Судья Иванникова С.В. Дело № 33-3983/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 17 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Томского областного суда в составе

председательствующего Черных О.Г.,

судей Нечепуренко Д.В., Титова Т.Н.

при секретаре Серяковой М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Томске гражданское дело №2-22/2025 (УИД 70RS0015-01-2024-000574-34) по исковому заявлению ФИО3 к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

по апелляционной жалобе ответчика ФИО1 на решение Кожевниковского районного суда Томской области от 29.07.2025,

заслушав доклад судьи Нечепуренко Д.В., объяснения представителя истца ФИО3 ФИО2,

установила:

ФИО3 обратился в суд иском ФИО1, в котором с учетом заявления об уменьшении исковых требований просил взыскать с ответчика стоимость восстановительного ремонта транспортного средства в размере 728 200 руб., расходы на эвакуацию автомобиля в размере 13500 руб., судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 45000 руб., судебные расходы по оплате услуг эксперта в размере 13500 руб., судебные расходы по оплате услуг нотариуса в размере 160 руб. и судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 22508 руб.

В обоснование иска указал, что 01.10.2024 в 20 час. 30 мин. на 84 км автодороги Мельниково-Кожевниково-Изовка Томской области произошло дорожно-транспортное происшествие. ФИО3, управляя автомобилем Toyota Mark II Blit, государственный регистрационный знак /__/, совершил наезд на внезапно появившуюся (вышедшую) на проезжую часть корову. Вина истца в дорожно-транспортном происшествии отсутствует, поскольку корова находилась на проезжей части в темное время суток на полосе для движения автомобилей. Истец из-за встречного транспорта двигался с включенным ближним светом и появление животного перед автомобилем стало для него неожиданным. Несмотря на экстренное торможение, избежать столкновения с коровой не удалось. Корова принадлежит ответчику, которая не приняла меры по надлежащему контролю за содержанием коровы, в результате чего последняя оказалась на проезжей части и стала причиной дорожно-транспортного происшествия. Согласно отчету ООО «АВАНГАРД», стоимость восстановительного ремонта составила 2 156 000 руб., рыночная стоимость автомобиля – 955 900 руб., стоимость годных остатков – 93997,97 руб. Кроме того, истцом понесены расходы по эвакуации автомобиля с места ДТП в размере 13500 руб.

В судебном заседании истец ФИО3, его представитель ФИО2 исковые требования поддержали.

Ответчик ФИО1, ее представитель ФИО4 в судебном заседании возражали против удовлетворения иска.

Обжалуемым решением иск удовлетворен. С ФИО1 в пользу ФИО3 взыскана сумма материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 728 200 руб., расходы по оплате стоимости услуг по транспортировке автомобиля (эвакуатора) в размере 13 500 руб., судебные расходы по оплате независимой оценки в сумме 13 500 руб., судебные расходы по оплате юридических услуг в размере 30 000 руб., судебные расходы по оплате услуг нотариуса по заверению копии свидетельства о регистрации транспортного средства в размере 160 руб., а также судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 19 834 руб., а всего 805 194 руб.

ФИО3 возвращена излишне уплаченная государственная пошлина в размере 2 674 руб.

Управлению Судебного департамента в Томской области поручено оплатить проведение экспертизы ООО «Межрегиональный центр экспертизы и права» в размере 10 000 руб. за счет средств, внесенных ФИО1 на счет Управления Судебного департамента в Томской области.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО1 просит решение отменить, принять новое – об отказе в удовлетворении иска.

В обоснование жалобы указывает на несогласие с выводами заключения судебной экспертизы от 09.06.2025 № 3148-А.Э, полагая, что столкновение произошло на обочине, а схема дорожно-транспортного происшествия составлена сотрудниками ГИБДД со слов истца, без учета мнения ответчика и ее супруга. Считает, что в действиях истца имеются признаки нарушения ПДД РФ.

Руководствуясь статьями 327 и 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия сочла возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда по правилам абзаца первого части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия пришла к следующему.

Судом первой инстанции установлено, что 01.10.2024 в 20.30 на 84 км автодороги Мельниково-Кожевниково-Изовка Томской области ФИО3 управляя собственным автомобилем Toyota Mark II Blit, государственный регистрационный знак /__/, совершил наезд на корову.

На схеме административного правонарушения зафиксировано место ДТП, направление движения транспортного средства, расположение коровы и место столкновения на проезжей части дороги.

Из объяснения ФИО3 следует, что 01.10.2024 около 20.30 часов он ехал в сторону г.Новосибирска на автомобиле Toyota Mark II Blit, государственный регистрационный знак /__/, когда на 84 км автодороги Мельниково-Кожевниково-Изовка произошло столкновение с коровой, которая находилась на дороге на полосе движения, по которой двигался автомобиль истца.

Определением от 01.10.2024 года в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО3 отказано по основаниям, предусмотренным п.2 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ.

В результате ДТП автомобилю истца причинены механические повреждения, корова с номером бирки /__/ погибла.

Собственником коровы с номером бирки /__/ является ответчик ФИО1

Постановлением административной комиссии Кожевниковского района Томской области от 30.10.2024 ФИО1 привлечена к административной ответственности по ч.3 ст. 5.2 Кодекса Томской области об административных правонарушениях за нахождение ее коровы в не установленных органами местного самоуправления местах.

Из данного постановления следует, что 01.10.2024 в 20.30 часов на 84 км автодороги Мельниково-Кожевниково-Изовка Томской области, ФИО1 допустила нахождение принадлежащей ей коровы в неустановленном органами местного самоуправлении месте, корова вышла на проезжую часть, где была сбита автомобилем истца.

По инициативе ответчика по делу проведена судебная комплексная автотехническая и автотовароведческая экспертиза.

Согласно заключению эксперта ООО «Межрегиональный центр экспертизы и права» №3148-А.Э. от 09.06.2025 стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Toyota Mark II Blit, государственный регистрационный знак /__/, получившего повреждения в результате ДТП 01.10.2024, без учета износа подлежащих замене комплектующих изделий на дату проведения экспертизы составляет 2573260 руб., рыночная стоимость автомобиля Toyota Mark II Blit, государственный регистрационный знак /__/ на дату проведения экспертизы – 811300 руб., стоимость годных остатков автомобиля Toyota Mark II Blit, государственный регистрационный знак /__/, на дату проведения экспертизы – 83100 руб.

Рыночную стоимость ущерба ответчик не оспаривает.

Из указанного заключения также следует, что в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля Toyota Mark II Blit, государственный регистрационный знак /__/, ФИО3 не располагал технической возможностью предотвратить наезд на корову путем своевременного применения мер экстренного торможения, двигаясь с максимальной разрешенной на данном участке дороги скоростью движения транспортных средств 90 км/ч. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля Toyota Mark II Blit, государственный регистрационный знак /__/ ФИО3, с технической точки зрения должен был действовать в соответствии с требованиями п.10.1 абз.2 ПДД РФ, согласно которым при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. В действиях водителя автомобиля Toyota Mark II Blit, государственный регистрационный знак /__/ ФИО3 несоответствий указанным выше требованиям п.10.1 абз.2 ПДД РФ, находящихся в причинной связи с фактом рассматриваемого наезда автомобиля на корову, с технической точки зрения не имеется.

До наезда на корову автомобиль Toyota Mark II Blit двигался по правой полосе своего направления движения, наезд автомобиля Toyota Mark II Blit на корову, в момент начала их контакта, произошел правой передней частью данного автомобиля на проезжей части дороги на полосе движения автомобиля Toyota Mark II Blit перед зоной расположения осыпи осколков и обломков частей транспортного средства, в районе начала следов перемещения копыт коровы и следов колес автомобиля, что соответствует расположению места наезда, зафиксированному на схеме административного правонарушения от 01.10.2024 и указанному в объяснении ФИО3 от 01.10.2024. Ударное воздействие на правую переднюю часть автомобиля Toyota Mark II Blit в момент начала контакта с телом животного, имело направленность спереди назад и слева направо.

После первичного контактного взаимодействия происходило забрасывание тела коровы на переднюю часть автомобиля, контактирование тела животного с передним ветровым стеклом и далее с правой передней боковой дверью. В стадии отбрасывания тело животного перемещалось по направлению ударного воздействия на него – т.е. вперед вправо, по ходу движения автомобиля, с проезжей части дороги на обочину, а автомобиль перемещался вперед до его остановки. Установить скорость движения автомобиля Toyota Mark II Blit к моменту наезда на корову не представляется возможным, ввиду отсутствия обоснованной методики определения скорости движения транспортных средств по имеющимся на них повреждениям, а также малой информативности представленных на исследование материалов.

Удовлетворяя иск, суд первой инстанции исходил из того, что ответчик ФИО1 не приняла надлежащих мер к осуществлению надзора за принадлежащей ей коровой, в результате чего последняя оказалась на проезжей части дороги, чем создала помеху для движения и аварийную ситуацию, что явилось причиной ДТП, повлекшего причинение ущерба имуществу истца ФИО3

Доводы апелляционной жалобы о несогласии с заключением судебной экспертизы и выводами суда первой инстанции о механизме ДТП и месте наезда на корову, судебная коллегия отклоняет.

Апеллянт не согласен с заключением эксперта и выводом суда о том, что наезд на корову произошел на проезжей части дороги, указывая, что коровы не ходят по асфальту, а учитывая вес коровы, в результате столкновения ее не могло отбросить на обочину, где она находилась после ДТП.

Вместе с тем из схемы административного правонарушения, следует, что место столкновения автомобиля с коровой находится на проезжей части дороги.

Показания допрошенных в суде первой инстанции свидетелей П., С., С. не подтверждают факт столкновения автомобиля и коровы на обочине дороги, поскольку очевидцами столкновения автомобиля и коровы они не являются.

Из объяснений ответчика так же следует, что столкновение автомобиля и коровы она не видела, в момент ДТП корова не находилась в поле ее зрения. После ДТП ответчик убежала домой, о том, что сбили ее корову, она узнала позднее. Из показаний П. следует, что он сообщил ответчику о том, что ее корову сбили.

Кроме того, из показаний свидетелей следует, что коровы из-за звукового сигнала автомобиля разбежались в разные стороны.

Таким образом, суждения ответчика и свидетелей о том, что коровы не ходят по асфальту, а потому ДТП произошло на обочине дороги, а не на проезжей части, выводы суда и заключения судебной экспертизы не опровергают.

Напротив, в заключении судебной экспертизы подробно проанализирована вещная обстановка на месте ДТП. По расположению осыпи осколков и обломков частей транспортного средства, расположению транспортного средства и коровы после ДТП, следам колес автомобиля, сведения о которых зафиксированы в фото и видео материалах, эксперт достоверно установил место ДТП, которое совпадает с местом ДТП, зафиксированным в схеме административного правонарушения.

Доводы ответчика о том, что вопреки составленной схеме административного правонарушения и объяснениям истца, ДТП произошло в светлое время суток, несостоятельны.

Так, из объяснений ответчика следует, что на поиски коровы она с мужем отправилась 01.10.2024 с 17 до 19 часов. Из показаний свидетеля П. следует, что он приехал на место ДТП после 22 часов. Из показаний свидетеля С. следует, что на поиски коровы он отправился вместе с ответчиком, после обнаружения коровы он уехал домой и ждал ответчика которая погнала корову домой, а когда она вернулась без коровы уже стемнело.

Согласно постановлению административной комиссии Кожевниковского района Томской области от 30.10.2024, которым ФИО1 привлечена к административной ответственности, при рассмотрении дела об административном правонарушении ответчик пояснила, что корова пасется без присмотра, около 19 часов самостоятельно возвращается домой, 01.10.2024 корова к 19 часам самостоятельно домой не вернулась, поэтому ФИО1 с супругом С. отправилась ее искать, коров гнали через автомобильную дорогу, они разбежались в разные стороны. Свидетель П. при рассмотрении дела об административном правонарушении показал, что ему в 22:30 знакомые сообщили о том, что на дороге сбили корову, прибыв на место, он по номеру бирки установил, что корова принадлежит ФИО1 Около 23 часов он встретил ФИО1, сообщил, что ее корову сбил автомобиль и довез ее и С. до места ДТП.

Из представленных истцом чеков следует, что до ДТП он заправил автомобиль на АЗС, расположенной в районе села Зоркальцево, оплата топлива в соответствии со справкой об операции произведена в 15:11 по МСК.

Свидетель М. в судебном заседании показал, что работает инспектором ДПС ОГИБДД ОМВД России по Кожевниковскому району. 01.10.2024 заступил в ночную смену, выезжал на место ДТП спустя 30-40 минут после вызова, при этом на улице было темно. Время ДТП, указанное в схеме, это время фактического ДТП.

Из материалов КУСП №1996 видно, что оперативному дежурному истец передал сообщение о ДТП в 21:16.

Из общедоступной информации в сети Интернет и представленной истцом распечатки солнечного календаря следует, что 01.10.2024 закат солнца произошел в 18:55. Это время соответствует окончанию светового дня, после чего начинается вечерняя темнота.

Таким образом, указанное в схеме время ДТП в 20:30 согласуется с исследованными судом первой инстанции доказательствами, а ДТП произошло в темное время суток.

Объяснения истца и показания свидетелей о том, что корова самостоятельно пасется в месте отведенном органом местного самоуправления, а затем самостоятельно возвращается домой, в день ДТП корова не вернулась домой в обычное время, в этой связи ответчик и другие собственники коров отправились искать своих коров, в момент ДТП ответчик свою корову, которая, по утверждению ответчика, шла домой по обочине дороги, не видела, свидетельствуют о нарушении ответчиком правил содержания домашнего животного.

В соответствии со статьей 137 Гражданского кодекса Российской Федерации к животным применяются общие правила об имуществе, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено другое.

Согласно части 1 статьи 3 Федерального закона от 27 декабря 2018 г. № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» владельцем животного признается физическое лицо или юридическое лицо, которым животное принадлежит на праве собственности или ином законном основании.

Частью 4 статьи 13 вышеназванного Федерального закона предусмотрено, что выгул домашних животных должен осуществляться при условии обязательного обеспечения безопасности граждан, животных, сохранности имущества физических лиц и юридических лиц.

При выгуле домашнего животного необходимо исключать возможность свободного, неконтролируемого передвижения животного при пересечении проезжей части автомобильной дороги, в лифтах и помещениях общего пользования многоквартирных домов, во дворах таких домов, на детских и спортивных площадках (пункт 1 части 5 статьи 13 Федерального закона от 27 декабря 2018 г. № 498-ФЗ).

Согласно пункту 25.4 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090 (далее ПДД РФ), животных по дороге следует перегонять, как правило, в светлое время суток. Погонщики должны направлять животных как можно ближе к правому краю дороги.

При этом согласно пункту 1.5 ПДД РФ участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Установленные обстоятельства свидетельствуют о том, что ответчиком не осуществлен должный надзор за животным, в результате чего корова оказалась на проезжей части дороги без присмотра.

Довод жалобы о наличии вины истца в ДТП, судебная коллегия признает заслуживающим внимания.

В силу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 1 статьи 1064 данного Кодекса вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

В силу пункта 1 статьи 1079 этого же Кодекса юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного Кодекса.

Пунктом 3 этой же статьи предусмотрено, что вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Из приведенных выше положений закона следует, что по общему правилу ответственность за причинение вреда наступает при наличии в совокупности факта причинения вреда, противоправности поведения причинителя вреда, вины причинителя вреда, наличия причинно-следственной связи между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.

В отступление от этого правила юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, отвечают за причиненный вред независимо от вины.

В отношениях между собой владельцы источников повышенной опасности отвечают за причиненный вред на общих основаниях.

Кроме того, в силу пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное.

Таким образом, при взаимодействии источника повышенной опасности с объектом, не являющимся таковым, ответственность их владельцев за причиненный друг другу в результате такого взаимодействия вред наступает по разным правилам - на основании статей 1079 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации соответственно.

Данное различие в правовом регулировании обусловлено именно свойствами источника повышенной опасности, использование которого не только увеличивает риск причинения вреда окружающим, но и увеличивает риск повреждения самого источника повышенной опасности и размер ущерба, причиненного его владельцу.

По рассматриваемому делу, возлагая на владельца домашнего животного, не являющегося источником повышенной опасности, ответственность за вред причиненный в результате ДТП автомобилю истца указанные нормы материального права суд не учел, а вывод эксперта о том, что истец не располагал технической возможностью предотвратить наезд на корову путем своевременного применения мер экстренного торможения, двигаясь с максимальной разрешенной на данном участке дороги (90 км/ч) не свидетельствует об отсутствии вины истца в ДТП.

В соответствии с пунктом 10.1 ПДД РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД РФ. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Согласно ПДД РФ «опасность для движения» - ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения ДТП.

При решении вопроса о технической возможности предотвращения ДТП следует исходить из того, что момент возникновения опасности для движения определяется в каждом конкретном случае с учетом дорожной обстановки, предшествующей ДТП. Опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность ее обнаружить. При анализе доказательств наличия либо отсутствия у водителя технической возможности предотвратить ДТП в условиях темного времени суток или недостаточной видимости следует исходить из того, что водитель в соответствии с пунктом 10.1 ПДД должен выбрать скорость движения, обеспечивающую ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД.

Действия истца в рассматриваемой ситуации не соответствовали требованиям п. 10.1 ПДД РФ, поскольку выбранный водителем скоростной режим без учета темного времени суток, других условий дорожного движения, не свидетельствует о принятии водителем должных мер предосторожности, которые бы обеспечили ему полный контроль за движением транспортного средства вплоть до возможной остановки вследствие появления препятствия на дороге.

Таким образом, рассматриваемое ДТП произошло по вине истца, не обеспечившего соблюдение требований ПДД РФ, так и по вине ответчика, допустившей безнадзорное перемещение коровы по проезжей части дороги.

Определяя степень вины владельца автомобиля как источника повышенной опасности и владельца животного, не являющегося таковым, судебная коллегия исходит из повышенной ответственности водителя, фактических обстоятельств дела, и определяет ее в долевом отношении - 70% истец и 30% ответчик.

С учетом изложенного обжалуемое решение подлежит изменению, путем уменьшения взысканной с ответчика в счет возмещения ущерба суммы с 728200 руб. до 218460 руб. и в счет возмещения расходов на транспортировку автомобиля с 13500 руб. до 4050 руб.

В силу ч. 3 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если суд вышестоящей инстанции, не передавая дело на новое рассмотрение, изменит состоявшееся решение суда нижестоящей инстанции или примет новое решение, он соответственно изменяет распределение судебных расходов.

Согласно части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 указанного кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в данной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В связи с тем, что размер удовлетворенных требований истца в редакции настоящего апелляционного определения составляет 30%, сумма взысканных с ответчика судебных расходов подлежит уменьшению: судебные расходы по оплате оценки - с 13500 руб. до 4050 руб., судебные расходы по оплате юридических услуг - 30 000 руб. до 9000 руб., судебные расходы по оплате услуг нотариуса по заверению копии свидетельства о регистрации транспортного средства со 160 руб. до 48 руб., судебные расходы по уплате государственной пошлины с 19 834 руб. до 5869,2 руб., а общая сумма, взысканная с ответчика подлежит уменьшению с 805 194 руб. до 241477,2 руб.

Руководствуясь ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Кожевниковского районного суда Томской области от 29.07.2025 изменить, уменьшить взысканные с ФИО1 (паспорт /__/) в пользу ФИО3 (паспорт /__/) суммы:

- в счет возмещения материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, - с 728 200 руб. до 218460 руб.;

- в счет возмещения расходов по оплате стоимости услуг по транспортировке автомобиля (эвакуатора) - с 13 500 руб. 4050 руб.

- в счет возмещения судебных расходов по оплате независимой оценки - с 13 500 руб. 4050 руб.;

- в счет возмещения судебных расходов по оплате юридических услуг с 30 000 руб. – 9000 руб.;

- в счет возмещения судебных расходов по оплате услуг нотариуса по заверению копии свидетельства о регистрации транспортного средства - с 160 руб. до 48 руб.;

- в счет возмещения судебных расходов по уплате государственной пошлины - с 19 834 руб. до 5869,2 руб.;

- общую сумму взыскания - с 805 194 руб. до 241477,2 руб.

В остальной части решение оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Кассационная жалоба может быть подана в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированный текст апелляционного определения изготовлен 12.01.2026.