Дело№ 2-113/2026

УИД: 48RS0002-01-2025-003294-16

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

31 марта 2026 года г. Липецк

Октябрьский районный суд г. Липецка в составе:

председательствующего судьи И.А. Верейкиной,

при секретаре А.О. Ворониной,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ПАО Сбербанк, Банку ВТБ (ПАО), нотариусу нотариального округа г. Липецк, АО «Почта Банк», ПАО «Совкомбанк», ООО ПКО «Филберт» о признании кредитных договоров, исполнительной надписи нотариуса и операций по выдаче кредитных средств и недействительными,

УСТАНОВИЛ:

Истица ФИО1 обратилась в суд с иском ПАО Сбербанк, Банку ВТБ (ПАО), нотариусу нотариального округа г. Липецк, АО «Почта Банк», ПАО «Совкомбанк» о признании кредитных договоров, исполнительной надписи нотариуса и операций по выдаче кредитных средств и недействительными.

Исковые требования обоснованы тем, что в отношении неё было совершено преступление, что подтверждается постановлением следователя ОРП ОП №4 СУ УМВД России по г.Липецку от 5 июня 2024 года о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, по которому она признана потерпевшей. Указала, что работает медицинским психологом в ГУЗ «Липецкий областной наркологический диспансер» (далее – ГУЗ «ЛОНД»). 28.05.2024 года около 12 часов 44 минут ей позвонил главный врач ГУЗ «ЛОНД» ФИО4 и попросил прочитать его сообщения в мессенджере «Телеграмм». Из текста его сообщений следовало, что с ней свяжется куратор от ФСБ ФИО5, проведет инструктаж, к чему надо отнестись ответственно. В этот период она находилась на больничном. В тот же день ей позвонил мужчина, представившийся куратором ФСБ ФИО5. Поскольку она была у врача, и ей было неудобно разговаривать, она сказала, что перезвонит позже, а когда это сделала, ФИО5 отменил звонок. Спустя некоторое время в мессенджере «Телеграмм» ей от абонента ФИО5 пришел документ Росфинмониторинга «О расследовании попытки перевода денежных средств» от 28.05.2024 года. После чего ФИО5 позвонил ей и сказал, что она, якобы является соучастницей некого преступления, связанного с государственной изменой, и предложил ей приехать в УФСБ по адресу: 

<

адрес>, д, 13а, куда она приехала на своем автомобиле. В здании УФСБ её встретил мужчина, представившийся следователем ФИО6, который показал ей документы, согласно котором она, якобы, переводила денежные средства экстремистам. ФИО6 в ходе беседы сообщил несколько реальных фактов из её биографии, сугубо личные сведения о ней и её семье, убедив её, что он действительно сотрудник ФСБ. Когда она сказала, что не переводила деньги экстремистам, и что у неё вообще нет таких денег, следователь сказал, что по данному факту идет предварительное расследование, ФСБ ждет от неё сотрудничества, и она подписала представленные ей документы о неразглашении, о сотрудничестве, под запись на камеру подтвердила своё сотрудничество с ФСБ. Ей сообщили, что за ней будет закреплен сотрудник Росфинмониторинга ФИО7, который будет её консультировать и она должна с ним работать по регламенту. Когда она вышла из здания ФСБ и села в свой автомобиль, то решила проверить мобильные банковский приложения онлайн банки в телефоне, но когда она взяла телефон, то обнаружила, что ни одно из приложений онлайн банк не работало. Тут же ей пришло много сообщений от Госуслуг, которые не открывались, и она их не прочитала. В период с 28.05.2024 года по 07.06.2024 года доступ к онлайн банкам у неё появлялся только 2 раза ненадолго, а потом опять пропадал. 28.05.2024 года вечером ей позвонил мужчина, который представился, как ФИО7, и сообщил ей, что по заявкам от её имени одобрены кредиты в различных финансовых организациях на общую сумму 22 000 000 рублей, которые она должна забрать и разместить на выделенной Центральным Банком ячейке (счет). Он пояснил, что ей необходимо перекрыть кредитный потенциал, и получить запрошенные кредиты вместо мошенников, после чего положить эти деньги на безопасный счет. В период с 28.05.2024 года по 04.06.2024 года под руководством ФИО6 и ФИО7, выполняя их инструкции, она осуществляла действия по снятию и переводам денежных средств. По их уверению 04.06.2024 года после совершения ею всех указанных ими действий, она должна была получить доступ к личным сбережениям и кредитным средствам, и сможет вернуть личные средства себе, а кредиты в банки. Однако 04.06.2024 года ничего не произошло, телефоны ФИО6 и ФИО7 не отвечали, их аккаунты в «Телеграмме» исчезли. Она поняла, что её обманули мошенники. Она позвонила в УФСБ по стационарным телефонам, спросила про сотрудников ФИО6 и ФИО7, но ей отказались отвечать и, после того, как она объяснила ситуацию, посоветовали обратиться в полицию, что она и сделала. Указала, что все эти обстоятельства и события периода с 28.05.2024 года по 04.06.2024 года она помнит очень смутно, поскольку была больна, проходила лечение, очень плохо себя чувствовала, и находилась под влиянием мошенников. Последовательность событий восстанавливалась ею по оставшимся сообщениям в мессенджерах, сообщениях онлайн банков, Госуслуг.

Впоследствии выяснилось, что на неё оформлены кредитные договоры в ПАО Сбербанк, Банк ВТБ (ПАО), АО «Почта Банк», ПАО «Совкомбанк», и нотариусом нотариального округа г. Липецк совершена исполнительная надпись о взыскании задолженности по кредитному договору с Банком ВТБ (ПАО). Она эти кредитные договоры не оформляла, банковскую карту она никому не передавала. 27.05.2024 неустановленным лицом был осуществлен вход в её личный кабинет на сайте «Госуслуги». Поскольку в период с 28.05.2024 года по 05.06.2024 года банковские приложения в её телефоне не работали, СМС и другие оповещения из банков ей не поступали, доступа к осуществлению каких-либо операций она не имела.

Полагает, что в отношении нее было совершено преступление, с участием сотрудников УФСБ был взломан её аккаунт на Госуслугах, и по указанию ФИО6 и ФИО7, представившихся сотрудниками ФСБ, она выполняла действия по снятию, переводу денежных средств, после чего ей стало известно о том, что она взяла кредиты на значительную сумму и перевела их неустановленным лицам. Общий ущерб, причиненный ей действиями мошенников, составляет более 6 708 501 рубль, но точная сумма ей неизвестна.

Ею в адрес банков были направлены претензии, в которых она просила признать обязательства по кредитным договорам несуществующими, расторгнуть все кредитные договоры на её имя, отозвать все согласия на обработку персональных данных. Ответов на её претензии не поступило. Указала, что при необходимой добросовестности и осмотрительности банки должны были более внимательно проверить заявки на кредиты, проверить её платежеспособность и кредитоспособность, однако этого сделано не было.

Просит суд признать недействительными:

- кредитный договор 

<

***> от 30 мая 2024 года, заключенный между ней и ПАО Сбербанк;

- кредитный договор № V621/1051-0004211 от 29 мая 2024 года, заключенный между ней и Банком ВТБ (ПАО);

- исполнительную надпись нотариуса нотариального округа г. Липецк ФИО2 от 21 июня 2025 года по взысканию с неё задолженности по кредитному договору с Банком ВТБ (ПАО) № V621/1051-0004211 от 29 мая 2024 года;

- кредитный договор 

<

***> от 31 мая 2024 года, заключенный между ней и ПАО «Совкомбанк»;

- кредитный договор 

<

***> от 30 мая 2024 года, заключенный между ней и АО «Почта Банк»;

- операцию по выдаче кредитных средств ПАО Сбербанк по кредитной карте «Мир*3885 (договор 99ТКПР22120100237567 от 01 декабря 2022 года);

- операцию по выдаче кредитных средств по кредитной карте ПАО «Совкомбанк» (договор № 2235946494 от 27 мая 2019 года);

- операцию по выдаче кредитных средств по кредитной карте АО «Почта Банк» (договор 92395896 от 30 мая 2024 года).

Протокольным определением суда, на основании ст. 40 ГПК РФ к участию в деле в качестве соответчика привлечено ООО ПКО «Филберт» (Цессионарий по спорному кредитному договору с АО «Почта Банк»).

В судебных заседаниях истица ФИО1 заявленные исковые требования поддержала, ссылаясь на доводы иска. Дополнительно пояснила, что в связи с занимаемой ею должностью она сотрудничала с работниками УФСБ, и у ГУЗ «ЛОНД» всегда были кураторы от УФСБ. Ранее она пыталась устроиться на работу в ФСБ, заполняла анкеты и необходимые документы. Поэтому когда с ней связались мошенники, под видом сотрудников УФСБ, она не усомнилась о том, что они те, за кого себя выдают, и ей необходимо с ними сотрудничать. Кроме того, в тот период она находилась в очень болезненном состоянии, проходила лечение, и вообще плохо помнит происходившее. При входе в здание ФСБ она сдавала свой мобильный телефон, а когда ей его вернули, ни одно мобильное банковское приложение не работало, СМС от банков и сообщения от Госуслуг она не получала. Она неоднократно обращалась в МФЦ для восстановления доступа к Госуслугам. Дополнительно пояснила, что все действия по снятию и переводам денежных средств она совершала по строгим указаниям лиц, представлявшихся сотрудниками ФСБ, которые давали ей четкие инструкции, включая маршруты следования, офисы банков, банкоматы. Они руководили всеми её действиями, указывали, к кому подойти, что сказать, какие суммы снимать, кому переводить и т.п.. Поняв, что она стала жертвой мошенников, она сразу обратилась в полицию, где было возбуждено уголовное дело. Также она поговорила с главным врачом ГУЗ «ЛОНД» ФИО4, который сказал, что он не звонил ей и не присылал никаких сообщений о сотрудничестве с ФСБ. Категорически отрицала заключение ею спорных кредитных договоров, поясняя, что в офисах банков она кредитные договоры не подписывала, а банковские приложения в телефоне в спорный период были недоступны. Просила иск удовлетворить.

Представитель истицы ФИО1 адвокат Кургузова Ю.П. в судебных заседаниях исковые требования ФИО1 поддержала в полном объеме. Пояснила, что в отношении ФИО1 были совершены мошеннические действия, был взломан её аккаунт на Госуслугах, кредиты истица не брала, денежных средств от банков не получала. Спорные кредитные договоры были заключены без согласования их условий с истицей, в отсутствие её волеизъявления. Все действия по выдаче этих кредитов и распоряжению ими в пользу третьих лиц совершены в незначительный промежуток времени, при обстоятельствах, препятствующих осознанию ФИО1 действительного характера этих действий, путем введения цифровых кодов. Вместе с тем, сама истица не получал от банков СМС-кодов и не вводила их, и от её имени действовали третьи лица, получившие доступ к её аккаунту. Указанные обстоятельства подтверждены письмом Минцифры России. Полагала, что действия банков по выдаче спорных кредитов не отвечают критериям добросовестности поведения профессиональных участников кредитных правоотношений, и не обеспечили безопасность дистанционного предоставления услуг. Отметила, что в период с 28.05.2024 года по 05.06.2024 года от имени ФИО1 было подано 11 заявок на получение кредитов, и в 7-ми банках получен отказ, и только в 4-х банках – ПАО Сбербанк, Банк ВТБ (ПАО), ПАО «Совкомбанк» и АО «Почта Банк» заявки были одобрены без необходимой проверки, при формальном подходе, что привело к тому, что денежными средствами завладели мошенники. ФИО1 в то время не нуждалась в деньгах, не планировала крупных покупок и необходимости в кредитах у неё не было. Указала, что мошеннические действия в отношении истицы были совершены в тяжелый для неё период, во время болезни, когда она находилась в наиболее уязвимом состоянии. При обращении в правоохранительные органы, в банки с претензиями, и в суд ФИО1 последовательно указывала одни и те же обстоятельства совершения в отношении неё мошеннических действий. При этом она поясняла, что обстоятельства произошедшего помнит смутно, и они восстанавливались ею по документам, СМС-сообщениям. Просила иск удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика ПАО Сбербанк по доверенности ФИО3 в судебном заседании и в письменных возражениях иск не признал по доводам, изложенным в возражениях. Указал, что 23.12.2010 года между ФИО1 и ПАО Сбербанк заключен договор банковского обслуживания, в рамках которого 11.07.2017 года истице выдана дебетовая карта МИР Классическая со счетом № 40817810135009586046. 15.05.2023 года истица подключила к своей карте услугу «Мобильный банк», была зарегистрирована в системе «Сбербанк Онлайн» и многократно совершала операции по счетам и вкладам в этой системе. 28.05.2024 года истицей в приложении «Сбербанк онлайн» подано заявление на увеличение лимита по кредитной карте до 600 000 рублей, и заявка одобрена, подписано соглашение об увеличении лимита. Все указанные действия совершались дистанционно, путем СМС-сообщений и подписания простой электронной подписью. После чего 28.05.2024 года в банкомате по адресу: 

<

адрес> карты истицы получены наличные денежные средства в сумме 490 000 рублей, что подтверждается отчетом об операциях по счету кредитной карты, выгрузкой из журнала операций.

30.05.2024 года истицей выполнен вход в систему «Сбербанк онлайн» в помещении Сбербанка на устройстве сотрудника банка, и ей был одобрен кредит на сумму 757 000 рублей с указанием кода для получения кредита. Клиентом был верно введен код из СМС-сообщения банка и кредит зачислен на счет истицы. Кредит заключен в электронном виде через цифровые сервисы банка в соответствии с требованиями законодательства. После этого 30.05.2024 года в банкомате по адресу: 

<

адрес> карты истицы сняты наличные денежные средства в сумме 643 000 рублей, и 110 000 рублей, которыми клиент распорядился по своему усмотрению. Полагает, что при выдаче кредита и увеличении кредитного лимита банк действовал осмотрительно и добросовестно, поскольку все пароли и СМС-коды были корректно введены клиентом с её мобильного устройства. Отметил, что истица ранее неоднократно оформляла кредиты как лично в офисах банка, так и дистанционным способом, а потому оспариваемые банковские операции являются для неё типичными. Полагал, что все действия по оформлению и получению кредитов совершены истицей самостоятельно, а её доводы об обратном, являются надуманными и голословными. Материалы уголовного дела основаны лишь на показаниях самой истицы и никаких иных доказательств совершения в отношении неё мошеннических действий не имеется. Версия истицы ничем не подтверждена и противоречит собранным по делу доказательствам. Доказательства того, что ФИО1 не осознавала свои действия и не могла ими руководить отсутствуют, и обстоятельства дела свидетельствуют об обратном. В подтверждение своих доводов представил консультативное заключение от 09.12.2024 года. Считал, что правовая позиция истицы является непоследовательной и противоречивой. Кроме того, полагал, что истицей пропущен срок исковой давности для признания кредитного договора недействительным. Просил в иске к ПАО Сбербанк отказать.

Представитель ответчика Банка ВТБ (ПАО) по доверенности ФИО8 в судебных заседаниях и в письменных возражениях иск не признала по доводам, изложенным в возражениях. Пояснила, что 29.05.2024 года в офисе Банка ВТБ (ПАО) с использованием системы ВТБ-онлайн дистанционным способом между ФИО1 и банком был заключен кредитный договор № V621/1051-0004211 на сумму 1 014 900 рублей, путем присоединения истицы к Правилам кредитования и подписания Индивидуальных условий кредитного договора. Банк свои обязательства по кредитному договору выполнил и ФИО1 был предоставлен кредит в указанной сумме. Заключение договора проходило путем подачи заявки на получение кредита и перечисления кредитных денежных средств через приложение «ВТБ-Онлайн». Вход в личный кабинет «ВТБ-Онлайн» возможен только по логину и паролю, известным клиенту, и при авторизации пользователь правильно ввел логин, пароль и код входа в интернет банк. Согласно реестру SMS/Push сообщений (лог файлы, направленных на телефон истицы и протоколу цифрового подписания 29.05.2024 года истицей в мобильном приложении ВТБ-Онлайн была оформлена заявка на кредит. Истица имела возможность ознакомиться с условиями заключаемого кредитного договора, и 29.05.2024 года в 15:29:01 поступила информация о проставлении клиентом отметки об ознакомлении и согласии с электронными документами из канала подписания, после чего ею введен код из СМС-сообщения, чем подписан кредитный договор. Таким образом, оформляя и подписывая кредитный договор, истица совершила ряд последовательных, целенаправленных действий, которые соответствуют и предусмотрены Правилами дистанционного банковского обслуживания, и между сторонами было достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Истицей была заполнена стандартная Анкета-опросник, в которой она на все вопросы по поводу действий под влиянием мошенников ответила отрицательно. До выдачи кредита ФИО1 в банке подписала уведомление о необходимости соблюдения добросовестности и мер безопасности при совершении банковских операций. При заключении договора сотрудники банка выясняли у ФИО1 мотивы заключения кредитного договора, предупреждали о возможных противоправных действиях со стороны третьих лиц. Таким образом, банком предприняты все возможные меры предосторожности, чтобы убедиться в том, что кредитные операции в действительности совершаются при наличии волеизъявления клиента. Кредитный договор заключен в установленном порядке и форме, исполнен со стороны банка и основания для признания его недействительным отсутствуют. Заключение кредитного договора в офисе банка подтверждено записью с видеокамер. Каких-либо доказательств обмана и злоупотреблением доверием, понуждения к заключению кредитного договора и иных мошеннических действий со стороны банка и третьих лиц суду не представлено. Полагала, что стороной истца не представлено доказательств того, что при заключении спорного кредитного договора банку было известно о том, что ФИО1 действует под влиянием мошенников, как и того, что банк умышленно ввел истицу в заблуждение относительно предмета сделки. Указала, что кредитные средства были получены истицей наличными в кассе банка в размере 1 000 000 рублей, что подтверждается расходным кассовым ордером № 6408512 от 29.05.2024 года и выпиской по счету, и истица имела возможность распорядиться кредитом по своему усмотрению. Также отметила, что факт возбуждения уголовного дела не является основанием для признания кредитного договора недействительным. Вины банка в том, что истица оформила кредитный договор, не имеется, и требования закона при оформлении кредита банком не нарушались, банк действовал добросовестно, в то время как истица должной осмотрительности не проявила. До обращения клиента в банк, банк не знал и не мог знать о возможных мошеннических действиях в отношении истицы, и при выдаче кредита действовал добросовестно. Также указала, что суду не представлено доказательств того, что психическое состояние истицы в момент совершения сделки не позволяло ей понимать значение своих действий и руководить ими. Отметила, что в иске истица указывает, что была введена в заблуждение неизвестными лицами, которые вынудили её получить деньги по кредитным договорам и перечислить их на указанные ими счета, а потому истица понимала сущность сделки, и должна самостоятельно отвечать за свое неосмотрительное поведение. Полагала, что в ходе судебного процесса истица вела себя недобросовестно, неоднократно изменяла свою позицию, вводила в заблуждение суд и участников процесса. Версию ФИО1 о том, что она не помнит обстоятельства заключения кредитных договоров, считала надуманной. Просила в иске к Банку ВТБ (ПАО) отказать. В случае удовлетворения иска считала необходимым применение двусторонней реституции.

Представитель ответчика ПАО «Совкомбанк» в судебное заседание не явился, извещен своевременно и надлежащим образом. В письменных возражения в суд представитель ПАО «Совкомбанк» по доверенности ФИО9 иск не признал. Указал, что 31.05.2024 года между ФИО1 и ПАО «Совкомбанк» был заключен кредитный договор 

<

***>, по условиям которого, банк предоставил ответчику кредит в сумме 700 000 руб. с возможностью увеличения кредита под 28,9 % годовых на срок 120 месяцев. Факт предоставления кредита подтверждается выпиской по счету. Договор заключен дистанционным способом, путем подписания простой электронной подписью, и направления клиентом в банк подтверждения согласия на заключение договора СМС-кода с номера мобильного телефона принадлежащего истцу. Услуга СМС-информирования клиента подключена к номеру телефона истицы 

<

***>. Факт принадлежности истице данного номера телефона не оспаривается, заявления об утрате мобильного устройства, банковской карты, отсутствуют. Клиент располагал полной информацией о предложенной услуге, был осведомлен о смысле кредитного договора, его существенных условиях, и добровольно, в соответствии со своим волеизъявлением принял на себя все права и обязанности, определенные кредитным договором. У банка отсутствовали основания сомневаться в добросовестности и достоверности действий ФИО1 при заключении кредитного договора, доказательств того, что истица при оформлении кредита была введена банком в заблуждение, не имеется. При этом операции по переводу денежных средств попадали под контроль банка, отменялись, но клиент их подтверждала в разговоре с сотрудниками банка, что следует из аудиозаписи разговоров, в ходе которых сотрудниками банка уточнялась цель переводов денежных средств, и клиент был ознакомлен с мошенническими схемами. ФИО1 самостоятельно и добровольно 31.05.2024 года сняла кредитные денежные средства в банкоматах в суммах 500 000 рублей и 200 000 рублей, и распорядилась ими по своему усмотрению. Сам по себе факт возбуждения уголовного дела не подтверждает недействительность кредитного договора. Отметил, что истица – медицинский психолог и обладает навыками распознавания психологического давления, психологических триггеров, методов внушения, внешнего контроля, и её профессиональная деятельность предполагает высокий уровень психологической устойчивости и критического мышления, что делает её менее уязвимой к стандартным схемам телефонного мошенничества. Банк при выдаче кредита действовал добросовестно и осмотрительно, незамедлительность перечисления денежных средств отсутствует. Просил в иске отказать. В случае признания кредитного договора недействительным просил применить последствия недействительности сделки, а также полагал, что истицей пропущен срок исковой давности для предъявления данного требования.

Представитель ответчика АО «Почта Банк» в судебное заседание не явился, извещен своевременно и надлежащим образом. В ответе на запрос суда представитель АО «Почта Банк» по доверенности ФИО10 указала, что принято решение о реорганизации АО «Почта Банк» в форме его присоединения к Банку ВТБ (ПАО). Представила копию кредитного досье ФИО1 по спорному кредитному договору 

<

***> от 30 мая 2024 года.

Представитель ответчика ООО ПКО «Филберт» в судебное заседание не явился, извещен своевременно и надлежащим образом. В письменном возражении на иск генеральный директор ООО ПКО «Филберт» ФИО11 исковые требования ФИО1 не признал. Указал, что по договорам цессии от 18.11.2025 года № 181125/2 ООО ПКО «Филберт» приобрело у АО «Почта Банк» право требования возврата денежных средств по кредитному договору 

<

***> от 30 мая 2024 года, и по кредитному договору 

<

***> от 30 мая 2024 года, заключенным с ФИО1. Сумма задолженности ФИО1 по кредиту составляет 1 905 009,84 рублей. Договоры были заключены офертно-акцептным способом и банк полностью исполнил взятые на себя обязательства по договорам. Однако истица обязательства по возврату кредита не исполняла и имеет задолженность, которая не погашена. Договоры цессии заключены при соблюдении требований закона. Просил в иске ФИО1 отказать, и рассмотреть дело в отсутствие представителя ООО ПКО «Филберт».

Нотариус нотариального округа г. Липецк ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещена своевременно и надлежащим образом. В письменном заявлении указала, что исполнительная надпись от 21.06.2025 года о взыскании с ФИО1 задолженности по кредиту была совершена на основании основ законодательства РФ о нотариате, и оснований для признания исполнительной надписи недействительной нет. Просила рассмотреть дело в её отсутствие, приложив пакет документов по совершению спорной исполнительной надписи от 21.06.2025 года.

Третьи лица – представители Банка «Ренессанс Кредит», ПАО «Банк ПСБ», «Уральский банк реконструкции и развития», АО «Россельхозбанк», ПАО «Вымпелком», ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО18, в судебное заседание не явились, извещены своевременно и надлежащим образом.

В предыдущем судебном заседании представитель ПАО «Вымпелком» по доверенности ФИО19 в вопросе о разрешении исковых требований ФИО1 полагался на усмотрение суда.

Свидетель ФИО15 в судебном заседании пояснила, что работает главным клиентским менеджером в Банке ВТБ (ПАО) и в мае 2024 года в офисе банка на 

<

адрес> она оформляла кредитный договор ФИО1. Указала, что ФИО1 находилась в адекватном состоянии, не нервничала, не спешила, по телефону не разговаривала, ответила на все стандартные вопросы, заполнила анкету и все необходимые документы. Она уточнила у ФИО1 цель кредита, на что ФИО1 пояснила, что берет кредит на ремонт в доме. Признаков того, что она находится под влиянием мошенников ФИО1 не проявляла. Кредит был оформлен электронным способом в личном кабинете клиента, путем введения кода из СМС-банка, в чем она ФИО1 помогла, установив на её телефоне соответствующее банковское приложение. В результате ФИО1 был оформлен автокредит с отложенным залогом. Говорила ли ФИО1, какое транспортное средство она намерена приобрести, она не помнит. После оформления договора ФИО1 взяла талон в кассу, куда прошла для получения кредита.

Свидетель ФИО4 показал в судебном заседании, что в 2024 году работал в должности главного врача ГУЗ «ЛОНД», где истица ФИО1 работает в должности медицинского психолога. Весной 2024 года, точную дату он не помнит, ФИО1 пришла к нему очень расстроенная, в состоянии стресса, нервничала, и сказала, что ей звонили от его имени, просили связаться с сотрудниками ФСБ. Он пояснил, что не звонил ФИО1, и СМС-сообщения про ФСБ не писал. ФИО1 показывала в своем телефоне якобы его аккаунт с его фотографией, с которого ей звонили и писали, но это был не его аккаунт, и такой фотографии у него там не было, при этом в интернете имеется много его фотографий, и фото могло быть взято оттуда. ФИО1 рассказала ему, что её обманули мошенники, которые представившись сотрудниками ФСБ, оформили на неё кредиты, и он посоветовал ей обратиться в полицию. ФИО1 была очень напугана, боялась потерять деньги. Пояснил, что случай с ФИО1 был не единичным, к нему подходили и другие сотрудники, ссылаясь на то, что им звонили мошенники от его имени. На планерках он доводил до сотрудников информацию о мошеннических схемах, и предупреждал о том, что он не посылает никому СМС-сообщений, только в общих специальных чатах, и в таких случаях надо ему перезванивать и уточнять информацию. Подтвердил, что ГУЗ «ЛОНД» сотрудничает с УФСБ, и имеет куратора от ФСБ, так как у них проходят обследование иностранные граждане, мигранты, беженцы. Кураторы меняются каждые полгода и он не имеет права их называть. В 2023-2024 г.г. ФИО1 по роду своей деятельности сотрудничала с ФСБ, её туда вызывали. В мае 2024 года он не давал ФИО1 указания явиться в УФСБ, а до этого давал такого рода указания только лично, вручал соответствующие извещения. Отметил, что психолог в состоянии стресса становится жертвой, и не застрахован от влияния мошенников.

Свидетели ФИО16, ФИО17 и Свидетель №1 – коллеги и близкие знакомые истицы ФИО1 показали в судебном заседании, что на протяжении долгого времени хорошо знают истицу, которая является честным, порядочным и достаточно обеспеченным человеком. В 2024 году ФИО1 в деньгах не нуждалась, о крупных покупках не сообщала, и о наличии финансовых проблем не говорила. В мае 2024 года ФИО1 рассказала о том, что стала жертвой мошенников, которые обманным путем, под видом сотрудников ФСБ, оформили на неё кредиты в разных банках на очень крупные суммы, примерно 22 000 000 рублей. ФИО1 в это время находилась на больничном, и поясняла, что она сама никакие кредиты не оформляла. Когда ФИО1 рассказывала об этой ситуации, она была сильно напугана, находилась в состоянии стресса, и они посоветовали ей обратиться в полицию. Свидетель Свидетель №1 также отметила, что в мае-июне 2024 года были какие-то неполадки с телефоном ФИО1, до неё невозможно было дозвониться, постоянно включалась переадресация вызовов. Кроме того пояснила, что ей известно, что ранее ФИО1 работала с беженцами с Украины, в связи с чем её неоднократно приглашали в УФСБ.

Суд, выслушав истицу, её представителя, представителей ответчиков, показания свидетелей, проанализировав письменные материалы дела, приходит к следующим выводам.

Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). (п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)

Согласно статье 153 ГК РФ, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Упоминание в норме нацеленности указанных действий на создание тех или иных правовых последствий свидетельствует о том, что они являются волевыми актами.

Приведенное законоположение находится в неразрывном единстве со статьей 1 ГК Российской Федерации, закрепляющей в качестве основных начал гражданского законодательства принцип диспозитивности и автономии частной воли. Свободная воля является, таким образом, по общему правилу одним из основных элементов и необходимых условий действительности всякой юридической сделки. Соответственно, Гражданским кодексом Российской Федерации предусмотрены правила о недействительности сделок с пороком воли.

В соответствии со статьей 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1).

К договорам применяются правила о двух и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного кодекса, если иное не установлено этим же кодексом (пункт 2).

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа). Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В силу статьи 808 Гражданского кодекса РФ договор займа в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, должен быть заключен в письменной форме независимо от суммы.

В соответствии со ст. 819 Гражданского кодекса РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуется предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную сумму и уплатить проценты за нее.

Согласно ст. 820 Гражданского кодекса РФ кредитный договор должен быть заключен в письменной форме.

Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

В соответствии со статьей 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

Согласно пункта 1 статьи 435 Гражданского кодекса Российской Федерации офертой признается адресованное одному или нескольким конкретным лицам предложение, которое достаточно определенно и выражает намерение лица, сделавшего предложение, считать себя заключившим договор с адресатом, которым будет принято предложение. Оферта должна содержать существенные условия договора.

Так, в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 Гражданского кодекса РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса РФ).

Кроме того, если сделка нарушает установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункты 7 и 8 постановления Пленума N 25).

В соответствии с пунктом 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В пункте 1 постановления Пленума N 25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В соответствии с пунктом 3 Признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, утвержденных приказом Банка России от 27 сентября 2018 г. N ОД-2525 (действующим на момент возникновения спорных отношений), к таким признакам относится несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции, место осуществления операции, устройство, с использованием которого осуществляется операция и параметры его использования, сумма осуществления операции, периодичность (частота) осуществления операций, получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

В соответствии с пунктом 2 статьи 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" (далее - Закон о потребительском кредите), заключению договора должно предшествовать обращение заемщика с заявлением о предоставлении кредита, а в соответствии с пунктом 6 этой же статьи договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств.

Согласно пункту 2 статьи 434 Гражданского кодекса РФ договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 настоящего Кодекса.

Пункт 1 статьи 160 Гражданского кодекса РФ предусматривает, что сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

В статье 5 Федерального закона от 21.12.2013 года N 353-ФЗ "О потребительском кредите" подробно указана информация, которая должна быть доведена кредитором до сведения заемщика при заключении договора, включая не только общие, но и индивидуальные условия договора потребительского кредита, при этом последние в соответствии с пунктом 9 этой статьи согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально.

Согласно пункту 14 статьи 7 названного закона документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с указанной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети "Интернет".

При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с данным федеральным законом.

Отношения в области использования электронных подписей при совершении гражданско-правовых сделок регулируются Федеральным законом от 06.04.2011 года N 63-ФЗ "Об электронной подписи".

В ч. 2 ст. 5 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. N 63-ФЗ "Об электронной подписи" определено, что простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определённым лицом.

В соответствии с частью 2 статьи 6 названного закона информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами или соглашением между участниками электронного взаимодействия. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных неквалифицированной электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать порядок проверки электронной подписи. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны соответствовать требованиям статьи 9 настоящего Федерального закона.

Электронный документ согласно ст. 9 названного закона считается подписанным простой электронной подписью при выполнении в том числе одного из следующих условий:

1) простая электронная подпись содержится в самом электронном документе;

2) ключ простой электронной подписи применяется в соответствии с правилами, установленными оператором информационной системы, с использованием которой осуществляются создание и (или) отправка электронного документа, и в созданном и (или) отправленном электронном документе содержится информация, указывающая на лицо, от имени которого был создан и (или) отправлен электронный документ.

В ч. 2 этой же статьи указано, что нормативные правовые акты и (или) соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать, в частности:

1) правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи;

2) обязанность лица, создающего и (или) использующего ключ простой электронной подписи, соблюдать его конфиденциальность.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 г. N 2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Таким образом, при заключении договора потребительского кредита, а также при предложении дополнительных услуг, оказываемых кредитором и (или) третьими лицами, включая страхование жизни и (или) здоровья заемщика в пользу кредитора, а также иного страхового интереса заемщика, в том числе с помощью электронных либо иных технических средств кредитором до сведения заемщика должна быть своевременно доведена необходимая и достоверная информация об услугах, обеспечивающая возможность их правильного выбора, при этом индивидуальные условия договора потребительского кредита должны быть в обязательном порядке согласованы кредитором и заемщиком индивидуально.

В случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств его письменная форма считается соблюденной, если эти средства позволяют воспроизвести на материальном носителе содержание договора в неизменном виде (в частности, при распечатывании).

Информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами или соглашением между участниками электронного взаимодействия, которые должны предусматривать в том числе правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи.

Соответственно, для обеспечения документа, подписанного простой электронной подписью, юридической силой необходимо идентифицировать лицо, которое использует простую электронную подпись, понятие которой в законе определено не только через наличие присущих ей технических признаков - использование кодов, паролей или иных средств, но и через ее функциональные характеристики - необходимость подтверждения факта формирования электронной подписи определенным лицом.

Учитывая изложенное, легитимность электронного документа с простой электронной подписью, содержащего условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение, подтверждается наличием указания в нем лица, от имени которого составлен и отправлен электронный документ.

Указанный правовой подход изложен в определении судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 25.11.2025 № 77-КГ25-10-К1.

В силу статьи 8 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей» потребитель вправе потребовать предоставления необходимой и достоверной информации об изготовителе (исполнителе, продавце), режиме его работы и реализуемых им товарах (работах, услугах) (пункт 1).

Статьей 10 указанного Закона предусмотрена обязанность исполнителя своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора.

Согласно ст.89 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате исполнительная надпись нотариуса совершается на копии документа, устанавливающего задолженность. При этом на документе, устанавливающем задолженность, проставляется отметка о совершенной исполнительной надписи нотариуса.

В силу п.2 ст.90 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, документами, по которым взыскание задолженности производится в бесспорном порядке на основании исполнительных надписей, являются кредитные договоры, за исключением договоров, кредитором по которым выступает микрофинансовая организация, при наличии в указанных договорах или дополнительных соглашениях к ним условия о возможности взыскания задолженности по исполнительной надписи нотариуса.

Статьей 91 Основ законодательства о нотариате установлено, что исполнительная надпись совершается в случае, если: представленные документы подтверждают бесспорность требований взыскателя к должнику; со дня, когда обязательство должно было быть исполнено, прошло не более чем два года.

Статьей 91.1 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате установлено, что нотариус совершает исполнительную надпись на основании заявления в письменной форме взыскателя при условии представления документов, предусмотренных статьей 90 настоящих Основ, расчета задолженности по денежным обязательствам, подписанного взыскателем, с указанием платежных реквизитов счета взыскателя, копии уведомления о наличии задолженности, направленного взыскателем должнику не менее чем за четырнадцать дней до обращения к нотариусу за совершением исполнительной надписи, документа, подтверждающего направление указанного уведомления.

В случае, если исполнение обязательства зависит от наступления срока или выполнения условий, нотариусу представляются документы, подтверждающие наступление сроков или выполнение условий исполнения обязательства.

В соответствии со ст.91.2 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, о совершенной исполнительной надписи нотариус направляет извещение должнику в течение трех рабочих дней после ее совершения.

Материалами дела установлено, что правоотношения между ПАО Сбербанк и ФИО1 по банковскому обслуживанию возникли с 23 декабря 2010 года.

11 июля 2017 года ФИО1 обратилась в банк с заявлением на получение дебетовой карты, в котором просила подключить к ее номеру телефона услугу «Мобильный банк», самостоятельно на сайте банка осуществила удаленную регистрацию в системе «Сбербанк Онлайн».

На основании договора № 

<

***> от 30 мая 2024 года ПАО Сбербанк выдало ФИО1 кредит в сумме 757 000 руб. на срок 84 мес. под 29,9% годовых.

30 мая 2024 года через мобильное устройство ФИО1 был выполнен вход в систему «Сбербанк Онлайн» и направлена заявка на получение кредита. Согласно протоколу проведения операций 30 мая 2024 года в 14:38 заемщику поступило сообщение банка с предложением подтвердить заявку на кредит, указаны сумма, срок кредита, процентная ставка, пароль для подтверждения. Пароль подтверждения был введен клиентом, также заявка на кредит и данные анкеты были подтверждены клиентом простой электронной подписью. Согласно протоколу проведения операций 30 мая 2024 года в 14:41 заемщику поступило сообщение с предложением подтвердить акцепт оферты на кредит, указаны сумма, срок кредита, итоговая процентная ставка, пароль для подтверждения.

В пункте 21 индивидуальных условий кредитного договора указано, что индивидуальные условия (далее также ИУ) подписаны клиентом в виде электронного документа, клиент признает, что подписанием ИУ является подтверждение подписания в системе «Сбербанк Онлайн» и ввод в системе «Сбербанк Онлайн» одноразового пароля, которые являются простой электронной подписью в соответствии с Общими условиями.

Согласно выписке по счету клиента/расходно-кассовому ордеру/мемориальному ордеру/платежному поручению/отчету по банковской карте клиента и выписке из журнала СМС-сообщений в системе «Мобильный банк» 30 мая 2024 года в 14:41 банком выполнено зачисление кредита на счет ФИО1 в сумме 757 000 руб.

В соответствии с индивидуальными условиями кредитного договора ФИО1 приняла на себя обязательства погашать кредит и уплачивать проценты за пользование кредитом ежемесячными платежами по согласованному сторонами графику платежей.

За период пользования кредитом ФИО1 платежи в счет погашения основного долга не производила.

29.05.2024 года в офисе Банка ВТБ (ПАО) с использованием системы ВТБ-онлайн дистанционным способом между ФИО1 и банком был заключен кредитный договор № V621/1051-0004211 на сумму 1 014 900 рублей, путем присоединения истца к Правилам кредитования и подписания Индивидуальных условий кредитного договора. Заключение договора проходило путем подачи заявки на получение кредита и перечисления кредитных денежных средств через приложение «ВТБ-Онлайн». На имя истицы был оформлен автокредит с отложенным залогом.

Платежи по кредиту истицей не вносились, и в связи с наличием задолженности Банк ВТБ (ПАО) обратился к нотариусу нотариального округа г. Липецк ФИО2, которой 21.06.2025 года совершена исполнительная надпись по взысканию с ФИО1 задолженности по кредитному договору с Банком ВТБ (ПАО) № V621/1051-0004211 от 29 мая 2024 года. Указанные обстоятельства подтверждаются поступившими от нотариуса документами.

Также из материалов дела следует, что 31.05.2024 между истцом ПАО «Совкомбанк» и ответчиком ФИО1 в офертно-акцептной форме посредством информационного сервиса заключен договор потребительского кредита 

<

***>, по условиям которого банк предоставил истице кредит в сумме 700 000 руб. под 28,9 % годовых на срок 120 месяцев.

Указанный договор оформлен и заключен посредством электронного взаимодействия сторон после идентификации и аутентификации банком клиента путем введения им корректного ключа простой электронной подписи.

Денежные средства по кредитному договору от 31.05.2024 в сумме 700 000 руб. были переведены на счет карты «Халва» 31.05.2024 и сразу же сняты двумя суммами – 500000 руб. и 200000 руб.

Согласно апелляционному определению Липецкого областного суда от 04.03.2026 года, судом апелляционной инстанции установлено следующее: «Из сообщения ПАО «Совкомбанк» от 04.04.2025 следует, что согласно заявлению о предоставлении транша (Раздел Б. Заявление на перевод и предоставление транша) заемщик ФИО1 просила банк перечислить денежные средства со счета № по реквизитам и с назначением платежа: «Сумму 700 000 (Семьсот тысяч) рублей 00 копеек, без НДС, без НДС, по реквизитам: л/сч № в Филиал «Центральный» ПАО «Совкомбанк», корр. сч. 30№, ИНН 

<

***>, БИК 045004763. Назначение платежа: «Для зачисления на счету № ФИО1 по заявлению ФИО1. Без НДС.» ПАО «Совкомбанк» исполнил свою обязанность по предоставлению заемных денежных средств. С момента зачисления денежных средств на счет заемщика денежные средства считаются предоставленными в кредит. Таким образом, заемщик перевел денежные средства с одного своего счета на другой свой счет. Денежные средства в сумме 500 000 рублей и 200 000 рублей 31.05.2024 года были получены заемщиком в банкомате банка «ВТБ». У ПАО «Совкомбанк» не имеется информации о местонахождении данных банкоматов, а также доступа к видеозаписям, поскольку банкоматы не принадлежат ПАО «Совкомбанк».

За период 29.04.24 года - 04.06.24 года были следующие выдачи в устройствах самообслуживания ПАО «Совкомбанк» по счету ФИО1:

30/05/24 18:07:30 (30/05/24) J331882/

<

адрес> дивизии, 234 - выдача 30 000 рублей;

30/05/24 18:09:23 (30/05/24) J331882/ 

<

адрес> дивизии, 234 -выдача 15 000 рублей;

30/05/24 18:52:37 (30/05/24) J331827 

<

адрес> дивизии, 234/34 - выдача 20 000 рублей;

30/05/24 18:54:27 (30/05/24) J331827 

<

адрес> дивизии, 234/34 - выдача 20 000 рублей;

04/06/24 18:30:28 (04/06/24) J331882/ 

<

адрес> дивизии, 234- выдача 30 000 рублей.

14 июля 2024 года ФИО1 направила в ПАО «Совкомбанк» заявление (претензию) о признании несуществующими обязательств по кредитному договору, ссылаясь на то, что в отношении нее были совершены мошеннические действия со стороны третьих лиц.

Из сообщения ПАО «Совкомбанк» от 04.04.2025 следует, что 30.05.2024 и 04.06.2024 денежные средства в сумме 115000 руб. по счета ФИО1 были сняты в устройствах самообслуживания ПАО «Совкомбанк» в г. Воронеже.

Вместе с тем, согласно представленной ПАО «Совкомбанк» выписки по счету ФИО1 выдача указанных денежных средств производилась в г. Липецке».

Кроме того, как следует из материалов дела, между истицей и АО «Почта Банк» 30.05.2024 года был заключен договор потребительского кредита по программе «Кредитная карта» 

<

***>, с кредитным лимитом 577 000 рублей. Данный договор также был оформлен офертно-акцептным способом, дистанционно, в электронном виде. Платежи по договору не вносились.

Как установлено судом и следует из материалов дела, по договору цессии от 18.11.2025 года № 181125/2 ООО ПКО «Филберт» приобрело у АО «Почта Банк» право требования возврата денежных средств по указанному кредитному договору с ФИО1.

Из пояснений в суде истицы ФИО1, её представителя и из постановления следователя ОРП ОП №4 СУ УМВД России по г.Липецку от 5 июня 2024 года о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, следует, что неустановленные лица позвонили ФИО1 и представились сотрудниками УФСБ России по Липецкой области, после чего мошенническим путем завладели денежными средствами в общей сумме 5617 618 руб. Находясь под воздействием указанных лиц, ФИО1 сняла со счетов личные денежные средства, средства с кредитной карты, а также кредитные денежные средства, полученные в ПАО Сбербанк, Банк ВТБ (ПАО), ПАО «Совкомбанк», АО «Почта Банк». Денежные средства через банкоматы она перевела на указанные ей счета неизвестных ей третьих лиц. ФИО1 признана потерпевшей по указанному уголовному делу.

Истица ФИО1 направила в указанные банки заявления (претензии) о признании несуществующими обязательств по кредитном договорам, пересчете задолженности, возврате денежных средств, расторжении всех договоров и банковских счетов на ее имя, ссылаясь на заключение кредитных договоров под влиянием мошеннических действий. Данные заявления банками удовлетворены не были.

Данные обстоятельства, а именно факт переводов денежных средств истицей на счета третьих лиц, подтверждаются материалами дела, в том числе сведениями, представленными ПАО Сбербанк, согласно которым ФИО1 в период с 28.05.2024 года по 04.06.2024 года были совершены операции по снятию наличных денежных средств в различных банкоматах, и впоследствии денежные средства переводились ею на карты третьих лиц - клиентов разных банков – Банк «Ренессанс Кредит», Промсвязьбанк (ПАО «Банк ПСБ»), «Уральский банк реконструкции и развития», АО «Россельхозбанк» (Т. 1 л.д. 126-127), чеками по операциям Сбербанка о снятии денежных средств в банкоматах (Т. 1 л.д. 43-48), ответами указанных банков о принадлежности счетов.

Истица подтвердила в судебном заседании, что с лицами, на счета которых переведены денежные средства, она не знакома, никаких отношений, в том числе договорных, у них нет.

Из информации Минцифры России следует, что в период с 27.05.2024 по 05.06.2024 в портал «Госуслуги» в учетной записи ФИО1 были осуществлены входы с различных IP – адресов, восстановление доступа к УЗ было выполнено 07.06.2024 в специализированном центре обслуживания.

Согласно позиции Банка России, изложенной в Информационном письме от 3 февраля 2022 г. N ИН-02-59/6 "О порядке согласования с заемщиками индивидуальных условий договора потребительского кредита (займа)", индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) подлежат отражению в табличной форме и подписанию заемщиком. При этом частью 14 статьи 7 Закона о потребительском кредите установлена возможность подписания заемщиком индивидуальных условий договора потребительского кредита (займа) также с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность заемщику в соответствии с требованиями федеральных законов.

Банком России выявлено использование кредиторами практик заключения договора потребительского кредита (займа), при которых согласие заемщика выражается посредством совершения действий, свидетельствующих о его согласии с предлагаемыми кредитором индивидуальными условиями (конклюдентные действия), либо телефонного звонка в адрес кредитора с информированием последнего о согласии на получение потребительского кредита (займа) на предложенных индивидуальных условиях. Как в первом, так и во втором случае, по мнению Банка России, устанавливающего правила проведения банковских операций, заемщиком индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) не подписываются ни собственноручной подписью, ни ее аналогом.

Таким образом, по мнению Банка России, подобные практики не могут быть признаны надлежащими и соответствующими требованиям Закона о потребительском кредите.

Из объяснений истицы следует, что, она не имела намерений и не выражала волеизъявления на заключение вышеуказанных кредитных договоров, данные договоры заключены не истицей, а вопреки ее воле и интересам.

В рассматриваемом случае публичные оферты банков на заключение договоров были приняты третьими лицами, которые совершали технические действия от имени ФИО1, позволившие им реализовать свое волеизъявление.

Согласно информации Сервиса Объединенного кредитного бюро в период с 28.05.2024 по 05.06.2024 от имени ФИО1 были поданы 11 заявок на получение кредитов в различные банки: 29.05.2024 3 заявки в АО «Альфа-Банк» и Банк ГПБ АО – получен отказ, 30.05.2024 1 заявка в ПАО Сбербанк, которая была одобрена, и 2 заявки в Почта Банк ПАО, по которым договор был заключен, 31.05.2024 заявка в Тинькофф Банк АО – получен отказ, 31.05.2024 заявка в АО «Совкомбанк» одобрена, 04.06.2024 три заявки в ОТП Банк АО, ФК Открытие ПАО Банк, Почта Банк ПАО - получен отказ.

Спорные кредитные договоры оформлены дистанционным способом в электронном виде и подписаны от имени ФИО1 простой электронной подписью, вместе с тем, достаточного подтверждения о наличии ее волеизъявления на заключение этих договоров не выявлено. Банками-ответчиками не истребованы сведения, позволяющие проанализировать осуществление ФИО1 действий по получению кредитных средств, и не учтено то обстоятельство, что другими банками ФИО1 было отказано в предоставлении кредита.

В данном случае бремя доказывания наличия воли клиента на заключение кредитных договоров, а также надлежащего исполнения обязательств по договорам возлагается на банки.

При этом, вопреки доводам ответчиков, суд приходит к выводу, что банки не проявили должной осмотрительности и добросовестности при заключении кредитных договоров и исполнении обязательств.

Спорные кредитные договоры заключены посредством информационного сервиса без фактического согласования с ФИО1 индивидуальных условий кредитования. При этом все действия по заключению кредитных договоров, получению денежных средств и распоряжение ими в пользу третьих лиц совершены истицей в незначительный промежуток времени, путем введения цифровых кодов, направленных банком, а равно в условиях и при обстоятельствах, объективно препятствующих осознанию заемщиком действительного характера совершаемых им действий.

Между тем такой упрощенный порядок предоставления потребительского кредита и распоряжения кредитными средствами противоречит порядку заключения договора потребительского кредита, подробно урегулированному приведенными выше положениями Федерального закона от 21 декабря 2013 года №353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», и фактически нивелирует все гарантии прав потребителя финансовых услуг, установленные как этим Федеральным законом, так и Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 года №2300-1 «О защите прав потребителей».

В частности, составление договора в письменной форме с приведением индивидуальных условий в виде таблицы по установленной Банком России форме, с указанием полной стоимости кредита, с напечатанными отметками напротив строк об ознакомлении и о согласии с различными условиями договора и т.п. лишено всякого смысла, если фактически все действия по предоставлению потребительского кредита сводятся к направлению банком потенциальному заемщику SMS-сообщения только с краткой информацией о возможности получить определенную сумму кредита путем введения цифрового кода.

При оформлении кредитов банками не была дана оценка размеру ежемесячного заработка истца и других условий получения кредита, исполнению распоряжений клиента по выдаче кредитных средств, что не отвечает критериям добросовестности поведения профессионального участника кредитных правоотношений, обязанного учитывать интересы потребителя и обеспечивать безопасность дистанционного предоставления услуг.

Доведение до сведения истицы, действующей под влиянием заблуждения, СМС/Push-кодов, не является тождественным введению такого идентификатора по Правилам и Условиям, установленным банком.

Таким образом, означенные действия истицы по введению этих кодов не могут служить обоснованием волеизъявления ФИО1 как на заключение кредитных договоров, так и на распоряжение предоставленными ей денежными средствами, поскольку совершенные ею юридически значимые действия обусловлены исключительно преступными мошенническими действиями третьих лиц, преследующих цели хищения денежных средств.

Доводы ответчиков о наличии подтвержденного волеизъявления ФИО1 на заключение кредитных договоров и на совершение действий по распоряжению полученными кредитными денежными средствами судом отклоняются, поскольку противоречат фактическим обстоятельствам дела.

С учетом вышеизложенного, нахождение истицы в офисе банка само по себе не подтверждает наличие воли ФИО1 на получение кредита. При этом оформление кредита в электронном виде с учетом личного присутствия клиента в банке вызывает сомнение. Факт разговоров с сотрудниками банков, аудиозаписи которых представлены суду, ФИО1 категорически отрицала.

Из материалов дела следует, что достаточные меры предосторожности со стороны банков при заключении кредитных договоров, а равно при исполнении распоряжений клиента предприняты не были. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что банки, действуя добросовестно и осмотрительно, учитывали интересы клиента и оказывали клиенту содействие, принимая во внимание характер спорной операции, и что банки при заключении кредитного договора убедились, что эти договоры заключаются именно по воле ФИО1

Поскольку заключение кредитных договоров имело место в отсутствие воли ФИО1 в результате мошеннических действий, посягающих на интересы истца, и являющейся применительно к ст.168 (п.2) Гражданского кодекса Российской Федерации третьим лицом, права которой нарушены заключением такого договора, кредитные договоры являются ничтожными.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, N 1 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24 апреля 2019 г., указано, что согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор, и являющегося применительно к статье 168 (пункт 2) Гражданского кодекса Российской Федерации третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

Таким образом, договор, заключенный в результате мошеннических действий, является ничтожным.

Согласно ст. 845 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету.

Выдача денежных средств со счета осуществляется банком на основании распоряжения клиента (п. 1 ст. 854 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из смысла указанных правовых норм, одной из наиболее важных экономических целей договора банковского счета является сохранность денежных средств клиента, размещенных в банке.

В силу п. 3 ст. 847 Гражданского кодекса Российской Федерации договором может быть предусмотрено удостоверение прав распоряжения денежными суммами, находящимися на счете, электронными средствами платежа и другими документами с использованием в них аналогов собственноручной подписи (п. 2 ст. 160), кодов, паролей и иных средств, подтверждающих, что распоряжение дано уполномоченным на это лицом.

В соответствии с п. 1 ст. 858 этого же кодекса, если иное не предусмотрено законом или договором, ограничение распоряжения денежными средствами, находящимися на счете, не допускается, за исключением наложения ареста на денежные средства, находящиеся на счете, или приостановления операций по счету, в том числе блокирования (замораживания) денежных средств в случаях, предусмотренных законом.

Федеральным законом от 27.06.2011 N 161-ФЗ "О национальной платежной системе" установлены правовые и организационные основы национальной платежной системы, порядок оказания платежных услуг, в том числе осуществления перевода денежных средств, использования электронных средств платежа, деятельность субъектов национальной платежной системы, а также определены требования к организации и функционированию платежных систем, порядок осуществления надзора и наблюдения в национальной платежной системе (статья 1).

В соответствии с пунктом 1 статьи 5 Федерального закона "О национальной платежной системе" оператор по переводу денежных средств осуществляет перевод денежных средств по распоряжению клиента (плательщика или получателя средств), оформленному в рамках применяемой формы безналичных расчетов (далее - распоряжение клиента). Перевод электронных денежных средств осуществляется на основании распоряжений плательщиков в пользу получателей средств (пункт 7 статьи 7 Закона).

Как следует из положений пункта 13 статьи 5 Федерального закона "О национальной платежной системе" обязанность оператора по переводу денежных средств по направлению клиенту уведомлений, предусмотренных настоящим Федеральным законом, считается исполненной при направлении уведомления в соответствии с имеющейся у оператора по переводу денежных средств информацией для связи с клиентом.

Из представленных суду материалов не следует, что для истицы ФИО1 было характерным заключение нескольких кредитных договоров в коротких промежуток времени и незамедлительное снятие наличных средств в разных банкоматах.

Банками не представлены доказательства надлежащей проверки совершаемых операций по неоднократному снятию полученных кредитных денежных средств в незначительный период времени на наличие признаков осуществления операций без согласия клиента, добросовестности поведения банков, обязанных обеспечивать безопасность дистанционного предоставления услуг.

Иные доводы ответчиков не свидетельствует о наличии у ФИО1 волеизъявления на заключение спорных кредитных договоров.

Кроме того, как установлено ч. 2 ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

В данном случае факты того, что ФИО1 не получала денежные средства по кредитному договору с ПАО Сбербанк 

<

***> от 30 мая 2024 года, и по кредитному договору с ПАО «Совкомбанк» 

<

***> от 31 мая 2024 года, и денежные средства по этим договорам под влиянием мошенников переданы иным лицам, установлены вступившими в законную силу апелляционными определениями Липецкого областного суда от 02.03.2026 года и от 04.03.2026 года, приобщенными к материалам настоящего дела, которыми указанные договоры признаны ничтожными сделками, и банкам отказано во взыскании с ФИО1 задолженности по этим кредитным договорам.

Разрешая спор, суд принимает во внимание и то обстоятельство, что по заявлению ФИО1 возбуждено уголовное дело по факту хищения денежных средств и совершения мошеннических действий, что подтверждается представленной суду копией уголовного дела, а также то, что в период с 27.05.2024 года по 10.06.2024 года истица находилась на больничном, у неё были проблемы со здоровьем, что подтверждается копией листка нетрудоспособности, Выпиской из медицинской карты амбулаторного пациента ФИО1 № 38862.

Учитывая, что волеизъявления ФИО1 на получение кредитных средств по спорным кредитным договорам и по совершению операций по снятию денежных средств в период с 30.05.2024 по 04.06.2024 не имелось, заключение кредитных договоров и распоряжение предоставленными ей денежными средствами было обусловлено исключительно преступными мошенническими действиями третьих лиц, преследующих цели хищения денежных средств, суд полагает иск ФИО1 о признании кредитных договоров и исполнительной надписи нотариуса недействительными подлежащим удовлетворению. При таких обстоятельствах все операции, осуществленные с использованием карт, выданных по таким кредитным договорам, не имеют правовых оснований и являются недействительными.

Доводы представителей банков о пропуске истицей срока исковой давности основаны на неверном толковании закона и судом отвергаются.

Так, согласно п. 3 ст. 166 ГК РФ, требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Как установлено п. 1 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованиям о признании сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года.

Настоящий иск поступил в суд 03.07.2025 года, а потому трехгодичный срок исковой давности истицей не пропущен.

Как установлено ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В связи с тем, что суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований, а истица на основании п. 4 ч. 2 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче иска была освобождена от уплаты государственной пошлины, с ответчиков в бюджет подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации в сумме по 3 000 рублей с каждого.

Руководствуясь ст.ст. 167, 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Иск ФИО1 к ПАО Сбербанк, Банку ВТБ (ПАО), нотариусу нотариального округа г. Липецк, АО «Почта Банк», ПАО «Совкомбанк», ООО ПКО «Филберт» о признании кредитных договоров, исполнительной надписи нотариуса и операций по выдаче кредитных средств и недействительными, удовлетворить в полном объеме.

Признать недействительными:

- кредитный договор 

<

***> от 30 мая 2024 года, заключенный между ПАО Сбербанк (ИНН: 

<

***>) и ФИО1, (дата) года рождения (паспорт: №);

- кредитный договор № V621/1051-0004211 от 29 мая 2024 года, заключенный между Банком ВТБ (ПАО) (ИНН: 

<

***>) и ФИО1, (дата) года рождения (паспорт: №);

- исполнительную надпись нотариуса нотариального округа г. Липецк ФИО2 от 21 июня 2025 года по взысканию с ФИО1, (дата) года рождения (паспорт: №) задолженности по кредитному договору с Банком ВТБ (ПАО) № V621/1051-0004211 от 29 мая 2024 года;

- кредитный договор 

<

***> от 31 мая 2024 года, заключенный между ПАО «Совкомбанк» (ИНН: 

<

***>) и ФИО1, (дата) года рождения (паспорт: №);

- кредитный договор 

<

***> от 30 мая 2024 года, заключенный между АО «Почта Банк» (ИНН: 

<

***>) и ФИО1, (дата) года рождения (паспорт: №);

- операции по выдаче кредитных средств ПАО Сбербанк по кредитной карте «Мир*3885, операции по выдаче кредитных средств по кредитной карте ПАО «Совкомбанк», и операции по выдаче кредитных средств по кредитной карте АО «Почта Банк» совершенные ФИО1, (дата) года рождения (паспорт: №) за период с 28 мая 2024 года по 04 июня 2024 года.

Взыскать с ПАО Сбербанк (ИНН: 

<

***>) в доход бюджета г. Липецка государственную пошлину в сумме 3 000 (три тысячи) рублей.

Взыскать с Банка ВТБ (ПАО) (ИНН: 

<

***>) в доход бюджета г. Липецка государственную пошлину в сумме 3 000 (три тысячи) рублей.

Взыскать с ПАО «Совкомбанк» (ИНН: 

<

***>) в доход бюджета г. Липецка государственную пошлину в сумме 3 000 (три тысячи) рублей.

Взыскать с АО «Почта Банк» (ИНН: 

<

***>) в доход бюджета г. Липецка государственную пошлину в сумме 3 000 (три тысячи) рублей.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Липецкий областной суд с подачей жалобы через Октябрьский районный суд города Липецка в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: И.А. Верейкина

Мотивированное решение составлено 01 апреля 2026 года.