Председательствующий – судья Гузанов Д.Е. (дело № 1-60/2019)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 22-1750/2019

12 декабря 2019 г.

г. Брянск

Брянский областной суд в составе:

председательствующего Сидоренко А.Н.,

при секретаре Фетерс К.Н.,

с участием: начальника отдела прокуратуры Брянской области ФИО1, защитника–адвоката Шапошникова В.О., 

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционному представлению заместителя прокурора Брянской области Коберника Р.П. на приговор Погарского районного суда Брянской области от 21 октября 2019 г., которым 

ФИО2, 

<

данные изъяты> несудимая,

оправдана по предъявленному ей обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.293 УК РФ по основанию, предусмотренному п.2 ч.2 ст.302 УПК РФ - в связи с непричастностью к совершению преступления.

Приговором за ФИО2 признано право на реабилитацию, разрешены вопросы о мере пресечения и вещественных доказательствах по уголовному делу.

Заслушав доклад председательствующего, прокурора, поддержавшего доводы апелляционного представления об отмене приговора, защитника, просившего оставить приговор без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

Органом предварительного расследования ФИО2 обвинялась в халатности, то есть в неисполнении должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе и обязанностей по должности, повлекшем по неосторожности смерть человека, при следующих обстоятельствах.

ФИО2, являясь 

<

данные изъяты> 

<

адрес> (

<

данные изъяты>), в период времени с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, располагая реальной возможностью предотвратить угрозу попадания в выгребную яму надворного школьного туалета граждан, а также достаточными для этого полномочиями и возможностями, не приняла должных мер, направленных на предупреждение травматизма и обеспечение охраны жизни учащихся и иных лиц, пользовавшихся туалетом, его безопасной эксплуатации и приведение в соответствие с действующими санитарными правилами и нормами.

В результате этого, надворный туалет эксплуатировался школой с отверстием, расположенным в его надземной части, которое напрямую вело к содержимому выгребной ямы, и не было закрыто крышкой либо иным приспособлением, исключающим попадание в выгребную яму людей. Кроме того, выгребная яма не вычищалась, что стало причиной ее чрезмерного наполнения, к ДД.ММ.ГГГГ глубина достигла 120 см.

В период времени с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, малолетний Б.Е.В. упал внутрь наполненной жидкостью выгребной ямы школьного надворного туалета, где скончался от закрытия просвета дыхательных путей жидкостью при утоплении.

ФИО2, не предвидела возможности наступления общественно 

опасных последствий в виде смерти человека от попадания в выгребную яму туалета, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла предвидеть эти последствия.

При этом, орган предварительного расследования, пришел к выводу о наличии причинно-следственной связи между неисполнением ФИО2 должностных обязанностей директора школы и наступлением смерти Б.Е.В.

В судебном заседании ФИО2 вину в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.293 УК РФ, не признала и показала, что как 

<

данные изъяты> несет ответственность за воспитанников учреждения в период образовательной деятельности, к числу которых погибший не принадлежал. Несчастный случай произошел вне рамок образовательной деятельности; здание туалета на праве оперативного управления ей не передавалось, в пользование за школой не закреплялось. Персоналом и воспитанниками 

<

данные изъяты> надворный кирпичный туалет использовался не как элемент находящегося в оперативном управлении школы имущества, а как объект сельской инфраструктуры общего пользования, находящийся, соответственно, на территории общего пользования 

<

данные изъяты>.

Суд при рассмотрении дела, установив отсутствие факта неисполнения или ненадлежащего исполнения ФИО2 своих обязанностей вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе и обязанностей по должности, повлекших по неосторожности смерть человека, приговором оправдал ФИО2 на основании п.2 ч.2 ст.302 УПК РФ - в связи с непричастностью к совершению преступления.

При этом суд указал, что попадание малолетнего Б.Е.В. в выгребную яму туалета, повлекшее его смерть, произошло на прилегающей к границам занимаемого 

<

данные изъяты> земельного участка территории общего пользования, помещение туалета на балансе указанного образовательного учреждения не состояло, находилось за пределами границ участка, на котором оно расположено, на каком-либо вещном праве за школой не закреплялось и в оперативное управление не передавалось; приведенные события имели место в период времени, когда учреждение не осуществляло свою работу и образовательную деятельность, погибший не являлся воспитанником школы.

В апелляционном представлении заместитель прокурора Брянской области Коберник Р.П. считает приговор в отношении ФИО2 незаконным в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела и существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

Утверждает о необъективности суда, полагает, что выводы суда, изложенные в приговоре противоречивы, не основаны на законе и исследованных доказательствах. В нарушение п. 4 ч. 1 ст. 305 УПК РФ в приговоре не приведены доказательства, опровергающие выводы следствия о допущенных ФИО2 нарушениях санитарно-эпидемиологического законодательства, устава школы и должностной инструкции. Суд, анализируя представленные стороной обвинения доказательства, фактически исказил их существо, истолковав однобоко, приняв лишь в части, подтверждающей его вывод о невиновности оправданной. Следствием ошибочных, ничем не подтвержденных выводов суда, опровергающихся исследованными доказательствами, явилось незаконное и необоснованное оправдание ФИО2 в совершении преступления.

Указывает о невыполнении ФИО2 требований Федерального закона «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», СанПиН 2.4.2.2821-10 «Санитарные-эпидемиологические требования к условиям и организации обучения в общеобразовательных учреждениях», СанПиН 42-128-4690-88, положений Устава школы и должностной инструкции ФИО2 в части соблюдения правил санитарно-гигиенического режима в школе, обеспечения безопасной эксплуатации инженерно-технических коммуникаций и оборудования, принятия мер по приведению их в соответствие с действующими стандартами, правилами и нормами охраны труда и техники безопасности; организации осмотра и ремонта зданий и сооружений образовательного учреждения.

Обращает внимание, что перечисленные нормы не содержат указаний на временные или пространственные пределы их соблюдения, а ответственность 

<

данные изъяты> за нарушение правил эксплуатации используемого и обслуживаемого школой туалета не может быть ограничена как графиком работы организации, так и кругом учащихся и персонала школы в случае, если нарушения при эксплуатации сооружения привели к гибели постороннего лица. 

<

данные изъяты> при ведении уставной деятельности обязан соблюдать санитарные правила в отношении неопределенного круга лиц.

Вместе с тем, судом пределы ответственности ФИО2 за соблюдение санитарно-гигиенического режима, обеспечение безопасной эксплуатации инженерно-технических коммуникаций и оборудования необоснованно ограничены временными рамками школьных занятий, рабочего дня, а также определенным кругом лиц - персоналом школы и обучающихся. 

Ссылаясь на ст. 51 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации», приказы Минфина РФ, должностной регламент ФИО2, анализируя показания свидетелей К.Э.Т. и А.Н.И., указывает, что используемый на постоянной основе надворный туалет 

<

данные изъяты>, возведенный для ее нужд, подлежал отражению в актах, проведенных на основании приказов 

<

данные изъяты> ФИО2 инвентаризаций, которая была обязана инициировать процедуру получения школой вещного права на надворный туалет. 

В связи с чем находит несостоятельным вывод суда об отсутствии в представленных суду стороной обвинения доказательствах, определяющих полномочия ФИО2 как 

<

данные изъяты>, сведений о каком-либо нормативно-правовом, либо ведомственном акте, устанавливающих её обязанность инициировать перед учредителем процедуру получения школой оперативного управления в отношении имущества.

Утверждает, что в случае, если бы надворный туалет школы был указан в актах инвентаризаций, администрация района получила бы возможность выявить неучтенный объект и принять меры к его постановке на балансовый учет, передаче в оперативное управление школе.

Анализируя показания свидетелей А.Н.И., Б.А.В., П.П.М., С.В.Г., Ж.Н.Н., Р.С.В., С.Л.И., О.В.А., П.В.В., З.С.В., С.Н.И., М.В.М., К.С.М. указывает, что надворный туалет строился исключительно для нужд школы, директор которой определил место его постройки и участвовал в приемке данного объекта. Указанный надворный туалет эксплуатировался учащимися и персоналом школы с момента постройки. Без данного сооружения школа не могла бы осуществлять свою деятельность.

При этом, в ходе проверок готовности школы к учебному году ФИО2 всегда представляла надворный туалет как принадлежащий школе, в том числе и при обследовании школы на соответствие санитарно-эпидемиологическим требованиям, о чем был составлен Акт 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ

Обращает внимание на показания свидетеля Б.А.В., согласно которым после обнаружения погибшего, ФИО2 пояснила ему, что туалет находится на территории школы, постоянно убирается и обслуживается сотрудниками школы, а также принадлежит именно школе.

Ссылаясь на приказы 

<

данные изъяты>, указывает, что 

<

данные изъяты> ФИО2 лично издавались приказы об установлении надбавок школьным уборщицам за уборку надворного туалета. Также на основании приказов ФИО2 выкашивалась территория возле туалета.

Указывает, что судом в приговоре не дана оценка показаниям свидетеля О.В.А. на предварительном следствии, согласно которым ФИО2 неоднократно давала ей поручения закладывать шифером выгребную яму туалета. Вопреки выводам суда, туалет находится в непосредственной близости от школы, иных объектов поселковой инфраструктуры рядом нет.

По мнению прокурора, перечисленные доказательства опровергают вывод суда об использовании туалета неограниченным кругом лиц, и прямо указывают на постоянное фактическое владение, пользование и обслуживание школой данного туалета.

Находит не основанным на законе решение суда о признании показаний свидетелей А.Н.И. и К.Э.Т. недопустимыми доказательствами.

Полагает ошибочным вывод суда о надлежащем исполнении ФИО2 своих должностных обязанностей в связи с обращением в администрацию района о выделении средств для обустройства в здании школы внутреннего туалета и установки ограждения по периметру школы.

Считает несостоятельным вывод суда об отсутствии у ФИО2 договора на строительство надворного туалета, а также акта приема выполненных работ, как фактов, исключающих возможность приобретения ФИО2 в интересах школы вещного права на туалет, так как задолго до вступления в должность 

<

данные изъяты> она работала в должности 

<

данные изъяты> и была достоверно осведомлена о постройке туалета для нужд школы. 

Указывает, что вопреки выводам суда, в тексте обвинения ФИО2 приведен перечень пунктов Устава и должностных обязанностей, при выполнении которых учредителем 

<

данные изъяты> была бы инициирована процедура надлежащего правового оформления надворного туалета и передачи вещного права на него школе.

Полагает, что вывод суда об использовании туалета неограниченным кругом лиц основан исключительно на показаниях оправданной ФИО2, выбравшей такой способ защиты, и предположениях свидетеля М.Л.П., пояснившей о возможном посещении туалета местными жителями.

Считает, что суд необоснованно положил в основу приговора показания оправданной ФИО2 об использовании туалета не как элемента находящегося в оперативном управлении школы имущества, а как объекта сельской инфраструктуры общего пользования 

<

данные изъяты>, и она не давала указаний уборщицам о его уборке.

Кроме того, судом неправильно сделан вывод, что показания потерпевшей Б.И.П. не подтверждают обоснованность обвинения, а лишь констатируют факт событий, произошедших ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем, не имеют доказательственного значения по доводам, изложенным в обвинительном заключении.

Находит ошибочным вывод суда о том, что невыполнение ФИО2 требований федерального закона и ведомственных правовых актов, должностной инструкции, в которых содержатся требования общего характера по надлежащему содержанию имущества учреждения, при отсутствии установленных конкретных критериев отнесения определенного имущества к имуществу учреждения, само по себе не свидетельствует о наличии в рассматриваемом случае признаков уголовно-наказуемого деяния.

Утверждает, что все подлежащие доказыванию обстоятельства были установлены в ходе предварительного следствия и в полном объеме представлены государственным обвинителем, однако, как следует из приговора, результаты судебного разбирательства о должностном преступлении, повлекшем смерть человека, фактически сведены судом к определению балансовой принадлежности надворного туалета школы.

Мотивируя изложенным, просит приговор отменить, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

В возражениях на апелляционное представление прокурора оправданная ФИО2, защитник Шапошников В.О., потерпевшая Б.И.П., ссылаясь на то, что судом первой инстанции каких-либо нарушений норм материального и процессуального права при вынесении оправдательного приговора в отношении ФИО2 допущено не было, и находя приговор в отношении ФИО2 законным, обоснованным и справедливым, просят приговор оставить без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения. 

Проверив материалы дела, доводы, содержащиеся в апелляционном представлении, письменных возражениях на него, а также изложенные в выступлениях сторон в судебном заседании, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что обжалуемый приговор отвечает требованиям ст. 297 УПК РФ - является законным, обоснованным и справедливым. 

Как следует из протокола судебного заседания, в ходе судебного разбирательства уголовного дела, суд исследовал все представленные стороной обвинения и защиты доказательства, в соответствии с требованиями ст. 305 УПК РФ подробно изложил в приговоре установленные им обстоятельства уголовного дела, основания оправдания ФИО2 и доказательства, подтверждающие эти основания, а также мотивы, по которым отверг доказательства, представленные стороной обвинения. При этом судом в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона рассмотрены все заявленные сторонами ходатайства и по каждому из них вынесено основанное на исследованных доказательствах мотивированное решение.

При этом, вопреки доводам апелляционного представления, суд обоснованно пришел к выводу о том, что стороной обвинения не представлено доказательств, бесспорно свидетельствующих о совершении ФИО2 преступления, а представленные стороной обвинения доказательства, в том числе показания свидетелей, а также письменные доказательства, не являются доказательствами виновности ФИО2 в совершении преступления.

В приговоре приведен подробный анализ всех доказательств. Суд, оценив исследованные в судебном заседании доказательства с точки зрения их допустимости, достоверности и относимости, как каждое отдельно, так и в совокупности с точки зрения достаточности для разрешения дела по существу, пришел к выводу о том, что представленные стороной обвинения доказательства не образуют совокупность, свидетельствующую о причастности ФИО2 к указанному преступлению. При этом суд, оправдывая ФИО2 по предъявленному обвинению, оценивал письменные доказательства, которые отражают производство ряда процессуальных и следственных действий, наряду с показаниями допрошенных в суде лиц, а также показаниями, данными в ходе предварительного следствия, и сопоставлял их с требованиями действующего законодательства.

Суд первой инстанции дал надлежащую оценку показаниям свидетелей А.Н.И., Б.А.В., П.П.М., С.В.Г., Ж.Н.Н., Р.С.В., С.Л.И., П.В.В., З.С.В., С.Н.И., М.В.М., К.С.М. и обоснованно пришел к выводу, что их показания не свидетельствуют о причастности подсудимой ФИО2 к совершению инкриминируемого преступления, а напротив, содержат неустранимые сомнения в её виновности, поскольку не содержат бесспорных доказательств, свидетельствующих о наличии причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ФИО2, в совершении которых она обвиняется и наступлением смерти Б.Е.В. в результате данных действий (бездействия). 

Письменные доказательства - приказы 

<

данные изъяты> об установлении надбавок школьным уборщицам за уборку туалета и скашивании травы на территории возле туалета, не позволяют сделать вывод об установлении основного обстоятельства, подлежащего доказыванию в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 73 УПК РФ, поскольку не содержит данных, указывающих на её виновность, то есть не являются доказательством вины ФИО2 в совершении инкриминируемого ей преступления.

Суд апелляционной инстанции находит, что содержание исследованных судом доказательств изложено в приговоре в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения значимых для дела обстоятельств. Фактов, свидетельствующих о приведении в приговоре показаний свидетелей либо письменных документов таким образом, чтобы это искажало существо исследованных доказательств и позволяло им дать иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре, не установлено.

В отношении доводов апелляционного представления прокурора о незаконности решения суда о признании показаний свидетелей А.Н.И., К.Э.Т. недопустимыми доказательствами и об отсутствии в приговоре оценки оглашенных показаний свидетеля О.В.А., суд апелляционной инстанции исходит из значимости показаний данных свидетелей и полагает, что показания указанных свидетелей не влияют на выводы суда о законности, обоснованности и справедливости приговора.

Доводы представления прокурора об оценке судом показаний оправданной ФИО2, свидетеля М.Л.П. и потерпевшей Б.И.П., суд апелляционной инстанции считает несостоятельными, учитывая положения уголовно-процессуального законодательства о том, что ни одно доказательство по уголовному делу не имеет никакого преимущества перед остальными доказательствами.

В соответствии с ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Согласно ч. 2, ч.3 ст. 14 УПК РФ обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность; бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту обвиняемого, лежит на стороне обвинения, а все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого, что соответствует положениям ст. 49 Конституции Российской Федерации.

Таким образом, с учетом всех исследованных доказательств, суд первой инстанции пришел к обоснованному и мотивированному выводу о том, что органами предварительного расследования и стороной обвинения в судебном заседании не опровергнута версия о непричастности ФИО2 к совершению преступления, предусмотренного ч.2 ст. 293 УК РФ, а именно в неисполнении ФИО2 своих должностных обязанностей вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе и обязанностей по должности, повлекшем по неосторожности смерть человека, принимая во внимание и положение закона о том, что все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены, в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона толкуются в пользу обвиняемого.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами апелляционного представления о незаконности оправдательного приговора в отношении ФИО2 и достаточности доказательств её виновности в преступления, предусмотренного ч.2 ст. 293 УК РФ, поскольку бесспорных доказательств, позволяющих с достоверностью утверждать о неисполнении или ненадлежащем исполнении ФИО2 своих должностных обязанностей вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе либо обязанностей по должности, повлекшем по неосторожности смерть человека, в судебном заседании государственным обвинителем не приведено и в материалах дела не содержится.

Доказательств обратного стороной обвинения не представлено.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, изложенными в приговоре, согласно которым доводы обвинения о неисполнении ФИО2 своих должностных обязанностей вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе и обязанностей по должности, повлекшем по неосторожности смерть человека, не нашли своего объективного подтверждения, поскольку такие выводы основаны только на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах. Дело судом рассмотрено полно и объективно, в связи с чем доводы апелляционного представления о незаконности приговора суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Правильность оценки собранных по делу доказательств, данной судом первой инстанции в приговоре, у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционного представления по изложенным в нем доводам.

Иных оснований для отмены приговора не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Приговор Погарского районного суда Брянской области от 21 октября 2019 г. в отношении ФИО2 оставить без изменения, апелляционное представление - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с главой 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции.

Председательствующий Сидоренко А.Н.