№Г- /2018

Судья Ольмезов М.И.

Докладчик Шомахов Р.Х.

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Президиума Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики

«22» февраля 2018 года г.Нальчик

Президиум Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики в составе:

Председательствующего - Маирова Ю.Х.,

членов Президиума - Ташуева М.З., Бабугоевой Л.М., Маздогова В.Х. и Созаевой С.А., 

при секретаре - Туменовой А.А., 

с участием истицы - ФИО1,

а также представителя местной администрации г.о.Нальчик - ФИО2, действовавшей на основании доверенности № от 10.01.2018 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Управлению федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по КБР об устранении кадастровой ошибки и о возложении обязанностей, переданное для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции на основании определения судьи Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики от 30.01.2018 года по кассационной жалобе истицы ФИО1 на апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда КБР от 26.10.2017 года,

у с т а н о в и л:

17.06.2016 года ФИО1 обратилась в Нальчикский городской суд с исковым заявлением, содержавшим после уточнения в порядке ст.39 ГПК РФ и замены определением суда от 21.02.2017 года ненадлежащего ответчика – Филиала ФГБУ «Федеральная кадастровая палата «Росреестра» по КБР адресованные Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по КБР требования: признать кадастровую ошибку в сведениях государственного кадастра недвижимости относительно размера площади земельного участка с кадастровым №, расположенного по адресу: № 

<

адрес>; обязать ответчика внести изменения в сведения о площади земельного участка с кадастровым №, а именно указать площадь, равную 34,0 кв.м., в соответствии с данными, указанными в Технических паспортах от 29.03.2002, от 28.04.2007, от 21.11.2012 года и в Акте приемки в эксплуатацию законченного строительства капитального гаража от 15.04.2002 года; признать кадастровую ошибку в присвоении номера кадастрового квартала земельному участку с кадастровым №, расположенного по адресу: КБР, 

<

адрес>; обязать ответчика внести в государственный кадастровый учет недвижимости изменения о номере кадастрового квартала, а именно указать кадастровый квартал с №; признать техническую ошибку в сведениях государственного кадастра недвижимости относительно указания площади здания – гаража с кадастровым №, расположенного по адресу: КБР, 

<

адрес>; обязать ответчика внести в государственный кадастровый учет недвижимости изменения о площади объекта недвижимости - гаража с кадастровым №, а именно указать площадь, равную 29,4 кв.м.

В обоснование ФИО1 указала, что на основании Распоряжения главы администрации г.Нальчика от 03.07.2000 года № 427 между администрацией г.Нальчика в лице Нальчикского горземкома ФИО3 был заключен договор аренды участка под гаражом площадью 24,0 кв.м. и получен градостроительный паспорт на капитальный гараж. Согласно техническому паспорту гаража, изготовленному в 2002 году, его площадь составляла 24,0 кв.м., но фактически равнялась 34,0 кв.м.. ФИО3 продал гараж ФИО4, а 22.12.2010 года капитальный гараж с земельным участком по 

<

адрес> в 

<

адрес> были приобретены ФИО5 на основании договора купли-продажи, заключенного с ФИО4. Затем, на основании договора дарения от 13.08.2014 г., они перешли в собственность истицы. Внутренняя площадь гаража, построенного еще в 1986 году, изначально составляла и составляет 29.4 кв.м., а площадь земельного участка, выделенного органами местного самоуправления под него первоначальному владельцу, фактически составляла 34,0 кв.м. Однако, сведения о границах земельного участка и гаража при их постановке на кадастровый учет были внесены ошибочно. Причиной этого стало внесение недостоверных сведений об уникальных характеристиках объектов недвижимости.

В соответствии с решением Нальчикского городского суда КБР от 17.03.2017 года исковые требования ФИО1 были полностью удовлетворены.

Не согласившись с состоявшимся судебным актом, заинтересованное лицо - местная администрация г.о.Нальчик обжаловала его в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда КБР, апелляционным определением которой от 26.10.2017 года решение Нальчикского городского суда КБР от 17.03.2017 года в части признания кадастровой ошибкой сведений относительно размера площади земельного участка, признания технической ошибкой сведений относительно указания площади гаража и возложения обязанности устранить ошибки, отменено с принятием в указанной части нового решения. 

Судебной коллегией постановлено: в удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании кадастровой ошибкой сведения государственного кадастра недвижимости относительно размера площади земельного участка с кадастровым №, расположенного по проспекту 

<

адрес> в 

<

адрес>, с возложением на Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по КБР обязанности внести изменения, указав площадь равную 34,0 кв.м., отказать; в удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании технической ошибкой сведения государственного кадастра недвижимости относительно указания площади здания – гаража, с кадастровым №, расположенного по 

<

адрес> в 

<

адрес>, с возложением на Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по КБР обязанности внести изменения, указав площадь равную 29,4 кв.м., отказать. В остальной части решение суда оставлено без изменения.

Будучи несогласной со вступившим в законную силу апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда КБР от 26.10.2017 года, 24.11.2017 года ФИО1 обратилась в Верховный Суд КБР с кассационной жалобой, содержащей просьбу оспариваемый ею судебный акт отменить, оставив в силе решение Нальчикского городского суда КБР от 17.03.2017 года.

В обоснование автор жалобы указала, что первоначальный застройщик и владелец гаража ФИО3 возвел его в площади большей, нежели впоследствии было указано в правоустанавливающей документации, выданной на основе некорректного обмера площадей гаража и земельного участка. Подтверждением данного обстоятельства является то, что из материалов гражданского дела следует, что второй по счету из предыдущих владельцев недвижимости ФИО4 приобрел у ФИО3 гараж площадью 29,4 кв.м., расположенный на земельном участке площадью 24 кв.м., чего фактически быть не могло, поскольку площадь строения не может быть больше площади земельного участка под ним. Впоследствии 07.06.2007 года между ФИО4 и МСУ «Центр приватизации муниципального имущества г.Нальчика» был заключен договор купли-продажи земельного участка под гаражом, приобретенным у ФИО3, площадью 29.4 кв.м.. Однако указанная площадь фактически также не соответствовала площади земельного участка, так как обозначала лишь внутреннюю (полезную) площадь гаража, но не его площадь по внешнему обмеру. Это обстоятельство подтверждается сведениями технических паспортов на гараж от 29.03.2002 и 28.04.2007 года, в которых общая площадь всего гаража, а не его полезная площадь, отражена в размере 34 кв.м.. Таким образом, 08.06.2007 года земельный участок был ошибочно поставлен на кадастровый учет по площади 29,4+4 кв.м. Соответственно, неверно такая же площадь земельного участка была указана и в свидетельстве о государственной регистрации права собственности ФИО4 на земельный участок. 22.12.2010 года гараж с участком у ФИО4 были приобретены ФИО5. 21.11.2012 года был составлен технический паспорт гаража, а 28.11.2012 года и кадастровый паспорт, в которых общая площадь гаража была указана в размере 34 кв.м.. На основании них 31.12.2010 года на гараж и земельный участок были выданы свидетельства о государственной регистрации права собственности. Впоследствии свидетельства от 31.12.2010 года были обменены ФИО5 на другие, в которых площади участка и гаража вновь были указаны в размере 29,4 кв.м.. На основании договора дарения от 13.08.2014 года спорная недвижимость перешла в собственность истицы и ей были выданы свидетельства о государственной регистрации права собственности от 02.09.2014 года, в которых площадь гаража и участка отражены неверно – в размере 29,4 кв.м. Ее довод об ошибочности этих сведений подтвердила экспертиза, проведенная в ходе рассмотрения дела Нальчикским городским судом. Отменяя решение суда первой инстанции, судебная коллегия сослалась на обстоятельства, установленные в ходе разбирательства по другому делу, связанному с самовольным захватом ФИО5 земельного участка возле гаража. Однако в суть этих обстоятельств суд апелляционной инстанции не вник, поскольку не разобрался в том, что Энеев К.С. самовольно присоединил дополнительные 9 кв.м. не к участку в 29,4 кв.м., а к существующему с 1986 года участку с фактической площадью в 34 кв.м.. Согласно решению суда от 01.02.2013 года на ФИО5 была возложена обязанность привести гараж в первоначальный вид, то есть освободить захваченные 9 кв.м.. Исполняя это решение, судебный пристав - исполнитель по существу разрушил гараж, поскольку не передвинул стену в исходное положение, а снес ее до основания. Вывод судебной коллегии о том, что под видом устранения кадастровой ошибки истица вновь пытается завладеть большим земельным участком в обход судебных решений, несостоятелен, так основан на оценке до конца неустановленных или неотносимых обстоятельств. В результате де-юре она лишается прав на те квадратные метры земельного участка под гаражом, которые приобрела вместе со строением, но которые из-за ошибок, допущенных при обмере, были оформлены в меньшем размере. 

Письмом судьи Верховного Суда КБР от 22.12.2017 года гражданское дело истребовано в Верховный Суд КБР, поступило 16.01.2017 года, определением от 30.01.2018 года передано с жалобой ФИО1 для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.

В судебном заседании истица ФИО1 свою жалобу поддержала и просила удовлетворить. Представитель заинтересованного лица – местной администрации г.о.Нальчик ФИО6 просила жалобу отклонить, а оспоренный судебный акт оставить без изменения. Будучи надлежащим образом извещенным о месте и времени рассмотрения дела, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по КБР своего представителя в судебное заседание не направило и об отложении заседания не ходатайствовало, в связи с чем кассационная жалоба была рассмотрена в отсутствие представителя ответчика. 

Заслушав доклад судьи Верховного Суда КБР Вологирова А.Ж., выслушав лиц, принявших участие в судебном заседании, проверив материалы гражданского дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Президиум приходит к следующему.

Согласно ст.387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном 

порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Президиум полагает, что такие нарушения допущены судом апелляционной инстанции. 

Из материалов настоящего гражданского дела следует, что изначально спорный гараж был возведен в период с 1986 по 1987 годы ФИО3. Распоряжением главы администрации г.Нальчика №427 от 03.07.2000 года на основании решения комиссии по градостроительству и земельным отношениям в г.Нальчике № 15 от 16.06.2000 года ему было разрешено оформить техническую документацию на капитальный гараж, построенный в 1986 году на дворовой территории жилого 

<

адрес> (т.1 л.д.16).

Во исполнение распоряжения №427 от 03.07.2000 года ФИО3 заключил 07.09.2000 года с администрацией г.Нальчика в лице Нальчикского горземкома договор аренды земельного участка площадью 24 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес> (т.1 л.д.10-11).

Приходя к выводу об обоснованности исковых требований ФИО1, Нальчикский городской суд КБР в решении от 17.03.2017 года указал, что к моменту вынесения распоряжения №427 гараж уже был построен, использовался с 1986 года и имел фактическую площадь большую, нежели оговаривалось в договоре аренды от 07.09.2000 года, а именно: по внутреннему обмеру - 4.20 х 7.00 метров, то есть 24,9 кв.м.; по наружному обмеру – 4.60 х 7.40 метров, то есть 34 кв.м..

Данный вывод суд первой инстанции обосновал ссылкой на впервые составленную в 2002 году техническую документацию ОТИ, не зафиксировавшую со стороны ФИО3 нарушений, в том числе в виде дополнительной самовольной пристройки или реконструкции гаража (т.1 л.д.17-25). 

03.05.2007 года ФИО3 продал гараж ФИО4 по договору, в котором указывалось, что общая площадь постройки равна 29,4 кв.м., а расположена она на арендованном земельном участке площадью 24 кв.м., что объективно исключалось (т.1 л.д.26).

В связи с этим при заключении договора купли-продажи от 07.06.2007 года, по условиям которого ФИО4 приобрел у МСУ «Центр приватизации муниципального имущества г.Нальчика» земельный участок под своим гаражом, площадь этого участка была обозначена в новом размере, равном площади гаража, то есть 29,4 кв.м. (т.1 л.д.29). Соответственно, при последующих переходах права собственности на гараж и земельный участок от ФИО4 к ФИО5, и от ФИО5 к ФИО1 их площади в документации отражались в обозначенном размере.

В целях достоверного установления имеющих значение обстоятельств, для чего требовались специальные познания, и правильного разрешения спора Нальчикским городским судом КБР по ходатайству истицы была назначена судебная землеустроительная экспертиза, по заключению которой: 

в сведениях государственного кадастра недвижимости относительно размера площади земельного участка с кадастровым №, расположенного в 

<

адрес>, имеется кадастровая ошибка. Для ее устранения необходимо в государственный кадастровый учет недвижимости внести изменения о площади земельного участка с кадастровым №, а именно указать площадь, равную 34,0 кв.м.;

в присвоении номера кадастрового квартала земельному участку с кадастровым №, расположенному 

<

адрес>, имеется кадастровая ошибка. Для устранения указанной ошибки необходимо в государственный кадастровый учет недвижимости внести изменения о номере кадастрового квартала, а именно указать кадастровый квартал с номером 07:09:0102109;

в сведениях государственного кадастра недвижимости относительно указания площади здания – гаража с кадастровым №, расположенного по 

<

адрес> в 

<

адрес> имеется техническая ошибка. Для ее устранения необходимо в государственный кадастровый учет недвижимости внести изменения о площади объекта недвижимости (гаража) с кадастровым №, а именно указать площадь равную 29,4 кв.м..

Оценив мотивированные выводы эксперта, производившего обмеры спорных объектов на месте их расположения, как допустимое, относимое и достоверное доказательство, подтверждающее обоснованность требований ФИО1, суд первой инстанции аргументировал ими свои собственные выводы по существу спора.

Не соглашаясь с выводами Нальчикского городского суда КБР, суд апелляционной инстанции указал, что из вступившего в законную силу решения Нальчикского городского суда КБР от 01.02.2013 года, вынесенного по другому делу, следует, что предыдущий собственник Энеев К.С. осуществлял реконструкцию принадлежащего ему гаража и самовольно дополнительно занял прилегающий земельный участок. По результатам рассмотрения упомянутого гражданского дела было принято решение об удовлетворении исковых требований местной администрации г.о. Нальчик и о возложении на ФИО5 обязанности привести гараж в состояние, существовавшее до его реконструкции, освободив самовольно занятый земельный участок. Кроме того, судебная коллегия в оспариваемом ФИО1 акте указала, что из апелляционного определения от 01.03.2017 года, вынесенного по еще одному делу, усматривается, что Энеев К.С. обращался в суд с иском, в котором просил взыскать за счет казны РФ в свою пользу возмещение материального ущерба и компенсацию морального вреда, мотивируя требования тем, что судебный пристав – исполнитель, принудительно исполняя решение суда о приведении гаража в первоначальное состояние, по существу снес постройку. В рамках рассмотрения указанного дела, было установлено, что для исполнения решения суда, с целью приведения объекта в первоначальное состояние и освобождения самовольно занятого земельного участка, были произведены работы по разборке каменной кладки второго этажа здания, демонтажу панелей перекрытия, демонтажу фасадной стены и части торцевых стен. Объект стал не пригодным к эксплуатации не в связи с незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя, а в силу того обстоятельства, что после проведения вышеперечисленных работ по разборке каменной кладки второго этажа здания, демонтажу панелей перекрытия, демонтажу фасадной стены и части торцевых стен с целью освобождения самовольно занятого земельного участка, были значительно снижены эксплуатационные характеристики и демонтированы несущие и ограждающие конструкции, а также из-за продолжительного отсутствия эксплуатации помещений по причине воздействия атмосферных явлений. Исходя из этого, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что, поскольку гараж был приведен в первоначальное состояние и самовольно занятая ФИО5 часть земельного участка была освобождена, а ФИО1 стала собственником недвижимого имущества после фактического исполнения решения суда, приводимые ею в исковом заявлении обстоятельства о нарушении ее прав не свидетельствуют. На это обстоятельство, по мнению судебной коллегии, прямо указывает тот факт, что собственником земельного участка и гаража истица стала в том их состоянии, в каком они находились на день заключения договора дарения от 30.08.2014 года. Кроме того, судебная коллегия посчитала необходимым отметить, что, как следует из вступивших в законную силу судебных постановлений и заключения эксперта, объекта недвижимого имущества - гаража общей площадью 29,4 кв.м., в том виде, в котором он принадлежал предыдущим собственникам ФИО3, ФИО4 и ФИО5, после действий судебного пристава-исполнителя по исполнению решения суда о приведении гаража в первоначальное состояние в настоящее время уже фактически не существует. Дополнительно в оспариваемом кассатором судебном акте указано, что из апелляционного определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда КБР от 13.08.2015 года следует, что ФИО1 также обращалась в суд с иском о возложении на местную администрацию г.о.Нальчик обязанности передать (продать) ей в собственность земельный участок площадью 9 кв.м. расположенный во дворе 

<

адрес> 

<

адрес> 

<

адрес>, мотивируя свои требования тем, что в 2012 году ее сын Энеев К.С. по просьбе жильцов дома по 

<

адрес> освободил используемый для заезда в гараж участок площадью 50 кв.м., на котором жильцы дома планировали оборудовать детскую площадку. В качестве компенсации жильцы предложили перенести ворота на боковую сторону гаража с правом расширения его на 1,3 м. для того, чтобы машина могла поместиться по своей длине. И если решением Нальчикского городского суда от 01.02.2013 года иск местной администрации г.о.Нальчика о приведении гаража в первоначальный вид был удовлетворен, то вопрос заезда в гараж остался нерешенным, поскольку на месте заезда уже оборудована детская площадка. Сославшись на предоставленное ст.67 ГПК РФ право оценивать доказательства, судебная коллегия посчитала, что ФИО1 знала о вышеизложенных обстоятельствах и под видом устранения кадастровой ошибки попыталась в обход состоявшихся судебных постановлений незаконно завладеть земельным участком большей площадью.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Согласно п.п.5 и 6 ч.2 ст.329 ГПК РФ в апелляционном определении должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом апелляционной инстанции, а также мотивы, по которым суд пришел к своим выводам.

Проанализировав доводы кассатора применительно к содержанию оспоренного апелляционного определения от 26.10.2017 года, Президиум считает, что имеющие значение обстоятельства Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда КБР определены неверно, а ее выводы не подтверждаются материалами гражданского дела.

Принимая во внимание существо исковых требований, а также фактические обстоятельства, заявленные ФИО1 в качестве их оснований, первостепенное значение по делу имели объективные сведения о том, какую фактическую общую площадь занимал земельный участок под гаражом на момент его возведения ФИО3 в 1986 году, то есть еще до оформления права собственности на постройку.

Свои выводы в обозначенной части Нальчикский городской суд КБР обосновал конкретными относимыми доказательствами, а именно первичной технической документацией на гараж и заключением землеустроительной экспертизы.

В опровержение этих выводов суд второй инстанции сослался на вступившие в законную силу судебные постановления по другим гражданским делам. Однако сведений о фактической площади земельного участка на момент возведения гаража и приобретения ФИО3 прав на него эти ссылки не содержат. То есть, упомянутые судебные акты, в том виде, в каком они были восприняты и оценены судебной коллегией в оспоренном ФИО1 апелляционном определении от 26.10.2017 года, критерию относимости не соответствуют.

Исходя из этого, Президиум находит должным образом немотивированным, а потому преждевременным мнение судебной коллегии о том, что под видом устранения кадастровой ошибки ФИО1 попыталась в обход состоявшихся судебных постановлений незаконно завладеть земельным участком большей площадью. 

По этой же причине нельзя признать правильным и вывод суда второй инстанции о том, что приводимые в исковом заявлении обстоятельства о нарушении прав ФИО1 не свидетельствуют, поскольку она стала собственником недвижимого имущества после фактического исполнения решения суда. 

С учетом предмета иска прийти к подобному выводу без достоверного установления как первоначальной площади земельного участка, так и ее актуального размера после исполнения решения суда по другому гражданскому делу, возможным не представлялось. 

Между тем, мер к этому, в отличие от суда первой инстанции, судебная коллегия не предпринимала, а заключение землеустроительной экспертизы, подтвердившее обоснованность иска на основе реально произведенных экспертом осмотра и обмеров, отвергла, по существу не приведя в апелляционном определении от 26.10.2017 года соответствующих мотивов.

Указание в оспоренном ФИО1 судебном акте на то, что иск удовлетворению не подлежал, так как объекта недвижимого имущества - гаража общей площадью 29,4 кв.м. в настоящее время уже не существует, с материалами дела в полной мере не согласуется. Из фотографий названного объекта, представлявшихся истицей в ходе судебного заседания от 26.10.2017 года и исследовавшихся составом судебной коллегии, усматривается, что постройка в виде гаража в настоящее время фактически существует. При этом из объяснений ФИО1 в ходе того же судебного заседания следовало, что после совершения судебным приставом – исполнителем исполнительных действий, она самостоятельно возвела фасадную стену гаража и восстановила его в соответствии с решением суда в прежних размерах, указанных в техническом паспорте при приобретении (т.2 л.д.17-18, 21-22). 

Вместе с тем, вопреки требованиям ст.ст.198, 329 ГПК РФ эти доказательства какой-либо оценки со стороны суда второй инстанции в апелляционном определении от 26.10.2017 года не получили. 

Помимо этого, Президиум считает, что судебной коллегией допущено еще одно существенное нарушение процессуальных норм.

В силу ч.1 ст.157 ГПК РФ суд при рассмотрении дела обязан непосредственно исследовать доказательства по делу: заслушать объяснения сторон и третьих лиц, показания свидетелей, заключения экспертов, консультации и пояснения специалистов, ознакомиться с письменными доказательствами, осмотреть вещественные доказательства, прослушать аудиозаписи и просмотреть видеозаписи.

В соответствии с ч.2 и 3 ст.327 ГПК РФ рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции коллегиально начинается с доклада судьи-председательствующего или одного из судей. Судья-докладчик излагает обстоятельства дела, а также сообщает иные данные, которые суду необходимо рассмотреть для проверки решения суда первой инстанции. После доклада суд апелляционной инстанции заслушивает объяснения явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, их представителей. После объяснений лиц, участвующих в деле, их представителей суд апелляционной инстанции при наличии соответствующих ходатайств оглашает имеющиеся в деле доказательства, после чего переходит к исследованию новых принятых судом доказательств.

Согласно ч.1 и ч.2 ст.61 ГПК РФ обстоятельства, признанные судом общеизвестными, не нуждаются в доказывании. Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Из смысла приведенных процессуальных норм в их взаимосвязи следует, что, поскольку сведения, содержащиеся в судебных актах, положенных судебной коллегией в основу своих окончательных выводов по настоящему делу, общеизвестными не являются, они должны были содержаться в копиях судебных актов, приобщенных к материалам гражданского дела. Между тем, судами обеих инстанций копий обозначенных, вступивших в законную силу судебных постановлений от 13.08.2015 года, а также от 01.03.2017 года не исследовалось и в материалах настоящего дела они не содержатся. 

В связи с этим Президиум считает, что в ходе апелляционного рассмотрения дела по спору между ФИО1 и Управлением федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по КБР был нарушен фундаментальный принцип непосредственности судебного разбирательства.

С учетом изложенного, поскольку суд апелляционной инстанции допустил существенные нарушения норм процессуального права, повлиявшие на исход дела, которые не могут быть устранены судом кассационной инстанции, так как для этого требуется повторная проверка имеющих значение обстоятельств на основе надлежащей оценки доказательств, но без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, обжалуемое апелляционное определение подлежит отмене, а гражданское дело, в соответствии с п.2 ч.1 ст.390 ГПК РФ, направлению на новое рассмотрение в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда КБР. 

Руководствуясь ст. 388 Гражданского процессуального кодекса РФ, Президиум

п о с т а н о в и л:

Кассационную жалобу ФИО1 удовлетворить частично.

Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда КБР от 26.10.2017 года отменить, гражданское дело направить на новое рассмотрение в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда КБР в ином составе судей. 

Председательствующий Ю.Х.Маиров