состояние здоровья, в связи с чем, просят суд исковые требования удовлетворить в полном объеме и взыскать с ответчика расходы истца по уплате государственной пошлины в размере 300,0 рублей.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала и пояснила, что, обращаясь в вышестоящие органы, она воспользовалась своим правом, предусмотренным ст. 33 Конституции РФ, что данные органы, проведя проверки по её обращениям, установили нарушения допущенные 

<

данные изъяты> Школы ФИО1, что у неё имеются письменные доказательства и свидетели, которые это могут подтвердить, что она сведения, порочащие честь и достоинство не распространяла, они являются правдивыми, что она защищала свои права, что истец заставила родителей *К2* написать заявление о прекращении учебы девочки, что акт от 23 февраля о не сдаче отчета фактически был составлен еще 27 января, до составления об этом справки, хотя ответчик сдала отчет 

<

данные изъяты> под расписку ещё в декабре месяце, что она написала заявление о выдаче ей табеля учета рабочего времени, но истец выдала ей пустой табель, что вопрос о фортепиано никак не касается чести и достоинства, поскольку о работе музыкальных инструментах может знать только профессионал со специальным образованием, которого у истца нет, истец не знает о разнице механических и электрических инструментов, что вопрос о работе *С* также не касается чести и достоинства, в связи с чем, просит в удовлетворении иска полностью отказать.

Свидетель *А* в судебном заседании пояснила, что работает 

<

данные изъяты> в Школе искусств и показала, что она не слышала, чтобы 

<

данные изъяты> школы ФИО1 когда-либо угрожала ФИО3 увольнением и расправой, при ней ответчик сама отказалась от преподавания ученице *К2*, основывая это нежеланием учить ребенка, который не участвует в конкурсе, *К2* училась с сентября до половины октября месяца, родители могут написать заявление о прекращении учебы их детей, что ФИО3 в мае месяце годовой отчет не сдала, её подпись о сдаче отчета отсутствует, отчет за 2015-2016 гг. получили по почте перед Новым годом, который не соответствует требованиям формы годового отчета, что весной был составлен акт о не сдаче ответчиком отчета, который был подписан истцом, *А* и одним из преподавателей школы, что на планерке было сказано о не сдаче ФИО3 отчета, *А* лично отдала ответчику копию-выписку из табеля учета рабочего времени, что ответчику командировочные оплачиваются, вопрос об отпуске без содержания, чтобы поехать и участвовать в конкурсе, истец перед ответчиком не ставила, что Макарова сама дала согласие на то, чтобы одно фортепиано из её класса было передано в другой класс, т.к. у неё имеется два фортепиано, что *С* работает в Школе 

<

данные изъяты>, свои функциональные обязанности по 

<

данные изъяты> выполняет.

Свидетель *К* в судебном заседании показал, что его дочь *К2* прекратила учебу в октябре 2016 года по своему желанию, он дал разрешение на это, поскольку она училась в гимназии до 17 часов вечера, сильно уставала и не хотела дальше учиться в музыкальной школе, что ФИО1 взяла у него заявление, после этого иногда *К2* возвращалась в музыкальную школу, когда её звала преподаватель, желания ходить в музыкальную школу у нее не было, говорила, что 

<

данные изъяты> ругает её. Свидетель также пояснил, что лично не встречался с ФИО3, что в Интернете, в СМИ обращений ФИО3 о ФИО1 он не видел и не читал.

Свидетель *П* в судебном заседании пояснила, что работает 

<

данные изъяты> в Школе искусств и показала, что она не слышала, чтобы 

<

данные изъяты> школы ФИО1 когда-либо угрожала ФИО3 увольнением и расправой, что она слышала от *Е* о том, что Макарова сказала ей взять к себе в ученики *К2*, что действительно в отношении ФИО3 были составлены акты о не сдаче годового отчета, что командировочные оплачиваются при профильных командировках, что в классе фортепиано имеется 2 фортепиано, что *С* работает в Школе 

<

данные изъяты>, свои функциональные обязанности выполняет, по телевидению, в СМИ, порочащие статьи в адрес ФИО1 она не видела.

Свидетель *Е* в судебном заседании пояснила, что работает 

<

данные изъяты> в Школе искусств, и показала, что она не слышала, чтобы 

<

данные изъяты> школы ФИО1 когда-либо угрожала ФИО3 увольнением и расправой, что ФИО3 лично сказала ей взять в ученики *К2*, ссылаясь на то, что она «слабая», что ответчик возмущалась на то, что родители *К2* не отправляют её на конкурс в г. Сочи, а осенью ответчик отказалась учить *К2*, что *С* работает в Школе 

<

данные изъяты>, свои функциональные обязанности по 

<

данные изъяты> выполняет, в СМИ порочащие честь и достоинство статьи, телепередачи, интервью, заметки в адрес ФИО1 она не видела.

Выслушав доводы сторон, показания свидетелей, изучив материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с п. 1 ст. 152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.

Согласно п. 7 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

На основании п. 9 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ, в силу п. 1 ст. 152 ГК РФ обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Также п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. № 3 предусмотрено, что ст. 33 Конституции РФ закреплено право граждан направлять личные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления, которые в пределах своей компетенции обязаны рассматривать эти обращения, принимать по ним решения и давать мотивированный ответ в установленный законом срок.

Судам необходимо иметь в виду, что в случае, когда гражданин обращается в названные органы с заявлением, в котором приводит те или иные сведения (например, в правоохранительные органы с сообщением о предполагаемом, по его мнению, или совершенном либо готовящемся преступлении), но эти сведения в ходе их проверки не нашли подтверждения, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для привлечения этого лица к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной ст. 152 ГК РФ, поскольку в указанном случае имела место реализация гражданином конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений.

Такие требования могут быть удовлетворены лишь в случае, если при рассмотрении дела суд установит, что обращение в указанные органы не имело под собой никаких оснований и продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то есть имело место злоупотребление правом (пункты 1 и 2 ст. 10 ГК РФ).

В судебном заседании установлено, что ответчик ФИО3 пять раз обращалась в различные инстанции с заявлениями, имеющими аналогичные сведения, по фактам нарушений со стороны истца ФИО1

Так, 26 декабря 2016 г. ответчик обратилась с заявлением к Прокурору Чурапчинского района, 27 декабря 2016 г. – Министру культуры РФ, 28 декабря 2016 г. Генеральному прокурору РФ, 31 января 2017 г. – в Государственную инспекцию труда в РС (Я), 09 февраля 2017 г. – повторно обратилась к Генеральному прокурору РФ с заявлением от 31 января 2017 г. о нарушении антикоррупционного и трудового законодательства, а также о нарушении прав несовершеннолетних.

По всем обращениям ФИО3 было выявлено одно нарушение трудового законодательства в части незаконного предоставления ответчику отпуска без содержания с 1 по 9 сентября 2016 г., остальные доводы ФИО3 не нашли своего подтверждения. Доводы ответчика, изложенные в её повторном обращении к Генеральному прокурору РФ от 31 января 2017 г., также опровергаются имеющимися материалами дела и показаниями свидетелей, опрошенными в судебном заседании.

Запрет преследования гражданина в связи с его обращением в государственный орган, орган местного самоуправления или к должностному лицу в целях восстановления или защиты своих прав, свобод и законных интересов либо прав, свобод и законных интересов других лиц прямо установлен в ст. 6 Федерального закона от 02 мая 2006 г. № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации».

Каждый гражданин имеет право свободно и добровольно обращаться в государственные органы, органы местного самоуправления и к должностным лицам в целях защиты своих прав и законных интересов либо прав и законных интересов других лиц. При этом гражданин может указать в обращении на известные ему факты и события, которые, по его мнению, имеют отношение к существу поставленного в обращении вопроса и могут повлиять на его разрешение. То обстоятельство, что изложенные в обращении сведения могут не найти своего подтверждения, не является основанием для привлечения заявителя к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной ст. 152 ГК РФ, если соответствующее обращение обусловлено его попыткой реализовать свои конституционные права, имеющие выраженную публичную направленность, в целях привлечения внимания к общественно значимой проблеме. Иное означало бы привлечение лица к гражданско-правовой ответственности за действия, совершенные им в пределах предоставленных ему конституционных прав, а равно при исполнении им своего гражданского долга.

В связи с чем, суд согласен с доводами ответчика о том, что истец оспаривает сведения, изложенные в официальных обращениях ФИО3.

Между тем, учитывая, что ФИО3 необоснованно, не дожидаясь ответа, пять раз обращалась в разные инстанции с одними и теми же доводами, которые не нашли своего подтверждения и заключение комиссии по расследованию конфликтной ситуации в Школе искусств от 15 марта 2017 г., согласно которой за все время работы в Школе искусств сменилось четыре директора и со всеми из них у ФИО3 имелись конфликты указывает на не способность находить общий язык, как с руководством, так и с коллегами, что имелись множественные факты, носящие систематический характер нарушения Устава Школы со стороны ФИО3, выраженные в невыполнении требований руководства, что были зафиксированы конфликтные ситуации с преподавателями Школы, вызванные провокационными действиями ответчика, в данном случае суд усматривает наличие злоупотребления правом со стороны ФИО3, которое имеет исключительно намерение причинить вред другому лицу – ФИО1, подпадающее под действие п. 1 ст. 10 ГК РФ.

При таких обстоятельствах, суд считает, что со стороны истца факт распространения ответчиком ФИО3 недостоверных порочащих честь, достоинство и деловую репутацию сведений в отношении ФИО1 доказан. Следовательно, исковое требование о признании сведений, указанных ответчиком в её заявлениях Министру культуры РФ и Генеральному прокурору РФ, не соответствующими действительности, порочащими честь и достоинство, подрывающие деловую репутацию истца подлежит удовлетворению.

Часть 9 ст. 152 ГК РФ предоставляет гражданину, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправо требования возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Физические и нравственные страдания истца подтверждаются имеющимися в материалах дела медицинскими справками, листками нетрудоспособности, выписками. 

С учетом обстоятельств дела и принципа разумности суд считает возможным удовлетворить требование истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере 20 000,0 рублей.

На основании ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 300,0 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковое заявление ФИО1 к ФИО3 о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Признать сведения об угрозах ФИО1 увольнением и расправой в адрес ФИО3; о нарушении ФИО1 прав и законных интересов несовершеннолетней *К2* из-за желания снизить заработную плату ФИО3; о составлении заведомо подложных актов о не составлении и не сдаче ФИО3 годового отчета; о не выдаче табеля учета отработанных часов; о не выдаче ФИО1 командировочных выплат; об отобрании фортепиано из класса; о незаконной выплате заработной платы и иных выплат *С*; распространенные ФИО3 в заявлениях к Генеральному прокурору Российской Федерации, в заявлении к Министру культуры Российской Федерации от 27 декабря 2016 г. с вх. № М-12011, не соответствующими действительности и порочащими честь и достоинство, подрывающими деловую репутацию ФИО1.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1:

- компенсацию морального вреда в размере 20 000,0 рублей;

- расходы на уплату государственной пошлины в размере 300,0 рублей.

Всего: 20 300 (Двадцать тысяч триста) рублей 00 копеек.

В остальной части иска – отказать.

Настоящее решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Саха (Якутия) в течение 1 месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья Д.М. Мучин

Решение изготовлено в окончательной форме 21 июля 2017 г.