Дело № 2-1075/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Мелеуз 06 июня 2018 г.

Мелеузовский районный суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Насыровой Л.И., 

с участием помощника Мелеузовского межрайонного прокурора Белоглазовой Н.С., 

истца ФИО5, 

представителя ответчиков Отдела МВД России по Мелеузовскому району РБ, Министерства внутренних дел Российской Федерации ФИО6,

при секретаре Шульгиной А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 ФИО1 к Отделу МВД России по Мелеузовскому району Республики Башкортостан, Министерству внутренних дел Российской Федерации о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания в изоляторе временного содержания,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 обратился в суд с указанным иском, обосновав его тем, что в период времени с 

<

дата обезличена> по 

<

дата обезличена>, с 

<

дата обезличена> по 

<

дата обезличена>, с 

<

дата обезличена> по 

<

дата обезличена> и в последующие периоды он содержался в изоляторе временного содержания. Условия содержания были ненадлежащими, т.к. при водворении в ИВС его поместили без медицинского карантина в общую камеру 

<

№>, где содержались осужденные ФИО2 и ФИО3 и занимавшие свободные места в камере. В другие периоды в камерах содержали по 5 человек, в связи с чем не предоставлено индивидуальных спальных мест и спали по очереди с осужденным ФИО4. Не выдавали постельное белье. В камере отсутствовало дневное освещение, т.к. на окнах с обеих стон стоят железный щит и жалюзи. Отсутствуют лампы дневного света и ночные светильники. Вентиляция не работает в полном режиме, т.к. засорены. В ИВС отсутствует душевая и сушилки. Не выводят на прогулку, т.к. дворик находится под окнами камер и заключенные переговариваются. Не выдают предметы личной гигиены и канцелярские принадлежности. Не регистрируют жалобы и заявления, адресованные в суд, прокуратуру и в МВД РБ, переданные на отправку 

<

дата обезличена>, 

<

дата обезличена>, 

<

дата обезличена>, 

<

дата обезличена> и 

<

дата обезличена> Таким образом, его содержали в прокуренном помещении совместно с курящими, хотя он не курящий. Без достаточного воздуха, в темном помещении, без индивидуального спального места, без возможности мыться в душе. Нарушено право обращаться с жалобами и заявлениями. Что было предметом отдельных жалоб и заявлений в части, после этапирования в СИЗО 1/3 

<

адрес обезличен> на 

<

дата обезличена>, 

<

дата обезличена>, 

<

дата обезличена>, 

<

дата обезличена> и другие. А также сопровождалось актами аутоагрессии (суицида). Дискриминируя его по признаку процессуального положения задержан по подозрению, обвиняемый, его подвергли унижающему человеческое достоинству обращению, закрепленные ратифицированными положениями ст.ст. 3 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Просит взыскать в счет компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащим содержанием в ИВС Мелеузовского ГРОВД денежные средства в размере 101 000 рублей.

Истец ФИО5, находясь в местах изоляции от общества в ФКУ ИК-4 УФСИН России по РБ в 

<

адрес обезличен>, участвовал в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, исковые требования поддержал в полном объеме, просил взыскать моральный вред с Министерства внутренних дел Российской Федерации.

В судебном заседании представитель ответчиков - отдела МВД России по Мелеузовскому району РБ, и МВД России ФИО6 удовлетворению иска возражала, поддержала доводы письменного возражения. 

Выслушав истца, представителя ответчиков, заслушав заключение помощника Мелеузовского межрайонного прокурора, полагавшего, что в иске следует отказать, исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к следующему выводу.

Согласно ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В соответствием с п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

дата обезличена> 

<

№> «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ», суды должны учитывать необходимость соблюдения прав лиц, содержащихся под стражей, предусмотренных статьями 3, 5, 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Следует учитывать, что в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта РФ или казны муниципального образования.

В таком же порядке возмещается и моральный вред - физические либо нравственные страдания.

В силу ч. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регламентируются Федеральным законом от 

<

дата обезличена> № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее - Закон № 103-ФЗ).

Статьей 7 Закона № 103-ФЗ установлено, что местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых являются: следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации; следственные изоляторы органов федеральной службы безопасности; изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел; изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых Пограничных войск Российской Федерации.

Согласно ст. 9 Закона № 103-ФЗ изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел и Пограничных войск Российской Федерации предназначены для содержания под стражей задержанных по подозрению в совершении преступлений. В изоляторах временного содержания в случаях, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, могут временно содержаться подозреваемые и обвиняемые, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу.

Подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в следственных изоляторах, могут переводиться в изоляторы временного содержания в случаях, когда это необходимо для выполнения следственных действий, судебного рассмотрения дел за пределами населенных пунктов, где находятся следственные изоляторы, из которых ежедневная доставка их невозможна, на время выполнения указанных действий и судебного процесса, но не более чем на десять суток в течение месяца (ст. 13 Закона №103-ФЗ).

В соответствии со ст. 15 Закона № 103-ФЗ в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Права подозреваемых и обвиняемых и их обеспечение во время содержания под стражей регулируются главой II Закона № 103-ФЗ (ст. 17 - ст. 31).

Так, статьей 23 Закона № 103-ФЗ определено, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место, бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин), все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Требования к медико-санитарному обеспечению в местах содержания под стражей установлены в ст. 24 Закона № 103-ФЗ, в соответствии с которой на администрацию указанных мест возложена обязанность выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

Согласно материалам уголовного дела 

<

№> по обвинению ФИО5 в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст.158 ч.2 п.п. «б», «г», 105 ч.1 УК РФ следует, что ФИО5 содержался в ИВС Отдела МВД России по 

<

адрес обезличен> РБ в связи с выполнением следственных действий, судебного рассмотрения дела – 

<

дата обезличена> (л.д. 17-18), 

<

дата обезличена> (л.д. 22), 

<

дата обезличена> (л.д. 119), 

<

дата обезличена> (л.д. 125), 

<

дата обезличена> (л.д. 42), 

<

дата обезличена> (л.д. 49), 

<

дата обезличена> (л.д. 111), 

<

дата обезличена>, 

<

дата обезличена> (л.д.231), 

<

дата обезличена> (л.д. 155), 

<

дата обезличена> (л.д. 180), 

<

дата обезличена> (л.д. 231), 

<

дата обезличена> (л.д. 205), 

<

дата обезличена> (л.д. 217), 

<

дата обезличена> (л.д. 233), 

<

дата обезличена> (л.д. 254), 

<

дата обезличена> (л.д. 262).

В указанные периоды действовали Правила внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденные приказом МВД России от 

<

дата обезличена> 

<

№> (далее – Правила).

ФИО5, заявляя свои требования о взыскании компенсации морального вреда, указал суду, что в камере, где он содержался, отсутствовала вентиляция, освещение было недостаточное, не были соблюдены условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарной безопасности. Не предоставлялось ему индивидуальное спальное место. Нарушено было его право на обращение с жалобами и заявлениями.

Доводы истца ФИО5 о том, что во время содержания в ИВС не было создано надлежащих условий содержания под стражей, материалами дела не подтверждены, напротив, как следует из ответа ОМВД России по Мелеузовскому району РБ санитарное состояние ИВС отвечает предъявляемым требованиям: 1. камеры ИВС оборудованы автоматическими установками пожарной сигнализации; 2. оборудованы помещения камер административно-арестованных 

<

№> ИВС кранами с водопроводной водой и оборудована вентиляционная камера ИВС противопожарной дверью, которая сертифицирована в области пожарной безопасности; 3. лицам, содержащимся в ИВС, действующим законодательством не запрещено курить в камерах, т.к. в соответствии с гл. XV Правил внутреннего распорядка ИВС подозреваемых и обвиняемых ОВД, утв. Приказом МВД России от 

<

дата обезличена> 

<

№> они пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа; 4. ведется постоянный контроль со стороны сотрудников ОВД за поведением лиц, содержащихся в ИВС; 5. ИВС ОВД оборудован дезинфекционной камерой для обработки одежды (иные носильные вещи); 6. в ИВС отдела санитарная обработка лиц, доставленных в ИВС осуществляется помывкой в душевой ИВС, в случае отсутствия у лиц, содержащихся в ИВС, необходимых индивидуальных средств гигиены, то сотрудниками ИВС выдаются указанные средства. Кроме того оказываются постоянные прачечные услуги, выдаются комплекты постельного белья, которые своевременно в установленное время меняют. 7. оборудовано помещение для обыска и досмотра спец.контингента, карцером, комнатой свиданий и приведена площадь помещения камер ИВС в соответствии с санитарными нормами из расчета 4 кв.м. на 1 человека; 8. оборудовано санитарными узлами с зоной приватности; 9. оказываются услуги по обеспечению ежедневным трехразовым горячим питанием следственно-арестованных и административно-арестованных лиц, содержащихся в ИВС; 10. в каждой камере ИВС имеется в наличии один светильник закрытого типа с двумя лампами дневного освещения мощностью 18 Вт и один светильник ночного освещения закрытого типа мощностью 20 Вт. Имеются два оконных проема размером 80х90 см расположенных от уровня пола на расстоянии 180 см. для доступа естественного освещения. 11. в ИВС установлена система приточно-вытяжная вентиляция с механическим побуждением мощностью 1,1 кВт, 1500 об/мин, кроме того в оконных переплетах установлены форточки для естественного проветривания камер. Согласно выводу акта комиссионного обследования ИВС Отдела МВД России по Мелеузовскому району от 

<

дата обезличена> по критериям условий содержания соответствует требованиям ФЗ №103-ФЗ от 

<

дата обезличена>, приказам МВД России 

<

№> и готов к вводу в эксплуатацию.

При таких обстоятельствах, доводы истца о том, что во время содержания в ИВС отсутствовала вентиляция, освещение было недостаточное, не были соблюдены условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарной безопасности, не предоставлялось индивидуальное спальное место, не регистрировались его жалобы и заявления, надлежащими доказательствами и материалами дела не подтверждены.

Во время содержания в ИВС, истец на указанные нарушения не ссылался.

Судом в адрес ОМВД России по Мелеузовскому району РБ был направлен запрос о предоставлении сведений о периодах содержания ФИО5 в ИВС и документов, регулирующих условия содержания лиц в ИВС ОМВД России по Мелеузовскому району РБ за период времени с июня по 

<

дата обезличена>

Согласно ответа Отдела МВД России по Мелеузовскому району от 

<

дата обезличена> 

<

№> сообщено, что согласно журнала учета журналов и карточек от 

<

дата обезличена> 

<

№>, регистрация журнала по учету лиц, содержащихся в ИВС и акты обследования ИВС Отдела МВД России по Мелеузовскому району в 

<

дата обезличена>. через ГДиР Отдела не производился. Данный журнал и акты обследования велись в свободной форме, которые были уничтожены без акта уничтожения, т.к. данный журнал и акты обследования по регистрации через ГДиР Отдела МВД России по Мелеузовскому району не проходили. В связи с чем сведения о периодах содержания ФИО5 в период с 

<

дата обезличена> в ИВС Отдела МВД России по Мелеузовскому району не представляется возможным.

Судом в адрес Мелеузовской межрайонной прокуратуры был направлен запрос о предоставлении документов по прокурорским проверкам за исполнением законодательства о содержании лиц в ИВС ОМВД России по Мелеузовскому району РБ по обращению ФИО5 за 

<

дата обезличена>.

Из ответа Мелеузовской межрайонной прокуратуры от 

<

дата обезличена> 

<

№> г. следует, что в соответствии с приказом Генерального прокурора РФ от 

<

дата обезличена> 

<

№> «О введении в действие перечня документов органов прокуратуры РФ и их учреждений с указанием сроков хранения» срок хранения переписки по вопросам законности содержания лиц в изоляторах временного содержания установлен в течении 5 лет. Срок хранения надзорных производств по обращениям граждан установлен с учетом хранения переписки по соответствующим направлениям надзорной деятельности. В связи с истечением сроков хранения представить копии материалов проверки за законностью содержания лиц в изоляторе временного содержания ОМВД России по Мелеузовскому району, а также переписку по обращениям ФИО5 за 

<

дата обезличена> не представляется возможным.

Доводы истца о том, что во время содержания в ИВС не было создано надлежащих условий содержания под стражей, материалами дела не подтверждены, судом не установлено нарушения условий содержания ФИО5 в ИВС ОМВД России по Мелеузовскому району РБ, и как следствие факт причинения ему действиями государственных органов и их должностных лиц морального вреда.

Таким образом, оснований для взыскания компенсации морального вреда в денежной форме по настоящему делу не усматривается.

Исходя из положений ст. 1064, 1069 ГК РФ, основанием для возникновения гражданско-правовой ответственности, для возмещения вреда является установленный факт осуществления незаконных действий (бездействия) государственным органом, органом местного самоуправления либо должностными лицами этих органов, к которым отнесены и судебные приставы-исполнители, а также наличие вины причинителя вреда и причинной связи между незаконным действием (бездействием) и возникновением вреда.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

По смыслу закона, истец должен доказать причинение вреда при определенных обстоятельствах и конкретным лицом, степень физических и нравственных страданий, претерпеваемых им, и в чем они выражаются, причинно-следственную связь между причинением вреда и наступившими физическими или нравственными страданиями, размер компенсации вреда.

Анализ действующего национального и международного законодательства, а также практики Европейского Суда по правам человека позволяют сделать вывод о том, что возможность взыскания компенсации морального вреда в связи с ненадлежащими условиями содержания в следственных изоляторах и иных аналогичных местах обусловлена длительным нахождением лиц в соответствующих помещениях, которые являются их местом постоянного пребывания на продолжительный период времени, что само по себе, при наличии существенных нарушений, приводит к возникновению нравственных и физических страданий.

Между тем, кратковременное этапирование в ИВС ОМВД России по Мелеузовскому району РБ не содержит вышеуказанного признака, позволяющего рассматривать соответствующий факт в качестве возможного основания для констатации причинения каких-либо страданий. Более того, каких-либо исчерпывающих доказательств ненадлежащих условий содержания в указанной части материалы дела не содержат.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная ... и т.п.), либо нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности), либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда (ст. 1069 ГК РФ) наряду с претерпеванием вреда, неправомерными действиями (бездействиями) причинителя вреда, установлением причинной связи между неправомерным действием (бездействием) и вредом, является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом, например, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию гражданина.

Необходимо отметить, что незаконность действий (бездействия) должностных лиц государственных органов, причинно-следственная связь между действиями (бездействием) и наступившими последствиями в виде причинения вреда истцу в предусмотренном законом порядке не установлены.

Таким образом, обязательные условия для наступления ответственности за причинение морального вреда, о претерпевании которого утверждает истец, отсутствуют.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

По данному вопросу Пленумом Верховного Суда РФ издано Постановление от 

<

дата обезличена> 

<

№> «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», действующее с изменениями и дополнениями, согласно названному Постановлению, суду в целях обеспечения правильного и своевременного разрешения возникшего спора необходимо по каждому делу выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми нормами они регулируются, допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений, и если да, то когда вступил в силу законодательный акт, предусматривающий условия и порядок компенсации вреда в этих случаях, а также когда были совершены действия, повлекшие причинение морального вреда.

Суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию, и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Следует отметить, что истцом каких-либо доказательств в подтверждение претерпевания им нравственных и физических страданий не представлено.

Оценивая совокупность представленных в материалы дела доказательств, суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено доказательств содержания в ИВС ОМВД по Мелеузовскому району РБ в оспариваемые периоды в ненадлежащих условиях, не представлено доказательств причинения физических и нравственных страданий. Также не доказаны основания и размеры компенсации морального вреда. Нахождение в ИВС короткий промежуток времени в связи с проведением в ИВС кратковременных процессуальных действий не влекут для истца причинение морального вреда по указанным им основаниям.

Пребывание в изоляторе временного содержания не может не сопровождаться определенными ограничениями, их наличие не является безусловным основанием к взысканию компенсации морального вреда.

Отказывая в иске, суд также принимает во внимание закрепленную в п.3 ст. 10 ГК РФ презумпцию разумности и добросовестности действий субъектов гражданского права. Неразумное и недобросовестное поведение приравнивается названным Кодексом к злоупотреблению правом, имеющему место со стороны ФИО5, который обладая возможностью осуществить защиту своих прав предусмотренными гражданским законодательством способами, на протяжении длительного периода времени (более 17 лет) в суд с данным иском не обращался.

С 

<

дата обезличена> на территории Российской Федерации начала действовать Конвенция о защите прав человека и основных свобод.

В соответствии с ч. 1 ст. 35 данной Конвенции, Европейский суд по правам человека может принимать дело к рассмотрению только после того, как были исчерпаны все внутренние средства правовой защиты, как это предусмотрено общепризнанными нормами международного права, и в течение шести месяцев с даты вынесения национальными органами окончательного решения по делу. Согласно ч. 4 ст. 35 Конвенции, суд отклоняет любую переданную ему жалобу, которую сочтет неприемлемой в соответствии с настоящей статьей. 

Европейский Суд по правам человека сформулировал правило о шестимесячном сроке для обращения с жалобой, который начинает течь с момента окончания последнего нахождения заявителя под стражей в одном и том же исправительном учреждении при одних и тех же нарушающих его права условиях (Постановление ЕСПЧ от 

<

дата обезличена> «Дело «ФИО7 и другие против Российской Федерации» (жалоба 

<

№>).

Не обращение ФИО5 в суд в разумные сроки привело к невозможности исследования при рассмотрении дела документов, уничтоженных за истечением срока хранения, которые могли бы подтвердить или опровергнуть юридически значимые обстоятельства.

Судом предприняты исчерпывающие меры для оказания истцу содействия по получению доказательств в подтверждение его доводов. Однако, длительное не обращение в установленном законом порядке за защитой своего права, привело к истечению сроков хранения номенклатурных дел, надзорных производств, регистрационных журналов и их уничтожению, что лишает ответчика возможности представить доказательства, подтверждающие или опровергающие доводы истца, а суд проверить обоснованность данных доводов.

Анализируя в совокупности все представленные доказательства, суд приходит к выводу, что доводы, на которые истец ссылается, не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, поскольку каких-либо доказательств в обоснование своих требований истцом не представлено, и судом не добыто.

Таким образом, своим недобросовестным поведением истец способствовал уменьшению объема доказательственной базы по делу, что само по себе свидетельствует о степени значимости для ФИО5 исследуемых обстоятельств, умаляет права ответчика и не может служить основанием для возложения на него неблагоприятных последствий невозможности предоставления информации об условиях содержания истца в ИВС ОМВД России по Мелеузовскому району РБ.

Исходя из смысла приведенных выше норм, истец, полагавший, что незаконными действиями (бездействиями) ему причинен вред, был обязан, в силу положений ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, доказать факт причинения ему вреда, размер вреда, неправомерность (незаконность) действий (бездействия) причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) и наступившим вредом.

Истцом не доказан факт причинения ему со стороны ответчика какого-либо вреда жизни, здоровью либо бесчеловечного отношения, нравственных и физических страданий, подтверждающих факт причинения ему морального вреда, вызванных условиями содержания, в связи с антисанитарными условиями ИВС, условия содержания истца нельзя рассматривать как пытку или бесчеловечное, унижающее его достоинство обращение.

Таким образом, суд приходит к выводу о недоказанности наличия причинно-следственной связи причинения вреда. Таким образом, суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО5 ФИО1 к Отделу МВД России по Мелеузовскому району Республики Башкортостан, Министерству внутренних дел Российской Федерации о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания в изоляторе временного содержания, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Башкортостан путем подачи жалобы через Мелеузовский районный суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Л.И. Насырова

...