Дело № 2-162/2020 

24RS0057-01-2020-000033-32 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 мая 2020 года г. Шарыпово

Шарыповский городской суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Бритковой М.Ю.,

с участием помощника Шарыповского межрайонного прокурора - Илькова А.В. (по поручению прокурора), представителя истца - Пронин А.И. (на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверения № от ДД.ММ.ГГГГ, выданного ГУ Минюста России по Красноярскому краю),

при секретаре Олейниковой И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба и морального вреда, причиненного преступлением, 

Установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании компенсации материального ущерба - 677 527,42 рублей, компенсации морального вреда в размере 5 000 000 рублей, взыскании судебных расходов за оказание юридических услуг - 15 000 рублей. Обоснованы требования тем, что органами предварительного следствия ФИО2 обвинялся в том, что ДД.ММ.ГГГГ около 03 часов ФИО2 и ФИО4 находились на участке местности, 

<

адрес>, и на расстоянии 

<

адрес>, где между ними произошел конфликт, в результате чего у последнего, возникли неприязненные отношения к ФИО4 В указанное время у ФИО2 возник преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО4 Реализуя свой преступный умысел, ФИО2 умышлено нанес несколько ударов руками в область головы ФИО4, отчего последний упал на асфальт. Продолжая преступные намерения, ФИО2 умышленно нанес несколько ударов ногами по голове ФИО4 В результате своих преступных действий ФИО2 причинил ФИО4 повреждения 

<

данные изъяты>, которые в совокупности квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью, и являлись опасными для жизни в момент причинения. В результате полученных повреждений, 30.04.2018 ФИО4 скончался в хирургическом отделении КГБУЗ «Шарыповская ГБ», и похоронен 02.05.2018. Приговором Шарыповского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, ответчик был признан виновным в преступлении, предусмотренном с ч.4 ст. 111 УК РФ и ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 10 лет 6 мес. Погибший ФИО4 является сыном истицы, смертью сына ей причинен моральный вред, поскольку его смерть является невосполнимой для неё утратой. Полагает, что справедливой, достойной денежной компенсацией за вред, причиненный преступлением, является сумма 5 000 000 рублей. Кроме того, преступными действиями ФИО2 истцу причинен материальный ущерб, связанный с погребением сына, в размере 677 527,42 рублей. Также истец понесла издержки, связанные с рассмотрением дела, выразившиеся в оплате услуг представителя, адвоката Красноярской краевой коллегии адвокатов Пронина А.И., по оказанию юридической помощи (составление иска, представительство в суде первой инстанции), в сумме 15 000 рублей (л.д.5-7,49).

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, ходатайствовала о рассмотрении дела в её отсутствие (л.д.48), обеспечила явку в суд своего представителя.

Представитель истца ФИО1 – адвокат Пронин А.И. (полномочия проверены, л.д.18) в судебном заседании поддержал исковые требования по тем же основаниям.

Ответчик ФИО2, в судебном заседании не присутствовал, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом (л.д.53,57), направил возражения на исковое заявление, в которых просит оказать в удовлетворении исковых требований, так как срок исковой давности истек, моральный вред не обоснован и не доказан. Статья 204 ГК РФ предусматривает, что срок исковой давности не течет со дня обращения в суд за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права. Исходя из требований истца стало известно, что её права (моральный и материальный вред) были нарушены непосредственно в период его осуждения - 24.12.2018, в уголовном деле гражданский иск не заявлялся, значит, суд принял иск с нарушением ст.204,207 ГК РФ. В силу ст. 10 ГК РФ истец злоупотребляет своим правом, так как ответчик уже осужден за совершенное преступление сроком на 10 лет и 6 месяцев лишения свободы, однако истец желает его наказать вторично в виде компенсации. Полагает, что данный спор подлежит рассмотрению в третейском суде г. Красноярска (л.д.40,54-56). 

Гражданский процессуальный кодекс РФ и другие федеральные законы не предоставляют лицам, отбывающим по приговору суда наказание в исправительных учреждениях, право на личное участие в разбирательствах судами их гражданских дел (по которым они являются истцами (заявителями), ответчиками, третьими лицами и другими участниками процесса). Уголовно-исполнительный кодекс РФ предусматривает возможность этапирования осужденных из мест лишения свободы в следственные изоляторы лишь для участия в судебных разбирательствах по уголовным делам (ст. 77.1 УИК РФ).

Копия искового заявления от 14.01.2020 с приложением, судебные извещения, разъяснение процессуальных прав, направлены ответчику судом и получены ФИО2 20.03.2020, 30.04.2020, что подтверждается расписками ответчика (л.д.1-3, 33-34, 36-37, 39, 42-45,47,51,53,57).

Кроме того, копия иска с приложением документов, направлена ответчику стороной истца, что подтверждается почтовой квитанцией от 14.01.2020 (л.д. 31). 

Принимая во внимание положения статей 35, 48 ГПК РФ, статьи 77.1 УИК РФ, учитывая, что данное исковое заявление не связано с применением мер в части уголовного преследования или ограничивающих свободу и личную неприкосновенность, судом предоставлено право ответчику довести до судебного заседания свою позицию, в связи с чем, суд считает возможным рассмотреть данное гражданское дело без этапирования ответчика в судебное заседание.

Неявка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве дела и иных процессуальных прав, поэтому не является преградой для рассмотрения судом дела по существу.

При таких обстоятельствах, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения дела, согласно ст.ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ).

Выслушав представителя истца ФИО1 - Пронин А.И., свидетеля, исследовав письменные материалы дела, оценив имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, учитывая заключение помощника Шарыповского межрайонного прокурора Илькова А.В., полагавшего требования о взыскании денежной компенсации морального вреда завышенными, суд пришел к следующим выводам.

Исходя из положений Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (статья 2); каждый имеет право на жизнь (пункт 1 статьи 20); право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (пункт 1 статьи 7).

Жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

Согласно статье 52 Конституции Российской Федерации права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Согласно ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав. 

В соответствии со ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст.12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В силу ч. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 настоящего кодекса.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с ч.2 ст.151 ГК РФ, при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вреда.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 2 Постановления от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (с последующими дополнениями и изменениями) разъяснил, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. Перечень нравственных страданий, являющихся основанием для реализации права на компенсацию морального вреда, не является исчерпывающим.

Исходя из положений п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, то факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Пунктом 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 разъяснено, что размер компенсации зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость, от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 содержатся разъяснения, в силу которых по общему правилу, установленному частями 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. 

На основании частей 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. 

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом (редакция на дату вступления в законную силу приговора в отношении ответчика – 12.03.2019). 

Часть 4 ст. 61 ГПК РФ (в ред. Федерального закона от 28.11.2018 N 451-ФЗ, вступившей в законную силу 28.10.2019) гласит о том, что вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица (ч. 2 ст. 61 ГПК РФ).

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В судебном заседании установлено, что приговором Шарыповского городского суда Красноярского края от 24.12.2018 года по делу №, ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, и ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 10 лет 6 месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 год 10 месяцев. Приговор вступил в законную силу 12.03.2019 (л.д. 8-17).

Указанным приговором суда установлено, что ФИО2 совершил умышленное преступление против жизни и здоровья: причинил тяжкий вред здоровью ФИО4, опасный для жизни последнего и повлекший по неосторожности смерть ФИО4 при следующих обстоятельствах:

22.04.2018 в период времени с 03 часов до 03 часов 02 мин. у ФИО2, находившегося на участке местности, расположенном 

<

адрес>, в связи с произошедшим между ним и ФИО5 конфликтом, возник преступный умысел, направленный на умышленное причинение последнему тяжкого вреда здоровья. 

Реализуя свой преступный умысел в указанном месте в период времени с 03 часов 02 мин. до 03 часов 25 мин. 22.04.2018 ФИО2, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровья ФИО5 и, относясь к возможности наступления смерти потерпевшего безразлично, на почве личных неприязненных отношений, умышленно и с достаточной силой, нанес один удар рукой по лицу ФИО5, отчего потерпевший упал и ударился головой об асфальт тротуарной дорожки, расположенной по вышеуказанному адресу. После этого ФИО2 умышленно и с достаточной силой нанес лежащему на асфальте ФИО5 не менее двух ударов рукой и не менее двух ударов ногой по голове и другим частям тела потерпевшего. Своими умышленными преступными действиями ФИО2 причинил ФИО5 телесные повреждения в виде:

- 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Смерть ФИО5 наступила 30.04.2018 в 03 часа 45 мин. в помещении хирургического отделения КГБУЗ «Шарыповская ГБ», расположенного по адресу: Красноярский край, г. Шарыпово, Больничный городок, 5, в результате 

<

данные изъяты>. Между действиями ФИО2 и наступившей смертью ФИО4 имеется прямая причинно-следственная связь. 

Оснований для признания поведения потерпевшего ФИО4 противоправным и явившимся поводом для совершения преступления суд в ходе рассмотрения уголовного дела не усмотрел, при этом установил, что ФИО2 сам спровоцировал конфликт, когда потерпевший случайно задел его плечом, каких-либо действий по отношению к ФИО2, послуживших причиной совершения преступления, потерпевшим ФИО4 совершено не было. 

В рамках уголовного дела истец ФИО1 была признана потерпевшей, в суде показала, что погибший приходился ей сыном. 22.04.2018 узнала о нахождении сына в реанимационном отделении больницы в связи с его избиением. Через несколько дней сын скончался. Её сын был очень спокойным, не конфликтным.

Факт родственных отношений истца с погибшим ФИО4 подтверждается также свидетельством о рождении серии № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО4 родился ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> ССР, отцом указан - ФИО3, матерью указана ФИО1 (л.д.59).

Согласно свидетельству о смерти серии № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 умер 30.04.2018 в г. Шарыпово Красноярский край, о чем 03.05.2018 составлена запись акта о смерти № (л.д. 60).

Гражданский иск в ходе предварительного расследования и при рассмотрении уголовного дела в судебном заседании не был заявлен.

Суд считает очевидным и доказанным, что ФИО1 испытывала нравственные страдания в связи со смертью сына, таким образом, у истца возникло право требования денежной компенсации в возмещении морального вреда с ответчика.

Доказательств, свидетельствующих о том, что вред причинен не по вине ответчика, возник вследствие непреодолимой силы, действий иных лиц, в материалах дела отсутствуют, ответчиком не предоставлены.

Исходя из вышеизложенного, поскольку близкие родственники во всех случаях испытывают нравственные страдания, вызванные смертью потерпевшего, факт причинения им морального вреда предполагается и установлению подлежит лишь размер его компенсации.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание обстоятельства, при которых был причинен вред, степень вины причинителя вреда - умышленное причинение ФИО2 тяжкого вреда здоровью ФИО4, опасного для его жизни и повлекшего по неосторожности смерть ФИО4 в возрасте 17-ти лет, в связи с чем, истица лишилась любимого сына, при том, что гибель близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие истца, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания, степень которых высока, учитывает непринятие ответчиком до настоящего времени действий по компенсации истцу морального вреда, а также принцип разумности и справедливости. 

Кроме того, суд считает общеизвестным фактом, который в силу ч. 1 ст. 61 ГПК РФ не нуждается в доказывании, что гибель близкого, родного человека является наиболее тяжелым и невосполнимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные такой утратой, затрагивающие личность, психику, здоровье и самочувствие.

При таких обстоятельствах, суд считает сумму компенсации морального вреда в размере 5 000 000 рублей завышенной, не отвечающей требованиям разумности и справедливости в связи, с чем уменьшает сумму компенсации с 5 000 000 рублей до 1 500 000 рублей.

Истцом заявлено требование о взыскании расходов на погребение ФИО4 в сумме 677 527,42 рублей, из которых: 667 199 рублей – сумма по оплате ритуальных услуг, связанных с захоронением тела, установке надгробного памятника, покупка живых и искусственных цветов, 9 928,42 рублей – сумма на продукты поминального обеда, 400 рублей – сумма оплаты объявления о похоронах ФИО4

В соответствии со ст. 3 Федерального закона № 8-ФЗ от 12.01.1996 «О погребении и похоронном деле», погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям, которое может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Установление мемориального надмогильного сооружения и обустройство место захоронения (т.е. памятник, надгробие, ограда, скамья, цветы и др.) является одной из форм сохранения памяти об умершем, отвечает обычаям и традициям.

Затраты на погребение могут возмещаться на основании документов, подтверждающих произведенные расходы на погребение, то есть размер возмещения не поставлен в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению, установленного в субъекте РФ или в муниципальном образовании, предусмотренного ст. 9 Федерального закона «О погребении и похоронном деле». 

Вместе с тем, возмещению подлежат необходимые расходы, отвечающие требованиям разумности. 

Вопрос о размере необходимых расходов должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти (ст. 5 ФЗ № 8-ФЗ от 12.01.1996).

Исходя из смысла изложенных норм, к числу необходимых расходов на погребение, помимо средств затраченных непосредственно на захоронение погибших, относятся и ритуальные расходы, включая приобретение венков, изготовление и установку надгробного памятника и ограды, поскольку увековечение памяти умерших таким образом является традицией.

В силу ст. 9 указанного Федерального закона, супругу, близким родственникам, иным родственникам, законному представителю или иному лицу, взявшему на себя обязанность осуществить погребение умершего, гарантируется оказание на безвозмездной основе следующего перечня услуг по погребению: оформление документов, необходимых для погребения; предоставление и доставка гроба и других предметов, необходимых для погребения; перевозка тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий); погребение (кремация с последующей выдачей урны с прахом).

Оценив представленные истцом доказательства понесенных затрат, связанных с погребением, суд считает их подлежащими частичному возмещению.

Так, согласно квитанции № от 30.04.2018, истцом произведена оплата ИП ФИО10 по приобретению гроба, покрывала, креста, могила, захоронение, шесть венков, две корзины и т.д. на сумму 104 750 руб., оплата услуг по подготовке тела умершего – 5 400 руб., оплата на приобретение одежды умершему – 18 200 руб., оплата прощального зала - 480 руб., оплата по приобретению оградки, стола, лавочки - 44 000 руб., оплата услуг катафального транспорта – 10 400 руб., всего оплачена сумма 183 230 рублей (л.д. 22).

Согласно товарному чеку № от 01.05.2018, истцом приобретены живые цветы на сумму 17 850 рублей (л.д 27).

Также истцом были приобретены вазы для цветов под срезку на сумму 619 рублей, что подтверждается кассовым чеком от 01.05.2018 (л.д. 29).

Согласно квитанции № е37387 от 30.04.2018, истцом было подано в ООО «Развитие» объявление о похоронах ФИО4, оплаченное в размере 400 руб. (л.д. 28).

Суд полагает, что данные затраты истца являются необходимыми расходами на погребение и подлежат взысканию с ответчика.

Квитанцией № от 15.06.2018 (л.д. 24) подтверждается оплата истцом индивидуальному предпринимателю ИП ФИО11 денежной суммы 257 800 рублей, в том числе: оплата по приобретению гранитного памятника - 49 000 руб.; гравировка знаков (крестик) – 1 500 руб. + 800 руб.: гравировка портрета – 8 000 руб., гравировка (полный рост) – 12 000 руб.; пропитка – 2 000 руб.; установка памятника – 10 000 руб.; заливка – 3 000 руб.; погрузка 2*1000 = 2 000 руб.; выезд рабочих – 1 000 руб.; транспорт – 2 500 руб.; выкладка гранитной плитки 15*9000 = 135 000 руб.; ваза гранитная 2 шт.*10 000 руб.=20 000 руб.; ваза кованная – 5 000 руб. Работы по установке памятника выполнены 18.09.2019, приняты заказчиком ФИО1

Погребение по христианскому обычаю при захоронении тела в земле предусматривает установку памятника, что соответствует сложившимся православным обычаям и традициям, в связи с чем, суд признает понесенные истцом дополнительные расходы на погребение необходимыми расходами, подлежащими взысканию с ответчика в пользу истца, на сумму 83 300 рублей, в том числе по квитанции №: изготовление памятника – 49 000 руб.; гравировка знаков и крестика 1500 руб., 800 руб.; установка памятника – 12 000 руб.; установка оградки – 3 500 руб.; транспортные расходы (погрузка, выезд рабочих, транспорт) – 5 500 руб.; приобретение вазы кованной – 5 000 руб.; а также по товарному чеку ИП ФИО11 от 01.05.2018 (л.д. 29) на приобретение искусственных цветов на сумму 2 800 руб., косынок 8 штук – 1 200 руб., платков носовых в количестве 100 штук – 1 500 руб., а также церковных свечей в количестве 50 штук – 500 руб.

В судебном заседании свидетель ФИО12 пояснила, что она занималась организацией похорон, поскольку в силу тяжелой утраты, истец ФИО1 не могла этого делать. За все рассчитывалась истец, из своих личных сбережений. Стол, лавочку и оградку установили до истечения 9 дней после смерти ФИО4, в дальнейшем демонтировали и снова устанавливали после установки памятника и укладки гранитной плитки.

Однако, дополнительные расходы истца по квитанции № в размере 180 500 рублей, в том числе расходы по благоустройству участка (выкладка гранитной плиткой 15 кв.м.*9 000 руб.) - 135000 руб.; гравировка портрета, гравировка в полный рост на сумму 20 000 руб.; пропитка – 4 000 руб.; установка трех ваз – 1 500 руб., гранитные вазы (в количестве двух штук) - 20 000 руб.; а также по товарному чеку ИП ФИО11 от 01.05.2018: расходы на венки (пять штук) – 21 600 руб.; корзины в количестве 3 штук – 7 600 руб. (согласно квитанции № от 30.04.2018, судом уже учтена стоимость шести венков и двух корзин) не могут быть признаны необходимыми расходами, данные расходы выходят за пределы необходимых обрядовых действий по непосредственному погребению тела. 

Сумма расходов на погребение ФИО2 ответчиком не оспаривается.

Кроме того, истцом предоставлена накладная на продукты от 1.05.18 на сумму 7 574 рублей, а также кассовый чек на продукты от 01.05.2018 на сумму 2 354,42 рубля, однако документов подтверждающих, что данные продукты относились именно к поминальному обеду, истцом не представлены, в связи с чем, суд данные расходы не признает необходимыми.

При таких обстоятельствах, исковые требования о взыскании материального ущерба подлежат взысканию частично в размере 285 399 рублей.

Статья 46 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод.

Пунктом 3 ст. 1 ГК РФ предусмотрено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии со ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В п. 1 ст. 10 ГК РФ закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Довод ответчика о злоупотреблении истцом правом на обращение в суд с исковыми требованиями о взыскании компенсации морального вреда и материального ущерба, подлежит отклонению, так как ответчиком не представлено доказательств того, что истец обратилась в суд исключительно с намерением причинения ответчику вреда.

Вместе с тем, истец на законных основаниях обратилась в суд с указанными исковыми требованиями, поскольку привлечение ФИО2 к уголовной ответственности, не освобождает его от компенсации причиненного им морального вреда и материального ущерба. 

Отсутствие гражданского иска в уголовной деле не препятствует обращению в суд с исковыми требованиями в порядке гражданского судопроизводства.

Доводы ответчика об истечении срока исковой давности, суд считает необоснованным по нижеследующему.

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давность, признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности в соответствии с п. 1 ст. 196 ГК РФ составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 названного Кодекса.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Приговор Шарыповского городского суда Красноярского края от ДД.ММ.ГГГГ по делу № вступил в законную силу 12.03.2019, и с указанной даты следует считать течение срока исковой давности. 

Исковое заявление ФИО1 подано в Шарыповский городской суд 14.01.2020, согласно штампу входящей корреспонденции (л.д. 5), в пределах срока исковой давности.

Кроме того, согласно абз. 4 ст. 208 ГК РФ, исковая давность не распространяется на требования о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина. Однако требования, предъявленные по истечении трех лет с момента возникновения права на возмещение такого вреда, удовлетворяются за прошлое время не более чем за три года, предшествовавшие предъявлению иска.

Доводы ответчика о рассмотрении данного дела третейским судом г. Красноярска, изложенные в возражениях на иск, являются несостоятельными и подлежат отклонению.

Согласно ч.1, п.7 ч.2 ст. 22.1, ГПК РФ споры, возникающие из гражданско-правовых отношений, могут быть переданы сторонами на рассмотрение третейского суда при наличии между сторонами спора действующего арбитражного соглашения, если иное не предусмотрено федеральным законом. Не могут быть переданы на рассмотрение третейского суда споры о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью.

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу положений ст. 94 ГПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе и расходы на оплату услуг представителей.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 данного Кодекса.

Статья 100 ГПК Российской Федерации предусматривает, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В пунктах 12 и 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснено, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ). Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Согласно квитанции к приходному кассовому ордеру Красноярской краевой коллегии адвокатов № от ДД.ММ.ГГГГ, от ФИО1 принята сумма 15 000 рублей за консультацию, составление искового заявления, представительство в суде (л.д. 19).

Представитель ФИО1 – адвокат Красноярской краевой коллегии адвокатов Пронин А.И. (л.д. 18) произвел консультацию истца по предмету исковых требований, подготовил исковое заявление, дополнение к нему, участвовал в ходе подготовки дела к судебному разбирательству и в судебном заседании (л.д. 2, 5-7, 49, 64-65).

Размер понесенных истцом судебных расходов 15 000 рублей подтвержден доказательствами, является разумным.

При применении правил определения судебных расходов пропорционально удовлетворенным требованиям, судебные расходы по настоящему гражданскому делу подлежат распределению на основании пропорции 42 % из расчета: 285 399 рублей (сумма удовлетворенных требований) x 100% : 677 527,42 рубля (заявленные исковые требования).

В связи с изложенным, с ФИО2 в пользу ФИО1 подлежат взысканию судебные расходы по оплате судебных расходов в размере 6 300 рублей из расчета: (15 000 руб. x 42 %).

В силу ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию госпошлина в доход МО г. Шарыпово Красноярского края пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, от которой истец освобождается в силу закона. Размер государственной пошлины, согласно ст. 333.19 Налогового кодекса РФ равен 6 353,99 рублей, из расчета: (85 399 рублей) *1 %+5200 + 300 рублей за требование компенсации морального вреда.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Решил:

Исковое заявление ФИО1 к ФИО2 о возмещении расходов на погребение и компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 расходы на погребение в размере 285 399 рублей, компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 рублей, судебные расходы – 6 300 рублей, а всего сумму 1 791 699 (Один миллион семьсот девяносто одна тысяча шестьсот девяносто девять) рублей.

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Взыскать с ФИО2 в доход бюджета муниципального образования город Шарыпово Красноярского края государственную пошлину в размере 6 353 (Шесть тысяч триста пятьдесят три) рубля 99 копеек. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Шарыповский городской суд Красноярского края в течение месяца со дня принятия мотивированного решения.

Мотивированное решение составлено 03 июня 2020 года.

Судья Шарыповского городского суда

Красноярского края: М.Ю.Бриткова