Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

3 июля 2018 года

Ленинский районный суд г.Пензы в составе:

председательствующего судьи Мартыновой Е.А.,

при секретаре Кротовой Е.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о демонтаже камеры видеонаблюдения,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратилась в суд с иском, указав, что 07.04.2017 года ей стало известно, что собственник соседнего жилого дома по Адрес ФИО2 установил на стене своего дома систему внешнего видеонаблюдения в 0,5 м, которая позволяет вести съемку 95% территории земельного участка, которым пользуется она по адресу Адрес . Установка видеокамеры нарушает и может создать угрозу нарушения ее прав и законных интересов, а также ее семьи, в том числе право на неприкосновенность частной жизни, которое гарантируется Конституцией Российской Федерации.

Просила суд признать действия ФИО2 незаконными, нарушающими ее права, право членов ее семьи, законные интересы и неприкосновенность частной жизни, обязать ФИО2 произвести демонтаж видеокамеры либо ее переустановку таким образом, чтобы она фиксировала только собственность ответчика.

В судебном заседании ФИО1 уточнила свои исковые требования и просила обязать ФИО2 демонтировать камеру видеонаблюдения, установленную на ветровой строения Номер , принадлежащего ФИО2

ФИО1 и ее представитель ФИО3, действующий на основании доверенности, измененные исковые требования поддержали, указав, что только демонтаж камеры видеонаблюдения восстановит их права, поскольку ответчик может в любой момент изменить угол обзора видеокамеры.

ФИО2 с иском не согласился, указав, что согласен установить видеокамеру в положение, указанное в заключении эксперта с целью осуществления наблюдения только за территорией своего земельного участка, поскольку в противном случае он лишиться возможность контролировать и охранять территорию своего дома.

Выслушав объяснение лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

ФИО2 принадлежит на праве собственности земельный участок, а также два жилых дома общей площадью 233,9 кв.м. с хозяйственными постройками, расположенные по адресу Адрес .

Собственниками смежного земельного участка и жилого дома по адресу Адрес являются ФИО5, ФИО1, ФИО6, ФИО7, ФИО8

ФИО2 на стене принадлежащего ему дома установлена видеокамера, которая может производить видеосъемку не только его земельного участка, но и части земельного участка и жилого дома по адресу Адрес , которым пользуется ФИО1

Данные обстоятельства подтверждаются материалами дела и не оспариваются сторонами спора.

Гарантируя право каждого на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную Данные изъяты, Конституция Российской Федерации (часть 1 статьи 23) запрещает сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия (статья 24, часть 1) и устанавливает, что признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (статья 2), реализация которой может выражаться в обеспечении их превентивной защиты посредством определения законных оснований собирания, хранения, использования и распространения сведений о частной жизни лица, составляющих его личную или семейную Данные изъяты, а также в установлении мер юридической ответственности (статья 71, пункты «в», «о»; статья 72, пункт «б» части 1), в том числе уголовно-правовых санкций за противоправные действия, причиняющие ущерб находящимся под особой защитой Конституции Российской Федерации правам личности.

Исходя из статей 23 (часть 1) и 24 (часть 1) Конституции Российской Федерации, конфиденциальным характером обладает любая информация о частной жизни лица, а потому она во всяком случае относится к сведениям ограниченного доступа. Право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную Данные изъяты означает предоставленную человеку и гарантированную государством возможность контролировать информацию о самом себе, препятствовать разглашению сведений личного, интимного характера; в понятие «частная жизнь» включается та область жизнедеятельности человека, которая относится к отдельному лицу, касается только его и не подлежит контролю со стороны общества и государства, если носит непротивоправный характер (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 9 июня 2005 года N 248-О, от 26 января 2010 года N 158-О-О и от 27 мая 2010 года N 644-О-О). Соответственно, лишь само лицо вправе определить, какие именно сведения, имеющие отношение к его частной жизни, должны оставаться в Данные изъяты, а потому и сбор, хранение, использование и распространение такой информации, не доверенной никому, не допускается без согласия данного лица, как того требует Конституция Российской Федерации.

Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, предполагается, что реализация другого конституционного права - права каждого свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом (статья 29, часть 4, Конституции Российской Федерации) возможна только в порядке, установленном законом, и что федеральный законодатель правомочен определить законные способы получения информации (Постановление от 31 марта 2011 года N 3-П). Следовательно, собирание или распространение информации о частной жизни лица допускается лишь в предусмотренном законом порядке и лишь в отношении тех сведений, которые уже официально кому-либо доверены самим лицом и в законном порядке собраны, хранятся, используются и могут распространяться. Иное приводило бы к произвольному, не основанному на законе вторжению в сферу частной жизни лица, право на неприкосновенность которой гарантируется Конституцией Российской Федерации, сужало бы понятие частной жизни и объем гарантий ее защиты.

В силу статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации неприкосновенность частной жизни, личная и семейная Данные изъяты являются нематериальным благом.

Согласно части 1 статьи 152.1 Гражданского кодекса Российской Федерации обнародование и дальнейшее использование изображения гражданина (в том числе его фотографии, а также видеозаписи или произведения изобразительного искусства, в которых он изображен) допускается только с согласия этого гражданина. Такого согласия не требуется в случаях, когда использование изображения осуществляется в государственных, общественных или иных публичных интересах; изображение гражданина получено при съемке, которая проводится в местах, открытых для свободного посещения, или на публичных мероприятиях (собраниях, съездах, конференциях, концертах, представлениях, спортивных соревнованиях и подобных мероприятиях), за исключением случаев, когда такое изображение является основным объектом использования; гражданин позировал за плату.

На основании части 1 статьи 152.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное прямо не предусмотрено законом, не допускаются без согласия гражданина сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни, в частности сведений о его происхождении, о месте его пребывания или жительства, о личной и семейной жизни. Не являются нарушением правил, установленных абзацем первым настоящего пункта, сбор, хранение, распространение и использование информации о частной жизни гражданина в государственных, общественных или иных публичных интересах, а также в случаях, если информация о частной жизни гражданина ранее стала общедоступной либо была раскрыта самим гражданином или по его воле.

Из заключения проведенной по настоящему делу экспертизы АНО «Пензенская лаборатория судебной экспертизы» следует, что видеокамера, установленная на выступающей части дома ФИО2 (Адрес ) производит видеофиксацию обстановки на части территории домовладения ФИО1 (Адрес ) в том числе и на момент проведения экспертного осмотра. 

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что видеосъемка территории земельного участка и жилого дома истца нарушает ее право на неприкосновенность частной жизни, гарантированное Конституцией Российской Федерации, поскольку производиться сбор информации о ее месте жительства, о лицах, которые посещают ее дом и т.п.

Вместе с тем, суд считает, что выбранный истцом способ защиты права в виде демонтажа видеокамеры не соответствует характеру допущенного нарушения и нарушает право ответчика на охрану свого имущества от посягательств посторонних лиц путем организации его видеонаблюдения.

По результатам проведенных исследований эксперт АНО «Лаборатория судебной экспертизы» ФИО9 пришел к выводу о том, что работа видеокамеры, установленной ФИО2, без видеофиксации обстановки на территории дома ФИО1 возможна. Для этого требуется повернуть объектив (корпус) видеокамеры в сторону, противоположную от дома ФИО1 (т.е. правее положения видеокамеры по состоянию на дату экспертного осмотра – положение 6 на фото 15).

Каких-либо доказательств опровергающих указанные выводы эксперта истцом не представлено.

В судебном заседании ФИО1 и ее представитель возражали против предложения ответчика об установлении видеокамеры в положение, исключающее видеосъемку, земельного участка, находящегося в ее пользовании, ссылаясь на то, что ФИО2 может изменить угол обзора видеокамеры.

В силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Однако в ходе судебного разбирательства ФИО1 не представлено доказательств того, что видеокамера установлена ответчиком исключительно с целью нарушения ее прав.

С учетом этого, суд не может удовлетворить иск ФИО1, поскольку ею выбран неверный способ защиты права.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Иск ФИО1 к ФИО2 о демонтаже камеры видеонаблюдения оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Пензенский областной суд через Ленинский районный суд г.Пензы в течение месяца.

Судья: Е.А.Мартынова

Мотивированное решение изготовлено 6 июля 2018 года.