Дело № 2-1293/2019 22 мая 2019 года 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

МАГАДАНСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД МАГАДАНСКОЙ ОБЛАСТИ

в составе: судьи Марковой О.Ю. 

при секретаре Минаковой А.А.

с участием: истца ФИО1, представителя истца – адвоката Есина С.В., представителя Министерства финансов России – ФИО2, действующего на основании доверенности № 47-17-15/4005 от 28.12.2018 г., представителя прокуратуры Магаданской области – Розенберг Н.Л., действующей на основании доверенности от 14.01.2019

в отсутствие представителя ОМВД России по г. Магадану

рассмотрев в помещении Магаданского городского суда в открытом судебном заседании в городе Магадане 22 мая 2019 года гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, расходов на оплату услуг адвоката за защиту на предварительном следствии,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Магаданский городской суд с вышеназванным иском.

В обоснование требований указано, что в 2017 г. органами предварительного следствия ОМВД г. Магадана в отношении истца возбуждено уголовное дело № по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ.

Утверждает, что основанием для возбуждения уголовного дела послужило задержание истца сотрудниками ГИБДД УМВД России по Магаданской области 9.09.2017 около 2 час. 15 мин., когда он передвигался на своем автомобиле «Мицубиси Лансер». Сотрудники ГИБДД проверили документы, применили болевой прием (залом рук за спину) от чего истец испытал физическую боль, затем применили специальные средства (наручники) и доставили в УМВД по г. Магадану, где посадили в камеру. В данной камере истец содержался в бесчеловечных и унижающих достоинство условиях.

Считает, что причинен моральный вред, который может быть компенсирован выплатой денежной суммы.

Также истец понес расходы на оплату услуг адвоката Есина С.В. за защиту на предварительном следствии в размере 130 000 рублей.

Просит суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей и денежную сумму в размере 130 000 рублей.

Определением судьи Магаданского городского суда от 17 апреля 2019 г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Прокуратура Магаданской области и ОМВД России по г. Магадану.

Истец и его представитель в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме. 

В судебном заседании представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации полагал, что имеются основания для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда. Вместе с тем, размер заявленного морального вреда в сумме 50 000 рублей соответствующими доказательствами не подтвержден, и не отвечает принципам разумности и справедливости. Требование о возмещении расходов на оплату адвоката в сумме 130 000 рублей не может быть рассмотрено в порядке гражданского судопроизводства и подлежит рассмотрению в порядке ст. 399 УПК РФ, поэтому в данной части дело подлежит прекращению.

Представитель третьего лица в судебном заседании требования истца полагал законными и обоснованными, по основаниям, указанным в возражениях. Суду пояснил, что не оспаривает наличие оснований для взыскания компенсации морального вреда, но считает размер морального вреда несоразмерно высоким. Производство по требованию о возмещении расходов на оплату адвоката в сумме 130 000 рублей подлежит прекращению, поскольку требование о возмещении имущественного вреда разрешается в порядке ст. 399 УПК РФ.

Представитель ОМВД России по г. Магадану в судебном заседании участия не принимал, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом.

Суд, руководствуясь ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом мнения участников процесса, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося лица, по имеющимся в деле доказательствам, поскольку участие в судебном заседания является правом стороны. Неявка в судебное заседание лица, получившего извещение о времени и месте слушания дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве и иных процессуальных прав, поэтому не является преградой для рассмотрения судом дела по существу. 

Определением Магаданского городского суда от 22 мая 2019 г. на основании абз. 2 ст. 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации прекращено производство по делу в части требования о взыскании с Министерства финансов Российской Федерации расходов на оплату услуг адвоката за защиту на предварительном следствии в сумме 130 000 рублей.

Выслушав пояснения участников процесса, исследовав материалы уголовного дела № и доказательства, имеющиеся в материалах дела, суд приходит к следующему.

В силу статьи 15 (часть 4) Конституции Российской Федерации, международно-правовые акты, в частности Конвенция о защите прав человека и основных свобод и Международный пакт о гражданских и политических правах являются составной частью правовой системы Российской Федерации.

Согласно ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц; права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняется законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52 Конституции Российской Федерации).

Право на реабилитацию согласно статье 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации включает право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

В статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда выделена в самостоятельный способ защиты гражданских прав. 

Согласно главе 59 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Как установлено в судебном заседании и усматривается из материалов уголовного дела, уголовное дело № возбуждено 9 сентября 2017 года по признакам преступления, предусмотренного ст. 264.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ).

Из рапорта инспектора ДПС взвода ДПС ОГИБДД УМВД России по Магаданской области от 9.09.2017, был остановлен автомобиль Мицубиси Лансер 

<

данные изъяты> за рулем которого находился водитель ФИО1 с признаками алкогольного опьянения. На требование проследовать в салон патрульного автомобиля для выполнения процессуальных действий, ФИО1 ответил отказом, стал вести себя агрессивно. В связи с чем, инспектором ФИО1 был за руку сопровожден в патрульный автомобиль, но Коваль стал вырываться, размахивать руками и отказывался следовать в патрульный автомобиль. В целях обеспечения собственной безопасности, пресечения возможных противоправных действий пресечения попытки скрыться в отношении Коваля были применены физическая сила и спецсредства. После того, как Коваль был посажен на заднее пассажирское сидение, в присутствии дух понятых, отстранен от управления и ему было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения при помощи прибора Алкотест 6810, однако он отказался. Также ФИО1 отказался от прохождения медицинского освидетельствования в МОНД. В отношении Коваль вынесено определение о возбуждении дела об административном правонарушении по ч. 1 ст. 12.2 КоАП РФ.

Согласно рапорту инспектора группы по ИАЗ ОР ДПС ГИБДД УМВД России по Магаданской области от 2.10.2017, в действиях водителя ФИО1 усматриваются признаки состава преступления, ответственность за которое предусмотрена ст. 264.1 УК РФ. 

Протоколом разъяснения от 23.10.2017 подтверждается факт разъяснения подозреваемому ФИО1 в присутствии защитника Есина С.В. норм законодательства и его прав.

23.10.2017 с участием защитника Есина С.В. ФИО1 был допрошен в качестве подозреваемого по уголовному делу, что подтверждается протоколом.

В это же день, 23.10.2017 у ФИО1 отобрано обязательство о явке.

3.11.2017 дознавателю ОД ОМВД по г. Магадану поступило заявление ФИО1 о допросе его в качестве подозреваемого, которое удовлетворено постановлением от 3.11.2017.

3.11.2017 в присутствии защитника Есина С.В. подозреваемый ФИО1 был дополнительно допрошен.

4 и 6 декабря 2019 г. проведены очные ставки.

Постановлением и.о.старшего дознавателя от 7.12.2017 в отношении ФИО1 прекращено уголовное дело № (уголовное преступление) по признакам преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в событиях состава преступления.

7.12. 2017 ФИО1 направлено извещение о праве на реабилитацию.

В силу положений пункта 1 статьи 8 и статьи 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ратифицированной Федеральным законом от 30 марта 1998 года № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней», каждый имеет право на уважение его личной жизни и право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено людьми, действовавшими в официальном качестве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно статье 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Таким образом, положения статей 1070 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривают право гражданина на компенсацию морального вреда, причиненного гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности независимо от вины должностных лиц органов предварительного следствия в порядке, установленном законом.

На основании статьи 133 (часть 1) Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Поскольку уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено, в силу закона он имеет право на возмещение морального вреда за счет казны Российской Федерации.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 16.02.2006 N 19-О и от 19.02.2009 N 109-О-О, в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, как и в других статьях Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, не содержится положений, исключающих возможность возмещения вреда лицу, которое было оправдано по приговору суда или в отношении которого было вынесено постановление (определение) о прекращении уголовного преследования на том лишь основании, что одновременно это лицо было признано виновным в совершении другого преступления. По смыслу закона, в таких ситуациях судом, исходя из обстоятельств конкретного уголовного дела, может быть принято решение о возмещении вреда, причиненного в результате уголовного преследования по обвинению, не нашедшему подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Указанной правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации соответствует разъяснение, изложенное в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве".

Согласно указанному постановлению право на реабилитацию имеет не только лицо, уголовное преследование которого прекращено по основаниям, предусмотренным частью 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, по делу в целом, но и лицо, уголовное преследование, в отношении которого прекращено по указанным основаниям по части предъявленного ему самостоятельного обвинения, что по смыслу закона относится и к случаям оправдания лица судом в части предъявленного ему обвинения.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

На основании ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

Пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Таким образом, из указанных правовых норм и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации следует, что определение размера компенсации морального вреда законодателем отнесено к исключительной компетенции суда. При рассмотрении данной категории дел необходимо устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Суд принимает во внимание, что характер и степень физических и нравственных страданий является субъективной оценкой, с учетом которой истец оценивает свои переживания, перенесенные в связи с утратой близкого человека.

Сумма присуждаемой компенсации морального вреда оценивается судом с целью предоставления «возмещения за страх, неудобство и неопределенность, причиненные нарушением» (например, Постановление Европейского Суда от 4 марта 2010 г. по делу "Штукатуров против Российской Федерации" (Shtukaturov v. Russia) (справедливая компенсация).

Однако моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания. 

Кроме того, компенсация морального вреда не преследует цель восстановить прежнее положение человека, а направлена на то, чтобы вызвать положительные эмоции, которые могли бы максимально сгладить негативные изменения в психической сфере личности, обусловленные перенесенными страданиями.

В силу положений ч. 2 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

По мнению суда, уголовное преследование в отношении истца несомненно нарушило его личные неимущественные права, принадлежащие ему от рождения: достоинство личности, право не быть привлеченным к уголовной ответственности за преступления, которых он не совершал, честное и доброе имя, деловую репутацию и причинило ему нравственные страдания.

Определяя размер морального вреда, суд не может не учитывать индивидуальные особенности истца, его личные моральные качества, в том числе то, что ему на момент уголовного преследования за совершение преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ, было 44 года, а также степень перенесенных истцом нравственных переживаний на протяжении всего периода обвинительной деятельности.

Степень указанных нравственных страданий, по мнению суда, выражается в сильных аффективных переживаниях, возникающих в ситуациях, вызывающих воспоминания о вредоносном воздействии, но не приводящие к болезненным психическим изменениям.

Безусловно, нравственные страдания истца связаны с нахождением в стрессовой ситуации, депрессией, чувствами горечи, обиды и разочарования, возникшими в связи с уголовным преследованием.

Однако период нахождения истца в стрессовой ситуации является непродолжительным (с 9.09.2017 по 7.12.2017 г.), что, по мнению суда, влияет на размер морального вреда.

Суд критически относится к доводам истца о том, что 9.09.2017 он был помещен в камеру, где находился в бесчеловечных и унижающих достоинство условиях, поскольку допустимыми и относимыми доказательствами они не подтверждены.

Напротив, из книги учета лиц, доставленных в дежурную часть УМВД России по г. Магадану следует, что 9.09.2017 ФИО1 доставлялся, в КАЗ не помещался.

При этом суд принимает во внимание конкретные обстоятельства, установленные в настоящем судебном заседании, в частности, то, что к истцу были применены физическая силы и специальные средства (наручники). Однако их применение согласуется с положениями Федерального закона от 07.02.2011 N 3-ФЗ "О полиции" и было связано с поведением истца непосредственно 9.09.2017, который отказывался выполнять требования сотрудников полиции, и вел себя агрессивно.

Об указанном обстоятельстве свидетельствуют как рапорта сотрудников полиции, так и протоколы допроса свидетелей от 18.10.2017 и 19.10.2017.

Суд также принимает во внимание отсутствие доказательств о причинении истцу физических страданий, а также требования разумности и справедливости, позволяющие, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевших и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

Кроме того, разрешая заявленные требования, суд исходит из того, что обязанность по соблюдению, предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

В ходе рассмотрения дела, судом проверялись доводы стороны истца о том, что размер компенсации морального вреда в сумме 50000 рублей отвечает критерию разумности, однако в нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в обоснование данного довода истцом не представлено доказательств, подтверждающих данный размер компенсации, в связи с чем, при определении размера денежной компенсации морального вреда, суд относится к нему критически.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что доводы истца о причинении ему морального вреда нашли свое подтверждение в судебном заседании, поэтому его требование о взыскании денежной компенсации в возмещение перенесенных нравственных страданий предъявлено обоснованно и подлежит удовлетворению с учетом требований разумности и справедливости в сумме 10 000 рулей.

Денежную компенсацию морального вреда в остальной сумме, суд находит завышенной и не нашедшей своего подтверждения в ходе рассмотрения дела. 

Поскольку требования истца основаны на причинении ему морального вреда в связи с уголовным преследованием, с учетом положений статьи 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд считает, что надлежащим ответчиком по настоящему делу является Министерство финансов Российской Федерации, с которого и подлежат взысканию за счет средств казны Российской Федерации причиненный истцу моральный вред.

От уплаты государственной пошлины ответчик освобожден в соответствии с п. 19 ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст.194, 197-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, удовлетворить.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, в размере 10 000 (десять тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Магаданский областной суд через Магаданский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Установить днем изготовления решения суда в окончательной форме –27 мая 2019 года.

Судья Маркова О.Ю.