ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ

Судья Ломако Н.Н.

дело № 33-37/2026

(№ 33-2738/2025)

04RS0021-01-2025-002111-69

поступило 08 октября 2025 г.

Апелляционное определение

14 января 2026 г. г. Улан-Удэ

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Республики Бурятия в составе председательствующего судьи Рабдановой Г.Г.

судей коллегии Кудряшовой М.В., Дандаровой А.А.,

с участием прокурора Цыбиковой Е.Н.

при секретаре Подкаменевой О.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГКУ РБ «Управление капитального строительства Правительства Республики Бурятия», Министерству строительства и модернизации жилищно-коммунального комплекса Республики Бурятия, Министерству социальной защиты населения Республики Бурятия о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов

по апелляционной жалобе представителя ответчика ГКУ РБ «Управление капитального строительства Правительства Республики Бурятия» ФИО2 на решение Советского районного суда г. Улан-Удэ от 06 мая 2025 г., которым постановлено:

Исковое заявление ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ГКУ РБ «Управление капитального строительства Правительства Республики Бурятия» в пользу ФИО1 (паспорт ...) компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., расходы на оплату юридических услуг в размере 5 000 руб.

Заслушав доклад судьи Кудряшовой М.В., исследовав материалы дела, ознакомившись с доводами апелляционной жалобы, выслушав заключение прокурора, участников процесса, судебная коллегия

установила:

Истец ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ГКУ РБ «Управление капитального строительства Правительства Республики Бурятия» и просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб., расходы по оплате юридических услуг в размере 5 000 руб.

В обоснование иска указала, что истец состоит на учете в качестве нуждающейся в обеспечении жилым помещением как лицо, оставшееся без попечения родителей, на основании распоряжения 2007 года. Истец признана потерпевшей по уголовному делу в отношении бывшего руководителя ГКУ РБ «Управление капитального строительства Правительства Республики Бурятия» ФИО3, который согласно постановлению Советского районного суда г. Улан-Удэ от 10 июля 2024 г. допустил халатность при исполнении им должностных обязанностей, что повлекло за собой существенное нарушение прав и законных интересов, в том числе истца, как лица, оставшегося без попечения родителей. Уголовное дело в отношении него прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. Вина ФИО3 в халатности установлена, следовательно, его действиями истцу причинен моральный вред, поскольку нарушено конституционно право на жилище. Факт отказа в возбуждении уголовного дела и освобождение лица от уголовной ответственности в связи с истечением срока давности, то есть по не реабилитирующему основанию, не освобождает это лицо от обязательств по возмещению причиненного ущерба и не исключает защиту потерпевшим своих прав в порядке гражданского судопроизводства. Нарушение неприкосновенности жилища является нарушением личного неимущественного права, а потому моральный вред подлежит возмещению. Для подтверждения наличия морального вреда в таком случае не обязательно подтверждать наличие вреда здоровью. Отсутствие расстройства здоровья не может являться основанием для отказа в иске о компенсации причиненных нравственных страданий. Моральный вред выразился в длительном непредоставлении истцу жилого помещения. В ... году истец забеременела, у истца не было жилья, не было средств к существованию. Истец работала, однако доход был небольшим. С ... года истец проживала в частном деревянном доме, предоставленном друзьями, дом был неблагоустроенным, истец не могла обеспечить себя дровами для отопления дома, в связи с чем, приходилось просить дрова у соседей. Воду в дом приносила самостоятельно. На фоне данной ситуации образовался 

<

...>, 

<

...>, пришлось в данный период времени принимать антибиотики, что негативно сказалось на плоде ребенка. У дочери истца установлена инвалидность. В результате совершенных преступных действий истец испытывала сильный эмоциональный стресс, находилась в длительной депрессии.

Определением суда к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены Министерство имущественных и земельных отношений Республики Бурятия, РГУ «Центр социальной поддержки населения»; в качестве ответчиков привлечены Министерство строительства и модернизации жилищно-коммунального комплекса Республики Бурятия, Министерство социальной защиты населения Республики Бурятия (т.1 л.д. 35).

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала, просила иск удовлетворить.

Представитель ответчика в суд не явился, извещался о судебном заседании.

От Министерства имущественных и земельных отношений Республики Бурятия поступил отзыв на исковое заявление, согласно которому доказательств того, что нарушены нематериальные блага либо личные неимущественные права истца к исковому заявлению не приложены.

Министерство социальной защиты населения Республики Бурятия направило возражения, в котором указало, что 26 марта 2025 г. ФИО1, выдан сертификат на предоставление дополнительной меры социальной поддержки за счет средств бюджета Республики Бурятия в виде социальной выплаты на приобретение жилого помещения в собственность № 59 в размере 3 629 241 руб. Министерство проводит максимально возможный объем работы, в том числе по исполнению решений суда о возложении обязанности по обеспечению жильем лиц указанной категории граждан.

Судом постановлено вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе представитель ответчика ГКУ РБ «Управление капитального строительства Правительства Республики Бурятия» ФИО2 просит решение суда отменить, в удовлетворении исковых требований истцу отказать. Указывая на то, что ответчик не был надлежащим образом извещен о времени и месте рассмотрения дела, судебное извещение о судебном заседании направлено по адресу: 

<

...>, тогда как юридическим адресом учреждения является адрес: 

<

...>. Также ответчик не согласен с исковым заявлением, поскольку оснований для таковых не имеется. В материалах дела отсутствует заключение врача, доказывающее причинно-следственную связь между приемом антибиотиков истцом и наступившей инвалидностью ребенка. При том, что в материалах дела имеется выписка РПНД о том, что беременность истца протекла на фоне 

<

...>, вероятнее всего, стало причиной инвалидности ребенка. Кроме того в материалах дела имеются судебные акты о взыскании в пользу истца компенсации за нарушение разумных сроков исполнения решения суда об обеспечении истца жилым помещением.

Согласно ч. 1 ст. 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке является нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

В соответствии с п. 2 ч. 4 ст. 330 ГПК РФ основаниями для отмены решения суда первой инстанции в любом случае являются, в том числе, рассмотрение дела в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле и не извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

В силу п. 5 ст. 330 ГПК РФ при наличии оснований, предусмотренных абзацем четвертым настоящей статьи, суд апелляционной инстанции рассматривает дело по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных настоящей главой.

Определением от 10 ноября 2025 г. судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Республики Бурятия перешла к рассмотрению по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ.

В суде апелляционной инстанции представитель ответчика ГКУ РБ «Управление капитального строительства Правительства Республики Бурятия» ФИО4 возражала относительно заявленных исковых требований ФИО1, указывая на отсутствие доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями бывшего руководителя ГКУ и причиненными истцу страданиями. У истца имелась очередь предоставления жилых помещений, как лицу имеющий статус дети-сироты под № ..., соответственно не проведение торгов в 2019 г. и не приобретение для такой категории граждан в количестве запланированных 118 квартир, не повлекло нарушение ее прав. Также болезненность ребенка истца, возможно, была допущена также действиями самого истца, а не ответчиком. Просит в иске Майской отказать. При наличии оснований для удовлетворения исковых требований, полагает необходимым снизить размере компенсации морального вреда.

Представители ответчиков Министерство строительства и модернизации жилищно-коммунального комплекса Республики Бурятия ФИО5, Министерство социальной защиты населения Республики Бурятия ФИО6, также возражали относительно требований Майской.

Иные участники судебного разбирательства в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Бурятия, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), полагала возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО7, ... г.р., является лицом из числа детей, оставшихся без попечения родителей: ее мать Г.Л.П. лишена родительских прав в отношении дочери ФИО7 решением Кяхтинского районного суда Республики Бурятия от 19 марта 2007 г., сведения об ее отце в актовой записи о рождении отсутствуют.

Постановлением администрации муниципального образования «Кяяхтинский район» Республики Бурятия от 23 июля 2007 г. № 148 ФИО7 поставлена на учет для внеочередного получения жилья.

Распоряжением администрации Октябрьского района г.Улан-Удэ от 06 апреля 2021 г. № 609 ФИО7 включена в список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц, которые относились к категории детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и достигли возраста 23 лет, которые подлежат обеспечению жилыми помещениями, с составом семьи 1 человек, с даты постановки на учет в МО «Кяхтинский район» Республики Бурятия 23 июля 2007 г.

Решением Железнодорожного районного суда г. улан-Удэ от 22 апреля 2021 г., оставленным без изменения апелляционным определением Верховного суда Республики Бурятия от 16 июня 2021 г. удовлетворены исковые требования ФИО7 об обязании Министерство социальной защиты населения Республики Бурятия обеспечить ее благоустроенным жилым помещением специализированного жилищного фонда по договору найма специализированного жилого помещения по норме предоставления жилого помещения по договору социального найма по месту жительства в г.Улан-Удэ.

21 апреля 2023 г. ФИО7 изменила имя, согласно актовой записи стала ФИО1,.

Постановлением старшего следователя второго отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Республике Бурятия от 21 мая 2024 г. ФИО1 признана потерпевшей по уголовному делу отношении ФИО3 (являвшегося начальником ГКУ РБ «Управление капитального строительства Правительства Республики Бурятия», обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ.

Постановлением Советского районного суда г. Улан-Удэ от 10 июля 2024 г. указанное уголовное дело прекращено, в связи с истечением срока давности уголовного преследования, на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Постановление вступило в законную силу 30 июля 2024 г.

Определением Железнодорожного районного суда г. Улан-Удэ от 10 апреля 2025 г. между Министерством социальной защиты населения Республики Бурятия и ФИО1 утверждено мировое соглашение, согласно которой последней предоставлена социальная выплата на приобретение жилого помещения лицам, которые относились к категории детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из их числа, утв. Постановлением Правительства Республики Бурятия от 31 марта 2005 г. № 102 «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей – сирот, детей, оставшихся без попечения родителей» за счет средств республиканского бюджета на приобретение жилого помещения в собственность, в том числе на условиях участия в долевом строительстве многоквартирных домов, удостоверяемую сертификатом.

Обращаясь с настоящим исковым заявлением, ФИО1 указала, что в результате преступных действий ФИО3, ей причинены моральные страдания, выразившиеся в том, что она, не имея своего жилья, вынуждена была скитаться, арендовать жилье у друзей, что явилось следствием болезненного состоянию при беременности и далее установление инвалидности ребенку.

Разрешая дело по правилам суда первой инстанции, судебная коллегия, выслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования Майской не подлежащими удовлетворении, лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, пришла к следующему выводу.

Ч. 3 ст. 40 Конституции Российской Федерации закреплена обязанность государства обеспечить дополнительные гарантии жилищных прав путем предоставления жилища бесплатно или за доступную плату из государственных, муниципальных и других жилищных фондов в соответствии с установленными законом нормами не любым, а малоимущим и иным указанным в законе гражданам, нуждающимся в жилище.

Согласно ч. 1 ст. 109.1 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее - ЖК РФ) предоставление жилых помещений детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, по договору найма специализированных жилых помещений осуществляется в соответствии с законодательством РФ и законодательством субъектов РФ.

Ст. 1 Федерального Закона от 21 декабря 1996 г. № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» (далее Федеральный Закон от 21 декабря 1996 г. № 159-ФЗ) определены категории лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, имеющих в соответствии с настоящим Федеральным законом право на дополнительные гарантии по социальной поддержке.

При этом, согласно указанной статье дети-сироты - это лица в возрасте до 18 лет, у которых умерли оба или единственный родитель; а к лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, относятся - лица в возрасте от 18 до 23 лет, у которых, когда они находились в возрасте до 18 лет, умерли оба или единственный родитель, а также которые остались без попечения единственного или обоих родителей и имеют в соответствии с настоящим Федеральным законом право на дополнительные гарантии по социальной поддержке.

Согласно п. 1 ст. 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 г. № 159-ФЗ, детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые не являются нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений, а также детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые являются нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений, в случае, если их проживание в ранее занимаемых жилых помещениях признается невозможным, органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации, на территории которого находится место жительства указанных лиц, в порядке, установленном законодательством этого субъекта Российской Федерации, однократно предоставляются благоустроенные жилые помещения специализированного жилищного фонда по договорам найма специализированных жилых помещений.

Жилые помещения предоставляются лицам, указанным в абз. 1 настоящего пункта, по достижении ими возраста 18 лет, а также в случае приобретения ими полной дееспособности до достижения совершеннолетия. В случаях, предусмотренных законодательством субъектов Российской Федерации, жилые помещения могут быть предоставлены лицам, указанным в абзаце 1 настоящего пункта по их заявлению в письменной форме ранее, чем по достижении ими возраста 18 лет (абз. 2).

В соответствии с п. 9 ст. 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 г. № 159-ФЗ, право на обеспечение жилыми помещениями по основаниям и в порядке, которые предусмотрены настоящей статьей, сохраняется за лицами, которые относились к категории детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и достигли возраста 23 лет, до фактического обеспечения их жилыми помещениями.

В силу абз. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания), действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно п. 2 ст. 1099 ГК РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Таким образом, моральный вред, причиненный нарушением имущественных прав, подлежит компенсации лишь в случаях, прямо указанных в законе.

Жилищный кодекс Российской Федерации, а также другие федеральные законы, регулирующие жилищные отношения, не содержат норм, которые предусматривали бы возможность компенсации морального вреда в случае нарушения прав гражданина на своевременное предоставление жилого помещения на условиях договора найма специализированного жилого помещения. Правоотношения по заключению договора специализированного жилого помещения носят имущественный характер, а права граждан по такому договору являются имущественными правами.

В связи с чем, оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда, не имеется.

Не свидетельствует об обоснованности заявленных исковых требований то обстоятельство, что ФИО1 признана потерпевшей по уголовному делу в отношении начальника Государственного казенного учреждения Республики Бурятия «Управление капитального строительства Республики Бурятия» ФИО3 по факту совершения им преступления, предусмотренного ст. 293 УК РФ.

П. 1 ст. 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии со ст. 1064 данного кодекса вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

По смыслу ст. ст. 15 и 1064 ГК РФ, обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину.

Согласно п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

П. 12 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст. ст. 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

Как разъяснил Конституционный Суд Российской Федерации в определениях от 17 июля 2012 г. № 1470-О и от 28 мая 2013 г. № 786-О, прекращение уголовного дела и освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением срока давности не освобождает виновного от обязательств по возмещению нанесенного ущерба и компенсации причиненного вреда и не исключает защиту потерпевшим своих прав в порядке гражданского судопроизводства.

При этом, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 8 декабря 2017 г. № 39-П отметил, что привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения, - иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определенности вопреки требованиям ст. 19 (ч. ч. 1 и 2), 34 (ч. 1), 35 (ч. ч. 1 - 3), 49 (ч. 1), 54 (ч. 2) и 55 (ч. 3) Конституции Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации в п. 3.1 постановления от 2 марта 2017 г. № 4-П, касаясь вопросов, связанных с последствиями истечения сроков давности привлечения к уголовной ответственности, пришел к выводу о том, что отказ в возбуждении уголовного дела или его прекращение в связи с освобождением лица от уголовной ответственности и наказания по нереабилитирующему основанию не влекут признание лица виновным или невиновным в совершении преступления. Принимаемое в таких случаях процессуальное решение не подменяет собой приговор суда и по своему содержанию и правовым последствиям не является актом, которым устанавливается виновность подозреваемого или обвиняемого (подсудимого) в том смысле, как это предусмотрено ст. 49 Конституции Российской Федерации. Подобного рода решения констатируют отказ от дальнейшего доказывания виновности лица, несмотря на то, что основания для осуществления в отношении него уголовного преследования сохраняются.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июля 2015 г. № 1823-О для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда по уголовному делу, вступивший в законную силу приговор является обязательным применительно к вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом. Это не препятствует суду, рассматривающему дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, принять в качестве письменного доказательства постановление о прекращении в отношении него уголовного дела (ч. 1 ст. 71 ГПК РФ) и оценить его наряду с другими доказательствами (ст. 67 ГПК РФ).

Как предусмотрено ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов (ч. 1 ст. 55).

Оценивая доказательства в их совокупности, судебная коллегия полагает необходимым отметить следующее:

Из материалов дела следует, что постановлением старшего следователя второго отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Республике Бурятия от 21 мая 2024 г. ФИО1 признана потерпевшей по уголовному делу отношении ФИО3 (являвшегося начальником ГКУ РБ «Управление капитального строительства Правительства Республики Бурятия», обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ.

Постановлением Советского районного суда г. Улан-Удэ от 10 июля 2024 г. указанное уголовное дело прекращено, в связи с истечением срока давности уголовного преследования, на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Постановление вступило в законную силу 30 июля 2024 г.

Распоряжением Правительства РБ от 19 августа 2020 г. № 480-р утвержден Технологический регламент («дорожная карта) приобретения жилых помещений для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.

П. 7 указанного Технического регламента значится мероприятие по заключению государственных контрактов на приобретение для детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из их числа жилых помещений: индивидуальных жилых домов, квартир в домах блокированной застройки, квартир в многоквартирных домах, а также приобретение жилых помещений для детей-сирот на основании судебных решений, в сроки, установленные Федеральным законом от 05 апреля 2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд». Планирование и осуществление закупочной процедуры по приобретению благоустроенных жилых помещений для детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из их числа, а также заключение государственных контрактов на приобретение жилых помещений для детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из их числа, возложено на ГКУ РБ «Управление капитального строительства Правительства Республики Бурятия».

В соответствии с Уставом ГКУ РБ «Управление капитального строительства Правительства Республики Бурятия» является некоммерческой организацией, осуществляющей оказание государственных услуг, выполнение работ и (или) исполнение государственных функций в целях обеспечения реализации предусмотренных законодательством Российской Федерации и Республики Бурятия полномочий государственного заказчика Республики Бурятия, финансируемое за счет бюджетных средств, на основании бюджетной сметы (п. 1.3). Учреждение является юридическим лицом, находящимся в ведомственном подчинении Министерства строительства и модернизации жилищно-коммунального комплекса Республики Бурятия (п. 1.4). Предметом деятельности Учреждения является осуществление функций государственного заказчика и (или) функций застройщика (технического заказчика) строительства, реконструкции объектов капитального строительства, реализуемых в целях развития общественной инфраструктуры Республики Бурятия, ведение строительного контроля (п. 2.2). Целью Учреждения является обеспечение полномочий Республики Бурятия по исполнению функций государственного заказчика, застройщика (технического заказчика) (п. 2.3). Для осуществления поставленных целей Учреждение осуществляет следующие виды основной деятельности: осуществление функций государственного заказчика по приобретению жилых помещений в государственную собственность в целях формирования специализированного жилищного фонда для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из их числа (п. 2.4.4). Единоличным исполнительным органом Учреждения является его начальник (п. 5.2). К компетенции начальника Учреждения относятся вопросы: осуществления текущего руководства деятельностью Учреждения, представление интересов Учреждения и совершения в установленном действующим законодательством и Уставом порядке сделок от имени Учреждения без доверенности, утверждения штатного расписания Учреждения, утверждения внутренних документов Учреждения, регламентирующих его деятельность, составления, утверждения и ведения бюджетной сметы Учреждения в соответствии с порядком, определенном Учредителем и общими требованиями, установленными Министерством финансов Российской Федерации (п. 5.4). Начальник Учреждения несет ответственность за свои действия в соответствии с действующим законодательством за ненадлежащее выполнение возложенных на него обязанностей, результативность бюджетных расходов, обоснованность потребностей в ресурсах для выполнения задач и показателей деятельности Учреждения, состояние финансово-хозяйственной деятельности Учреждения, использование выделенных бюджетных и иных средств (п. 5.5)

В соответствии с приказом Министерства строительства и модернизации жилищно-коммунального комплекса Республики Бурятия от 19 декабря 2016 г. № 037-211 «О передаче функции государственного заказчика по приобретению жилья для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из их числа ГКУ РБ «Управление капитального строительства Правительства Республики Бурятия», ГКУ РБ «Управление капитального строительства Правительства Республики Бурятия» приказано приступить к осуществлению функции государственного заказчика по приобретению жилья для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из их числа.

Приказом министра строительства и модернизации жилищно-коммунального комплекса Республики Бурятия от 19 марта 2019 г. № 5-к, ФИО3 назначен на должность начальника ГКУ РБ «Управление капитального строительства Республики Бурятия».

Согласно постановлению о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО3, в 2019 году последний организовал проведение ГКУ РБ «Управление капитального строительства Правительства Республики Бурятия» электронных аукционов по приобретению жилья для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из их числа, по которым начальные (максимальные) цены контрактов для каждого района Республики Бурятия являлись ниже рыночной стоимости жилых помещений. ФИО3 организовал проведение недостаточного количества электронных аукционов, следствие недобросовестного отношения к службе и обязанностям по должности, при неприобретении ГКУ РБ «Управление капитального строительства Правительства Республики Бурятия» необходимого количества жилых помещений, при наличии свободных лимитов бюджетных денежных средств, не осуществил закупки жилых помещений в упрощенной форме в соответствии с ч. 4 ст. 71, п. 5 ч. 2 ст. 83.1, ч. 27 ст. 83.1 Федерального закона № 44-ФЗ путем проведения запроса предложений и осуществления закупок у единственного поставщика, не организовал проведение электронных аукционов по приобретению жилья для указанной категории граждан. Преступное поведение ФИО3 повлекло существенное нарушение прав и законных интересов детей-сирот, ГКУ РБ «Управление капитального строительства Правительства Республики Бурятия», Министерства строительства и модернизации жилищно-коммунального комплекса Республики Бурятия, Министерства социальной защиты населения Республики Бурятия, а также охраняемым законом интересам государства.

Как указано в данном постановлении, существенное нарушение прав и законных интересов детей-сирот выразилось в не освоении выделенных бюджетных денежных средств в размере 96 231 776 руб., в не приобретении для указанной категории граждан на выделенные бюджетные инвестиции 118 жилых помещений и соответственно в не предоставлении им указанных жилых помещений, не освоенные выделенные бюджетные денежные средства в размере 96 231 776 руб. по концу 2019 года были возвращены в бюджетную систему Российской Федерации и более не выделялись на приобретение жилья для указанной категории граждан. Не приобретение и не предоставление жилых помещений детям-сиротам повлекло длительное нарушение их конституционных прав на защиту государства, получение жилища от государства, на нормальное социальное обеспечение, дети-сироты вынуждены длительное время ждать положенного им жилья. На 31 декабря 2019 г. в очереди на получение положенных жилых помещений состояло 5069 детей-сирот, их права, а также права неопределенного круга лиц из числа детей-сирот, которые в дальнейшем ставились на учет как нуждающиеся в жилых помещениях, в результате преступного поведения ФИО3 продолжили нарушаться, очередь не уменьшилась.

При этом суд апелляционной инстанция анализируя имеющиеся доказательств, полагает необходимым отметить, что в I полугодии 2019 г. ФИО1 значилась в списке детей – сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые подлежат обеспечению жилыми помещениями в Республике Бурятия под № 2406; во II полугодии 2019 г. – 2401; I полугодие 2020 г. – 2321; II полугодие 2020 г. – 2314; I полугодие 2021 г. – 2151; I полугодие 2022 г. – 1955; I полугодие 2023 г. – 1719; I полугодие 2024 г. – 1529; I полугодие 2025 г. – 1308.

ГКУ РБ «Управление капитального строительства Правительства Республики Бурятия» в 2019 г. было приобретено жилых помещений для указанной категории граждан – 87, в 2020 г. – 150, в 2021 г. – 190, в 2022 г. – 165; в 2023 г. – 115; в 2024 г. – 28; в 2025 г. – 90.

Таким образом, в указанный период для предоставления детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, приобретались жилые помещения, которые в установленном законом порядке были распределены среди лиц, состоящих в Сводном списке. При этом истец, учитывая очередность предоставления указанных жилых помещений, фактический номер очереди истца в данном списке в период с 2019 г. по 2025 г., а также количество приобретенных жилых помещений для указанной категории граждан в данный период, не могла претендовать на их получение, в том числе во внеочередном порядке.

В 2025 г. Майской был выдан сертификат на приобретение, в связи с ее обращением, после чего исполнительное производство, возбужденное во исполнение решения суда о предоставлении ей жилого помещения было прекращено.

Кроме того, согласно материалам дела, ФИО1 (ранее ФИО7) была зачислена в ГБПОУ «Байкальский многопрофильный колледж» (приказ № 50 от 30 августа 2019 г.), закончила обучение в июне 2024 г. (приказ № 204-ОД от 26 июня 2024 г. При этом в колледже имеется общежитие. Нуждающиеся при поступлении пишут заявление на предоставление места в общежитии. ФИО1 (ФИО7) на заселение в общежитие, заявление не писала и в общежитии не проживала. При поступлении, в заявлении указала адрес проживания: 

<

...>

Материалы дела также не содержат сведения о том, что в период обучения, истец предпринимала меры по вселению в общежитие по месту учебы, тогда как с ее слов она постоянно меняла места жительства и нуждалась в жилом помещении.

Также не было представлено доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями по длительному не предоставлению жилого помещения и наступившими последствиями в виде болезни ее дочери.

Согласно истории родов, истории развития новорожденного, диспансерной карты беременной женщины ФИО1 (ранее ФИО7) последняя состоялась на учете по беременности, однако медицинское обследование в связи с беременностью проходила несвоевременно, игнорируя рекомендации врачей. В связи с чем, ГБУЗ «Республиканский психоневрологический диспансер» сообщил, что З.Е., ... г.р. (дочь истца) состоит на учете в ГБУЗ «РПНД» с ... г. с диагнозом: 

<

...>. Является инвалидом детства 

<

...> г. В анамнезе значится: 

<

...>.

Таким образом, учитывая, что истцом не было представлено доказательств, подтверждающих причинение ей нравственных и физических страданий в результате неправомерных действий ФИО3, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований истца о компенсации морального вреда с ГКУ «Управление капитального строительства Правительства Республики Бурятия».

С учетом изложенного, судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения исковых требований и в отношении ответчиков Министерства строительства и модернизации жилищно-коммунального комплекса Республики Бурятия, Министерства социальной защиты населения Республики Бурятия.

Учитывая, что судебная коллегия перешла к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанций, решение суда от 06 мая 2025 г. подлежит отмене.

Руководствуясь ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

Определила:

Решение Советского районного суда г. Улан-Удэ от 06 мая 2025 г. отменить.

Принять новое решение.

Исковые требования ФИО1 к ГКУ РБ «Управление капитального строительства Правительства Республики Бурятия», Министерству строительства и модернизации жилищно-коммунального комплекса Республики Бурятия, Министерству социальной защиты населения Республики Бурятия о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов, оставить без удовлетворения.

На апелляционное определение может быть подана кассационная жалоба в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Кемерово) в течение трех месяцев, путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

председательствующий

судьи коллегии

Мотивированное апелляционное определение составлено 16 января 2026 г.