№ 1-110/2018

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г.Заринск 28 сентября 2018 года

Заринский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего Казаниной А.С.,

при секретарях Хазиевой О.А., Шульгиной А.О., Макулиной А.В.,

с участием государственных обвинителей - прокурора г.Заринска Лаптева О.В., помощника прокурора г.Заринска Савиной Н.А.,

потерпевшей ПВА.,

подсудимой ФИО1,

защитника – адвоката Чуб Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, родившейся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> края, гражданки РФ, с основным общим образованием, невоеннообязанной, состоящей в зарегистрированном браке, несовершеннолетних детей и иных иждивенцев не имеющей, зарегистрированной и проживающей по 

<

адрес> края, официально не трудоустроенной, судимой:

- 04 августа 2005 года Заринским городским судом Алтайского края по ч.1 ст.105 УК РФ к 9 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима; освобожденной 22 марта 2012 года по постановлению Цивильского районного суда Республики Чувашия от 11 марта 2012 года условно-досрочно на 2 года 1 месяц 9 дней;

- обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 Уголовного кодекса Российской Федерации, содержащейся под стражей по настоящему делу с 11 марта 2018 года,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершила умышленное преступление при следующих обстоятельствах.

В период с 12 часов 00 минут до 14 часов 40 минут 11 марта 2018 года ПКА и ФИО1 находились в квартире по 

<

адрес> края, где распивали спиртные напитки, когда у ФИО1 на фоне ссоры, инициатором и основным конфликтующим лицом которой выступил ПКА ввиду внезапно сформировавшихся в связи с этим личных неприязненных отношений к ПКА возник преступный умысел на убийство последнего. Реализуя преступные намерения, в вышеобозначенный период времени в указанном месте, ФИО1 будучи в состоянии алкогольного опьянения, осознавая общественно опасный и противоправный характер своих действий, предвидя наступление общественно опасных последствий в виде наступления смерти ПКА и, желая этого, нанесла имевшимся у нее ножом не менее одного удара в область шеи и туловища ПКА

Своими умышленными преступными действиями ФИО1 причинила ПКА телесные повреждения: колото-резаную рану в проекции средней трети левой ключицы; кровоизлияние в мягкие ткани на передней поверхности грудной клетки слева, в проекции левой ключицы с переходом по средне-ключичной линии до уровня 1-го ребра; повреждение левой грудинно-ключично-сосцевидной мышцы с наличием кровоизлияния в мышцу; кровоизлияние в мягкие ткани и мышцы по передней поверхности шеи в нижней трети; повреждение правой плечеголовной вены, с кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани; повреждение плечеголовного ствола, с кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани; повреждение пристеночной плевры справа с наличием кровоизлияния в пристеночную плевру вокруг повреждения, наличие крови в правой плевральной полости - 2250 мл, - которые причинили в совокупности тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоят в прямой причинной связи со смертельным исходом.

Смерть ПКА наступила на месте происшествия в вышеобозначенный период времени от колото-резаного ранения в проекции средней трети левой ключицы, проникающего в правую плевральную полость, с повреждением правой плечеголовной вены и плечеголовного ствола, осложнившейся обильной кровопотерей, которая и явилась непосредственной причиной смерти, что подтверждается наличием колото-резаной раны в проекции средней трети левой ключицы, проникающей в правую плевральную полость, с повреждением правой плечеголовной вены, плечеголовного ствола, пристеночной плевры справа, с излитием крови в правую плевральную полость - 2250 мл, наличием таких признаков как бледно-фиолетовые, слабо выраженные, островчатые трупные пятна, малокровие внутренних органов. 

Совершая вышеуказанные действия, а именно нанося удары ножом в область шеи и туловища ПКА., ФИО1 осознавала общественную опасность совершаемых ею действий, предвидела неизбежность наступления общественно опасного последствия в виде причинения смерти потерпевшему и желала их наступления. 

В судебном заседании подсудимая ФИО1 вину в убийстве ПКА. не признала. Не отрицая факта наступления смерти ПКА в результате ее действий, в то же время утверждала о полном отсутствии умысла на убийство либо на причинение тяжкого вреда здоровью погибшего, поскольку ее действия носили исключительно оборонительный характер, когда она, реально опасаясь за свои жизнь и здоровье, с помощью случайно нащупанного предмета лишь нецеленаправленно отмахнулась от агрессивно настроенного и явно намеревавшегося избить ее ПКА, что он постоянно делал и ранее. Только потом поняла, что нанесла ПКА удар ножом. При этом также показала, что они сожительствовали с ПКА с декабря 2016 года, употребляли спиртное, жили нормально, хотя часто ссорились и дрались, неоднократно ПКА причинял ей ножевые ранения, но она всякий раз говорила, что сама порезалась, любила, жалела его. С вечера 10 марта 2018 года вместе с ПКА они в доме БАВ распивали спиртное; она уходила спать домой, вернулась к БАВ в 00 часов 30 минут 11 марта 2018 года, там была еще и НЕВ ПКА стал ругать ее, звал на улицу, но она не пошла, побоявшись его, после чего ПКА ушел домой. Втроем: она, НЕВ и БАВ, - продолжили распивать спиртное, к ним присоединился МАВ; в течение какого времени употребляли спиртное, она не помнит по причине опьянения. Помнит, как пошли домой втроем: она, НЕВ и МАВ; на улице было светло. ПКА был дома, начал ее ругать, оскорблять, грозился искалечить, сделать инвалидом, ударил ее по челюсти 2-3 раза, отчего она упала на диван возле столика. НЕВ и МАВ в тот момент она не видела. Она испугалась: находилась на диване, полулежа, а над ней склонился ПКА, никто из присутствовавших не попытался защитить ее. В таком положении она, опасаясь за свою жизнь и здоровье, схватила что-то со стола, стоявшего справа, чтобы отмахнуться от ПКА. ПКА наклонился к ней, а она отмахнулась 3 раза или хотела ударить, не помнит точно, но знает, что хотела, чтобы ПКА от нее отстал. Затем увидела кровь, выбросила предмет, которым отмахивалась, ей стало ясно, что это был нож. ПКА упал между комнатой и кухней, она зажимала ему раны на шее; дальнейшие события почти не помнит, в частности не помнит, просила ли вызвать скорую помощь или нет, у нее была истерика.

Несмотря на отрицание со стороны ФИО1 ее вина в совершении убийства ПКА подтверждается показаниями потерпевшей, свидетелей, письменными доказательствами, имеющимися в материалах дела. 

Так, потерпевшая ПВА показала, что 11 марта 2018 года возвращалась с дачного участка, когда ее окликнул знакомый ТН и спросил, что у них случилось. Она ответила, что не знает, а на ее аналогичный вопрос ТТ не ответил. Придя домой, она сразу позвонила на номер телефона своего сына ПКА., затем - на номер его сожительницы ФИО1, но никто не ответил. Она решила выяснить у ТТ, что тому известно, но по дороге встретила заплаканную жену ТТ, которая пояснила, что ФИО1 зарезала ее (ПВА сына.

Она точно не знает, как долго ее ПКА сожительствовал с ФИО1, сама узнала об этом весной 2017 года; у нее совместно они не бывали. ПКА по характеру был неагрессивный, немстительный, отзывался о ФИО1 всегда только хорошо, защищал ее. В разговорах по телефону с ФИО1, происходивших в ее (ПКА) присутствии, ПКА никогда не оскорблял ФИО1, наоборот, был вежлив, соглашался с последней. Она не слышала, чтобы ПКА применял к ФИО1 силу. Напротив, ей известны случаи, когда ФИО1 причиняла ПКА ножевые ранения, она видела таковые у ПКА в области шеи и спины, хотя ПКА не сознавался, что это сделала подсудимая. Такой вывод она сделала сама, поскольку, когда на улице встретила ПКА с сильным порезом на шее, находившаяся с ПКА ФИО1 попыталась убежать, но ПКА удержал ее (ФИО1), сказав, что она (ПКА) Филимоновой ничего не сделает. О том, что это ФИО1 в тот раз порезала ПКА, она слышала и от ФИО2. Относительно раны на спине ПКА пояснил, что это случайный укус ФИО1, но по форме и характеру раны было очевидно, что это глубокий ножевой порез, от которого впоследствии рана загноилась, потребовала долгого лечения, так как ПКА отказался обращаться в больницу. Ввиду этих событий она неоднократно просила ПКА уйти от ФИО1, но тот не соглашался, утверждал, что ФИО1 хорошая. И ПКА, и ФИО1 употребляли алкоголь, ПКА жаловался, что стал много выпивать.

Из показаний потерпевшей ПВА., данных в ходе предварительного следствия и исследованных в судебном заседании в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ, следует, что ПКА. был добрым, слабохарактерным, никого не обижал, любил животных, был неконфликтным, с ней никогда не ругался. Последние года три ПКА злоупотреблял спиртным, но пьяным к ней домой не приходил. 

Последний раз видела ПКА живым 09 марта 2018 года, а 11 марта 2018 года узнала от знакомых ТТ, что ее сына убила ФИО1 - бывшая сноха ТТ, которая примерно с конца 2016 года сожительствовала с ПКА. С ФИО1 она не общалась, видела ее всего несколько раз, характер ФИО1 ей не известен. Знает, что ФИО1 злоупотребляет спиртным, в том числе и в компаниях, когда ПКА уезжал на заработки. ПКА рассказывал, что ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения испортила ему паспорт, на развороте страниц ручкой вписав свою фамилию.

В августе 2016 года из дома по 

<

адрес>, где ПКА проживал вместе с ФИО1, его доставляли в больницу с ножевым ранением; кто его порезал, ПКА не говорил. 

Летом 2017 года Филимонова нанесла сыну порез в области горла, о чем ей сообщила ТТ, показав на проходивших по улице ФИО1 и Константина. Увидев ее (ПВА.), ФИО1 попыталась убежать, но сын сказал ей что-то вроде: «Вернись! Иди со мной тихо - мама тебя не тронет». На ее вопрос про порез сын ответил, что это просто царапина.

В сентябре-октябре 2017 года ПКА позвонил ей и сказал, что у него поднялась температура, она пошла к нему, и ПКА показал раны: одна из них на спине - глубокая, по форме круглая, а по краям чуть-чуть вытянутая, уже загноившаяся, она подумала, что рана от ножа. Но ПКА сказал, что это рана от укуса.

В феврале 2018 года ПКА пришел к ней с ободранным лицом, рассказал, что к ФИО1 приходили подруги, женщины в состоянии алкогольного опьянения «бесились», прыгали в сугробы. Он стоял рядом и смеялся над ними, а ФИО1 это не понравилось, она подбежала к нему и порезала лицо. Он отобрал у нее нож и держал его в руках, в это время ФИО1 кто-то из женщин толкнул, и она упала на этот нож, что-то себе порезала. ПКА сообщил, что это вышло случайно, просил ее купить ФИО1 лекарства.

Она неоднократно просила его уйти от ФИО1, но ПКА говорил, что все повреждения ему наносит не ФИО1. 

Подробнее о взаимоотношениях ПКА и ФИО1 она не знает, ПКА всегда говорил, что ФИО1 хорошая, относился к ФИО1 хорошо. О том, чтобы ПКА в отношении ФИО1 применял физическую силу, унижал или оскорблял ее, она ничего не знает, о поведении в быту ФИО1 ей более ничего не неизвестно (т.1 л.д.33-38).

Из показаний свидетеля БВА, данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ следует, что она проживает с сыном-инвалидом, давно знакома с ПКА и ФИО1, которые часто помогали ей по хозяйству. В состоянии опьянения ФИО1 могла проявить по отношению к ПКА словесную агрессию, он же в отношении нее агрессии не проявлял. 10 марта 2018 года ФИО1 и ПКА приходили в гости, употребляли спиртное совместно с ней и ее сыном, при этом никаких ссор, скандалов не происходило. Филимонова не жаловалась на то, что ПКА угрожал ей, избивал либо иным образом обижал ее. В ночь с 10 на 11 марта 2018 года у нее ночевали ФИО1 и НЕВ, а ПКА уходил домой. Утром 11 марта 2018 года к ней в дом пришли МАВ и ПКА, при этом последний спросил у ФИО1, почему она вторую ночь не ночует дома. После этого ПКА, ФИО1, МАВ и НЕВ ушли. 

Вечером 11 марта 2018 года к ним домой за своими вещами вернулась НЕВ, которая пояснила, что только что была в полиции, поскольку стала свидетелем того, как ФИО1 зарезала ПКА. При этом рассказала, что в доме ФИО1 и ПКА она и МАВ распивали спиртное, в то время как ФИО1 и ПКА в другой комнате разговаривали на повышенных тонах. ПКА стоял в дверях, спиной к ней и МАВ, потом упал на столик, в районе его шеи было много крови. ФИО1 стала говорить, что это сделала не она, что она любила ПКА. Далее она (НЕВ) и МАВ вызвали полицию.

От знакомых ей известно, что ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения могла причинить повреждения ножом тем, с кем употребляла спиртное в одной компании (т.1 л.д.64-67).

При проведении очной ставки с ФИО1., протокол которой также исследован в судебном заседании, БВА показала, что при ней ПКА ФИО1 из ее дома не выгонял, не оскорблял, не угрожал убийством. Она не слышала какого-либо шума; в ее дома ПКА и ФИО1 никогда не ругались. ПКА всегда уважительно относился к ФИО1. Когда он пришел вместе с МАВ и спросил, почему ФИО1 опять не ночевала дома, то лишь погрозил последней пальцем. От ФЕ ей известно, что в феврале 2018 года ПКА порезал ФИО1 плечо. Иные случаи причинения ФИО1 и ПКА повреждений друг другу ей не известны. Вместе с тем, ГМ говорил ей, что ФИО1 порезала ему палец, показывал повреждение; причину она не знает (т.1 л.д.68-71).

Из показаний свидетеля ГИВ, данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что 10 марта 2018 года в период с 20 до 22 часов он пришел в гости к БВА и БАВ, где также находились ФИО1., ФИО3, неизвестный ему мужчина, девушка Катя из Гоношихи Заринского района, фамилию ее он не знает. Все употребляли спиртное. Он уснул на диване в комнате около 02 часов ночи 11 марта 2018 года, ушел домой около 07-08 часов 11 марта 2018 года. Находясь в квартире БАВ, он не слышал, чтобы ПКА оскорблял ФИО1, угрожал ей убийством, выгонял из дома БАВ. 10 и 11 марта 2018 года у ПКА никаких телесных повреждений не было (т.1 л.д.78-79). 

В судебном заседании свидетель МАВ, допрошенный посредством систем видеоконференцсвязи, показал, что ПКА приходился ему другом, ФИО1 знал как проживавшую по соседству; впоследствии ПКА и ФИО1 стали сожительствовать, он неоднократно бывал у них в гостях. ПКА может охарактеризовать исключительно положительно как доброй души человека, ФИО1 видел спокойной, уравновешенной. В его присутствии никаких конфликтов между ПКА и Филимоновой не происходило, он никогда не слышал от ПКА никаких угроз в адрес подсудимой.

Накануне исследуемых событий он и ПКА приходили в дом к БАВ, где, помимо хозяев, также были ФИО1 и НЕВ; все распивали спиртное. Он общался с БАВ в комнате последнего, из которой тот, являясь инвалидом, не выходит, при этом никаких ссор и конфликтов в доме не слышал. Примерно через 10 минут он, ПКА, ФИО1 и НЕВ ушли в дом к ФИО1 по 

<

адрес>; не помнит, чтобы по дороге между ПКА и ПКА была какая-либо ссора, равно как и в доме. Дома на кухне они также употребляли спиртное, они с НЕВ сидели на диване в кухне. Через какое-то время он услышал вскрик ПКА: «А! За что?». Повернувшись, увидел ПКА на пороге между кухней и спальней. Тот держался за шею, откуда у него бежала кровь. ФИО1 в это время находилась возле ПКА, справа от последнего, у нее в руках находился большой широкий нож. Потом ПКА присел, затем упал. ФИО1 впала в истерику, плакала, кричала, гладила ПКА. Он (МАВ) вызвал бригаду скорой помощи.

Из показаний свидетеля МАВ, данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ, следует, что у него есть друзья ПКА и его сожительница ФИО1., с которой он близко не общался. ПКА спокойный, умный, неконфликтный, хороший человек, у которого нет врагов и недоброжелателей. Их совместная жизнь ему неизвестна. 11 марта 2018 года, будучи в состоянии алкогольного опьянения, он со своей знакомой НЕВ пришел домой к ПКА и ФИО1, где они распивали спиртное вчетвером в кухне. В силу сильного алкогольного опьянения он не помнит, ссорились ли ПКА и ФИО1. Помнит, что ФИО1 и ПКА вышли из комнаты в кухню, шли молча. Откуда у ФИО1 взялся в руке нож, он не знает, но она (ФИО1) резко повернулась к ПКА и резким же движением руки нанесла тому один удар ножом в область шеи слева, откуда пошла кровь. От удара ПКА молча упал в проходе между кухней и комнатой, немного похрипел и сразу умер. Он и НЕВ пытались оказать ПКА помощь, но тот уже был мертв. ФИО1 стояла рядом, плакала. Они вызвали скорую помощь. ФИО1 стала вести себя неадекватно, порезала себя осколком зеркала, говорила, что не хочет жить без ПКА. До этого у ФИО1 каких-либо телесных повреждений не имелось, угроз в адрес ФИО1 ПКА не высказывал. Он не знает, где находился нож, которым ФИО1 нанесла удар ПКА (т.1 л.д.52-54, 57-59).

В судебном заседании 26 июня 2018 года свидетель НЕВ показала, что ФИО1 и ПКА приходятся ей знакомыми, с которыми она несколько раз в 2018 году встречалась в общих компаниях. ПКА избивал ФИО1, ей это известно от общих знакомых, включая МАВ, от самой ФИО1., однажды показавшей кровоподтек под глазом и пояснившей, что это сделал муж, а также лично наблюдавшей как ПКА бил ФИО1. При этом ФИО1 в ответ молчала, не защищалась, ответных ударов не наносила. Перед исследуемыми событиями она и ФИО1 находились в доме у БАВ, куда пришли МАВ и ПКА, пробыли там в течение 5 минут, при этом ПКА был зол, кричал на ФИО1, возмущался, что та не идет домой, говорил, что, когда та придет домой, то «получит». Затем вчетвером: она, ФИО1, МАВ и ПКА, - пошли домой к ФИО1, где продолжили распивать спиртное на кухне. Когда ПКА и ФИО1 удалились в комнату, чтобы отдохнуть, она услышала, как ПКА кричит на ФИО1, иных звуков (ударов, падений) слышно не было. Затем ПКА и ФИО1 вышли из комнаты в кухню, оба молчали. Когда они находились в дверном проеме между комнатой и кухней, ФИО1 порезала ПКА горло, нанесла удар по горлу, тот посинел и упал. Нож она (НЕВ) увидела уже после этого. ФИО1 села рядом с упавшим ПКА, плакала, была в истерике, окровавленный нож лежал возле нее. МАВ пытался оказать ПКА первую помощь, вызвал скорую помощь, полицию.

Из показаний свидетеля НЕВ, данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ, следует, что по адресу: 

<

адрес>, - совместно проживали ее друзья ФИО1 и ФИО3 ФИО1 по характеру хитрая, конфликтная, вспыльчивая, «хваталась за ножи», с ее слов знает, что ранее она совершила убийство. С чужих слов знает, что ранее ФИО1 пыталась ножом причинить телесные повреждения ПКА в ходе конфликта; сами ПКА и ФИО1 ей про это не рассказывали. При ней ранее между ними (ФИО1 и ПКА) неоднократно возникали ссоры по разным причинам, но телесных повреждений они друг другу не причиняли. ПКА спокойный, ни с кем не ссорился, доброжелательный, она с ним состояла в хороших отношениях, никогда не ссорилась, врагов и недоброжелателей у него не было. ПКА и ФИО1 злоупотребляют спиртными напитками. 11 марта 2018 года около 14 часов, точное время она не помнит в силу алкогольного опьянения, она со своим знакомым МАВ, фамилию которого не знает, а также ФИО1 и ПКА пришли домой к последним, от знакомых, у которых до этого распивали спиртное, с собой принесли спиртные напитки, все вчетвером стали распивать их в кухне дома. Затем ПКА и ФИО1 втали из-за столика, за которым они сидели, и ушли в комнату. При этом они между собой не ссорились, ПКА просто предложил ФИО1 пойти спать, на что последняя согласилась. Она и МАВ легли спать в кухне на диване, в этот момент она услышала, что ФИО1 и ПКА начали словесно ссориться в комнате, из-за чего, она не знает. Ссора продолжалась не более 10 минут, после чего из комнаты молча вышли ФИО1 и ПКА. Она не поняла, откуда у ФИО1 взялся нож, но та резко повернулась к ПКА и резким движением руки нанесла ему один удар ножом в область шеи слева, из шеи пошла кровь. Куда ФИО1 потом положила нож, она не видела. От удара ножом ПКА, не произнеся ни слова, упал в проходе между помещением кухни и комнатой, сразу умер. Она и МАВ пытались оказать ПКА помощь, но тот был уже мертв. ФИО1 сказала им: «Это не я, скажите, что он сразу так пришел». Она поняла, что ФИО1 просила сказать, что ПКА пришел сразу с ранением и умер в доме. Они не согласились на предложение ФИО1, так как ранение ПКА причинила именно ФИО1 Она вызвала полицию и скорую помощь. ФИО1 стала вести себя неадекватно, осколком зеркала порезала себя, говорила, что не хочет жить без ПКА. Никаких угроз в адрес ФИО1 в ее (НЕВ) присутствии ПКА не высказывал, телесных повреждений Филимоновой не причинял (т.1 л.д.48-51).

Из показаний свидетеля АВА, данных в ходе предварительного следствия и исследованных в судебном заседании в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что, работая фельдшером ОСМП КГБУЗ «ЦГБ, г.Заринск» 11 марта 2018 года она находилась на дежурстве. В 14 часов 33 минуты поступил вызов на 

<

адрес>, в 

<

адрес>. Войдя в 

<

адрес>, она увидела тело мужчины, лежавшего без признаков жизни в дверном проеме: его ноги были в кухне, голова - в комнате. На шее и кофте мужчины была кровь, рядом с мужчиной был небольшой столик, на столике было много крови. Рядом с трупом мужчины сидела женщина, она сильно плакала, по внешним признакам была в состоянии алкогольного опьянения. Никаких видимых телесных повреждений на теле женщины не было, но на руках и одежде у нее была кровь. На ее вопрос о том, что случилось, женщина сначала показала ей руки и спросила в ответ: «Разве не видно?». На ее (АВА) более детальные вопросы о произошедшем, женщина сказала, что она схватила нож и ударила им мужчину в грудь. Ножа она (АВА) не видела, она осмотрела тело мужчины, обнаружила колотую рану в области первого второго межреберья слева. Осмотрев тело мужчины, она уехала. Девушка и мужчина, находившиеся в квартире, могли слышать, что женщина призналась ей (АВА), что именно она ударила лежавшего на полу мужчину ножом (т.1 л.д.83-86). 

В судебном заседании свидетель ФОА показала, что является подругой ФИО1, а ПКА знает как ПКА последней с зимы 2018 года, видела около 5 раз. ФИО1 может охарактеризовать как мягкую, спокойную по характеру, но в состоянии опьянения та становится более возбудимой. ПКА при встречах с ней был спокоен, никаких угроз Филимоновой не высказывал. Однако между ФИО1 и ПКА, в том числе в ее присутствии, происходили обоюдные ссоры. Так, в январе 2018 года в квартире по 

<

адрес> между ФИО1 и ПКА произошел скандал, переросший в драку, дрались они оба, руками и ногами, даже стулья летели. ФИО1 как женщине досталось больше, у нее остались телесные повреждения в виде синяков на руках. В феврале 2018 года, когда ПКА и Филимонова находились у нее в гостях по тому же адресу, между ними произошла ссора на кухне, в то время как все остальные находились в комнате. При этом ПКА нанес ФИО1 порез ножом в область плеча, о чем сам сообщил и вызвал скорую помощь. По просьбе ФИО1, желавшей защитить ПКА, все дали объяснения о том, что порез образовался в результате падения на стекло.

Из показаний свидетеля ФОА, данных на стадии предварительного следствия и исследованных в судебном заседании в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ, следует, что ФИО1, она знает давно, но дружеских отношений у них нет. ФИО1 считает психически неуравновешенным человеком, поскольку ее поведение в состоянии опьянения является неадекватным, при этом ФИО1 злоупотребляет спиртным. Сожителя ФИО1 ПКА знала недолго, но у нее сложилось хорошее мнение о нем, так как он безобидный, мягкий, старался ни с кем не конфликтовать. ФИО1 он не обижал, не избивал, угроз убийством в адрес ФИО1 от него не поступало.

15 февраля 2018 года ПКА, ФИО1 и другие ее знакомые были у нее дома по 

<

адрес>, употребляли спиртное. Когда она была в комнате, а ФИО1 и ПКА на кухне, между последними произошла какая-то ссора. Когда она вошла в кухню, то увидела, что у ФИО1 плечо в крови, та сидела на стуле за столом, на полу лежала разбитая бутылка. ПКА также был в кухне, вызвал ФИО1 скорую помощь. ФИО1 пояснила, что сама упала на осколки стекла. Когда приехали медработники, ФИО1 также сидела на кухне, где ей и оказали медицинскую помощь. Следом за скорой приехали сотрудники полиции (т.1. л.д. 80-82). 

Свидетель ФЕЮ – бывшая сожительница дяди подсудимой - в судебном заседании показала, что находится с ФИО1 в хороших отношениях, поддерживает общение, об исследуемом факте знает со слов ДСВ и КЕН, которые сообщили, что ФИО1 убила ФИО3, ударила ножом по шее. Свидетель охарактеризовала ФИО1 и ПКА в целом положительно, но также рассказала о конфликтном характер их взаимоотношений, поскольку ПКА все время придирался к ФИО1, упрекал ее по бытовым вопросам, после чего между ПКА начинались ссоры на повышенных тонах. Дала пояснения о событиях 15 февраля 2018 года в целом аналогичные показаниям своей дочери ФОА, а также показала, что еще один раз видела как ПКА в квартире ее дочери толкал ногой в живот лежавшую на полу ФИО1, при этом не смогла назвать причину этой ситуации.

Из показаний свидетеля КЕН, данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что ФИО1 –приходится ей родной сестрой, они общались, но лично виделись редко. По характеру сестра спокойная, любит детей, но злоупотребляет спиртным и, если ее разозлить, то может кричать, ругаться, выражаться нецензурно. ФИО1 сожительствовала с ПКА., тот был ревнивым, придирался к ФИО1, но в ее присутствии сестру не бил. Она видела у ФИО1 царапины, синяки, та говорила, что ее бил ПКА, с которым они вместе злоупотребляли спиртными напитками. О смерти ПКА она узнала от своего племянника - сына ФИО1 ТАС Сама сестра ей пояснила, что о предшествующих событиях и о произошедшем почти ничего не помнит, только, что она, ПКА и еще двое людей находились в доме, а затем она (ФИО1) останавливала ПКА кровь (т.1 лд.72-74). 

В судебном заседании свидетели КОН и БИА дали пояснения относительно ряда следственных и процессуальных действий, проведенных ими по настоящему делу в качестве следователей, сообщили о процедуре этих действий, их фиксации, состоянии и поведении участников. Согласно их показаниям все требования закона были соблюдены ими в полном объеме, в частности для получения доказательств, отвечающих критериям относимости, допустимости и достоверности.

Кроме того, вина ФИО1 подтверждается письменными доказательствами по делу:

- протоколом осмотра места происшествия от 11 марта 2018 года – домовладения по 

<

адрес> края, где была зафиксирована обстановка, в частности в доме обнаружен и осмотрен труп ПКА с телесными повреждениями, изъяты, следы пальцев рук, смывы вещества бурого цвета, куртка ФИО1, куртка ПКА., на снегу возле дома - нож со следами вещества бурого цвета (т.1. л.д.6-19);

- копиями карт вызова скорой медицинской помощи КГБУЗ «Центральная городская больница, г.Заринск» за период с 2016 по 2018 год об обращениях с адреса: 

<

адрес> и об обращениях ФИО1, ПКА за медицинской помощью: № 2099 от 08 июня 2017 года, № 8007 от 24 октября 2017 года, № 2265 от 15 февраля 2018 года, № 3600 от 11 марта 2018 года (т.1 л.д.92-108);

- копиями материалов проверки по сообщению, поступившему 15 февраля 2018 года в МО МВД России «Заринский» от диспетчера скорой медицинской помощи о том, что в 15 часов 05 минут по адресу : 

<

адрес>, причинено ножевое ранение, в том числе, рапортом инспектора (ППС) мобильного взвода ОР ППСП МО МВД России «Заринский», протоколом осмотра места происшествия, заключением судебно-медицинской экспертиза №122, объяснениями ФОА, ФИО1, ПКА., МРС, ДСВ, постановлением от 07 марта 2018 года об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствие события преступления, предусмотренного ст.115 УК РФ (т.1 л.д.110-129);

- протоколом задержания ФИО1 от 11 марта 2018 года, в ходе которого при проведении личного обыска последней в присутствии понятых изъяты и упакованы трико и кофта (т.1 л.д.139-145);

- протоколами получения образцов для сравнительного исследования - крови, срезов ногтевых пластин обеих рук и смывов с обеих рук ФИО1 (т.2 л.д.2-3, 5-6);

- протоколом выемки от 12 марта 2018 года срезов ногтевых пластин и одежды ПКА.: брюк, носков, плавок, кофты (т.2 л.д.154-156)

- заключением эксперта №172 от 13 марта 2018 года о том, что у ФИО1 имеются следующие повреждения:

-- резанная инфицированная рана на тыльной поверхности 1-го пальца правой кисти в проекции основной фаланги, с переходом на ладонную поверхность, которая возникла от действия какого-либо режущего орудия или предмета, имевшего острый режущий край, причинившая легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья; 

-- царапина на правой боковой поверхности шеи в нижней трети с переходом на переднюю поверхность шеи слева до нижней трети; царапина на левой передне-боковой поверхности шеи в нижней трети; царапина на передней поверхности грудной клетки в проекции средней трети грудины; царапина на передней стенке живота справа, - возникшие от действия какого-либо режущего орудия или предмета, имевшего острый край; два кровоподтека на верхней губе справа; ушибленная поверхностная рана на слизистой оболочки верхней губы справа, с наличием очагового кровоизлияния в слизистую вокруг раны; кровоподтек в подчелюстной области справа у угла нижней челюсти справа; кровоподтек со ссадиной на задней поверхности в верхней трети правого предплечья; кровоподтек на передней поверхности в средней трети левого бедра, которые возникли от неоднократного ударного воздействия твердого тупого предмета (предметов), например при ударе кулаком, ногой, возможно от удара каким-либо другим твердым тупым предметом; данные повреждения, как в отдельности, так и в совокупности, не причинили вреда здоровью человека (т.2. л.д. 10-11);

- заключением эксперта № 68 от 29 марта 2018 года, согласно которому на трупе ПКА. обнаружены:

1.1. колото-резаная рана в проекции средней трети левой ключицы; кровоизлияние в мягкие ткани на передней поверхности грудной клетки слева, в проекции левой ключицы с переходом по среднеключичной линии до уровня 1го ребра; повреждение левой грудино-ключично-сосцевидной мышцы с наличием кровоизлияния в мышцу; кровоизлияние в мягкие ткани и мышцы по передней поверхности шеи в нижней трети, повреждение правой плечеголовной вены с кровоизлиянием в мягкие ткани; повреждение плечеголовного ствола, с кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани с повреждением пристеночной плевры справа, с наличием кровоизлияния в пристеночную плевру вокруг повреждения, наличие крови в правой плевральной полости - 2250 мл, - которые возникли от одного удара плоским односторонне острым с острым концом колюще-режущим орудием (предметом) с шириной его погруженной части не более 26 мм; лезвие было обращено вправо, направление раневого канала спереди назад, слева направо, сверху вниз, длина раневого канала 11-12 см; например, от удара клинка ножа; в момент удара ПКА был обращен к травмирующему перемету или орудию передней или левой переднебоковой поверхностью туловища, - в совокупности причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоят в прямой причинной связи со смертью; 

1.2. царапина на передней поверхности шеи справа в нижней трети; царапина на левой боковой поверхности шеи в нижней трети; царапина в проекции левого грудинно-ключичного сочленения, которые возникли от действия какого-либо предмета или орудия, имевшего острый или заостренный край;

1.3 ссадина на передней поверхности шеи слева в нижней трети, полосовидной формы; ссадина на передней поверхности шеи слева в нижней трети полосовидной формы и царапина; ссадина на левой боковой поверхности шеи в нижней трети, полосовидной формы; две ссадины в надключичной области слева, полосовидной формы, которые возникли от действия какого-либо предмета или орудия, с ограниченной контактирующей травмирующей поверхностью. 

Повреждения, указанные в пункте 1.2-1.3. не причинили вреда здоровью, прижизнены, в причинной связи со смертельным исходом не стоят. 

Смерть ПКА наступила за 16-18 часов до исследования трупа в морге от колото-резаного ранения в проекции средней трети левой ключицы, проникающего в правую плевральную полость, с повреждением правой плечеголовной вены и плечеголовного ствола, осложнившейся обильной кровопотерей, которая и явилась непосредственной причиной смерти, что подтверждается наличием колото-резаной раны в проекции средней трети левой ключицы, проникающей в правую плевральную полость, с повреждением правой плечеголовной вены, плечеголовного ствола, пристеночной плевры справа, с излитием крови в правую плевральную полость 2250 мл, наличием таких признаков как бледно-фиолетовые, слабо выраженные, островчатые трупные пятна, малокровие внутренних органов. 

Повреждения, указанные в п.п.1.1-1.3 причинены в короткий промежуток времени, незадолго до наступления смерти.

В крови ПКА обнаружен этиловый спирт в концентрации, соответствующей у живых лиц алкогольному опьянению сильной степени (т.2 л.д.17-35);

- заключением эксперта № 134-мк от 18 апреля 2018 года о том, что рана на кожном лоскуте с ключичной области слева трупа ПКА является колото-резаной и могла быть причинена клинком представленного на экспертизу ножа (т.2 л.д. 41-45);

- заключением эксперта № 125-мк от 27 марта 2018 года о том, что следы крови в области переда, левом и правом карманах, спинке кофты ФИО1 являются помарками, образовавшимися от непосредственного контакта с объектом, имеющим наложения крови; следы крови на левом рукаве кофты, правом и левом рукавах, левой полке куртки являются помарками, образовавшимися либо от контакта с объектом, имевшим наложения крови либо от контакта какого-либо объекта с уже имевшимися следами; следы крови на левой половинке брюк трико являются пятнами, следами, судить о первичном механизме возникновения которых, не представляется возможным; следы крови на правой полке куртки, имеющие неопределенную форму, являются помарками, образовавшимися либо от контакта с объектом, имевшим наложения крови либо от контакта какого-либо объекта с уже имевшимися следами, а следы овальной формы являются следами попадания брызг, летевших в разных направлениях под углом, близким к прямому; следы крови на спинке куртки являются следами попадания капель на наклонную поверхность (т.2 л.д. 51-60);

- заключением эксперта № 124-мк от 26 марта 2018 года о том, что следы крови на кофте ПКА являются участками сквозного пропитывания, возникшими от контакта кофты с источником кровотечения; следы крови на брюках (частично) являются скоплениями, образовавшимися от попадания на поверхность брюк значительного количества крови; следы крови на кофте, брюках, плавках (частично) являются помарками, которые образовались от контакта этих предметов или контакта с ними объектов, покрытых жидкой кровью; на куртке, носках видимых следов вещества, похожего на кровь не обнаружено (т.2 л.д.66-74);

- заключением эксперта № 409 от 17 апреля 2018 года о том, что кровь ФИО3 относится к Ва группе, типу Нр 2-2, кровь ФИО1 относится к А группе, типу Нр1-1; на кофте ФИО3 обнаружена кровь человека, при определении групповой принадлежности которой в части следов установлена Ва группа, тип Нр 2- мужского генетического пола, которая могла происходить от ФИО3 и не могла принадлежать ФИО1; в другой части следов выявлены антигены А и В, установлено смешение типов Нр 1-1 и 2-2 и крови женского и мужского генетического пола, что, в данном случае, возможно за счет смешения крови ФИО3 с кровью ФИО1 (т.2 л.д.80-83);

- заключением эксперта № 392 от 03 мая 2018 года о том, что кровь ФИО3 относится к Ва группе, кровь ФИО1 относится к А группе; на трико ФИО1 найдена кровь человека А группы, женского генетического пола, которая могла происходить от ФИО1 и не могла принадлежать ФИО3; на куртке и кофте ФИО1 найдена кровь человека Ва группы: в части следов на кофте при исследовании половой принадлежности молекулярно-генетическим методом пол крови не установлен, в следах объектов на кофте установлен мужской генетический пол. Таким образом, кровь на куртке и кофте ФИО1 могла происходить от ФИО3 и не могла принадлежать ФИО1 (т.2 л.д.89-95);

- заключением эксперта № 326 от 17 апреля 2018 года о том, что кровь ФИО3 относится к Ва группе, кровь ФИО1 относится к А группе; на смывах с правой и левой руки ФИО1 обнаружена кровь человека, выявлены антигены А и В, при определении половой принадлежности крови в данных следах установлено смешение крови женского и мужского генетического пола; на смыве с правой и левой руки ФИО1 имеет место смешение крови ФИО3 с кровью ФИО1; на смыве вещества бурого цвета с коричневого стола обнаружена кровь человека Ва группы, мужского генетического пола, которая могла происходить от ФИО3 и не могла принадлежать ФИО1; на смыве вещества бурого цвета с белого стола обнаружена кровь человека А группы, женского генетического пола, которая могла происходить от ФИО1 и не могла принадлежать ФИО3 (т.2 л.д.101-104);

- заключением эксперта № 325 от 19 апреля 2018 года о том, что кровь ФИО3 относится к Ва группе, кровь ФИО1 относится к А группе; при исследовании подногтевого содержимого с правой руки ФИО1 найдена кровь человека Ав группы,в ысказаться о половой принадлежности молекулярно-генетическим методом не представилось возможным, данные следы крови могли происходить от ФИО1 и не могли принадлежать ФИО3; в подногтевом содержимом с левой руки ФИО1 найдена кровь человека и выявлены антигены А и В, установлено смешение мужского и женского генетического пола, данные следы крови могли происходить от смешения крови ФИО3 и крови ФИО1; при исследовании подногтевого содержимого с правой руки ПКА найдена кровь человека Ва группы, установлен мужской генетический пол, которая могла происходить от ФИО3, принадлежность данных следов крови ФИО1 исключается; в подногтевом содержимого с левой руки ФИО3 найдена кровь человека и выявлены антигены А и В, установлено смешение мужского и женского генетического пола, данные следы крови могли происходить о смешения крови ПКА с кровью ФИО1 (т.2 л.д.110-113);

- заключением эксперта № 327 от 12 апреля 2018 года о том, что кровь ПКА относится к Ва группе, кровь ФИО1 относится к А группе; на представленном для исследования ноже, на рукояти, обнаружена кровь человека с примесью пота, групповая принадлежность которых не установлена, из-за недостаточного количества подлежащего исследованию материала; на клинке ножа обнаружена кровь человека, выявлены антигены А и В, установлено смешение мужского и женского генетического пола, данные результаты могли быть получены за счет смешения крови ПКА и ФИО1 (т.2 л.д.119-122);

- заключением эксперта № 234 от 19 апреля 2018 года о том, что на вырезах дактилоскопической пленки имеется пять следов пальцев рук и два следа ладоней рук, пригодные для идентификации личности, из них три следа пальцев рук и след ладони руки оставлены ПКА; два следа пальцев рук и след ладони руки оставлены не ФИО1, НЕВ, МАВ, ПКА., а другим лицом (лицами) (т.2 л.д. 128-133);

- заключением эксперта № 286 от 30 апреля 2018 года, согласно которому нож, изъятый при осмотре места происшествия 11 марта 2018 года, к холодному оружию не относится, изготовлен заводским способом по типу кухонных ножей (т.2 л.д.148-150);

- протоколом осмотра предметов от 07 мая 2018 года, в ходе которого осмотрены: 1) нож, 2) следы пальцев рук, 3) смыв вещества бурого цвета, 4) смыв вещества бурого цвета, 5) куртка ФИО1, 6) куртка ПКА., 7) трико и кофта ФИО1, 8) ногтевые пластины с кистей рук ФИО1, 9) смывы с рук ФИО1, 10) брюки, носки, плавки, кофта ПКА., 11) срезы ногтевых пластин с рук ПКА (т.2. л.д. 158-161); 

- копией рапорта дежурного группы режима ИВС МО МВД России «Заринский» от 12 марта 2018 года об обнаружении у ФИО1 при ее водворении в ИВС резаной раны на большом пальце правой руки, царапине на шее, которые по ее пояснениям она причинила себе сама;

- копией рапорта следователя Заринского МСО СУ СК России по Алтайскому краю о возможных признаках преступления, предусмотренного ст.110 УК РФ по вышеуказанному факту обнаружения телесных повреждений у ФИО1;

- копией постановления от 29 марта 2018 года об отказе в возбуждении уголовного дела по сообщению о попытке самоубийства ФИО1 на основании п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ст.110 УК РФ.

Суд не учитывает и исключает из числа доказательств по делу показания свидетеля БАВ, на которые ссылается сторона обвинения, поскольку они получены с нарушением норм действующего уголовно-процессуального законодательства, а именно требований ст.167 УПК РФ, когда удостоверение факта невозможности подписания протокола следственного действия дееспособным лицом произведено его матерью БВА, являющейся свидетелем по тому же делу, а не лицами, имеющими на это право в силу указанной правовой нормы. При этом суд также принимает во внимание полученные сведения о состоянии здоровья данного лица, вызывающие сомнения в допустимости его показаний.

Кроме того, суд признает недопустимым доказательством и показания свидетеля НЕВ, данные ею в судебном заседании 21 июня 2018 года, поскольку в процессе допроса в суде свидетель призналась, что находится в состоянии алкогольного опьянения, влияющем на возможность дачи полноценных показаний, ввиду чего допрос был незамедлительно прерван, свидетель была заново допрошена в судебном заседании 26 июня 2018 года.

Что касается показаний свидетеля ЛРЮ, то они фактически не подтверждают и не опровергают юридически значимые для рассмотрения настоящего уголовного дела обстоятельства, поэтому суд не принимает их во внимание и не расценивает как доказательство виновности или невиновности подсудимой.

Анализируя и оценивая представленные в судебном заседании и положенные в основу приговора доказательства в соответствии с требованиями ст.ст.86-88 УПК РФ, суд приходит к выводу о том, что вина подсудимой в совершении преступления при фактических обстоятельствах, изложенных при описании преступного деяния, нашла свое полное подтверждение совокупностью указанных доказательств.

Этими же доказательствами безусловно опровергается версия стороны защиты о необходимой обороне от противоправных действий ФИО3, якобы имевшей место со стороны ФИО1 ввиду реального опасения за свои жизнь и здоровье. Суд оценивает критически изложенные ФИО1 в обоснование данной версии показания о том, что перед причинением ею смерти ФИО3 тот в присутствии двух очевидцев, в непосредственной близости от последних, стал оскорблять и избивать подсудимую, угрожал ей причинением тяжкого вреда здоровью, повалил ее на диван и далее вел себя таким образом, что его слова и действия могли быть восприняты ФИО1, как направленные на ее убийство или причинение тяжкого вреда ее здоровью. Она же в ответ, пытаясь защититься, стала нецеленаправленно отмахиваться случайно найденным поблизости предметом и, лишь после того, как у ФИО3 пошла кровь и он упал, она осознала, что держит в руках нож, которым ударила ПКА.

Вышеизложенные показания ФИО1 содержат существенные внутренние противоречия и абсолютно не соответствуют зафиксированной в протоколе осмотра места происшествия обстановке, показаниям присутствовавших в комнате МАВ и НЕВ на досудебной стадии, в том числе о местоположении участников событий. Последние, несмотря на определенные расхождения, в целом безальтернативно указывают, что подсудимая и потерпевший какое-то время находились в маленькой комнате, примыкающей к залу-кухне, после чего вышли к ним (МАВ и НЕВ) в зал-кухню. При этом оба молчали, ФИО3 не имел каких-либо предметов в руках, ФИО1 же, молча и неожиданно, нанесла потерпевшему удар ножом в область шеи, от чего у последнего крайне обильно пошла кровь и он упал в проеме между комнатами, где почти мгновенно умер. Из показаний свидетеля АВА следует, что ФИО1 призналась ей именно в нанесении удара ножом погибшему.

Суд принимает во внимание показания НЕВ о конфликте, произошедшем между ФИО1 и ФИО3 в маленькой комнате по инициативе последнего, который НЕВ, исходя из услышанного, описывает как кратковременную словесную ссору. Однако этот факт суд не может расценить как указывающий и на необходимую оборону или превышение ее пределов ФИО1 с учетом последующих событий, когда подсудимая и потерпевший спокойно вышли через не имеющий дверного полотна проем в зал-кухню к гостям, где ФИО3 не допускал каких-либо угрожающих высказываний и не предпринимал каких-либо действий, которые были бы направлены на причинение вреда жизни и здоровью ФИО1 либо могли быть расценены как таковые.

По тем же причинам суд не считает дающими подсудимой право на оборонительные действия поведение ФИО3 в доме БВА и ранее случавшиеся взаимные ссоры и драки между ним и ФИО1 При этом суд принимает во внимание характеристику личностей подсудимой и ФИО3 в целом, а также характер сложившихся между ними взаимоотношений. 

Несмотря на взаимные систематические конфликты, они на протяжении более года продолжали сожительствовать, оба оценивали свои отношения как нормальные, о чем поясняли третьим лицам. ФИО1 сообщила о том же и в зале судебного заседания, хотя затем рассказала, что подвергалась постоянным избиениям со стороны ФИО3, не по всем фактам обращалась в полицию и в медицинские учреждения, а в случае приезда полиции поясняла о том, что получила телесные повреждения самостоятельно. Данные утверждения опровергаются совокупностью исследованных материалов относительно обращений в соответствующие органы и организации с участием ФИО1, включая показания свидетеля ГТМ, оказывавшей ФИО1 помощь в качестве фельдшера по вызову, имевшему место 15 февраля 2018 года, копиями карт вызова бригад скорой медицинской помощи на дом к ФИО1, копиями постановлений об отказе в возбуждении уголовных дел по фактам обнаруженных у подсудимой телесных повреждений, в частности после исследуемых событий - в виде резаной раны пальца руки и царапины на шее. Суду не представлено сведений об обжаловании и отмене указанных постановлений. 

По тем же причинам суд относится критически к той части данных лишь в судебном заседании показаний родственников и друзей подсудимой о вышеобозначенных событиях.

Кроме того, суд полагает, что показания потерпевшей ФИО4, свидетелей НЕВ, ФОА, ФЕЮ, КЕН о происходивших ссорах и случавшихся драках между ФИО1 и ФИО3 не влияют на выводы суда о виновности подсудимой в совершении ею убийства ФИО4 вне всякой нужды к обороне.

Вместе с тем, руководствуясь презумпцией невиновности, суд расценивает начатую ФИО3 ссору, предшествующую непосредственно событию преступления, где он выступил и основным участником, как аморальное поведение, явившееся поводом для преступления.

Таким образом, мотивом действий виновной выступила личная неприязнь, возникшая у подсудимой в связи с поведением явившегося инициатором конфликта ФИО3 О направленности умысла подсудимой на причинение смерти потерпевшему свидетельствует избранный ФИО1 способ нанесения телесных повреждений предметом с высокими поражающими свойствами (ножом) в место расположения жизненно важных органов человека (шею, пришейную часть туловища), со значительной силой, на что указывает длина раневого канала в 11-12 см и характер причиненных повреждений, вызвавших обильную кровопотерю и смерть на месте.

При оценке показаний свидетелей МАВ, НЕВ, ФОА суд признает наиболее полными и достоверными показания, данные ими в ходе предварительного следствия по уголовному делу, поскольку они являются более подробными, последовательными не содержат внутренних противоречий и юридически значимых расхождений с показаниями других свидетелей по делу, письменными доказательствами. Суд критически относится к изменению показаний свидетелями в судебном заседании, равно как и к названным ими причинам таких изменений, за исключением запамятования событий. При этом суд основывает свой вывод на всесторонней оценке всех доказательств в совокупности, включая показания свидетеля БИА, категорически настаивавшей на том, что все следственные и процессуальные действия по делу, включая допросы названых лиц были проведены в полном соответствии с требованиями действующего законодательства. Свидетель утверждала, что никто из допрашиваемых не пояснял об особом состоянии, препятствующем осуществлению следственного действия, все показания были даны добровольно и занесены в протоколы без каких-либо ошибок и намеренных искажений, все лица имели возможность ознакомиться с протоколами, принести замечания. Какой-либо заинтересованности в фальсификации по делу и в его исходе она не имеет, у нее отсутствуют сведения о такой заинтересованности со стороны иных сотрудников правоохранительных органов и третьих лиц. Показания вышеперечисленных свидетелей событий в судебном заседании суд принимает во внимание лишь в части, не противоречащей их же показаниям, дынным на досудебной стадии.

Показания допрошенных по делу лиц, которые суд признал достоверными и положил в основу приговора, подробны, логичны, не содержат противоречий и в совокупности с иными исследованными доказательствами бесспорно изобличают подсудимую в содеянном. Оснований сомневаться в достоверности письменных доказательств у суда также не имеется.

Согласно заключению комплексной стационарной судебной психолого-психиатрической экспертизы №112/2018-«С» от 18 апреля 2018 года ФИО1 каким либо хроническим, временным, иным психическим расстройством не страдает и не страдала на момент инкриминируемого ей деяния, 

<

данные изъяты> В период времени, относящийся к инкриминируемому ей деянию, ФИО1 не обнаруживала признаков какого-либо временного болезненного расстройства психической деятельности, включая патологический аффект, патологическое алкогольное опьянение, находилась в состоянии простого алкогольного опьянения. По своему психическому состоянию в настоящее время ФИО1 не лишена способности осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и давать показания. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. Высказывания ФИО1 о запамятовании событий правонарушения и т.п. не являются клинически достоверными, нозологически специфичными, направлены на попытку демонстрации психического расстройства и расцениваются как установочные. Данных за состояние физиологического аффекта, либо иного значимого эмоционального состояния у ФИО1 не обнаруживается (т.2. л.д.140-142).

Оснований не доверять вышеприведенному заключению, у суда не имеется, поскольку экспертиза проведена в государственном экспертном учреждении, имеющим соответствующую лицензию, компетентными специалистами, обладающими специальными познаниями в области психиатрии и психологии, имеющими значительный профессиональный стаж. При этом эксперты располагали материалами дела, включая содержащиеся в предшествующем приговоры выводы амбулаторной КСППЭ, амбулаторной картой ФИО1 из КГБУЗ «Центральная городская больница, г.Заринск», возможностью наблюдать подсудимую в условиях стационара, используя различные методы исследования, в частности получили пояснения самой подэкспертной. Как видно из содержания заключения, экспертами собран и принят во внимание анамнез, начиная с детского возраста ФИО1

В этой связи доводы ФИО1 о наличии у нее в 2000-х годах травм головы, которые могли повлиять на ее поведение в исследуемой ситуации, о запамятовании части событий по настоящему делу суд оценивает критически как вызванные желанием подтвердить свою защитную версию. При этом суд для проверки этих обстоятельств совершил соответствующий запрос в КГБУЗ «Центральная городская больница, г.Заринск» о наличии амбулаторных карт подсудимой за то время, когда она носила другие фамилии. Таковых суду представлено не было.

С учетом мнения комиссии экспертов и поведения подсудимой в судебно-следственной ситуации, суд признает ФИО1 вменяемой по отношению к совершенному преступлению.

Таким образом, вина подсудимой полностью установлена; действия ФИО1 суд квалифицирует по ч.1 ст.105 Уголовного кодекса Российской Федерации как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Вместе с тем, с учетом установленных в судебном заседании обстоятельств и положений ст.49 Конституции РФ, ст.14 УПК РФ суд считает, что ФИО1 нанесено не менее одного удара в область шеи и туловища ПКА., в результате чего ему причинены телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью и повлекшие его смерть на месте происшествия. При этом суд исключает из объема обвинения ФИО1 причинение ею ПКА следующих телесных повреждений, приведенных в заключении судебно-медицинской экспертизы под номерами 1.2. и 1.3: царапины на передней поверхности шеи справа в нижней трети; царапины на левой боковой поверхности шеи в нижней трети; царапины в проекции левого грудинно-ключичного сочленения; ссадины на передней поверхности шеи слева в нижней трети, полосовидной формы; ссадины на передней поверхности шеи слева в нижней трети полосовидной формы и царапины; ссадины на левой боковой поверхности шеи в нижней трети, полосовидной формы; двух ссадин в надключичной области слева, полосовидной формы, которые прижизненны, но не причинили вреда здоровью и в причинной связи со смертельным исходом не состоят. Свое мнение суд основывает на том, что из совокупности исследованных доказательств бесспорно не установлено, что указанные телесные повреждения были причинены именно подсудимой в момент реализации ею умысла на убийство ПКА

При назначении наказания суд в соответствии с требованиями ст.ст.6, 43, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности преступления, конкретные обстоятельства его совершения, данные о личности виновной, обстоятельства, смягчающие и отягчающее наказание, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

ФИО1 совершила оконченное преступление против жизни и здоровья человека, относящееся к категории особо тяжких.

Изучив данные о личности ФИО1., суд установил, что подсудимая состоит в зарегистрированном браке, но с супругом не проживала, сожительствовала с ПКА., несовершеннолетних детей не имеет, осуществляла уход за престарелой родственницей. На учете у врачей психиатра, нарколога подсудимая не состоит, страдает инфекционными заболеваниями.

Согласно справке инспектора НОАН МО МВД России «Заринский» справке-характеристике участкового уполномоченного полиции, решением Заринского городского суда Алтайского края от 15 февраля 2017 года в отношении ФИО1 установлен административный надзор сроком на 2 года как в отношении лица, имеющего неснятую и непогашенную судимость за совершение особо тяжкого преступления, совершившего в течение года 2 и более административных правонарушения против порядка управления (т.2 л.д.168).

Из справки характеристики УУП МО МВД России «Заринский» следует, что ФИО1 ранее судима, неоднократно привлекалась к административной ответственности, в отношении нее поступали жалобы о том, что в ее квартире собираются лица, ранее судимые, злоупотребляющие спиртными напитками (т.2 л.д.180).

Характеризующие подсудимую сведения, представленные сотрудниками полиции подтверждаются данными ИЦ ГУ МВД России по Алтайскому краю, ИСОД СООП, копиями судебных решений.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд признает и учитывает в отношении подсудимой: признание факта совершения действий в отношении потерпевшего, повлекших его смерть, в чем подсудимая раскаивается; аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления; попытки оказания медицинской помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, поскольку подсудимая поясняла, что пыталась остановить кровотечение; состояние здоровья ФИО1 и ее родственников, в том числе престарелой бабушки, за которой она осуществляла уход; мнение потерпевшей, не настаивавшей на строгом наказании.

Оснований для признания иных обстоятельств в качестве смягчающих наказание суд не усматривает. Так, суд не может расценить в качестве явки с повинной в совершении убийства ПКА слова ФИО1, сказанные фельдшеру АВА, о нанесении потерпевшему удара ножом, поскольку подробных пояснений подсудимая свидетелю не дала, а впоследствии придерживалась защитной версии о необходимой обороне.

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, судом не установлено, в связи с чем отсутствуют основания для применения положений ст.64 УК РФ.

ФИО1 ранее судима за совершение идентичного преступления, в ее действиях имеет место рецидив преступлений, который является особо опасным. Суд признает рецидив преступлений отягчающим обстоятельством и учитывает при назначении наказания. Суд не обсуждает вопрос о возможности изменения категории совершенного подсудимой преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, поскольку наличие отягчающего обстоятельства является безусловным препятствием к применению указанной правовой нормы.

Оценив в совокупности установленные в судебном заседании обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что в целях восстановления социальной справедливости, исправления виновной и предупреждения совершения новых преступлений, подсудимой необходимо назначить наказание в виде лишения свободы в рамках санкции ч.1 ст.105 УК РФ с учетом требований ч.2 ст.68 УК РФ. Достижение названных целей уголовного наказания в случае ФИО1 возможно только при отбывании лишения свободы реально, в условиях изоляции от общества.

В силу положений п. «б» ч.1 ст.58 УК РФ суд назначает подсудимой отбывание наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Дополнительное наказание с учетом всех выявленных обстоятельств дела суд не назначает.

Мера пресечения, избранная ФИО1., в виде содержания под стражей подлежит оставлению прежней до вступления приговора в законную силу подлежит отмене.

Срок лишения свободы суд исчисляет со дня постановления приговора. Руководствуясь требованиями ст.ст.9, 10 УК РФ, ч.3.1 ст.72 УК РФ суд зачитывает ФИО1 в срок лишения свободы время ее содержания под стражей по настоящему уголовному делу с 11 марта 2018 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Вопрос о вещественных доказательствах по уголовному делу суд разрешает в соответствии с положениями ст.81 УПК РФ: нож; следы пальцев рук; смыв вещества бурого цвета; смыв вещества бурого цвета; куртку ФИО1; куртку ПКА.; трико и кофту ФИО1; ногтевые пластины с кистей рук ФИО1; смывы с рук ФИО1; брюки, носки, плавки, кофту ПКА.; срезы ногтевых пластин с рук ПКА., - хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Заринского МСО СУ СК РФ по Алтайскому краю, - как соответственно орудие преступления и предметы, не представляющие ценности и не истребованные сторонами, подлежат уничтожению.

Решая вопрос о процессуальных издержках по уголовному делу, руководствуясь положениями ст.ст.131, 132 УПК РФ, суд относит к таковым по настоящему уголовному делу расходы в виде вознаграждения адвокату Чуб Е.А.., осуществлявшей по назначению защиту интересов ФИО1 в ходе предварительного следствия (8222 рубля 50 коп.) и в судебном заседании (8222 рубля 50 коп.), в общей сумме 16445 рублей. 

С учетом состояния здоровья и материального положения подсудимой, суд считает возможным освободить ФИО1 на основании ч.6 ст.132 УПК РФ от уплаты процессуальных издержек.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.297, 299, 300-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

признать ФИО1 виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ей наказание в виде 10 (десять) лет лишения свободы.

Срок лишения свободы исчислять ФИО1 с 28 сентября 2018 года. 

Назначенное ФИО1 наказание отбывать в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО1 в виде содержания под стражей оставить прежней до вступления приговора в законную силу.

Зачесть ФИО1 в срок лишения свободы время ее содержания под стражей по настоящему уголовному делу с 11 марта 2018 года по день вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства: нож; следы пальцев рук; смыв вещества бурого цвета; смыв вещества бурого цвета; куртку ФИО1; куртку ПКА.; трико и кофту ФИО1; ногтевые пластины с кистей рук ФИО1; смывы с рук ФИО1; брюки, носки, плавки, кофту ПКА.; срезы ногтевых пластин с рук ПКА., - хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Заринского МСО СУ СК РФ по Алтайскому краю, уничтожить.

На основании ч.6 ст.132 УПК РФ освободить ФИО1 от уплаты процессуальных издержек.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в течение 10 суток со дня его постановления, а осужденной, содержащейся под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии приговора, в Алтайский краевой суд через Заринский городской суд.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем она должна указать в апелляционной жалобе, также она вправе пригласить защитника для участия в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника, в том числе бесплатно в случаях, предусмотренных УПК РФ.

Судья А.С. Казанина