КОПИЯ

Дело № 2-1034/18

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

28 мая 2018 года Октябрьский районный суд г. Томска в составе:

председательствующего судьи Кулинченко Ю.В.,

при секретаре Камсюк Д.А.,

с участием представителя истца ФИО1,

представителя ответчика, третьих лиц ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказания о компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО3 обратился в суд с иском, в котором просит взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России в свою пользу денежную компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб.

В обоснование заявленного требования истец с учетом уточнения основания иска указал, что он в период с 26.04.2007 по 27.04.2007 содержался под стражей в камере № 89 ФКУ СИ-1, где в нарушение Федерального закона №103-Ф3 "О содержании под стражей..." бытовые условия не отвечали требованиям гигиены и нормам санитарной площади на одного человека – 4 кв.м., камера была переполнена, свободное пространство отсутствовало. Полы в камере были бетонные, что не отвечает требованиям гигиены и санитарии. Камера в нарушение нормативных требований была оборудована 3-х ярусными кроватями. За столом отсутствовали посадочные места, что препятствовало своевременному принятию пищи.

В судебное заседание истец ФИО3, будучи извещенный о времени и месте рассмотрения дела, не явился, о причинах неявки суду не сообщил.

Определением судьи Октябрьского районного суда г. Томска от 02.04.2018 (л.д. 2) к участию в рассмотрении данного дела в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Федеральное казенное учреждение «Следственный изолятор №1» Управления ФСИН России по Томской области (далее по тексту ФКУ СИЗО-1), Управление ФСИН России по Томской области, Министерство финансов Российской Федерации.

В судебное заседание, назначенное судом на 25.05.2018, истец ФИО3, будучи надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, что подтверждается отчетом об извещении с помощью SMS-сообщения от 11.05.2018, не явился, о рассмотрении дела в свое отсутствие не ходатайствовал, об уважительных причинах неявки суду не сообщил.

Согласно абзацу 2 пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2008 № 13 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции», пункту 36 Постановление Пленума Верховного Суда РФ 24.06.2008 № 11 извещение участников судопроизводства допускается, в том числе посредством SMS-сообщения в случае их согласия на уведомление таким способом и при фиксации факта отправки и доставки SMS-извещения адресату; факт согласия на получение SMS-извещения подтверждается распиской, в которой наряду с данными об участнике судопроизводства и его согласием на уведомление подобным способом указывается номер мобильного телефона, на который оно направляется.

Поскольку в материалах дела имеется расписка истца ФИО3 о согласии на уведомление таким способом, то суд на основании ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть настоящее дело в его отсутствии.

Представитель истца ФИО1 в суде заявленное требование поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении, дополнительно пояснив, что указание в исковом заявлении на негативное влияние на здоровье истца бетонного пола в камере, в которой содержался истец, связано лишь с опасением заболеть туберкулезом, при этом заявленное требование о компенсации морального вреда не основано на причинении истцу вреда здоровью вследствие ненадлежащих условий содержания. 

Представитель ответчика ФСИН России, а также третьих лиц УФСИН России по Томской области и ФКУ СИЗО-1 ФИО2 в судебном заседании иск не признал, пояснив, что предоставить информацию о номерах камер, количестве квадратных метров на одного человека, а также о соответствии наполняемости камер, количеству спальных мест, условиях содержания, в указанные периоды содержания истца не представляется возможным, в связи с уничтожением учётной документации - камерных карточек. ФИО3, имея возможность осуществить защиту своих прав, предусмотренными гражданским законодательством способами защиты, на протяжении длительного периода времени в суд с данным иском не обращался. Не обращение в суд в разумные сроки привело к невозможности представления документации вследствие ее уничтожения в результате явлений природного характера, что могло бы подтвердить или опровергнуть обстоятельства, на которые ссылается истец в качестве основания своего обращения. 

Отмечает, что истец злоупотребляет своим правом разбивкой всего периода постоянного содержания истца в одной и той же камере при длящемся характере нарушений на короткие периоды и самостоятельное обращение с иском в суд по каждому такому периоду ведет к увеличению совокупного размера морального вреда, взыскиваемого по всем искам, в сравнении с тем, когда обращение с иском могло иметь место однократно по всему периоду содержания в одной и той же камере.

Кроме того, со ссылкой на справку по учету судебных дел, указывает на то, что часть рассматриваемого в настоящем деле периода содержания истца в камере № 89 (27.04.2007) уже было предметом рассмотрения Кировского районного суда г. Томска по делу № 2-3160/2015. 

Представитель третьего лица Министерства финансов Российской Федерации будучи надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, не явился. Ранее в судебном заседании находил требования не подлежащими удовлетворению, усматривал в действиях истца злоупотребление правами.

Суд на основании ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам. 

На основании ч.1 ст. 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации.

В силу ч.2 ст. 21 Конституции Российской Федерации и ст.3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к "бесчеловечному обращению" относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физических вред либо глубокие физические и нравственные страдания.

В соответствии со ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров (п. 5 ст. 23 ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений"). Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Подозреваемым и обвиняемым бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин). Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания и вентиляционным оборудованием.

Из пунктов 9, 10, 11, 12 ст.17 данного Федерального закона следует, что подозреваемые и обвиняемые имеют право: получать бесплатное питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, в том числе в период участия их в следственных действиях и судебных заседаниях; на восьмичасовой сон в ночное время, в течение которого запрещается их привлечение к участию в процессуальных и иных действиях, за исключением случаев, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации; пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа; пользоваться собственными постельными принадлежностями, а также другими вещами и предметами, перечень и количество которых определяются Правилами внутреннего распорядка.

Согласно пункту 40 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исправительной системы, утвержденных Приказом Минюста Российской Федерации от 14.10.2005 № 189 (далее — Правила внутреннего распорядка), подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования: спальным местом; постельными принадлежностями: матрацем, подушкой, одеялом; постельным бельем: двумя простынями, наволочкой; полотенцем; столовой посудой и столовыми приборами.

Камеры СИЗО оборудуются: одноярусными или двухъярусными кроватями (камеры для содержания беременных женщин и женщин, имеющих при себе детей, - только одноярусными кроватями); столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; бачком с питьевой водой; подставкой под бачок для питьевой воды; урной для мусора; тазами для гигиенических целей и стирки одежды; светильниками дневного и ночного освещения; телевизором, холодильником, вентиляционным оборудованием (при наличии возможности); напольной чашей (унитазом), умывальником; нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления; вызывной сигнализацией (п.42 Правил внутреннего распорядка).

В соответствии с Приказом от 28.05.2001 № 161 ДСП Министерства юстиции РФ "О нормах проектирования СИЗО" при проектировании и строительстве режимных корпусов полы в камерах должны иметь деревянное покрытие.

Из материалов дела следует, что в период с 26.04.2007 по 27.04.2007 ФИО3 содержался в ФКУ СИЗО-1 по Томской области в камере № 89, площадь камеры составляла 16,1 кв.м, камера была оборудована четырьмя трехъярусными кроватями (12 спальных мест), в которой содержалось 12 человек. 

Данные обстоятельства подтверждаются справкой ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области от 21.10.2015, сообщением о предоставлении информации от 11.05.2018 №72/ТО/7/4-8281.

Из данных документов также следует, что в соответствии со ст. 23 ФЗ № 103 "О содержании под стражей подозреваемых, обвиняемых в совершении преступлений" все камеры ФКУ СИЗО-1 оборудованы столом для приема пищи, лавкой для сидения, водопроводным краном с холодной водой доставка горячей воды производится по просьбе лиц, содержащихся под стражей, из столовой учреждения) в камерах имелись бытовые электрокипятильники. Камеры оборудованы раковиной, санитарным узлом, которые снабжены системой слива, узел в камере отгорожен от помещения перегородкой. Камеры оборудованы двойной розеткой для подключения электроприборов, шкафом для продуктов, вешалкой для верхней одежды, полкой для туалетных принадлежностей, настенным зеркалом, бачком для питьевой воды с подставкой, радиодинамиком, урной для мусора, светильниками дневного и ночного освещения, вентиляционным оборудованием, кнопкой вызова дежурного. На основании приказа Министерства юстиции РФ от 14.10.05 № 189 "Об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов УИС" камеры были оснащены светильниками дневного и ночного освещения, в них установлены лампочки мощностью: дневное освещение – 100 Вт, ночное освещение – 40 Вт. Истцу не реже одного раза в неделю предоставлялась возможность помывки в душе, смена постельного белья осуществлялась еженедельно после помывки. По прибытии в следственный изолятор истец был обеспечен постельными принадлежностями, столовой посудой и предметами гигиены, индивидуальным спальным местом. За время нахождения истца в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области какие-либо замечания и претензии по предъявленным требованиям им не высказывались. Параметры температуры и влажности в камерах соответствовали установленным нормам. Контроль осуществлялся сотрудниками центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора, а также комиссией из числа ответственных сотрудников учреждения.. Жалоб и заявлений (как устных, так и письменных) по вопросам содержания от него не поступало.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательств того, что во время содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области имели место неблагоприятными условиями приема пищи, в нарушение положений ст.56 ГПК РФ истцом не представлено.

Вместе с тем, согласно справке ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области от 21.10.2015 камера № 89 была оборудована 4 трехъярусными кроватями, имелось 12 спальных мест. Полы в камере имели бетонное покрытие.

Таким образом, судом с учетом фактического нахождения в камере количества людей (максимально 12 человек) усматривается нарушение установленных норм использования для сна кроватей. 

Представителем ответчика и представителем третьего лица указанные факты оспаривались со ссылкой на отсутствие и невозможность представления первичной документации, в которой ранее фиксировались условия содержания (камерные карточки), в обоснование чему представили акт о выделении к уничтожению документов, не подлежащих хранению от 20.10.2016, акт о выделении к уничтожению журналов, книг и номенклатурных дел, не подлежащих хранению от 20.10.2016, справку от 04.07.2016 № 402, а также акт санитарно-гигиенического обследования от 19.07.2016.

Вместе с тем, с такой позицией в данном случае суд не может согласиться, поскольку, несмотря на отсутствие первичной документации, условия содержания, о которых говорит истец нашли отражение в представленной самим ответчиком надлежащим образом заверенной копии справки № 72/ТО/7/5-в-8/2 от 21.10.2015, выданной начальником ФКУ СИЗО-1, кроме того, подлинность указанной справки стороной ответчика и третьим лицом не оспаривалась. 

В соответствии со ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

При таких обстоятельствах в условиях действия принципа состязательности осуществления правосудия (ч.1 ст. 12 ГПК РФ) у суда нет никаких оснований не доверять сведениям, содержащимся в справке № 72/ТО/7/5-в-8/2 от 21.10.2015.

На несоответствие иных бытовых условий содержания под стражей требованиям гигиены истец, помимо проанализированных выше (норма площади помещения на человека, бетонные полы, трехъярусные кровати), истец не указывает, доказательств этому не представлено. 

Установленные судом нарушения свидетельствуют о возможности компенсации истцу морального вреда, поскольку содержание его в ненадлежащих условиях нарушило его права, гарантированные законом, и причинило ему страдания и переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы.

Оценивая доводы представителя ответчика о злоупотреблении истцом своим правом путем разбивки всего периода постоянного содержания истца в одной и той же камере, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 той же статьи никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии со статьей 10 того же кодекса не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав - злоупотребление правом (пункт 1); в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично (пункт 2); добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 5).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 ГПК Российской Федерации).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК Российской Федерации).

Согласно справке ФКУ СИЗО-1 № 72/ТО/7/5-В-8/2 от 21.10.2015, выданной начальником ФКУ СИЗО-1 А, в период с 26.04.2007 по 27.07.2008 ФИО3 содержался в камере № 89 постоянно.

По ходатайству представителя ответчика к материалам дела приобщены справка об обращениях ФИО3 в суд с исками о компенсации морального вреда за 2015-2018 годы в количестве 25 с приложением копий соответствующих судебных актов.

Из приведенного перечня судебных актов видно, что ранее ФИО3 неоднократно обращался в суды с исками, основанными на ненадлежащих условиях содержания истца в камере № 89 СИЗО-1 (решения Кировского районного суда г. Томска от 14.06.2016, решения Октябрьского районного суда г. Томска от 12.01.2017, от 06.03.2017, от 02.06.2017).

В обоснование ранее рассмотренных исков истец ссылался на те же обстоятельства, что и в настоящем иске (бетонные полы, несоблюдение нормы площади на человека, 3-х ярусные кровати, отсутствие скамеек). Указанными решениями судов иски удовлетворены частично, в пользу истца взыскана компенсация морального вреда.

Из анализа сути настоящего иска и ранее рассмотренных исков, следует, что 2 дня (спорный период по настоящему иску) и период времени по решениям Кировского районного суда г. Томска от 14.06.2016, решения Октябрьского районного суда г. Томска от 12.01.2017, от 06.03.2017, от 02.06.2017 не входят в период постоянного содержания истца в камере № 89 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по ТО с 26.04.2007 по 27.04.2007.

В связи с чем, по мнению суда, содержание истца в одной и той же камере в разные периоды времени не характеризует нарушение как длящееся и поэтому самостоятельное обращение с иском в суд по каждому такому периоду не ведет к увеличению совокупного размера морального вреда, взыскиваемого по всем искам, в сравнении с тем, когда обращение с иском могло иметь место однократно по всем периодам содержания в одной и той же камере.

В своей совокупности поведение истца, по мнению суда, не свидетельствует о злоупотреблении правом, что не дает основания к отказув защите принадлежащего ему права. 

В соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству.

Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности, от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

Вина органов власти в данном случае установлена и заключается в отсутствии обеспечения надлежащих условий содержания граждан под стражей, что предусматривает возможность возмещения причиненного морального вреда.

В Постановлении от 10 января 2012 года (дело "ФИО4 и другие против Российской Федерации) Европейский Суд по правам человека указал, что установление несоответствия условий содержания под стражей с требованиями статьи 3 Конвенции на основе критериев, перечисленных в § 143-158 настоящего Постановления, имеет фактический характер и создает прочную правовую презумпцию о том, что такие условия причиняют моральный вред потерпевшему. Национальный закон о компенсации должен отражать существование этой презумпции, а не присуждать, как это происходит сейчас, компенсацию в зависимости от способности заявителя доказать вину конкретных должностных лиц или органов и незаконность их действий (§ 229).

В соответствии со ст. 151 ГК РФ в случае причинения гражданину морального вреда действиями, нарушающими его личные неимущественные права, в том числе, и унижающими достоинство, суд может возложить на нарушителей обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Из пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) Моральный вред, в частности, может заключаться временным ограничением или лишением каких-либо прав. 

Согласно п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 №5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных норм международного права и международных договоров РФ» унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом требований режима содержания.

Как разъяснено в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимание обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В соответствии со ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Учитывая период содержания ФИО3 в ненадлежащих условиях (2 неполных дня), степень перенесенных им нравственных страданий, объем и характер нарушенного права, а также требования разумности и справедливости, суд считает возможным определить размер денежной компенсации морального вреда в сумме 200 руб.

Доводы представителя ответчика на то, что часть рассматриваемого в настоящем деле периода содержания истца в камере № 89 (27.04.2007) уже было предметом рассмотрения Кировского районного суда г. Томска по делу № 2-3160/2015, суд находит несостоятельной, в связи со следующим. 

Действительно, как видно из справки по учету судебных дел ранее Кировским районным судом г. Томска в рамках дела № 2-3160/2015 было рассмотрен иск ФИО3 о компенсации морального вреда, основанный на ненадлежащих условиях содержания в СИЗО-1 в период с 27.04.2007 по 07.05.2007. Настоящий иск также основан на ненадлежащих условиях содержания истца 27.04.2007 в камере № 89.

Между тем, как следует из пояснений представителя истца такое совпадение периода содержания в разных камерах связано с тем, что 27.04.2007 истец был переведен в другую камеру, соответственно в один и тот же день он содержался в разных камерах. 

Данные пояснения представителя истца подтверждаются справкой ФКУ СИЗО-1 № 72/ТО/7/5-В-8/2 от 21.10.2015, выданной начальником ФКУ СИЗО-1 А, а также апелляционным определением Томского областного суда от 08.04.2016 о том, что в период с 27.04.2007 по 07.05.2007 истец содержался в камере № 191 следственного изолятора г. Томска. 

Данные обстоятельства представителем ответчика не опровергнуты. 

Таким образом, говорить о том, что ранее уже был рассмотрен иск того же лица, к тому же ответчику и по тем же основаниям нельзя. 

В соответствии со ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования. От имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п.3 ст.125 настоящего кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Пунктом 3 ст.125 ГК РФ установлено, что в случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, нормативными актами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, по их специальном поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а такж6 юридические лица и граждане.

Согласно п.п1 п.3 ст.158 БК РФ главным распорядителем средств федерального бюджета, бюджетов субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействий) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности.

Указом Президента Российской Федерации от 143.10.2004 № 1314 "Вопросы Федеральной службы исполнения наказаний" утверждено Положение о Федеральной службе исполнения наказаний.

В соответствии с п.п 6 п.7 данного Положения ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

В рассматриваемом случае с учетом приведенных выше норм действующего законодательства суд возлагает ответственность за вред, причиненный ФИО3 в результате не обеспечения в учреждении ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области надлежащих условий его содержания в учреждении, на Российскую Федерацию в лице ФСИН России, которая является главным распорядителем средств федерального бюджета, предусмотренных на эти цели.

Отсутствие финансирования выплат, связанных с компенсацией морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания в учреждениях ФСИН России не является основанием для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности, наступившей вследствие причинения вреда.

Таким образом, компенсацию морального вреда за причиненный ФИО3 моральный вред вследствие не обеспечения надлежащих условий его содержания в размере 200 рублей следует взыскать с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет казны Российской Федерации.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. Размер и порядок уплаты государственной пошлины устанавливаются федеральными законами о налогах и сборах.

Поскольку в ходе разбирательства по делу суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194 – 199, 233 - 235 ГПК РФ, суд

решил:

иск ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области в период с 26.04.2007 по 27.04.2007 в размере 200 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Томска.

Судья /подпись/

Копия верна

Судья Ю.В. Кулинченко

Секретарь: Д.А. Камсюк 

«__» _____________ 20 __ года

Оригинал находится в деле № 2-1034/2018 Октябрьского районного суда г. Томска