Дело № 2-396/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

12 октября 2017 года г. Юрьев-Польский 

Юрьев-Польский районный суд Владимирской области в составе председательствующего судьи Михеева А.А.,

при секретаре Михеевой С.А.,

с участием помощника прокурора Юрьев-Польского района Владимирской области Араповой М.И.,

истца Л.В.А.,

ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Юрьев-Польский Владимирской области гражданское дело по иску Л.В.А. к ФИО1 взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

Л.В.А. обратился в суд с иском к ФИО1 и просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей, а также материальный ущерб в общей сумме 24936 рублей 40 копеек.

В обоснование иска указано, что 15 января 2017 года в 21 час 30 минут в 

<

адрес>, был обнаружен труп Л.Л.В. с колото-резаным ранением передней поверхности грудной клетки. Приговором Юрьев-Польского районного суда Владимирской области от 20 июля 2017 года ФИО1 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ. Истец является 

<

данные изъяты> погибшего Л.Л.В. и признан потерпевшим в рамках уголовного дела.

Действиями ответчика, истцу причинен моральный вред, выраженный в физических и нравственных страданиях в связи со смертью сына, поэтому он просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей. Также истец понес расходы на погребение и оплату ритуальных услуг в общем размере 24936 рублей, которые также просит взыскать с ответчика.

В судебном заседании истец Л.В.А. исковые требования поддержал по указанным в иске основаниям. Пояснил, что Л.Л.В. являлся 

<

данные изъяты>. Иными близкими родственниками погибшего являются 

<

данные изъяты> Л.Н.К., а также 

<

данные изъяты> Л.В.В. и Е.С.В., которые не желают обращаться в суд с аналогичным иском. Указал, что имел с 

<

данные изъяты> хорошие отношения, который периодически проживал с ним. В результате его смерти истец испытал нравственные страдания, ухудшилось состояние его здоровья. Расходы на погребение и ритуальные услуги нес лично он, поминальная трапеза проходила у него дома, продукты приобретались истцом самостоятельно. Доказательств подтверждающих приобретение продуктов для поминального обеда на сумму свыше 1773 рублей представить не может.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании исковые требования в части компенсации морального вреда не признала. Указала, что данная сумма не обоснованна, поскольку Л.Л.В. проживал с ней и находился на ее содержании. Также указала на свое тяжелое материальное положение, вызванное нахождением в исправительном учреждении и отсутствием реальной возможности для полноценного заработка.

Выслушав участников судебного заседания, заключение прокурора полагавшего исковые требования обоснованными, подлежащими удовлетворению частично, в соответствии с документально подтвержденными расходами, с учетом разумности и справедливости, а также обстоятельствами совершенного преступления, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Уголовно-процессуальное законодательство к числу близких родственников погибшего в результате преступления относит супруга, супругу, родителей, детей, усыновителей, усыновленных, родных братьев и родных сестер, дедушку, бабушку.

По уголовным делам о преступлениях, последствием которых явилась смерть лица, права потерпевшего, предусмотренные настоящей статьей, переходят к одному из его близких родственников и (или) близких лиц, а при их отсутствии или невозможности их участия в уголовном судопроизводстве - к одному из родственников (ч. 8 ст. 42 УПК РФ).

В силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Судом установлено, что в период между 20 и 21 часами на кухне 

<

адрес> между ФИО1 и 

<

данные изъяты> Л.Л.В., употребившими спиртное, произошел конфликт в связи с тем, что последний применил силу к внуку подсудимой. Последняя стала выгонять Л.Л.В., однако тот уходить отказался. Тогда, около 21 часа ФИО1 взяла кухонный нож и, действуя из личной неприязни с умыслом на лишение жизни, нанесла им удар Л.Л.В. в грудную клетку спереди, причинив 

<

данные изъяты>. Вследствие получения указанного опасного для жизни ранения, Л.Л.В. через непродолжительное время скончался от острой кровопотери.

Л.В.А. на основании постановления старшего следователя Кольчугинского межрайонного следственного управления Следственного комитета РФ по Владимирской области от ДД.ММ.ГГГГ признан потерпевшим по уголовному делу, возбужденному в отношении ФИО1 по признакам преступления предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ.

Приговором Юрьев-Польского районного суда от 20 июля 2017 года, ФИО1 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ и ей назначено наказание в виде лишения свободы на срок восемь лет с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Из содержания приговора следует, что локализация ранения, наличие конфликта между погибшим и подсудимой, использовавшееся последней орудие и самоконтролируемое поведение ФИО1 во время совершения преступления с высказыванием угрозы Л.Л.В. лишить его жизни в случае неподчинения требованию уйти, свидетельствуют об умышленном характере ее действий, направленных на причинение смерти потерпевшему. 

Фактически установленные обстоятельства преступления свидетельствуют об отсутствии у подсудимой состояния необходимой обороны либо его превышения.

При этом, обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд признал ее раскаяние в содеянном, противоправность поведения потерпевшего, связанного в том числе с его насильственными действиями в отношении внука подсудимой, явившегося поводом к преступлению, оказание помощи Л.Л.В. непосредственно после совершения преступления, что выразилось в попытке оказания ему первой медицинской помощи с вызовом медицинских работников.

Таким образом, между умышленными действиями ФИО1 и смертью Л.Л.В. имеется прямая причинно-следственная связь.

Согласно п.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу п.1,2 статьи 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Статьей 1094 ГК РФ предусмотрено, что лица ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. 

Пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитывается.

В подтверждение расходов на погребение Л.В.А. представлены квитанция от ДД.ММ.ГГГГ №, квитанция от ДД.ММ.ГГГГ ИП М.О.В. и чек № от ДД.ММ.ГГГГ ИП З.Т.Н. (л.д.6-8) на оплату ритуальных принадлежностей, ритуальных и транспортных услуг на общую сумму 20595 рублей, а также квитанция № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 1198 рублей и договор на оказание платных медицинских услуг № заключенный между истцом и ГБУЗ ВО «Бюро судмедэкспертизы», предметом которого являлось обработка и подготовка к захоронению трупа Л.Л.В.

Также истцом представлен кассовый чек магазина Магнит от 17 января 2017 года на сумму 1773 рубля на оплату продуктов для поминального обеда и иные кассовые чеки ИП Ф., ИП Д. на общую сумму 1370 рублей 40 копеек, содержание которых не позволяет идентифицировать понесенные по ним расходы.

По положениям ст.ст.3 и 5 Федерального закона от 12 января 1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» гарантируется право гражданина на достойные похороны, при этом обрядовые действия связываются с обычаями и традициями. К обычаям и традициям в Российской Федерации относится обязательное устройство поминального обеда в день похорон для почтения памяти умершего.

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержится в Федеральном законе от 12.01.1996 г. № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле».

В соответствии со ст. 3 указанного закона погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Минимальный перечень гарантированных услуг, связанных с погребением, содержится в ст. 9 названного Федерального закона.

Согласно ст. 9 указанного закона в перечень услуг по погребению поминальный обед не относится.

При этом вопрос о необходимых расходах на погребение должен разрешаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти (ст. 5 Федерального закона от 12.01.1996 № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле»).

Затраты на погребение могут возмещаться на основании документов, подтверждающих произведенные расходы на погребение, т.е. размер возмещения не поставлен в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению, установленного в субъекте РФ или в муниципальном образовании, предусмотренного ст. 9 Федерального закона № 8-ФЗ.

Однако, как указано выше, статья 3 этого закона определяет погребение как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. 

Согласно Рекомендациям о порядке похорон и содержании кладбищ в РФ МДК 11-01.2002, церемония похорон включает в себя совокупность обрядов омовения и подготовки к похоронам, траурного кортежа, прощания и панихиды, переноса останков к месту погребения, захоронения останков (или праха после кремации), поминовения.

Под поминальной трапезой подразумевается обед, проводимый в определенном порядке в доме усопшего или других местах (ресторанах, кафе и т.п.). 

Разрешая спор по существу и определяя размер подлежащего возмещению вреда, суд полагает, что расходы, произведенные истцом Л.В.А. на погребение и организацию поминального обеда в день похорон, не противоречат ритуалу погребения и требованиям ст. 3 Федерального закона «О погребении и похоронном деле».

Поэтому подтвержденные названными документами расходы Л.В.А., в размере 23566 рублей (1200+18605+790+1198+1773) суд признает необходимыми для организации ее достойных похорон.

При этом суд учитывает, что расходы на приобретение продуктов для поминального обеда подтверждены истцом лишь в размере 1773 рубля, в связи с чем не находит оснований для взыскания их в размере 3143 рубля 40 копеек и взыскивает их лишь в указанной части. Истцом не представлено при рассмотрении дела допустимых и достоверных доказательств несения расходов на приобретение продуктов для поминальной трапезы в полном объеме, о чем указано в исковом заявлении. Содержание представленных в обоснование исковых требований кассовых чеков ИП Ф. и ИП Д. на общую сумму 1370 рублей 40 копеек, не позволяет идентифицировать понесенные по ним расходы, в частности наименование и количество приобретенных продуктов.

Разрешая требования истца о взыскании компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

Согласно ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно п.2 ст.1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случае, когда вина его является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, данным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ.

Учитывая приведенные положения действующего законодательства, ФИО1, совершившая убийство Л.Л.В., несет ответственность перед истцом.

При вынесении приговора не рассматривался и решался вопрос о компенсации потерпевшему морального вреда. Из уголовного дела и пояснений сторон не усматривается, что ответчик предпринимала меры к возмещению истцу морального вреда.

В связи с этим суд считает исковые требования о компенсации морального вреда обоснованными, поскольку в связи с гибелью Л.Л.В., приходящегося сыном Л.В.А., истец не мог не испытать физических страданий и нравственных переживаний.

Имея ввиду, что жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита является приоритетной, исходя из фактических обстоятельств дела, а также обстоятельств совершенного ФИО1 преступления, исследованных судом, принципа разумности и справедливости, учитывая, что 

<

данные изъяты> погибшего претерпевал нравственные страдания в связи со смертью близкого ему человека, суд определяет размер компенсации морального вреда подлежащей взысканию с ФИО1 в 300000 рублей.

При этом, такой размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. 21 и 53 Конституции РФ), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими с одной стороны максимально возместить причиненный моральный вред, а с другой не допустить неосновательного обогащения потерпевшего. 

Таким образом, определенный судом размер компенсации морального вреда в полной мере отвечает признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Судом отвергаются доводы ответчика о ее тяжелом материальном положении вызванном отсутствием достойного заработка в условиях лишения свободы, поскольку согласно положениям п. 3 ст.1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Согласно ст.103 ГПК РФ, с ответчика ФИО1 подлежит взысканию в доход бюджета государственная пошлина пропорционально удовлетворенным исковым требованиям имущественного характера и имущественного характера, не подлежащего оценке (требование о компенсации морального вреда), что составляет 1206 рублей 98 копеек.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования Л.В.А. удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу Л.В.А. компенсацию морального вреда в размере 300000 (триста тысяч) рублей, материальный ущерб в размере 23566 (двадцать три тысячи пятьсот шестьдесят шесть) рублей.

Взыскать с ФИО1 в доход бюджета муниципального образования Юрьев-Польский район государственную пошлину в размере 1206 рублей 98 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований Л.В.А. отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме во Владимирский областной суд путем подачи жалобы через Юрьев-Польский районный суд.

В окончательной форме решение изготовлено 16 октября 2017 года.

Судья: подпись А.А. Михеев