Дело № 2а-331/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 ноября 2018 года г. Владивосток

Владивостокский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего – судьи Марченко С.А., при секретаре Чайка А.Ю., с участием административного истца, его представителя ФИО1, представителя начальника 1 отдела ФГКУ «Востокрегионжилье» ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1, поданному от имени ФИО3, оспаривающего действия начальника 1 отдела ФГКУ «Востокрегионжилье», связанные с отказом в принятии на учет в качестве нуждающегося в получении служебного жилого помещения с учетом З.Я.Д.,

установил:

ФИО1 от имени ФИО3 обратился с административным иском, в котором просил признать незаконным решение начальника 1 отдела ФГКУ «Востокрегионжилье», изложенное в сообщении от 20 августа 2018 года, связанное с отказом включить в состав семьи ФИО3 сына супруги от первого брака – З.Я.Д. и обязать должностное лицо включить З.Я.Д. в состав его семьи в целях обеспечения служебным жильем от Министерства обороны РФ.

В обоснование требований ФИО3 и его представитель ФИО1 указали, что ФИО3 совместно с супругой и ее сыном от первого брака проживает в арендуемом жилом помещении, в которое З.Я.Д. (сын супруги от первого брака) вселен как член его семьи, и с которым он ведет общее хозяйство. Обосновывая решение о невключении З.Я.Д. в состав семьи истца, должностное лицо в своем сообщении указало, что поскольку его пасынок не относится к категории членов семьи военнослужащего, указанных в п. 5 ст. 2 Федерального закона «О статусе военнослужащих», на него социальные гарантии по обеспечению жилыми помещениями в составе семьи военнослужащего не распространяются.

Представитель ответчика ФИО2 просил отказать в удовлетворении иска, полагая, что сын супруги истца от первого брака, при отсутствии судебного решения о признании его находящимся на иждивении, не может быть признан членом семьи военнослужащего.

Заслушав объяснения сторон, исследовав представленные доказательства, военный суд приходит к следующему.

Судом установлено, что ФИО3, проходящий военную службу по контракту с 2015 года, состоящий на учете нуждающихся в служебном жилом помещении, со 2 сентября 2016 года состоит браке с А.Т.В., у которой от первого брака имеется сын – З.Я.Д., ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Указанные лица проживают совместно по адресу: ..., что подтверждается, договором найма жилого помещения от 25 июня 2018 г. 1. 16 августа 2018 года истец обратился в 1 отдел ФГКУ «Востокрегионжилье» с просьбой включить в состав его семьи для обеспечения служебным жилым помещением пасынка – З.Я.Д. в чем истцу решением, изложенным в сообщении уполномоченного органа от 20 августа 2018 г. 1 было отказано со ссылкой на отсутствие решения суда о признании пасынка находящимся на иждивении истца.

Из п. 1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» следует, что военнослужащие, поступившие на военную службу после 1 января 1998 г., и совместно проживающие с ними члены их семей на весь срок военной службы обеспечиваются служебными жилыми помещениями в соответствии с нормами, установленными федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума ВС РФ от 29 мая 2014 г. № 8 при решении вопроса о том, кого следует относить к членам семьи военнослужащего, имеющим право на обеспечение жильем, следует руководствоваться нормами Жилищного кодекса РФ и Семейного Кодекса РФ, по смыслу которых к членам семьи военнослужащего могут относиться не только родственники, но и иные совместно проживающие с ним лица.

Так, согласно ч. 5 ст. 100 ЖК РФ к пользованию специализированными жилыми помещениями применяются правила, предусмотренные ст. 65, ч.ч. 3 и 4 ст. 67 и ст. 69 того же Кодекса.

Из содержания названных норм следует, что члены семьи нанимателя специализированного жилого помещения имеют равные с нанимателем права и обязанности.

Ч. 1 ст. 70 ЖК РФ устанавливает, что на вселение к родителям их несовершеннолетних детей не требуется согласие остальных членов семьи нанимателя и согласие наймодателя.

Из жилищного дела истца усматривается, что 25 июня 2018 года истец заключил договор найма жилого помещения, согласно которому наравне с супругой в жилое помещение вселен и несовершеннолетний З.Я.Д., при этом до переезда в указанное арендованное жилищное помещение, ФИО3, его супруга и пасынок проживали по адресу воинской части, что подтвердил свидетель 1, допрошенный в судебном заседании.

Свидетель ФИО4 (супруга истца) показала, что до заключения брака с истцом она проживала в жилом помещении, принадлежащем ей на праве собственности вместе с сыном. После заключения в 2016 году брака с истцом, в апреле 2017 года переехала с сыном к месту жительства супруга – в ..., где в настоящее время они проживают совместно и ведут общее хозяйство.

Таким образом, З.Я.Д., реализуя предусмотренное ч. 2 ст. 54 СК РФ право ребенка жить и воспитываться в семье, совместно проживает со своей матерью и административным истцом, что в том числе подтверждается Свидетельствами 1 и 1 от 25 мая 2017 года об их совместной регистрацией по месту пребывания по адресу войсковой части 1.

По смыслу взаимосвязанных положений п. п. 1 и 3 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих», ч. 5 ст. 100, ст. 65, ч. ч. 3 и 4 ст. 67 и ст. 69 ЖК РФ лица, вселенные военнослужащим в качестве членов его семьи в арендованное жилое помещение при невозможности предоставления им служебного жилого помещения приобретают права, равные с нанимателем данного жилого помещения. При этом суд учитывает, что по смыслу п. 3 ст. 15 указанного Закона проживание военнослужащих с членами семьи в жилых помещениях на условиях найма (поднайма) при отсутствии возможности предоставления им служебных жилых помещений является одной из форм реализации жилищных прав военнослужащих, влекущей те же правовые последствия, что и совместное пользование этими лицами служебным жильем, в том числе правом на улучшение жилищных условий.

При таких обстоятельствах довод представителя административного ответчика ФИО2 о том, что З.Я.Д. не признан установленным порядком находящимся на иждивении истца, в связи с чем не может быть отнесен к членам его семьи для обеспечения служебным жильем является необоснованным.

Следовательно, решение должностного лица об отсутствии оснований для признания права административного истца на обеспечение служебным жилым помещением с учетом пасынка З.Я.Д. является ошибочным.

Поскольку фактически предметом спора по настоящему делу является спор о нуждаемости истца в жилых помещениях с учетом его пасынка З.Я.Д., то суд приходит к выводу, что нарушенные права ФИО3 могут быть восстановлены путем возложения обязанности на должностное лицо внести соответствующие изменения в базу данных по служебному жилью для военнослужащих.

Руководствуясь ст. ст. 175-180, 227 КАС РФ, военный суд,

решил:

Административный иск ФИО1, поданный от имени ФИО3 – удовлетворить.

Признать незаконными действия заместителя начальника 1 отдела ФГКУ «Востокрегионжилье» МО РФ, связанные с отказом в признании ФИО3, нуждающимся в служебных жилых помещениях с учетом З.Я.Д.

Обязать начальника 1 отдела ФГКУ «Востокрегионжилье» МО РФ внести в базу данных сведения о включении ФИО3 в список на предоставление служебных жилых помещений с учетом З.Я.Д., ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

В соответствии с п. 1 ч. 3 и ч. 9 ст. 227 КАС РФ должностному лицу сообщить об исполнении решения по настоящему административному делу в суд и административному истцу в течение одного месяца со дня вступления решения суда в законную силу.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тихоокеанский флотский военный суд через Владивостокский гарнизонный военный суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме. 

Судья С.А. Марченко