УИД - 78RS0006-01-2024-006945-16

Дело №2-734/2025

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

24 марта 2025 года г. Санкт-Петербург

Кировский районный суд г.Санкт-Петербурга в составе: 

председательствующего судьи Лебедевой А.С.,

при секретаре Фёдоровой А.С.,

с участием прокурора Дунчевой Ю.А., 

с участием истца ФИО1, 

с участием ответчика ФИО2, 

с участием ответчика ФИО6, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО6, ФИО9, ФИО10 о признании договоров дарения недействительными, применении последствий недействительности сделки, вселении, обязании не чинить препятствия в пользовании жилым помещением, выдачи ключей, выселении,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском, который впоследствии неоднократно уточняла, к ФИО2, ФИО6, ФИО9, ФИО10 и в окончательной редакции просила суд:

- признать договор дарения от 28.11.2002 доли квартира, по адресу: 

<

адрес>, кадастровый № - недействительным и применить последствия недействительности сделки путем передачи 1/3 доли в праве общей долевой собственности ФИО1 

- признать договор дарения №б/н от 22.03.2015 доли квартиры по адресу: 

<

адрес>, кадастровый № - недействительным и применить последствия недействительности сделки путем передачи 2/3 доли в праве общей долевой собственности ФИО1 

- вселить ФИО1 в квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>

- обязать ФИО9, ФИО10 передать ключи от спорной квартиры и не чинить препятствия в пользовании ФИО1 в пользовании квартирой расположенной по адресу: 

<

адрес>

- выселить ФИО9, ФИО10 из квартиры расположенной по адресу: 

<

адрес>. 

В обоснование исковых требований истец указывает, что является сособственником квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> на основании договора №48834 передачи квартиры в собственность граждан от 12.11.2002, главным нанимателем на основании ордера №673793 от 07.04.1994.

На основании договора дарения от 28.11.2002 право на 1/3 доли в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>, перешло ФИО2 

На основании договора дарения от 22.03.2015 право на 2/3 доли в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>, перешло ФИО2 

Истец указывает, что данный договор не подписывала, была введена в заблуждение путём угроз и обмана со стороны ФИО4 Вместе с тем, указанный договор не подлежал регистрации в соответствии положениями законодательства, действовавшего на момент заключения. 

Поскольку спорная квартира сдаётся в аренду, существует риск разрешения внутренней отделки квартиры и личных вещей, истец обратилась в суд с иском.

Истец в судебное заседание явилась, на удовлетворении исковых требований настаивала. 

Ответчик ФИО2 в судебное заседание явилась, против заявленных требований возражала. 

Ответчик ФИО6, как законным представитель ФИО11 в судебное заседание явилась, против заявленных требований возражала. 

Ответчики ФИО9, ФИО10, ФИО11, в судебное заседание не явились, извещены о судебном заседании надлежащим образом.

Представитель третьего лица Управления Росреестра по Санкт-Петербургу в судебное заседание не явился, направил ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие, в котором оставил решение на усмотрение суда.

Третье лицо нотариус ФИО12, в судебное заседание не явилась, представителя ходатайство о рассмотрении дела в своё отсутствие, в котором оставило решение на усмотрение суда.

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, в порядке ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. 

Изучив материалы дела, выслушав лиц, явившихся в судебное заседание, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования не подлежит удовлетворению, суд приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Из содержания п. 1 ст. 422 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Пунктом 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

В соответствии с п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей не момент возникновения спорных отношений) по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Совершая дарение, даритель должен осознавать прекращение своего права на объект дарения и отсутствие каких-либо притязаний на подаренное имущество. В свою очередь, на одаряемом лежит обязанность по фактическому принятию дара, то есть совершению действий, свидетельствующих о вступлении в права владения, пользования и распоряжения подаренным имуществом.

В силу ч. 3 ст. 574 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей не момент возникновения спорных отношений), договор дарения недвижимого имущества подлежал государственной регистрации.

Договор дарения недвижимости не требует государственной регистрации, если он заключен после 01.03.2013. 

Как следует из материалов дела, 07.04.1994 ФИО3 выдан ордер №673793 на семью, состоящую из трёх человек на право занятия двух комнат площадью 27,5 кв.м. в 

<

адрес> от 31.03.1994 №313-р. Состав семьи составляли ФИО16, ФИО5

21.11.2002 на основании договора передачи квартиры в собственность граждан от 12.11.2002 №48834 Территориальное управление Кировского административного района Санкт-Петербурга безвозмездно передало отдельную двухкомнатную квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> долевую собственность:

- ФИО3 – 1/3 доли.

- ФИО4 – 1/3 доли

- ФИО5 – 1/3 доли.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 умер, право собственности на его 1/3 доли перешло ФИО4 на основании свидетельства о праве на наследство по закону №1-6220 от 12.12.2003, выданного нотариусом ФИО13

28.11.2002 между ФИО3 и ФИО6, действующей как законный представитель ФИО2 заключён договор дарения 1/3 доли в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>.

Указанный договор удостоверен нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО12

Согласно свидетельству о перемене имени ФИО3 переменила фамилию на ФИО1, о чем 2511.2015 составлена запись о перемене имени №255 Отделом ЗАГС Кировского района Комитета по делам ЗАГС Правительства Санкт-Петербурга.

ФИО1 просит признать договор дарения от 28.11.2002 недействительным и применить последствия недействительности сделки, указывая, изначально, что данный договор не подписывала. В судебном заседании от 24.02.2025 истец пояснила, что сделка совершена под влиянием обмана.

Согласно ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей не момент возникновения спорных отношений) сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

Согласно ч. 1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей не момент возникновения спорных отношений), недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с ч. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей не момент возникновения спорных отношений) при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно ч. 1 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей не момент возникновения спорных отношений) сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

По смыслу указанной нормы права действия виновного могут быть выражены в форме психического воздействия на принуждаемого - в угрозе, или в форме физического воздействия - в насилии. Насилие выражается в неправомерных деяниях, в частности, в причинении телесных повреждений, нанесении побоев, ограничении либо лишении свободы передвижения, причинении вреда имуществу и т.д.

Наличие обмана, насилия, угрозы, неблагоприятных обстоятельств подтверждается относительными и допустимыми доказательствами.

Для признания сделки недействительной на основании статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации насилие и угроза должны быть непосредственной причиной совершения сделки, они также должны быть серьезными, осуществимыми и противозаконными. 

Совершенная под влиянием угрозы или насилия - это сделка, в которой принуждение к ее совершению заключается в оказании на потерпевшего воздействия, направленного на то, чтобы вынудить его поступить в соответствии с волей принуждающего. Действия виновного могут быть выражены в форме психического воздействия на принуждаемого - в угрозе или в форме физического воздействия, в насилии. Насилие выражается в неправомерных деяниях, в частности в причинении телесных повреждений, нанесении побоев, ограничении либо лишении свободы передвижения, причинении вреда имуществу и т.д. Для признания сделки недействительной насилие и угроза должны быть непосредственной причиной совершения сделки, они также должны быть серьезными, осуществимыми и противозаконными. Кроме того, в отношении угрозы необходимы доказательства ее реальности. Необходимо доказать, что сделка совершена потерпевшим именно потому, что угроза данным действием (бездействием) заставила заключить данную сделку.

Из правовой позиции, содержащейся в пункте 98 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, является оспоримой и может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 1 статьи 179 ГК Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом закон не устанавливает, что насилие или угроза должны исходить исключительно от другой стороны сделки. Поэтому сделка может быть оспорена потерпевшим и в случае, когда насилие или угроза исходили от третьего лица, а другая сторона сделки знала об этом обстоятельстве.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. 

Согласно ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами. 

Принцип допустимости доказательств означает, что по всем делам, независимо от их категории, должно соблюдаться требование о получении информации из определенных законом средств доказывания с соблюдением порядка собирания, представления и исследования доказательств.

Таким образом, исходя из требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации лежит на истце. 

Изначально истец указывала, что договор дарения от 28.11.2002 не подписывала. 

В ходе судебного заседания 18.11.2024 ответчиком был представлен подлинный договор дарения от 28.11.2022. 

Истец, ознакомившись с подлинным договором дарения, пояснила суду, что подпись в договоре дарения от 28.11.2002 выполнена ей, в проведении судебной почерковедческой экспертизы нет необходимости.

Также из материалов дела усматривается, что договор дарения от 28.11.2002 зарегистрирован 15.12.2002 в установленном законом порядке, выдано свидетельство о государственной регистрации права №. Указанная регистрация ранее обращения с данным иском в суд, истцом не оспаривалась с 2002 года. 

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и ФИО3 заключен брак о чем составлена запись, о заключении брака №438 Отделом ЗАГС Кировского района Санкт-Петербурга.

22.03.2015 между ФИО4 и ФИО2 заключён договор дарения 2/3 доли в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>. 

03.04.2015 произведена регистрация права общей долевой собственности №/3.

ДД.ММ.ГГГГ брак между ФИО4 и ФИО3 расторгнут на основании решения мирового судьи судебного участка №65 Санкт-Петербурга, о чём составлена запись о расторжении брака №1435 Отделом ЗАГС Кировского района Комитета по делам ЗАГС Правительства Санкт-Петербурга. 

В силу пункта 1 статьи 36 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 4 пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 года N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дела о расторжении брака" (в редакции от 06 февраля 2007 года), не является общим совместным имущество, приобретенное хотя и во время брака, но на личные средства одного из супругов, принадлежавшие ему до вступления в брак, полученное в дар или в порядке наследования, а также вещи индивидуального пользования, за исключением драгоценностей и других предметов роскоши.

Из приведенных выше положений следует, что имущество, приобретенное одним из супругов в браке по безвозмездным гражданско-правовым сделкам, не является общим имуществом супругов. 

Таким образом, поскольку 1/3 доля в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес> приобретена ФИО4 на основании договора №48834 передачи квартиры в собственность граждан от 12.11.2002 в период брака, а доля в размере 1/3 приобретена в порядке наследования, 2/3 доли подарены ФИО4 на законных основаниях, поскольку не являлись совместно нажитым имуществом. После смерти ФИО4 наследственное дело не открывалось. В период брака, а также после расторжения брака ФИО1 с требованием о разделе совместно нажитого имущества в суд не обращалась. Указанные обстоятельства были пояснены самой ФИО1 в процессе судебного разбирательства. При таких обстоятельствах, суд полагает, что у ФИО1 не имеется законных оснований для оспаривания договора дарения, заключенного между ФИО4 и ФИО2 

Пунктом 1 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно п. 2 этой же статьи собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В силу ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане по собственному усмотрению реализуют принадлежащие им гражданские права.

ФИО4 при жизни оформил договор дарения, впоследствии договор дарения не оспаривал, что является его волеизъявлением.

В нарушение требований закона истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что оспариваемая сделка (договор дарения от 28.11.2022) была совершена ей под влиянием насилия или угрозы со стороны ФИО18

В ходе судебного разбирательства судом установлено и не оспаривалось сторонами, что заключив 28.11.2002 договор дарения, истец до момента обращения в суд с данным иском 26.06.2024 (спустя более 20 лет), его не оспаривала, подтвердив тем самым свою волю на заключение данного договора. 

Оспариваемый договор заключен сторонами в письменной форме, соответствует требованиям ст. ст. 572, 574 Гражданского кодекса Российской Федерации, предъявляемым к форме и содержанию договора, подписан сторонами, что подтверждает достижение между ними соглашения по всем существенным условиям сделки в предусмотренной законом письменной форме.

Суд учитывает, что истец лично подписывала договор дарения, на момент подписания договора была дееспособна, по состоянию здоровья могла самостоятельно осуществлять и защищать свои права и исполнять обязанности, не страдала заболеваниями, препятствующими осознавать суть подписываемого договора и обстоятельств его заключения, действовала добровольно. Кроме того, при должной степени заботливости и осмотрительности, не лишена была возможности ознакомиться с условиями подписанного ей договора сразу после его подписания, поскольку данный договор был составлен по одному для каждой из сторон и один экземпляр храниться в делах нотариуса, а доказательств того, что экземпляр договора истцу не вручался, суду не представлено. 

ФИО1 не доказано, в чем конкретно выражались насилие или угроза в отношении нее со стороны ФИО4, не представлено доказательств отсутствия воли на передачу доли спорного жилого помещения. Оспариваемый договор дарения соответствует установленным требованиям закона, как по содержанию, так и по требованиям о его государственной регистрации.

Оценив собранные по делу доказательства в соответствии с нормами ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований о признании договоров дарения недействительными и применении последствий недействительности сделки.

07.06.2016 между ФИО2 и ФИО11 (в лице законного представителя ФИО6) заключён договор дарения 2/6 долей квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>. Указанный договор зарегистрирован в Управлении Росреестра по Санкт-Петербургу, номер записи 78-78/041-78/099/100/2016-1859/1, выдано свидетельство о государственной регистрации права от 22.06.2016.

Указанный договор истец не оспаривала в данном судебном разбирательстве. 

01.07.2023 между ФИО2 (наймодатель) и ФИО9 (наниматель) заключён договор найма жилого помещения, в соответствии с которым наймодатель передаёт нанимателю во временное владение и пользование за плату в размере 25 000 руб. в месяц, квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> сроком на 11 месяцев.

В соответствии с пунктом 12 указанного договора совместно с нанимателем имеют право проживать ФИО10 (дочь), ФИО7 (внук несовершеннолетний), ФИО8 (сын несовершеннолетний).

Передача квартиры в наем подтверждается актом приёма-передачи в наем жилого помещения и находящегося в нём имущества от декабря 2021 года, на трёх листах, подписанного участниками договора. 

В обосновании своих требований истец указывает, что поскольку спорная квартира сдаётся в аренду без её согласия, существует риск разрешения внутренней отделки квартиры и личных вещей. Также истцу чинятся препятствия в проживании в спорной квартире, у неё нет ключей от домофона, наниматели не представляют ей квитанции об оплате жилищно-бытовых условий.

В силу п. 1 ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены названным Кодексом.

Собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании (ч. 2 ст. 30 Жилищного Кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 1 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии со ст. 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

В силу ч. 1 ст. 247 Гражданского кодекса Российской Федерации владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом.

Согласно ч. 1 ст. 246 Гражданского кодекса Российской Федерации распоряжение имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников.

В силу ст. 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения. На основании п. 1 ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим кодексом. Пунктом 1 ст. 35 Жилищного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным данным кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им). 

ФИО1 не является собственником долей в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>, состоит на регистрационном учёте в указанной квартире. Право собственности ФИО2 и ФИО11 не оспорено.

ФИО11 и его законный представитель ФИО6, как собственник доли в спорной квартире, в ходе судебного разбирательства о незаконности сдачи в найм квартиры ФИО2 не заявляли. Требований к нанимателям ФИО14 не заявляли. 

В своей правовой позиции истец неоднократно указывала, что ранее давала согласие на сдачу жилого помещения в наем, имеет доступ в указанную квартиру, ключи от нее. Истец указывает, что у нее отсутствует ключ от домофона. 

Довод истца о том, что ей чинятся препятствия в пользовании жилым помещением, является несостоятельным, поскольку в процессе рассмотрения спора установлено, что истец имеет ключи от квартиры, имеет свободный доступ в нее, что не оспаривалось самим истцом в процессе рассмотрения спора. Истец указывала, что регулярно посещает квартиру, забирает квитанции для оплаты жилого помещения. 

Так как домофонная система входит в состав общего имущества, не является собственностью ответчиков, суд приходит к выводу, что оснований для обязания ответчиков выдать истцу ключи от домофона, не имеется. Истец не лишена права обратиться в управляющую компанию, или организацию, обслуживающую домофон (если договор на обслуживание заключен), за получением копии ключа от домофона. При этом отсутствие ключа от домофона, не является доказательством того, что ответчиками чинятся истцу препятствия в пользование квартирой. 

Регистрация по спорному адресу, являясь административным актом, сама по себе права пользования жилым помещением не порождает и не может служить основанием для ограничения прав собственников жилого помещения, в том числе сдачи в найм данного жилого помещения.

Установив на основании представленных доказательств, юридически значимые для разрешения спора обстоятельства, суд приходит к убеждению, что в судебном заседании не нашли подтверждение обстоятельства, свидетельствующие о чинении ответчиками препятствий истцу в пользование жилым помещением, при наличии ключей от квартиры у истца и беспрепятственного доступа в квартиру. 

Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения требований ФИО1 о вселении, обязании не чинить препятствия в пользовании жилым помещением, выдачи ключей, выселении не имеется. 

Руководствуясь ст. ст. 56, 59, 60, 67, 167, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО6, ФИО9, ФИО10 о признании договоров дарения недействительными, применении последствий недействительности сделки, вселении, обязании не чинить препятствия в пользовании жилым помещением, выдачи ключей, выселении – отказать. 

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца с момента вынесения решения в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через гражданскую канцелярию Кировского районного суда г.Санкт - Петербурга.

Председательствующий судья: Лебедева А.С.

Мотивированное решение изготовлено 07 апреля 2025 года.