дело №2-3326/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Белгород 08 октября 2018 г.

Свердловский районный суд г. Белгорода в составе

судьи Каюкова Д.В.

при секретаре Князевой Н.А.

с участием

представителя истца – ФИО1 (доверенность от 18 января 2018 г.),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к АО «АльфаСтрахование» о взыскании страховой выплаты, убытков, неустойки, финансовой санкции,

УСТАНОВИЛ:

26 февраля 2018 г. в г. Белгороде произошло столкновение легковых автомобилей TOYOTA (г.р.з. №) под управлением Е.Т. и HYUNDAI (г.р.з. 

<

***>) под управлением его собственника ФИО3 (далее - потерпевший).

Столкновение произошло вследствие нарушения водителем автомобиля TOYOTA Правил дорожного движения Российской Федерации и повлекло повреждение автомобилей.

Гражданская ответственность владельцев автомобилей была застрахована по договорам обязательного страхования.

07 марта 2018 г. потерпевший передал Заике А.В. свои права требовать у страховщика исполнения обязательств, связанных с произошедшим страховым случаем.

АО «АльфаСтрахование» в порядке прямого возмещения убытков 20 марта 2018 г. приняло заявление ФИО2 о страховом возмещении, 08 мая 2018 г. – его претензию, 31 мая 2018 г. осуществило Заике А.В. страховую выплату – 17490,63 руб.

Дело возбуждено по иску ФИО2, поданному 15 августа 2018 г., в котором истец, ссылаясь на приведенные выше обстоятельства и неполную страховую выплату, требовал взыскать с ответчика: страховую выплату – 58460 руб., неустойку за несоблюдение срока страховой выплаты за период с 10 апреля 2018 г. по 13 мая 2018 г. – 19291,80 руб. с дальнейшем начислением неустойки по день исполнения страховщиком обязательства страховой выплаты, финансовую санкцию за 10 апреля 2018 г. – 200 руб.

Также истец просил возместить за счёт ответчика расходы на оплату стоимости независимой экспертизы – 22000 руб., станции технического обслуживания – 3000 руб., юриста – 6000 руб., курьера – 450 руб.

В судебном заседании представитель истца поддержал заявленные требования. Пояснил, что столкновение автомобилей произошло 26 февраля 2018 г., автомобиль потерпевшего был осмотрен ответчиком 23 марта 2018 г., условия договора уступки прав от 07 марта 2018 г., заключённого между потерпевшим и истцом, являются действительными.

Ответчик и третье лицо – ФИО3, извещённые о судебном заседании надлежащим образом, не явились, позицию не представили.

Суд отказывает в удовлетворении иска.

В силу положений ст. 1079 ГК Российской Федерации граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причинённый источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы, умысла потерпевшего либо противоправных действий других лиц.

Обязанность возмещения вреда возлагается на лицо, которое владеет источником повышенной опасности на законном основании.

Вред, причинённый в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064 ГК Российской Федерации), то есть по принципу ответственности за вину.

В силу п. 1 ст. 1064 ГК Российской Федерации вред, причинённый личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что её страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключённым договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы (п. 4 ст. 931 ГК Российской Федерации).

По договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причинённый вследствие этого события вред имуществу в пределах определённой договором страховой суммы (ст. 1 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»).

Право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона (п. 1 ст. 382 ГК Российской Федерации).

Переход к другому лицу прав (требований), исполнение которых предназначено лично для кредитора-гражданина либо иным образом неразрывно связано с его личностью, не допускается. Права потерпевшего на компенсацию морального вреда и на получение штрафа, предусмотренного п. 3 ст. 16.1 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», также не могут быть переданы по договору уступки требования (ст. 383 ГК Российской Федерации, п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 №54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», п. 71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 г. №58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»).

Судом установлены следующие обстоятельства. 

Из извещения о дорожно-транспортном происшествии следует, что столкновение автомобилей произошло при указанных выше обстоятельствах вследствие нарушения Е.Т. Правил дорожного движения Российской Федерации.

Оформление документов о дорожно-транспортном происшествии проведено без участия уполномоченных на то сотрудников полиции.

Копией свидетельства о регистрации транспортного средства подтверждено право собственности потерпевшего на легковой автомобиль HYUNDAI, повреждённый в столкновении.

Согласно информации Российского союза автостраховщиков гражданская ответственность владельцев автомобилей застрахована по договорам обязательного страхования: причинителя вреда – с АО «СОГАЗ» на период с 04 июля 2017 г. по 03 июля 2018 г. (договор заключён 28 июня 2017 г.), потерпевшего – с ответчиком на период со 02 декабря 2017 г. по 01 декабря 2018 г.

Из договора цессии №1 от 07 марта 2018 г. следует, что потерпевший передал истцу права требовать у ответчика исполнения обязательств по договору обязательного страхования гражданской ответственности ввиду повреждения своего автомобиля в указанном выше дорожно-транспортном происшествии, а также исполнения санкций за нарушение этих обязательств.

Заявление истца о страховом возмещении вручено ответчику 20 марта 2018 г.

Суд, исходя из установленных обстоятельств и положений п. 2 ст. 168, п. 1 ст. 388, п. 1 ст. 167 ГК Российской Федерации, приходит к выводу, что уступка права по указанному договору цессии является ничтожной, поскольку совершена в нарушение законодательного запрета, и не влечёт юридических последствий, связанных с приобретением и реализацией истцом права на страховое возмещение.

Согласно п. 15.1 ст. 12 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховое возмещение вреда, причинённого легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных п. 16.1 этой же статьи) путём организации и (или) оплаты восстановительного ремонта повреждённого транспортного средства потерпевшего.

По смыслу закона, страховой возмещение в такой форме предназначено лично для собственника транспортного средства и, следовательно, право на такое возмещение не может быть передано по договору цессии до установления обстоятельств, предусмотренных п. 16.1 ст. 12 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Из представленных истцом доказательств следует, что на момент заключения договора цессии потерпевший обладал правом на страховое возмещение в натуральной форме, на тот момент отсутствовали обстоятельства, позволявшие потерпевшему требовать возмещения путём выдачи суммы страховой выплаты.

В этой связи осуществление ответчиком 31 мая 2018 г. страховой выплаты истцу не свидетельствует о действительности договора цессии и наличии у истца права требовать страховой выплаты и удовлетворения иных заявленных требований.

Оснований для иных выводов по существу спора не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО2 к АО «АльфаСтрахование» о взыскании страховой выплаты, убытков, неустойки, финансовой санкции оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путём подачи через Свердловский районный суд г. Белгорода апелляционной жалобы в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья

Решение изготовлено в окончательной форме 12 октября 2018 г.