у.д. № 1-2/2020 (№ 11902950005000035)

УИД № 19RS 0007-01-2019-000627-39

ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

с. Боград 16 января 2020 года

Боградский районный суд Республики Хакасия в составе: 

председательствующего судьи Норсеевой И.Н.,

при секретаре Беляевой Н.П.,

с участием 

государственного обвинителя заместителя прокурора Боградского района Сидорова С.А., 

потерпевшей (ФИО потерпевшей),

подсудимого ФИО1, 

защитника - адвоката Соловьевой Е.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, родившегося (дата), проживавшего до задержания по (адрес), несудимого, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, с применением предмета, используемого в качестве оружия, умышлено причинил тяжкий вред здоровью (ФИО), опасный для жизни человека, при следующих обстоятельствах. 

15 июня 2019 года в период времени с 00 часов 30 минут до 06 часов между ФИО1 и (ФИО), находившимися на веранде свинофермы, расположенной (адрес), произошла ссора, в ходе которой у ФИО1, находящегося в состоянии алкогольного опьянения, возник умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью (ФИО), опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия. Реализуя данный умысел, ФИО1 на почве личных неприязненных отношений, возникших у него в ходе ссоры с (ФИО), находясь по вышеуказанному адресу в период времени с 00 часов 30 минут до 06 часов, действуя умышленно, осознавая противоправный характер и общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью (ФИО), и желая их наступления, взяв со стола стеклянную бутылку объемом 0,5 литра, нанес ею один удар в область головы (ФИО), разбив, таким образом бутылку о голову (ФИО), причинив тем самым (ФИО) телесные повреждения в виде (описаны повреждения), повлекших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в совершении инкриминируемого ему преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, признал в полном объеме, пояснив, что в 01-м часу ночи он сходил к (ФИО свид.1), с ним вернулся на свиноферму, увидел, что (ФИО) испортил - пережег тушу свиньи. (ФИО свид.1) и (ФИО) стали употреблять спиртное, он (ФИО1) разделывал свинью, спиртное не употреблял. Через некоторое время он вышел под навес или веранду, где находились (ФИО) и (ФИО свид.1), примерно около 04 часов (ФИО свид.1) ушел спать. Он и (ФИО) находились под навесом на открытой веранде перед входом в комнату. На улице видимость была хорошая, он (ФИО1) сидел в кресле, напротив него через стол, на лавочке сидел (ФИО). Опасаясь, что ответственность за испорченную тушу свиньи возложат на него, он предъявил претензии (ФИО) из-за того, что тот пережог свинью, и нанес удар ладошкой по уху (ФИО), (ФИО) стал выражаться в его адрес нецензурной бранью, высказывая оскорбления, он (ФИО1) привстав, нанес с размаху (ФИО) по голове один удар стеклянной наполовину пустой бутылкой из-под водки, объемом 0,5 литра, удар пришелся в левую часть головы, бутылка разбилась. После этого (ФИО) продолжал сидеть на лавочке, приложив руку к голове, следов крови, а также следов удара на голове у (ФИО) он не заметил. Утром у (ФИО) на голове видел рану с запекшейся кровью в форме буквы «г». Когда состояние (ФИО) ухудшилось, он (ФИО1) звонил (ФИО потерпевшей), а также в службу 

<

***>, чтобы вызвать скорую помощь.

Из оглашенных показаний ФИО1, данных им в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого (т. 2 л.д. 52-58) следует, что 15 июня 2019 года около 01 часа, сходив за парнем (ФИО свид.1), вернулся с ним на ферму, увидев, что (ФИО) испортил тушу свиньи, опалив её до черноты, он (ФИО1) разозлился на последнего, предъявив претензии по этому поводу. Затем, выйдя под навес, сел в кресло, стоявшее на веранде, (ФИО) сел на лавочку. Он говорил (ФИО), зачем тот испортил свинью, в ответ (ФИО) сказал ему обидные слова, после этого привстав с кресла, он (ФИО1) ударил (ФИО) ладонью правой руки, попав тому по левому уху. Сидевший на лавочке напротив него, (ФИО) продолжил высказывать оскорбления, выражаясь нецензурной бранью. Вновь привстав с кресла, он (ФИО1) взял в правую руку стоявшую на столе стеклянную бутылку из-под водки , наполненной жидкостью чуть более половины и ударил (ФИО) бутылкой в теменную часть головы слева, от удара бутылка разбилась.

Согласно исследованному в судебном заседании протоколу проверки показаний на месте, ФИО1 подтвердил свои показания, данные им в ходе предварительного расследования и самостоятельно в присутствии защитника, после разъяснения ему прав, предусмотренных уголовно-процессуальным законом, указал место совершения преступления – территория под навесом, огороженным забором, прилегающая к помещению свинофермы, расположенной (адрес), и детально с помощью статиста продемонстрировал последовательность своих действий, изобличив тем самым себя в совершении преступления, указав, что (ФИО) высказывал в его адрес оскорбления, он (ФИО1) ладонью правой руки нанес удар (ФИО) в область левого уха, после этого в течение пяти минут нанес удар бутылкой в левую височную область головы (ФИО) На уточняющий вопрос специалиста, ФИО1 пояснил, что удар был нанесен боковой частью бутылки, от удара бутылка разбилась (т. 2 л.д. 92-97).

После оглашения показаний подсудимый ФИО1 полностью подтвердил их. 

Рассматривая допустимость оглашённых протоколов следственных действий, проведённых с участием ФИО1, суд находит, что из их содержания видно, что допрос ФИО1 в качестве подозреваемого, проверка показаний на месте произведены с его согласия, с участием его защитника-адвоката, с надлежащим соблюдением требований уголовно-процессуальных и конституционных норм - перед началом допроса ФИО1 разъяснялись права, предусмотренные ст. 46, 47 УПК РФ и положения ст. 51 Конституции РФ, также ФИО1 был предупрежден о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательства по уголовному делу, в том числе и в случае его последующего отказа от этих показаний, что свидетельствует о добровольном характере дачи показаний. Кроме того, каждая страница протоколов удостоверена подписями ФИО1, а последние — и подписью его защитника, замечаний на протоколы от допрашиваемого и его адвоката не поступало. 

Учитывая изложенное суд признает досудебные показания ФИО1, а также протокол проверки показаний на месте относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами по настоящему делу, поскольку они детальны, логичны, последовательны, согласуются между собой и объективно свидетельствуют о событиях, имевших место в действительности, полностью согласуются с совокупностью иных, исследованных судом, доказательств и подтверждаются письменными материалами дела.

Оценивая показания, данные подсудимым ФИО1 в судебном заседании, а также в ходе предварительного расследования, суд находит их достоверными и правдиво отражающими события, которые имели место в действительности в части даты, места совершения преступления, способа причинения телесного повреждения потерпевшему (нанесение удара бутылкой по голове), предмета, которым был нанесен удар, поскольку указанные показания согласуются с другими доказательствами, показаниями свидетелей, результатами осмотра места происшествия. 

Указание ФИО1 при допросе в качестве подозреваемого о том, что он ударил (ФИО) бутылкой в теменную часть головы слева не изменяют мнения суда о достоверности, логичности и последовательности данных им показаний, поскольку данное указание области нанесения удара обусловлено возможным отсутствием знаний у подозреваемого ФИО1 названий частей черепа (лобная, теменная), при этом суд учитывает, что в судебном заседании подсудимый ФИО1 многократно пояснял и показывал, что нанес (ФИО) удар бутылкой в левую лобно-теменную область головы. 

Суд, исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, считает, что виновность ФИО1 в совершении данного преступления при установленных и изложенных в приговоре суда обстоятельствах подтверждается помимо признательных показаний подсудимого ФИО1, также совокупностью доказательств, исследованных в ходе судебного разбирательства, а именно показаниями потерпевшей, свидетелей, протоколами следственных действий, заключениями экспертов. 

Так, из показаний потерпевшей (ФИО потерпевшей) следует, что с 30 мая 2019 года у них на свиноферме работал ФИО1. В ночь на 15 июня 2019 года ФИО1 должен был заколоть и подготовить двух свиней. В 04 часа утра 15 июня 2019 года она услышала, что (ФИО свид.2) разговаривает по телефону с ФИО1, (ФИО свид.2) пояснил, что с 02 часов ночи ему неоднократно звонил ФИО1, говорил, что (ФИО) испортил тушу свиньи, за что тот его удрал по уху. Около 05 часов (ФИО свид.2) выехал на ферму, где около 07 часов сфотографировал и отправил ей фотографии (ФИО), который находился на лавочке под навесом или, как еще называют это место - открытой веранде. На фото (ФИО) прикрывает голову рукой, слева в лобно-теменной части головы у него имеются небольшие кровоподтеки. (ФИО свид.2) ей пояснил, что у (ФИО) на голове имеется небольшая ссадина, из которой шла кровь. Утром по телефону ФИО1 ей пояснил, что он ударил (ФИО) в ухо, за то, что тот пережег свинью. Разговаривая по телефону с (ФИО) поняла, что тот находится в состоянии сильного алкогольного опьянения. Затем днем со слов ФИО1 ей стало известно, что (ФИО) ударился о прожильник забора, когда ФИО1 его облил, а также что фельдшер сказала о необходимости обращения (ФИО) в больницу, вечером ФИО1 ей сообщил, что звонил по номеру 

<

***>, вызывал медицинскую помощь, потом сказал, что у (ФИО) приступ. Они с (ФИО свид.2) доставили (ФИО) в больницу, где тот на следующий день умер. 

Из показаний свидетеля (ФИО свид.1), данных в судебном заседании, а также показаний, данных в ходе предварительного расследования (т. 1 л.д. 159-161, 163-168) и подтвержденных свидетелем, следует, что 15 июня 2019 года в 01-м часу ему позвонил ФИО1, просил паяльную лампу, потом ФИО1 пришел к нему домой, попросил показать, как включается паяльная лампа, вдвоем с ФИО1 они пришли на свиноферму, принадлежащую (ФИО потерпевшей), где находился (ФИО), в свинарнике лежала туша свиньи с пережженным боком. ФИО1 и (ФИО) находились в состоянии алкогольного опьянения, втроем они продолжили употреблять спиртное, выпив в общем две бутылки водки объемом 0,5 литра. Они с (ФИО) сидели в комнате, ФИО1 занимался разделыванием свиньи, периодически подходил к ним, выпивал. В его присутствии конфликтов между ФИО1 и (ФИО) не было. В дальнейшем ФИО1 просил (ФИО) помочь ему, (ФИО) с ФИО1 взяли с собой недопитую бутылку водки и ушли разделывать свинью, он (ФИО свид.1) остался в комнате и примерно в 02-04 часа, точно не знает, так как на время не смотрел, лег спать. В это время у (ФИО) никаких повреждений не имелось. Проснувшись утром, увидел у находившегося с ним в комнате (ФИО) в лобно-теменной части головы рану с запекшейся кровью, ссадины на голове, а также левое ухо у того было синим. (ФИО) пояснил, что он поссорился с ФИО1 из-за забоя свиньи, и тот ударил его рукой по левому уху, а также ударил по голове стеклянной бутылкой объемом 0,5 литра, наполненной водкой. В 08-09 часов он (ФИО свид.1) ушел к себе домой. В обеденное время 15 июня 2019 года к нему пришел (ФИО), жаловался на головную боль, на голове у того была рана с запекшейся кровью, он в 14 часов отвез (ФИО) в Бородинскую участковую больницу, где тому обработали и перевязали рану, сказав о необходимости обращения в больницу. Он (ФИО свид.1) привез (ФИО) на свиноферму, сказал, чтоб позвонили (ФИО потерпевшей), сообщили о необходимости доставления отца в больницу. Вечером по телефону ФИО1 сообщил ему, что (ФИО) стало хуже, пояснив, что это он ударил (ФИО) бутылкой по голове из-за конфликта, возникшего во время забоя свиней. (ФИО) может охарактеризовать, как спокойного по характеру, не вступающего в конфликты. 

Противоречия в показаниях свидетеля (ФИО свид.1), данных в судебном заседании и данных на досудебной стадии, в части времени его прибытия на свиноферму и времени, когда он лег спать, суд считает несущественными, обусловленными свойствами человеческой памяти, нахождением данного лица в момент рассматриваемых событий в алкогольном опьянении, его пояснениями о том, что на время он не обращал внимания. 

Из показаний свидетеля (ФИО свид.2) следует, что 15 июня 2019 года около 02 часов ему позвонил ФИО1, сказав, что (ФИО) испортил тушу свиньи, пережег её, за это он (ФИО1) (ФИО) ударил по уху. Приехав на свиноферму примерно в 05 часов, обнаружил, что (ФИО свид.1) и (ФИО) спали в комнате, он разбудил (ФИО), тот находился в состоянии алкогольного опьянения. На веранде, имеющей вид навеса, лежали разбитые бутылки из-под водки, также под столом были разбитые осколки с этикеткой и разбитая тарелка. У (ФИО) имелись телесные повреждения: левое ухо было синим, на голове у него были четыре ссадины, имелись следы крови. Он сфотографировал (ФИО), сидевшего на веранде, и отправил фото (ФИО свид.2). По его просьбе ФИО1 загрузил в машину тушу свиньи, и он ((ФИО свид.2)) уехал, туша свиньи испорченной не была. Находился ли ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения, пояснить не может, поскольку практически с ним не разговаривал. Вечером они с (ФИО потерпевшей) отвезли (ФИО) в больницу из-за ухудшения состояния здоровья, голова у (ФИО) была забинтована. 

Из показаний свидетеля (ФИО свид.3) следует, что 15 июня 2019 года в 14 часов 30 минут (ФИО свид.1) привез в фельдшерский пункт (ФИО), у того имелась (описаны повреждения). (ФИО) находился в средней степени алкогольного опьянения, пояснил, что упал, ударился о металлическое заграждение. Судя по внешним признакам, рана могла быть получена за 5-6 часов – 1 сутки до обращения за медицинской помощью. Рану она обработала, наложила повязку, рекомендовала консультацию хирурга, выдав направление в Черногорскую межрайонную больницу. У (ФИО) было нормальное давление, он адекватно отвечал на вопросы, наличие головной боли, тошноты, рвоты отрицал. Полагает, что рана была поверхностная, она ощупала лоб и затылок, переломов не обнаружила, инструментальные исследования (ФИО) не проводились. 

К числу доказательств, свидетельствующих о причастности подсудимого к инкриминируемому ему деянию, суд относит объективные сведения, содержащиеся письменных материалах дела, исследованных в судебном заседании в порядке, предусмотренном ст. 285 УПК РФ.

Факт причинения телесных повреждений (ФИО) и их тяжесть подтверждаются заключениями экспертиз, в частности заключением эксперта (судебно-медицинской экспертизы трупа) (номер) от 18 июня 2019 года, согласно которому при судебно-медицинской экспертизе трупа (ФИО) были обнаружены (описаны повреждения), данные повреждения входят в комплекс открытой черепно-мозговой травмы, которая могла быть получена в срок за 2-3 суток до момента наступления смерти от одного воздействия тупогранным твердым предметом, что по аналогии с живыми лицами повлекло тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. После получения данных телесных повреждений потерпевший мог совершать активные целенаправленные действия (двигаться, разговаривать, кричать) неограниченный промежуток времени, также не исключается возможность кратковременной потери сознания. Также у (ФИО) были обнаружены телесные повреждения в виде (описаны повреждения), которые могли быть получены в срок за 2-3 суток до момента наступления смерти от четырех воздействий острым предметом (-ами), которые по аналогии с живыми лицами не повлекли вреда здоровью. Одновременное получение вышеуказанных телесных повреждений при падении из положения стоя, исключается. 

При проведении судебно-медицинской экспертизы трупа было установлено, что смерть (ФИО) наступила от (указана причина) (т. 1 л.д. 230-236).

Согласно заключению комиссии экспертов (комиссионной судебно-медицинской экспертизы) (номер) от 02 августа 2019 года у (ФИО) имелись телесные повреждения: (описаны повреждения), которая могла быть получена в срок 1-2 суток до поступления в стационар (16 июня 2019 года в 17:20 час.) от одного ударного воздействия тупым твердым предметом с ограниченной по площади травмирующей поверхности в левую лобно-теменную область и одного ударного воздействия тупым твердым предметов в правую теменную область. По аналогии с живыми лицами вышеуказанные повреждения повлекли тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, согласно п. 6.1.2, п. 6.1.3 Методических критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом МЗиСР № 194н от 24.04.2008, Правил определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных постановлением № 522 от 17.08.2007; а также 4 линейных ссадин в лобной области по срединной линии, которые могли быть получены в срок за 1-3 суток до момента наступления смерти от одного-четырех воздействий тупым, твердым предметом(-ами), одномоментно либо в короткий промежуток времени между собой. По аналогии с живыми лицами не вызвали расстройства здоровью и утрату общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью, согласно п. 9 раздела № 2 Методических критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом МЗиСР № 194н от 24.04.2008, Правил определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных постановлением № 522 от 17.08.2007. 

Идентифицировать травмирующий предмет(-ты) не представляется возможным, ввиду того, что имеющиеся у (ФИО) повреждения не отобразили индивидуальные признаки этого (этих) травмирующего(-щих) предметов.

Каких-либо данных токсико-химического исследования крови (ФИО) на наличие этилового алкоголя в представленной карте стационарного больного (номер) не содержится.

Не исключается, что после получения черепно-мозговой травмы (ФИО) мог совершать активные целенаправленные действия (двигаться, разговаривать) в течение периода времени, исчисляемого от нескольких единиц часов до десятков часов. 

Давая оценку показаниям потерпевшей и свидетелей, суд исходит из того, что ни у кого из допрашиваемых лиц не имелось повода для оговора подсудимого, также в деле не содержится данных о наличии неприязненных отношений между подсудимым и потерпевшей, свидетелями, послуживших поводом к даче ложных показаний, в этой связи оснований сомневаться в целом в достоверности показаний потерпевшей, свидетелей, не имеется. Показания потерпевшей, свидетелей отличаются определенной логикой и последовательностью, объективно подтверждаются письменными материалами дела. В своих показаниях они детально рассказали об обстоятельствах известного им события. Противоречий в показаниях потерпевшей и свидетелей по значимым для доказывания по делу обстоятельствам не имеется. 

Доводы защитника-адвоката Соловьевой Е.С. о недостоверности показаний свидетеля (ФИО свид.3) в части времени оказания медицинской помощи потерпевшему (ФИО) не могут быть признаны состоятельными, поскольку точное время обращения (ФИО) в медицинское учреждение не является для данного дела значимым для доказывания обстоятельством и с учетом требований ст. 252 УПК РФ не влечет выводов о виновности либо невиновности подсудимого ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ. Напротив, показания свидетеля (ФИО свид.3) о том, что 15 июня 2019 года при обращении за медицинской помощью у (ФИО) была обнаружена ушибленная рассеченная кровоточащая рана в левой лобно-теменной области головы подтверждается показаниями потерпевшей (ФИО потерпевшей), свидетелей (ФИО свид.1), (ФИО свид.2), а также заключениями судебно-медицинских экспертиз. 

Также по аналогичным основаниям не могут быть признаны состоятельными доводы защитника-адвоката Соловьевой Е.С., подвергающей сомнению показания свидетеля (ФИО свид.1), поскольку по значимым для доказывания обстоятельствам приведенные судом в приговоре показания свидетеля (ФИО свид.1) детально согласуются с показаниями ФИО1, данными им как на досудебной стадии, так и в качестве подсудимого. 

При этом суд не находит оснований подвергать сомнению показания свидетеля (ФИО свид.1) о том, что ФИО1 в период рассматриваемых событий употреблял с ними спиртное, поскольку оснований для оговора свидетелем подсудимого ФИО1 не установлено, свидетель был предупрежден судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ. Позицию же подсудимого ФИО1, утверждающего, что спиртное 15 июня 2019 года он не употреблял, суд расценивает в качестве способа защиты.

Оценивая в совокупности исследованные доказательства с точки зрения их относимости, допустимости и достаточности, суд приходит к однозначному выводу о том, что данные доказательства достоверно отражают фактические обстоятельства совершения подсудимым ФИО1 преступления при изложенных в приговоре суда обстоятельствах. 

Исследованные доказательства суд находит достаточными для доказанности вины ФИО1 в совершенном им преступлении. 

В ходе судебного следствия достоверно установлено, что именно ФИО1 нанес один удар стеклянной бутылкой, в левую лобно-теменную область головы (ФИО), в результате нанесения данного удара потерпевшему (ФИО) была причинена черепно-мозговая травма, что подтверждается показаниями самого ФИО1, данными им в судебном заседании и в ходе предварительного расследования, показаниями свидетеля (ФИО свид.1), которому со слов потерпевшего (ФИО) и подсудимого ФИО1 было известно, что именно ФИО1 во время конфликта нанес удар бутылкой по голове (ФИО), показаниями свидетеля (ФИО свид.2), видевшего непосредственно сразу после рассматриваемых событий у (ФИО) рану на голове, а также подтверждается исследованными судом письменными доказательствами, в частности заключениями судебных экспертиз. 

О направленности умысла ФИО1 на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего свидетельствуют конкретные фактические обстоятельства совершенного им преступления, а именно используемый им в качестве орудия преступления твердый достаточно тяжелый предмет – стеклянная бутылка, локализация телесного повреждения, а именно нанесение ФИО1 с достаточной силой удара в область головы потерпевшего, т.е. в область жизненно-важного органа человека. При таких обстоятельствах ФИО1 не мог не осознавать, что своими действиями он может причинить тяжкий вред здоровью потерпевшего, опасный для его жизни, он сознательно допускал возможность наступления таких последствий, и относился к этому безразлично. 

Орудием преступления является стеклянная бутылка из-под водки, осколки которой были изъяты в ходе осмотра места происшествия. 

Согласно положениям ст. 49 Конституции Российской Федерации все неустранимые сомнения в виновности подсудимого толкуются в его пользу. Кроме того, по смыслу ст. 14 УПК РФ подсудимый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подсудимого, лежит на стороне обвинения. Все сомнения в виновности подсудимого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом РФ, толкуются в пользу подсудимого.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что подсудимому ФИО1 органами предварительного расследования вменяется нанесение потерпевшему одного удара стеклянной бутылкой, а также учитывая заключения экспертов (номер) от 18 июня 2019 года и (номер) от 02 августа 2019 года, согласно выводам которых имевшиеся у (ФИО) (описаны повреждения) могли быть получены от одного-четырех воздействий тупым твердым предметом(-ами), кроме того с учетом пояснений в судебном заседании, данных экспертом (ФИО эксперта) и специалистом (ФИО специалиста), согласно которым не исключается возможность получения имевшихся у (ФИО) вышеуказанных ссадин так же и при ударе потерпевшим о прожильник забора, что не вменяется подсудимому ФИО1 в вину, суд полагает необходимым исключить из объема предъявленного ФИО1 обвинения указание о причинении действиями подсудимого четырех линейных ссадин в лобной области по срединной линии, не повлекших вреда здоровью (ФИО). Данное уточнение не ухудшает положение подсудимого ФИО1 и не нарушает его право на защиту. 

Суд приходит к выводу, что мотивом преступления явились неприязненные отношения, которые возникли между подсудимым и потерпевшим в ходе ссоры, возникшей непосредственно перед криминальным актом.

Также исследованные доказательства убеждают суд в том, что в момент нанесения ФИО1 телесных повреждений (ФИО), последний не представлял угрозу для жизни либо здоровья подсудимого, а потому ФИО1 в момент причинения телесных повреждений потерпевшему не находился в состоянии необходимой обороны, а равно как и при превышении её пределов.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона в ходе предварительного расследования при собирании доказательств, влияющих на доказанность вины подсудимого, а также препятствующих принятию по делу решения, не допущено. 

Суд полагает, что доказательств по делу исследовано достаточно и, оценив их в совокупности, приходит к выводу, что установленные судебным разбирательством обстоятельства дают полные основания для вывода о виновности ФИО1 в инкриминируемом ему деянии и квалифицирует его действия по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия. 

Принимая во внимание заключение амбулаторной судебной психиатрической экспертизы (номер) от 11 июля 2019 года, с учетом поведения подсудимого ФИО1 в судебном заседании, который дает логически выдержанные пояснения в соответствии с избранной линией защиты, суд приходит к выводу о вменяемости ФИО1 по отношению к совершенному деянию. 

Оснований для освобождения ФИО1 от уголовной ответственности и наказания суд не усматривает.

В соответствии с ч. 1 ст. 6 УК РФ наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. 

Определяя вид и размер наказания ФИО1, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного подсудимым преступления, относящегося к категории тяжких преступлений, направленного против здоровья человека, мотивы и цели его совершения, конкретные обстоятельства дела, влияние назначаемого наказания на исправление ФИО1, на условия его жизни и жизни его семьи, (другие обстоятельства). Также при назначении наказания суд учитывает личность подсудимого ФИО1, который характеризуется (приведены характеристики) 

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, в соответствии с ч. 1 и 2 ст. 61 УК РФ суд признает: явку с повинной (т. 2 л.д. 44); полное признание вины; активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в даче признательных показаний относительно обстоятельств преступления, добровольном участии при проверке показаний на месте (т. 2 л.д. 92-97), добровольной выдаче одежды, в которой находился в момент совершения преступления (т. 2 л.д. 61-66); принятие ФИО1 мер к оказанию помощи потерпевшему (ФИО) после совершения преступления, путем вызова медицинской помощи по телефону 

<

***>; раскаяние в содеянном; поведение потерпевшего (ФИО), послужившее поводом для совершения преступления; состояние здоровья подсудимого ФИО1, а также его позицию о желании рассмотрения уголовного дела в особом порядке судебного разбирательства; принесение ФИО1 извинений в последнем слове.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, не установлено.

Учитывая, что само по себе совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, не является безусловным и достаточным основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание, а также принимая во внимание фактические обстоятельства совершения преступления, учитывая принятые судом в качестве достоверных показания свидетеля (ФИО свид.1) о том, что непосредственно перед совершением преступления ФИО1 употреблял алкоголь, в тоже время, учитывая, что на момент совершения преступления степень опьянения ФИО1 не была установлена, кроме того имеющиеся в деле сведения не позволяют сделать вывод о том, что преступление подсудимым совершено исключительно под воздействием состояния опьянения, вызванного употреблением алкоголя, оснований для признания в качестве отягчающего подсудимому наказание обстоятельства, указанного в ч. 1.1 ст. 63 УК РФ (совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя) суд по настоящему делу не усматривает.

В связи с наличием смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. «и, к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, а именно явки с повинной, активного способствования раскрытию и расследованию преступления, принятия мер к оказанию помощи потерпевшему, и отсутствием отягчающих обстоятельств, суд при назначении наказания ФИО1 учитывает положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, согласно которым при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктами «и», «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не может превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного санкцией соответствующей статьи Особенной части УК РФ.

Суд не усматривает каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением виновного во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, позволяющих назначить ФИО1 наказание ниже низшего предела и более мягкого вида наказания по правилам ст. 64 УК РФ, чем предусмотрено санкцией ч. 2 ст. 111 УК РФ. 

Учитывая принцип индивидуализации ответственности, принимая во внимание все данные в совокупности: тяжесть совершенного преступления, его характер и общественную опасность, обстоятельства дела, личность виновного, совокупность смягчающих наказание обстоятельств, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, с учетом влияния наказания на исправление осужденного, руководствуясь целями назначения наказания, суд, приходит к выводу, что восстановление социальной справедливости и исправление подсудимого возможно только при назначении ему наказания в виде лишения свободы на определенный срок. Суд полагает невозможным его исправление без реального отбывания наказания и не усматривает оснований для применения ст. 73 УК РФ. 

Принимая во внимание наличие совокупности обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд полагает возможным не назначать ФИО1 дополнительное наказание в виде ограничения свободы, предусмотренное санкцией ч. 2 ст. 111 УК РФ. 

Оснований для замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами в порядке, установленном ст. 53.1 УК РФ, суд не усматривает. 

В соответствии с требованиями п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания ФИО1 следует назначить в исправительной колонии общего режима. 

Оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ суд не усматривает исходя из фактических обстоятельств совершенного преступления и степени его общественной опасности. 

Суд приходит к твердому убеждению, что назначение ФИО1 более мягкого наказания не сможет в достаточной степени повлиять на исправление осужденного, в тоже время суд считает, что применение к подсудимому ФИО1 более строгого наказания не будет соответствовать принципу справедливости. 

Именно такое наказание, по мнению суда, является справедливым, соответствующим характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, будет отвечать предусмотренным ст. 43 УК РФ целям восстановления социальной справедливости, исправления осужденного, предупреждения совершения им новых преступлений.

В соответствии с п. 10 ч. 1 ст. 308 УПК РФ при постановлении обвинительного приговора должно быть принято решение о мере пресечения в отношении подсудимого до вступления приговора в законную силу. 

Поскольку ФИО1 признан виновным в совершении преступления, относящегося к категории тяжких, и ему назначается наказание в виде реального лишения свободы, в целях обеспечения исполнения назначенного наказания суд полагает необходимым до вступления приговора в законную силу оставить ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражей без изменения. 

Исходя из вида исправительного учреждения, назначенного подсудимому, время его содержания под стражей засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня соответственно.

Гражданский иск в ходе предварительного расследования и в судебном заседании не заявлен.

Согласно п. 13 ч. 1 ст. 299 УПК РФ при постановлении приговора должен быть разрешен вопрос о том, на кого и в каком размере должны быть возложены процессуальные издержки.

По данному делу процессуальные издержки состоят из сумм, выплаченных адвокату за оказание юридической помощи в ходе судебного заседания. В связи с назначением защитника в порядке ст. 50 УПК РФ судом вынесено постановление об оплате труда защитника Соловьевой Е.С. по назначению в судебном заседании в сумме (сумма) из средств федерального бюджета.

В силу требований ч. 1 ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки взыскиваются с осужденного или возмещаются за счет средств федерального бюджета. 

Согласно ч. 2 ст. 132 УПК РФ, суд вправе взыскать с осужденного процессуальные издержки, за исключением сумм выплаченных переводчику и защитнику в случаях, если подозреваемый, обвиняемый заявил об отказе от защитника, но отказ не был удовлетворен и защитник участвовал в уголовном деле по назначению.

Учитывая состояние здоровья подсудимого ФИО1, а также принимая во внимание, что в ходе предварительного расследования он ходатайствовал о рассмотрении уголовного дела в особом порядке судебного разбирательства, уголовное дело рассматривалось в общем порядке не по его инициативе, суд принимает решение об освобождении ФИО1 от взыскания процессуальных издержек, связанных с участием в судебном заседании адвоката по назначению. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. 303-304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 1 (один) год 10 (десять) месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять с 16 января 2020 года. 

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей ФИО1 с 17 июня 2019 года по день вступления приговора в законную силу включительно зачесть в срок лишения свободы из расчета один день содержания лица под стражей за полтора дня отбывания наказания в колонии общего режима. 

До вступления приговора в законную силу меру пресечения в отношении ФИО1 в виде заключения под стражу оставить без изменения с содержанием его в ФКУ СИЗО-1 УФСИН РФ по Республике Хакасия.

Освободить осужденного ФИО1 от уплаты процессуальных издержек. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Хакасия в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок с момента вручения ему копии приговора. 

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе в порядке и в сроки, предусмотренные ст. 389.4 УПК РФ, ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. 

Председательствующий И.Н. Норсеева