Дело № 2-1564/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 апреля 2017 года г. Калининград

Центральный районный суд г. Калининграда в составе:

председательствующего судьи Эльзессера В.В.,

при секретаре Мазяр К.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску М. к Ассоциации Адвокатской палате Калининградской области о признании незаконным и отмене заключения квалификационной комиссии Адвокатской палаты Калининградской области от 

<

 Дата >, решения Совета Адвокатской палаты Калининградской области от 

<

 Дата >, восстановлении статуса адвоката, с участием третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, на стороне ответчика Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Калининградской области, 

УСТАНОВИЛ:

<

 Дата > М. обратился в суд с указанным иском, обосновав его тем, что он (М.) являлся адвокатом Адвокатской палаты Калининградской области, зарегистрированным в реестре за №. Решением Совета Адвокатской палаты от 23.12. 2016 статус адвоката был прекращен с 

<

 Дата > в соответствии с п/п 3, п. 2 ст. 17 ФЗ-63 «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ». Решение принято на основании заключения квалификационной комиссии от 

<

 Дата >, посчитавшей установленными нарушения адвокатом М. п/п 1 и 4, п. 1 ст. 7 указанного закона, а также ст. 4; п/п 1 и 2 ст. 8; п. 2 и 4 ст. 10 Кодекса профессиональной этики адвоката. Истец полагает вышеуказанные решения незаконными, т.к. дисциплинарное производство не обеспечило объективное и справедливое рассмотрение жалобы, не соблюдены требования п. 4 ст. 23 КПЭА. Факт участия на предварительном следствии по уголовному делу И. В. по 

<

 ИЗЪЯТО > УК не доказан. Истец не принимал никакого участия в следственных действиях по уголовному делу, поскольку доверительница, также как и по гражданскому делу, уклонилась от заключения соответствующего соглашения по уголовному делу. Деньги, внесенные доверительницей по уголовному делу, возвращены. Не доказан факт обещания доверительнице положительно результата выполнения поручения иным способом, кроме добросовестного выполнения своих обязанностей. В соответствии с п.3 ст.2 и п.3 п/п 7 ст. 6 ФЗ-63 адвокат вправе совершать иные, не запрещенные действующим законодательством, действия и оказывать клиенту иную юридическую помощь. Комиссия сделала ошибку в толковании п/п 2 п. 1 ст. 8 КПЭА, давая правовую оценку действиям адвоката, выразившихся, по мнению комиссии, в использовании в письмах к доверительнице недопустимых и некорректных выражений. Написание писем доверительнице происходило уже после прекращения с ней деловых отношений и имело своей целью выяснить причины побудившие ее к написанию необоснованной жалобы, и высказать свое личное негативное отношение к неправомерности доводов, изложенных в этой жалобе. Оценочные суждения истца сделаны в корректной форме, не являются оскорбительными, не содержат уничижительных сравнений. Лингвистическая экспертиза по определению негативного и порочащего характера писем не проводилась. Сама комиссия не указала в заключении, какие же выражения являются недопустимыми и сделаны были в некорректной форме, не аргументировала, почему она пришла к такому выводу. Комиссия и Совет не исследовали и не установили фактические обстоятельства, связанные с получением и возвратом займа. Добросовестное выполнении заемщиком своей обязанности по возврату займа не могло не учитываться при оценке тяжести проступка. 

М. согласился с наличием в его действиях следующих проступков: неисполнение решения Совета Адвокатской палаты от 

<

 Дата >. пр-л №, выразившееся в не заключении соглашения с клиентом на ведение гражданского дела (п/п. 4 п. 1 ст. 7 ФЗ-63), получение от клиента денег взаймы (п. 4 ст. 10 КПЭА). Критерии порочности этих поступков являются оценочными и потому должны были применяться с учетом конкретной ситуации, чего сделано не было. Требования п/п 1 и. 1 ст. 7 ФЗ-63; ст. 4, п/п 1 и п/п 2 п. 1 ст. 8, п. 2 ст. 10 КПЭА не нарушались и вменены в вину необоснованно. При определении меры дисциплинарной ответственности Советом нарушены требования абз.2 п. 4 ст. 18 КПЭА. В силу абз. 2 и. 4 ст. 18 КПЭА при определении меры дисциплинарной ответственности Советом Адвокатской палаты должны учитываться тяжесть проступка, обстоятельства, при которых он совершен и другие обстоятельства, которые Советом признаны существенными. Отсутствие соглашения на ведение гражданского дела никак не повлияло на результат по делу, не причинило ущерба клиенту, не порочит честь и достоинство адвоката, не умаляет авторитет адвокатуры. Следует принять во внимание, что соглашение не было заключено вследствие недобросовестного поведения самой доверительницы, которая и не отказывалась от заключения такого соглашения, но под разными предлогами откладывала его подписание. Объясняла это в одном случае тем, что не успела его прочесть, в другом - что потеряла соглашение в многочисленных бумагах, в третьем - что забыла дома и принесет в суд. Существенным обстоятельством является то, что о таком странном поведении клиента истец поставил в известность председателя коллегии адвокатов, подтвердившего это обстоятельство, как на заседании квалификационной комиссии, так и на заседании Совета. Получение займа само по себе нельзя рассматривать как грубое нарушение норм КПЭА, являющееся основанием для применения крайней меры дисциплинарного воздействия. Спустя короткое время займ был возвращен, ни в какую долговую зависимость адвокат не попал. Представляется, что в этом случае также нет оснований говорить о совершении адвокатом порочащего его честь и достоинство поступке, умалении авторитета адвокатуры, причинении значительного вреда доверителю. 

При выборе меры дисциплинарной ответственности Совет Адвокатской палаты не мог не учитывать и другие существенные обстоятельства: большой стаж и опыт практической работы, серьезную научно-теоретическую подготовку. В калининградской адвокатуре истец работает 30 лет, имеет научную степень кандидата экономических наук. Работу в адвокатуре совмещал с преподавательской деятельностью, читая курс лекций в госуниверситете. По работе всегда характеризовался положительно. Избирался в Совет Адвокатской палаты. Как успешный адвокат был удостоен большой статьи в российском журнале «Российский адвокат». Вышеизложенные обстоятельства убедительно свидетельствуют, что у Совета палаты отсутствовали основания для прекращения статуса адвоката.

Была нарушена процедура рассмотрения дисциплинарного дела в Совете. В силу п. 1 ст. 24 КПЭА дисциплинарное дело, поступившее в Совет палаты с заключением квалификационной комиссии, должно быть рассмотрено не позднее 2-х месяцев с момента вынесения заключения. Заключение вынесено 

<

 Дата >, а решение принято 

<

 Дата >, т.е. с нарушением 2-х месячного срока. 

Просил признать незаконным и отменить заключение квалификационной комиссии Адвокатской палаты Калининградской области от 

<

 Дата > о признании в действиях адвоката М. нарушений норм законодательства об адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката и решение Совета Адвокатской палаты Калининградской области от 

<

 Дата > о нарушении М. норм законодательства об адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката и прекращении М. статуса адвоката, восстановить статус адвоката.

Истец М. в судебном заседании требования поддержал, просил иск удовлетворить.

Представитель ответчика Ассоциации Адвокатской палаты Калининградской области ФИО1, действующий на основании доверенности от 

<

 Дата >, возражал против удовлетворения иска.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, на стороне ответчика - Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Калининградской области ФИО2, действующий на основании доверенности № от 

<

 Дата >, ранее в судебном заседании возражал против удовлетворения иска.

Суд, исследовав все доказательства по делу и дав им оценку в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, приходит к следующему.

С 

<

 Дата > года М. работает в 

<

 адрес > коллегии адвокатов.

<

 Дата > решением Совета Адвокатской палаты Калининградской области (протокол №) до сведения адвокатов доведено, что в случае поступления в Адвокатскую палату жалобы клиента на некачественное оказание юридической помощи, размер гонорара, отказ в возврате гонорара отсутствие договора-поручения между адвокатом и доверителем является безусловным основанием для привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности, без учета признания обоснованности жалобы.

<

 Дата > И.И, обратилась за юридической помощью к адвокату М.

<

 Дата > в квалификационную комиссию Адвокатской палаты Калининградской области поступила жалоба И.И, от 

<

 Дата > в отношении адвоката М.

<

 Дата > в квалификационную комиссию поступило обращение начальника Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Калининградской области К. от 

<

 Дата > № в отношении адвоката М..

<

 Дата > распоряжением президента Адвокатской палаты С. на основании п. 1 ст. 21 Кодекса профессиональной этики адвоката срок возбуждения дисциплинарного производства был продлен сроком на один месяц.

<

 Дата > в квалификационную комиссию поступила дополнительная жалоба И.И, от 

<

 Дата >.

<

 Дата > распоряжением президента Адвокатской палаты Калининградской области возбуждено объединенное дисциплинарное производство.

<

 Дата > квалификационной комиссией Адвокатской палаты Калининградской области принято заключение, которым установлено наличие в действиях адвоката М. нарушения норм законодательства об адвокатуре в Российской Федерации и Кодекса профессиональной этики адвоката, а именно: п.п. 1, п.п. 4 п. 1 ст. 7; ст. 25 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», а также ст. 4; п.п. 1, п.п. 2 ст. 8; п. 2, п. 4 ст. 10 Кодекса профессиональной этики адвоката.

<

 Дата > решением Совета Адвокатской палаты Калининградской области постановлено признать наличие в действиях адвоката М. нарушения требований норм законодательства об адвокатуре в Российской Федерации и Кодекса профессиональной этики адвоката, а именно п.п. 1, п.п. 4 п. 1 ст. 7; ст. 25 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», а также ст. 4; п.п. 1, п.п. 2 ст. 8; п. 2, п. 4 ст. 10 Кодекса профессиональной этики; в соответствии с п.п. 3 п. 2 ст. 17 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», на основании заключения квалификационной комиссии Адвокатской палаты Калининградской области от 

<

 Дата > статус адвоката М. прекратить с 

<

 Дата >.

<

 Дата > М. обратился с настоящим иском в суд.

В соответствии со ст. 2 Федерального закона от 31.05.2002 N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" адвокатом является лицо, получившее в установленном настоящим Федеральным законом порядке статус адвоката и право осуществлять адвокатскую деятельность.

Согласно подп. 4, 5 п. 1 ст. 7 названного Федерального закона адвокат обязан, в том числе, соблюдать Кодекс профессиональной этики адвоката и исполнять решения органов адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации, принятые в пределах их компетенции.

По смыслу закона выбор гражданином той или иной формы реализации права на труд (приобретение статуса адвоката и пр.) влечет для него определенные правовые последствия, обусловленные правовым статусом, характерным для субъекта того или иного вида общественно-полезной деятельности. Такой правовой статус формируется федеральным законодателем посредством включения в него набора прав, обязанностей, государственных гарантий их реализации и мер ответственности, исходя из существа данной деятельности, ее целевой направленности и фактического положения лица в порождаемых этой деятельностью отношениях (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 25.05.2010 N 11-П).

В силу подп. 2, 3 ст. 17 Федерального закона от 31.05.2002 N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" статус адвоката может быть прекращен по решению совета адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, в региональный реестр которого внесены сведения об адвокате, на основании заключения квалификационной комиссии при: нарушении адвокатом норм Кодекса профессиональной этики адвоката; неисполнении или ненадлежащем исполнении адвокатом решений органов адвокатской палаты, принятых в пределах их компетенции.

В п. 1 и п. 6 ст. 18 Кодекса профессиональной этики адвоката, принятого Всероссийским съездом адвокатов 31.01.2003, установлено, что нарушение адвокатом требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и настоящего Кодекса, совершенное умышленно или по грубой неосторожности, влечет применение мер дисциплинарной ответственности, предусмотренных законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре и настоящим Кодексом.

Мерами дисциплинарной ответственности могут являться: замечание, предупреждение и прекращение статуса адвоката (п. 6 ст. 18 Кодекса профессиональной этики адвоката).

В силу положений п. 4 ст. 18 Кодекса профессиональной этики адвоката меры дисциплинарной ответственности применяются только в рамках дисциплинарного производства в соответствии с процедурами, предусмотренными разделом 2 настоящего Кодекса. Применение к адвокату мер дисциплинарной ответственности, включая прекращение статуса адвоката, является предметом исключительной компетенции Совета.

При определении меры дисциплинарной ответственности должны учитываться тяжесть совершенного проступка, обстоятельства его совершения, форма вины, иные обстоятельства, признанные Советом существенными и принятые во внимание при вынесении решения.

В соответствии с п. 1 ст. 19 Кодекса профессиональной этики адвоката, поступок адвоката, который порочит его честь и достоинство, умаляет авторитет адвокатуры, неисполнение или ненадлежащее исполнение адвокатом своих профессиональных обязанностей перед доверителем, а также неисполнение решений органов адвокатской палаты должны стать предметом рассмотрения соответствующих квалификационной комиссии и Совета, заседания которых проводятся в соответствии с процедурами дисциплинарного производства, предусмотренными настоящим Кодексом.

Дисциплинарное производство должно обеспечить своевременное, объективное и справедливое рассмотрение жалоб, представлений, обращений в отношении адвоката, их разрешение в соответствии с законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре и настоящим Кодексом, а также исполнение принятого решения (п. 3 ст. 19 названного Кодекса).

В соответствии с п. п. 1, 7 ст. 33 Федерального закона от 31.05.2002 N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" квалификационная комиссия рассматривает жалобы на действия (бездействия) адвокатов и по результатам рассмотрения жалобы дает заключение о наличии или об отсутствии в действиях (бездействии) адвоката нарушения норм Кодекса профессиональной этики адвоката, о неисполнении или ненадлежащем исполнении им своих обязанностей.

Согласно подп. 9 п. 3 ст. 31 названного Федерального закона Совет Адвокатской Палаты среди прочего рассматривает жалобы на действия (бездействия) адвокатов с учетом заключения квалификационной комиссии.

Данные положения Федерального закона согласуются с п. 5 ст. 19 Кодекса профессиональной этики адвоката, согласно которому дисциплинарное производство осуществляется только квалификационной комиссией и Советом адвокатской палаты, членом которой состоит адвокат на момент возбуждения такого производства.

Дисциплинарное дело, поступившее в Совет палаты с заключением квалификационной комиссии, должно быть рассмотрено не позднее двух месяцев с момента вынесения заключения, не считая времени отложения дисциплинарного дела по причинам, признанным Советом уважительными. Участники дисциплинарного производства извещаются о месте и времени заседания Совета (п. 1 ст. 24 Кодекса).

В соответствии с п. 3 ст. 24 Кодекса участники дисциплинарного производства не позднее десяти суток с момента вынесения квалификационной комиссией заключения вправе представить через ее секретаря в Совет письменное заявление, в котором выражены несогласие с заключением или его поддержка.

Совет при разбирательстве не вправе пересматривать выводы комиссии в части установленных ею фактических обстоятельств, считать установленными не установленные ею фактические обстоятельства, а равно выходить за пределы жалобы, представления, обращения и заключения комиссии (п. 4 ст. 24).

Решение по жалобе, представлению, обращению принимается Советом путем голосования.

Резолютивная часть решения оглашается участникам дисциплинарного производства непосредственно по окончании разбирательства в том же заседании.

Сроки и процедура дисциплинарного производства, предусмотренная разделом вторым Кодекса профессиональной этики адвоката, при принятии оспариваемого решения Советом Адвокатской палаты 

<

 адрес > соблюдены.

Неявка кого-либо из участников дисциплинарного производства не является основанием для отложения разбирательства квалификационной комиссией, как и неявка кого-либо из участников дисциплинарного производства не препятствует разбирательству и принятию Советом решения (п. 3 ст. 23, п. 4 и п. 5 ст. 24 Кодекса профессиональной этики адвоката).

Имеющиеся в деле доказательства подтверждают правильность выводов квалификационной комиссии и Совета адвокатской палаты о нарушении адвокатом М. нарушения норм законодательства об адвокатуре в Российской Федерации и Кодекса профессиональной этики адвоката, а именно: п.п. 4 п. 1 ст. 7; ст. 25 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», а также п. 4 ст. 10 Кодекса профессиональной этики адвоката, выразившиеся в несоблюдение простой письменной формы соглашения об оказании юридической помощи и, как следствие, нарушение решения Совета Адвокатской палаты Калининградской области (протокол № от 

<

 Дата >), а также заключение договора займа с клиентом.

Вместе с тем, суд не может согласиться с обоснованностью выводов квалификационной комиссии и Совета Адвокатской палаты Калининградской области в остальной части.

Так, в оспариваемых решениях установлено нарушение адвокатом М. следующих норм:

- п.п. 1 п. 1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» - адвокат обязан честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством РФ средствами;

- п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката – при осуществлении профессиональной деятельности адвокат обязан честно, разумно, добросовестно, квалифицировано, принципиально и своевременно исполнять свои обязанности, активно защищать права и свободы и интересы доверителей всеми не запрещенными законодательством средствами, руководствуясь Конституцией РФ, законом и Кодексом профессиональной этики адвоката; 

- п. 2 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката – при осуществлении профессиональной деятельности адвокат обязан уважать права, честь и достоинство лиц, обратившихся к нему за оказанием юридической помощи, доверителей, коллег и других лиц, придерживаться манеры поведения и стиля одежды, соответствующих деловому общению; 

- ст. 4 Кодекса профессиональной этики адвоката – адвокат при всех обстоятельствах должен сохранять честь, достоинство, присущие его профессии, 

- п. 2 ст. 10 Кодекса профессиональной этики адвоката - адвокат не вправе давать лицу, обратившемуся к нему за оказанием юридической помощи, или доверителю обещания положительного результата выполнения поручения.

Ссылки на нарушение указанных норм мотивированы квалификационной комиссией и Советом Адвокатской палаты фактами обещания доверительнице положительного результата выполнения поручения, использования адвокатом «деловых связей», использование адвокатом в адрес доверителя недопустимых выражений, составленных в неделовой манере и некорректной форме. 

Между тем, указанный вывод сделан без достаточных оснований. 

Факт обещания положительного результата выполнения поручения мотивирован лишь доводами доверителя, изложенными в заявлении, и иными достаточными основаниями не подтвержден. Само по себе использование адвокатом деловых связей для ведения переговоров, о которых осведомлен клиент, не является нарушением Кодекса профессиональной этики адвоката, и должно оцениваться с учетом права сторон на заключение мирового соглашения и использования положений Федерального закона от 27.07.2010 N 193-ФЗ (ред. от 23.07.2013) "Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)". Переписка адвоката с клиентом не содержит оскорбительных выражений в адрес клиента либо неделовой манеры поведения. Намерение, адвоката воспользоваться не запрещенными законом способами защиты как интересов клиента, таки и своих прав, путем обращения в органы и организации, не может быть расценена как нарушение Кодекс профессиональной этики адвоката и Федерального закона от 31.05.2002 N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации". Материалы дела не содержат сведений о том, какое запрещенное законодательством РФ средство защиты законных интересов доверителя использовал адвокат.

В силу п. 4 ст. 18 Кодекса профессиональной этики адвоката при определении меры дисциплинарной ответственности должны учитываться тяжесть совершенного проступка, обстоятельства его совершения, форма вины, иные обстоятельства, признанные Советом существенными и принятые во внимание при вынесении решения.

Как следует из вышеназванной нормы, прекращение статуса адвоката является крайней мерой дисциплинарной ответственности, которая может применяться только в случае грубейшего нарушения адвокатом Кодекса либо при неоднократном нарушении адвокатом Кодекса.

Между тем, адвокат М., работая в адвокатуре более 

<

 ИЗЪЯТО > лет, привлекается к дисциплинарной ответственности впервые, положительно характеризовался президиумом областной коллегии адвокатов и имеет ученую степень.

При таких обстоятельствах, само по себе несоблюдение простой письменной формы соглашения об оказании юридической помощи, а также получение от клиента займа, возврат которого не оспаривается, не являются достаточными основаниями, чтобы усмотреть в действиях адвоката грубейшее нарушение законодательства об адвокатуре и применить крайнюю меру дисциплинарной ответственности.

Указанные обстоятельства, а также то, что адвокат М. к дисциплинарной ответственности не привлекался суд расценивает как исключающие применение в данной конкретной ситуации самой строгой меры дисциплинарной ответственности, и Совет адвокатской палаты мог ограничиться предупреждением.

При таких обстоятельствах, учитывая, что в полной мере положения ст. 18 Кодекса профессиональной этики адвоката Советом адвокатской палаты при принятии оспариваемого решения учтены не были, суд находит оспариваемые решения незаконными в соответствующей части. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск М. удовлетворить частично.

Признать незаконным заключение квалификационной комиссии Адвокатской палаты Калининградской области от 

<

 Дата > в части наличия в действиях адвоката М. нарушения норм законодательства об адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, а именно: п.п. 1 п. 1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», Ст. 4 Кодекса профессиональной этики адвоката, п.п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката, п.п. 2 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката, п. 2 ст. 10 Кодекса профессиональной этики адвоката.

Признать незаконным решение Совета Адвокатской палаты Калининградской области от 

<

 Дата > в части наличия в действиях адвоката М. нарушения норм законодательства об адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, а именно п.п. 1 п. 1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», ст. 4 Кодекса профессиональной этики адвоката, п.п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката, п.п. 2 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката, п. 2 ст. 10 Кодекса профессиональной этики адвоката, прекращения статуса адвоката М.

Восстановить статус адвоката М.

В удовлетворении иска в остальной части - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Центральный районный суд г.Калининграда в течение месяца с даты изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение составлено 26 апреля 2017 года.

Судья