ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Ростов-на-Дону 16 апреля 2019 года

Ростовский областной суд в составе: председательствующего судьи Бакулева Р. В., судей Жильцова Г. К., Русенко Ю. Н.,

при секретаре судебного заседания Болдикове В. А.,

с участием государственных обвинителей – старшего прокурора отдела управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации по Южному федеральному округу ФИО1, прокурора отдела управления прокуратуры Ростовской области Айдинова С. В., 

потерпевшего Д.А.,

подсудимого ФИО2,

защитника - адвоката Ожгибесова С. Б.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Ростовского областного суда уголовное дело в отношении 

ФИО2, ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. п. «г», «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, проходивший воинскую службу в третьем мотострелковом батальоне воинской части № НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН Народной милиции Луганской Народной Республики (далее – 3 мсб) из хулиганских побуждений совершил убийство проходившей воинскую службу в 3 мсб гражданина Российской Федерации Т.А, достоверно зная о том, что она находится в состоянии беременности. 

Данное преступление совершено ФИО2 при следующих обстоятельствах.

ФИО2 в период времени с 12 часов до 12 часов 30 минут 30 сентября 2017 года, находясь в общественном месте - на первом этаже помещения штаба 3 мсб, расположенного по адресу: Украина, Донецкая область, г. Горловка, Калининский район, ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА, встретил Т.А., достоверно зная о ее беременности. 

В указанном месте и в указанный период времени у ФИО2 возник прямой преступный умысел на беспричинное убийство Т.А. из хулиганских побуждений, то есть на почве явного неуважения к обществу и общепринятым нормам морали. При этом ФИО2 осознавал, что его поведение является открытым вызовом общественному порядку и обусловлено желанием противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное к ним отношение.

Реализуя свой преступный умысел, ФИО2, имея при себе не установленное следствием нарезное боевое огнестрельное оружие калибра 9 мм, без видимого повода и причин, внезапно для Т.А. подошел к ней сзади, когда она направлялась к выходу из вышеуказанного здания, и умышленно произвел из указанного оружия один прицельный выстрел в заднюю поверхность шеи Т.А., причинив ей пулевое слепое огнестрельное проникающее повреждение задней поверхности шеи с повреждением мягких тканей, сквозным переломом тела 7-го шейного позвонка, ранениями пищевода и щитовидного хряща гортани Данное повреждение расценивается как тяжкий вред, причиненный здоровью человека по признаку опасности для жизни, и привело к смерти Т.А.

На момент смерти Т.А. была беременна плодом мужского пола в сроке, соответствующем 16 неделям беременности.

После лишения жизни ФИО5 Ю. Н. скрылся с места происшествия.

В судебном заседании подсудимый ФИО2 вину в совершении преступления не признал и показал, что к лишению жизни Т.А он не причастен. Полагает, что настоящее дело в отношении него сфальсифицировано с целью исключить его участие в политических и военных событиях, происходящих в ходе вооруженного конфликта на Донбассе. 

В частности, подсудимый указал, что считает себя гражданином Донецкой Народной Республики, с 2014 года участвовал в указанном вооруженном конфликте на стороне вооруженных сил самопровозглашенных Донецкой и Луганской народных республик (ДНР и ЛНР), служил в должности заместителя командира 3 мсб, в котором также проходили службу Т.А и ее отчим Г.О, а также свидетели К и В.

Т.А проживала по месту дислокации 3 мсб, сожительствовала с К.А. О том, что Т.А по состоянию на 30.09.2017 была беременна, ему было известно по слухам, кроме того, Т.А примерно за 2 месяца до своей смерти находилась на стационарном медицинское лечении в целях сохранения плода, на что он давал ей свое разрешение.

С Г.О у него сложились натянутые отношения, так как у них имелись разногласия по вопросам несения службы и исполнительности последнего. В связи с этим он старался избегать общения с Г.О, а также с Т.А. Аналогичные отношения у него сложились с ФИО3, что указанные свидетели пытаются его оговорить.

Вплоть до 30.09.2017 имели место постоянные попытки совершить на него покушения, в том числе 29.09.2017 на пути его следования была обезврежена мина, а 30.09.2017 в автотранспортном средстве было обнаружено взрывчатое вещество. По этой причине им было принято решение покинуть расположение 3 мсб и выехать на территорию Российской Федерации.

Из оружия у него постоянно имелись при себе штатный пистолет ПМ, а также пистолет ПБ, который он носил в кобуре на бедре правой ноги. 

30.09.2017 утром он находился на первом этаже здания 3 мсб, совершал обход, раздавая распоряжения, к нему в кабинет зашла Т.А и передала ему лекарственное средство для передачи медикам в г. Дебальцево. Примерно через 20-30 минут, когда он выходил из комнаты Д.Д, он обнаружил в коридоре Т.А, которая лежала на полу и задыхалась, на ней была надета камуфляжная («пиксельная») куртка. До этого никаких звуков, похожих на выстрел, он не слышал. Других людей в коридоре не было. Он зашел к дневальному, которого не оказалось на месте, подошел к Т.А и стал мерить у нее пульс. Крови у Т.А он не видел. Затем пришли медики, которые пытались оказать Т.А помощь. Он зашел к Д.Д, который спал, разбудил его и сказал ему, что в коридоре умирает Т.А. Впоследствии была вызвана бригада «скорой» для оказания медицинской помощи Т.А.

После этого он собрал вещи и вместе со своей охраной выехал из расположения 3 мсб, заехал на «Водоканал» (район г. Дебальцево), где он проживал в помещении бывшей АЗС, и оставил имевшееся у него оружие в сейфе, ключ от которого он отдал дежурному – человеку из другого воинского подразделения. Впоследствии он указанное оружие не видел, и где оно находится, ему неизвестно.

После этого он выехал на территорию Российской Федерации, где на протяжении нескольких месяцев проживал в разных городах (Курске, Москве, Саратове). Узнав, что его должность в 3 мсб занял Г.О, он решил вернуться, и в феврале 2018 года нелегально пересек границу Российской Федерации и прибыл на территорию ДНР. Примерно 08.03.2018 он в г. Дебальцево встретил Г.О, который демонстрировал ему пистолет ПМ и угрожал ему. 

22.03.2017 он находился у себя дома на «Водоканале», к нему пришел Г.О в сопровождении вооруженных людей, которые объявили ему, что он арестован, разоружили его, после чего сотрудники ДНР вывезли его в неизвестном направлении, надев ему на голову мешок, и на территории ЛНР передали его сотрудникам правоохранительных органов Российской Федерации.

Таким образом, он был похищен и незаконно вывезен на территорию Российской Федерации, правоохранительными органами которой был впоследствии незаконно задержан.

Подсудимый также утверждает, что предъявленная ему для прослушивания обнаруженная в мобильном телефоне Т.А аудиозапись ее последнего телефонного разговора с Ф.К, состоявшегося 30.09.2017, по своему содержанию не соответствует обстоятельствам, имевшим место в момент обнаружения им тела Т.А и последующего оказания ей медицинской помощи.

Несмотря на отрицание ФИО2 своей причастности к лишению жизни Т.А., его вина в совершении данного преступления подтверждается следующими доказательствами, исследованными в судебном заседании:

показаниями потерпевшего Д.А. (отца Т.А.) о том, что ему известно о гибели Т.А. на территории ДНР;

показаниями свидетелей:

С.И. (военнослужащего 3 мсб), согласно которым 29.09.2017 в 19 часов он заступил на суточное дежурство дневальным по штабу 3 мсб. Комната дневального располагается на первом этаже здания, в помещениях которого дислоцируется 3 мсб. 30.09.2017 он продолжал осуществлять обязанности дневального, посторонних лиц в здании не было, что подтверждается записями в журнале регистрации. В дневное время мимо него прошла Т.А, которая разговаривала по мобильному телефону. Почти сразу после этого он услышал звук, похожий на выстрел, и сразу же за ним звук, похожий на падение тела. Он сначала подумал, что захлопнулась одна из дверей, так как в здании был сквозняк. Каких-либо звуков, похожих на звук шагов, издаваемых убегающим человеком, он не слышал. Он сразу же выглянув в коридор влево от комнаты дневального, его обзору ничего не мешало, и в этот момент примерно в 3-4 м от себя, недалеко от кабинета, в котором проходили совещания, увидел Т.А, которая падала на пол, опираясь на стену, упала на бок. Примерно в 5-6 м от нее дальше по коридору находился ФИО4, который стоял к нему левым боком и держал в правой руке на уровне своей груди пистолет. Никого из других военнослужащих и посторонних лиц не было. ФИО4 сказал: «Как так вышло?», подошел к Т.А, держал ее за голову, затем приказал ему позвать медиков, в связи с чем он побежал на верхние этажи и вызвал дежурного. Прибывшие медики и военнослужащие пытались оказать Т.А неотложную помощь, затем вынесли ее во двор здания. Насколько он помнит, на Т.А в момент происшедшего была надета куртка с капюшоном. Примерно через 15 минут после случившегося он убрал в коридоре, в том месте, где лежала Т.А, обнаружил несколько пятен крови, которые вытер. 

Прослушав аудиозапись телефонного разговора Т.А с Ф.К, С.И указал, что фраза нецензурного содержания, произнесенная непосредственно после звука, похожего на выстрел, принадлежит ФИО4. На записи также имеются голоса Г и Г.Е, которая пытается оказать помощь Т.А;

Ф.К., согласно которым она проходила воинскую службу в 3 мсб вместе с Т.А и ФИО4.

Т.А на момент смерти была беременна, о чем было известно военнослужащим батальона.

30.09.2017 она (Ф.К) находилась на передовой в г. Дебальцево. Т.А в этот день должна была передать ей лекарственный препарат - бальзам «звездочка», позвонила ей на мобильный телефон и сообщила, что передала «звездочку» ФИО4, разговаривала с ней спокойно. В ходе данного разговора раздался глухой хлопок, и Т.А перестала с ней разговаривать. Она подумала, что Т.А потеряла сознание и выронила телефон.

Прослушав аудиозапись телефонного разговора, Ф.К подтвердила, что содержание данной записи полностью соответствует ее разговору с Т.А и последующим действиям, имевшим место 30.09.2017, которые она слышала по телефону. Ф.К также указала, что на данной аудиозаписи имеются голоса медиков Г.Е и Г, которые пытаются оказать Т.А первую медицинскую помощь;

Г.О. (отчима Т.А.), согласно которым с февраля 2016 года Т.А проходила службу в 3 мсб, в котором также проходили службу он и ФИО4. 3 мсб дислоцировался в п. Кондратьевка г. Горловка, занимая часть здания дома престарелых.

По состоянию на 30.09.2017 Т.А была беременна, о чем было известно всем сослуживцам, в том числе ФИО4, проходила необходимые обследования и лечение в медицинских учреждениях, отпрашивалась для этого у ФИО4. За день до своей смерти Т.А ездила на обследование в г. Донецк, делала УЗИ.

Между Т.А и ФИО4 конфликтов, споров, разногласий между ними не имелось, Т.А не раз говорила, что ФИО4 игнорирует ее.

За ФИО4 было закреплено штатное оружие (пистолет ПМ, автоматы АКСУ, АКМС), также у него имелся пистолет для бесшумной стрельбы ПБ, не являющийся штатным оружием, который ФИО4 постоянно носил с собой, в кобуре на бедре правой ноги. Кроме того, у ФИО4 при себе постоянно имелись боеприпасы к указанным пистолетам.

За период совместного несения службы ему было известно о том, что ФИО4 неоднократно беспричинно направлял оружие на сослуживцев (в том числе на него, т. е. Г.О), имитируя прицеливание в них, с целью напугать их или заставить выполнить его распоряжения.

По состоянию на 30.09.2017 он (Г.О) был в отпуске, находился в г. Камышин Волгоградской области, о смерти Т.А ему в этот же день по сети «Интернет» сообщила В.М. Узнав об этом, он в тот же день выехал в г. Горловку, вернулся в расположение 3 мсб, где путем опроса сослуживцев пытался выяснить, при каких обстоятельствах погибла Т.А.

От С.И ему стало известно, что последний был в тот день дневальным, услышал в коридоре первого этажа звук, похожий на выстрел, после чего выглянул в коридор, увидел ФИО4, у которого в руках был пистолет без глушителя, и Т.А, лежащую на полу, других лиц в коридоре не было. Сразу после этого ФИО4 зашел в кабинет замполита Д.Д, которому сообщил, что «Н умирает», после чего ФИО4 распорядился дневальному вызвать медиков. Прибывшим медикам было сообщено, что у Т.А плохо с сердцем, и для оказания ей помощи была вызвана бригада скорой помощи. Непосредственно после этого ФИО4 собрал свои вещи, вызвал своих охранников, которые находились на 3-м этаже, и вместе с ними покинул расположение 3 мсб, выехал сначала в район «Водоканала», а затем в г. Макеевка, где проживала семья ФИО4, после чего ФИО4 скрылся на территории Российской Федерации, где проживал длительное время в различных населенных пунктах. Из лиц, находившихся 30.09.2017 в расположении 3 мсб, оружие калибра 9 мм имелось только у ФИО4.

Он (Г.О) приезжал на «Водоканал», и осматривал помещение, в котором проживал ФИО4, в том числе находившийся там сейф, однако никакого оружия там не было обнаружено. 

Ему (Г.О) известно о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4 по факту убийства Т.А компетентными органами ДНР и Российской Федерации. Также ему известно, что правоохранительными органами ДНР ФИО4 был объявлен в розыск, предпринимались меры по установлению его местонахождения и задержания. В феврале 2018 года ФИО4 объявился на территории ДНР. В марте 2018 года, после того как ФИО4 был объявлен в розыск правоохранительными органами Российской Федерации, последний вновь объявился на территории ДНР. 8 марта 2018 года он встретился со ФИО4 в г. Макеевка и сказал ему, что подозревает его в убийстве ФИО5 пытался убедить его, что к ее убийству причастны его охранники, которые, как он утверждал, погибли в Сирии. Однако после того как он сообщил ФИО4, что эти люди живы и выходят на связь, ФИО4 побледнел, его руки затряслись.

Прослушав аудиозапись телефонного разговора Т.А с Ф.К, Г.О указал, что реплику нецензурного содержания, звучащую непосредственно после звука, похожего на выстрел, произносит ФИО4. На данной аудиозаписи также имеются голоса Г.Е и Д.Д, которые пытаются оказать Т.А первую медицинскую помощь;

К.А., согласно которым он проходил военную службу в 3 мсб вместе со ФИО4, а также с Т.А, с которой он (К.А) совместно проживал.

У Т.А и ФИО4 по состоянию на дату ее смерти были ровные отношения, никаких конфликтов либо личных неприязненных отношений не имелось.

Т.А была беременна от него (К.А), находилась на 4 месяце беременности, в связи со своей беременностью в июле 2017 года проходила стационарное обследование, а 29.09.2017 ездила в г. Донецк для прохождения УЗИ, после чего сообщила ему о том, что у них будет совместный ребенок и прислала ему снимок УЗИ. О беременности Т.А было известно и другим военнослужащим 3 мсб, в том числе ФИО4, который выполнял командные функции, и Т.А ставила его в известность о необходимости прохождения ею обследования.

На момент своей смерти Т.А пользовалась мобильным телефоном «Сигма» в корпусе оранжевого цвета, который он (К.А) подарил ей. У Т.А имелась привычка записывать телефонные разговоры в случаях, когда ей необходимо было подтвердить по службе, что такой разговор имел место.

Также ему известно о привычке ФИО4 направлять на сослуживцев оружие с целью припугнуть их либо добиться от них выполнения его распоряжений. 

30.09.2017 примерно в 12 часов он (К.А), заходя в здание, в котором дислоцировался 3 мсб, встретил Т.А, которая выходила погулять с собакой, была в позитивном расположении духа. Примерно через 40 минут, когда он находился в своей комнате на 5 этаже того же здания, к нему зашел военнослужащий К, который сообщил ему, что с Т.А плохо. Выглянув с балкона, он увидел Т.А, лежавшую на носилках во дворе. Он спустился вниз, увидел, что у Т.А опухла щека и шея. После этого приехавшая бригада скорой помощи констатировала смерть Т.А. Далее он, командир медицинского взвода и Г.Л на автомобиле последнего отвезли тело Т.А в морг г. Дебальцево. В ходе указанных событий камуфляжная куртка Т.А находилась у нее под головой. Крови у Т.А он не видел.

В тот же день ФИО4 покинул расположение 3 мсб, и о его местонахождении длительное время ничего не было известно. От лиц, осуществлявших охрану ФИО4, стало известно, что примерно за 2 дня до гибели ФИО5 заявлял, что «у него руки чешутся убить кого-нибудь», а также что ФИО4 находится за пределами ДНР, а оружие, которое постоянно имелось у него, непосредственно после смерти Т.А исчезло.

В понедельник 02.10.2017 он приехал в морг г. Дебальцево вместе с Г.О, В.М и Г, и по результатам вскрытия трупа Т.А им стало известно об обнаружении в ее трупе пули и о насильственном характере ее смерти. Также ему впоследствии стало известно, что в куртке Т.А было обнаружено сквозное повреждение.

Прослушав аудиозапись телефонного разговора Т.А с Ф.К, К.А указал, что реплику нецензурного содержания, звучащую непосредственно после звука, похожего на выстрел, произносит ФИО4, так как подобное выражение было ему присуще в последние месяцы службы. На данной аудиозаписи также имеются голоса Г.Е, Д.Д, которые пытаются оказать Т.А первую медицинскую помощь;

Д.Д., согласно которым он проходил воинскую службу в 3 мсб вместе с Т.А и ФИО4. Ему и другим военнослужащим было известно о беременности Т.А, в том числе, что она в связи с этим ездила на обследование, делала УЗИ. Между Т.А и ФИО4 каких-либо конфликтов не было, они старались избегать общения друг с другом.

У ФИО4 имелся пистолет ПБ, который он видел у него постоянно, в том числе 30.09.2017, ФИО4 носил его в кобуре на бедре правой ноги, у него имелись боеприпасы к данному пистолету.

Имелись случаи, когда ФИО4 направлял «в шутку» оружие на людей, в том числе безоружных.

30.09.2017 утром, после построения подразделения и распределения боевых задач, он пошел в свою комнату, расположенную на первом этаже здания, в котором располагался 3 мсб, и лег спать. Примерно в 12 часов его разбудил ФИО4, который сообщил ему, что в коридоре умирает Т.А. Выйдя в коридор, он в 15-20 м справа от двери своей комнаты увидел на полу Т.А, лежащую на животе. Рядом с ней находилась фельдшер Г.Е, подходил И.Е, за происходящим наблюдал дневальный С.И. Т.А была одета в камуфляжную («пиксельную») куртку. Он (Д.Д) и ФИО4 подошли к Т.А, которая была еще жива, ФИО4 пытался нащупать у нее пульс. Затем он, И.Е и подошедший Г.П положили Т.А на носилки и вынесли ее во двор.

Далее приехала вызванная Г.Е бригада скорой помощи, медики которой сначала определили, что у Т.А аллергическая реакция, пытались ее реанимировать, однако Т.А умерла, что было ими констатировано. В связи со смертью Т.А была вызвана спецбригада скорой помощи, которая должна была везти тело в морг, но так как часть располагается на стыке ЛНР и ДНР, спецбригада отказалась везти тело, поэтому тело Т.А было доставлено в морг г. Дебальцево на личном транспорте Г.П.

В тот же день ФИО4 вместе с охраной покинул расположение подразделения и затем выехал на территорию Российской Федерации, где проживал несколько месяцев.

По результатам исследования трупа Т.А в морге 02.10.2017 стало известно, что из ее трупа была извлечена пуля.

Куртку Т.А оставила у себя В.М, которая 02.10.2017 показала ему куртку, на ней имелось сквозное отверстие. Он забрал эту куртку и впоследствии выдал ее сотрудникам правоохранительных органов ДНР. 

Прослушав аудиозапись телефонного разговора Т.А с Ф.К, Д.Д указал, что на данной аудиозаписи узнает только голос Г.Е, пытающейся оказать Т.А первую помощь;

В.М., согласно которым вместе со ФИО4, Т.А, К.А, Г.О она проходила службу в 3 мсб. Ей, а также остальным сослуживцам, в том числе ФИО4, было известно о беременности Т.А, так как Т.А этого не скрывала, и в связи с этим отпрашивалась у ФИО4 для прохождения медицинского обследования. 29.09.2017 Т.А ездила делать УЗИ. Т.А проживала вместе с К.А.

Поскольку у Г.О (отчима Т.А) со ФИО4 сложились натянутые отношения из-за разногласий по службе, Т.А и ФИО4 старались избегать общения между собой.

Ей также известен случай, когда ФИО4 из имевшегося у него оружия производил выстрелы над головами сослуживцев, чтобы напугать их.

30.09.2017 в обеденное время она (В.М) возвращалась на автомобиле из г. Алчевск в расположение 3 мсб, в г. Горловку, увидела, что навстречу на большой скорости проехал автомобиль ФИО4. Прибыв в расположение 3 мсб, она увидела во дворе военнослужащих (Д.Д, К.А и др.), лежащую на носилках Т.А и медиков, которые пытались оказать ей медицинскую помощь. Бушлат Т.А лежал рядом с ней, крови у Т.А она не видела. Медицинские работники констатировали смерть Т.А. В тот же день она позвонила Г.О, находившемуся в отпуске на территории Российской Федерации, которому сообщила о смерти Т.А.

Бушлат Т.А она оставила у себя. Вечером того же дня к ней пришли военные медики Г и М, стали осматривать бушлат, обнаружили сзади на воротнике и капюшоне сквозные отверстия. Данный бушлат они в тот же день передали комбату 3 мсб. 

В дальнейшем от Г ей стало известно, что 02.10.2017 в ходе исследования в морге из трупа Т.А была извлечена пуля;

К.А., согласно которым он совместно с Т.А и ФИО4 проходил службу в 3 мсб. Последние месяцы ее жизни Т была беременна, о чем знали остальные военнослужащие, в том числе ФИО4, это также было уже заметно по ее внешнему виду.

За ФИО4 было закреплено штатное оружие (пистолет ПМ, автоматы), а также он постоянно носил в кобуре на бедре пистолет для бесшумной стрельбы ПБ. На представленной для просмотра видеозаписи «Комбат Мачете пистолет для бесшумной стрельбы» К.А опознал ФИО4 и указал, что демонстрируемый последним пистолет является пистолетом ПБ, который ФИО4 постоянно носил при себе.

ФИО4 направлял в его сторону оружие, однажды произвел выстрел поверх его головы. Ему также известно, что ФИО4 направлял оружие и на других сослуживцев.

О смерти Т.А 30.09.2017 ему (К.А) сообщила его супруга В.М. В этот же день ФИО4 вместе со своими охранниками покинул расположение 3 мсб и впоследствии скрылся на территории Российской Федерации. О том, что причиной смерти Т.А явилось огнестрельное ранение, стало известно 02.10.2017, после исследования ее трупа в БСМЭ г. Дебальцево, куда труп был доставлен сразу после смерти Т.А. 

От медика Ф.К ему известно, что во время ее телефонного разговора с Т.А 30.09.2017 она услышала хлопок, похожий на звук выстрела.

В феврале или марте 2018 года ФИО4 посещал территорию ДНР.

Прослушав аудиозапись телефонного разговора Т.А с Ф.К, К.А указал, что на данной аудиозаписи имеется голос ФИО4, дающий распоряжение перевернуть тело Т.А, а также голоса Г.Е и Д.Д, которые пытаются оказать Т.А первую помощь;

И.Е., оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно которым с Т.А он познакомился в 2016 году, когда она поступила на службу в вооруженные силы ДНР. Т.А характеризует только с положительной стороны. 30.09.2017 он находился в здании батальона. Около 10 часов он заходил в штаб на первом этаже, где находился начальник штаба, заходил в кабинет к медикам, где находились Т.А и еще один медик. С Т.А он пообщался на отвлеченные темы, она была как обычно веселая, жизнерадостная. Затем он зашел к себе комнату, примерно в 12 часов услышал из коридора звук, похожий на звук выстрела пистолета. Через пару минут он вышел в коридор, там лежала на полу Т.А, рядом находились медик, Д.Д и ФИО4. Т.А еще подавала признаки жизни. Врач оказывала ей медицинскую помощь. У ФИО4 как обычно был пистолет в кобуре на ноге. Медик предложила вынести Т.А на улицу и вызвать скорую помощь. Они вынесли Т.А на носилках на улицу. Через 10-15 минут прибыли врачи скорой помощи, пытались реанимировать Т.А. 30.09.2017 никого постороннего на территории штаба батальона не было. В этот же день ФИО4 покинул расположение батальона (т. 1 л. д. 207-210).

Кроме показаний указанных лиц вина ФИО2 подтверждается следующими доказательствами:

копией паспорта гражданина Российской Федерации, серии НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, выданного на имя Т.А (т. 1 л. д. 45);

копией военного билета Т.А., выданного ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА отделом военного комиссариата ДНР по Снежнянско-Торезскому району, согласно которому 23.01.2016 она поступила на службу в в/ч НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН (т. 1 л. д. 97-105);

протоколом принятия устного заявления о преступлении от 01.11.2017, согласно которому Г.О просил привлечь к уголовной ответственности ФИО4 в связи с убийством последним Т.А, находившейся в состоянии беременности, 30.09.2017 на территории штаба 3 мсб в/ч НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН по АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН (т. 1 л. д. 39-43);

копией свидетельства о смерти № 080840, согласно которому Дебальцевским городским отделом загса Минюста ДНР зарегистрирован факт смерти 30.09.2017 Т.А в Донецкой Народной Республике (акт о смерти № 277) (т. 1 л. д. 95);

копией справки о причине смерти, выданной Дебальцевским отделением Республиканского БСМЭ, согласно которой дата смерти Т.А – 30.09.2017, причина смерти – огнестрельное пулевое слепое ранение шеи с повреждением органов шеи (т. 1 л. д. 96);

заключением комиссионной медицинской судебной экспертизы от 25.07.2018 № 202 пк, заключением эксперта № 108-109 мк от 23.07.2018, согласно которым причиной смерти Т.А явилось слепое пулевое огнестрельное проникающее повреждение задней поверхности шеи с повреждением мягких тканей, со сквозным переломом тела 7-го шейного позвонка, ранениями пищевода и щитовидного хряща гортани.

Степень выраженности трупных явлений на момент их фиксации 02.10.2017 в период времени 14.00-15.00 при осмотре трупа в морге Дебальцевского отделения РБСМЭ М3 ДНР позволяет говорить о том, что смерть Т.А наступила около 1,5-2,5 суток до начала осмотра, то есть могла наступить 30.09.2017г.

У Т.А имелось прижизненное повреждение: пулевое слепое огнестрельное проникающее повреждение задней поверхности шеи, «в горизонтальном направлении сзади наперед и несколько слева направо», с повреждением мягких тканей, сквозным переломом тела 7-го шейного позвонка, ранениями пищевода и щитовидного хряща гортани, с локализацией входной огнестрельной раны «неправильно-округлой формы с дефектом ткани на задней поверхности шеи на уровне седьмого шейного позвонка» и обнаружением огнестрельного снаряда-пули в конце раневого канала - «инородное тело металлической плотности желтого цвета (пуля) в мягких тканях шеи справа».

Данное повреждение у Т.А образовалось в срок, близкий к наступлению ее смерти, исчисляемый несколькими десятками секунд - несколькими минутами, от пробивного воздействия цельного снаряда округлой формы в поперечном сечении - пули калибром 9 мм, с учетом дефекта и пояска осаднения мягких тканей входного отверстия, и расценивается как тяжкий вред, причиненный здоровью человека, по признаку опасности для жизни, и привело к смерти потерпевшей, т. е. состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти Т.А.

Возможность совершения Т.А самостоятельных целенаправленных действий (передвигаться, кричать, оказывать сопротивление и т. д.) после причинения ей огнестрельного проникающего повреждения задней поверхности шеи с повреждением тканей и органов шеи, учитывая его характер, исключена.

При получении огнестрельного повреждения Т.А была обращена к травмирующему элементу (пуле) задней поверхностью шеи, что не исключает того, что в момент получения ранения она могла находиться в вертикальном или близком к таковому положению тела (например, стояла) и была обращена задней поверхностью своего тела (задней поверхностью шеи) к дульному срезу огнестрельного оружия, при этом стрелявший (нападавший) мог быть обращен лицом к ее задней поверхности тела.

Согласно результатам судебно-токсикологического исследования внутренних органов от трупа Т.А, в крови и моче не найдены спирт этиловый и другие спирты; в желудке с содержимым не найдены спирты этиловый, метиловый, изопропиловый, пропиловый, изобутиловый, бутиловый, амиловый; в желудке с содержимым, печени, почке не найдены производные барбитуровой кислоты (в том числе барбамил и этаминал), эфедрин, его производные и метаболиты: морфин, кодеин, папаверин; производные 1,4-бензодиазепина, фенотиазина, пиразолона, салициловой и ацетилсалициловой кислот, а также димедрол и трамадол.

Выявленные повреждения капюшона и кокетки куртки, принадлежавшей Т.А, являются огнестрельными, о чем свидетельствуют дефекты ткани (минус-ткань).

Слепое проникающее ранение задней поверхности шеи Т.А. является огнестрельным, о чем свидетельствуют дефект мягких покровов шеи (минус-ткань), поясок осаднения и обнаружение огнестрельного снаряда - пули в конце раневого канала.

Отсутствие следов действия дополнительных факторов выстрела при визуальном и микроскопическом исследовании огнестрельных повреждений куртки и кожного лоскута и отсутствие данных об экспериментальном исследовании конкретно примененного образца огнестрельного оружия, снаряженного патронами той же партии, не позволяют в полной мере судить о конкретной дистанции выстрела, что, однако, с учетом данных контактнодиффузионного и спектрального исследований (обнаружение металлов копоти выстрела), не исключает возможность их образования при выстреле из ручного боевого огнестрельного оружия калибра 9 мм (например, ПМ, ПБ, АПС) на границе дистанций близкого и неблизкого выстрелов. Необходимо отметить, что метрические параметры дистанций близкого и неблизкого выстрелов ручного огнестрельного оружия калибра 9 мм, приведенного в качестве примера - ПМ, ПБ, или АПС, существенно отличаются (т. 2 л. 

<

...>);

заключением дополнительной комиссионной медицинской судебной экспертизы от 15.11.2018 № 307 пк, согласно которому на момент смерти Т.А была беременна плодом мужского пола при сроке, соответствующем 16 неделям беременности, что подтверждается произведенным ультразвуковым исследованием в РСЦ медицинской генетики и пренатальной диагностики г. Донецка от 29.09.2017, данными исследования ее трупа, первичного и повторного судебно-гистологического исследований (т. 2 л. д. 221-224);

заключением эксперта № 6192-93/2018 от 25.07.2018, согласно которому по результатам исследования гистоархива органов трупа Т.А (в том числе яичника, матки, плаценты, пуповины) получены данные, свидетельствующие о ее беременности (т. 2 л. д. 130-132);

заключением баллистической судебной экспертизы от 03.07.2018 № 1/586, согласно которому извлеченная из тела Т.А пуля калибра 9 мм является частью боеприпаса промышленного изготовления к нарезному огнестрельному оружию: пулей патрона калибра 9 мм (9х18) к пистолету «ПМ» (Пистолет ФИО6) и могла быть выстреляна как из пистолетов конструкции «ФИО6 (ПМ, ПММ)», «Иж-70», «ФИО4 (АПС)», «ПБ», «АПБ», так и из самодельного, переделанного, скомпонованного и другого заводского огнестрельного оружия, отображаемые следы от канала ствола которого аналогичны следам вышеуказанных пистолетов. Данная пуля была выстреляна из огнестрельного оружия соответствующего калибра (калибра 9 мм). Признаки рикошета на пуле отсутствуют. Данная пуля могла быть выстреляна из 9 мм самозарядного пистолета для бесшумной и беспламенной стрельбы «ПБ» (т. 2 л. д. 77-80);

заключением биологической судебной экспертизы от 05.07.2018 № 6/286, согласно которому на правом манжете и на застежке капюшона куртки обнаружены следы, содержащие пот, которые произошли от одного неизвестного лица женского генетического пола (т. 2 л. д. 89-97);

заключением молекулярно-генетической судебной экспертизы от 15.11.2018 № 403-2018, согласно которому из представленного на исследование гистоархива органов трупа Т.А были получены препараты суммарной клеточной ДНК, проведено их экспертное идентификационное исследование, и установлена женская половая принадлежность, получен частичный 13-локусный профиль ПДАФ хромосомной ДНК, представленный в данном заключении (т. 2 л. д. 174-201);

заключением биологической судебной экспертизы от 30.11.2018 № 6/552, согласно которому следы, содержащие пот, обнаруженные на правом манжете куртки и на застежке капюшона куртки, произошли от Т.А (т. 2 л. д. 232-234);

заключением дополнительной биологической судебной экспертизы от 29.12.2018 № 6/570, согласно которому на подкладке куртки обнаружены следы, содержащие кровь Т.А (т. 3 л. д. 16-26);

заключением биологической судебной экспертизы от 29.12.2018 № 6/568, согласно которому генетический профиль, полученный из биологической ткани (кожного лоскута), произошел от Т.А (т. 3 л. д. 45-55);

заключением фоноскопической судебной экспертизы от 07.11.2018 № 2/1245, согласно которому установлен текст дословного содержания фонограммы, зафиксированной в файле «К_20170930122941.wav» (на флеш-накопителе), обнаруженном на карте памяти сотового телефона, с дифференцированными и атрибутированными репликами участников коммуникации. В частности, установлено содержание телефонного разговора между Т.А и Ф.К, состоявшегося 30.09.2017 в 12:29:41, в ходе которого слышен звук, похожий на звук выстрела, после чего зафиксированы мужские и женские голоса, произносящие в том числе фразы, связанные с оказанием первой помощи Т.А (т. 2 л. д. 209-214);

заключением дополнительной фоноскопической судебной экспертизы от 27.12.2018 № 2/1434, согласно которым реплики лиц с мужским типом голоса, зафиксированные на вышеуказанной фонограмме для проведения идентификационных исследований по голосу и речи не пригодны. На фонограмме, содержащейся в файле «К_20170930122941.wav» на представленном флеш-накопителе, неситуационные изменения зафиксированной звуковой информации не выявлены (т. 3 л. д. 85-99);

протоколами выемок от 25.04.2018, от 02.06.2018 и от 16.06.2018, согласно которым в ТП МАПП «Матвеев-Курган» Таганрогской таможни (Ростовская область, Матвеево-Курганский район, с. Авило-Успенка) следователем СК России М.А. у следователя Генеральной прокуратуры ДНР Л.И. изъяты: уголовное дело № НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, возбужденное 16.10.2017 по факту убийства Т.А; вещественные доказательства (куртка зеленого цвета, мобильный телефон «Сигма» («Sigma»), пуля 9 мм, лоскут кожи с раной с задней поверхности шеи; копия акта судебно-медицинского исследования трупа № 191 от 28.11.2017), справка № 758 от 14.06.2018 городского наркологического диспансера г. Макеевки, справка № 44-5/7086 от 14.06.2018 психиатрической больницы № 1 г. Макеевка, гистологический архив трупа Т.А № 2658/2017 (т. 3, л. 

<

...> 143-149);

протоколом осмотра предметов (документов) от 24-30.10.2018, согласно которому были осмотрены предметы и документы, изъятые в ходе производства по настоящему делу, в том числе: 

пуля 9 мм, изъятая из трупа Т.А;

принадлежавший Т.А мобильный телефон «Сигма» («Sigma») в памяти которого был обнаружен аудиофайл «К_20170930122941.wav», содержащий аудиозапись телефонного разговора;

карта памяти «Apacer 32 Gb R85 micro SD», на которую осуществлена запись вышеуказанного аудиофайла;

куртка с капюшоном, армейского образца из плотной полусинтетической ткани с камуфляжным рисунком коричневого и различных оттенков зеленого цвета. Длина куртки от шва капюшона донизу вдоль срединной линии спинки 75 см, ширина в плечах 56 см, длина рукава по наружной поверхности 62 см. На изнаночной стороне в области шва капюшона и прилегающей части спинки определяются следы засохшего вещества красновато-коричневого цвета. Куртка застегивается на 6 пластмассовых зеленых пуговиц, 3 нижние пуговицы отсутствуют. На верхней поверхности капюшона в 5,6 см сзади от шва козырька и примерно 4 см влево от условной средней линии находится повреждение лицевого слоя округлой формы диаметром 7 мм, на подкладке описанному повреждению соответствует повреждение неправильной округлой формы диаметром 7 мм. На задней поверхности капюшона в 16,7 см кверху от шва между капюшоном и спинкой и примерно 2 см влево от условной срединной линии расположено повреждение лицевого слоя ткани округло-овальной формы размером 8х7 мм. На подкладке соответствующее повреждение расположено на 3,3 см выше, имеет неправильную округлую форму, размер 7х6 мм. На задней поверхности куртки непосредственно под швом между капюшоном и спинкой, в 2 см влево от срединного шва расположено повреждение ткани верха неправильной округлой формы размером 7х6 мм, на подкладке соответственно ему имеется повреждение округло-овальной формы размером 8х7 мм, вокруг повреждения на подкладке имеются следы засохшего вещества красновато-коричневого цвета;

копия акта судебно-медицинского исследования трупа Т.А № 191;

уголовное дело № НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, возбужденное следователем Генеральной прокуратуры ДНР Л.И по факту убийства Т.А (т. 4 л. д. 91-131).

Вышеперечисленные предметы и документы, приобщенные к делу в качестве вещественных доказательств, были осмотрены в ходе судебного разбирательства. В уголовном деле № НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН (т. т. 3, 4), возбужденном компетентными органами ДНР, судом исследованы следующие документы:

постановление о возбуждении уголовного дела от 16.10.2017;

рапорт о поступлении дежурному военной комендатуры № 2 02.10.2017 в 17:05 от оперативного дежурного в/ч НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН сообщения о поступлении в морг г. Дебальцево трупа Т.А с признаками насильственной смерти;

копия врачебного свидетельства о смерти № 198 от 02.10.2017, согласно которому причина смерти Т.А - огнестрельное пулевое ранение шеи с повреждением органов шеи, дата смерти 30.09.2017;

протоколы осмотров места происшествия от 02.10.2017 (с фототаблицами): кабинета № 8 заместителя командира 3 мсб Долженко, расположенного на первом этаже с тыльной стороны «Дома-интерната для граждан пожилого возраста и инвалидами с гериотрическим отделением», по адресу: 

<

...>, в котором изъята куртка зеленого цвета с повреждениями и пятнами бурого цвета; кабинета № 512 (комната Т.А), расположенного на пятом этаже с тыльной стороны того же здания, в котором изъят мобильный телефон «Сигма» («Sigma»), принадлежавший Т.А; 

копия военного билета № НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН на имя Т.А;

копии карт выездов скорой медицинской помощи от 30.09.2017: в 12:50 поступил вызов по адресу: ул. Санаторная, 5, для оказания помощи Т.А, повод к вызову - отек Квинке, прибытие на вызов в 13:05, констатирована клиническая смерть в 13:05, биологическая смерть в 13:35, при осмотре врачами пульс не прощупывается, дыхание отсутствует, правая половина лица увеличена, отечна, шея отечная, отмечается крепитация (хруст снега) до ключицы, изо рта отмечаются рвотные выделения коричневого цвета; в 13:10 поступил вызов по тому же адресу, для оказания помощи Т.А, прибытие на вызов в 13:35, биологическая смерть в 13:35 (до приезда скорой помощи), при осмотре врачами труп находится во дворе, на носилках на спине, со слов сослуживцев вышла во двор выпить кофе, внезапно упала;

протоколы осмотров места происшествия от 02.10.2017 - Дебальцевского отделения СМЭ, в котором осматривался труп Т.А. Изначально каких-либо повреждений не обнаружено. При дополнительном осмотре на трупе обнаружено повреждение: на задней поверхности шеи в нижней слева трети проекции 7 шейного – 1 грудного позвонков неправильно округлой формы рана с четкими неровными краями размерами 1,2 х 1 см ободком осаднена вокруг, шириной 0,1 см, с дефектом ткани в центре; обнаружен и изъят предмет, напоминающий пулю калибра 9 мм;

направление на судебно-медицинское исследование трупа Т.А от 02.10.2017;

постановление о назначении судебно-медицинской экспертизы трупа Т.А от 16.10.2017;

заключение эксперта № 191/6 от 28.11.2017, согласно которому при исследовании трупа Т.А обнаружено телесное повреждение: входная огнестрельная пулевая рана на задней поверхности шеи в проекции 7 шейного позвонка, от которого идет раневой канал практически в горизонтальном направлении сзади наперед и несколько слева направо с повреждением мягких тканей шеи, сквозным переломом 7 шейного позвонка, ранениями пищевода и щитовидного хряща гортани, и в мягких тканях шеи слепо заканчивается обнаружением пули. Данное повреждение является слепым огнестрельным пулевым ранением шеи, образовалось незадолго до наступления смерти от пробивного действия пули диаметром около 9 мм, выпущенной с близкой дистанции из огнестрельного оружия, и имеет признаки тяжких телесных повреждений, как опасных для жизни. 

Причиной смерти Т.А явилось вышеописанное огнестрельное пулевое слепое ранение шеи. Таким образом, имеется прямая причинная связь между полученным повреждением и наступлением смертельного исхода. 

В момент причинения данного повреждения потерпевшая располагалась задней поверхностью тела к лицу, производившему выстрел.

После причинения повреждения она не могла совершать какие-либо самостоятельные действия, смерть ее должна была наступить через короткий промежуток времени, исчисляемый минутами. Даже при своевременном оказании ей медицинской помощи вероятность остаться в живых маловероятна.

Все причиненные повреждения являются прижизненными.

Повреждений, характерных для борьбы или самообороны, при исследовании ее трупа не обнаружено.

На момент смерти Т.А была беременна плодом мужского пола в сроке, соответствующем 16 неделям беременности.

Учитывая степень развития трупных явлений, можно считать, что смерть Т.А наступила примерно за 1,5-2 суток до момента исследования трупа в судебно-медицинском морге.

При судебно-токсикологическом исследовании внутренних органов от трупа в крови и мочи не найден спирт этиловый и другие спирты; в желудке с содержимым не найден спирт этиловый, не найдены спирты: метиловый, изопропиловый, пропиловый, изобутиловый, бутиловый, амиловый; в желудке с содержимым, печени, почке не найдены производные барбитуровой кислоты (в том числе барбамил и этаминал), эфедрин, его производные и метаболиты; морфин, кодеин, папаверин, производные 1,4 – бензодиазепина, фенотиазина, пиразолона, салициловой и ацетилсалициловой кислот, а также димедрол, трамадол (акт № 7306 от 12.10.2017).

При судебно-медицинском криминалистическом исследовании на лоскуте кожи, иссеченном с задней поверхности шеи трупа, обнаружена огнестрельная пулевая входная рана, которая образовалась от пробивного действия пули диаметром около 9 мм. При визуальном, микроскопическом и спектральном изучении лоскута следов действия дополнительных факторов выстрела не обнаружено. При контактно-диффузном исследовании выявлены два точечных окрашивания темно-зеленого цвета, располагающиеся на удалении от просвета раны. Такой результат может свидетельствовать о действии пули, в состав которой входила медь, и о точечном отложении меди как основанного металла копоти выстрела. Таким образом, выстрел мог быть произведен с конечной зоны близкой дистанции (акт № МК-387 от 13.10.2017).

При судебно-иммунологическом исследовании жидкой крови от трупа выявлен антиген А (акт № 2488 от 12.10.2017);

заключение эксперта № МК-413 от 10.11.2017 по результатам производства медико-криминалистической судебной экспертизы, согласно которому на капюшоне куртки обнаружены три огнестрельные пулевые отверстия, образовавшиеся от пробивного и клиновидного действия одной пули при последовательном прохождении ее через складку материалов капюшона одномоментно с огнестрельным слепым пулевым ранением шеи Т.А. При этом верхнее повреждение на капюшоне возникло первым. При визуальном и микроскопическом изучении лицевой поверхности капюшона вокруг верхнего повреждения следов действия дополнительных факторов выстрела не обнаружено. При спектральном исследовании в области повреждения установлено наличие металлизации в составе кальция, железа, меди, свинца, стронция – на лицевой поверхности; меди, свинца и кадмия – на изнаночной поверхности. Качественный состав металлизации по краям повреждения на лицевой поверхности сходен с минеральным составом представленной пули по наличию железа, меди и свинца, по краям повреждения на изнаночной поверхности – по наличию меди и свинца. При контактно-диффузионном исследовании в области верхнего повреждения на капюшоне получены отложения меди по его краям в виде пояска металлизации. Размер этого пояска соответствует диаметру пули порядка 9 мм. Следовательно, пулевые отверстия на капюшоне куртки, по всей видимости, образовались от действия пули, представленной на экспертизу, поскольку она была извлечена из тела трупа Т.А. Кроме того, на контактограммах лицевой поверхности капюшона выявлены точечные отложения меди как основанного металла копоти выстрела. Наличие данных отложений позволяет говорить, что выстрел был произведен с конечной зоны близкой дистанции. Наличие точечных отложений меди на изнаночной стороне капюшона является результатом «разбрызгивания» металла оболочки пули (феномен ФИО7). Судить о метрических показателях расстояния выстрела не представляется возможным без экспериментального исследования конкретного образца огнестрельного оружия и аналогично снаряженных боеприпасов к нему. Локализация повреждений на капюшоне куртки и слепого огнестрельного ранения в теле указывают на то, что Т.А в момент выстрела была обращена к стрелявшему задней поверхностью тела. По характеру повреждений судить о позе потерпевшей в момент выстрела невозможно. Кроме огнестрельных пулевых отверстий на куртке обнаружены отрывы трех нижних пуговиц, которые могли образоваться при натяжении нижней части передней поверхности застегнутой куртки. Повреждений и следов, которые свидетельствовали бы о возможном волочении тела, на куртке не обнаружено;

заключение эксперта № 548 от 11.12.2017, согласно которому пуля, изъятая из трупа Т.А 02.10.2017, является составной частью пистолетного патрона калибра 9х18 мм, т. е. штатного боеприпаса к нарезному боевому огнестрельному оружию калибра 9х18 мм (пистолетам ФИО6 (ПМ), пистолетам ФИО4 (АПС и др.), к категории боеприпасов не относится. Пуля стреляна в нарезном огнестрельном оружии с четырьмя нарезами правого направления в канале ствола, калибра 9х18 мм (пистолет ПМ, АПС и др.);

постановление от 16.10.2017 о привлечении ФИО4 в качестве обвиняемого по ч. 1 ст. 106 УК ДНР;

постановление от 25.10.2017 об избрании ФИО4 меры пресечения в виде заключения под стражу и об объявлении его в розыск;

постановление о признании и приобщении к делу вещественных доказательств: куртки зеленого цвета, мобильного телефона «Sigma», пули 9 мм, кожного лоскута с раной с задней поверхности шеи трупа Т.А.

Также судом исследованы:

аудиозапись происходившего 30.09.2017 телефонного разговора между Т.А и Ф.К, содержащаяся в аудиофайле «К_20170930122941.wav». Из содержания аудиозаписи следует, что в ходе общения по телефону указанных лиц раздается звук, похожий на выстрел, после чего зафиксированы мужские и женские голоса, произносящие в том числе фразы, связанные с оказанием первой помощи Т.А;

видеозапись «Комбат Мачете пистолет бесшумной стрельбы», размещенная на видеохостинге «Ютюб» (“YouTube”) по электронному адресу ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА (продолжительностью 2 минуты 17 секунд), на которой ФИО2 демонстрирует пистолет ПБ и боеприпасы к нему, дает пояснения, касающиеся назначения данного пистолета, его конструктивных особенностей, используемых боеприпасов.

Проанализировав представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу, что вина ФИО2 в совершении преступления полностью доказана и подтверждена достаточной совокупностью приведенных выше доказательств, которые суд находит относимыми, допустимыми и достоверными.

Довод ФИО2 о его неправомерном задержании сотрудниками правоохранительных органов Российской Федерации проверен судом и не находит своего подтверждения. 

Из показаний ФИО2 следует, что он фактически нелегально перемещался с территории России на территорию ДНР и обратно. 25.03.2018, когда он находился в г. Макеевка, он был окружен вооруженными людьми под командованием Г.О., после чего был принудительно вывезен на территорию России. 

Однако данные показания подсудимого (в том числе в части указанной даты) не соответствуют обстоятельствам, установленным в ходе судебного разбирательства, согласно которым в момент его задержания ФИО2 находился на территории Российской Федерации.

Свидетель Г.О. не подтвердил показания ФИО2 в этой части.

Сообщенные свидетелями Б.И., Ф.О., И.А., И.Е. (знакомыми ФИО2) сведения о том, что в феврале (по показаниям некоторых в марте) 2018 года ФИО2 находился в ДНР, проживал в оборудованном им для этой цели помещении АЗС, после чего Г.О., а также некие вооруженные люди разоружили его, не подтверждают версию ФИО2 о его похищении и принудительном доставлении на территорию Российской Федерации, после чего он якобы был передан сотрудникам правоохранительным органам Российской Федерации, а также не влияют на доказанность факта нахождения ФИО2 на момент его задержания на территории Российской Федерации.

Так, из показаний допрошенных свидетелей (Д.Д., К.А., В.М., К.А.А. и др.), а также самого ФИО2 следует, что после гибели Т.А. 30.09.2017 он выехал на территорию Российской Федерации, где проживал несколько месяцев, свободно передвигался по территории Российской Федерации, проживал в различных ее городах.

Согласно сведениям, полученным из МГБ ДНР, гражданин Украины ФИО2 30.09.2017 в 17:17 пересек государственную границу ДНР в КПП «Успенка» в направлении «выезд» (т. 4 л. д. 62). 

Эта информация подтверждается сведениями, предоставленными управлением по вопросам миграции ГУ МВД России по Ростовской области, из которых следует, что ФИО2 30.09.2017 прибыл на территорию Российской Федерации, после чего сведений о его выезде из Российской Федерации не имеется (т. 5 л. 

<

...>).

Пребывание ФИО2 с 30.09.2017 на территории Российской Федерации подтверждается, кроме того, постановлением от 19.02.2018 о привлечении ФИО2 к административной ответственности на ее территории в этот период времени (т. 5 л. д. 99). 

Согласно сведениям, полученным из пограничного управления УФСБ России по Ростовской области, по результатам проведенной проверки обстоятельств пересечении ФИО2 Государственной границы Российской Федерации вынесено постановление об отказе в возбуждении него уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 322 УК РФ, на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Допрошенный в качестве свидетеля следователь Генеральной прокуратуры ДНР Л.И. показал, что на основании поступивших ему материалов по факту убийства Т.А. им было возбуждено уголовное дело в отношении ФИО2 по ч. 1 ст. 106 УК ДНР. В связи с тем, что ФИО2 скрылся, он был объявлен им в розыск. 

Материалы уголовного дела, возбужденного в отношении ФИО2 правоохранительными органами ДНР, подтверждают, что 25.10.2017 он был объявлен в розыск, так как его местонахождение на территории ДНР установлено не было.

Как следует из материалов дела, уголовное дело по факту лишения жизни гражданина Российской Федерации Т.А. было возбуждено компетентными органами Российской Федерации 07.03.2018 (т. 1 л. д. 1). В связи с установлением причастности ФИО2 к ее убийству следователем СК России М.А. было принято решение о задержании ФИО2 и об объявлении его в розыск (постановления от 04.04.2018 и 05.04.2018, т. 4 л. 

<

...>), после чего в ходе проведения сотрудниками уголовного розыска ГУ МВД России по Ростовской области комплекса оперативно-розыскных мероприятий была получена информация о местонахождении ФИО2, и он был задержан 07.04.2018 (т. 4 л. д. 170).

Допрошенные в судебном заседании в качестве свидетелей К.Ю. и Д.А. (оперуполномоченные УУР ГУ МВД России по Ростовской области) показали, что в рамках расследуемого седьмым СУ ГСУ СК России уголовным делом в отношении ФИО2 ими была получена оперативная информация о том, что последний находится на территории Ростовской области и намерен скрыться на территории Республики Украина, в связи с чем 07.04.2018 они выехали в г. Донецк Ростовской области, где обнаружили ФИО2, произвели его задержание вблизи Государственной границы Российской Федерации и впоследствии доставили его в г. Ростов-на-Дону следователю М.А. В момент задержания ФИО2 не находился в сопровождении каких-либо лиц, передвигался свободно и самостоятельно. О том, что он был принудительно доставлен на территорию Российской Федерации из иностранного государства, ФИО2 им не сообщал.

Из протокола задержания ФИО2 от 07.04.2018 следует, что данное процессуальное действие производилось с участием защитника, после разъяснения ФИО2 прав, предусмотренных ст. 51 Конституции РФ, ст. 46 УПК РФ, а также существа подозрения. ФИО2 указал, что согласен с задержанием. Данный протокол собственноручно подписан ФИО2, при этом от него либо его защитника каких-либо жалоб или заявлений, в том числе по поводу правомерности его задержания, не поступило. Данный протокол соответствует требованиям ст. ст. 91, 92, 166 УПК РФ. О задержании ФИО2 был уведомлен генеральный консул Украины в г. Ростове-на-Дону (т. 4 л. 

<

...>).

Вышеуказанные обстоятельства, связанные с производством по уголовному делу в отношении ФИО2, его задержанием, доставлением и составлением связанных с этим процессуальных документов подтвердил допрошенный в судебном заседании следователь СК России М.А., который указал, что после доставления ему ФИО2 от последнего жалоб на неправомерные действия сотрудников правоохранительных органов Российской Федерации, связанные с его задержанием, не поступало.

Согласно имеющемуся в деле сообщению ФИО2 был доставлен 07.04.2018 в ИВС ГУ МВД России по Ростовской области, при поступлении письменных жалоб и заявлений не имел, о чем свидетельствует его собственноручная подпись в журнале медицинского осмотра, при осмотре видимых телесных повреждений у ФИО2 не обнаружено (т. 5 л. д. 25).

Таким образом, судом установлено, что на момент его задержания ФИО2 находился на территории Российской Федерации, в то время как отношении него органом производства предварительного расследования Российской Федерации велось производство по уголовному делу, возбужденному по факту смерти Т.А.

Доводы стороны защиты, фактически касающиеся недопустимости собранных по делу доказательств на том основании, что они получены с нарушением требований уголовно-процессуального закона (ст. 75, ст. 455 УПК РФ), на территории иностранного государства его должностными лицами и переданы на территорию Российской Федерации в нарушение установленного порядка, являются необоснованными.

Судом установлено, что приобщенные в ходе расследования настоящего дела процессуальные и иные документы составлены уполномоченными должностными лицами, в рамках предоставленной им компетенции, на русском языке, содержащаяся в них информация относится к исследуемым судом обстоятельствам. 

Допрошенные судом следователи ФИО8 подтвердили, что в рамках предоставленных им законодательством ДНР полномочий они производили следственные и иные процессуальные действия по уголовному делу, возбужденному органами правопорядка ДНР в отношении ФИО2 по факту убийства Т.А. Указанные лица подтвердили, что ими составлялись имеющиеся в материалах дела протоколы следственных действий, дали пояснения относительно обстоятельств их составления, а также подтвердили правильность изложения информации в этих документах.

В частности, следователь Д.Е. пояснил, что первичный осмотр трупа Т.А. производился им 02.10.2017 в Дебальцевском БСМЭ без участия судмедэксперта (протокол составлен с 10:40 до 11:20), в связи с чем огнестрельное ранение у Т.А. изначально им не было установлено, поскольку данный осмотр был поверхностным, в то время как указанное ранение не носило явного характера. После того как в этот же день он направил труп Т.А. на судебно-медицинское исследование, судмедэкспертом Л.Е. на трупе было обнаружено огнестрельное ранение, что подтверждено актом № 191 (исследование начато в 13:30), в связи с чем он прибыл в Дебальцевское БСМЭ, и с участием Л.Е. повторно осмотрел труп, в ходе осмотра данным судмедэкспертом в шее трупа была обнаружена и извлечена пуля калибра 9 мм (данный протокол составлен с 14:00 до 15:00), которая судмедэкспертом была помещена в стеклянный флакон. Изъятие указанной пули и приобщение ее к материалам дела было оформлено им (Д.Е.) в тот же день соответствующим протоколом (т. 3 л. д. 133,-139, 237, 238, 239, 240).

Следователь В.А. пояснила, что 02.10.2017 с участием Д.Д. производила осмотры помещений здания, в котором дислоцировался 3 мсб, и в ходе осмотров ею были изъяты: куртка Т.А., имевшая сквозные повреждения и следы вещества бурого цвета, похожего на кровь, а в комнате, где проживала Т.А. – принадлежавший последней мобильный телефон «Сигма» в корпусе оранжевого цвета. Указанные следственные действия были оформлены ею соответствующими протоколами, а изъятые в ходе осмотров предметы приобщены ею к материалам дела (т. 3 л. 

<

...>).

Следователь Л.И. показал, что после обнаружения ФИО2 на территории Российской Федерации и его задержания сотрудниками правоохранительных органов Российской Федерации, он по указанию вышестоящего руководства, находясь в пункте таможенного пропуска «Матвеево-Курган – Успенка», передал следователю СК России М.А. уголовное дело в отношении ФИО2, содержащее доказательства причастности последнего к лишению жизни Т.А. (в том числе собранные по делу документы, протоколы следственных и иных процессуальных действий, а также вещественные доказательства: куртку и телефон Т.А, изъятую из ее трупа пулю, кожный лоскут, гистологический архив ее трупа). 

Факт передачи указанных документов и предметов подтверждается составленными при этом процессуальными документами: постановлениями о производстве выемок, протоколами выемок, актами приемки-передачи, подписанными следователями М.А. и Л.И. (т. 3 л. 

<

...> 121, 122, 123-124, 125-132, 140, 141-142, 149, 150).

Данные документы и предметы правомерно, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона Российской Федерации, осмотрены и приобщены следователем СК России М.А. в качестве вещественных доказательств к материалам уголовного дела, возбужденного им в отношении ФИО2 (т. 4 л. 

<

...>), после чего им были произведены необходимые следственные действия, в том числе назначены и проведены экспертизы, допрошены свидетели, в числе которых ряд граждан ДНР, выполнены иные необходимые процессуальные действия. 

Составленные в ходе производства по делу, возбужденному в отношении ФИО2 органом производства предварительного расследования Российской Федерации, протоколы следственных и иных процессуальных действий, заключения проведенных по делу экспертиз соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона.

Полученные в ходе производства по делу органом производства предварительного расследования Российской Федерации доказательства существенных противоречий, влияющих на обоснованность предъявленного ФИО2 обвинения и доказанность его вины в совершении преступления, не имеют, а также не противоречат данным, содержащимся в материалах, предоставленного органами следствия ДНР.

Довод стороны защиты о том, что исследованная в ходе судебного следствия аудиозапись телефонного разговора Т.А. и Ф.К. могла быть создана путем монтажа, при помощи компиляции звучащих на ней реплик коммуникантов, является явно необоснованным и носит характер предположения.

То обстоятельство, что фоноскопические экспертизы по настоящему делу проводились не по первоисточнику записи, а по представленной копии аудиофайла телефонного разговора между Ф.К. и Т.А., обнаруженного в памяти мобильного телефона последней, не свидетельствует о монтаже записи.

Проведенными по делу фоноскопическими экспертизами №№ 2/1245 и 2/1434 установлено дословное содержание данной аудиозаписи, при этом неситуационных изменений зафиксированной звуковой информации не выявлено. Данные заключения экспертов соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, составлены компетентными, квалифицированными специалистами, имеющими длительный стаж работы в экспертном учреждении, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения эксперта. Экспертизы проведены достаточно полно, неясностей либо противоречий не содержат. Сведений, каким-либо образом порочащих экспертные заключения, равно как оснований сомневаться в правильности их выводов у суда, не имеется.

Кроме того, является общеизвестным, что в отличие от бумажного документа электронный документ (файл) жестко не связан с носителем информации. Файл может быть скопирован сколь угодно много раз без отличий от исходного файла. При этом переданный и сохраняемый файл равнозначен подлиннику, то есть исходному документу.

В данном случае для суда определяющим и решающим фактором является представление суду файла, равнозначного созданному изначально. 

Выводы экспертизы № 2/1434 свидетельствуют о том, что каких-либо изменений содержания фонограммы не осуществлялось. 

О том, что содержание аудиозаписи полностью соответствует содержанию телефонного разговора с Т.А., состоявшегося 30.09.2017, подтвердила свидетель Ф.К., которая является непосредственным участником данного разговора События и действия, зафиксированные на аудиозаписи, их очередность и последовательность, полностью соответствуют обстоятельствам, о которых указывали допрошенные свидетели С.И., Д.Д., принимавшие непосредственное участие в исследуемых событиях.

С учетом вышеизложенных выводов фоноскопических экспертиз и совокупности других исследованных материалов дела у суда не имеется оснований сомневаться в допустимости, относимости и достоверности указанного аудиофайла.

Показания ФИО2 о его непричастности к лишению жизни Т.А. суд оценивает критически, находит их недостоверными, преследующими цель избежать уголовной ответственности.

Как установлено судом, в период исследуемых событий у ФИО2 имелся как штатный пистолет ПМ, так и личный пистолет ПБ, не являющийся штатным оружием, который ФИО2 постоянно носил при себе в набедренной кобуре на правой ноге, в том числе и 30.09.2017, о чем указали допрошенные свидетели и не отрицается самим подсудимым.

Как следует из заключения баллистической экспертизы № 1/586, извлеченная из трупа Т.А. пуля является частью патрона калибра 9 мм (9х18) к нарезному огнестрельному оружию, в том числе такого, как ПМ или ПБ, и была выстреляна из огнестрельного оружия соответствующего калибра. Выводы данной экспертизы подтвердил допрошенный судом эксперт С.А.

Содержание вышеуказанной аудиозаписи, на которой в ходе телефонного разговора Т.А. с Ф.К. слышен звук, похожий на выстрел, согласуется с показаниями свидетеля С.И. о том, что он слышал, как Т.А. разговаривала по мобильному телефону, в ходе чего раздался звук, схожий с выстрелом.

Из показаний свидетеля С.И. следует, что, услышав данный звук, он сразу же выглянул в коридор, где увидел падающую Т.А., а также стоящего за ней ФИО2, держащего в правой руке на уровне груди пистолет, направив его в сторону Т.А., причем никого из других лиц в коридоре не было, а длина коридора исключала возможность иного лица быстро покинуть его. Следует отметить, что ФИО2 подтвердил, что в момент, когда он увидел Т.А., никого больше в коридоре не было.

ФИО9 уверенно подтвердили, что звучащая на аудиозаписи непосредственно после звука, похожего на выстрел, реплика нецензурного содержания принадлежит ФИО2, и данное обстоятельство не вызывает сомнений и у суда. Это подтверждает присутствие ФИО2 в момент выстрела в непосредственной близости от Т.А.

Суд также обращает внимание на показания свидетеля Д.Д., который показал, что ФИО2 зашел в его комнату и сообщил ему, что «Н умирает», что также свидетельствует о том, что ФИО2 было известно об истинной причине случившегося с Т.А.

Анализ вышеизложенных обстоятельств в их совокупности позволяет суду сделать вывод о том, что на аудиозаписи зафиксирован именно звук выстрела. Поскольку из показаний допрошенных лиц, установленной обстановки следует, что в данный момент за исключением ФИО12 иные лица в коридоре первого этажа места дислокации 3 мсб отсутствовали, а оружие под боеприпасы калибра 9 мм в тот момент имелось только у ФИО2, у суда не имеется сомнений, что данный выстрел был произведен именно ФИО2

Доводы стороны защиты о том, что причиной смерти Т.А. могла стать аллергическая реакция, что нашло отражение в картах вызова скорой медицинской помощи, либо могла наступить в результате медицинских манипуляций в виде инъекций являются несостоятельными и опровергаются проведенными по делу судебными медицинскими экспертизами трупа Т.А., из которых следует, что причиной ее смерти является огнестрельное ранение. Информация, зафиксированная в картах вызовов бригад скорой медицинской помощи, касающаяся медицинских данных, полученных в ходе оказания Т.А. скорой помощи, носит первичный характер и не имеет в настоящем случае доказательственного значения, так как бригадами скорой помощи полное обследование Т.А. на предмет причины наступления ее смерти не производилось.

Обнаруженное у Т.А. огнестрельное ранение соответствует сквозным повреждениям ткани и следам крови, зафиксированным на куртке, надетой на Т.А. в момент выстрела. 

Как пояснил допрошенный судом эксперт Б.А., производивший судебную медицинскую экспертизу трупа Т.А., ему для производства экспертизы в распоряжение был представлен достаточный биологический материал Т.А., ее куртка, а также были представлены достаточные исходные медицинские данные для проведения экспертизы и дачи объективного заключения. Б.А. показал, что частички одежды, в которую была одета Т.А., при прохождении пули через куртку и в последующем при попадании в ее тело были либо слишком малы, что не привлекли к себе внимания, либо могли вымыться кровью. Также данный эксперт пояснил, что характер обнаруженного у Т.А. ранения не предполагает обязательного сопутствующего обильного кровотечения, поскольку в структуре строения человеческой шеи много клетчатки, которая способна задерживать кровь, накапливая ее внутри раны и препятствуя обильному истечению крови.

Переходя к вопросу о наличии умысла в действиях ФИО2, связанных с лишением жизни Т.А., суд приходит к выводу, что его действия носили умышленный характер, и, совершая их, он осознавал их общественную опасность, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий и желал их наступления, то есть действовал с прямым умыслом.

Об этом в частности, свидетельствуют: взаиморасположение ФИО12 в момент посягательства, дистанция выстрела (по показаниям С.И. – примерно 5-6 м, что подтверждается выводом заключения баллистической экспертизы о дистанции производства выстрела), использование ФИО10 огнестрельного оружия при совершении посягательства, локализация обнаруженного у Т.А. телесного повреждения, его характер, в том числе произведение ФИО2 выстрела в жизненно важный орган, в заднюю часть шеи.

По показаниям ряда свидетелей, ФИО12 были примерно одного роста, к тому же, в момент смерти Т.А. была обута в обувь (берцы), имеющие уплотненную подошву, находилась в положении стоя, так как в момент посягательства шла по коридору. Обнаруженное у нее огнестрельное ранение, согласно заключению судебной медицинской экспертизы, имеет горизонтальное направление сзади наперед и несколько слева направо. Это свидетельствует о том, что выстрел был произведен ФИО2 при поднятии им огнестрельного оружия на уровень шеи Т.А., что в свою очередь свидетельствует о прицельном и целенаправленном характере выстрела и одновременно опровергает возможность случайного выстрела и, как следствие, случайного причинения указанного телесного повреждения. Указанные обстоятельства не противоречат показаниям С.И., наблюдавшего расположение ФИО2 относительно Т.А., а также его позу в момент непосредственно после производства выстрела.

Последующие действия ФИО2, связанные с избавлением от огнестрельного оружия, из которого был произведен выстрел, а также связанные с его спешным убытием из расположения 3 мсб, прибытием в тот же день на территорию Российской Федерации и последующим нахождением на ее территории на протяжении нескольких месяцев обнаруживают его причастность к совершению преступления, свидетельствуют о том, что он понимал, что его действия носили противоправный характер, и пытался избежать уголовной ответственности.

Решая вопрос о квалификации действий ФИО2, суд находит доказанным, что в момент посягательства он осознавал, что находится в общественном месте – коридоре 1 этажа здания, в котором дислоцировался 3 мсб, при этом в коридоре постоянно находился дневальный, на данном этаже имеются кабинеты, в том числе используемые военнослужащими для постоянного проживания, в которых на момент посягательства находились другие люди. Посягательство ФИО2 было совершено в дневное время. Выстрел был произведен им в спину безоружной Т.А., которая направлялась к выходу из здания и никакой угрозы для ФИО2 не представляла.

Судом также установлено, что у ФИО12 не имелось конфликтов, неприязненных отношений, предшествующих совершению преступления, они старались избегать общения друг с другом, в связи с чем суд приходит к выводу о беспричинном лишении ФИО2 жизни потерпевшей. 

По показаниям ряда допрошенных свидетелей (Г.О., К.А.А., Д.Д., К.А.) ФИО2 до такой степени было свойственно направлять оружие на других людей, в том числе безоружных, а также производить выстрелы над их головами с целью напугать их, что многими это воспринималось как его характерная черта.

Вышеуказанные обстоятельства в их совокупности (а именно: место, время, обстановка, беспричинное причинение вреда жизни и здоровью потерпевшей, поведение ФИО2), позволяют характеризовать действия подсудимого как совершенные на почве явного неуважения к обществу и общепринятым нормам морали и поведения, являлись открытым вызовом общественному порядку и были обусловлены желанием противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное отношение к ним, в связи с чем признак совершения преступления из хулиганских побуждений находит подтверждение.

Допрошенные в судебном заседании свидетели показали, что Т.А. проживала совместно с К.А., была беременна от него, факт своей беременности ни от кого не скрывала, о ее беременности было широко известно всем военнослужащим 3 мсб, в том числе ФИО2, который выполнял в батальоне командные функции. С 18 по 27 июля 2017 года Т.А. находилась на стационарном лечении в гинекологическом отделении, для этого отпрашивалась у ФИО2, за сутки до посягательства на нее ездила в г. Донецк, где проходила УЗИ.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что ФИО2 в момент посягательства на жизнь Т.А. достоверно было известно о том, что она беременна, и потерпевшая в действительности была беременной, о чем свидетельствуют результаты проведенных по делу экспертиз.

Таким образом, содеянное ФИО2 суд квалифицирует по п. п. «г», «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ – как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности, из хулиганских побуждений.

ФИО2 на учете у психиатра либо нарколога не состоит (т. 3 л. 

<

...>, т. 5 л. 

<

...>).

В соответствии с заключением от 19.11.2018 № 670 медицинской комиссии по наркологическому освидетельствованию ФИО2 страдает синдромом зависимости вследствие употребления алкоголя, нуждается в лечении, которое не противопоказано, наркоманией не страдает (т. 2 л. д. 166).

Согласно заключению комплексной судебной психолого-психиатрической комиссии экспертов № 2755 от 01.08.2018 ФИО2 страдал в период инкриминируемого ему деяния и страдает в настоящее время психическим расстройством в форме: «Синдром зависимости от алкоголя средней (второй) стадии, в настоящее время воздержание (ремиссия)» (F10.202 по МКБ-10). Данный вывод подтверждается анамнестическими данными, указывающими на систематическое употребление алкоголя в течение многих лег и формирование у ФИО2 клинических признаков алкоголизма. После проведенного в январе 2017 года лечения в наркологической клинике у ФИО2 сформировалось состояние ремиссии к алкоголю, сформировался стереотип социальноприемлемого поведения и установки на «трезвый» образ жизни. В ходе экспертизы у ФИО2 выявлены сохранность процессов восприятия, мышления и памяти. У него нет интеллектуального снижения, нет признаков истощаемости психической деятельности, нет болезненных нарушений в волевой сфере, нет психотических расстройств, полностью сохранны критические и прогностические способности. Личностные особенности ФИО2 не выходят за рамки диапазона психофизиологической нормы и не нарушают его адаптационных способностей, он способен произвольно и осознанно изменять свое поведение в зависимости от окружающих условий. Комиссия пришла к выводу, что ФИО2 в период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, в состоянии временного психического расстройства не находился, у него не отмечалось признаков нарушенного сознания, в поведении и высказываниях не было признаков галлюцинаторных расстройств, мотив к совершению правонарушения не носил бредового уровня, действия носили упорядоченный характер и разворачивались в течение длительного периода времени, у него сохранялась способность изменять свое поведение адекватно меняющимся условиям окружающей обстановки. По своему психическому состоянию ФИО2 как в период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, так и в настоящее время мог и может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, а так же руководить ими. По своему психическому состоянию в настоящее время ФИО2 может понимать характер и значение уголовного производства (сущность процессуальных действий и получаемых посредством их судопроизводства доказательств) и своего процессуального положения (содержание своих процессуальных прав и обязанностей), способен к самостоятельному совершению действий, направленных на реализацию указанных прав и обязанностей. В применении принудительных мер медицинского характера ФИО2 не нуждается (т. 2 л. д. 156-158).

Оснований сомневаться в правильности выводов данного заключения экспертизы у суда не имеется, так как оно соответствует требованиям закона, составлено компетентными, квалифицированными специалистами, имеющими длительный стаж работы в экспертном учреждении, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения эксперта. Экспертиза проведена достаточно полно, неясностей либо противоречий не содержит. Сведений, каким-либо образом порочащих экспертное заключение, не имеется, поэтому оснований для дополнительного исследования психического состояния подсудимого также не имеется.

Поведение ФИО2 в судебном заседании также не дает оснований сомневаться в его вменяемости. В ходе всего производства по делу он довольно активно и грамотно осуществлял свою защиту, придерживался избранной им линии защиты в зависимости от складывающейся следственной и судебной ситуации, активно использовал предоставленные законом процессуальные права, адекватно отвечал на поставленные вопросы. 

При таких обстоятельствах у суда нет оснований сомневаться в состоянии психического здоровья ФИО2, поэтому суд признает его вменяемым как в настоящее время, так и в период совершения им преступления, в связи с чем он может нести уголовную ответственность за совершенные деяния.

При назначении ФИО2 наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, а также данные о его личности и влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

В качестве данных о личности ФИО2 суд принимает во внимание, что он женат, характеризуется положительно (в том числе допрошенными в судебном заседании свидетелями Д.Д., К.С., Б.И., Ф.О., И.А., И.Е.), учитывает иные данные о личности ФИО2 (т. 3 л. 

<

...> т. 4 л. 

<

...>, т. 5 л. 

<

...>, 23, 32, 33, 35, 37-47, 51-55).

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2, суд признает наличие у него двоих малолетних детей (п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ), а также то, что он впервые привлекается к уголовной ответственности.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО2, судом признается совершение преступления с использованием оружия (п. «к» ч. 1 ст. 63 УК РФ), так как в ходе судебного разбирательства нашло подтверждение, что ФИО2 для лишения жизни Т.А. использовал неустановленное нарезное боевое огнестрельное оружие калибра 9 мм.

Суд не усматривает в действиях ФИО2 отягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «л» ч. 1 ст. 63 УК РФ, – совершение преступления в условиях вооруженного конфликта.

Исходя из критериев назначения наказания, предусмотренных ст. ст. 43, 60 УК РФ, основываясь на принципах справедливости и соразмерности наказания тяжести содеянного, принимая во внимание конкретные обстоятельства совершения преступления, суд приходит к выводу, что исправление ФИО2 возможно только при условии назначения ему наказания в виде лишения свободы.

В силу ч. 6 ст. 53 УК РФ дополнительное наказание в виде ограничения свободы ФИО2 не назначается.

С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления, степени его общественной опасности, данных о личности подсудимого, суд не находит оснований для назначения ФИО2 наказания с применением положений ч. 6 ст. 15 и ст. 64 УК РФ.

В соответствии со ст. 58 ч. 1 п. «в» УК РФ ФИО2 должен отбывать наказание в исправительной колонии строгого режима.

По настоящему уголовному делу потерпевшим Д.А. заявлен гражданский иск о взыскании в его пользу с подсудимого в качестве компенсации морального вреда 200000 рублей, который был поддержан государственным обвинением. 

Суд приходит к убеждению, что потерпевший, безусловно, претерпел нравственные и физические страдания в результате потери своего близкого родственника. Принимая во внимание материальное положение подсудимого, его возраст, в том числе то, что он является трудоспособным лицом, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, суд считает необходимым удовлетворить иск в полном объеме.

Вещественными доказательствами надлежит распорядиться в соответствии с положениями ст. 81, ст. 82 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. п. «г», «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 13 (тринадцать) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО2 оставить прежней - заключение под стражу. 

Срок отбывания ФИО2 наказания исчислять с 16 апреля 2019 года. Время содержания ФИО2 под стражей с 07 апреля 2018 года до вступления настоящего приговора в законную силу зачесть в срок отбывания им наказания с учетом положения п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ.

Гражданский иск потерпевшего Д.А. удовлетворить. 

Взыскать с осужденного ФИО2 в пользу потерпевшего Д.А 200000 рублей в качестве компенсации морального вреда.

По вступлении настоящего приговора в законную силу вещественные доказательства: 

акт судебно-медицинского исследования трупа Т.А. № 191, уголовное дело № НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, возбужденное Генеральной прокуратурой ДНР по факту убийства Т.А., карту памяти «Apacer 32 Gb R85 micro SD» (т. 3 л. д. 133-139, т. 4 л. д. 132-134) - хранить в материалах настоящего дела;

пулю 9 мм, лоскут кожи, куртку Т.А., гистологический архив № 2658/2017 от трупа Т.А. (т. 4 л. д. 132-134) - уничтожить;

мобильный телефон «Сигма» («Sigma») (т. 4 л. д. 132-134) - вернуть потерпевшему Д.А.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным - в тот же срок с момента вручения ему копии приговора. 

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий 

Судьи