Дело № 2-960/2019 УИД: 23RS0013-01-2019-001402-12

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Гулькевичи 19 июня 2019 года 

Гулькевичский районный суд Краснодарского края в составе:

председательствующего Бочко И.А.,

при секретаре Переверзевой Н.С.,

с участием:

истца ФИО1,

ее представителя ФИО2 по заявлению,

представителя ответчика ФИО3 по доверенности от 06 мая 2019 года №,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к Государственному учреждению - Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в Гулькевичском районе о признании незаконным решения о взыскании излишне выплаченной пенсии,

установил:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику и просит признать решение Управления Пенсионного Фонда РФ в Гулькевичском районе Краснодарского края от 07 марта 2019 года о взыскании сумм пенсий, излишне выплаченных пенсионеру, незаконным и отменить.

Исковые требования обоснованны тем, что истец является пенсионером по возрасту с ДД.ММ.ГГГГ. Ранее она проживала в районах Крайнего Севера. С 01 января 2005 года по ее заявлению был произведен перерасчет базовой части трудовой пенсии по старости с учетом того, что у нее на иждивении находилась ее дочь Г.Т., ДД.ММ.ГГГГ года рождения (инвалид с детства 2 группы) в соответствии с п.4 ст. 14 Закона РФ от 17.12.2001 года № 173-Ф3 «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» с учетом повышения на иждивенца. ДД.ММ.ГГГГ после смерти ее дочери она обратилась в ГУ УПФР РФ с заявлением о выплате социального пособия на погребение, при оформлении данного пособия обрабатываются документы выплатного дела и соответственно выплаты должны быть прекращены. Пособие на погребение ей выплатили в полном объеме. Однако специалисты Пенсионного фонда, будучи официально уведомлены о смерти Г.Т. должным образом, не внесли изменений в размер начисляемой ей пенсии и продолжали начислять её с учетом вышеизложенных обстоятельств. О том, что имеет место нарушение, она узнала, получив решение о взыскании сумм пенсий, излишне выплаченных пенсионеру № от 07 марта 2019 года с расчетом излишне выплаченных денежных средств в сумме 220252,91 рубля. Согласно вынесенному решению, из ее пенсии удерживают 20%. Она обратилась 03 апреля 2019 года с заявлением о разъяснении данного решения на имя начальника Управления ПФР РФ С.Л., ей направили официальный ответ, в котором ее признали виновной в том, что своевременно она не представила сведения о том, что является получателем повышенной фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости с учетом иждивенца. Считает, что указанные в решении обстоятельства не соответствуют закону, а также учитывая установленные ГК РФ сроки исковой давности, пропущенными и не подлежащими удовлетворению. Считает вынесенное решение незаконным и грубо нарушающим ее конституционные и гражданские права, и вынуждена обратиться в суд за защитой.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала свои исковые требования, пояснила суду, что у нее была дочь Г.Т., ДД.ММ.ГГГГ ода рождения. Проживали с 2001 года по 2003 год в Подмосковье, там оформила выплату на иждивенца. В 2004 году переехали в Гулькевичский район. В ДД.ММ.ГГГГ году дочь умерла. Она получила похоронные, на этом все закончилось. Она не знала, что пенсионный не убрал доплату на иждивенца. 

Представитель истца ФИО2 поддержал требования ФИО1 в полном объеме по изложенным в иске основаниям. Считает, что взыскание с ФИО1 производится незаконно. В силу ст. 1109 ГК РФ эти суммы не подлежат взысканию. Также пропущен срок исковой давности. 

Представитель ответчика ФИО3 против удовлетворения иска возражал, пояснила суду, что согласно п.4 ст.23 Федерального закона от 17 декабря 2001 года №173-Ф3 «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», действовавшего на момент смерти иждивенца Г.Т., пенсионер обязан был безотлагательно извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера трудовой пенсии или прекращение ее выплаты. Аналогичная норма предусмотрена действующим Федеральным законом от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях» (п.5 ст.26), где пенсионер обязан извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии и размера повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии или прекращение или продление их выплаты, в том числе об изменении места жительства, не позднее следующего рабочего дня после наступления соответствующих обстоятельств. В декабре 2004 года гражданка ФИО1 обратилась в Управление ПФР с заявлением об установлении повышенной фиксированной выплаты базовой части пенсии с учетом иждивенца, дочери Г.Т., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, представив при этом документальное подтверждение факта иждивения дочери на основании справки сельской администрации с. Отрадо-Кубанского, документальное подтверждение родственных отношений, совместное проживание. С 01.01.2005 года гражданке ФИО1 к ее пенсии была установлена повышенная фиксированная выплата и в ее пенсионное дело приобщены все документы, подтверждающие родственные отношения и факт иждивения. Размер пенсии увеличился на 220руб., что не могло быть не замеченным гражданкой ФИО1 и ежегодно размер пенсии вместе с повышенной базовой части пенсии на иждивенца индексировался. Г.Т. с ДД.ММ.ГГГГ являлась пенсионером по инвалидности. На нее было создано отдельное пенсионное выплатное дело. Поскольку группа инвалидности у Г.Т. была установлена пожизненно, то и повышенная базовая часть пенсии с учетом иждивенца также была установлена пожизненно. В июле 2009 года дочь гражданки ФИО1 умерла, и 12 августа 2009 года гражданка ФИО1 обратилась в Управление ПФР по конкретному вопросу, ею было подано заявление о выплате пособия на погребение. Для оформления поручения на выплату пособия на погребение все технологические операции проводятся исключительно с пенсионным выплатным делом умершего, т.е. Г.Т. Оно снимается с учета и передается на хранение в Архив снятых закрытых пенсионных дел. ФИО1 предоставила свидетельство о смерти с целью получения пособия на погребение. Заявления о том, что умершая была на ее иждивении, от ФИО1 не поступало. По предъявленному свидетельству о смерти сделать вывод о том, что Г.Т. являлась иждивенцем, и ФИО1 получала на нее повышенную часть пенсии, не представлялось возможным, т.к. в пенсионном деле Г.Т., куда приобщалась справка о смерти, данных о том, что гражданка Г.Т. являлась иждивенцем, нет. Вся информация находится в пенсионном деле ФИО1 Поэтому заявление ФИО1 о выплате пособия на погребение гражданки Г.Т. не свидетельствует о том, что ФИО1 сообщила об обстоятельствах, влекущих перерасчет ее пенсии в связи со смертью иждивенца. После смерти ее дочери, которая проходит по ее пенсионному делу иждивенцем, размер пенсии гражданки ФИО1 не изменился в сторону уменьшения и в этом случае если она предполагала, что исполнила данное обязательство о своевременном сообщении об изменениях в составе семьи, то почему не обратилась в пенсионный фонд за уточнением размера пенсии, а продолжала получать ее в прежнем повышенном размере.

Факт незаконного получения повышенной базовой части пенсии на умершего иждивенца был установлен краевым Отделением ПФР в январе 2019 года, после сверки сведений о нетрудоспособных членах семьи кормильца, имеющихся в базе ПФР с базой данных умерших ЗАГС с помощью специально разработанной программы. ФИО1 была установлена повышенная фиксированная базовая часть к ее страховой части пенсии по старости с учетом иждивенца Г.Т. с 01 января 2005 года, которая в тот момент составляла 220 рублей. Эту сумму прекратили выплачивать, когда обнаружили переплату – в январе 2019 года. Срок исковой давности не пропущен, поскольку взыскание излишне удержанных сумм производится с момента, когда была обнаружена выплата. 

Суд, выслушав участников процесса, изучив материалы дела, приходит к следующему.

Пунктом 4 статьи 14 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» предусмотрен повышенный фиксированный базовый размер страховой части трудовой пенсии по старости лицам, на иждивении которых находятся нетрудоспособные члены семьи, указанные в подпунктах 1, 3 и 4 пункта 2 и пункте 3 статьи 9 названного Федерального закона.

В силу пункта 4 статьи 23 Федерального закона «О трудовых пенсиях в РФ» пенсионер обязан безотлагательно извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера трудовой пенсии или прекращение ее выплаты.

В соответствии с пунктом 2 статьи 25 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» в случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных пунктом 4 статьи 23 настоящего Федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату трудовых пенсий, виновные лица возмещают Пенсионному фонду РФ причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Подпунктом 2 пункта 1 статьи 26 названного Закона предусмотрено удержание из трудовой пенсии на основании решений органов, осуществляющих пенсионное обеспечение, тех сумм, которые излишне были выплачены пенсионеру в связи с нарушением им обязательств, влекущих изменение размера трудовой пенсии или прекращение ее выплаты. Размер таких удержаний не может превышать 20% трудовой пенсии.

В судебном заседании установлено, что ФИО1, является получателем трудовой пенсии по старости с ДД.ММ.ГГГГ. 

С 01 января 2005 года получала пенсию с учетом повышенной фиксированной базовой части на иждивенца – дочери-инвалида Г.Т., ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Материалами дела установлено, что дочь истца, Г.Т. ДД.ММ.ГГГГ умерла. 

О данном обстоятельстве, влекущем изменении размера трудовой пенсии по старости, ФИО1 пенсионный орган не известила, до 28 февраля 2019 года ей продолжали выплачивать фиксированный базовый размер страховой части трудовой пенсии с учетом иждивенца.

С 01 марта 2019 года размер трудовой пенсии по старости ФИО1 приведен в соответствие с действующим законодательством, фиксированный базовый размер страховой части трудовой пенсии рассчитан без учета иждивенца. Переплата пенсии ФИО1 за период с 01 августа 2009 года по 28 февраля 2019 года составила 220252,91 рубля. Представленный ответчиком расчет пенсии истца и размер образовавшейся переплаты проверен судом, признан правильным, истцом размер переплаты не оспаривается.

Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Гулькевичском районе сообщением № от 19 февраля 2019 года уведомило ФИО1 о выявленной переплате и перерасчете страховой пенсии по старости с 01 марта 2019 года.

07 марта 2019 года Управлением Пенсионного фонда Российской Федерации в Гулькевичском районе принято решение № о взыскании с ФИО1 суммы излишне выплаченной пенсии в размере 20% ежемесячно до полного погашения суммы переплаты 220252,91 рубля. 

09 апреля 2019 года истцу направлен ответ на ее заявление о принятом решении по удержанию переплаты, согласно которому разъяснено, что при установлении какой-либо выплаты на каждого пенсионера отдельно создается выплатное дело, то есть формируется комплект соответствующих установленным требованиям документов, на основании которых гражданину выплачиваются пенсия и иные выплаты в соответствии с законодательством Российской Федерации. Поскольку дочь истца являлась получателем пенсии по инвалидности и не работала, 12 августа 2009 года после её смерти истец обратились в Управление с заявлением о выплате социального пособия на погребение. При оформлении данного пособия обрабатываются документы выплатного дела пенсионера, то есть прекращается выплата по выплатному делу, сформированному на дочь истца. Одновременно истцу необходимо было сообщить, что она являлась получателем повышенной фиксированной выплаты к своей пенсии, что ею сделано не было. 

Разрешая заявленные истцом требования, суд исходит из того, что ответчиком полученная ФИО1 разница в размере пенсии без учета иждивенца и с ее учетом, верно учтена как переплата и обоснованно принято решение о ее удержании. 

Суд принимает во внимание недобросовестность в действиях истца, которая была осведомлена надлежащим образом об обязанности сообщать о наступлении обстоятельств, влекущих изменение размера пенсии или прекращение ее выплаты, что подтверждает ее подпись в материалах выплатного дела, однако данную обязанность не исполнила, что привело к излишнему неосновательному получению ею сумм трудовой пенсии.

Получая после смерти дочери пенсию в повышенном размере, ФИО1 не могла не знать, что такой размер пенсии установлен ей только на период нахождения дочери на ее иждивении, однако мер к извещению ответчика об отсутствии такого права не принял. Поскольку переплата пенсии ФИО1 произошла в результате ее виновных действий, то в силу положений ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации она должна нести ответственность по возврату неосновательно полученных денежных средств, в связи с чем излишне полученная пенсия обоснованно поставлена ответчиком на учет и ГУ УПФ РФ по Гулькевичскому району и правильно принято решение об удержании возникшей переплаты.

Довод истца и ее представителя о том, что о смерти дочери истец извещала пенсионный орган, когда обратилась за получением пособия на погребение, суд не может признать обоснованным, поскольку пособие на погребение истец получила на умершего пенсионера как член его семьи в рамках пенсионного дела дочери.

Обязанность же по уведомлению пенсионного органа об изменении обстоятельств, влияющих на размер пенсии, законом возложена на получателя пенсии, то есть на истца, которая должна была уведомить пенсионный орган о смерти своего иждивенца. Заявляя о том, что пенсионный орган был уведомлен о смерти ее дочери, истец тем самым пытается возложить на ответчика не предусмотренную законом обязанность устанавливать связь между смертью пенсионера (дочери истца) и выплатами самого истца. 

Довод о том, что излишне выплаченные суммы не подлежат взысканию как неосновательное обогащение в силу ст. 1109 ГК РФ, является несостоятельным, основанным на неверном толковании норм права и без учета обстоятельств дела. 

Согласно пункту 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации суммы пенсии, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения.

Таким образом, действующее законодательство не допускает возложения на гражданина обязанности по возврату сумм пенсии при отсутствии недобросовестности со стороны получателя пенсии и счетной ошибки. Бремя доказывания недобросовестности лежит на лице, требующем возврата неосновательного обогащения. При этом добросовестность гражданина-приобретателя предполагается. Обязанность по возмещению Пенсионному фонду выплаченной пенсии возникает лишь в случае виновного поведения лица, выразившегося в предоставлении в пенсионный орган недостоверных сведений или не предоставлении сведений, которые влекут прекращение выплаты пенсии либо влияют на размер выплаты.

Согласно неоднократно выраженной правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, судебные органы, рассматривая в каждом конкретном деле вопрос о наличии оснований для взыскания денежных сумм, выплаченных в качестве пенсии, обязаны, не ограничиваясь установлением одних лишь формальных условий применения взыскания, исследовать по существу фактические обстоятельства данного дела, свидетельствующие о наличии либо отсутствии признаков недобросовестности (противоправности) в действиях лица, которому была назначена пенсия.

С учетом установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу, что получая пенсию в повышенном размере после смерти дочери-иждивенца, ФИО1 действовала недобросовестно, поскольку знала о своей обязанности уведомить пенсионный орган об изменении обстоятельств, влекущих прекращение выплаты доплаты на иждивенца, и не исполнила ее.

Довод истца о пропуске ответчиком срока исковой давности несостоятелен по следующим основаниям.

Общий срок исковой давности устанавливается в три года (статья 196 Гражданского кодекса Российской Федерации). Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (ранее действовавшая редакция статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С 1 сентября 2013 года статья 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона № 100-ФЗ от 07.05.2013) предусматривает, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1).

По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения (пункт 2).

Согласно пункту 9 статьи 3 названного Федерального закона установленные положениями Гражданского кодекса Российской Федерации сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года.

Судом установлено, что переплата пенсии в сумме 220252,91 рубля образовалась в результате недобросовестности ФИО1, не представившей в пенсионный орган сведений о смерти дочери, а не в результате неисполнения ею обязательств о повременных платежах, для которых в соответствии с пунктом 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок давности исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу. О переплате пенсии ФИО1 пенсионный орган узнал в январе 2019 года, решение о взыскании вынесено 07 марта 2019 года. Действующее пенсионное законодательство не ограничивает каким-либо сроком период, за который может быть взыскана излишне выплаченная пенсия.

Учитывая изложенное, суд не находит оснований для удовлетворения требований ФИО1

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд 

решил:

В удовлетворении иска ФИО1 к Государственному учреждению - Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в Гулькевичском районе о признании незаконным решения о взыскании излишне выплаченной пенсии – отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Краснодарский краевой суд через Гулькевичский районный суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья

Гулькевичского районного суда И.А.Бочко