Дело № 2-839/2025 

УИД № 69RS0036-01-2025-000073-77

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 октября 2025 года город Тверь 

Заволжский районный суд г. Твери в составе:

председательствующего судьи Бадьиной Е.В.,

при секретаре Ежове А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «РСХБ-Страхование» о признании недействительным договора инвестиционного страхования жизни и применении последствий недействительности сделки, 

установил:

истец ФИО1 обратился в Заволжский районный суд города Твери с исковыми требованиями, уточненными на основании ст.39 ГПК РФ, к ООО «РСХБ-Страхование» о признании недействительным договора инвестиционного страхования жизни «Новый уровень. Сила Китая» №19П320110096353 от 20 декабря 2021 г., применении последствий недействительности сделки, взыскав с ООО «РСХБ-Страхование» в пользу ФИО1 сумму в размере 2 470 000 руб., взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 1 303 369 руб., компенсации морального вреда в размере 100 000 руб., штрафа в размере 1 825 184 руб. 

Требования мотивированы тем, что 20 декабря 2021 года между истцом и ответчиком был заключен договор инвестиционного страхования «Новый уровень. Сила Китая» № 19П320110096353, по условиям которого была уплачена сумма в размере 2 500 000 в качестве страховой премии. 20 декабря 2021 года истец при визите в офис АО «Россельхозбанка» намеревался оформить банковский вклад, а не иной договор. Сотрудник АО «Россельхозбанка», к которому он обратился, заверила, что подберет для него наиболее выгодные условия, и предложила заключить договор вклада на срок 2 года 0 месяцев 1 день под 14 процентов годовых. Истец подписал документы в указанных им местах сотрудником банка и был уверен, что заключил именно договор банковского вклада на предложенных условиях. До окончания срока действия договора инвестиционного страхования жизни в декабре 2024 года, истец обратился в банк АО «Россельхозбанк» для разъяснения ситуации сложившейся вокруг аналогичных договоров, сотрудник банка объяснил, что он заключил не договор банковского вклада, а договор инвестиционного страхования жизни и стороной договора является не АО «Россельхозбанк», а ООО «РСХБ-Страхование жизни», поэтому возврата денежных средств ему не положено. Истец не предполагал, что такое возможно. Истец считает, что сделка была заключена под влиянием обмана со стороны ответчика, поскольку при заключении договора сотрудник банка воспользовалась его юридической и финансовой неграмотностью, вследствие чего произошла подмена понятий таких как банковского вклада страховой услугой. Несмотря на то, что истец собственноручно подписал договор инвестиционного страхования жизни, он, в силу индивидуальных особенностей, не осознавал их буквального содержания. Условия договора не могли быть понятны, страховщик, в лице банковского сотрудника обязан был предоставить полную и доступную, для понимания информацию о природе и условиях заключаемого договора, уплаты и возврата суммы, внесенной в качестве страховой премии, а по факту - инвестирования, выплате процентов и дивидентов. В интересы истца не могло входить заключение договора страхования, суть которого является участие в инвестиционной деятельности страховщика. Условия инвестирования и выплат изложены с использованием специальных терминов, которые не доступны для понимания лицом, не имеющим специальных знаний. Истец, как клиент, не был проинформирован о том, что, по всей видимости, АО «Россельхозбанк» является агентом, а не стороной по договору, в связи с чем, истцу не была предоставлена возможность предварительно ознакомиться с агентским договором. Кроме того, сотрудник банка не предъявила никаких документов, подтверждающих ее полномочия на заключение договора страхования, такие документы не приложены и к договору, поэтому истец воспринимал ее как сотрудника банка. Поскольку договор заключался в офисе АО «Россельхозбанк», то и полномочия сотрудника банка, как представителя банка явствовали из обстановки банка. Вопреки указанию Банка России от 11 января 2019 года истцу до заключения договора не была предоставлена Памятка, которая в доступной форме разъяснила бы предмет заключаемого договора и позволяла сделать осознанный выбор. Заключение договора страхования на 2-летний срок являлось явно не выгодными для истца, поскольку возлагало на него обязанность уплатить страховые взносы в размере, равном страховой сумме, вместо получения ожидаемых процентов. Истец заблуждался в отношении природы сделки, в отношении ее предмета, в отношении лица, с которым вступал в сделку, а также отношении последствий сделки. Данное заблуждение было настолько существенным, что истец разумно и объективно оценивая ситуацию и зная о действительном положении дел, данную сделку не совершил бы. Условия заключенной истцом сделки привели не к улучшению его имущественного положения и взаимной выгоде сторон, а к возникновению неблагоприятных для истца последствий в виде дополнительных финансовых обязательств и невозможности свободного использования денежными средствами. Истец квалифицирует заключенный между ним и ответчиком договор инвестиционного страхования жизни как сделку, совершенную под влиянием заблуждения в соответствии со ст. 178 ГК РФ, что влечет недействительность данной сделки с применением двойной реституции. Поскольку целью размещения денежных средств для истца являлось их сохранение, возможность беспрепятственного возврата в той сумме, которая предоставлена финансовой организации, и получение дохода, то при осознании условий данного договора истец отказался бы от его заключения, поскольку анализ условий свидетельствует о том, что денежные средства передавались в качестве страховой премии, при досрочном расторжении договора возвращению в полном объеме не подлежали, доход по договору не являлся гарантированным. Осознавая все условия и последствия истец бы никогда не стал бы вносить такую сумму в качестве страховой премии, тем более понимая, что ее никогда уже больше не получит и не увидит. Для истца данная сумма является огромной. Истец, имеет лишь только средне-техническое образование, финансовыми знаниями в сфере инвестиционной деятельности не обладает, проживает один, в связи с чем, разъяснять истцу условия договора было некому. При установлении судом недействительности оспариваемой сделки, она не действительна с момента ее заключения, удержание ответчиком денежных средств истца является не законным. Проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 21 декабря 2021 г. по 12 сентября 2025 г. составляют 1 303 369 руб. При расчете учитываются выплаченные ответчиком денежные средства в размере 30 000 руб. Истец полагает, что ему причинены нравственные страдания и переживания, связанные с введением его в заблуждение относительно оказанной услуги. Компенсацию морального вреда истец оценивает в размере 100 000 руб. Истцом заявлено требование о взыскании штрафа на основании п.6 ст.13 Закона РФ «О защите прав потребителей» в размере 1 825 184 руб. (2 470 000 руб.+1 303 369 руб.04 коп.+100 000 руб.). О нарушении своего права истцу стало известно только лишь в конце февраля 2024 г., когда сторона ответчика произвела последние выплаты и истец, не понимая почему ему не вернули денежные средства, обратился к ответчику и на свое требование о возврате денежных средств получил отказ. 

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, извещен надлежащем образом о дате и месте рассмотрения дела.

В ходе рассмотрения дела представитель истца ФИО1 - ФИО2 просила удовлетворить исковые требования в полном объеме, поскольку истец был введен в заблуждении при заключении договора инвестиционного страхования жизни, ФИО1 полагал, что заключает с АО «Россельхозбанк» договор банковского вклада под больший процент, а не договор инвестиционного страхования с ООО «РСХБ-Страхование жизни», поскольку сотрудник банка настойчиво рекомендовала заключить ему такой договор, в связи с чем, он была лишен возможности осознавать правовую природу сделки и последствия ее заключения.

Ответчик ООО «РСХБ-Страхование жизни» в судебное заседание не явился, о дате и месте рассмотрения дела извещен надлежащем образом. Представлен отзыв на исковое заявление, в котором просят отказать в удовлетворении исковых требований по следующим основаниям. В период действия договора страхования от истца страховщику поступали заявления на произведение страховых выплат, тем самым истец выполнил условия договора страхования, следовательно, подтвердил факт ознакомления с данными условиями Истец лишен права заявлять о введении в заблуждение относительно предмета сделки и стороны сделки. Истцом не доказан факт обмана, заблуждения в момент заключения сделки. Реальная причина обращения истца – несогласие с размером выплаченных средств. Истцом пропущен срок исковой давности для требования о признании договора страхования недействительным. Истец был ознакомлен с условиями договора страхования 20 декабря 2021 г. и в этот же день узнал и мог узнать об обстоятельствах являющихся основанием для признания договора страхования недействительным.

Определением Заволжского районного суда г. Твери, занесенным в протокол судебного заседания от 27 октября 2025 г., в удовлетворении ходатайства ООО ООО «РСХБ-Страхование жизни» о проведении судебного заседания посредством систем видеоконференц-связи отказано в связи с отсутствием технической возможностью. 

Определением Заволжского районного суда г. Твери, занесенным в протокол судебного заседания от 24 февраля 2025 г., к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Роспотребнадзора по Тверской области. 

Определением Заволжского районного суда г. Твери, занесенным в протокол судебного заседания от 02 июня 2025 г., к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены АО «Россельхозбанк» и ООО «РСХБ-Финансовые консультации».

Определением Заволжского районного суда г. Твери, занесенным в протокол судебного заседания от 24 июля 2025 г., к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Банк России.

В судебное заседание третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Управление Роспотребнадзора по Тверской области, АО «Россельхозбанк», ООО «РСХБ-Финансовые консультации», Банк России представителей не направили, извещены о дате и месте рассмотрения дела надлежащем образом.

Суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1).

К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного кодекса, если иное не установлено этим же кодексом (пункт 2).

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности, при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения (статья 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения (пункт 1).

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, соответственно применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 167 этого Кодекса (пункт 6 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом установлено и из материалов дела следует, что 20 декабря 2021 года между ФИО1 и ООО «РСХБ-Страхование жизни» был заключен договор инвестиционного страхования жизни «Новый уровень. Сила Китая», неотъемлемой частью которого являются: заявление о заключении договора страхования, Приложение 1 - Порядок начисления дополнительного инвестиционного дохода, Приложение 2 - Информация об условиях договора добровольного страхования (договора инвестиционного страхования жизни), Приложение 3 - Правила инвестиционного страхования жизни № 2-ИСЖ в редакции № 3, утвержденные приказом генерального директора страховщика от 26.07.2021.

В соответствии с условиями данного договора страховщик обязуется за обусловленную договором страхования плату (страховую премию) осуществить страховую выплату в пределах страховой суммы, указанной в настоящем договоре страхования, при наступлении страхового случая, предусмотренного договором страхования в порядке и в случаях, установленных Правилами страхования.

Условиями договора предусмотрены страховые риски: дожитие до 10 апреля 2022 г., дожитие до 10 июля 2022 г., дожитие до 10 октября 2022 г., дожитие до 10 января 2023 г., дожитие до 10 апреля 2023 г., дожитие до 10 июля 2023 г., дожитие до 10 октября 2023 г., дожитие до 10 января 2024 г., с выплатой страховой суммы в размере 625 руб. по каждому случаю, дожитие до окончания срока страхования 25 000 рублей, смерть застрахованного по любой причине - 25 000 рублей, смерть застрахованного от несчастного случая - 3 000 000 рублей. Размер страховой премии составляет 2 500 000 рублей. Срок действия страхования с 10 января 2022 г. по 10 января 2024 г.. В случае смерти выгодоприобретателя, выгодоприобретателями является наследник ФИО3

20 декабря 2021 г. истцом произведена оплата страховой премии ООО «РСХБ-Страхование жизни» по договору страхования в размере 2 500 000 руб., что подтверждается заявлением на разовое перечисление денежных средств, платежным поручением №250100 от 20 декабря 2021 г. 

В обоснование исковых требований ФИО1 указал, что он обратился в банк с целью заключения договора банковского вклада, а не в страховую компанию для заключения договора страхования. Договор инвестиционного страхования с истцом заключен сотрудником банка, одновременно представлявшим интересы ООО «РСХБ-Страхование жизни» и действовавшим в интересах страховой компании.

В ходе рассмотрения дела представитель истца - ФИО2 поясняла, что ФИО1 заблуждался относительно природы подписываемого им договора инвестиционного страхования жизни, полагая, что заключает договор банковского вклада под проценты, а не договор инвестиционного страхования с ООО «РСХБ-Страхование жизни», в связи с чем, он был лишен возможности осознавать правовую природу сделки и последствия ее заключения. Истец не имеет специального финансового образования, не является экспертом и специалистом в области инвестиционного страхования и инвестиций, на дату заключения договора инвестиционного страхования ему исполнился 61 год, он не обладал специальными познаниями в области финансовых услуг и проведения операций на рынке ценных бумаг, а правила, на основании которых заключался договор, содержали значительный объем информации и специальных терминов, приводимые формулы расчета инвестиционного дохода объективно являются сложными для понимания рядового потребителя.

Как следует из пункта 10 оспариваемого договора, дополнительный инвестиционный доход выплачивается ежеквартально, в случае его начисления, в составе страховой выплаты при наступлении страхового случая по риску «дожитие».

Дополнительный инвестиционный доход 2 может быть выплачен однократно, в случае его начисления, в составе страховой выплаты при наступлении страхового случая по рискам «Дожитие», «Смерть по любой причине». Порядок расчета дополнительного инвестиционного дохода 1 и дополнительного инвестиционного дохода 2 описан в Приложении 1 «Порядок начисления дополнительного инвестиционного дохода» к настоящему договору страхования.

Таким образом, договор страхования жизни с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика, предусматривающий условие о единовременной уплате страховой премии либо выплаты, по которым в соответствии с их условиями зависят от значений финансовых активов, предназначен для лиц обладающих специальными познаниями или квалифицированных инвесторов.

Кроме того, в информации об условиях договора добровольного страхования выделенным шрифтом указано, что гарантированный доход имеется и его размер составляет 14% годовых, при этом в форме уведомления размещены сведения об отсутствии гарантий получения инвестиционного дохода.

Указанные выше сведения носят противоречивый характер и вводят лицо, заключающее такой договор, в заблуждение относительно предмета сделки.

Согласно информационному письму Банка России от 13 января 2021 года № ИН-01-59/2 «Об отдельных вопросах, связанных с реализацией страховых продуктов с инвестиционной составляющей», в связи с тем, что договоры страхования жизни с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика, предусматривающие условие о единовременной уплате страховой премии либо выплаты по которым в соответствии с их условиями зависят от значений финансовых активов, предназначенных для квалифицированных инвесторов, содержат высокие инвестиционные риски и являются сложными для понимания широкого круга физических лиц, не обладающих специальными знаниями в области финансов, в целях обеспечения защиты прав и законных интересов страхователей - физических лиц Банк России рекомендовал страховым организациям воздерживаться от прямого и опосредованного (через посредников) предложения таким физическим лицам страховых продуктов с инвестиционной составляющей.

Таким образом, действуя в своем интересе, осознавая последствия заключения такой сделки, ФИО1 не заключил бы договор инвестиционного страхования жизни, который ему фактически был навязан ответчиком, поскольку, оплачивая 2 500 000 рублей, выплата за весь срок действия договора по страховом риску «Дожитие застрахованного лица» составит всего 30 000 рублей. Предоставленные истцу ответчиком услуги и их цены неравноценны, и истец даже при отсутствии инвестиционного дохода фактически не получает своих денежных средств, внесенных им ответчику.

Центральный Банк России в своем Обзоре неприемлемых практик и рекомендаций (Информационно-аналитический материал) описывает аналогичную рассматриваемой ситуацию, когда в офисах банков гражданам пенсионного возраста, обратившимся за открытием переоформлением вклада, предлагаются ценные бумаги и финансовые инструменты, а также услуги доверительного управления в рамках стратегий со сложными параметрами определения дохода либо не гарантирующие получение дохода и или предусматривающие длительные сроки инвестирования (более года) с возможностью возврата денежных средств клиенту не в полном объеме в случае досрочного закрытия продукта (расторжения договора).

Как указано в Обзоре, предложение подобных продуктов и услуг не всегда отвечает интересам клиентов, относящихся к социально уязвимым категориям, к которым относятся также граждане, достигшие пенсионного возраста.

Указанная ситуация квалифицируется в Обзоре как проблема, основная рекомендация к решению которой - не предлагать гражданам пенсионного возраста, обратившимся в банк по вопросам открытия/переоформления вклада, сложные для понимания финансовые продукты (в том числе услуги по доверительному управлению ценными бумагами), не гарантирующие получение дохода, а также предусматривающие возможность возврата клиентом средств не в полном объеме при досрочном выходе из продукта (расторжении договора доверительного управления).

Суд полагает, что доводы ФИО1 о том, что заключая оспариваемый договор, он исходил из консультаций сотрудников банка, действовавших в интересах страховой компании, а не из буквального текста подписываемого договора, представляют заслуживающими внимания.

По мнению суда, то обстоятельство, что в подписанном истцом договоре страхования, изготовленном компьютерным способом, отражены все существенные условия договора страхования, а также указано на добровольность принятия решения страхователем о заключении такого договора, само по себе не свидетельствует о том, что истец осознавал правовую природу заключаемой с ним сделки и последствия ее заключения, учитывая, что понятия, термины и формулировки, используемые в нем, не являются общедоступными для понимания, предполагают наличие хотя бы минимальных познаний в сфере инвестирования и финансовых услуг, а также то, что заключение договора страхования состоялось в здании банка и сотрудниками банка, действовавшими на основании субагентского договора в интересах страховщика. Несмотря на внешне безупречное выражение истцом своей воли, при заключении договора инвестиционного страхования ФИО1 добросовестно заблуждался относительно его содержания. 

Суд отклоняет заявление о пропуске срока исковой давности для обращения в суд по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно пункту 2 статьи 181 Гражданского кодекса срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию по общему правилу начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

ФИО1 указывает, что изначально заблуждался относительно природы и существенных условий заключенной им с ООО «РСХБ-Страхование жизни» сделки. То обстоятельство, что им заключен не договор банковского вклада с АО «Россельхозбанк», она поняла, в начале феврале 2024 г., когда сторона ответчика произвела последние выплаты и истец, не понимая, почему ему не вернули вложенные денежные средства, обратился к ответчику с требованием о возврате денежных средств, на которое он получил отказ.

Следовательно, о своем нарушенном праве и наличии оснований для признания сделки недействительной, истец узнал в феврале 2024 года

Суд исходит также из того, что обращение ФИО1 в суд чем через три года после заключения оспариваемой сделки подтверждает его довод о том, что о правовой природе сделки он узнала лишь после получения всех выплат по договору, обращения к ответчику, где ему было разъяснено, что он фактически заключил не договор банковского вклада, а договор инвестиционного страхования жизни.

Учитывая, что о нарушении своего права истец узнал в феврале 2024 г., с исковым заявлением обратился 23 декабря 2024 г., суд приходит к выводу, что истцом не пропущен срок обращения в суд.

При таких обстоятельствах, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд, руководствуясь статьями 166, 178, 179, 181, 934 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 10 Закона Российской Федерации «Об организации страхового дела в Российской Федерации», разъяснениями, изложенными в пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пришел к выводу, что истец заблуждался относительно природы подписываемого им договора инвестиционного страхования жизни, полагая, что заключает с сотрудником АО «Россельхозбанк» договор банковского вклада под 14% годовых, с целью сохранения денежных средств от инфляции, при этом, он был лишен возможности осознавать правовую природу сделки и последствия ее заключения, поскольку не имеет специальных познаний в области экономики, находился в офисе банка и контактировал с сотрудником банка, в связи с чем, ошибочно заключил вместо договора банковского вклада с кредитным учреждением, договор инвестиционного страхования жизни со страховой компанией. В связи с этим требование о признании о признании недействительным договора инвестиционного страхования жизни «Новый уровень. Сила Китая» №19П320110096353 от 20 декабря 2021 г. подлежит удовлетворению.

Ответчик выплатил истцу страховую выплату по риску дожития в размере 25 000 руб. 20 февраля 2024 г., 625 руб. 20 февраля 2024 г., 625 руб. 12 декабря 2023 г., 625 руб. 12 декабря 2023 г.,12 декабря 2023 г. 625 руб.12 декабря 2023 г. 625 руб., 12 декабря 2023 г. 625 руб. 12 декабря 2023 г. 625 руб., 12 декабря 2023 г. 625 руб.

Установив, что ответчик выплатил истцу страховые выплаты по риску дожития в общей сумме 30 000 рублей, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца денежные средства в размере 2 470 000 рублей в порядке применения последствия недействительности сделки.

Истцом заявлено требование о компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб. 

В соответствии со ст. 15 Закона РФ от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей) моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Согласно п. 45 постановления пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда. В связи с чем, размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

Установив, факт нарушения прав ФИО1, являющегося потребителем услуги со стороны ООО «РСХБ-Страхование жизни», суд пришел к выводу о взыскании компенсации морального вреда в размере 15 000 руб. 

Истцом заявлено требование о взыскании штрафа в размере 1 825 184 руб.

В соответствии со статьей 10 Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора. По отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Если потребителю не предоставлена возможность незамедлительно получить при заключении договора информацию о товаре (работе, услуге), он вправе потребовать от продавца (исполнителя) возмещения убытков, причиненных необоснованным уклонением от заключения договора, а если договор заключен, в разумный срок отказаться от его исполнения и потребовать возврата уплаченной за товар суммы и возмещения других убытков (пункт 1 статьи 12 Закона о защите прав потребителей).

Согласно пункту 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей, при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В пунктах 46 и 47 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 разъяснено, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

Признание спорной сделки недействительной не исключает возможность применения к спорным отношениям положений Закона о защите прав потребителей.

Поскольку основанием для признания договора недействительным явилось не предоставление истцу надлежащей информации о страховой услуге, отказ в добровольном порядке удовлетворить требования истца, в том числе в ходе рассмотрения дела, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца штрафа в размере 1 242 500 руб. (2 470 000 руб. +15 000 руб. х 50 %)

Обращаясь с иском ФИО1 просил суд взыскать в его пользу проценты по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации. в размере 1 303 369 руб. за период с 21 декабря 2021 г. по 12 сентября 2025 г. 

В соответствии с пунктом 33 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», в случае предъявления гражданином требования о признании сделки недействительной применяются положения Гражданского кодекса Российской Федерации. Удовлетворяя требования о признании недействительными условий заключенного с потребителем договора следует иметь в виду, что в этом случае применяются последствия, предусмотренные пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 56 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», в том случае, когда при проведении двусторонней реституции одна сторона осуществила возврат ранее полученного другой стороне, например, индивидуально определенной вещи, а другая сторона не возвратила переданные ей денежные средства, то с этого момента на сумму невозвращенных средств подлежат начислению проценты на основании статьи 395 ГК РФ (статья 1103, пункт 2 статьи 1107 ГК РФ).

В пункте 57 Постановления Пленума от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных статьей 395 ГК РФ, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, если иной момент не указан в законе, при просрочке их уплаты должником.

Совершенная сделка относится к оспоримым и до момента признания судом оспоримой сделки недействительной факт неправомерного пользования денежными средствами истца не являлся установленным.

Таким образом, действующим законодательством предусмотрено, что до признания сделки недействительной, условия для взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствую. Следовательно, требование истца о взыскании процентов по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с 21 декабря 2021 г. по 12 сентября 2025 г. удовлетворению не подлежат. 

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход в бюджета муниципального образования Тверской области – городской округ город Тверь подлежит взысканию государственная пошлина в размере 39 700 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «РСХБ-Страхование» о признании недействительным договора инвестиционного страхования жизни и применении последствий недействительности сделки, взыскании процентов за пользовании чужими денежными средствами, компенсации морального вреда, штрафа удовлетворить частично.

Признать недействительным договор инвестиционного страхования жизни «Новый уровень. Сила Китая» №19П320110096353 от 20 декабря 2021 г., заключенный между обществу с ограниченной ответственностью «РСХБ-Страхование» и ФИО1.

Применить последствия недействительности сделки, взыскав с ООО «РСХБ-Страхование» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, (паспорт гражданина РФ № выдан 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ г.) денежные средства в размере 2 470 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб., штраф в размере 1 242 500 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований, отказать.

Взыскать с ООО «РСХБ-Страхование» в бюджет муниципального образования – городской округ город Тверь Тверской области государственную пошлину в размере 39 700 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Заволжский районный суд г. Твери.

В окончательной форме решение составлено 30 октября 2025 г.

Председательствующий Е.В. Бадьина