Судья: Шопконков Л.Г. Дело 22-562

Верховный Суд

Республики Бурятия

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Улан-Удэ 17 апреля 2025 года

Верховный Суд Республики Бурятия в составе:

Председательствующего судьи Гомбоева В.Д.,

с участием прокурора уголовно-судебного управления прокуратуры Республики Бурятия Амбаевой И.Д.,

осужденного ФИО1, его защитника – адвоката Лхамажапова Р-Н.Ц., представившего удостоверение № 983, ордер № 1118572,

при секретаре Алаевой Т.Г.,

рассмотрел в открытом судебном заседании 17 апреля 2025 года апелляционное представление государственного обвинителя – помощника прокурора Октябрьского района г. Улан-Удэ Баторова Э.Б., апелляционную жалобу адвоката Лахмажапова Р-Н.Ц. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Октябрьского районного суда г. Улан-Удэ от ..., которым

ФИО1, родившийся ... в 

<

...>, ранее судимый ... Гусиноозерским городским судом Республики Бурятии по п. «а» ч.3 ст. 158, п. «г» ч.3 ст. 158 УК РФ с применением ст. 64, ч.3 ст. 69 УК РФ к обязательным работам сроком 400 часов, (неотбытая часть наказания составляет 384 часа),

- осужден по п. «в, г» ч.2 ст.158 УК РФ к 1 году 8 месяцам лишения свободы.

На основании ст.70 УК РФ с применением п. «г» ч. 1 ст. 71 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору Гусиноозерского городского суда Республики Бурятия от ... и окончательно назначено 1 год 9 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Заслушав объяснение осужденного ФИО1, мнение адвоката Лхамажапова Р-Н.Ц., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Амбаевой И.Д., поддержавшей доводы апелляционного представления, суд

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО1 признан виновным в том, что ... ..., находясь в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя в 

<

...>, расположенного по адресу: 

<

...>, увидевшего в правом кармане куртки, надетой на ранее незнакомом С.А., сотовый телефон «

<

...>» из корыстных побуждений достал правой рукой из правого кармана куртки, надетой С.А., тем самым тайно похитил принадлежащее последнему сотовый телефон марки «

<

...>» стоимостью 

<

...>.

С похищенным имуществом ФИО1 с места преступления скрылся, распорядившись им по своему усмотрению, причинив тем самым С.А. значительный материальный ущерб в сумме 

<

...>.

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в описательной части приговора. 

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления признал.

В апелляционном представлении государственный обвинитель – помощник прокурора Октябрьского района г. Улан-Удэ Баторов Э.Б. просит приговор изменить. Указывает, что в описательно-мотивировочной части приговора судом в качестве смягчающего обстоятельства признано полное возмещение ущерба, добровольная выдача похищенного. Вместе с тем из материалов уголовного дела следует, что помимо возврата похищенного имущества и принесения извинений потерпевшему, иные действия к заглаживанию причиненного вреда ФИО1 не предпринимались.

Кроме того, несмотря на то, что в качестве отягчающего обстоятельства признано наличие рецидива, суд назначил осужденному минимально возможное с учетом положений ч. 2 ст. 68 УК РФ наказание в виде лишения свободы на срок 1 год 8 месяцев, окончательно с применением положений статьи 70 УК РФ наказание в виде лишения свободы на срок 1 год 9 месяцев. Признание в качестве смягчающего обстоятельства полное возмещение ущерба повлекло за собой назначение более мягкого наказания чем следовало.

В апелляционной жалобе адвокат Лахмажапов Р-Н.Ц. в интересах осужденного ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, просит приговор суда отменить. Указывает, что судом в полном объеме не были исследованы вопросы относительно состояния здоровья брата ФИО1, за которым подсудимый ухаживал, оказывал посильную физическую помощь. Исходя из этого, наказание могло быть снижено, либо применено положение ч. 3 ст. 68 УК РФ.

Имеются вопросы относительно причиненного ущерба потерпевшему С.А.. В материалах уголовного дела имеются два протокола допроса в качестве потерпевшего. Первый допрос состоялся при признании потерпевшим, второй дополнительный. В протоколе судебного заседания имеются данные об установлении ущерба следователем с помощью данных телефона по курсу центрального банка, международному валютному фонду. Но при этом в протоколе допроса об использовании телефона следователем не указано, а также данные об установлении ущерба через валютный фонд и по курсу 

<

...> на .... Исходя из показаний следователя П.Ю.В., предупрежденной об уголовной" ответственности установлено, что потерпевший С.А. в ходе предварительного следствия сообщил, что телефон был куплен за 

<

...>. Она эту сумму умножила на 

<

...> по курсу 

<

...>. При этом курс по состоянию на 

<

...> не учитывался. При таких обстоятельствах сумма ущерба должно было составить 

<

...>, однако в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого указана сумма ущерба в размере 

<

...>. Стороне защиты не понятна, откуда появилась указанная сумма ущерба в размере 

<

...>, которая в судебном заседании не выяснялась. Также в материалах уголовного дела нет данных о том, имелся ли какой-либо износ у телефона. Согласно данных курса по состоянию на ... курс рубля по отношению к 

<

...>. Однако при предъявлении обвинения сумма ущерба, которая была установлена в судебном заседании в размере 

<

...> (по показаниям свидетеля П.Ю.В. в суде, которая умножила 

<

...> на 

<

...>) не указаны в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого.

Считает, что в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении по уголовному делу в отношении ФИО1 в нарушение ст. 171, 220 УПК РФ содержится неконкретное обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. « в, г» ч. 2 ст. 158 УК РФ. По мнению защиты, изложенное в обвинительном заключении существо обвинения, ввиду его неконкретности, нарушает гарантированное Конституцией Российской Федерацией право ФИО1 на защиту, порождает неустранимые сомнения относительно существа предъявленного обвинения и исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора или вынесения иного решения на его основе, так как суд не вправе свободно трактовать в ту или иную сторону обвинение при рассмотрении дела по существу. Считает, что указанные нарушения требований уголовно-процессуального закона, допущенные органом предварительного следствия при составлении обвинительного заключения, являются существенными, а потому уголовное дело на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ подлежало судом первой инстанции возвращению прокурору для устранения препятствии его рассмотрения судом. Но этого не было сделано.

В ходе предварительного следствия были нарушены права потерпевшего в части непредставления переводчика. То есть были нарушены положения ч. 2 ст. 42 УПК РФ, которое предоставляет потерпевшему права давать показания на родном языке или языке, которым он владеет. Это право следует также из редакции ст. 18 УПК РФ. Если в ходе допроса потерпевшего будет установлено, что участник уголовного судопроизводства не владеет, либо недостаточно владеет языком, на котором ведется производство по уголовному делу, то должно быть разъяснено и обеспечено право пользоваться помощью переводчика. В конкретном случае достоверно было установлено, что потерпевшему был необходим переводчик. В ходе судебного процесса факт не предоставления потерпевшему переводчика подтвердила следователь, которая также пояснила, что они с потерпевшим так и не дождались переводчика. При этом не имеет значения, желает или нет переводчика потерпевший, он должен быть обеспечен переводчиком. Таким образом, следователь, проводивший допрос потерпевшего из-за недостаточного владения русским языком потерпевшим, не мог разъяснить потерпевшему право делать заявления, давать объяснения и показания, заявлять ходатайства, приносить жалобы. 

Кроме того, вопрос возникает относительно использования «

<

...>». Использование «

<

...>» или других сервисов - это только частичная помощь при переводе. Результат все равно нуждается в тщательной проверке и переработке предложений и слов, поэтому пока без вмешательства человека не справится ни одна система машинного перевода. Онлайн переводчики не научились перестраивать предложения под потребности языка перевода, поэтому правильный перевод не всегда обеспечен и не всегда является достоверным вариантом.

Просит обратить внимание, что следователь помогала потерпевшему с переводом. Таким образом, следователь совместила две процессуальные функции, это как следователь расследовала и производила допрос и помогала с переводом. При производстве по уголовному делу выполнение лицом функции переводчика несовместимо с его участием в качестве другого субъекта уголовного процесса и признается существенным нарушением уголовно-процессуального закона. Даже свободное владение языком лицом, осуществляющим производство по уголовному делу, не освобождает его от обязанности назначить переводчика в случаях, предусмотренных законом. Никто из участников уголовного судопроизводства не вправе подменять переводчика. Факты проведения предварительного следствия без участия переводчика, если потерпевший не владеет языком, на котором ведется судопроизводство, необеспечение перевода показаний свидетелей признаются высшими судебными инстанциями существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, влекущими отмену приговора. Кроме этого, следователь не могла предупредить систему «

<

...>» об уголовной ответственности по статье 307 и 310 УК РФ, разъяснить права переводчика в соответствии со статьей 59 УПК РФ.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционной жалобы, выслушав мнения сторон, суд не находит оснований для отмены приговора суда. 

Судом сделан обоснованный вывод о том, что виновность ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления нашла свое полное подтверждение совокупностью доказательств, надлежащим образом исследованных, оцененных и приведенных в приговоре суда и по существу никем не оспаривается.

Из показаний потерпевшего С.А. суду установлено, что он является гражданином 

<

...> и в настоящее время живет и обучается в г. Улан-Удэ. Русским языком он владеет, однако не понимает некоторые термины, читать и писать умеет. ... он вместе с друзьями находился в 

<

...> по адресу: 

<

...>. Когда он вышел из 

<

...>, то обнаружил пропажу своего сотового телефона - 

<

...> 

<

...>, который лежал в правом кармане его куртки. Он вернулся в клуб и стал спрашивать свой телефон у охраны, при этом подсудимого ФИО1 он в 

<

...> не замечал. Впоследствии телефон ему вернули сотрудники полиции, а сам ФИО1 принес ему извинения и он его простил. Данный телефон ему купил 

<

...>, точную сумму не знает, но в настоящее время оценивает его в 

<

...>. Ущерб на указанную сумму является для него значительным, так как он является студентом, получает стипендию в размере 

<

...>.

Показания потерпевшего суд обоснованно положил в основу приговора, так как они подтверждаются другими исследованными доказательствами. Оснований не доверять этим показаниям у суда не имелось.

Оценив совокупность исследованных доказательств, суд обоснованно пришел к выводу о доказанности вины ФИО1 и правильно квалифицировал его действия по п. «в,г» ч.2 ст. 158 УК РФ – как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная с причинением значительного ущерба гражданину, из одежды, находившейся при потерпевшем.

Вопреки доводам апелляционной жалобы размер причиненного ущерба судом определен верно, установлен по показаниям потерпевшего С.А., который показал, что телефон ему купил его отец в США, точную сумму не знает, но в настоящее время оценивает его в 

<

...>. 

Постановление о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительное заключение соответствует требованиям ст.ст. 171, 220 УПК РФ, в обвинении указаны все необходимые признаки состава преступления.

Нарушений прав потерпевшего в ходе предварительного следствия не установлено. Потерпевший С.А. показал, что достаточно владеет русским языком и в услугах переводчика не нуждается. При таких обстоятельствах оснований для предоставления ему переводчика у органа следствия не имелось. 

Использование в некоторых случаях услугами «

<

...>» не свидетельствует о недостоверности показаний потерпевшего.

При производстве допроса потерпевшего следователем нарушений уголовно-процессуального закона не допущено.

При назначении наказания ФИО1 суд учел смягчающие обстоятельства - явку с повинной, полное признание вины, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступления путем дачи подробных показаний в ходе предварительного расследования, полное возмещение ущерба, добровольную выдачу похищенного, принесение извинений потерпевшему, болезненное состояние здоровья родного брата, молодой возраст.

Вместе с тем, учитывая характер и степень общественной опасности содеянного, конкретные обстоятельства дела, данные о личности осужденного, влияние наказания на исправление осужденного, рецидив преступлений, суд обоснованно пришел к выводу о назначении наказания в виде лишения свободы на определенный срок. При этом суд обсудил возможность применения ст.ст.64 и 73 УК РФ, однако оснований к тому не нашел. 

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора суда, судом не установлено.

Вместе с тем приговор суда подлежит изменению по следующим основаниям.

Суд в качестве обстоятельства смягчающего наказание признал полное возмещение ущерба. Однако в судебном заседании установлено, что похищенный телефон был добровольно выдан ФИО1 в ходе выемки, то есть добровольное возмещение ущерба не имело место быть. Судом признано в качестве смягчающего наказание обстоятельства - добровольная выдача похищенного. 

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает необходимым по доводам апелляционного представления исключить из описательно-мотивировочной части приговора решение суда о признании в качестве смягчающего наказание обстоятельства - полное возмещение ущерба. 

Исключению данного смягчающего обстоятельства не влечет усиления наказания, так как назначенное наказание ФИО1 является справедливым, соразмерным содеянному и соответствует требованиям ст.60 УК РФ.

Иных нарушений уголовного или уголовно-процессуального закона, влекущих изменение или отмену приговора, не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.9, 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Октябрьского районного суда г. Улан-Удэ от ... в отношении ФИО1 – изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора решение суда о признании в качестве смягчающего наказание обстоятельства - полное возмещение ущерба.

В остальной части приговор суда оставить без изменения, апелляционное представление прокурора, апелляционную жалобу адвоката Лхамажапова Р-Н.Ц. без удовлетворения. 

Апелляционное постановление в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ может быть обжаловано в Восьмой Кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления его в законную силу, а осужденному, содержащемуся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу. Осужденный ФИО1 вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: